» » Механики. Часть 50.

Механики. Часть 50.

Глава 1

Александр.
6 ноября. Шахта. Мир Белазов.
Рейдеры, Хватальщики, Юп – у меня рвёт шаблон, вернее, я просто в таком лёгком шоке! Тогда, в шахте, когда я видел, как эти хрен пойми кто и мало смахивающие на людей или Укасов пёрли в атаку с почти голыми руками на автоматы и прикрывали друг друга вместе с людьми и Укасами, я как-то действовал на автомате, прикрывал, как мог других, да и самому чтобы что-нибудь в тушку не прилетело.
Затем наверху, когда мы всех подняли, рыли эти окопы, как пехота какая, я тоже особенно не обращал внимания, ну работают они вместе с людьми и Укасами, ну и хорошо. Самое интересное, что к Укасам, к этим зелёным, я привык мгновенно, а вот от этих монстров меня торкнуло.
Торкнуло тогда, когда я увидел, как здоровенные Рейдеры тащат на себе в укрытия раненых. Как один из Хватальщиков под обстрелом, рискуя своей жизнью, откапывал руками двоих Укасов, к нему тут же на помощь пришло ещё несколько бывших шахтёров, и они, откопав-таки людей, утащили их в укрытие, а Малыш и ещё один Рейдер держали здоровые щиты железа, прикрывая ими всех от осколков.
У меня не укладывается в голове, что они все едины, они действовали как одна команда, ну, как мы с пацанами, как наши Васьки, Мушкетёры.
Этот мир Белазов мы открыли четыре-пять месяцев назад, и почти каждый день до сегодняшнего дня мы слышали, что Рейдеры и Хватальщики уроды, бандиты, убийцы, что люди и Укасы их враги, что они убивают всех подряд, что они настоящее воплощение зла и всё такое.
Но сегодня, млять, сегодня я просто охренел от увиденного! Да и ещё Клёпа с Тучей стали нереальными корешами с этим Малышом. Ладно наш Юп, он нам просто помогает, и как-то – есть он и ладно, но эти… Да уж, никогда не знаешь, какие и где секреты откроются перед тобой через несколько дней. Даже не секреты, а что-то новое, новое в понимании этого мира и его жителей. Оказывается, вон оно как – не все они плохие, и, судя по всему, все эти шахтёры, ну, я имею в виду Укасов и людей, воспринимают этих Рейдеров и Хватальщиков как равных, никто не говорит, что они плохие, как нам говорили в городах.
— Саня, башку-то убери, – дёрнул меня за рукав Слива, когда я начал ворочаться в окопе, пытаясь размять затёкшие ноги, – а то прилетит тебе от снайперов, будет больно.
— Со снайперами нужно что-то делать, – зло произнёс Клёпа, – это сейчас тихо, а если эти – он кивнул головой в сторону – пойдут в атаку, снайпера могут больших дел натворить. Мужики и так, вон, боятся лишний раз высовываться.
Словно в подтверждение его слов, откуда-то со стороны леса сухо щёлкнул одиночный выстрел.
— Не попал, падла! – тут же кто-то громко заорал метрах в тридцати от нас.
— Во! – ухмыльнулся Клёпа.
— Слушайте, мужики, – начал говорить я, – а есть тут на шахте что-то типа пакли? Ведь вода-то, бывает, течёт сквозь стены, дырки-то нужно чем-то заделывать.
— Зачем она? – удивлённо спросил Клёпа.
— Измазать в масле, поджечь и разбросать вокруг шахты. Будет много дыма, снайперам точно целиться будет неудобно.
— Ха, далеко ли ты её кинешь? – воскликнул Клёпа, шмыгая носом, – нам самим ничего не видно будет.
— У нас, вон, Малыш есть, – улыбаясь, кивнул я на него, – он и его собратья точно подальше, чем человек клубок швырнут.
— Гыы! – тут же заулыбался Рейдер.
Млять, да когда же я к нему привыкну-то? У меня, прям, мурашки от этой его улыбки!
— Есть на складе какая-то хрень, – почесав макушку, ответил Туча – пакля, не пакля – я не знаю, но что-то типа неё там есть, и бочки какие-то с жидкостями там тоже есть. Намешать бодяги какой горючей – не проблема.
— Надо только клубков наделать, размером с футбольный мяч, – продолжил я, — как те в атаку пойдут – поджигаем и раскидываем, ну, и встречаем их уже тут, на территории шахты. Больше я вариантов не вижу, Клёпа прав, все от снайперов прячутся, и мало будет желающих стрелять в атакующих, высунувшись из укрытия.
Сказано – сделано. Прикрываясь железным щитом, который Малыш приволок с собой в наш окоп, мы двинули в сторону небольшого склада, который чудом уцелел после обстрела. Конечно, дым-то был, от горящих зданий, но они уже почти прогорели и потихоньку начинали затухать, а нам нужен дым, много дыма, даже если ветер будет, то кидай и кидай клубки пакли.
Короче, свистнули ещё мужиков, быстро объяснили, что от них требуется, ну и пошло-поехало. Пакли тут было завались, ею, как я и предполагал, заделывали мелкие дырки в шахте, ну, где вода просачивалась. Масла тут тоже хватало и отработки с тепловоза, и запасы были. Быстро намешали какой-то гадости, слив из нескольких бочек в одну эти жидкости, попробовали – горит. Затем наделали клубков, вернее, мячей, перетянули их проволокой и с одного конца ещё привязали верёвку, чтобы кидать было удобней и самому не обжечься.
Ох, и перемазались же мы все, но зато за тридцать минут наделали этих шаров столько, что ими, мне кажется, можно было дорожку от шахты до деревни выложить.
— Малыш, попробуешь кинуть? – спросил у него Клёпа, когда мы извели всю паклю, и мужики начали грузить эти клубки в тележки, чтобы развести в разные стороны шахты.
Мы же не знаем, откуда снайпера будут по нам стрелять, они, вон, сволочи, постоянно перемещаются, выстрелы то с одной, то с другой стороны, да и не один там этот снайпер, вроде трое, точно, есть.
— Гыы! – снова выдал Малыш.
Я, достав зажигалку, сначала поджёг небольшой факел, затем мяч. Сначала он никак не хотел разгораться, затем зачадил так хорошо, чёрный и едкий дым так и попёр!
— Давай, Малыш, – кивнул я.
Тот тут же взялся за верёвку и, пару раз крутанув над головой, запулил его в сторону. Мы все смотрели за полётом дымящегося клубка. Тот, пролетев достаточно хорошее расстояние, шлёпнулся на плац и, прокатившись метров десять, развалился, но дыма от него было – будь здоров. По крайней мере я отсюда не видел, что там за ним, чего уже говорить о снайперах, которые за шестьсот метров отсюда сидят.
— Молодец, Малыш, – хлопнул в ладоши Туча, – метров на шестьдесят-восемьдесят точно закинул. Такими штуками вокруг всё обкидаем – хрен нас хоть один снайпер увидит!
— Теперь всё это взяли и быстро развезли по укрытиям, – тут же отдал команду Туман, – ты, – ткнул он пальцем в одного из Хватальщиков, – скажи Рейдерам, что им нужно делать.
— Хорошо, – спокойно кивнул тот.
— Только по команде! – Туман постучал по висевшей у него на поясе рации.
Прошло ещё пару часов. На моих почти три часа дня. Мля, где же Грач-то с пацанами? Их помощь нам сейчас точно не помешает. Неужели мы действительно так далеко уехали на эшелоне от базы, что они до нас никак добраться не могут? С другой стороны, я частично видел дорогу, по которой мы сюда ехали, и понимал, что в нескольких местах через горы, где шла железка, проехать им будет очень и очень сложно. Ну ничего, там Полукед есть, Юп, опять-таки, найдут они проход, обязательно найдут.
Ох, как было бы хорошо, если бы они появились тут до подхода основных сил бандитов с базы. Нас, вон, уже к земле прижали, а что будет, когда по нам начнут лупить из пушек Белазов, я вообще предпочитал не думать.
— Ежиииии!!! – внезапно слева заорал кто-то во всё горло.
Заорал так, что у меня сердце тут же ухнуло куда-то в район желудка.
— Ежи прут, мужики! – тут же подключился ещё один, особо горластый мужик, — на северный въезд катятся.
Моё сердце, а потом и желудок упали куда-то ниже, прям в мои ботинки. Северный въезд-то вон он, мы почти напротив него сидим. Высунувшись из окопа, увидел картину и просто охренел.
Из леса, по направлению к этому въезду катились ежи и из-за деревьев выезжали всё новые и новые эти создания.
— Доклад, быстро! – заговорил в рацию Туман, – с других сторон ежи есть?
— Нет, только с одной, только с вашей, – тут же посыпались торопливые ответы в рацию.
— Да они, походу, этими ежами решили разминировать пространство перед забором, – зло прошипел Клёпа, – эти сейчас на минах подорвутся.
— Малыш, раскидывай клубки, – тут же сказал ему Туман, – Саня, поджигай.
Я, Слива и Малыш пулей выскочили из окопа, со скоростью спринтеров рванули к куче какого-то хлама, за которыми мы клубки и сложили.
— Мужики, поджигайте! – на ходу заорал я, увидев там троих шахтёров. Оглянувшись на ежей увидел, как некоторые из них крутятся на месте. Затем они начали собираться в кучку, которая с каждой минутой становилась всё больше и больше.
— У них там либо Юп есть, либо сержант! – на ходу крикнул нам Туман, – Слива, иди сюда, надо сержанта найти и завалить.
Слива, бросив мне факел, рванул назад к Туману. Млять, да что же ты, падла, никак разгораться-то не хочешь! Хорошо, рядом мужики есть, они, вон, тоже вовсю пытаются поджечь свои факелы. Наконец, когда мат от нас стал уже до небес, мы запалили два факела, а потом начали быстро зажигать клубки.
— Малыш, раскидывай их по бокам от ворот! – прокричал я ему, видя, как он хватает сразу два горящий клубка.
— Гыыы!
И раз! – два первых чадящих клубка улетели, за ними ещё два. Как только он кинул десятый клубок, мы все отчётливо услышали взрыв и за ним тонкий писк, затем ещё два взрыва, ещё. Вижу, как в дыму от клубков, которые Малыш, как какой-то заправский олимпиец, раскидывает перед въездом, крутятся и подрываются на минах ежи. Млять, вон они, до них метров пятьдесят, не больше.
Туман в рацию орёт, чтобы никто не стрелял, берегли патроны на случай прорыва. Вон, сюда к этим воротам прибежала уже куча мужиков, кто с оружием, кто с ломами или с кирками, трубами какими-то. По бокам оставили несколько наблюдателей, остальные все сюда.
Ещё взрыв, писк, ничего не видно. Вижу, как клубок Малыша врезается в одного из ежей, клубок рассыпается, и ёж вспыхивает, как спичка. И там вон уже трое горят, о как!
— Жги их, пацаны! – орёт кто-то из-за кучи камней.
И тут, из-за копоти и дыма выкатился еж. Он не поехал на ворота, он прорывался через минное поле. Два ряда проволоки в одном месте ежи уже снесли, снесли ценою невероятных потерь. Я даже вот так сходу и сказать-то не могу, сколько их там подорвалось и сколько их на заборе там осталось, но много, очень много. Мля, где эти уроды столько ежей-то набрали!
— Ну, вот теперь точно – кабздец! – выматерился Клёпа.
Всё, ежи прорвались, вон, сразу трое, перевалив через остатки забора, вкатились на территорию шахты. По ним тут же открыли огонь. Двоих положили сразу, третий попытался с разгона заехать на горку, где лежали трое стрелков, но порода под весом ежа просела, и он немного забуксовал. Мужики, не растерявшись, дружно встретили его из трех стволов, а вон Укас, который там же сидит, метнул в ежа лом или пику какую-то. Пика, прям, так хорошо вошла в ежа, и он, запищав, тут же сдулся. Слева и справа уже открыли огонь, замолотили пулемёты. Походу, все ежи бросились в эту дырку на прорыв.
И тут рвануло, хорошо так рвануло! Взрывчатку, которую мы заложили на въезде, взорвали. Очень многих ежей, которые сунулись в эту дырку, просто снесло, их раскидало в разные стороны, но всё равно, уцелевшие, несмотря на гибель своих сородичей ломанулись вперёд.
Млять, прямо на меня из-за бочек выкатился еж. Я только автомат успел вскинуть, как эта скотина провалилась в окоп и застряла в нём. Тут же с диким криком к нему подбежали двое Укасов с кирками и стали его ими долбить – всё, готов!
Но тут выскочил ещё один, его я уже успел встретить, скорее, с испугу выпустил в него весь магазин, от него полетели ошмётки, кровь и ещё какая-то гадость, еж, прокатившись пару метров сдулся и замер.
Вокруг кипела драка не на жизнь, а на смерть. Маты, вопли, крики о помощи. Быстро перезаряжаюсь, поворачиваю голову и вижу, как один из ежей уже схватил своим длинным языком мужика и тащит его к себе, мужик орёт, что есть мочи и пытается уцепиться за землю руками. Млять, ежа толком не видно, вон он, сволочь, стоит на месте, и торчит только его макушка; бегом к нему, запрыгиваю на камни и попрыгав по ним вижу ежа, вот он, прямо передо мной.
Я так близко ежа первый раз вижу, ну и страшная же хреновина! Шар, размером с автомобиль Ока, вон, вижу открытую пасть, и из неё торчит этот язык. Всё это заняло какие-то мгновения, вскидываю автомат и практически в упор всаживаю ему в макушку полмагазина, еж аж задергался, снова полетели эти ошмётки, и он, падла, лопнул, часть этой гадости попала на меня.
Не обращая внимания на слизь бегу к мужику, который своими пальцами оставил на земле хорошие такие борозды. Мужик продолжает орать и вырываться.
— Не ори ты! – резко хватаю его и переворачиваю.
Еж языком схватил его за левую ногу, достаю нож и начинаю резать язык. Мужик уже сидит, хлопает глазами и смотрит на меня.
— Где твоё оружие? – ору ему.
— Ттттам, – тычет он пальцами куда-то в сторону, – этот меня схватил, – кивает на убитого мною ежа.
А неплохо так мужика колбасит-то.
— Давай назад, стреляй по ним! – наконец-то отрезаю язык и освобождаю ногу мужика.
Тот, почувствовав, что свободен, рванул от меня куда-то в сторону. Ещё один еж, за ним ещё двое, катятся куда-то в сторону, меня не видят. Ловлю в прицел заднего и выпускаю по нему остатки магазина – есть, еж тут же сдулся и замер.
А вот тот, который катился впереди, заметил меня. Мля, надо бежать, этот хрен уже развернулся и рванул в мою сторону. Хлоп! – в самый последний момент я увидел, как он открыл свою пасть и выкинул язык, я еле-еле успел в сторону отпрыгнуть. Запрыгиваю на ящик, и язык падает на то место, где я только что был.
Бах! Бах! – сбоку пару раз хлопает помпа, и следом за ней хорошие такие маты.
— Слива! – ору во всё горло.
Точно он, вон выскакивает из окопа и радостно скалясь, бежит ко мне. Быстро перезаряжаюсь, ловлю в прицел ещё одного ежа, стреляю по нему, Слива лупит из помпы куда-то в сторону. Снова слышу писки ежей, вопли раненых и нереальные крики людей, которым очень страшно.
Бежим со Сливой на вопли. Оббегаем кучу хлама и видим, как двое Рейдеров, с какими-то жутко здоровыми ломами отмахиваются сразу от трёх ежей. Бах! – один из Рейдеров опускает этот лом точно на одного из ежей, мне показалось, что еж аж меньше стал от страшного удара. Тут другой еж выпускает свой язык и обхватывает им ноги другого Рейдера, тот, не успев замахнуться, падает на землю, и еж, круто развернувшись, рванул в сторону и поволок Рейдера за собой.
Вижу глаза Рейдера, вижу, как он раскрывает в немом крике рот и пытается схватиться за лом, который при падении выпустил из рук.
Не сговариваясь и не обращая внимания на то, что творится вокруг, мы со Сливой рванули за ними. Рейдер умудрился схватиться за какую-то железку, которая торчала из земли. Он вцепился в неё что было силы, и еж тут же остановился. Еж развернулся в тот момент, когда мы со Сливой уже подбежали к нему метров на семь, и тут же открыли огонь. Всё, готов!
Только я достал нож, чтобы освободить ноги Рейдера, как увидел, что он уже сам рвёт руками язык и смотрит то по сторонам, то на нас. О, кивнул нам головой, мы кивнули в ответ.
Дальше из окопа стреляет пулемёт, лупит длинными очередями по въезду, там через баррикаду пытаются прорваться ещё несколько ежей и, мать твою, тут же два ежа вкатываются сверху на огневую точку этого пулемётчика и начинают на ней кружиться, вон их языки туда-сюда шарят по листам железа сверху, пытаются за ствол ухватить. Видимо, пулемётчик их заметил, так как тут же спрятал ствол.
Меняю магазин, это, кстати, последний, как я буду отбиваться от других ежей я пока не представляю, но этих двух нужно сбить с пулемётной точки. Слива рядом снова матерится, достаёт из кармана патроны и ловко вставляет их в помпу.
Снова всаживаю почти весь магазин в обоих ежей, рядом захлопала помпа Сливы, обоих ежей как ветром сдуло с пулемётной точки.
— Стреляй! – забежав на крышу пулемётной точки и пару раз стукнув прикладом по листу железа, ору я, – ежей мы убрали.
— Ща! – орёт кто-то изнутри.
Спустя пару секунд из бойницы появился ствол печенега. Этот пулемётчик открыл огонь вовремя. Его длинная очередь влепилась точно в трёх ежей, которые уже перекатились через баррикаду и ринулись на территорию шахты. Да уж, пулемёт это вам не автомат, он их, прям, нашпиговал свинцом, и вон они одни за другим начинаются сдуваться и останавливаться.
— Есть, падла! – слышу радостный голос Тумана, – Клёпа сержанта завалил, пацаны!
А вон и сам Туман и Клёпа, оба лежат на горе. Где ещё ежи? Озираемся со Сливой по сторонам, но вроде как отбились. Тут, стоя почти посередине большой площадки, мы увидели, как со всех сторон крутятся пять или шесть ежей, кто-то из них передвигается быстро, кто-то медленнее, у них из боков железки торчат. Один вон вообще с писком и киркой в боку ломанулся в сторону, подмял под себя кирку, распорол себе брюхо ещё больше, тут же сбоку от него, словно из-под земли вырос Хватальщик и трое мужиков, все с лопатами. Млять, да они его ими просто забили, Хватальщик, вон, ловко поймал язык, прижал его ногой к земле и тут же перерубил лопатой. А другие мужики что есть силы, и от души так, лупят его лопатами.
— Малыш, добиваем! – слышу нереальный крик Тучи из-за продолжающего гореть здания.
Сначала оттуда показался еж, он как-то совсем не быстро катился, видать, ему точно что-то отбили, зато за ним с ломом в руках и с перекошенной от злости мордой, выбежал сначала Туча, а за ним Малыш, млять, у Рейдера в руках какая-то балка. В три прыжка Рейдер догнал ежа и со всей дури, а дури в нём точно много, обрушил эту балку на ежа. Ну, а там уже и Туча с ломом подбежал, вдвоём они его уработали очень быстро!
Сзади писк, резко разворачиваюсь и вскидываю автомат, в последний момент понимаю, что патронов-то у меня нет, да, в принципе, они и не нужны.
Пищит еж, катится и горит, за ним аж шестеро мужиков, один из них стреляет из пистолета по пытающемуся свалить ежу, остальные пятеро с кирками и лопатами. Их автоматы и ружья висят за спинами, походу, мужики врукопашную с ежами сошлись, либо патроны кончились, либо экономят. Улепётывающий еж, не успев отвернуть, падает в окоп, тут же выкидывает язык и цепляется им за балку, вбитую в землю метрах в пяти от него, пытается сам себя вытянуть. Но куда там, мужики, как саранча, накинулись на него и, не обращая внимания на летящие от ежа брызги, забивают его.
— Не расслабляться, – орёт появившийся рядом Туман, – всем назад, по своим точкам!
Щёлк, – хлопает выстрел, один из стоящих неподалёку от нас шахтёров вскрикивает и падает, схватившись за ногу. Его тут же хватают под руки и волокут в сторону.
— В укрытие! – орёт Слива и буквально толкает меня в ближайший окоп.
Щёлк, щёлк! – тут же в паре метров от нас вспухают два фонтанчика земли. Снайперы, мать их так! В окоп мы спрятались мгновенно, через пару секунд к нам прибежал Туча и Малыш с листом железа.
— Гыыы! – довольно произнёс он и выставил щит перед окопом. В него тут же прилетели две пули, но не пробили. Вон я вижу, как с нашей стороны появились выпуклости от попаданий, но лист толстый, пробить его у снайпера не получилось.
— Точно, трое снайперов, – вытянув шею и прислушиваясь произнёс Слива.
— Туман, где Клёпа? – ору я под действием адреналина.
— Малыш, тащи его сюда, – не поворачиваясь в мою сторону, кричит Туча, – он за пулемётной точкой был.
— Гыыы, – снова лыбится Рейдер и рванул из окопа.
Мы со Сливой только успели руки подставить, чтобы этот лист железа на нас не завалился.
Через минуту мы сначала услышали прерывающиеся маты Клёпы, а потом к нам в окоп свалился и он сам, вернее, с Малышом вместе – тот его на плече приволок.
— Малыш, мать твою, больно же! – корчась в углу окопа от боли и хватаясь за свою ногу, заорал Клёпа.
— Гыыыы, – абсолютно спокойно дыша, снова улыбнулся Рейдер.
— Мины! – орёт кто-то сбоку.
Млять, нас опять стали обстреливать. Лупили по нам хорошо, эти миномётчики и пушкари работали по всей территории шахты. Под нами, прям реально, земля дрожала, и наш окопчик частично обвалился, так как одна из мин рванула совсем недалеко от нас. Малыш тут же дёрнул лист железа и накрыл им нас. И тут сбоку что-то бабахнуло, рвануло очень хорошо.
— Склад с горючкой, – произнёс Слива, осторожно выглядывая из окопа.
Снова свист, теперь я знаю, как свистит мина, когда она летит в твою сторону. Бац! – рядом снова рвануло, потом ещё и ещё. В ушах больно отдаётся каждый взрыв, пацаны, вон, сидят, сжавшись в клубок и обхватив голову руками. Даже Малыш и тот понимает, что надо шкериться, правда он чересчур большой и спрятаться ему тут довольно-таки проблематично. Но вроде мы сидим ниже уровня земли, разок нас, правда, хорошо так засыпало, особенно Тучу, но ничего, все живые, никто не ранен.
Обстрел продолжался минут пять, затем резко всё стихло. Только несколько раз по сторонам что-то хлопнуло, хлопки сильно похожи на взрывающийся шифер. Второй обстрел был сильнее первого.
— Видать, уроды поняли, что мы сержанта грохнули, вот и начали по нам лупить, – стряхивая со своей головы землю, сказал Клёпа.
— Командиры отделений, доклад, быстро! – взявшись за рацию и отряхнув её, заговорил Туман.
— Первое отделение – двое убитых, пятеро ранено, второе отделение – трое убитых, один раненый, третье отделение – командир убит, остальные все целые, – посыпались доклады.
Через пару минут мы уже знали, что у нас одиннадцать человек убитых и ещё четырнадцать раненых. Причём, все последние погибли из-за обстрела, во время схватки с ежами никто не погиб, раненые есть, но ежи так и не смогли никого грохнуть и сожрать. Видать, шахтёры с кирками и лопатами страшное оружие. И уничтожены две пулемётные точки.
— Здоровых бойцов осталось чуть больше сорока человек, – выслушав доклады, сказал нам Туман – ещё одна такая атака и всё, патронов почти нет.
— У меня один магазин остался, – добавил Клёпа.
— Я пустой, – вздохнул я, показывая на свой автомат.
— Пять, нет, шесть патронов, – проверяя свою помпу сказал Слива.
— А у меня вообще ствола нет, – виновато улыбнувшись, сказал Клёпа, – меня взрывом с горы снесло, а потом меня Малыш уволок, некогда искать было.
