» » 01. Жаркий сезон на Глэдис

01. Жаркий сезон на Глэдис

<1>

Меня зовут Толик Зорин. Не Талик Зарин и не Анатоль Зарини, не путайте. Я не поэт и не спортсмен. Я — путешественник! Скажете, что такой профессии нет? И будете правы. Но в жизни моей сложилось всё именно так, что…

Ладно, начну с начала. Я родился на планете Регенда, в окрестностях города Нойе Штадт, в семье простых колонистов-фермеров. Когда мне исполнилось четырнадцать лет, меня отправили на Землю — неимоверное везение, надо сказать, потому как Колыбель Человечества уже тогда была не шибко рада репатриантам. Это и было моим первым путешествием. После того, как на Земле были закончены (как нам всем тогда казалось) все дела, меня посадили на рудовоз, следующий почти в ту же сторону, что и на Регенду, чтобы в астероидном облаке, где располагаются рудники, я мог пересесть на челнок, возящий рабочих-горняков с моей родной планеты.

Можете смеяться, но на Регенду я попал лишь спустя много-много лет, после… да неважно уже. Судьба распорядилась так, что я проработал в облаке несколько лет, затем перебрался на Аз, единственную планету Беты Гончих Псов, где в то время велась разведка полезных ископаемых. Именно там я и услыхал про Глэдис, населённый мир, найденный при дистанционном исследовании Аза. Среди разведчиков ходило множество баек и откровенных врак про эту планету и мне, юному романтику с провинциальной Регенды, просто не терпелось лично исследовать этот мир. В своих мечтах я совершал подвиги и покрывал себя славой в несколько слоёв, самыми необычными способами.

А попал я на Глэдис самым примитивным способом, поскольку оказался единственным подходящим для этой миссии кандидатом в обозримом пространстве. На Аз была доставлена яхта — разведывательное судно класса Н, предназначенное для пилотов соло и свободного поиска. Его приволокли на грузовике с разнообразным оборудованием и добавочным персоналом для «Аз-петро-сёч». Как так вышло, что к яхте не приложили соло или контактёра — я не знаю и не хочу знать. Среди нас, «аборигенов» Аза, провели анкетирование, потом кандидатов (обоих) подвергли глубокому медицинскому обследованию и мои особенности и ай-кью перевесили способности и опыт Руперта Ван дер Гротта. Да и мои габариты оказались предпочтительнее, поскольку места в яхте для семифутового громилы было явно маловато.

Пройдя курс пилотирования и получив инструкции по разведке, я был накормлен, снаряжен, усажен в яхту и вышвырнут в подпространство. Поскольку вмешиваться в действия систем корабля во время подпространственного перемещения противопоказано, я коротал время за изучением доступной информации по Глэдис. Особо радовало то, что эта цивилизация уже вышла из пещер, но до космоса пока не добралась. Это был единственный достоверный факт, который мне удалось найти, если не обращать внимания на астрономические координаты и прочие космографические подробности. Словом, после выхода в пространство, мне предстояло найти Глэдис, приблизиться и, завесив яхту на орбите, выпустить два спутника и сбросить на планету контейнер с дронами. И сидеть, собирать информацию, по мере надобности внося корректировки в работу автоматов.

