» » Сходил за хлебушком

Сходил за хлебушком

Уже знакомый вам военврач Никита Валерьевич ушёл из Вооружённых Сил в чине капитана и устроил свою дальнейшую карьеру в гражданской медицине. Работал терапевтом в небольшой поликлинике в спальном районе столицы, лечил ОРЗ и ОРВИ, ходил по визитам. И появилась у него на участке одна любопытная парочка. 

Пенсионер Иванов 1932-го года рождения к своим преклонным летам нажил кучу болячек, в том числе кардиологических. Но унывать не собирался. В любую погоду, в снег и дождь, облачался в свои любимые тренировочные штаны с вытянутыми коленками, дырявые тапочки и шёл в магазин пообщаться. А так как путь в магазин проходил мимо поликлиники, Иванов заходил пообщаться и туда. 

Особенно полюбил он Никиту Валерьевича, то ли из мужской солидарности, то ли из уважения к военному прошлому врача. Не проходило и трёх дней, чтоб Никита не слышал за дверью кабинета взрыв возмущения:

- Куда без очереди? Дед, ты куда прёшь?! 
После этого уверенное: 
- Я инвалид! Мне положено! 
И в кабинет протискивался пенсионер Иванов. 
- Вот, Никита Валерьевич. Зашёл провериться. Мало ли. 

Никита привычно делегировал медсестре процедуру измерения давления, температуры, пульса. Выслушивал жалобы на жизнь, ЖЭС, бабку-Иванову. Параллельно принимал других пациентов. Избавиться от старика не было никакой возможности. При любом поводе он начинал угрожать своими связями и писал жалобы. Предшественника Никиты он-таки довёл до увольнения. 
Терпели. 

Супруга Иванова приходила реже. Терапевтов она не любила, считала слишком некомпетентными. Зато активно третировала кардиолога и эндокринолога. Сталкиваясь в коридорах поликлиники, супруги устраивали свары. 
- Ты ж, старый, за молоком пошёл?! Чего здесь ошиваешься? 
- А ты к соседке собиралась! Зачем людей тревожишь? 

После чего шло перечисление грехов друг друга, какие-то попытки измен во времена кукурузного Никиты Сергеевича, чей-то пропитый червонец во времена бровастого Леонида Ильича и жалоба на мужа-матерщинника при пятнистом Михаиле Сергеевиче. 

Пациентам в коридоре скучно. А тут – хоть какое-то развлечение. Короче, парочку знали. 
И вот как-то в октябре в кабинет Никиты привычно заглядывает Иванов. Одет классически. Треники, тапочки, мокрые от осенних луж, в руках – мятый пакет известного «Типаевропейского» магазина. 

- Доктор, я тут вчера анализы сдавал. А сегодня за хлебушком пошёл, заглянул посмотреть. Что-то мне результаты не нравятся. 
И тянет бумажку. Никита посмотрел – и впрямь не очень хорошие анализы. 
- Иван Иванович, когда вы прекратите в такую погоду по улице босиком бегать? 
- Я не босиком, - возмущается старик. – Я в тапочках. Да тут же рукой подать. Магазин – через двор. Что я наряжаться буду? 
- Хотя бы обуваться. 
- Молодой ты меня учить! Что с анализами? 
- Лейкоцитов много. Воспаление. А сходите-ка вы на флюорографию. Я вам сейчас и направление дам. Без очереди пройдёте. Скажете – от меня. 
- Без очереди – это хорошо, - довольно закряхтел старик. – А то перед вашим кабинетом какая-то молодая курица расквохталась: «куда лезешь, куда лезешь?» А я инвалид! У меня порок сердца! 

Пошёл, шлепая тапками по коридору. Через некоторое время приносят снимок. Так и есть. Тень в нижней доле правого легкого. В совокупности с анализами – большая вероятность, что находил дед себе пневмонию. Никита позвал на консультацию зав.отделением. 
- Точно пневмония, - подтвердила та. – Это Иванов что ли? Отправляй в процедурку, пусть сразу цефтриаксон колят. И надо что-то насчёт транспорта придумать. Не пойдет же он после укола по улице в своих тапочках. 
Пошёл Иванов в процедурку. Через несколько минут оттуда прибегает медсестра с выпученными глазами. 
- Никита Валерьевич, там ваш дед умер! 
Никита молнией бросается в процедурку. Иванов лежит на полу и не подаёт признаков жизни. 
- Я ничего не успела, только уколола! – оправдывается медсестра. 
- Зав.отделением сюда! И реанимацию из больницы вызови! И орать перестань, ты же медработник. 

И принялся деда качать. Через некоторое время заведующая присоединилась. Качают вместе. Иванов то хрипит, то отключается. В голове у Никиты мелькает: «ТЭЛА? Инфаркт? Да где, блин, эта реанимация?!» 
Благо, больница от поликлиники через забор. Реаниматологи с носилками и какими-то ящиками набежали через десять минут. Иванова завели и забрали к себе. Никита выполз на улицу, покурил, успокоился и вернулся принимать притихшую очередь. 

А так уж случилось, что заведующий реанимацией тоже бывший военврач и Никиту знает отлично, всего на два курса его старше. Звонит. 
- Это от тебя деда только что привезли? 
- Иванова? От меня. Ну как он? 
- Похоже отбегался. К ночи отойдёт. Есть у него кто? 
- Бабка. 
- Телефон дай, сообщить надо. Пусть заглянет. 
- Диагноз какой? 
- Мы пишем ТЭЛА, патологоанатом, скорее всего, подтвердит. 
Никита вздохнул. Как не доставала его парочка Ивановых, похоже с ними уходила целая эпоха в жизни поликлиники. 

На следующий день приходит Иванова. 
- Эх, Никита Валерьевич, залечили вы тут моего деда. 
- Однако, - удивился Никита. – Как же мы его за полчаса залечили-то? Только и успели, что флюорографию сделать. 
- Там уж разберутся, как залечили, - мстительно пообещала старуха. – Я пока пойду. Надо на похороны кой-чего собрать. А уж после похорон разберусь. 
Проходит дня четыре. И снова звонят Никите из реанимации. 
- Капитан, - привычно басит заведующий. – Тут дед твой воюет. 
- Иванов? – поразился Никита. – Он же умирал. 
- Таких дедов рельсом не перешибёшь. Две ночи мы его теряли, а на третью он смерти фигу показал и водки потребовал. Теперь возмущается, что бабка к нему не ходит. Кричит, чтоб позвонили, чтоб она ему конфет и сока принесла. 
- Так она, наверное, к похоронам готовится. 
- Не дождётся, - пообещал зав.реанимации. 

Проходит два месяца. И слышит Никита из коридора привычное шарканье и взрыв возмущения. И до боли знакомое. 
- Тихо, я инвалид! Мне на минуту, спросить только! 
Дед Иванов открывает дверь, но в кабинет не заходит, останавливается на пороге. Вытягивает шею в сторону врача и с обидой в голосе заявляет: 
- Я к вам больше ни приду! 
- Отчего же, Иван Иванович? – удивляется Никита. 
- Я в прошлый раз чуть не сдох! Сходил, б…, за хлебушком! 

Развернулся и ушёл. А потом и вовсе уехал на дачу, живёт там и уже почти год носа не кажет. Обиделся. 



© DoktorLobanov (Павел Гушинец) 
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.