— Ну и что будем делать дальше? – совсем невесело спросил Туча, – от ежей-то ладно, отобьёмся. А вот если эти уроды на тракторах попрут, нам всем хана.
По Туману я видел, как он лихорадочно пытается что-то придумать. Чешет, вон, то щёку, то затылок, но тут и дураку было понятно, что без огнестрельного оружия мы долго не выстоим. Нас осталось мало, мы раскиданы по всей территории шахты.
— Всем командирам отделений, слушать меня, – взялся за рацию Туман, – всем покинуть свои огневые точки и собраться в здании, где у нас раненые, будем там отбиваться. Давайте, мужики, пока тихо, все туда.
Малыш тут же закинул себе на плечо Клёпу, который опять стал матерится, и мы рванули через площадку к этому зданию. Пока бежали, я слышал, как снова стреляли снайпера, и пару раз молотили пулемёты, а вот пушки и миномёты молчали. Через пару минут в этом здании собрались все оставшиеся в живых. Млять, вот она война! Теперь я понимаю это слово.
Мы все грязные, оборванные, кто-то ранен, в крови и слизи этих ежей, в здании, недалеко лежат и стонут раненые, а мы им ничем помочь не можем.
— Мину должны выдержать! – хлопнув по стене рукой, сказал Клёпа.
— Шесть Рейдеров осталось, – как-то негромко сказал Туча, – оба Хватальщика погибли.
— Одного Рейдера при мне миной накрыло, – сказал сидящий на земле Укас, лет тридцати пяти.
— Я тоже видел, как двоих посекло, – добавил молодой парнишка, – мы их так и не смогли вытащить, по ним снайпер стрелял.
— Гыыы! – зарычал Малыш.
Именно зарычал, не заулыбался, как некоторое время назад.
— Не расслабляться! – снова начал командовать Туман, – проверить оружие и боеприпасы, найти укрытия, оборудовать огневые точки, давайте, мужики, закладываем окна, чем есть.
<p>Глава 2.</p>Александр.
6 ноября. Шахта. Мир Белазов.
— Да чё они не нападают-то? – спустя тридцать минут спросил Туча, нервно тиская свой автомат.
— Не спеши, приятель – спокойно ответил ему дедок лет шестидесяти.
Он сидел, прислонившись спиной к стене, и отдыхал.
— Умереть никогда не поздно, – так же, не открывая глаз, снова сказал дед.
— Нет, отец, – хмыкнул я, – умирать мы точно не собираемся!
— Да нам обороняться нечем! – взвизгнул совсем молодой Укас, – зря я вас послушал, надо было в лес уходить.
— Замолчи! – так же спокойно сказал дед, – тут ты хоть успеешь в горло бандитам вцепиться. А в лесу тебя как зайца гнать будут, если в болоте не утонешь.
— Где ваша подмога? – прокричал кто-то из противоположного угла.
Мы, как по команде, посмотрели на Тумана. Он вздохнул, встал во весь рост и сказал.
— Мужики, мы честно не знаем, где наши, но они едут сюда, по-любому, едут! Давайте не будем устраивать панику, нам нужно держаться.
— Держаться ему, – тут же буркнул кто-то, – чем? Лопатами отбиваться от тракторов?
— Ха! – внезапно засмеялся ещё один Укас, – щас они на нас ещё каких-нибудь зверюшек натравят.
— Пауков, – подхватил другой, – или броненосцев.
Нда, настроение у всех не айс. Пока шахтёры там внизу переговаривались, я залез на какие-то ящики и осторожно выглянул в окно. Нда уж, молотили по нам очень хорошо. Вон, вся территория шахты в воронках, так же вижу несколько убитых людей и Укасов, которые лежат на земле, ещё больше сдувшихся ежей, у многих из их тел торчит различный инструмент. Точно, с ними все в рукопашку сошлись.
— Патронов у всех осталось на десять-пятнадцать минут боя, – негромко сказал Слива, подойдя ко мне, – что там со въездом?
Я тут же посмотрел на въезд, вон он, вижу его очень хорошо. Баррикады, которую мы там делали, нет, как нет и забора по бокам. Сильный взрыв разворотил там всё что было, но и ежей там с десяток точно лежит. Получается, что эти уроды пригнали сюда к шахте не меньше сорока ежей. Вот же, млять, откуда они их только взяли столько? Не иначе, их Юп постарался, один сержант не мог сюда столько ежей пригнать, да и, насколько я уже знаю местных зверюшек, ежи бы точно на тех бандитов накинулись, а они все на шахту попёрли, и все в одном направлении.
Сейчас точно те уроды соберутся и на тракторах, или чего у них там есть, ломануться сюда, а нам их даже встретить толком нечем. Походу, точно камнями и лопатами будем отбиваться.
— Мужики! – заорал кто-то сверху что есть мочи, – к нам тачка из леса прёт.
Я тут же вытянул шею и привстал на цыпочки, про снайпера, не то чтобы забыл, но высунулся. Точно, вон из леса буквально пулей вынырнул джип и, набирая скорость, поехал к нашему Северному въезду.
В здании, в котором мы находились, тут же защёлкали затворы и предохранители оружия. И тут в лесу стали стрелять. Некоторые из шахтёров тут же подбежали к окнам и, рискуя схлопотать пулю от снайпера, стали, так же как и мы, смотреть на джип.
— Да это же наша машина, – произнёс кто-то недоумённо, – там трое мужиков на ней уехали.
— Точно, это машина охраны, – поддержал его другой, – чего они назад-то прутся?
А тем временем я увидел, как из бокового окна джипа открыли огнь из автомата и стреляли из него в сторону леса. Вокруг джипа то и дело вспухали фонтанчики от пуль. Раз! – сзади него взорвалась граната и частично сбила прицел стрелкам, которые стреляли по джипу.
Стало понятно, что те, кто в джипе, идут на прорыв из леса сюда, в шахту. Из джипа стреляли просто веером по лесу, а из леса стреляли по машине. Но водила джипа то и дело крутил рулём из стороны в сторону и продолжал двигаться к шахте.
Мы, как заворожённые, смотрели за этой поездкой. Это что же должно было случиться, чтобы те, кто уехал отсюда на этой машине, решили вернуться под градом пуль, их же, млять, сейчас там всех ухлопают, вон, как по ним лупят сразу стволов десять. Там и пулемёты, и автоматы работают. Несколько раз в прицел на своём автомате я отчётливо увидел, как в автомобиль попали, но джип Т7 упорно двигался к шахте. Наконец, он буквально перелетел воронку от взрыва на въездных воротах и, заехав на площадку, спрятавшись за горой, резко затормозил, да затормозил так, что его аж развернуло.
— Ты, ты и ты – за мной, быстро! – услышал я сзади голос Тумана, – если это подстава, валим всех в тачке. Смотрите за лесом, и на крыше – по бокам внимательней! – крикнул он ещё громче.
Парочку наблюдателей Туман посадил на крышу этого здания. Частично с неё был видел лес вокруг шахты.
Я даже глазом не успел моргнуть, как из здания выбежал Туман, а за ним сначала два, а потом ещё три человека, даже, вон, Рейдер побежал, причём у Рейдера в руках лом.
Джип мы видели очень хорошо, он так и стоял без движения, стрельба из леса прекратилась. И вот открывается правая передняя дверь, и из неё буквально вываливается чувак, следом задняя дверь, и из джипа выбрался ещё один.
— Стоять, не двигаться! – заорал Туман, наведя на них оружие.
Тут же все те, кто выбежал с Туманом навели на них оружие. До них было метров пятьдесят, и мы все хорошо слышали их крик.
— Не стреляйте! – резко подняв руки вверх, заорал тот, который выбрался с переднего сиденья, – мы к вам специально ехали, у нас есть информация.
— Помогите, млять, водилу вытащить! – закричал другой.
Я ещё обратил внимание, что они одеты в такую же одежду, как и все шахтёры, ну, в рабочую.
— Я его знаю, – заорал кто-то сбоку от нас, – это наши, которые ушли.
— Туман, тут мужики говорят, что это свои, – тут же взялся я за рацию, опуская автомат, млять, у меня же патронов нет, а я их прикрывать собрался, – у кого есть магазин к автомату? – заорал я, обернувшись, – я совсем пустой.
— Держи! – крикнули мне, и я увидел, как из толпы мне кинули магаз.
О, вот уже другое дело, поймал, перезарядился, хоть тридцать патронов теперь в рожке, буду одиночными палить.
Тем временем, Туман с другими мужиками уже бегут назад. Рейдер несёт на себе ещё одного шахтёра, а Туман с другим Укасом пинками гонят сюда к нам какого-то мужика, причём мужик в другой одежде, и у него спереди связаны руки. Через минуту они все ввалились сюда в наше укрытие.
— Все целы? – тут же подлетел к ним какой-то сухонький старичок.
Я видел, как этот старик оказывал тут помощь раненым, он тут что-то вроде местного лепилы. Хм, к нам сюда вернулись двое людей и этого, связанного привезли.
— Сим погиб, – тяжело дыша, ответил тот, который вывалился с переднего сиденья, – сказав это, он кивнул головой в сторону машины.
Только сейчас я увидел, что этот немолодой дядька, лет пятидесяти, в крови.
— Это не моя кровь! – огрызнулся он на эмоциях на старика, который попытался ему помочь.
— Это кто? – спросил Туман, видя, как второй, гораздо моложе, который приехал на джипе вцепился рукой в пленного.
А вот пленный был толстый мужик лет пятидесяти, морда у него аж лоснилась вся на фоне других шахтёров. Если эти работяги, все как один, были тощие и худые и от тяжёлой физической работы, и от недоедания, то этот в питании себе явно не отказывал. Вон стоит, уже нет, на задницу плюхнулся, да уж, пробежка в пятьдеят метров явно не для него, и дышит так, как будто пару километров пробежал, и мокрый весь.
— Там в тачке кое-какое оружие, – произнёс молодой, – мы у этого, – он пнул ногой толстяка, – в доме нашли.
— Туча, возьми людей, тащите всё сюда, и ты с ними иди, – быстро среагировал Туман.
Парень усмехнулся, но Тумана не ослушался, и они вчетвером побежали к машине.
— Так кто это есть-то? – повторил Туман свой вопрос, показав на толстого.
Тот так и сидел на заднице и никак не мог отдышаться, вон, у него вся морда в каплях пота и красная как помидор.
— Он знает, откуда берутся большие звери! – выпалил дядька.
— Опаньки! – крякнул Слива.
Толстый аж дёрнулся и, кажется, дышать перестал.
— Нет-нет, что вы, – спустя пару секунд, быстро заговорил он, хватая ртом воздух, – я же говорил вам, вы ошиблись, я не знаю откуда звери. Вы всё напутали.
— Не понял? – тут же удивлённо поднял брови Туман и уставился на дядьку.
— Да врёт он всё, – улыбнулся дядька, – мы с Муном, – он показал рукой на уже вбегающих назад в здание Тучу и мужчин с оружием, которое они принесли из джипа.
— А, чё? – спросил этот молодой, которого назвали Муном, – не колется?
— Не колется, – подтвердил дядька.
Мун отдал шахтерам две небольшие сумки, которые принёс на себе, и подошёл к толстому.
— Неплохо, – услышал я Сливу.
Он кивнул мне на оружие, которое принесли Туча с мужиками. Четыре автомата, три помповых ружья, два пистолета и немного боеприпасов в этих двух сумках, вон они их достают. Оружие и боеприпасы тут же распределили. В отдельной небольшой сумке были какие-то медикаменты, им очень обрадовался дедок-врач. Взяв сумку, он, с парой помощников, стал тут же суетиться около раненых.
— Вы чё тут все сгрудились? – рявкнул на шахтёров Туман, –наблюдатели на крыше и около окон есть?
— Есть! – ответил кто-то.
— Командиры отделений, — снова рявкнул на всё помещение Туман, – отправьте ребят пошустрее, – Туман махнул рукой в сторону плаца, – пусть они какой-нибудь инструмент соберут и сюда принесут, патронов у нас маловато.
Этому Муну и второму дядьке кто-то уже сунул по небольшому котелку, в которых была вода. Оба стояли и жадно утоляли жажду. Напившись, Мун вернул котелок и пошёл к толстому.
— Рассказывай, урод, – взяв толстого за шкирку, зашипел на него парень, – говори, что ты в доме говорил, пока я тебе все кости не переломал!
— Да я вам клянусь своими детьми, – завопил толстый, – вы ошибаетесь, я не знаю ни про каких животных. Зачем вы меня сюда привезли? – он с ужасом оглядел стоявших вокруг него шахтёров.
— Мужики, нам объясните, – спокойно сказал я, видя, как и этот дядька подошёл к толстому и готов уже врезать ему прикладом ружья, которое у него было с собой.
— Мы, когда отсюда уехали, – вздохнув, начал отвечать мужик, – поехали в деревню в эту, вернее, в лес около неё.
— Вам же сказали туда не соваться! – выкрикнул один из шахтёров.
— Есть хотелось, – огрызнулся на него Мун, – продолжай, Лок.
Ага, этого мужика Лок зовут.
— Машину спрятали в лесу, – продолжил говорить Лок, – ну а мы втроём потихоньку в деревню пробрались. Подкрались к одному из домов, там этот с бабой какой-то и мужиком сидят за столом и разговаривают. Вот мы и услышали, как этот, – он пнул толстого ногой, – говорил о том, что на шахту сейчас натравят зверей.
— Вот же, сука! – выдал кто-то из шахтёров.
— А откуда они про шахту-то узнали? – спросил Слива, – ну то, что мы её захватили?
— А мы видели, как из их деревни машина с бандитами уехала, – он снова пнул толстого ногой, – видать, они им и сказали. Эти трое в доме ещё смеялись сидели. Толстый всё говорил, что с какой-то базы пригонят других зверей и на шахту их натравят.
— Опаньки! – снова крякнул Слива.
— А вот это уже интересно, – ухмыльнулся я.
— Ну, вот мы и решили этого захватить, – снова пинок толстому, – и назад к вам.
— Чего это вы решили вернуться-то? – съязвил кто-то из шахтёров, – вы же свою шкуру спасали?
— Вас жалко стало, – резко обернувшись, ответил парень, – мы видели, как ежей в сторону шахты гонят.
— Юп? – тут же спросил я.
— Да, Юп и сержант, – кивнул Мун, – а если сюда других зверей пригонят, то… – он не договорил, но и так было понятно, нас тут просто раздавят.
— Говори, урод! – отвешивая подзатыльник толстому, зло сказал Лок.
— Да давайте я его допрошу! – весело произнёс Клёпа и сделал шаг вперёд. В руках у него был здоровенный нож Тумана.
Нда, уж чем-чем, а этим ножом Клёпа умеет очень хорошо проводить допросы!
— Сам скажешь? – Клёпа присел на корточки около толстого, – или… – он поводил у того перед глазами ножом.
А глазки-то у толстого бегают туда-сюда, знает он, хорошо, видать, знает про зверей, это я по нему, прям ну очень хорошо видел!
— Слышь, ты, – к толстому подошёл Туман, – лучше говори, что знаешь, поверь мне, он – Туман ткнул пальцем в Клёпу, – всё равно развяжет тебе язык, только после этого ты будешь одним, большим кровоточащим куском мяса.
— Говори, скотина, – Мун снова ударил ногой толстого.
— Я скажу, скажу, – снова заверещал толстый, – только не бейте, не убивайте меня!
— А с теми двумя в доме что стало-то? – спросил Слива.
— Грохнули мы их, – как само собой разумеющееся ответил Лок, – потом по дому прошлись, оружие нашли – и сюда. Бандиты на грузовике приехали, пришлось делать ноги.
Толстый тут же метнул полный ненависти взгляд на дядьку, но тот только усмехнулся.
— Ну и? – Клёпа легонько ткнул кончиком ножа в большой живот толстяка.
Тут же послышался громкий пук.
— Фу! – Собровец отшатнулся от него, – засранец, хватит тут воздух портить, давай рассказывай.
— Да давайте его Малышу отдадим. – громко сказал Туча.
— Гыыы. – услышал я его голос.
А вон и сам Рейдер стоит, вон, уже двоих мужиков в сторонку отодвинул и к нам идёт.
Снова пук и глаза у толстого ещё больше стали.
— Не убивайте. – как-то обречённо произнёс толстый.
— Давай, засранец, рассказывай уже, – зло сказал Туман, – у нас мало времени.
— Я мало знаю, – наконец-то решился толстый.
— Говори, что знаешь.
— Пару месяцев назад, к нам в деревню приезжали люди, мы их никогда не видели, они отличаются от охраны шахты и тех, – он кивнул головой в сторону, – с обеих баз.
— Чем отличаются? – спросил я.
— Формой, оружием. У наших… – он тут же спохватился, и его глаза снова испуганно забегали.
— Продолжай, – усмехнулись мы, поняв, какие это наши.
— Я спросил у людей из охраны базы, которые в тот момент были у нас в деревне, – продолжил толстый, – что это за люди, один из них мне ответил, что это люди с базы, где выращивают зверей.
В здании, где мы находились, тут же наступила тишина. Я бы сказал – оглушительная тишина. Неужели мы сейчас узнаем величайшую загадку этого мира?
— Ну? – поторопил его Туман.
— Дайте попить, пожалуйста, – попросил толстый.
Ну да, ещё бы, попить ему. Он, вон, весь мокрый сидит до сих пор, у него жидкости из организма с потом вышло полным-полно. Спустя несколько секунд ему дали котелок с водой.
— Напился? – спросил Туман, – давай дальше.
— Я больше ничего особенно не знаю, – снова вздохнув, ответил толстый, – охрана с шахты сказала, что эти, в другой форме с другой базы.
— Это мы уже слышали, – сказал я, – база где?
— Они мне не сказали, – испуганно произнёс толстый и уставился на меня, – эти, в другой форме побыли в деревне несколько часов, потом сели в машину и уехали.
— И всё? – как-то разочарованно спросил Слива.
— Ты точно нам больше ничего сказать не хочешь? – ласково спросил Клёпа и снова ткнул толстого в живот ножом.
Снова пук.
— Слышь, газпромовец, – сморщился Клёпа, – хватит нам тут уже воздух портить, я провонял уже тобой весь.
— Что можешь об этих людях сказать? – спросил Туман, подойдя ближе к толстому.
Тот так и сидел на заднице, вот, наконец-то отдышался, и его рожа приняла более-менее нормальный оттенок.
— Другие они, – немного подумав, ответил толстый.
— Ну, про форму и оружие мы уже поняли – кивнул Туман, глядя на толстого, – они точно не говорили, где эта база?
— Нет, – испуганно затряс головой тот, – никто ничего мне не сказал. Сказали только, чтобы я лучше лишних вопросов не задавал.
— Что за форма на них? – спросил я, – чем отличается от формы охраны шахты?
— Она тёплая, – выпалил жирдяй.
— Как это?
— Ну, куртки у них тёплые, штаны, ботинки, шапки на меху.
И вот тут меня пробил холодный пот.
— Походу, эти ребятки, ну очень, издалека, – ухмыльнулся Слива, – если они в тёплой одежде. А у вас-то в деревне они что забыли?
— Мясо и самогонку брали. У них там праздник какой-то намечался, вот они и затарились у нас, потом в машину сели и уехали.
— Ещё один лифт где-то? – посмотрев на нас, спросил Туман.
— По-любому, – ответил я, – может быть, даже несколько. Один для зверей, второй для охраны и доставки грузов. Где-то тут есть место, где очень холодно, вот там они и обосновались, там же разводят зверей и оттуда же отправляют их через лифты к городам. Но вот где такое место? Слышь, жирный, – обратился я к нему, – они точно хоть какое-то приблизительное место не назвали?
— Нет-нет, я бы сказал вам.
— Говори, скотина! – неожиданно схватив толстяка за волосы, закричал ему в лицо Клёпа, – я тебя сейчас всего на куски порежу!
— Аааааа! – заорал толстый что есть мочи.
Спустя секунду я увидел, как Клёпа отрезает ему ухо. Жирный стал орать ещё сильнее.
— Говори, где лифт, урод! – отвешивая ему пару подзатыльников, закричал Клёпа, – ты же живёшь в деревне, ты должен знать где лифт. Говори, падаль, пока я тебе второе ухо не отрезал! – Клёпа ещё так покрутил отрезанным ухом перед глазами у толстого.
Он схватился рукой за свою голову, где у него только что было ухо, и сквозь пальцы тут же начала сочиться кровь.
— Я же тебе сразу сказал, – ухмыльнулся Туман, – лучше всё рассказывай.
— Я знаю, знаю, где лифт, – завопил толстый, – не надо, пожалуйста, не надо!
— Говори! – снова рявкнул Клёпа и неожиданно воткнул толстому нож в левую ляжку.
Визг толстого перешёл на ультразвук, я аж пригнулся от его крика.
— В пяти километрах от деревни есть скалы, там лифт, который выводит в другое место, там холодно, они оттуда. Это всё, что я знаю, не убивайте, хватит, пожалуйста, хватит!
Он снова громко пёрднул и заплакал.
— Ну, думаю он больше ничего не знает, – спокойно произнёс Клёпа, выдёргивая нож из ноги толстого, тот от боли резко заткнулся, закатил глаза и хлопнулся в обморок, – хотя можно его ещё немножко порезать, может ещё чего скажет интересного.
— Маньяки, – засмеялся кто-то из шахтёров.
— Зато как интересно, – добавил другой, – толстый сразу всё рассказал.
Мне так и хотелось сказать, это вы ещё наших мушкетёров не видели, те допросы покруче проводят. И у них вместо ножей бензопилы. Там сразу всё вспомнишь и то, что не помнишь, тоже вспомнишь. Если бы Котлета или Мамуля этого толстого допрашивали, он бы наверняка в штаны себе наложил, а тут только воздух несколько раз испортил.
— Этого из газпрома перевязать, связать и оттащить в угол, – улыбаясь сказал Туман, – пусть там воняет лежит.
— Ну и что делать будем? – спросил Туча, когда мы впятером отошли в сторонку от всех шахтёров.
Краем глаза я увидел, как этого толстяка мужики немного попинали, он уже пришёл в сознание, он как-то скулил, держась одной рукой за отрезанное ухо, второй – за ногу. Затем к нему подошёл этот дедок, врач и лихо обмотал ему башку бинтами и перевязал ногу.
И ещё я заметил, как некоторые из шахтёров с опаской смотрят на весёлого Клёпу. Походу, мужики решили, что он какой то маньяк – сначала отрезал ухо, а потом воткнул толстому в ногу нож, и всё это спокойно и с улыбкой. Эх, мужики, знали бы, через какую он войну прошёл, что там видел и делал и в нашем мире, то не смотрели бы так на него. Да и на нас они вон как косятся.
— Нам однозначно нужно к этому лифту, – тут же сказал Слива.
— А с людьми что? – кивнул в их сторону Туман, – мы их всех обещали отсюда вывести.
— Думаю, что сначала нужно вывести отсюда всех людей, – подумав, произнёс я, – лифт никуда не денется. Да и отдохнуть нам и перегруппироваться нужно, Клёпа, вон, ранен.
— Со мной нормально всё! – тут же взвился тот.
Я просто молча взял и легонько ударил носком своего кроссовка по его правой ноге.
— А, млять, Саня! – застонал тот от боли.
— Нормальный он.
— Отсюда точно нужно выбираться, – задумчиво произнёс Туман, наблюдая, как связанного толстого трое мужиков волокут в угол.
Толстый как-то хрюкает и поскуливает. Да уж, не повезло ему, точно живым он отсюда, однозначно, не выберется.
— Где же наши, млять! – в сердцах выругался Туман, – все сроки уже прошли. Ту базу, откуда мы сюда приехали, точно нужно в дым раскатать. И узнать бы побольше про этот институт-базу, где животных выращивают.
— Почему институт-то? – спросил Слива.
— Потому что там всяких яйцеголовых, которые занимаются научной деятельностью полным-полно. Эх, нам бы побольше информации, где она, и что к чему там.
— Приём. – внезапно заговорили наши рации.
Рация была только у меня и у Тумана.