<2>

Поначалу всё шло по плану. Ровно до того момента, когда я собрался выпускать спутники-шпионы. Именно в этот момент борткомпьютер сообщил, что поступает чёткий сигнал с планеты и через минут пять будет предложен моему вниманию примерный перевод этого послания. Заинтересованный по самое не могу, я отложил регламент и, покусывая палец от нетерпения, принялся ждать результат, периодически поглядывая на хронометр. Спустя четыре минуты и сорок две секунды голографическая строчка текста выползла из правой стороны моего поля зрения. «Чужак делай нет что — Чужак время ждать — Нет что действие».
- Кэп, надо полагать, меня просят не делать резких движений?
Борткомпьютер ответил вслух, что меня несказанно порадовало, поскольку отвести глаз от фисташковой, светящейся строчки, висящей перед моим носом, я не мог. Несколько неожиданным было это сообщение от аборигенов, покинувших пещеры, но не вышедших в космос.
- Полагаю, надо дать знать, что они услышаны и поняты.
- Справишься?
- Да.
- Кэп, ты это. Того… Строчкой ниже пусти своё сообщение. Я ваш диалог почитаю.
Пониже зелёной возникла столь же пастельная, но розовая надпись: «Понятно. Ждём ваших указаний».
- Это ты им на каком языке послал?
- По-русски. Пока не могу на местном, мало информации. Если не дураки — поймут, я глагол «ждать» продублировал на их манер.
- Язык сложный?
- Трудно судить. Похоже, что не очень. По крайней мере, на слух членораздельный, не вой и не треск.
- Чего говорят? — Меня почему-то совершенно не волновало то, что я только что вступил в контакт с неизвестной цивилизацией. Одолевало любопытство: что ж дальше-то будет?
- Пока твердят одно и то же: просят или требуют ничего не делать и ждать. А нет, что-то новое поступило, жди.
Я слегка пошевелился и попытался расслабиться, ситуация всё-таки напрягала и нешуточно. Откинувшись на спинку кресла, прикрыл веки и слегка помотал головой из стороны в сторону. Потом открыл глаза и увидел выползающую фисташковую строчку. «Пилот движение за — Чужак движение — Разрушение».
- Эм-м-м… Это их пилот движется, я не двигаюсь, во избежание разрушения?
Розовая строка ответа: «Уточните. Разрушение нежелательно».
Зелёная: «Чужак движение за — Пилот движение — Чужак движение за».
- Ага. Следуем за пилотом. Кэп, к нам кто-то летит?
- Да. Не то чтоб к нам. Летательный аппарат в стратосфере, единственный в доступной видимости.
- Давай за ним, что ли.
- Не уверен, что это правильно. Мы на высоте полтораста километров, а их машина — километров пятнадцать от силы.
«Чужак движение — Разрушение — Движение».
- Что делаем?
- Выпускаем спутники. Если они не способны подняться выше — никакого разрушения причинить не смогут.
- Точно?
- Точно. Даже в случае ракетной атаки мы легко уходим.
Я продолжил регламент и, после его завершения, от яхты отвалились оба шпиона. Они фыркнули газовыми струями, сориентировались по светилу и начали медленно расползаться на заданные орбиты.
- Контейнер скинем?
- Повременим. Наблюдается движение в нашу сторону.
- Ракета?
- Восемь. Ни одна не попадёт.
- Что так?
- Похоже, приборы управления и наведения на цель выходят из строя. Можно наблюдать самоподрыв. Судя по спектру — химические ВВ, примитивные.
Я махнул рукой, поднимая строки диалога под самый потолок кабины и с интересом принялся разглядывать вспышки взрывов и дымные облака, медленно рассеивающиеся в сотне километров от яхты. Даже при значительном увеличении масштаба изображения — не впечатляло.
- М-да. Хило как-то. Летательный аппарат ещё виден?
- Нет. Сейчас активирую спутники, сектор обзора увеличится.
- А местных спутников нет?
- Нет. По крайней мере, с этой стороны.
Я никогда не был специалистом-разведчиком, не имел отношения к военным операциям. Поэтому несколько терялся и не мог принять решения: то ли стоит продолжать действовать согласно регламента, то ли сделать запрос на базу. Поскольку контакт в регламенте предусмотрен не был, но уже состоялся!
- Что-то ещё верещат.
- Переводи.
- Постараюсь.
Я приспустил диалог, чтобы не задирать голову и снова принялся кусать палец в ожидании сообщения.
«Чужак движение низ — Разрушение нет — Движение за пилот».
- Во как! На сколько можно снизиться?
- Ни на сколько. Сойдём с орбиты и там уже только посадка. При гравитации Глэдис самый низкий эшелон орбиты — сто пятьдесят километров.
- Слушай, а если у них есть более мощные ракеты, ты старт и траекторию отследишь?
- Да. Но, судя по отсутствию ИСГ, у них нет… есть. Наш шпион засёк старт чего-то похожего на МБР.
- А пилота не засёк нигде?
- Множество летательных аппаратов. Небольшие, не высотные.
- Следи за ракетой.
- Смысл? Это стрельба по принципу пальцем в небо. Теоретически, примитивная МБР способна подняться на пару тысяч километров, да. Но прицельно попасть в маневрирующий объект малого размера — исключено.
- А радиус поражения? Тут прицельно и незачем. Поднимется на нашу высоту и бабахнет! Или поднимется выше и на спуске в нас нацелится. И бабахнет!
Борткомпьютер промолчал, но я почувствовал, что яхта сменила курс. 
- Кэп, скажи им, чтоб прекращали стрельбу. Пригрози, что мы на них пожалуемся и наши ВКС устроят им порку.
Розовая строчка известила меня о том, что: «Мы не имеем задач причинить ущерб вашему миру. Прекратите попытки разрушения. Готовы на мирный контакт».
- Сбей их МБР к чёрту.
- Не могу. Слишком далеко.
- Что, противометеорная защита…
- Далеко. И не приближается. Идёт настильно, эшелон полста километров. Даже если окажется прямо под нами, всё равно слишком далеко.
- Сто километров — это далеко, что ли? — Удивлению моему не было предела.
- Наша ПМЗ работает на дистанциях в сотни метров, на других — только маневрирование. Я сбрасываю контейнер с дронами.
- Кэп, а ты не того? — меня возмутило это самовольно принятое борткомпьютером решение. — Что за самодеятельность? Я как бы тут капитан корабля, а не ты.
- Хорошо, капитан. Жду указаний. Опа, опять верещат чего-то.
«Чужак пилот движение низ — Разрушение нет — Движение низ — Наше ожидание».
- Пиши: «Обеспечьте безопасность посадки нашего судна».
- Сделано. 
Я снова укусил себя за согнутый палец и добавил:
- Сбрось контейнер таким образом, чтобы он спустился позже нас. Есть такая возможность?
- Есть. Всё-таки садимся?
- А смысл тут висеть? — Я пожал плечами и осмотрел искусанный палец. — Нас всё равно обнаружили. Состав атмосферы не совсем хорош для меня, но привыкну. А уж местные инфекции меня совершенно не волнуют! Сбрасывай дронов и садись.