Мы все недоумённо уставились на рации.
— Это кто ещё? – спросил Слива.
— Да эти ушлёпки, походу, с нами на связь пытаются выйти, – зло произнёс Клёпа.
— В канале, – махнув рукой чтобы все замолчали ответил Туман.
— Туман?
— Грач?
— Твоя машина?
— Белая БМВ. А твоя?
— Кабриолет БМВ. ГДЛ.
— Пацаны!!! – радостно заорали мы.
Все шахтёры, которые это услышали, тут же притихли и уставились на нас.
— Приоритет, направление, слышали работу артиллерии. Визуально наблюдаем скалы и железку, упирающуюся в них.
— Грач, братишка! – завопил Слива.
— Тихо все, млять! – рявкнул Туман.
— Шахта в скале, мы на поверхности, окопались, железка – окончание пути к нам, – спокойно и чётко начал говорить Туман – двадцать пять-тридцать бармалеев, три снайпера по кругу, две пушки, три-четыре миномёта, работают по нам. Приоритет – снайпера и артиллерия.
— Коробочки?
— Скорее всего есть.
— Звери?
— Были, больше пока нет.
И вот тут-то я охренел от этих переговоров. Вот так, два профи высочайшего класса, два пса войны, без лишних слов, соплей, приветствий, тут же доложили друг другу обстановку.
— Это кто там тявкает? – внезапно вклинился в их разговор ещё один мужской голос.
Вот для чего они говорили так коротко и быстро. Те бандиты умудрились-таки встать на общую волну.
— Тот, кто вырежет тебе сердце, – спокойно ответил ему Грач, – руки в гору и выходите к железке, либо положим всех.
В ответ тишина, через несколько секунд в ответ раздался смех, и на заднем плане засмеялось ещё несколько мужчин, видимо, этот вклинившийся поймал волну с переговорами Грача и Тумана и включил громкость на своей рации на полную.
— Ты не много на себя берёшь-то? – вновь засмеялся невидимый собеседник.
— У вас есть пять минут, – не обращая на него внимания, сказал Грач, – иначе ляжете все.
— Да ты кто такой, урод, млять? – начал закипать собеседник, – я тебе самому сердце вырежу!
— Туман, жди, и сидите на месте, – вновь произнёс Грач и отключился.
— Ну, вот и помощь, – облегчённо сказал Туман.
Я прям на его лице увидел такое облегчение, как будто он в гору с мешком, набитым камнями лез, и наконец-то его с себя скинул.
— Ну всё, мужики, – радостно заорал на всё помещение Слива – наши пришли! Теперь всем этим уродам в лесу хана!
Только он это сказал, только я увидел, как несколько шахтёров открыли было рот, чтобы что-то спросить, как лес вокруг шахты наполнился стрельбой и взрывами. Мы снова все ломанулись к окнам, пытаясь хоть что-то там рассмотреть.
— Назад! – заорал Туман нескольким мужикам, которые, подхватив оружие, хотели выбежать из здания, – всем тут сидеть, смотрите по сторонам.
Как я не силился, но так и не смог рассмотреть, что творится в лесу, только слышна стрельба и, кажется, кто-то из людей мелькнул на опушке леса. Стреляли там из всего, что было, бой там шёл не на шутку. Раза три что-то очень хорошо взорвалось, я аж увидел поднимающийся из леса гриб взрыва. Минут через десять стрельба и взрывы кончились так же неожиданно, как и начались.
— И всё что ли? – полностью обалдевшим голосом спросил один из шахтёров, – ваши что, всех тех положили?
— А вы не верили, – засмеялся Клёпа, снова растирая свою ногу, — что помощь будет.
В течении пары минут мы слышали одиночные выстрелы.
— А вот и контроль, – хихикнул Туча.
Я, ухмыляясь, смотрел на полностью обалдевших шахтёров, и меня такая гордость распирала, что просто пипец. Наблюдая за Туманом, я видел, как он топчется то на месте, то около окна, то теребит рацию, чтобы узнать, как там у ребят дела, но вызвать Грача так и не решился. Мне кажется, он еле-еле сдержался, чтобы не схватить автомат и не ломануться в лес бегом.
— Туман, приём, – снова голос Грача спустя ещё десять минут.
Эти десять минут нам всем показались вечностью. Но надо ждать, Туман-то молчит, ждёт, нам тем более нужно молчать. Несколько мужиков, конечно, спросили «что там?» и «чего вы ждёте?». Но Слива молча показал им кулак, и они заткнулись.
— На связи, – шумно выдохнув, ответил Туман.
— Чисто, выдвигаемся к вам. Две машины, остальные позже – собираем трофеи.
— Северный въезд, – тут же ответил Туман, — вот теперь можно выходить! – громко сказал он, повернувшись ко всем.
Из здания мы ломанулись бегом. Малыш подхватил Клёпу на плечо, Собровец, мне кажется, даже сказать ничего не успел, он только на плече у Рейдера опять начал материться. Едва мы, перепрыгивая воронки и окопы, подбежали к Северному въезду, как увидели, как из леса выезжают два джипа.
— Ура!!! – заорали мы что есть мочи.
Народ, стоящий рядом с нами орал, свистел и улюлюкал. Вон, несколько шахтёров орут и, что есть силы, лупят молотками по какой-то железной балке, вбитой в землю. В общем, эмоции в прямом смысле зашкаливали.
<p>Глава 3.</p>Александр.
6 ноября. Шахта. Мир Белазов.
-Здорово, мужики! – высунувшись из окна первого джипа, заорал Грач.
Как только оба автомобиля остановились, мы бросились к нашим ребятам. Из джипов выбрались Грач, Гера и из второго – Ватари, Док и Полукед.
— Вы чего? – удивлённо спросил я, увидев, как у них тут же пропали с лиц улыбки, а Ватари схватился за свою помпу.
— Рейдер! – выдохнул Грач.
— А, это свои, – обрадованно произнёс я, быстро обернувшись и посмотрев на спокойно стоящего Малыша.
— Как это «свой»?
— Да их шестеро, – подхватил Туча, – расслабьтесь, мужики, всё нормально, потом объясним.
— Ну как вы тут? – снова повеселев, спросил Грач, немного косясь на Рейдера.
— Нормуль, – крепко обнимая своего однополчанина, ответил Туман, – вы-то как их так быстро всех положили? Док, там раненые в здании, помоги, чем сможешь.
Тот кивнул, вытащил из джипа свой чемоданчик и в сопровождении двух Укасов быстрым шагом направился в указанную сторону. Из леса раздалась длинная автоматная очередь, затем коротко тявкнул пулемёт, и снова наступила тишина. Все резко повернулись в сторону леса, а Грач схватился за рацию, но из неё тут же раздался довольный голос Паштета.
— Командир, всё чисто, тут один гоблин решил пострелять по нам.
— Собирайте там всё быстрее и сюда, и трактора не забудьте.
— Ща всё будет, трактора Крот с Чубом завести пытаются.
— Добро, – улыбнулся Грач и отключился, – да у нас приключений было – во! – он махнул рукой выше своей головы, – и с местными познакомились, и повоевали, и на птицах каких-то катались.
Нас сюда местные привели, они сейчас там трофеи собирают, – Грач засмеялся, – если коротко, то мы вдоль железки двигались, услышали артиллерию. Наши проводники сказали, что это в районе шахты стреляют. Ну, мы тачки бросили в лесу и врассыпную, заметили этих бармалеев, – Грач снова ухмыльнулся, – решили, что точно по вам работают. Пацаны бегом рассредоточились, по кодированному каналу доложились, что держат на мушке этих бандитов, ну а дальше я с вами на связь вышел. Я просто не знал, на какой волне вас вызывать, поэтому пришлось тупо в эфир выходить, а эти нас услышали, ну а дальше вы знаете.
— Да мы тут уже повоевали, – показав на несколько мёртвых ежей, произнёс Грач – рации тут у охраны были, на их волне и общались.
— Ну, мы так и подумали. Ладно, что дальше?
— Есть что попить, мужики? – спросил Ватари, – а то мою флягу… – он не договорил, просто снял с пояса и показал свою простреленную фляжку.
— В здании есть, – выкрикнул один из шахтёров.
— Пошли туда, – позвал всех Туман.
В общем, вот такие дела, – спустя пятнадцать минут рассказа, ухмыльнулся Грач, когда мы уже расположились на ящиках внутри здания.
Как-то ветерок поднялся, и тучки набежали, как бы дождь не пошёл. Док хлопотал над ранеными, вместе с ним крутился и этот дедок. Вообще, шахтёры, поняв, что основная опасность миновала, немного расслабились, некоторые из них, как могли, помогали нашему Доку. Полукед сбегал и принёс из джипа ещё одну сумку с медикаментами, ну и Док, руководя добровольными помощниками, тут же стал делать перевязки и ещё там всякую медицинскую фигню.
Я, конечно, крови не боюсь, привык, но видеть, как наш Док щипцами ковыряется в теле одного из раненых выше моих сил. Этот раненый, Укас лет тридцати пяти держался, как мог. Ему даже кто-то палку между зубов сунул. Док вытащил у него из тела небольшой осколок, я отчётливо услышал металлический звук, когда этот осколок упал в небольшую металлическую тарелку.
В общем, думаю, с появлением нашего Дока и нормальных медикаментов, у многих тяжело раненых появится больше шансов выжить. Да и плюс у каждого из наших пацанов есть аптечки, хорошие аптечки, Док их проверяет и доукомплектовывает перед каждым выездом на боевую операцию. Пацаны сразу их ему отдали.
— Ну и правильно сделали с посёлком, – выслушав Грача, кивнул я, – нам и нужно туда двигаться, к лифту, за подмогой.
Грач сказал, что до него пять-шесть часов езды, сейчас обед, пока туда-сюда, но до ночи точно успеем до него доехать.
Туман кивнул пару раз, соглашаясь со мной, и сказал.
— До того лифта, откуда мы вышли, слишком далеко. Сами мы эту базу, с которой сюда приехали не возьмём, да и всем этим людям, – он кивнул на кучу шахтёров, – мы обещали, что домой их отправим. Гера, тут ворота совсем никак нельзя открыть?
— Совсем, мужики, – разведя руки в стороны, ответил учёный, – тут всё по-другому. Я уже и сигнал искал и про кубы думал, нет такой возможности, нет сигнала и энергии, невозможно. У нас есть два варианта, – с видом знатока продолжал Гера, – либо мы возвращаемся в посёлок и оттуда едем к лифту, либо к той больше базе, и оттуда к нам, решать вам.
— К посёлку, однозначно, – решительно произнёс Туман, – нас и потрепали хорошо, и подкрепление нам нужно, да и раны зализать надо.
— Тогда нужно быстрее отсюда сваливать, – поддержал Тумана я, – пока с той большой базы сюда подкрепление не пришло. По нашим прикидкам они тут будут завтра с утра или днём, далековато от той базы всё-таки. И навалятся они на нас всей толпой. Будет и паровоз с пушками, и Белазы, и трактора. У нас тачек хватит, чтобы всех отсюда вывести?
— Сколько тут человек? – спросил Грач.
— Где-то сорок-сорок пять бойцов и около двадцати раненых, среди них есть и тяжёлые.
— Ну, если потеснимся, то уедем, на крайняк, можно несколько каких-нибудь волокуш сделать. Мы же пару тракторов захватили, они чё хошь за собой утянут.
— Ну, тогда я команду дам, – спохватился Туман.
Он быстро позвал к нам нескольких мужчин и объяснил, что нужно сделать. Те заверили, что через пару часов сварят волокуши или санки какие. Уж чего-чего, а железа, сварочных аппаратов и рабочих рук тут хватало.
— Ну, тогда едем в посёлок, вызываем подмогу и идём на эту базу, – отпустив мужиков и повернувшись к нам, сказал Туман, – а может и на марше кого из тех уродов встретим. Только и нас уже больше будет и пушки, и техника тоже будет, расстрелять колонну – как нефиг делать.
— А почему бы нам не выйти из лифта прямо около самой этой базы? – спросил Няма.
— Няма, не тупи, – усмехнулся Туман, – мы можем упустить тех из бандитов, которые сначала приедут на шахту, а с неё – в посёлок. Местные тут точно не выстоят.
— Да, ступил, – стушевался Няма.
— А после базы едем в Чулу, – заулыбался Слива.
— Чулу – это что? – спросил Грач.
— Деревня, где охране с шахты еду запасали, – ответил Туман, — хлеб там пекли, мясо, самогонка. Мы тут сегодня допросили одного, – он показал на лежащего в углу связанного толстого, – его мужики из этой деревни и привезли. В общем, местные полицаи, как в Великую Отечественную было. Тех, кто умудрялся отсюда убежать и приходил к ним за помощью, они вязали и охране этой шахты сдавали.
Он быстро в двух словах рассказал про то, что мы узнали от толстяка. Конечно, на всех произвела впечатление эта информация. Но все так же понимали, что нам нужна подмога, снаряжение, одежда и машины. Тот же самый вездеход нам точно пригодится. Там, со слов толстого, холодно, а значит есть снег, а ДТ-30 по снегу едет как по рельсам.
— Но первым делом, мужики, нам нужно разобраться с теми на базе, просто сравнять её с землёй. — Переживаешь, что бандиты приедут сюда, никого тут не застанут и поедут на посёлок? – спросил Грач.
— Именно. И пленных они там точно брать не будут. Кстати, у тех, кто в посёлке оружие-то есть? Наверняка же из городов богатенькие буратино с охраной отдыхать приедут, или кто-нибудь пошлёт людей проверить, почему это так долго оттуда никто не возвращается. Сцепятся, однозначно. Лифт-то этот, около посёлка, наверняка под охраной.
— С охраной лифтов, они сказали, что сами разберутся. А про бармалеев ты прав, попрутся они в посёлок однозначно, а у нас тяжёлого вооружения нет, пушки нужны, Монстр наш, пацаны и техника. Сегодня туда приедем, сразу отправим за помощью кого-нибудь из наших. Завтра к обеду вернутся, вот тогда уже можно будет и встретить непрошеных гостей, и базу ехать с землёй равнять. А по железке и дороге к посёлку – можно в паре мест и железку рвануть, эшелон уже не проедет, если они, конечно, на нём поедут, да и ручей мы там видели хороший, даже речушка такая, через него мостик перекинут; мостик рванём, берега тоже рванём – запарятся объезд искать, на несколько часов их точно задержим.
— Да и наблюдателей можно на машинах где-нибудь на гору посадить, – подхватил я, – увидят – быстро в посёлок.
Ребята разом кивнули.
— Кто-нибудь, отнесите на Южный въезд попить мужикам! – услышал я громкий крик.
Слушая Тумана увидел, как один из Рейдеров, сидящий без дела, подхватил бидон, типа таких, как мы видели в шахте внизу на мужике водовозе, и вышел с ним из нашего временного убежища.
Мы пока тут сидели и общались, потихоньку подъезжали наши пацаны. Пригнали сначала один, затем второй трактор. Как же я был рад их всех видеть! Затем потихоньку подъехали и остальные джипы. Как я понял из рассказов ребят, какие-то тачки они отжали в этом посёлке, какие-то им достались после боя в лесу. Вот ребята сюда и подтягивались. Причём, в каждой машине было много оружия, боеприпасов и различного барахла. Освобождённые мужики тут же помогали всё это разбирать, вернее они тут же забирали, кто что. Но наши не препятствовали, наоборот помогали, как могли. Да уж, они с уважением смотрели на наших бойцов. Ещё бы, все в обвесах, закопчёные после боя, увешанные оружием с ног до головы, довольные и загорелые. Это я прям сразу отметил, благо, опыт уже есть.
Шахтёры все бледные, а наши – загорелые, как с курорта какого. Конечно, мы сразу им говорили про Рейдеров, а то некоторые дёргались. Большой, вон, с Иваном, тут же за пулемёты схватились. Я видел, как они из трактора вылезли, и из-за угла двое Рейдеров вышли. Хорошо, что у некоторых из шахтёров хватило ума заорать, что Рейдеры свои, а то нашпиговали бы их пацаны свинцом по самую макушку.
Туман со Сливой уже по третьему разу рассказывали вновь прибывающим ребятам про наши приключения. Не откладывая дела в долгий ящик, Туман отдал команду, готовить раненых к транспортировке.
На Юпа, который приехал с нашими пацанами, никто из шахтёров не наезжал. Видимо, тоже поняли, что если он с нами, то значит нормальный чувак.
— Кстати говоря, мы в лесу нашли с десяток расстрелянных людей, – присаживаясь на ящик рядом с нами, сказал Крот, – одеты как эти, – он кивнул на шахтёров, – многих перед смертью пытали.
— Это те, кто решил отсюда свалить, – усмехнулся я, – хотя мы их предупреждали, что в лесу их поймать, как нефиг делать, могут.
— Вот и поймали, – кивнул Крот.
И тут в здание, где мы сидели, забежал весь взмыленный один из шахтёров и, увидев нас, заорал во всё горло.
— Мужики, там ваши с Рейдером дерутся!
Для наглядности, он ещё пальцем в Грача ткнул.
— Мушкетёры, млять, – вскочил Грач, – я забыл про них!
На меня как ушат холодной воды вылили. Стадом мы выбежали из здания и ломанулись за этим мужиком.
— Они же с Южного въезда должны были заехать, – на ходу крикнул Грач, – после того, как лес прочешут.
Млять, туда же Рейдер воду понёс! У меня прям всё внутри похолодело. Эти же кренделя увидели этого Рейдера и сцепились с ним.
— Туда бегите! – резко останавливаясь и держась за сердце, прокричал этот мужик махая рукой, – я больше не могу.
— Быстрее, пацаны, – орал Слива на ходу, – не хватало ещё, чтобы они там поубивали друг друга.
И тут, с той стороны, куда мы бежали, раздался выстрел, за ним длинная автоматная очередь.
Млять, млять, млять!!! Эти двести метров мы преодолели, как заправские чемпионы. Я даже и не предполагал, что могу бегать так быстро. Не, конечно, когда по мне стреляют, то могу, но тут, мне кажется, я ещё быстрее бежал. И бежал я в первых рядах, по бокам я видел бегущих – и наших ребят, и шахтёров, слишком многие услышали этого орущего мужика и ломанулись за нами.
Преодолев это расстояние и оббежав гору породы из шахты, мы выбежали на площадку перед ней и увидели картину. Честно говоря, я даже немного растерялся от увиденного и резко остановился, согнувшись и пытаясь отдышаться. Рядом охали и кряхтели другие мужики.
Недалеко от въезда в столбе стоял джип и дымил пробитым радиатором. Он в него врезался со всей дури. Чуть дальше лежал без сознания, широко раскинув руки, этот самый Рейдер, который понёс воду. В паре метров от него валялся Одуван и Мамуля, тоже без сознания, Упырь и Котлета лили им на лица воду из фляжек. Паштет хлопал по щекам лежащего мужика, пытаясь привести того в чувства, а второй мужик сидел на земле и держался за голову.
— Равняйсь, смирно! – рявкнул Грач.
Трое Мушкетёров тут же встали по стойке «смирно».
— Мужик, ты как? – подбежал я к сидящему на земле.
— Башка болит, – простонал тот, немного раскачиваясь.
— Дока сюда, быстро! – проорал Туман.
— Да тут я уже, – услышал я его голос и рядом появился Док.
Позади него нарисовался Малыш и недобро так покосился, сначала на стоящих навытяжку Мушкетёров, а затем увидел своего лежащего собрата и направился к нему.
— Гля, Котлетос, – шмыгнул разбитым носом Упырь, – ещё один Рейдер.
— Валим? – тут же спросил Паштет.
— Я вам щас завалю! – начал орать Грач, – я вам сейчас так завалю! Вы чё тут наделали?
— Гыы, — резко повернулся к троим Мушкетёрам Малыш.
— Стоять всем! – уже заорал Туча, – эти Рейдеры свои!
— Только Мушкетёрам об этом сказать забыли, – заржал, прибежавший вместе со всеми, Большой.
Я тут же увидел удивлённый взгляд на лицах этих троих кренделей, а Котлета, большой любитель подраться шумно выдохнул.
— Небольшое сотрясение, – резюмировал Док, быстро осмотрев этого сидящего шахтёра, – жить будет.
— Что у вас тут произошло-то? – спросил я у этого дядьки лет сорока.
— Этот тоже очухался, – известил нас голос Маленького.
— Немцы тоже живые, – добавил осматривающий Мамулю и Одувана, Колючий, – без сознания только, – этот тоже живой, – кивок на лежащего шахтёра.
Фух, все живые, не успели они друг друга грохнуть.
— Мужик, ты как? – легонько потряс я за плечо этого дядьку, и мы со Сливой помогли ему подняться на ноги.
— Нормально, вроде, – сморщился тот.
— Чё у вас тут произошло-то? – повторил я свой вопрос.
— Мы на горе сидели и наблюдали за лесом, – немного придя в себя, начал он говорить, – видим джип едет, – он показал на тачку Мушкетёров в столбе, – нас по рации предупредили, что будет ещё пять человек.
Вокруг нас тут же собрались, все прибежавшие сюда и шахтёры, и наши бойцы. Мушкетёры так и стоят навытяжку. Грач не орёт, вроде успокоился, а вот Туман улыбается стоит.
— Ну они и заехали на территорию, – продолжил мужик ,– тут Рейдер с водой идёт. Они его увидели и попытались сбить тачкой.
Сзади меня кто-то заржал.
— Он успел увернуться, эти в столб врезались.
Заржало ещё несколько человек.
— Эти из машины выбрались, и двое из них начали орать « Хенде Хох!».
Хохот от наших ребят стал ещё сильнее.
— Но видя, что Рейдер ничего не делает, кстати, что такое «Хенде Хох!»?
— Руки вверх! – вытирая слёзы от смеха, ответил Большой.
— На каком языке-то? – обалдело спросил мужик.
— Да есть один, давай мужик, чё дальше-то?
— А, ну Рейдер на них не реагировал, так они все впятером на него драться полезли. Начали его руками и ногами бить. Он, конечно, охренел, но раскидал их в два счёта.
— Ещё бы, – хмыкнул Грач и посмотрел на Рейдера, – здоровый парнишка.
— Да этим всё равно было, – как-то шумно выдохнул рассказчик, – они всё равно на него полезли, двое в ноги кинулись, один на спину прыгнул, другие двое – на руки. Видать, эти очень хорошо знают, как драться.
— Ещё бы они не знали, – хмуро ответил Грач, посмотрев на Мушкетёров.
— Он их раскидывает и руками машет, типа «я свой», а этим хоть бы хны, отлетают и всё равно на него лезут.
Смех от стоящих вокруг нас мужиков стал ещё сильнее. Да я уже и сам стоял хрюкал от смеха.
— Мы с Нитом просто обалдели на горе, – мужик показал на своего напарника, которого уже тоже привели в чувство, – начали орать, чтобы они не дрались. А махач в самом разгаре, – он улыбнулся, видимо вспомнил драку, – ну мы к ним вниз, попытались их разнять, только вон тот, длинный, Нита вырубил сразу, вернее Нит сам ему под руку подлез.
Я засмеялся, не могу больше сдерживаться. Мужики уже хохочут вовсю, наши, шахтёры кто улыбается, а кто затылки чешут.
— Ну, я за оружие, пальнул в воздух пару раз, эти дерутся, пухлый попытался ударить Рейдера доской, тот её отбил, доска в меня, дальше – темнота.
Всё, хохот стал такой, что, мне кажется, нас в деревне слышно было.
— Вы чё на него драться полезли? – спросил у Мушкетёров уже окончательно успокоившийся Грач.
— Командир, – рявкнул, стоя навытяжку, Паштет, – информации о том, что тут есть Рейдеры, которые на нашей стороне, не было.
Я прям угадал, что сейчас будет дальше, они снова начали говорить по очереди.
— Мы хотели взять его в плен, – подхватил Котлета.
— Вы же знаете, балбесы, что они не разговаривают, – снова начал закипать Грач, – зачем вам пленный? И вы же пленных не берёте, – тут Грач осёкся и, резко обернувшись, увидел стоящих с вытянувшимися лицами шахтёров, – а… – махнул он рукой.
— Ну, мы хотели попробовать его разговорить, – заулыбался, подключившись Упырь, – вот и решили его в плен взять.
— Где он? – завопил резко пришедший в себя Мамуля, – я его замочу сейчас.
— Отставить! – снова рявкнул Грач.
— Кто эти психи? – раздался чей-то вопрос из толпы.
— И зачем у них бензопилы в чехлах? – спросил другой.
Нда, снова наши Мушкетёры влипли в неприятности. Снова они прославились, и снова о них будут все говорить. Скоро слава о них будет бежать впереди них.
— Твой косяк, – ткнул пальцем в Грача Туман и засмеялся, – не предупредил эту великолепную пятёрку насчёт Рейдеров.
— Да забыл я, – вздохнув, ответил Грач, – с вами заговорился.
— Это, командир, – подал голос Паштет, – так что, эти Рейдеры свои?
— Да свои они, свои, – устало ответил Грач, – не деритесь больше с ними.
— Тачку на списание, – крикнул Крот, осмотрев джип на котором приехали Мушкетёры.
— Есть чё пожрать, мужики? – как ни в чём не бывало спросил Упырь.
— Пошли уже, – махнул всем рукой Грач и, развернувшись, потопал в сторону здания.
— Пацаны, познакомьтесь, это Малыш, – представил Туча Рейдера Мушкетёрам, – ему Клёпа жизнью обязан.
— Да ладно! – вытаращили глаза Мушкетёры.
— Ага, потом расскажем. Они не все бандиты, есть среди них нормальные пацаны.
— Ну спасибо, братан, за Клёпу, – протягивая руку Малышу, сказал Паштет.
— Гыы, – снова заулыбался Малыш и ответил на рукопожатие.
— Не дай бог у них будет пополнение, – покачивая головой негромко сказал мне Слива, наблюдая, как Мушкетёры знакомятся сначала с Малышом, а потом и с тем, с кем они только что дрались, – Грач с ними тогда точно повесится. А хорошо они этого Рейдера-то отоварили, он до сих пор до конца в себя прийти не может.
— Не, – усмехнулся я, – до пополнения точно не дойдёт. А вот тут они с Рейдерами точно могут чего-нибудь отчебучить. Малыш, походу, такой же обезбашенный, как и эта пятёрка.
— Хана Грачу, – резюмировал Слива, засмеявшись.
Мужики за час сварили двое огромных саней, просто взяли несколько больших балок, приварили к ним пол, борта, крышу, всё из листов железа и спереди сделали что-то типа закругления. Часть раненых погрузили в трактора, часть – в машины, ну а остальные расселись, кто где. Будем надеяться, что дождь не пойдёт, не хотелось бы ехать и мокнуть.
Этого толстого из Чулу кто-то тихонько прирезал. Он так и лежал в углу, в который его отволокли и из его разрезанного, от уха до уха, горла вытекала на землю кровь.
Так же похоронили всех погибших, тех, кто не убежал и остался с нами защищать раненых и ждать подмогу. Сказал шахтёрам Крот и про тех замученных и расстрелянных людей в лесу, даже свозил туда несколько человек. Типа, вот, мы же говорили, оставайтесь тут, ну ладно, каждый сам делал выбор.
Мы уезжали из шахты, до темноты семь часов, должны успеть засветло добраться до посёлка. Сидя в последнем джипе и дожидаясь, когда наша большая колонна, состоящая из джипов, парочки грузовиков и двух тракторов с прицепами тронется, я наблюдал за освобождёнными людьми, Укасами и Рейдерами. Они все смотрели на шахту, кто-то с ненавистью, кто-то с облегчением, кто-то просто был очень серьёзным.
Мы не спрашивали, кто из них сколько тут провёл времени, но, думаю, многие не один месяц. Да уж, сколько пота, крови, боли и слёз видела эта шахта! Сколько жизней вот таких простых работяг остались тут навсегда.
Шахту мы уничтожили окончательно. Грач дал нескольким мужикам пару ящиков взрывчатки, и они там ещё что-то рванули. С их слов, восстановить её теперь нереально. Если только начинать всё заново. Оборудование и постройки, что уцелело при двух артиллерийских обстрелах, взорвали тоже.
Мой хомяк жалобно поскрипел в душе, а потом успокоился, видимо, понял, что вывезти отсюда кое-какое оборудование или технику нет никакой возможности. А возвращаться сюда за всем этим чревато.
Ведь, сто процентов, найдутся те, кто обязательно сюда приедут, это могут быть и обычные люди, которые знали про эту шахту, и те же самые бандиты. Приедут и начнут копать, в надежде, что именно им улыбнётся удача, и они найдут немного золотишка.
Колонна покидала шахту, последними с её территории выехали мы. Слива за рулём, я справа спереди, сзади Няма и Колючий. Только ветер гуляет, кое-что ещё дымится после взрывов или пожаров, множество воронок, всё перекорёжено, разрушено, уничтожено, да и плюс ещё множество мёртвых ежей валяется. Всё, пока, мы уехали!
<p>Глава 4.</p>6 ноября. Вечер. Мир Белазов.
— Хренасе, у них тут Рублёвка! – первым делом выпалил Слива, рассматривая дома, вернее, небольшие дворцы, как только мы въехали в посёлок уже под вечер этого же дня.
Естественно, мы перед подъездом к посёлку опознались, вернее, Грач там на связь с какими-то мужиками вышел, а то, думаю, нас встретили бы свинцом.
Да уж, я сидел в джипе и крутил головой по сторонам. Те, кто тут жили, были очень и очень богатые люди, вон какие хоромы себе тут понастроили. Грач нам рассказал, как местные бояре себя вели, как они его штурмовали, вернее, как брали этих богатеев и освобождали людей и Укасов, и что потом освобождённые сделали со своими бывшими хозяевами, вернее, в какую игру с ними сыграли.
В принципе, всё правильно, я бы и сам наверное этих уродов расстрелял. Только вот одно Грач не сделал, не допросил этих бояр, наверняка кто-то из них выдал бы нам какую-нибудь информацию. То, что кто-то из этих богатеньких остался жив, я сильно сомневаюсь. Крот нам успел рассказать, что в парочке домов в подвалах нашли что-то типа пыточных, обустроенных по высшему разряду – крюки, цепи, различные штуки, которые предназначены для издевательств. Одни из хозяев были дома и их быстро порезали на ремни, другие отсутствовали.
По главной дороге мы доехали до большого озера, которое находилось в центре посёлка, там нас уже встречала толпа людей.
Пока ехали по посёлку, я хорошо рассмотрел эти дворцы в миниатюре. Даже у нас, в Новом оазисе, и то нет такого шика и помпезности. Тут что не дом, то произведение искусства, мраморные и гранитные колоны, лепнина на внешних фасадах домов, кованые ворота, заборы, калитки. Огромное количество различной зелени и в самом посёлке, и внутри дворов, причём, всё это ухожено и подстрижено.
Дома двух- и трёхэтажные, хотя нет, я видел один дом в четыре этажа, его площадь тысячи две метров. Вот куда такой? Зачем он? Пусть там будет и бассейн, и сауна, и не знаю, ну бильярд, чё там ещё в этом мире делают, кабинет для курения, до домашних кинотеатров и тренажёрных залов, я думаю, тут ещё не дошли. Дом буквально притягивал к себе внимание! Этакий стиль Хай-тек, куча стекла и железа, но, млять, в нём, мне кажется, реально можно заблудиться! А если там живут всего несколько человек, вернее жили, то даю гарантию, что они годами не заходили в некоторые комнаты. Вот что значит «денег куры не клюют». У меня тоже бабосов много, я же как-никак парнишка с деньгами, но даже мне в голову не пришло построить такой дом в Новом. У нас со Светкой всё скромно, двести квадратных метров за глаза, мне, Светке и Булату как раз хватает. А тут такая хреновина! Ладно, каждый с ума сходит по-своему.
А вон и несколько сгоревших зданий, частично их уже разобрали, несколько остовов машин мы тоже видели, причём, по машинам лупили от души. Когда проезжали мимо стоящего между двумя сараями расстрелянного в хлам Кабана, мой хомяк чуть не удавился. Это же, млять, надо ж такую тачку уничтожить, ох, оторвались тут видать на этих боярах!
— А много тут народу-то, – ухмыльнулся Слива, останавливаясь чуть сбоку от других машин.
Из них уже вовсю вытаскивали раненых и тут же куда-то уносили.
— Добро пожаловать, мальчики, – рядом с нами появилась девушка лет двадцати с кувшином, в котором было молоко.
— Спасибо, красавица, – выпрыгивая из джипа, ответил я.
Молочка я выпил с удовольствием, следом присоединились и пацаны. Другая девушка принесла нам свежие пирожки, вот и стояли мы, точили их, и наблюдали, что происходит вокруг.
— Этих – ко мне в дом, – послышался командирский, хорошо поставленный голос.
Этого мужика я увидел сразу, как только машины остановились, он сразу развил бурную деятельность. Он командовал людьми, которые тут были. Раненых тут же уносили на носилках, либо так же на машинах увозили. Я так понимаю, что их взяли под своё крыло местные. Остальных шахтёров он тут же распределял по другим домам, и те, в сопровождении местных расходились по ним. Людям надо поесть и отдохнуть, вымотались и устали все очень сильно.
— Этих – к Маре в дом, – продолжал он тыкать в людей пальцем, – этих – к Наду, этих – к Луту. Грач, – увидел он его.
На Рейдеров и Юпа реагировали совершенно спокойно, видимо к ним все привыкли, как мы к Укасам. Хотя Юпы-то особо к людям и Укасам не выходили, но всё равно, их тоже развели по домам, только Малыш так и держался Тучи и Клёпы, вон, сидит на капоте джипа, болтает ногами и смотрит за процессом.
— Привет, председатель! – громко поприветствовал его Грач.
Мужик, уже стоя на крыше трактора, развернулся, увидел Грача, кивнул и спросил.
— Сколько вас человек?
— Около тридцати.
— Тогда ваши – вон те два дома, – тут же показал он нам рукой на два двухэтажных дома, – располагайтесь там. Еду вам сейчас принесут, а мы пока раненых и шахтёров распределим.
Грач кивнул, а мы продолжили наблюдать, как те, кто тут были, расхватывают людей и разводят их по домам.
— Крота не видели? – подойдя, спросил Туман.
— Неа, – ответил Колючий, – тут народу полно.
— Крот, приём.
— На связи.
— Подойди к последней машине, – сказал в рацию Туман.
За пару минут вокруг нас собрались почти все наши пацаны. Местные то и дело подходили к нам, благодарили и жали руки. Мы даже увидели, как некоторые из шахтёров встретили тут своих знакомых.
— Внимательно, – произнёс Крот, подойдя к нам.
Следом за ним подошёл Чуб и Иван.
— Думаю, ты понимаешь, что я хочу тебе поручить.
— Да понятно уже, – ухмыльнулся Крот, – взять местных, доехать до лифта, там в Лос, из Лоса к нам и притащить сюда подкрепление.
— Точно! – заулыбался Туман.
— Сделаем, – спокойно ответил Крот, – Чуб, ты со мной?
— Конечно, куда ты без меня.
— Председатель! – заорал во всё горло Грач, – на пару слов.
Тот всё так же стоял на крыше трактора и орал на каких-то тёток, которые, по его мнению, слишком долго задержались около грузовика.
— Иду.
— Я с вами поеду, – неожиданно сказал Иван.
— Я тоже, – подключился Хас, – Гера пусть с нами тоже едет.
— Зачем? – удивился я.
— Они приведут ваших пацанов сюда, – ткнув в Крота с Чубом, ответил Иван, – а я приведу своих, завтра к вечеру. Гера мне нужен для того, чтобы мы нашли лифт около той базы. Вы движетесь отсюда, а мы вас уже там ждать будем. Сотня бойцов с моей стороны точно будет, разнесём там всё. Свяжусь с Киженем, на поезде они быстро приедут.
— Ну а я могу своих пацанов, человек тридцать позвать, – улыбнулся Хас, – надо же им практику проходить, не всё же тренироваться.
— А я чё, рыжий? – весело добавил Корж, – я с вами, пацаны, своих тоже пригоню. Человек пятьдесят, точно будет.
— Неплохо, – довольно кивнул Туман, – такими силами мы их там точно всех положим!
Когда подошёл председатель, Грач сначала познакомил нас с ним, а потом спросил, как обстоят дела с лифтом около посёлка. Председатель ответил, что лифт они взяли, охрану там положили, в общем, всё так, как он и обещал перед отъездом отсюда наших ребят.
И похвастался, что встретили и, само собой, грохнули ещё одного владельца одного из домов и плюс, освободили троих людей, которых везли на грузовике. Людей похитили из Лос, он нам даже показал одну девушку, которая хлопотала над раненым шахтёром.
Проводники к лифту тут же нашлись, и пацаны, не теряя времени, быстро прыгнули в три джипа и рванули к нему. Где-то через час окончательно стемнеет, но они успеют до него доехать и, скорее всего, успеют добраться до Лос, ну а там дело техники.
Председателю мы сказали, что основная эвакуация в города будет завтра-послезавтра, сначала надо решить вопрос с базой, на что он только кивнул и сказал, что с нами могут поехать, в качестве подкрепления, десять человек. Первый шок от освобождения у них уже прошёл, и теперь они хотят отомстить.
Проводив наших с местными, мы, похватав оружие и кое-какие шмотки направились в выделенные для нас два дома. За дежурство я не волновался, тут вон местные, все со стволами, и они же смотрят за окрестностями. Единственное что Туман посоветовал председателю – отправить кого-нибудь на машинах подальше от посёлка, на гору какую-нибудь залезть, мало ли эти уроды ночью пожалуют или с утра, у нас хоть будет время подготовиться.
Мы, конечно, пока сюда ехали, взорвали в парочке мест и железную дорогу, и ручей этот, но всё равно, перестраховаться не мешает. Мы все очень устали, хотелось в душ, есть, спать, да и выпить не помешает. Председатель снова от нас убежал, перед этим крикнув, чтобы мы прислали несколько человек, которым дадут еды на всех нас. Грач тут же отправил туда Мушкетёров и Малыша.
— Охренеть, кухня! – снова выматерился Слива, едва мы едва вошли в дом, в котором собрались ночевать.
Честно, я тоже завис.
— Да уж! – только и смог вымолвить я, рассматривая кухню, в которую мы вошли.
Это была скорее кухня-столовая, но она, млять, была нереально огромной, мне кажется, в ней метров семьдеят точно было. Нереально огромный стол посередине, куча стульев, множество посуды. Видать, бывший владелец этого дома очень любил шумные застолья, а может он просто любит всё большое и массивное. Неплохой такой домик – ковры на стенах, картины, тяжёлые гардины, мебель такая, явно сделанная на заказ.
Пока рассматривали дом, во двор заехали две машины. Я только успел со второго этажа спуститься, как на кухню, один за другим, стали заходить Мушкетёры. Эта великолепная пятёрка тащила в руках корзины и коробки с едой, последним зашёл Малыш, он нёс на плече ногу какого-то животного или само животное, в общем, мяса, думаю, хватит на всех нас с лихвой. Некоторые из наших ребят тут же помогли разгрузить машины, и теперь на кухне была куча еды.
— Вот, – увидев меня и показывая корзину, выдал Котлета, – это нам местные дали.
— Они там пару коров каких-то зарезали и поделились с нами мясом, – добавил Упырь.
— Ща всё будет, шеф, – подключился Паштет.
Мушкетёры тут же развили на кухне бурную деятельность. Спустя ещё минут десять к нам пришли четверо женщин и процесс приготовления пошёл ещё быстрее. Как они сказали, их председатель сюда прислал, помочь приготовить. Большой с Иваном притащили откуда-то ещё пару лавочек, Док с Черепом и Полукедом приволокли стулья, и всё это поставили в этой большой столовой, мы тут легко все поместимся.
— Грач, – расставляя стулья, обратился к нему Череп, – когда за вездеходом поедем?
— Завтра заскочим по пути, – копаясь в корзинах с едой, ответил тот.
— Мужчины, хватит копаться, – с улыбкой произнесла одна из женщин, которая помогала готовить, – потерпите, мы сейчас всё приготовим, и вы покушаете.
— Идите лучше в душ сходите и переоденьтесь, – добавил вторая, – там, на втором этаже, – она ножом, который держала в руках, ткнула в потолок.
— Я первый! – я тут же вскочил с кресла, в котором сидел и направился на второй этаж.
Дом, реально, был огромный. Я успел так по нему пробежаться, интересно же. Кровать для ночлега я себе уже тоже выбрал, в одной из пяти комнат, которые были на втором этаже.
Ох, как же хорошо мне стало после душа! Все свои грязные, потные и пропахшие порохом шмотки я выкинул. Часть одежды была у наших ребят, часть нам так же принесли местные. Вот и щеголял я сейчас в домашних тапочках, чистых штанах от комплекта нашей цифры, а сверху – в футболке, которую Слива нашёл тут же в шкафу.
В доме было очень тепло, тем более в этой кухне столовой был ещё и камин, который тоже растопили. Спустившись вниз увидел, что стол уже сервирован, тут же ещё с пяток женщин, которые помогают его и сервировать, и готовить тем четверым на такую ораву мужиков, то есть нас. А уж какие запахи распространялись по кухне, я реально чуть слюнями не захлебнулся! Мушкетёров уже нет, видать, их тоже отправили приводить себя в порядок. Да и этих женщин и девушек тут вполне достаточно.
Снова плюхнувшись в кресло, тут же получил в руки небольшой бутерброд от одной из девушек, следом стали спускаться и наши ребята, тоже все чистые, разомлевшие от тёплого душа. Часть ребят приходила из соседнего дома, где они будут ночевать, ужинать же мы будем все тут, так как тут больше всего места.
Доев бутерброд и выйдя на крыльцо, я вздохнул полной грудью. Мля, как же тут хорошо! Со всех сторон доносились радостные крики людей, пару раз проехали машины, в общем, посёлок зажил новой жизнью.
Тут я увидел, как Туча прёт два ведра с водой куда-то за угол.
— Ты куда воду поволок? – облокотившись на кованые перила спросил я.
— Малышу помыться – не оборачиваясь, ответил тот, – вон он, там за сараем, в порядок себя приводит. Ему Ваня камуфляж свой выделил перед отъездом.
— Давай его потом за стол к нам.
— Само собой.
Минут через десять в дом пришёл Малыш. Мля, вот это хреновина, чувак нереально здоровый! Наша цифра его прям преобразила, если бы не эта рожа его, вообще красавчик был бы. Рейдер скромненько прошёл в уголок и аккуратно присел на кожаный диван, который под его весом жалобно заскрипел, но ножки, вроде, выдержали.
Юп уже сидел около камина, тоже весь чистенький и щурился от удовольствия, кажись, он вообще разомлел от огня.
— Слива, – позвал его Туман, развалившись в кресле напротив камина.
— Чё?
— Тебе задание по твоему профилю – найти, чё нам бухнуть.
— Да ладно? – вытаращил на него глаза Слива.
— Сегодня можно, устали все, нужно отдохнуть. Нас тут человек двести, точно, есть, все вооружены, местные нас заверили, что мы можем отдыхать, так что давай, ищи спиртное.
— Колючий, пошли пошукаем по домам, – позвал его Слива.
— Да нам тут дали, вроде как, – подойдя к одной из корзин, сказал Мамуля и вытащил из неё две трёхлитровые бутылки, походу, там была самогонка.
— Мало, – тут же сказал Слива, – нас много, а выпить все хотят. Короче, мы с Колючим за ускорителем.
— Мальчики, – тут же рядом нарисовалась одна из девушек, ставя на стол большую тарелку с каким-то салатом, – через два дома левее, стоит дом с тремя колоннами, там сейчас я с подругой живу, в его подвале очень хорошая коллекция вина, – она хмыкнула, – наш бывший… – она запнулась, и её глаза предательски намокли.
— Не переживай, девочка, – тут же поднявшись из кресла, сказал Туман, – всё кончилось, теперь ты в безопасности.
Она кивнула, быстро смахнула слёзы и, улыбнувшись, продолжила.
— В общем, там в подвале много вина.
— Красавица, а покрепче где чё можно взять? – тут же спросил Слива.
— К Чету идите, – немного подумав, ответила та, – ещё через два дома.
— И чё у него там?
— Самогонка, – девушка засмеялась, – вкусная, мы уже попробовали по чуть-чуть.
— Спасибо, красавица, – быстро выпалил Слива, – Колючий, пошли, пока там всё не расхватали, и за вино спасибо.
И они, свистнув с собой Васьков, быстро вышли из дома.
— Мужчины, давайте за стол, – наконец-то услышал я голос, спустя ещё минут двадцать, когда мы уже все начали потихоньку нарезать круги вокруг стола, который ломился от еды.
<p>Глава 5.</p>7 ноября. Мир Белазов. Посёлок.
— Люди… – услышал я сквозь сон чей-то хрип, – людииии!
Млять, мне так хорошо и сладко спалось. Снилась Светка и Булат, мы на острове, Светка у костра че то готовит, Булат носится по берегу, как обычно, весь в листве и репейниках.
— Людииии…
— Слива, заткнись, нахрен! – раздался другой голос, – кажется, это Няма был.
Затем грохот, и что-то разбилось. Походу, он в него что-то кинул.
— Пацаныыы!
Всё, я окончательно проснулся.
— Слива, млять! – зашипел я на него.
— Саня, воды, дай воды, я щас сдохну! Эта самогонка убивает наповал.
Я открыл глаза, сфокусировал свой взгляд и прислушался к своим ощущениям, точно, сушняк пипец! Рядом на кровати стонет и мучается от жажды Слива, дальше, в каком-то кресле лежит Няма, рядом стоит его пулемёт на сошках.
Поводив взглядом по комнате, увидел, что никакой тары с водой тут нет, только вон на тумбочке несколько пустых кружек стоит, от же, млять, Слива щас достанет, хотя я тоже пить хочу! И тут дверь рывком открылась, и на пороге появился довольный, весёлый и чего-то жующий Полукед, походу, очередную шоколадку точит. Ну да, он же вчера не пил. Походу, он услышал вопли Сливы и пришёл к нам.
— Полукед, братишка, – жалобно заныл Слива, увидев его, – принеси водички, иначе мы сейчас сдохнем.
Тот кивнул и испарился. Вернулся он секунд через тридцать, в одной руке у него было ведро с водой, во второй – здоровенный черпак. Протопав к Сливе, поставил ведро перед его кроватью и сунул ему в руку черпак.
— Пей, – коротко сказал сластёна и тут же пошёл на выход.
И откуда только силы появились, мы тут же схватили по кружке, вернее я и Слива, Няма схватил черпак, и мы стали пить. С каждым глотком я чувствовал, как ко мне возвращается жизнь.
— Фух! – выдохнул Слива, выпив, наверное, кружек пять, – жизнь налаживается.
— Точно, Слива, – довольно падая назад в кресло и ставя ведро на пол, произнёс Няма, – сейчас бы ещё пивасу и вообще было бы замечательно.
Только сейчас я их как следует рассмотрел. Морды у обоих помятые, опухшие, да и у меня, скорее всего, такая же.
— А самогонка-то реально убойная была! – крякнул Няма.
Да уж, самогонка действительно была хороша. Васьки притащили вино, а Слива с Колючим, эти два кренделя, припёрли тридцатилитровый бидон с самогонкой, я как его увидел, мне аж плохо стало. Уж не знаю, выпили мы вчера его весь или нет, но бухали все. Даже Малыша, кажись, и то напоили.
Я не знаю, кто как потом расползался по своим кроватям, я ушёл пораньше, так как меня рубить стало не по-детски, усталость сказалась. А ужин действительно был великолепный. Женщины постарались на славу, все наелись, прям, от пуза.
— Ладно, мужики, – так же поднявшись, сказал я, – умываемся и пошли похаваем чего-нибудь. Странно, что Тумана ещё не слышно, обычно он орёт, как раненый Рогач, а тут тихо.
— Мне – кофе, – тут же обрадованно сказал Слива.
— Вот сейчас пойдешь и сделаешь, – ткнул я в него пальцем, направляясь в ванную.
— Чё я-то сразу?