<3>

Яхта сбросила контейнер со шпионами и плавно вошла в мезосферу Глэдис, попутно шваркнув противометеорной стрелой удаляющуюся МБР. Та ярко вспыхнула и даже немного нашумела в разреженном воздухе. Я снова сдвинул строки розово-фисташкового диалога кверху и принялся разглядывать приближающийся бескрайний облачный простор. Проткнув облачность, яхта пошла на посадку, как самый обыкновенный атмосферный летательный аппарат: крылья для этой цели у неё предусмотрены. Да и не хотел я пугать аборигенов, что сопровождали меня на своих аэропланах с турбореактивными моторами. Кэп докладывал о том, что поступает множество аудиосигналов в радиодиапазоне, но я велел ему просто набирать материал и структурировать, не отвечать и не отвлекаться. Проследив за тем, как самолёты садятся на длиннющую ВПП, я вручную скопировал их маневры, чем изрядно озадачил борткомпьютер, поскольку никакого смысла в этом не было. Но что-то мне подсказывало, что лучше не демонстрировать местным всех возможностей яхты.
Докатившись до места остановки самолётов, я тоже затормозил и отключил акустический отпугиватель, своим воем изображавший шум двигателя. Судя по всему, получилось вполне правдоподобно! Слегка сгустив сепию светофильтра, я опустил стекло на лицо, чтоб видом своим не пугать аборигенов и, открыв боковой люк яхты, выбрался на площадку, покрытую чем-то наподобие петролита. О том, что гравитация на Глэдис ноль-восемь жэ, я знал, но после длительного пребывания в космосе (Аз сильным притяжением тоже не отличался), чувствовал себя не очень уверенно. А уж осознание того, что ко мне вот-вот должны приблизиться местные жители и вовсе вызывало неслабый такой мандраж.
Покрутив головой и никого не увидев, я просунулся внутрь кабины и, после краткого совещания с Кэпом, вынул его пластину из консоли управления. После этого яхта превратилась в бесполезный экспонат, а я, подключив борткомпьютер к системам скафандра, получил незаменимого советчика, переводчика и, в какой-то мере, собеседника.
- Кэп, ты как? Со мной?
- Да. У тебя за спиной двое. Обернись не быстро и не пугайся.
Я обернулся и мысленно поблагодарил Кэпа за предупреждение: на первый взгляд мои визави были просто громадными. Но нивелир подсказал, что те лишь немного выше Ван дер Гротта: один два пятьдесят, а второй — два тридцать пять. При моих метр семьдесят — реально дофига! Я приподнял правую руку и приветственно помахал ладонью, ничего умнее в голову не пришло.
- Привет, друзья! — И добавл Кэпу: — Переведёшь или?..
- Или. Запас слов у меня пока никакой и процентов тридцать из них — с недостоверным переводом.
- Продолжай накопление, нам тут без языка делать нечего.
- Да, капитан.
Дылды переглянулись и скопировали мой жест, подняв совершенно обычные пятипалые ладони и покачав ими.
- Трахуа.
- Приветствие, — выдал Кэп.
- Трахуа, — старательно повторил я.
Дылды снова переглянулись и принялись стягивать шлемы. Физиономии их мне сразу понравились: этакие симпатяги, розовощёкие, блондины! Черты лиц их несколько отличались от моих, но отторжения или неприятия не вызывали — никаких лишних ушей, глаз или ноздрей не было, что несказанно меня порадовало. Я тоже отстегнул шлем и стащил его с головы. По выражению лиц визави явно читалось, что они тоже испытали облегчение и разом, в два голоса, активно жестикулируя, заговорили.
- Нет. Нет. Нет движение. Чужак не… — я старательно выговаривал уже знакомые местные слова, — Кэп! Как им?..
- Летро. Кажется так, попробуй.
- Чужак нет летро!
Мужики замолкли и переглянулись. Лицо одного, того, что поменьше, выражало недоумение, а тот, что повыше — хмурился и шевелил губами. Потом повернулся и переспросил:
- Луэтро?
Я только пожал плечами, а собеседник, помогая жестами, сказал мне, что он луэтро покорочего, и нет луэтро чужак. Я согласно кивнул и сказал:
- Чужак нет луэтро! Ожидание, чужак движение луэтро.
Дылды улыбнулись и стали жестами приглашать следовать за ними.
- Чужак движение вы.
Они слегка хохотнули и с широкими улыбками поволокли меня в сторону строения на краю литой площадки, на которую мы садили свои аппараты.
- Капитан, как дышится? — подал голос Кэп.
- Хреновато. Какие-то примеси и воняет. Но я привыкну, нестрашно.
- Откуда такая уверенность?
- Я на ферме рос. Про дерьмо свиное слышать приходилось? Чёрт, да как им сказать, чтоб шли медленнее?!
- Блау движение.
- Блау! Блау движение!
- Б'ллау, — поправил меня покорочий.
- Б'ллау! — повторил я и дылды умерили шаг.
В просторной комнате с высоченными потолками нас встретила целая группа таких же рослых людей. Мельком глянув на каждого, я нашёл женщину и на ней взгляд задержал. Судить по одной, конечно, не следовало, но она меня немного разочаровала: ничего выдающегося. Ни длинных волос, ни особо выпирающей груди, ни привычной талии. Строго говоря, униформа, а, возможно, ещё и принадлежность к силовым структурам, могли именно эту женщину сделать непривлекательной. Но то обстоятельство, что я смотрю на даму, имеющую рост два двадцать семь, привело меня в некоторое уныние.
Как я понял, все присутствующие были либо пилотами, либо имели отношение к авиации — форма была одинаковой. Глэдиссяне негромко переговаривались между собой, изредка кто-то обращался ко мне, но ни толком понять их, ни ответить, я пока не мог. Зато Кэп активно набирал словарь! Вскоре в помещение вошёл мужчина, одетый несколько иначе, я бы сказал — в гражданское. Судя по лицу и залысинам на голове, он был старше всех присутствующих. Да и ростом он также отличался — два шестьдесят восемь! Великан подошёл ко мне, молча осмотрел с головы до ног, затем подошёл к побольшему из тех двоих, что меня встречали и что-то тихо, но строго сказал ему. И мотнул головой в мою сторону. Мужик чуть наклонил голову и пару раз прихлопнул правой ладонью по левой ключице. Или тому месту, где у меня ключица. Затем подошёл ко мне и сказал:
- Движение вместе.
- Дроны сошли, — доложил Кэп, — теперь с пополнением словаря станет проще. Ночью тебе гипно прогоню, будешь разговаривать на аборигенском.