— Потому что я твой начальник.
— Эксплуататор ты!
— И мне кофе, Слива, – добавил Няма.
— А ты, Няма, делаешь бутерброды! – весело крикнул я, уже из ванной.
К десяти утра мы все собрались в столовой. Там уже хлопотали вчерашние женщины и готовили нам завтрак. Мы их благодарили, как могли, они же тут вчера и порядок наводили и сейчас вон завтрак готовят.
Несмотря на количество выпитого, никто из нас не мучался с похмелья. Видать и самогонка хорошая и вино, и воздух тут другой. Нам оставалось только дождаться наших пацанов и тронуться дальше в путь, по направлению к базе. И я был абсолютно спокоен, спокоен на предмет того, что тут неожиданно могли появиться бандиты с базы. До шахты от той базы в горах слишком далеко. Может быть только сейчас они до неё добрались, пока туда-сюда, это ещё время, наши тут всё равно быстрее появятся.
— Едут пацаны! – радостно заорал Слива, ввалившись на кухню где-то в полдень, – наблюдатели доложили.
Ну наконец-то. Я не спеша встал с кресла, на котором сидел и вышел во двор дома. Не спеша дошёл до площадки около озера, там скромно стояли в сторонке два наших трофейных трактора и несколько мужиков, кажется с Черепом, чего там в них крутили.
Со всех сторон посёлка к этому озеру быстро шли или бежали люди. И те, кто тут уже был и шахтёры, вон, я несколько знакомых лиц увидел, видать, новость о том, что к нам наконец-то едет конкретное подкрепление, мгновенно облетела весь этот небольшой посёлок.
Я даже примерно себе представлял, какой сейчас шок испытают эти люди и Укасы, а нет, вон Рейдеры тоже подгребают. Малыш топает в нашей цифре с Тучей, надеюсь, Крот с Чубом предупредили наших пацанов про Рейдеров.
— Быстрее, мужики, – заорал кто-то сзади меня, – а то самое интересное пропустим.
Повернувшись, увидел, как из двора соседнего дома выбегают наши Мушкетёры, причём Упырь чего-то жуёт на ходу, следом за ними выбежал Полукед, и не спеша вышел Ватари, он так же, не спеша закрыл калитку, поправил свой меч на боку, с которым не расставался, и направился к нам.
— Ну где они, млять? – нетерпеливо пританцовывая на месте, суетился Слива.
— Терпение, мой друг, терпение, – спокойно ответил ему Няма.
Меж тем, народу тут становилось всё больше и больше. Народ всё собирался и собирался. Нам даже пришлось забраться на небольшой пригорок. Вон, я видел мелькнувшие головы Тумана и Грача, но потом они исчезли в толпе.
Спустя минуту, из-за поворота показался наш Монстр. От это тачка, я прям даже как-то соскучился по нему! Когда здоровая, шестнадцатиколёсная машина появилась во всей красе, народ разом ахнул. Я то и дело слышал крепкие выражения окружавших меня мужчин. На прицепе у Монстра были две восьмидесятивосьмимиллиметровые пушки. Следом за ним ехали два десантных грузовика в нашем пустынном камуфляже, каждый из которых так же тащил по пушке. Затем два пустынных Порша, три больших багги с прицепами, три Чёрных плаща тоже с пушками и кажется пять или шесть джипов Чероки, плохо видно было, так как машины заняли всю эту площадку.
И тут толпа взорвалась. Народ начал орать так, что я реально охренел! Крики были, как в карьере на гонках. А затем из этих тачек посыпались наши бойцы, много, я даже сосчитать их не мог, но человек шестьдесят-семьдесят точно.
— Вот это сила! – с уважением в голосе произнёс Няма.
А дальше, дальше произошло то, чего я, прям вот точно, не ожидал увидеть. Все бойцы высыпали из тачек и тут же собрались в две шеренги.
— Саня, иди, – подтолкнул меня Слива, прям, как тогда в оазисе с немцами.
— Пойдём, Слива, в строй, – сказал Няма, поднимая с земли свой печенег.
Вот нахрена он сюда с ним сюда припёрся? Слышал же ведь, что наши едут.
Пошёл, наши, кто был тут, тоже быстрым шагом направились в эту шеренгу, и, млять, сначала Малыш, а за ним и остальные Рейдеры направились туда же, а потом и ещё несколько мужиков с оружием так же скромно встали в сторонке.
Грач и Туман уже стояли перед строем бойцов, ждали, пока они все построятся. Не иначе это опять всё Крот устроил, точно, вон он ровняет некоторых бойцов и Рейдеров, которые, по его мнению, далеко вышли из строя. Народ разом притих, охи и ахи от увиденных тачек, а потом и бойцов, в полной боевой экипировке, тут же стихли.
Ну а потом Крот, чеканя шаг, подошёл к нам троим, я уже стоял вместе с Туманом и Грачом. И вся эта картина повторилась. Количество бойцов, количество тачек, бла-бла-бла, готовы ехать и всех мочить. Тут уже Крот от себя добавил.
Мля, а потом Туман поприветствовал пацанов. На параде были когда-нибудь? Или по телеку видели, как приветствуют командира? Так и тут было. В общем, всё по высшему разряду.
— Равняйсь, смирно! – рявкнул Туман, набрав побольше воздуха в грудь, и шеренги стали ещё ровнее, – через полчаса отправляемся. Всем слушать Александра!
Мля, меня? Чё говорить-то? Я прям в ступор впал.
— Скажи им что-нибудь, – сквозь зубы сказал мне Грач, – ты же у нас шеф.
Десятки взоров устремились на меня. Ну, пацаны, ну, млять, удружили, ну засранцы! Я и не готовился. Вот же блин!
— Здорово, бойцы! – ляпнул я первое, что пришло мне на ум.
— Здравия желаем, Шеф! – хором ответили стоящие напротив меня крепкие молодые парни.
Охренеть ещё раз! Мне показалось, что Мушкетёры орали громче всех, а Рейдеры немного замешкавшись, вон, бошками своими пару раз кивнули, они тоже охренели от этого представления.
Дальше я опять что-то заорал. Типа, молодцы, что прибыли в качестве помощи и подмоги. Бойцы стояли и пожирали меня глазами, внимательно слушая.
— Вольно! – вспомнив, что и как делают Туман с Грачом, вновь заорал я, как умалишённый, под конец своей спонтанной речи.
Я-то не военный человек, ну, в отличие от пацанов. Почему-то вспомнился Нагиев из кино, когда он орал: «Вы все говно, калаш мне в зад, и тут армия, тротил мне в жопу!». Но, естественно, я этого орать не стал, боюсь, не так поняли бы. Хотя, приколоться хотелось, так и хотелось заорать, «вы уже не гомики, а настоящие мужчины, разряд мне в анус! И с вами тут не будут нянчиться, истребитель мне в ангар!» Мля, вот так удружили отцы-командиры, стоят вон, оба, лыбятся, особенно Туман, засранец.
— Грач, – сквозь зубы так же позвал я его.
Тот быстро въехал, что я лох, и что говорить ещё, не знаю.
— Разойдись, проверить машины, перекусить и оправиться, через полчаса выступаем! – рявкнул он.
— Здорово, пацаны! – заорал откуда-то из строя Слива.
Всё, слава богу, все полезли друг к другу обниматься. Вон, Туча с Клёпой уже знакомят Малыша с нашими пацанами.
— Кто это придумал, вашу мать? – резко развернувшись к Туману с Грачом, спросил я, кипя от негодования.
— Он, – тут же сдал Тумана Грач, ткнув в него пальцем.
— Да ладно, Сань, – заулыбался тот, приблизившись ко мне и зашептав на ухо, – зато каков эффект, местные точно охренели!
— Ещё как охренели! – кивнул я, посмотрев на стоящих с открытыми ртами людей, – я тоже охренел, вы хоть предупреждайте.
Ну а дальше я так же начал жать руки и приветствовать ребят, многих из которых очень хорошо знал. Честно, я был нереально рад всех видеть. Но, блин, с этим строем, и «Шеф» – да уж, поймали они меня конечно хорошо, растерялся я, как девочка перед первым сексом.
За эти тридцать с небольших минут мы поговорили с нашими пацанами, рассказали им про наши приключения. Да уж, мужики впечатлялись по самое «не балуйся», особенно от рассказа о том, как мы на поезде ехали.
— Апрель, как там дела с заводом-то? – спросил я у него, – и чего ты вообще сюда припёрся? У тебя же другая задача была.
— Да ладно, Саш, не ругайся, – улыбаясь, ответил мне тот, – я как раз у нас в ГДЛ был, когда Крот в институте появился и объявил сбор бойцов. В Лос на заводе процесс идёт, мы же тут на пару дней, не больше, ничего страшного там без меня не случится. Да и размяться захотелось, вот мы сюда всей толпой и рванули. Риф, вон, со своими тоже сюда ринулся.
— Да-да – закивал услышавший Апреля Риф, – нам это облако уже вот тут, – он провел рукой по горлу, – а тут природа у вас, горы, свежий воздух.
— Ясно всё с вами. На заводе там чё? – спросил я у Апреля.
— Народ набираем, – начал отвечать он, – как ты и говорил, я взял некоторых людей и Укасов с Палиуса, и они теперь всё так же налаживают на этом заводе мадам Ти. Местные там, конечно, обалдели, когда узнали, что она нам сама свой завод подарила. Боссы так вообще в небольшой ступор впали, – Апрель хихикнул, – ну ничего, все работают. Короче, покупаем оборудование, приводим в порядок цеха, вкладываем деньги. Нам же там нужно грузовики и автобусы начать выпускать, там специфика по оборудованию немного другая. Но ничего, справимся, всё нормуль будет.
— У меня к тебе ещё одно дело будет, – выслушав Апреля, сказал я.
— Какое? – его улыбка тут же пропала с лица, и он напрягся.
— Да расслабься, – успокоил я его, – тебе нужно будет наладить выпуск ещё одной машины для местных.
— Нивы что ли?
— Млять! – только и смог выдать я.
— Точно, Нивы, – засмеялся Риф, – я же вам говорил!
— Мы так и думали, – поддержал Рифа Апрель, – эти дорогие тачки местным будут не нужны, а вот наша Нивка будет – самое оно. Ты же нам сам говорил, что когда вы покончите с бандитами и животными, то будут развиваться деревни, и им будет нужна дешёвая и надежная тачка.
— Ну да, говорил, – кивнул я головой.
— Будет тебе Нива, – заверил меня Апрель, – на этом же заводе с грузовиками и будем выпускать. Я тебе больше того скажу, наши инженеры и слесаря уже думают, как и что сделать, ну, чтобы у неё болячки устранить и добавить на некоторые узлы и агрегаты надежности. Вернёмся, я покажу тебе всю техническую документацию.
— Ну и хорошо, – выдохнул я – а Нива – да, Нивка тут как нельзя кстати будет.
Поговорив ещё несколько минут, услышали команду на выдвижение.
— Приезжайте к нам в гости, – протягивая нам руку, прощаясь, сказал председатель, – будем всегда рады вас видеть.
— Конечно, приедем, – заверил его я, стоя около одного из Чероки, – больно место у вас тут хорошее. Рыба-то в пруду есть?
— Конечно, посидим, половим. Надеюсь, вы решите вопрос с этими бандитами.
— Решим, постараемся решить.
Нас провожало множество людей, среди них были как освобождённые тут в посёлке, так и шахтёры. Среди них нашлось восемнадцать человек, которые решили поехать с нами, всё-таки у некоторых из них были свои счёты со всеми этими Хватальщиками, Рейдерами и остальными бандитами. Очень многие из шахтёров решили остаться тут. А чё, дома есть, кому их не хватит – построят ещё, вон леса сколько вокруг. Лифт они тоже держат и, думаю, что он окончательно перешёл под их контроль.
Да, обязательно найдутся те, кто захочет вернуть свою собственность, но тут с такими боярами, надо же, как пацаны их назвали, разговор будет короткий – пуля в лоб. Святых и хороших людей и Укасов, которые имели дома в этом посёлке, не было.
А посёлок, однозначно, будет расти, я уже знаю, что многие из шахтёров собираются ехать в Лос и другие города и привезти сюда своих близких. А сколько ещё таких посёлков возникнет? Да множество. Не, с бандами надо определённо кончать. Это мы уже проходили в нашем мире. Экономика получит такой толчок, что мама не горюй.
— Поехали! – отдал короткую команду в рацию Туман.
Пара десятков машин, одна за другой, тут же стали трогаться с места. Мы уезжали из посёлка, наш курс на эту большую базу бандитов, базу тех, кто не даёт покоя жителям этого мира, тех, кто грабит караваны, курсирующие между городами.
А потом, потом мы обязательно доберёмся и до этих больных учёных, которые выращивают больших зверей, нападающих на города.
Как мы не пытались, но мы так и не смогли узнать больше информации об этом институте, прям секретный объект какой-то. Известно только, что его так же охраняют люди и Укасы, и они тепло одеты.
Ладно, мы знаем, где лифт, в который ныряла эта тепло одетая охрана. Переместимся через лифт, будем искать дальше, рано или поздно найдём. А если нам повезёт, то и языка какого возьмём.
Кстати говоря, мы так и не придумали, какую нам дать информацию, чтобы эти бандиты все собрались на базе. Так же и не придумали, как это сделать.
Но, по нашему общему мнению, сейчас их там должно быть много. Как никак, сейчас сезон дождей, и вся эта кодла отсиживается на своей базе. Даже если часть их и сидит где-то по своим норам, то всё равно, их век будет не долог.
Уничтожив их основную базу и припасы, мы превратим их в изгоев, не в партизанов, а именно изгоев. Караваны начнут более спокойно курсировать между городами, и обязательно найдутся те, кто начнёт охоту за уцелевшими бандитами. Да и мы приложим к этому руку, правда сначала надо узнать про верхушку, кто владелец той же шахты, кто построил и содержал этот посёлок, кто это всё финансировал и так далее.
Устраним их, будет проще. А уж когда зверей не будет…, ох ты ж, млять, от таких перспектив у меня и у некоторых ребят, которые начали свой бизнес в этом мире кружилась голова.
Через два часа езды Туман отправил парочку машин за вездеходом, ну а мы продолжили свой путь дальше. Ехать нам весь день и ещё завтра, так как мы делаем крюк, сначала едем в сторону шахты. Не доезжая до неё пару десятков километров, останавливаемся, дальше – разведка, если туда приехали-таки бандиты с базы, ждём их и мочим. Ну а если никого нет, то так и едем к базе.
Проводники у нас были хорошие, да и сами мы уже неплохо ориентировались. Несмотря на огромные пространства между посёлком, базой и шахтой, дорог тут особо-то и не было, в любом случае пересечёмся с ними.
Сейчас мы сила, огромная сила. Нас больше ста человек, все хорошо вооружены и обучены. Даже эти люди, которые вызвались добровольцами и едут с нами и то имеют воинскую подготовку, да и в бою на шахте они повели себя достойно. Так же с нами едут все шесть Рейдеров, наши пацаны восприняли их совершенно спокойно.
А подъедем к базе – там нас будут ждать ещё около двухсот человек. Это люди Ивана Мэра и Коржа. Ха, больше трехсот бойцов, артиллерия, да мы там всё с землёй сравняем! Пушек, правда, всего семь штук, и десять миномётов, но, думаю, этого будет достаточно.
Будем лупить до тех пор, (боеприпасов с собой полно), пока эти уроды оттуда разбегаться в разные стороны не начнут, а мы их будем встречать. Да и бежать-то там особо некуда – две дороги, два въезда-выезда с базы. Окружим их и всё. Именно такой был план, простой до безобразия. Пленных никто не собирался брать. Вот языка бы, конечно, но хрен его знает, кто там из них знает про этот институт с животными. Повезёт – возьмём языка, нет, да и шут с ними.
— Колонна, стой! – раздалась в эфире короткая команда Тумана, – спустя пару часов езды.
Наша железная гусеница остановилась, некоторые из машин свернули в лес, под защиту здоровых веток деревьев. Мужики тут же стали выбираться из тачек и разминать ноги, кое-кто, типа Сливы, тут же рванули к ближайшим кустикам.
Остановились мы на большом перекрёстке, где пересекались железная и грунтовая дороги. На железке была стрелка, которую можно было руками перевести, и двигаться на поезде, либо в сторону базы, либо в сторону посёлка, это если с шахты ехать. Соответственно и с базы то же самое – стрелку перевёл и едешь, либо на шахту, либо в посёлок.
Правда, эту стрелку мы взорвали ещё вчера, как и около пятидесяти метров самой железной дороги. Взрывали по уму, на стыках рельс, так что если тут когда-либо ещё и поедет поезд, то ремонтной бригаде придётся постараться, чтобы её восстановить.
Ну и сама дорога, так же с шахты в сторону посёлка. Я всё переживал, когда мы сюда сейчас ехали. Думал, что тут уже стоит эшелон с бандитами, и они восстанавливают полотно. Но нет, две багги с нашими разведчиками доложились, что тут никого нет. Они же нам и сообщили, что на земле есть свежие отпечатки от протекторов Белазов и тракторов. Следы вели в сторону шахты.
Естественно, мы тут же стали обсуждать в эфире свежие следы от машин. Сошлись во мнении, что это тачки не с той базы, слишком до неё далеко, и там такие места есть, где Белаз точно не проедет. Мы же на поезде ехали, видели. Значит, эти ухари были где-то недалеко и, получив сигнал о восстании на шахте, рванули туда, чтобы там его подавить и разжиться золотишком в качестве премии.
— Ну и чё дальше делаем? – спросил вышедший из кустов Слива и вздохнувший с облегчением.
— Саша, приём, – зашипела моя рация голосом Тумана.
— На связи.
— В Монстр бегом со Сливой.
— Вот сейчас нам, походу, и найдётся работёнка, – снова забираясь в Чероки, ухмыльнулся я.
Туман с Грачом ехали в головном Монстре, и там же был наш передвижной штаб. Меньше чем через минуту мы уже забирались внутрь этой здоровой машины.
— Вам задание, – повернувшись к нам от небольшого стола, на котором лежали какие-то бумаги и карты, сказал Туман, – сейчас прыгаете в багги и мчите к шахте. Задача – выманить их оттуда и привести сюда, так же постарайтесь выяснить, сколько у них коробочек. Судя по следам на земле, тут проехал Белаз и два трактора.
— Ну а мы уже тут их встретим, – добавил Грач, – только сами под пули не лезьте.
— Справитесь? – спросил Туман.
— Да почему бы и нет? – пожал я плечами, – Крота нам только дайте, пусть он за рулём сидит.
— Крот, бегом в Монстр! – тут же взялся за рацию Туман.
Едва мы выпрыгнули из Монстра наружу, чтобы дождаться Крота и найти себе тачку для столь увлекательной поездки, как сюда к Монстру подлетела как раз одна из багги.
— А вот нам и тачка! – обрадованно произнёс Слива.
Но не тут-то было, из багги почти что катапультировался Казак и заорал во всё горло.
— Пацаны, Белаз и трактора, едут сюда, у нас минут сорок-пятьдесят.
— Они со стороны шахты прут, – выпрыгивая с другой стороны, так же заорал Колючий.
Это была одна из багги наших дозорных. Туман отправил пацанов вперёд нашей колонны, чтобы они объезжали окрестности, и мы не угодили в какую-нибудь ловушку, либо не нарвались на неприятеля по дороге.
— В ружьё! – заорал, высунувшись из Монстра, Туман – сколько коробочек?
— Белаз, два трактора и два джипа, – тут же ответил Казак.
Практически мгновенно, одна за другой, посыпались команды. Поднялась, не то что паника, но ноги в руки взяли все. Спустя пару минут нашу колону с дороги как ветром сдуло. Ох, мать твою, что же началось-то, мат в эфире стоял до небес. Да тут и без раций разговаривали все только на этом языке.
Все наши тачки загнали подальше в лес, одни бойцы, тут же нарубив веток, стали заметать следы от наших машин на дороге, другие – копать окопы, третьи – сооружать укрытия для пушек.
Я в жизни бы не поверил, что можно выкопать окоп на одного человека за пятнадцать минут, если бы не увидел это своими глазами, да чего греха таить, я и сам с пацанами копал капонир для пушки.
Все семь пушек мгновенно отцепили от машин и на руках растащили в разные стороны от дороги, вот там-то мы уже и копали для них этакие ямы, это всё хозяйство тут же накрывалось свежесрубленой зеленью. Мы копали, как роботы, я только продолжал слышать команды наших командиров, маты и охи пацанов.
— Время, вашу мать! – не стесняясь в выражениях, снова заорал на всю округу Туман, спустя тридцать-тридцать пять минут, – всем затаится, как мышам, никому не двигаться и не дышать, минёры, вашу мать, что вы там возитесь на дороге?!
Сидя в своём окопе, который копали Слива с Нямой, я увидел, как четыре наших бойца что-то яростно закапывают на дороге. Присыпав землёй очередную ямку, они ломанулись в лес так, как будто за ними гналась куча ежей.
— Вот только попробуйте мне обосраться, вот только промахнитесь! – услышал я голос Рифа.
Повернув голову, увидел, как он стоит около двух пушек и втирает что-то орудийным расчётам.
— Апрель, свали отсюда нахрен! – зашипел на него Риф.
— Апрель, иди к нам, – весело позвал его Слива.
Расположились мы метрах в пятистах от дороги, можно сказать, что пушки будут лупить по Белазам и тракторам прямой наводкой, для пулемётов и Кордов это тоже не расстояние. Я ещё в коллиматорный прицел своего автомата посмотрел – дорогу видно отлично, одиночным точно в кого-нибудь попаду, наверное. Где-то там дальше, в лесу на поляне, стоят миномёты. Как нашли эту поляну, я не знаю, но, судя по тому, как на весь лес орал Маленький, а его дублировал Большой, поляну-таки нашли. Миномётам-то нужна открытая площадка, иначе первая же выпущенная мина зацепит ветки деревьев и своими осколками накроет расчёт.
— Я вам, вашу мать, сказал свалить с дороги! – снова заорал Туман.
Снова смотрю на дорогу, вижу, как с той её стороны выбираются разом человек десять.
— Да мы канаву тут минировали, Туман, – ответил один из них, тяжело дыша, – сунутся сюда и кирдык.
— Быстро в лес!
Всё, мы сидим как мыши, птички вроде сначала притихли, но тут, то одна, то другая начинают чирикать, сначала негромко, а потом, словно убедившись, что все эти странные люди, то есть мы, перестали орать, начали снова свою песню.
— Маленький, с тебя наводка миномётов, – это уже голос Грача.
— Сделаем.
Где Маленький и где Грач, я так и не понял.
— Пацаны, начинаем работать после подрыва заряда на дороге, – снова голос Тумана, – Риф, ваша задача Белазы и трактора, Маленький – миномёты работают по тракторам.
— Ну сейчас повеселимся! – ухмыльнулся Слива, удобнее устраиваясь в стрелковой ячейке.
Я лежал за поваленным деревом, ячейку выкопали прямо под ним, неплохое такое место.
— Пацаны, – подал голос Колючий, – как вы думаете, сколько этих уродов в тачках?
— Замочим всех, потом сосчитаем, – ответил откуда-то сбоку Паштет.
Ох ты ж, мать твою! Вот же наши Мушкетёры-то продуманные. Эта великолепная пятёрка уже измазала себе рожи грязью и напихали себе в одежду веток, в общем, они, каждый превратились в куст.
<p>Глава 6.</p>7 ноября. Мир Белазов.
— Казак, где они? – снова в эфире голос Тумана, спустя ещё минут пятнадцать.
Но перед тем, как тот ответил, я прям почувствовал на земле лёгкую вибрацию, ага, лежащий рядом со мной Слива тоже, сначала положил на землю ладонь, а потом и ухом приложился, слушает вон, закрыв глаза.
— Едут, – одними губами прошептал Слива.
Тоже мне, «Большое ухо». Так вроде землю слушали эти, всадники – топот от копыт передавался хорошо.
— Приготовились все, – снова голос Тумана.
В этот момент я ощущал себя каким-то партизаном. Как в детстве, когда смотрел фильмы про войну, где партизаны, лёжа на опушке леса, дожидались колонну с немцами и фигачили по ней из всего, что есть. Только вместо ручного пулемёта или трёхлинейки Мосина у меня в руках Калаш с подствольным гранатомётом, вместо гранат у нас есть РПГ и шестизарядные гранатомёты. Ха, да нам только коктейлей Молотова не хватает, бензина в бутылках, чтобы сжечь всё нахрен!
Спустя несколько минут на дороге показался здоровенный Белаз, следом за ним из леса выехали два трактора и два джипа. На броне никого из бармалеев не было, видать, опасаются, что шахтёры свалили и могут просто так вмазать по колонне, сидят, вон, внутри машин, как мыши.
Белаз, коптя небо выхлопом, потихоньку пёр по дороге, в коллиматорный прицел я хорошо видел, как эта здоровая и широкая машина давит кустарники и деревья, где ему не хватало ширины проезжей части. Вот он переехал и не заметил пару деревьев, стволы которых были толщиной с мою ногу. Ну и здоровая же хреновина! Такой от человека сразу мокрое место оставит.
А Белаз хорош, тут с ним умельцы тоже постарались. Наверху башня с пушкой, не знаю, какой калибр, но выглядит устрашающе, спереди, с нашего левого боку и сзади из бойниц торчат стволы пулемётов, да он весь ими утыкан, этакий сухопутный «Тирпиц».
До места на дороге, где ребята заложили взрывчатку, ему оставалось проехать около двухсот метров, это практически напротив нас. Внезапно, один из джипов резко дал газу и, съехав на обочину, пошёл на обгон, видать, надоело дышать пылью и выхлопом Белаза и тракторов. Джип быстренько обогнал колонну и, проехав вперед метров на сто пятьдесят остановился на дороге, но его пассажиры не спешили из него выбираться.
Ох, пацаны, щас вы получите по самое «не балуйся!», ваш джип нам на один укус, вернее на одну хорошую пулемётную очередь. Вон, Няма уже довернул ствол своего Печенега и взял его на прицел. Я даже не сомневаюсь, что некоторые из наших пацанов с автоматами точно так же взяли на прицел и этот первый джип, и последний. Интересно, когда начнётся пальба, пассажиры из джипов успеют выбраться? Или их прям там и нашпигуют свинцом?
Ага, вон и башня на Белаза заворочалась, смотрят, видать, в прицел с высоты трёхэтажного дома, правда, орудийный ствол повёрнут в противоположную сторону.
Белаз всё ближе и ближе к закладке. Как только он заехал на этот участок, под его днищем рвануло. Рвануло так, что джип, который стоял впереди на месте, подкинуло взрывной волной и скинуло с дороги. И упал-то он так удачненько – на нашу сторону, перевернулся разок и застыл колёсами кверху. Охренеть, не встать, сколько же там взрывчатки-то заложили?
Я отчётливо увидел, как вся нижняя часть Белаза скрылась в огненной вспышке, и тут же рвануло левое переднее колесо. А уж какой взрыв от этого немаленького колёсика, я уже тоже знаю. Есть! – колесо просто оторвало, и Белаз, как какой-то здоровенный раненый мамонт тут же просел.
– Огонь! – заорал Туман.
Семь пушек выстрелили одновременно. Все семь снарядов влепились аккурат в левый борт Белаза, один из снарядов попал точно в башню и сорвал её. Ну точно, как в кино, башня и, кажется, сидевший там человек, кувыркаясь, улетели на ту сторону дороги.
Тут же заработали миномёты, вон, хлопают откуда-то позади меня из леса, трактора накрыло мгновенно, накрыло, как раз в тот момент, когда из них посыпались бармалеи. Я как-то прощёлкал тот момент, когда пацаны начали лупить из стрелкового оружия по джипам. Первый так и лежит на крыше, второй стоит на дороге, но он уже дуршлаг.
Отчётливо вижу, как в них впиваются очереди пулемётов и автоматов, их, прям, разбирают на составляющие. В прицел хорошо увидел, как в заднем джипе пассажиры сидят и дёргаются от попаданий в них пуль, и от людей отлетают фонтанчики крови, тряпок и какой-то хрени. Нда, не успели ребятки выбраться из машин.
В эфире команды, снова маты. Снова пушки лупят по Белазам, две из них стреляют по тракторам. Тех, кто был в тракторах и успел выбраться из этих бронированных машин, буквально рвёт снарядами, или тут же скашивает осколками. Белаз уже горит; есть! – второй трактор взорвался, вижу мелькающие ноги нескольких человек, которые выпрыгивают из Белаза и тракторов, и кто бегом, а кто ползком перемещаются на ту сторону дороги. Счастливчики, если их так конечно можно назвать, проживут на несколько минут дольше, правда, и штаны будут полные.
И тут рвануло там, с той стороны дороги, вверх поднялся огненный гриб, я бы даже сказал – огненная дорожка, длиной метров сто. Хорошо там они всё-таки всё заминировали. Всех , кто туда успел спрятаться, слизала огненная вспышка. Вон, вижу, как два человека, поднявшись, бегут объятые пламенем, но через несколько метров падают, то ли их просто пристрелили, то ли они от боли сдохли.
Пока что от колонны по нам не раздалось ни одного выстрела, видать, они там совсем были не готовы к нападению, да и, скорее всего, просто не ожидали, что у нас будут пушки. Всё, взорвался второй трактор, в Белаз прилетело ещё несколько снарядов из пушек, и от него полетели листы железа.
В его боку тут же появились сначала две, а потом ещё одна, большие дырки, листы железа сорвало взрывами, и я хорошо вижу перегородки между этажами в Белазе. В эти дырки тут же стали стрелять все, кому не лень, я, прицелившись, успел выпустить туда только полмагазина, как туда вдарили из пушек. И вот теперь снаряды взрывались уже внутри Белаза. После третьего или четвертого снаряда он как-то вспух изнутри и рванул, рванул очень хорошо. Из многочисленных щелей, бойниц, открытых дверей и люков этой машины вырвался огонь, теперь там точно все трупы. Ничто и никто не может уцелеть при таких взрывах. Пушкари умудрились влепить из пушек точно в эти дырки, ну молодцы артиллеристы!
— Прекратить огонь, – раздался спокойный голос Тумана.
Стрельба тут же стихла. Лес наполнился оглушительной тишиной, только там на дороге продолжали периодически взрываться боеприпасы, либо они взрывались внутри машин. Птицы снова притихли, лес как будто вымер.
— Плащи, пошли, – снова короткая команда Тумана.
Спустя минуту, из леса с двух сторон выехали два Плаща. Тот что слева, точно Плащ Маги, вон, на нём нереально здоровый отвал, походу, он его точно с бульдозера снял, который с того корабля выгнали, справа, кажись, Плащ Макара едет, за ним выехал грузовик Санты, у Санты наверху стоят здоровые прожекторы и стробоскопы. Он ими умудряется даже днём ящеров в облаке слепить.
Плащи не спеша катились к разгромленной колоне, на дороге горели машины и валялись трупы. Тут же из грузовиков, одна за одной, раздались несколько пулемётных очередей, видать, пулемётчиком что-то показалось, и они сделали контрольки. Хотя, какие могут быть контрольки из Кордов? После попадания в тело человека из этого пулемёта, раненых не бывает, никогда, там сразу от болевого шока сдохнешь.
Вот Плащ Санты чуток довернул левее, и из верхней турели по горящему второму трактору выпустили короткую очередь из Корда, искры, что-то снова взорвалось, отвалился лист железа. Да уж, убойная, конечно, штука этот пулемёт, тем более с такого расстояния, сколько там, метров сто, наверное.
— Цепью пошли, – спустя ещё несколько минут, отдал команду Туман, когда Плащи прокатились вдоль разгромленных и сожжённых машин туда-сюда пару раз. Мы, то и дело, слышали их короткие пулемётные или автоматные очереди, видать, раненые всё-таки после такого обстрела оставались.
Один из тракторов как-то быстро прогорел и потух, зато второй и Белаз коптили небо вовсю, Белаз вообще горел весь.
Я первый раз видел, как такая здоровая машина горит. Даже рассмотрел в копоти, свесившееся тело какого-то Укаса, он как раз свисал из люка на втором этаже, и прямо в тот момент, когда я его рассматривал, кто-то из пацанов влепил ему пулю точно в башку. Подозреваю, что это Колючий, характерный выстрел из Барретта, и башка тут же разлетелась как арбуз.
Из леса мы вышли все разом. Ох ты ж, мать твою, народу-то нас сколько! Вон идут пять кустов – это наши мушкетёры, дальше – другие пацаны.
Держа оружие наизготовку, цепью движемся к дороге. Каждый из нас сплошной комок нервов и готов выпустить очередь во врага. Плащи, прокатившись с той стороны дороги, остановились с двух сторон этой колоны бармалеев на дороге, и из них стали выпрыгивать бойцы, тут же разбегаются в стороны и держат оружие наготове. Мало ли, какой-нибудь ошалелый бандит уцелел и сейчас выстрелит из последних сил. Пару раз хлопнули одиночные выстрелы из автоматов, но и мы с каждым шагом всё приближались и приближались к дороге.
Не доходя до неё метров тридцать, я увидел половинку Укаса, вернее, его верхнюю часть тела, всё что ниже живота у него отсутствовало, эк его располовинило-то!
И запах, чем ближе к дороге, тем отчётливо чувствовался запах сгоревшей взрывчатки и запах смерти. Запах смерти специфический, его сможет учуять только тот, кто сам не раз под ней ходил. Вообще, запах боя, он не очень приятен, пахнет не только сгоревшим порохом или взрывчаткой, пахнет кровью, потом, страхом, испражнениями, потому что некоторые, в момент попадания в них пули или осколка, тут же непроизвольно опорожняют в штаны свой кишечник.
Я сколько раз видел трупы, вроде здоровые мужики, а штаны полные говна, несознательно это всё происходит, сфинктеры расслабляются, и тут уж ничего не сделаешь. А уж какое амбре выдаёт разорванное пополам человеческое тело, это только надо самому почувствовать, словами это не передать! Это и запах крови, и запах содержимого кишечника, и запах ливера…Привокзальные туалеты, в которых на той нашей земле каждый из нас хоть раз в жизни, но был, отдыхают.
Тут желудок так и просится наружу, аппетит отбивает сразу на несколько часов, а некоторых живых вообще выворачивает от вида разорванных и посечённых трупов.
Млять, чуть дальше лежит ещё один Укас, у него половина головы отсутствует, и мозги, вон, на траве рядом, аккуратненький такой головной мозг, хоть сейчас бери и в банку консервируй. Ноги хорошо так посечены осколками, вон и мясо видно, и жилы, и кровищи – пипец!
— Я щас блевану! – выдал Слива, сдерживая рвотные позывы.
С правой стороны я тут же услышал отчётливые звуки, кто-то уже метал харчи, не выдержал. Да что говорить. Я к этому, наверное, никогда не привыкну, сам иду и еле сдерживаюсь, чтобы так же не проблеваться.
— Да хватит блевать уже, – раздался бас Большого, – и так тошнит!
Уж не знаю, кому он там это говорил, но звуки тут же стихли, видать чувак выдал из себя уже всё, что съел накануне.
— Да уж, – выдал Няма, когда мы подошли ещё ближе к дороге, – полный разгром, враги уничтожены.
— Осмотреться, собрать трофеи, раненых, если они есть, добить! – Туман снова орёт на всю вселенную.
— Паштет, глянь, какая пукалка! – весело проговорил стоящий недалеко от меня куст зелени.
Судя по голосу, это был Упырь, вот же замаскировался-то, прям Леший какой-то. Он поднял с земли валяющееся ружьё Рейдера, чуть дальше лежит и сам владелец этого убойного ружья. Упырь, недолго думая, подошёл к трупу и, достав нож, стал тут же срезать с него ленты с патронами. Этот уже мёртвый здоровяк был увешан ими, как какой-то матрос.
Я тут же вспомнил про Малыша и других Рейдеров. Как они отнесутся к тому, что мы только что положили их сородичей? Покрутив головой сначала увидел другого Рейдера, он тоже уже, кстати, был одет в нашу цифру, тот, ни капельки не стесняясь, снимал с трупов оружие и боеприпасы. А вон и Малыш, всё так же рядом с Тучей и Клёпой, стоят около трактора, который уже не горел.
Малыш, вдохнув побольше воздуха, тут же нырнул внутрь машины. Через пару секунд оттуда вылетел труп человека, затем нога, а затем и владелец ноги, и спустя ещё минуту, из трактора выпрыгнул и Малыш, с таким же ружьём и пистолетом в кобуре.
— Гыыы! – потряс он оружием в руках, показывая его Клёпе с Тучей.
— Прибарахлился? – спросил у него Клёпа.
— Гыыы.
— Ну всё, братан, теперь ты боевая единица.
Малыш тут же стал навешивать всё это на себя – пистолет на пояс, ружьё проверил, зарядил, чем-то там пощёлкал, судя по всему, остался доволен. А вон и Юп, тот просто ходит и собирает остальное оружие, вон, вешает себе на шею третий или четвёртый автомат. Идущий за ним Ватари и Полукед, достают из разгрузок трупов боеприпасы, и что там у них есть. В общем, шмон трупов идёт полным ходом.
— Пятьдесят три бармалея, как с куста! – довольный, как слон, доложился Котлета спустя пятнадцать минут, – раненых среди наших нет.
— Что с трофеями? – спросил Грач.
Мы стояли немного в стороне от дороги, больно сильно Белаз чадил и портил нам весь воздух. Вот мы и отошли в противоположную сторону, а многие из ребят собирали трофеи. Убитых бандитов действительно оказалось очень много, я прошёлся вдоль колонны, видел лежащие трупы, и около машин, и в кювете, куда они прыгнули, спасаясь от наших пуль и снарядов.
— Трофеев тоже хватает, – тут же ответил Котлета, – правда, большая их часть в нём сгорела, – он ткнул пальцем в Белаз, – но всё равно.
— Да полно стволов, Грач, – мимо нас пробежал довольный, как слон, Казак, держа в руках ружьё Рейдера.
— Смотри, Казак, пальнёшь из этого ружья – оно тебе ключицу на «раз!» сломает, – крикнул ему вдогонку Грач.
Но тот только кивнул и побежал куда-то дальше, в сторону наших машин, которые пацаны уже пригнали на дорогу. Трофеи и оружие покидали в тачки и тронулись дальше, больше тут делать было нечего.
Само собой, мы похвалили Рифа и его артиллеристов, пацаны светились от счастья. Ещё бы, первый бой и такой результат, а снаряды они клали действительно очень удачно, постарался и Маленький, который был корректировщиком у миномётчиков. Но у Маленького большой опыт, так что похвалы ему досталось поменьше.
— Всё, пацаны, теперь полный ход в сторону базы, – вновь услышали мы в рациях голос Тумана, – до темноты ещё почти девять часов, нам нужно успеть, так что жмём! Есть всем на ходу, первая остановка через два часа на туалет, берегите зубы, а то трясёт.
Короче, поехали, первым так же пёр наш Монстр, вернее, он был первым в колонне, в дозоре у нас были две наших же багги, которые, на расстоянии где-то в километр, разведывали нам дорогу. В них же сидели и три проводника из посёлка, которых нам выделил председатель. Они обещали показать нам дорогу на базу. Мужики тоже сейчас участвовали в расстреле колоны, я точно видел, как один из них стрелял, а второй добил раненого Укаса, не пристрелил, он его прирезал, за что сразу получил похвалу от наших Мушкетёров. Тот раненый и так, бедолага, мучился от боли, ему пуля прям в живот попала, а этот проводник подошёл к нему, сел на корточки, с минуту его рассматривал, а потом, достав нож, просто медленно перерезал ему горло.
<p>Глава 7.</p>7 ноября. Ночь. Мир Белазов.
– Девяносто два человека, как и обещал, – пробасил Иван Мэр, пожимая нам руки, когда мы все встретились в каком-то нереально глухом лесу недалеко от базы.
В принципе было уже темно, когда мы в него заехали, я, может быть, и не обратил бы внимания, насколько плотно тут стоят деревья, Слива как-то умудрялся на Черокезе протиснуться между деревьями. Но вот Мага – этот орал так, что его было слышно из грузовика без рации. Орал, что поцарапает свою «лапулю», это его Черный Плащ, что эти долбанные ветки пошкрябали ему весь его красавчик грузовик, а когда он одной из веток снёс себе пару фар на крыше, мат стал ещё громче. То, что он на своём грузовике постоянно таранит Ящеров и Рогачей, это другой вопрос. А может ему его только покрасили, может ведро помял, как в том анекдоте, не знаю в общем, но орал сильно.
Хорошо, что мы были в паре километров от базы, а то его вопли наверняка услышали бы все бандиты на этой базе.
— У меня пятьдесят четыре бойца, – ухмыльнувшись, крякнул Корж, – все те, кого я смог так быстро собрать и позвать в Таус.
— У меня – двадцать девять, – добавил Хас.
— Отлично, – обрадовался Туман, – нас сто двадцать пять человек, и ваших ещё сто семьдесят пять человек, ну ща мы их там всех раскатаем!
До этой базы мы ехали весь день, железку больше не взрывали, вдруг она нам самим пригодится, ту стрелку только рванули и всё. Жаль, что мы не встретили эшелон, а то и его бы под откос пустили и положили бы там всех пассажиров. Настроены мы были очень воинственно, но не судьба.
Проводники из посёлка действительно оказались очень хорошими, привели нас точно туда, куда нам нужно было. Причём, вели нас так, что ни одна из машин ни разу не забуксовала. Несколько раз убирали упавшие поперёк деревья, но это уже так, мелочи.
Не доезжая до базы километров десять, мы услышали, как с нами на связь вышел Гера, доложился, что крупные силы наших пацанов ждут нас в лесу, типа, прите к нам, а тут уже будем думать, что и как дальше. Оказалось, вот оно как, неплохо, совсем неплохо! Я прошёлся по лесу, здороваясь с бойцами. Ну что могу сказать, вооружены все, реально, до зубов, куча техники и боеприпасов. Жаль только, артиллерии у нас больше нет. Наши пацаны уже делились с другими бойцами своими впечатлениями и эмоциями от разгрома колонны , так что накачали их всех очень хорошо, и настроены все были достаточно воинственно.
Туман и Грач собрали командиров и довели до них информацию, что нам предстоит. В принципе, никто тупых и глупых вопросов не задавал, все всё понимали. Ну а потом разделились на взводы и отделения.
Нам предстояло этой ночью скрытно выдвинуться к базе, окружить её, занять позиции, окопаться и ждать команды. Никто с этой базы не должен уйти живым, пленных мы брать не собирались. Эта информация и доводилась до всех командиров, а они уже потом доведут её до своих бойцов.
— Туман в канале, всем внимание, десятиминутная готовность.
— Ну, щас повеселимся! – плотоядно улыбнулся Слива, подвигая к себе поближе несколько выстрелов к РПГ.
Начало рассветать, я уже без прибора ночного видения хорошо видел базу.
— Быстрее бы уже, – буркнул лежащий рядом Няма, – я тут уже дуба дал. Упырь, есть чё пожрать?
— Держи.
В ночи, в паре метров от себя я услышал шуршание пакетом, затем сытую отрыжку, это наверное Котлета, ну а затем Няма стал чё-то жрать. Я есть не хотел, так как все мы достаточно плотненько поели перед выходом.
В общем, дело было так. Разделились мы, значит, все на взводы и отделения, местные нам, вернее, нашим отцам командирам, пока ехали к базе, рассказали про лежащие вокруг неё горы, что-то мы сами конечно видели, когда тут лазили, но они тоже помогли. Сверху-то стрелять гораздо удобнее, чем по прямой.
Ну а потом, часа в три ночи, когда уже немного поспали и поели, марш-бросок до базы, вернее, до гор. Кучу наших тачек спрятали в лесу, часть из них подъедет по команде и заблокирует обе дороги, ведущие с базы, мало ли какие-нибудь бармалеи решат с неё прорваться. Там-то их и встретят и Плащи, и Монстр, и багги.
Ну а мы, как альпинисты, нацепив на рожи приборы ночного видения, пёрли в горы. Ох, скажу я вам это было ещё то восхождение! Я прям, реально, чуть не сдох, волоча на себе, помимо своего оружия и боекомплекта, ещё с десяток выстрелов к РПГ. Одна граната, в зависимости от начинки весит от двух до четырех с половиной килограмм, нагрузился, как Ишак. В принципе, все так нагрузились, так как понимали, что стрелять придётся, ну очень много, думаю это будет покруче, чем тогда, когда мы расстреливали в пустыне этих пиндосов. Ладно, идти гружёному по лесу и пересечённой местности, но когда полезли в гору… н-да, в общем, тяжеловато было.
Наш взвод, состоящий из двадцати девяти человек, должен был занять гору, напротив северного выезда с базы. Крались мы как мыши, правда эти бандиты тут не пуганные, толком никакой охраны, дозорных, прожекторов, не, прожекторы-то есть, но освещают они только метров триста-четыреста перед базой, совсем ребятки расслабились.
Дойдя до горы, на которую нам предстояло забраться, первыми пустили самых ловких наших мартышек – Ватари и Маленького Васю, те, взяв верёвки полезли наверх, ну а следом уже мы и боеприпасы. Шипели, конечно, все, как змеи, мат был до небес, шёпотом, но все забрались без происшествий.
В данный момент мы лежим на этой самой горе и смотрим на хорошо освещённую базу бандитов. Вон она внизу, как на ладони, до неё с горы нам метров триста, ну может, чутка побольше. Я даже без прицела вижу фигурки людей, которые, несмотря на такой поздний или ранний час, кому как угодно, передвигаются по базе. Железка с другой стороны, но вроде по рации мы слышали, что эшелона нет, жаль, в него бы я с удовольствием из автомата пару очередей влепил.
Кстати говоря, Малыш шёл с нами, пёр на себе Корд. Вот же дури-то у чувака, всю дорогу он тащил на себе Корд на станке 6Т19, на сошках короче. Вроде вес-то и небольшой, но млять, переть его в горы… Он его ни разу никому не отдал. Туча и ещё несколько человек тащили на себе боеприпасы. А, извините Корд-то предназначен для стрельбы на дальность от полутора до двух тысяч метров по легко бронированным целям, а тут всего-то триста-четыреста метров. В общем, с нашей стороны — это будет убойный аргумент!
Как оказалось, Малыш очень хорошо знает, как управляться с этим пулемётом, а мне говорили, что он механик, видать, этот механик не только гайки крутить умеет. И не боится этот пулемёт ничего – плюс, минус пятьдесят, может работать в условиях запылённости, после погружения в воду, без многодневной чистки и смазки, даже при обледенении, короче, рабочая машинка. Не зря, ох, не зря эти пулемёты так любят ставить на танки и другие коробочки, на башни, и катаются с ними везде, он же открыт всем ветрам, но работает безотказно. Отдача, правда, у него – будь здоров, я даже не знаю, смог бы я его удержать, стреляя с сошек? Няма бы смог, он здоровый, Большой бы смог, Иван, а я, боюсь, нет – меня бы снесло вместе с ним, после первой очереди! А что про Малыша говорить, он как три или четыре меня, здоровый дядя, в общем.
Думаю, если он с Корда с этой горы вмажет, то какой-нибудь Белаз или трактор прошьёт навылет. Ну а там уже Мушкетёры с РПГ добьют, лежат, вон, где-то в сторонке, перешёптываются, я их слышу, чё-то опять жрут и спорят, кто сколько злодеев завалит.
Колючий с Барреттом, тоже пёр его на себе, облюбовал себе местечко в камнях метрах в двадцати от нас, Клёпа, несмотря на ногу, полез с нами, кряхтел, сквозь зубы матерился, но в гору лез. Жаль, Митяя нет – в больничке лежит, как и Леший и остальные наши пацаны, которые были ранены в том посёлке на горе. Митяй бы натворил делов, причём, с любой снайперской винтовкой, снайпер он, конечно, от бога. Причём, его талант проснулся неожиданно – чувак просто взял винтовку с оптическим прицелом и стал шмалять из неё так, как будто учился всю жизнь. А снайперское дело такое, там и влажность, и поправки на ветер, как он в башке всё это считает, я не понимаю, а этот может.
Напасть мы решили с утра, как только рассветёт. Да и время нужно было всем нашим, чтобы занять позиции. Кто-то на горах сидит, кто-то в нескольких сотнях метров от базы расположился и окапывается.
Я лежал и рассматривал базу. Да уж, отстроили они тут конечно. Здания, сооружения, вон, эта злополучная антенна, с которой всё и началось. Куча столбов освещения, склады, машины, стоящие в сторонке Белазы и трактора. Вон, несколько каких-то чуваков вывалились из здания, где бар, чё-то весело орут и ржут, смех, конечно, не слышен, но, приложив бинокль к глазам я увидел, как они смеются. О, девки следом вышли, аж четыре штуки, тоже хохочут. Эх, девахи, не повезло вам, сегодня вы тут точно ляжете. Вот же бляди-то, обниматься к этим полезли, сейчас их растащат по номерам, для изучения на практике камасутры.
Сколько же бабосов ввалили в эту базу? Сколько сюда всего привезли, чтобы сделать её такой, какой она в данный момент является? Кто этот богатенький дядя или дяди, которые, не жалея бабла, вливали его сюда?
Мы это обязательно выясним, я прям, очень хочу узнать этих владельцев! И, видать, нападение на караваны очень выгодное дельце, если они отгрохали такую базу.
Хотя тут тупым-то быть не надо. Караваны перевозят вообще всё. Там и техника, и оружие, и шмотки, и еда. Взял так несколько Белазов, которые забиты под завязку товаром, привёз в другой город и сдал торгашам, вот тебе и деньги. Получил свою долю, пей, гуляй, веселись, чем сейчас эти уроды и занимались.
В баре, прям, самое веселье, вон видно, как в окнах этого здания мелькает светомузыка. Много там народу-то, походу, вон с десяток джипов около него стоит, народ постоянно туда-сюда входит и выходит. Точно, эти расхватали девок, попрыгали в тачки и, выписывая кренделя по дороге, поехали в разные стороны. Гаишников на вас нет, все же в хлам пьяные! Мне вообще показалось, что пьяные визги девок я услышал даже тут.
Наши пушки в километре от леса. Вот тут я не завидую артиллеристам Рифа, Грач запретил тянуть пушки машинами. Ручками! Ох и намудохались, наверное, пацаны! Но зато обнаружить их будет очень сложно.
Где-то на одной из гор сидит Серый, за наводчика. Миномёты тоже будут работать с удаления в километр, вон Маленький уже минут двадцать чё-то бубнит в рацию, видать, даёт первые целеуказания.
Ах да, пока мы на гору лезли, наши наблюдатели доложились, что на базу приехал ещё один Белаз, два трактора и четыре джипа, все по отдельности, но бармалеи подтягивались сюда, как мухи на мёд или на говно. Чем больше их тут будет, тем лучше. Правда, когда я залез сюда, понял, что тут этих злодеев очень много, я как-то даже начал сомневаться, а сможем ли мы их вообще всех положить? Хотя, что очковать-то? У нас эффект неожиданности, нас чуть больше чем дохрена, у нас артиллерия, главное, сразу вывести из строя Белазы и трактора, только на этих тачках пушки, если они начнут палить по горам, мало нам, точно, не покажется. Мы даже уже присмотрели себе место, куда ныкаться в случае артиллерийского обстрела с их стороны. Но, надеюсь, Серый и Маленький хорошо знают своё дело и положат первые снаряды точно по их тачкам с пушками.
Доклады всех наших групп уже прошли, они все доложились, что на местах.
— Время, – хихикнул Слива, – щас начнётся.
Бах, бах! – где-то в стороне от нас бабахнули пушки, следом засвистели мины от миномётов. Ох, твою же мать, что началось! Первыми выстрелами чётко накрыло какие-то здания, больше похожие на казармы, только брёвна и доски в разные стороны полетели. Мины с противным свистом падали на другие здания.
— Огонь пацаны! – заорал во всё горло Туман.
Ну в принципе и всё, я только успел встать на колено и выпустить с плеча РПГ, как увидел, что множество таких же дымных следов от РПГ, как и у меня, устремились с гор и с разных сторон по направлению к базе.
Я не знаю, сколько человек вот так разом выстрелили, но много, очень много. Выбор цели для стрелков из РПГ был самостоятельный, но после того, как все реактивные гранаты добрались до построек и рванули, база разом потонула во взрывах.
За ними потянулись следующие дымные следы и ещё, и ещё. Я успел выстрелить из РПГ ещё два раза и понял, что в дыму и огне, который бушует внизу, я просто не вижу цели, не вижу куда стрелять.
Так же все наши пацаны молотили из всего, что было. Стреляли автоматы, пулемёты, хлопали пушки и миномёты. Внизу был натуральный филиал ада, да какой нахрен филиал, он там и был! Когда ветер снёс дым, из РПГ вмазали ещё по разу. Я как-то умудрился быстро посчитать количество дымных следов от гор. По моим грубым прикидкам, больше пятидесяти штук точно. Твою же мать, я даже не знаю, нужно будет там кого добивать-то или нет!
Очередная волна снарядов накрыла сначала один Белаз, затем второй, здоровые машины окутало дымом, разметало в разные стороны стоящие около них бочки, ящики, какие-то навесы, где, видать, были мастерские, пару кранов, всё это уничтожалось и взрывалось.
Рванули емкости с топливом, и огромное пламя слизало всё, что было метрах в пятидесяти от него. Так же я видел там бегающие в ужасе фигурки людей, Укасов, Рейдеров и Хватальщиков. Ещё больше их валялось на земле.
Звучно бахал Барретт Колючего, и он азартно матерился. Я даже увидел, как он, а может и не он, попал в бегущего со всех ног здоровенного Рейдера. Тот быстро бежал к какой-то уцелевшей стене здания, и тут как будто налетел на препятствие, налетел так, что у него из спины вырвало огромный кусок мяса, и его тут же согнуло пополам. Как только этот Рейдер упал, по нему прошлась очередь из Корда, оторвав ему руку, но тот уже не шевелился. Знаете ли, очень неудобно бегать, когда у тебя желудок вместе с частью позвоночника вырывает из спины.
Бандиты метались в панике по базе, кто-то из них пытался отстреливаться, паля в разные стороны. На этом стрелке тут же скрещивались несколько наших очередей или прилетала мина из миномёта, или две, или три, или просто этот участок накрывали с пушек.
Только части тела в разные стороны летели. Всех этих бандитов внизу, в прямом смысле слова, рвало на куски, из них делали фарш, здания вспыхивали одно за другим, вернее, они сначала взлетали на воздух, а потом остатки загорались.
О, вон тёлки, девки, проститутки – хороших девок там точно нет. Вон, какие-то две выскочили из этого бара и, присев за оградкой, орут, зажав уши, спустя несколько секунд точно между ними рванула мина. Девки в одну сторону, сиськи в другую, ноги в третью, но это я так, утрирую конечно, я не видел, что там куда от них полетело, думаю после взрыва мины между этими двумя девахами, от них вообще мало что осталось.
Расстреляв уже второй магазин из своего автомата, я вижу, как кто-то из бандитов умудрился запрыгнуть в джип, и тачка ломанулась по направлению к выезду. Тут же по ней стали стрелять из РПГ, от первых трёх взрывов водила увернулся, четвёртый взорвался точно по курсу машины, автомобиль на полном ходу влетел в воронку от взрыва, его подкинуло, и он пару раз перевернулся. Всё, ещё две гранаты из РПГ влепились точно в лежащую вверх колёсами машину, я даже успел увидеть, как из неё кто-то попытался выбраться через боковое окно, но тачка взорвалась, и человека, или кто там был, просто поглотил взрыв.
По базе продолжала работать наши пушки, да уж, не зря говорят, что артиллерия — это бог войны. Отсюда с высоты я хорошо видел, что могут натворить всего семь пушек, и какие разрушения они могут нанести. Серый очень хороший наводчик, артиллеристы работали слажено, били одновременно из всех пушек и работали чётко по зданиям. Пусть и не все сразу попадали, но три четыре снаряда из семи точно прилетали в то или иное здание, остальные взрывались по бокам.
До Белазов и тракторов никто из обитателей базы добежать не успел, хотя таких героев я видел очень хорошо. Им просто не давали никаких шансов, да и от техники-то уже практически ничего не осталось.
Кто-то из миномётчиков умудрился положить мину прямо в открытый люк трактора. Трактор взорвался изнутри, он прям распух весь, но листы железа, которыми он был обварен, выдержали, правда раздуло его очень хорошо, однозначно, все те, кто были внутри трупы, их там просто по стенкам размазало.
— Прекратить огонь! – снова заорал Туман на общей волне.
— Чё, всё что ли? – разочарованно спросил Котлета, вставляя очередную гранату в РПГ.
— Пятнадцать минут, – снова хохотнул Слива, посмотрев на мои часы, – и нет базы!
Стрельба тут же стихла, только внизу всё горело, бушевало, слышалось, как взрываются боеприпасы, и несколько раз щёлкнули выстрелы наших снайперов.
— Машины пошли, – снова команда Тумана, – снайпера – внимание!
Спустя минуту, с двух сторон к базе двинулись наши грузовики и бронированные багги, и два захваченных нами трактора. Они тут же приняли на борт десант из наших пацанов и стали медленно приближаться к горящей базе.
Вон я вижу, как ехавший первым трактор, остановился метрах в пятидесяти от въезда на базу, и пулемётчик стал короткими очередями стрелять по въезду. Из Печенега он поливал каждый подозрительный для него участок.
— Граждане бандиты, – внезапно раздался усиленный мощными динамиками голос Тумана – ваша банда полностью блокирована.
— О, знакомые слова – хором сказали несколько человек.
А я только засмеялся.
— Жеглов прям – заржал Большой.
— Оба выезда перекрыты – продолжал орать в матюгальник Туман – предлагаю вам сдаться. Тот, кто будет сопротивляться, будет уничтожен. Даю вам три минуты, выходите к выездам с поднятыми руками.
И наступила тишина.
— А теперь горбатый – заорал кто-то в рацию на общей волне.
Горы вздрогнули, вздрогнули от хохота наших пацанов. Ржали так, что у меня аж слёзы из глаз полились.
— Ну ка заткнулись все – снова начал орать в рацию Туман.
Тем временем Плащи, багги и трактора расположились напротив двух выездов. Следом подъехали и наши пустынные Порши, тоже с двух сторон, это же у них в кузовах установлены колонки.
Во втором Порше к микрофону просто приложили рацию, и Туман, используя обе машины, орёт в матюгальники.
— Повторяю ещё раз, уроды! – снова голос Тумана, который очень хорошо разлетался по этой долине, – сдавайтесь, иначе положим всех. У вас осталось две минуты, выходите, потом пойдёт зачистка. Никому не стрелять, – это он уже нам в рацию сказал, – пусть выходят.
Спустя минуту с базы потянулись первые бандиты. Первыми я увидел тройку Укасов, двое из них тащили на себе третьего.
— Подгребайте, – вновь услышали мы в своих рациях голос Тумана, – снайпера и вторые номера сидят на месте.
— Пошли вниз, пацаны, – быстро сказал я, вскакивая на ноги.
Уж чего-чего, а спускаться вниз по верёвке я уже научился. Похватав своё оружие, мы один за другим быстренько посыпались вниз. Пока спустились, пока цепью добежали до въезда, я увидел, что там на коленях уже стоят человек десять, Хватальщики, парочка Рейдеров, остальные Укасы и люди. Их уже сноровисто обыскивают и вяжут руки за спиной наши пацаны. И со всех сторон подходят наши бойцы, много. Кто-то шёл прям сюда, кто-то, вон, остановился метрах в пятидесяти, в общем, базу взяли в плотненькое такое кольцо. Я сильно сомневаюсь, что сейчас на ней найдётся тот, кто решится открыть по нам стрельбу.
База продолжала гореть, там всё ещё рвались боеприпасы, кто-то заорал от боли, затем крик стих.
Честно говоря, я сначала хотел ринуться туда, на окончательную зачистку, но при взгляде на бушующее там пламя, мой запал как-то притих. Там же реально всё горит, вообще всё! Мой хомяк и жаба снова совершили совместный суицид, блин, сколько же там добра-то сгорело!
Раз взрыв, два, три, – в небо взметнулось какое-то строение, снова полетели доски, барахло, о, вон бревно куда-то в сторону Марса стартануло, видать, там снаряды были, больно хорошо рвануло.
Там, где вокзал, подойти вообще невозможно. Там пламя из цистерн бьёт так, что нам остаётся только ждать, когда оно всё выгорит; вокзала, как и вспомогательных построек у него, больше нет, его просто снесло взрывом, а то, что осталось, теперь горит.
Подошли к пленным. Бандиты, мать вашу. Стоят, вон, на коленях, грязные, закопчённые, в разной степени побитости, кто-то ранен, но им не спешат оказывать помощь, их обыскивают, дают пару раз по почкам и вяжут за спиной руки.
Тем временем, с базы всё выходят и выходят закопчённые бандиты, повезло им, сильно повезло, хотя не думаю, что они проживут долго.
Вон, высоко подняв руки, идёт здоровый Рейдер, один. А глазами-то как на нас зыркает! За ним ковыляют ещё двое Хватальщиков и один Укас, тот вообще еле идёт, держится за бок и рука в крови. Раз, – Рейдер резко опустил руку и спрятал её за спину.
— Руки подними! – орёт на него Няма и поднимает свой пулемёт.
Тот так же идёт, только шаг ускорил. И вдруг он выхватывает руку из-за спины, в руке пистолет, и тут же хлопают два громких выстрела откуда-то сбоку. В груди этого Рейдера отчётливо вижу появившиеся две здоровые дырки. Это наш Малыш, недолго думая, всадил в него два выстрела из этого адского ружья Рейдеров. Всё, тот труп, однозначно, его аж откинуло назад. Тех, кто шёл сзади, двоих Хватальщиков и Укаса тоже пристрелили, их, прям, нашпиговали свинцом, и они упали на землю. Все пленные, что стояли около нас на коленях тут же повалились на землю.
Слышу несколько выстрелов сзади себя. Резко разворачиваюсь и вижу, как Паштет уже убирает дымящийся ствол своего пистолета в кобуру. Он просто застрелил двоих стоящих на коленях бандитов.
— А они как-то дёрнулись, – спокойно говорит Паштет, посмотрев на нас и пожав плечами.
Простояли мы так около двадцати минут, Туман дал команду на спуск с гор снайперов, один хрен, нас тут много, и сейчас пойдёт зачистка.
И всего на этот выезд вышло семнадцать, вернее, уже пятнадцать бандитов, среди них два Рейдера и три Хватальщика, остальные – люди и Укасы. Всех обыскали, связали, раненым оказали-таки помощь. С другой стороны, к тому выходу вышло ещё одиннадцать бармалеев, их быстренько погрузили в трактор и привезли сюда.
— Пошли, – махнул рукой в сторону базы Туман, когда перестали рваться боеприпасы, – внимательней только.
Первыми на территорию базы въехали Плащи и багги, ну и следом пошла уже пехота, то есть мы. Мы шли, прикрывая друг друга. Едва войдя на территорию базы, я сразу увидел лежащие трупы, двое, или трое, снаряд попал точно в людей и их в прямом смысле слова разорвало на части, всё-таки, видать, трое – у двоих людей не может быть пять ног. Двое вон валяются в разной степени разорванности, а вот третьего не видно, только нога в ботинке осталась, видать, снаряд прям в него угодил.
Дальше разруха, отчётливо чувствуется кислый запах взрывчатки и гари. Трупы, много трупов, валяются, кто где, периодически слышны одиночные выстрелы, пару раз кто-то выстрелил очередью из автоматов, с разных сторон, ребята тут же доложились, что все нормально, видать, кому-то что-то показалось, или просто добили.
— Н-да уж, – покачивая головой и рассматривая трупы двух Рейдеров, произнёс Слива, – никогда бы не подумал, что пушки могут столько дел натворить.
— Это ты, братка, ещё не видел город, – хмыкнул Колючий, – после работы Градов, там похлеще будет.
— И надеюсь, что никогда не увижу, – вздохнул Слива.
Я был впечатлён. Сейчас, обходя эту базу и выискивая уцелевших бандитов, увидел всё собственными глазами. Увидел то, что натворил тут артиллерийский огонь. Трупы, разорванные тела, мясо, кровь, кишки, разрушенные здания и сооружения, куча хлама, мусор. В сторону вокзала мы так и не пошли, там пламя из цистерн бушевало вовсю. Но и того, что я увидел, хватило мне по самую макушку.
Где могли, осторожно заглядывали внутрь разрушенных зданий, там, где горело, обходили стороной. Сколько же тут бандитов-то было? Их трупов мы видели очень много, на всех разные повреждения. Есть и те, кого посекло осколками, есть и погибшие от снайперов, есть и просто от пуль – садили-то по базе все, будь здоров, а уж сколько в зданиях их завалило. Ладно, рано или поздно эти завалы разгребут, больно много тут добра, вон, пацаны уже обыскивают трупы и собирают валяющееся тут и там оружие. Ну а что, законные трофеи. Меня, правда, больше интересует, что там от Белазов осталось, и можно ли там себе что-нибудь отжать? Хотя, тут народу дохрена. Корж и Иван уже послали туда своих пацанов, наверняка их бойцы сейчас застолбят себе по Белазу, ладно, не жалко, свои пацаны, у нас два Белаза уже есть.
— Шеф! – минут через двадцать зачистки завопил в рацию Котлета.
— На связи.
— Мы тут одного хрена живого нашли.
— Какого хрена?
— В зимней одежде, куда его тащить?
Я аж на месте подпрыгнул!
— Как они его только не прирезали-то сразу? – засмеялся Няма.
— Тащите его ко всем пленным, – быстро ответил я, – и не вздумайте его грохнуть!
— Не, – радостно ответил Паштет, – мы помним про зимний институт и этих, в одежде.
Развернувшись, я и моя личка быстро направились назад. Дальше зачистку проведут остальные бойцы. Едва выйдя из этой копоти на свет божий, увидели, как наши Мушкетёры тащат за ноги молодого паренька. Вернее, тащит Упырь и Мамуля, а Паштет периодически пинает того ногами под рёбра. Одуван и Котлета идут по бокам и на всякий случай смотрят по сторонам.
— И чтобы всё сейчас рассказал, – услышал я голос Паштета, – иначе я тебя на куски порежу!
— Я тоже буду резать! – подключился Одуван.
Нас Мушкетёры ещё не видели, видать, заранее обрабатывали этого чела, чтобы он был посговорчивей. Хотя у нас тут такие спецы есть, кого угодно разговорят. Мушкетёры, увидав меня с пацанами, тут же изменили направление и потащили пленного к нам, протащили его по пару луж, причём, одна была особо глубокой, Упырь вон перепрыгнул, а этот погрузился в неё головой полностью.
Все остальные пленные так и стояли в куче на коленях с руками на затылках, а вокруг них наши бойцы, человек двадцать пять, оружие все держат направленное на бармалеев.
— Вот! – радостно выпалил Упырь, бросая этого пленного около нас.
Точно, тёплая куртка, тёплые штаны, ботинки на высокой шнуровке и с мехом, даже вон, кажется, перчатки из кармана торчат. Парнишка молодой, лет двадцати пяти, по виду вроде не ранен, смотрит на нас испуганно, глаза так и бегают из стороны в сторону. Подошли Туман, Грач и ещё несколько пацанов.
— Ты из института? – спросил я у лежащего на земле.
— Из кааакого института? – заикаясь от страха, спросил тот.
— Неправильный ответ, – осклабился Туман, – Паштет!
Пленному тут же прилетел удар ногой по рёбрам.
— Аааа, не бейте! – заорал тот от боли, схватившись за бок, – я всё скажу.
— Повторяю свой вопрос, – покрутив головой в поисках чего-нибудь, на что можно присесть, спросил я.
Котлета тут же приволок мне какой-то ящик и я, усевшись на него, уставился на пленного. Мужики вон тоже, кто что себе приволокли и, так же, как и я, сели.
— Ты одет не как все, – ткнул я в него пальцем, – на тебе тёплая одежда. Мы знаем про институт, где производят на свет всех этих здоровых животных. Знаем, что он расположен в условиях холода, только не знаем, где именно. Вот я и хочу, чтобы ты нам сейчас рассказал, где он. Будешь упираться – отдам тебя им, – я ткнул пальцем на Мушкетёров.
Млять, Котлета и Мамуля уже вытащили свои бензопилы и готовы их завести, Одуван достал здоровенный тесак, Паштет стоит и пускает слюни. Н-да уж, таких увидишь – полные штаны будут!
— Я нееее знаюю про институт, – вновь заикаясь, проговорил тот.
— Достал млять! – коротко сказал Грач и выстрелил ему в ногу из пистолета.
Как же он орал, орал так, что я аж уши руками заткнул.
— Хватит орать! – не выдержав, подойдя к нему и взяв его за волосы, зашипел ему в лицо Слива, – говори урод где этот институт, пока я тебе пальцы на ногах не стал по одному отстреливать.
— Я правда не знаю! – захлёбываясь соплями, слюнями и слезами, проорал тот.
— Всё, достал, – отпуская его волосы, сказал Слива, – Мушкетёры, снимите с него ботинки.
— Стойте, – вновь заорал тот, делая попытку отползти от разом шагнувших к нему Мушкетёров, – я правда не знаю. Нас только завтра должны были туда доставить.
— Нас? – переспросил я.
— Да, нас четыре человека, мы новенькие, нас наняли в Лос и сказали, что нужно будет служить в условиях холода. Я на улице был, когда обстрел начался, их в доме завалило. Нам пообещали хорошие деньги, мы согласились, – всё это он проговорил со скоростью пулемёта.
— Не верю я ему, – как-то спокойно сказал Грач и выстрелил ему во вторую ногу.
Тот вроде опять заорал, а потом просто вырубился от боли.
— Док – позвал его Туман.
— Тут я.
Наш врач вырос как из-под земли.
— Приведи в чувство этого. Вколи ему там что-нибудь, чтобы он не вырубался больше, даже если потом сдохнет, не жалко.
Док тут же достав из своего чемоданчика небольшой шприц, сделал этому парню укол, ну и перетянул ему обе ноги жгутом.
— Э, алее! – хлопая по щекам лежащего на земле пленного прокричал Грач, – очухивайся давай.
Меньше чем через минуту тот очнулся. Его взгляд сфокусировался, он увидел нас, и его глаза снова расширились от страха.
— Ну, – поигрывая пистолетом около его лица, улыбнулся Грач, – продолжим?
— Я правду говорю, – облизав свои губы, вмиг ставшие сухими, прошептал тот, – я там никогда не был и не знаю где она. Знаю только про лифт, он около какой-то деревни Чулу.
Снова выстрел, Грач прострелил ему левую руку. Парень вытаращил глаза, глубоко вздохнул, замер и всё, он как-то даже выдыхать не стал, просто рухнул на землю.
— Эээ! – встревожился Грач, снова начав его долбить по щекам, – мы с тобой ещё не закончили. Док, твою мать, ты что ему вколол-то?
— Что просили, то и вколол, – буркнул Док, приложив руку к шее пленного, – готов, сердце не выдержало, болевой шок.
— Млять, Грач, ну вот нахрена? – наехал я на него, — он бы и так всё рассказал. Вот кто их млять нанимал? Где этого нанимателя теперь искать? Вы своей башкой когда думать будете? То этот мужика в пустыне грохнул, – ткнул я пальцем в Тумана, – то ты теперь!
Я прям разозлился. Грач взял и пристрелил чувака, вернее тот просто от боли окочурился.
— Да я не знал, что он такой слабенький. – попытался оправдаться Грач.
— Могли бы просто начать его резать, – спокойно сказал Одуван, убирая нож в ножны.
— А, – махнул я рукой в сторону Грача.
— Те тоже никто ничего не знает про институт, – кивнул в сторону пленных Крот, – мы уже поспрашивали их малёха. Чё с ними делать-то? Мужики их готовы всех в расход пустить.
— Никого не расстреливать! – поспешил поднять я руку, пока их всех прям тут же не положили, – их допросить сначала хорошенько надо. Наверняка кто-то из них знает клички или имена вышестоящих.
— Базы, нычки или схроны, – добавил Туман, – допросим, как следует допросим. Давайте их всех в какой-нибудь уцелевший сарай или ещё что-нибудь. Охрану только выставите, Большой.
— Понял, – кивнул здоровяк, – пошли пацаны, представление кончилось.
Я ещё раз с сожалением посмотрел на умершего от болевого шока пленного. Вот же Грач дубина, ведь профи, зачем стрелять-то стал. Эх блин, он бы точно сказал, кто и где их нанимал, а там бы мы по цепочке дальше вышли.
— Грач, Туман, – позвал я их.
Оба тут же подошли ко мне.
— Скажите всем пацанам, чтобы никто не вздумал пленных убивать пока, Мушкетёров вообще к ним не подпускайте, пусть вон лучше идут трофеи собирают.
— Да понятно всё, Саш – вздохнув, ответил Грач, Туман просто кивнул, – с этим так вышло просто.
— Идите уже, – отмахнулся я от них.
— Где Шарапов? – услышали мы громкий крик кого-то из наших ребят и следом за ним снова ржание.
<p>Глава 8.</p>7 ноября. Вечер. На разгромленной базе. Мир Белазов.
Ох, и денёк сегодня был! Полдня мы допрашивали пленных, информацией обладали, конечно, не все из них, но кое-что нам всё-таки удалось узнать. Теперь мы знаем их точки сбыта краденого в городах, и некоторое количество лиц, с которыми те или иные бандиты общались, так что потом будем беседовать и с теми.
Так же, некоторые из пленных, сказали нам ещё про несколько схронов, небольших нычек и укрытий, которые расположены в разных местах. Туман, Грач, Иван, Корж и Хас, сформировали несколько групп, которые завтра в эти самые места и отправятся. Естественно, каждая из групп возьмёт с собой проводника из пленных. Ну а потом этих проводников просто грохнут, возиться с ними точно никто не собирается. Ну а те из пленных, которые нам уже были не нужны, просто расстреляли. Никто с ними возиться не собирался.
— Саня, кофе будешь? – громко спросил Слива, сидя около костра.
— Буду.
Я ещё раз осмотрелся. На большой поляне около базы мы разбили большой лагерь. Мужики пригнали наши тачки, установили палатки, разожгли костры, тут и там слышались весёлые возгласы бойцов. Весь день большинство пацанов занимались базой.
Горящие здания наконец-то потухли и можно было приступать к раскопкам. Завалы где-то разбирали руками, где-то растаскивали машинами. Собирали трупы и трофеи. Трофеев оказалось очень много, а я всё боялся, что всё сгорело. Очень многое оказалось засыпано в зданиях, вот их и разбирали.
Вещи, оружие, инструменты, обувь, запчасти на машины, техника, боеприпасы, пацаны всё тащили и тащили это всё в одно место и распределяли по кучам, потом будем делить.
— Держи, – протянул мне кружку, подошедший Слива, – вон смотри, Ваня идёт, – улыбнулся Слива подходившему грязному Ивану.
— Кофе? – ни капельки не постеснявшись, спросил здоровяк и взял у меня из руки кружку, – спасибо.
Он сел на стоящие рядом ящики, от чего они тут же жалобно заскрипели.
— Засранец, – беззлобно улыбнулся я наблюдая, как тот начал пить мой кофе, – ну чё там? – кивнул я в сторону вокзала, так как знал, что он там со своими пацанами лазил.
— Да потушили наконец-то, – делая ещё глоток, ответил Мэр, – барахла там валом, трупов ещё больше.
— Слива, мне тоже кофе пожалуйста, – громко произнёс подошедший Крот, следом за ним шёл Чуб, у которого за спиной виднелись два ружья Рейдеров.
— Нафига вам пушки-то эти? – обалдело спросил я, кивнув на них, когда Чуб аккуратно прислонил ружья к ящикам – у них же отдача – будь здоров, а вы хиленькие оба, – я захихикал.
— Это не нам, – попробовав отряхнуть штаны, ответил Чуб, – Череп просил. Он с пацанами за своим вездеходом уехал, а пушки ему в пустыне пригодятся. Говорит, он с неё теперь с одного выстрела будет Рогача валить.
— Да очень многие себе такие ружья захотели, – добавил Крот, – и пистолеты тоже. Пусть у них отдача и здоровая, ничего, привыкнут, боеприпасов тоже много нашли, да и у нас наверняка смогут патроны для всего этого делать, – он ловко вытащил из своей разгрузки револьвер Рейдера и покрутил его в руках.
Да уж, ствол реально здоровый, я даже не знаю, какой там калибр, но бахает эта хреновина очень сильно, и убойная сила у неё – будь здоров!
— Кстати, спасибо, – поблагодарил Крот Сливу, который налил ему кофе, – наконец-то посчитали все трупы.
— И сколько? – с интересом спросил я.
— Двести семьдесят бармалеев.
— Хренасе! – выдохнули мы разом.
— Ага, – заулыбался Крот, – я тоже не ожидал, что их тут столько будет. Только когда уже зачистку проводили, кучу трупов видел, а когда завалы разбирать стали, их ещё больше стало. Вы тачки-то себе нашли? – спросил он у Ивана, который выпил-таки мой кофе и уже тянулся за бутербродами, которые Слива нарезал.
— Угу, – кивнул здоровяк, весь поглощённый бутербродом, — там сбоку от вокзала у них стоянка неплохая была. Мы, на горе когда сидели, видели их машины.
— Это где это? – спросил я.
— За вокзалом, вы с другой стороны сидели, и вам её не было видно. А мы видели, – Ваня улыбнулся, – я пацанам сразу сказал – старайтесь по тачкам сильно не палить, просто не подпускайте никого к ним. Серому и Маленькому тоже сказали, чтобы они туда поменьше снаряды клали.
— Ну, так что в итоге-то? – поторопил я его.
— Семь тракторов, четыре Белаза, – с гордостью ответил Иван, – все машины на ходу.
— А в тачках барахла ещё больше, – добавил Крот, – там один из Белазов вообще им под завязку забит. Видать, только недавно караван какой-то взяли, сюда приехали и разгрузить не успели. Там Хаса братки уже шмон наводят, кстати, там же и двух бандюков нашли, они прятались в Белазах в щелях, как крысы.
— Есть чё пожрать? – спросил появившийся из-за ящиков Туман, – где Мушкетёры?
— Тут мы, – услышали мы голос Паштета.
Наша пятёрка уже вовсю кашеварила. Они оборудовали себе небольшую кухоньку, огородившись со всех сторон ящиками и досками, а сверху натянули брезент, так как днём прошёл довольно таки сильный дождь. Кстати говоря, в основном благодаря дождю, пожары-то и потухли. Только вон цистерны ребятам всё-таки пришлось тушить, вернее, их просто взорвали, разворотив цистерны окончательно. Топливо тут же разлилось в разные стороны и стало быстро затухать, а то когда бы ещё эти здоровенные цистерны сами прогорели.
— Какие планы на завтра? – спросил Крот у Тумана.
— Завтра едем в деревню и ныряем в лифт, – подумав, ответил Туман, – я Грача с пацанами за тёплой одеждой послал. Гере там ещё что-то понадобилось из аппаратуры, вот они все и ломанулись к этому лифту, – он кивнул головой в сторону.
А, ну да, тут же недалеко от базы был ещё один лифт.
— Завтра с утра будут, – посмотрев на часы сказал Туман, – помыться бы, – он почесал свою подмышку.
— Душ вон там сделали, – показал пальцем в сторону Чуб, – метрах в пятидесяти от больших столбов освещения. Там родник какой-то, твои же ребята душ и сделали – он показал рукой на Ивана, – бочки притащили и воду в них на кострах греют. Все же искупаться и привести себя в порядок хотят, а то провоняли этой гарью.
Только сейчас я обратил внимание, что он, в отличие от нас, довольно-таки чистенький.
— Ага! – засмеялся Чуб, увидев, что мы все смотрим сначала на него, а потом на себя, – я уже помылся и переоделся.
— Вот так всегда, – вздохнул я, – мы пленных допрашиваем, пацаны завалы разбирают, а кто-то в душе моется.
— Пожалуй, я пойду сполоснусь, – вставая с ящиков, произнёс Туман, – Серый, приём.
— На связи.
— Тащи шмотки к большим столбам.
— К душу?
— Да.
В общем, ещё через пару часов, помывшись и переодевшись, мы уже чувствовали себя людьми. Как же хорошо вот так, сидеть около костра под большим навесом и есть вкусную свежеприготовленную еду. Постепенно вокруг нас собрались многие ребята, все делились впечатлениями о прошедшем бое и зачистке. Я слушал вполуха, так как потихоньку начинал засыпать. Да и некоторые из ребят, вон, тоже уже носом клюют. С Туманом на завтра мы всё обговорили, ну, наши дальнейшие планы, трофеи тоже, вроде, между всеми распределили. Улов оказался очень богатым, много тут, конечно, всего было, очень много. Но эта бандитская база вместе с её обитателями перестала существовать, что всех очень радовало. Завтра ещё наши группы прокатятся по окрестностям и добьют уцелевших барамалеев, разорят и выпотрошат их схроны. То-то местные караванщики начнут удивляться через неделю, что на них никто больше не нападает. А ещё больше будут недоумевать скупщики краденого – куда это делись все поставщики.
К скупщикам краденого своих людей отправит Хас, те их возьмут, немного попинают, так сказать, поправят здоровье и будут выведывать информацию, ну а мы отправимся дальше, к этому институту, мать его!
Ну а все остальные бойцы поедут домой, ну, кто не захочет дальше участвовать в поисках уцелевших бандитов. Всё-таки несколько дней ещё придётся покататься по здешним лесам, добивая остатки бармалеев, и согласятся на это, думаю, не все, а может и все – бойцы тут собрались лихие…
8 ноября утро. Разгромленная база бандитов.
— Все готовы? – спросил с утра Туман перед строем.
— Так точно – рявкнули стоявшие напротив нас бойцы.
— Ну и хорошо. Пацаны, будьте аккуратны и держите связь. По машинам.
Толпа ребят тут же разошлась в разные стороны к стоящим машинам. Блин, я везде хочу очутиться, хочу поехать и этих скупщиков брать и их потрясти и схроны поискать и в деревню эту поехать, чтобы на лифте переместиться в другое место на этой планете или где мы есть.
Но к моему сожалению, я не могу разорваться. Завелись двигатели десятков машин, наши тачки, трофейные, вон несколько Белазов завели, пацаны с весёлыми шутками и прибаутками погрузились в них и машины одна за другой стали разъезжаться в разные стороны. Да уж, сегодня некоторым из бармалеев прилетит, для многих из них этот день окажется последним. Надеюсь, что никто из наших не погибнет. Туман не зря накручивал их командиров, чтобы не лезли на рожон, если бармалеи сопротивляются, просто мочить, пленных не брать.
Ох как же метались наши Мушкетёры, когда им предоставили право выбора, ну куда ехать. Они и так и этак, в итоге решили ехать с нами, искать эту базу, особенно после того как им Грач сказал, что там можно будет пилить животных и персонал этого института, ну этих больных учёных. То, что все эти учёные на всю голову раненые, никто из нас не сомневался, в здравом уме человек не станет выращивать таких зверюшек и выпускать их на волю, чтобы они потом шли на города, пытаясь преодолеть городские стены и прорваться внутрь. В общем попадись кто-то из учёных в руки Мушкетёрам, смерть их будет долгой и мучительной.
Грач с Герой прибыли с утра, мы только-только проснулись и завтракали. Притащили они с собой грузовик тёплой одежды, в которую мы все те, кто едет к деревне и переоделись.
Думали будет жарко, ничего подобного, с утра опять зарядил дождь, и температура сразу упала до плюс 10, часть тёплых вещей покидали в наши тачки, переоденемся, когда с помощью лифта около деревни перейдем в другое место.
Едет нас как обычно около 30 человек. Только в этот раз прём на Вездеходе и багги. Даже если там будет снег, вездеход пройдёт точно, багги скорее всего тоже, если нет, оставим их там где нибудь, заберём на обратном пути. Только вот в вездеходе придётся потесниться, ну ничего, нам не привыкать.
В деревню заезжать не будет, туда едет отдельная группа, думаю там тоже можно будет много интересного узнать от всех тех, кто снабжал продуктами охрану шахты.
— Лифт прямо перед нами – сообщил нам Гера по рации из вездехода.
Фух, наконец то мы доехали, опять весь день в машине, задница уже задубела от ковша. На часах пять вечера, до темноты ещё несколько часов. Тут же все повыпрыгивали из тачек и вездехода размять ножки.
— Ну чё пацаны? – спросил Туман стоя около вездехода и смотря на скалу, напротив которой был лифт – сейчас туда – он кивнул головой в сторону лифта – или завтра?
— Сегодня, сейчас давайте, поехали уже – тут же раздались со всех сторон голоса наших ребят.
— Ну сейчас так сейчас. Тогда всем одеться в тёплую одежду, приготовить оружие, неизвестно что нас там ждёт, первый прёт Череп, остальные за ним. Выезжаем, сразу в разные стороны, сами все знаете. На сборы пол часа.
— О, отлично, похавать успеем – тут же весело сказал Паштет.
Переоделись в тёплую одежду, перекусили, ещё раз проверили оружие и боеприпасы, чтобы всё было в случае чего под рукой. Эх жалко сюда нельзя робота первым пустить, лифт для этого не предназначен, там раз и ты на месте.
— Череп пошёл – негромко скомандовал Туман в рацию.
Я сидел во второй багги и наблюдал за тем, как наш ДТ-30 тронувшись с места нырнул в лифт, раз и вездехода нет.
— Слива не спи – поторопил я его.
Тот спохватившись тронул нашу тачку с места, следом за нами ещё две наших таких же багги. Ну сейчас мы узнаем, что там на той стороне и насколько там холодно.
Вынырнули на той стороне, я только успел оглядеться. Снег, много снега, а справа, метрах в 50 от лифта увидел стоящий небольшой бревенчатый домик, рядом с ним пару навесов, под одним из которых стоял джип Т7. Там же под навесом два мужика, сказать, что они удивлены нашим появлением, это ничего не сказать. У мужиков в руках лопаты, видать они как раз чистили снег, когда мы все из лифта вывалились.
— Это что за ухари? – удивлённо спросил я.
Дальше всё произошло очень быстро, мне даже никто ответить не успел, из вездехода посыпались наши пацаны, как по ним врезал пулемёт, из этого домика. Краем глаза я успел увидеть появившийся ствол и как он начал изрыгать из себя раскалённый свинец.
Все наши пацаны, кто успел выбраться из вездехода бросились в рассыпную, а этот пулемётчик поливал из Печенега будь здоров.
— Слива в сторону – заорал я и тут же почувствовал, как наша багги рванула.
А тот поливает будь здоров. По вездеходу, по багги, тут же стали шлёпать пули. Бах, метров за десять на этой площадки мы успели разогнаться и со всего маха влепились в огромный сугроб, а снег то свежий, пушистый, тачку тут же накрыло снегом, и мы встали, а позади работает пулемёт, но вот в его стрельбу добавились сначала один, потом второй автоматы.
Наши бойцы тут же вступили в бой. Я только успел обернуться и в смотровую щель увидеть, что тех двоих с лопатами уже на своём месте нет, но они млять спрятались за поленницей с дровами и стреляют по нам из автоматов. Как? Вот как они так быстро среагировали?
— Окружайте их – орал Туман в рацию.
Вообще эфир тут же наполнился матами и командами. Вот так, не успев приехать на лифте в другое место, тут же попали под огонь, по нам стали стрелять какие-то уроды.
Выкатились из джипа, я тут же провалился почти что по грудь в снег, как какой-то крот, стал тут же в него вкручиваться, нос и рот тут же забились снегом, вокруг шла пальба, пару раз что-то взорвалось, лепили из автоматов, пулемётов, хлопали помпы.
— Что это мать вашу такое? – пытаясь выбраться из сугроба орал рядом со мной Няма.
— Слива вылезай из тачки – не обращая внимания на Няму заорал я.
Багги на которой мы ехали повисла на днище, Слива яростно давил педаль газа и пытался выбраться из снежного плена. Да что же это такое? Где эти уроды? Я как-то умудрился выбраться из сугроба и перекатиться в сторону. Ага, вон вижу, как наши ребята уже открыли ответный огонь по этой избушке.
Бах взрыв, за ним ещё один. Поленницу, за которой были эти два стрелка разметало в стороны, вместе с дровами полетели и эти автоматчики. Как только они упали на снег, в них тут же влепили несколько очередей, я очень хорошо видел, как их тела дёргаются от попаданий. Бах, ещё один взрыв, один из навесов перестал существовать, вот очереди наших ребят начинают дырявить стоящий под навесом джип, другие начали палить по избушке сбивая прицел пулемётчику. Заткнулся, он перестал стрелять, но тут же вижу, как из этого окна один за другим вылетают несколько предметов.
— Гранаты – заорал кто-то во всё горло.
Млять, я как Страус попытался снова ввинтиться в снег, не успел, бах, бах, бах, три гранаты взорвались одна за другой. Снова послышались маты наших ребят и многие из них обещали этому пулемётчику кары небесные.
— Граната – вновь заорал кто-то.
Снова взрыв, да млять, у него там арсенал что-ли? Выбравшись из снега увидел, как одна из наших багги дымит, не иначе граната залетела прямо под тачку и взорвавшись чё то там повредила.
— Мочи его пацаны – взревел Большой.
И мы дали, все кто выбрались из тачек открыли огонь по этой избушке, заработал сначала один, потом второй и третий Корды из машин и вездехода, от домика только щепки полетели. Тяжёлые пули прошибали брёвна насквозь, дом буквально разбирали на составляющие. По джипу прошлись тоже, он развалился на глазах.
— Обходите его справа – орал Туман в рацию – пошли пошли бродяги.
Вскочив на колено и стреляя короткими очередями боковым зрением я видел, как несколько наших ребят прикрываясь нашими же багги ломанулись в сторону.
— Вперед млять – заорал я на адреналине.
Вскочив, мы попёрли оленями к этой избушке стреляя на ходу. Ох и поливали все по этому домику.
Наконец я увидел протянувшийся дымный след от выстрела из РПГ, за ним ещё один. Первая граната врезалась в стену разворотив её, и мы все снова упали мордой в снег, вторая влетела точно в окно и рванула внутри дома.
Боковые окна тут же вынесло взрывом, входную дверь снесло с петель, и она с громким скрежетом вылетела наружу. Подлетаем к дому, я выдёргиваю из кармана куртки гранату, выдёргиваю кольцо и закидываю её внутрь дома, следом летит ещё две.
Три взрыва слились в один, снова из дома и разбитых окно вылетает какой-то хлам, мусор.
— Всем лежать, работает СОБР – заорал во всё горло появившийся рядом с нами Колючий с перекошенным от злости лицом и первый ломанулся в дом, следом за ним и мы.
— Чисто, чисто – начали раздаваться со всех сторон ответы ребят.
Дом небольшой, квадратов 25-30. Забежав в него вижу стол, стулья, койки в два яруса, какие-то ящики, всё это перевёрнуто взрывами и разворочено. Шарим стволами по углам готовые влепить пулю на любое движение. Стены как дуршлаг, разворотили его из Кордов очень хорошо. Только этого пулемётчика нет.
— Вон эта падла – слышу голос снаружи.
Млять, как этот хрен успел отсюда так быстро выскользнуть? В последний момент замечаю валяющийся в углу пулемёт, рядом два короба с лентами и кучу стреляных гильз и тут же около стены пирамида с оружием, наверху штук 10 различных автоматов и ружей, внизу цинки с патронами, рядом я ящиках гранаты, как все это дело не рвануло только.
— Туда – орёт Слива перемешивая обычные слова с матом и тыкает в разбитое выстрелами окно.
Я только увидел, как мелькнули его ноги, когда он рыбкой нырнул в окно. Разогнавшись прыгаю за ним, бац, снег смягчает моё падение, рожа опять в снегу, не обращаю на снег внимание, вскакиваю на ноги и вижу, как этот стрелок уже метрах в 50 от нас и карабкается на гору, резко развернувшись он даёт от бедра длинную автоматную очередь и снова бежит. Мы как подкошенные падем в снег, мне даже показалось, что я услышал, как просвистели пули, по крайней мере несколько из них точно впились в стену этой избушки.
Сбоку ревёт двигатель. Из-за дома вылетает наша багги и подпрыгнув на сугробе взлетает вверх и мягко приземляется на все четыре колеса. Водитель давит на газ изо всех сил, тачка буксует, выкидывает из-под всех колёс множество снега, но до земли докопаться не может. Млять, тут вокруг куча снега.
— Сдавайся урод – орёт кто-то.
Отчётливо вижу этого стрелка. Он забрался на вершину горы и снова выстрелил из автомата, тут же ему в правую ногу прилетает пуля и он, закричав от боли падает.
— Никому не стрелять – орёт уже Туман – живьём брать.
Всё, мы выстроились в цепь и держа оружие на изготовку двинулись на пулемётчика. Его автомат отлетел в сторону, снег рядом с ним окроплён кровью, он что-то орёт, а затем поднимается на ноги.
Мы, держа его на мушках медленно подходим к нему.
— Парень не дури – кричит ему Туман – тебе некуда деваться. Мы тебе зададим несколько вопросов, и ты будешь жить. Нам нужен институт где выращивают животных и его персонал.
— Да пошли вы – внезапно выкрикивает он – хрен вам, вы уроды даже не представляете, что вас ждёт.
До него оставалось метров 20, мы так и шли цепью сужаясь к нему. Тут я увидел, как он резко оглянулся, посмотрел, что у него за спиной, потом повернулся к нам, улыбнулся и сделал шаг назад. Всё, он просто исчез, оставшиеся метры мы преодолели мгновенно.
— Готов однозначно – выдохнул Слива, когда мы оказались на том месте, где только что стоял этот человек. Впрочем, его мы видели тоже, он лежал метрах в 50 ниже от нас, на камнях. Он просто разбился.
— Это что мать вашу за псих такой? – громко спросил Маленький тяжёло дыша.
— Скорее это фанатик — философски продолжил Колючий.
— Млять — выругался в полный голос Туман – сколько информации не получили.
Мы все были буквально ошарашены поведением этого человека. Сначала он начал стрелять по нам из пулемёта, потом успел свалить из дома и забраться на эту гору, а потом, чтобы не сдаваться в плен, он просто спрыгнул вниз и разбился об камни.
— Пацаны – услышали мы в рациях голос Черепа – думаю вам стоит на это посмотреть. Я сзади вас, вернитесь к вездеходу.
Почти что бегом мы вернулись назад, Туман отправил в них к этому суициднику двух ребят, чтобы они его обыскали, мало ли что интересное в его одежде найдут, хотя я в этом сильно сомневался.
Как только мы спустились к домику я сразу увидел Черепа, тот стоял на небольшом бугорке и смотрел вдаль.
— Вон смотрите – повернувшись к нам ткнул он себе рукой за спину.
Забравшись к нему мы снова все вдохнули и выдохнули, кто-то крепко вы матерился. На сколько хватало взгляда, перед нами был лёд, толи замёрзшее озеро, толи море, в некоторых местах изо льда торчали скалы. А так, везде лёд, много-много льда.
— Охренеть не встать – крякнул Слива.
— Гера направление? – нахмурившись спросил Туман.
— Я-то откуда знаю – пожал тот плечами.
— Туда и надо ехать – спокойно сказал Полукед махнув рукой вдаль, на это море – институт где-то там.
— Мужики тут следы от шипов – проорал откуда-то снизу кто-то из наших.
Подойдя к краю этого бугра, я увидел стоящего внизу Ватари.
— Что там у тебя? – спросил в рацию Грач.
— Следы от машин – ответил наш Якудза – они от этого домика ведут на лёд и уходят вон туда дальше – он тут же, как и Полукед показал рукой вдаль.
— Пипец – снова выругался Слива – ждали снег, а придётся ехать по льду
Продолжение следует.
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.