<4>

С аэродрома мой спутник доставил меня в город. Поселение, где не ведётся сельское хозяйство — это город. Так вот, там, куда мы приехали, полей и пастбищ не было. Я отдавал себе отчёт в том, что даже поселения выходцев из Колыбели Человечества могут быть (да и есть) совершенно непохожими, поэтому старался не сильно удивляться увиденному на Глэдис. Естественное любопытство приходилось сдерживать, поскольку вести связный диалог со спутником всё ещё не мог. Единственное, что удалось сделать, так это познакомиться. Этого парня звали Куом. Моё имя он выговорил легко и без ошибок, с первого раза. И почти без акцента.
В городе Куом привёл меня в мастерскую, где мне весьма быстро подобрали и подогнали по размеру и фигуре местную одежду. Обувь также подобрали готовую, она мне показалась не очень удобной, но, если учесть, что первые двенадцать лет жизни я вообще босой ходил, то привередничать было бы смешно. Куом рефлекторно порывался мне что-то объяснять и рассказывать, но сам себя ловил на том, что это бесполезно и с улыбкой прерывался. 
Мы пришли, как я понял, в дом Куома. Это место мне понравилось! Просторно, потолки просто недосягаемые, что для меня, последние годы жившего в местах совершенно непритязательных, было просто восхитительно. С горем пополам мне удалось объяснить, что хочу помыться и отдохнуть, поскольку события последнего времени изрядно вымотали, как физически, так и психологически. Куом предлагал еду, но я не стал рисковать. А вот воды попил — просто, чтобы убедиться в её пригодности для меня. И знаете, вода — она везде вода. Где бы я ни бывал, она везде мокрая. Да и в моечной комнате вода делала именно то, что я от неё ожидал. По крайней мере, усталость и напряжение уменьшились значительно. Куом дождался, когда я поужинаю концентратами из своих космических запасов и проводил в комнату, где показал трёхметровую кушетку.
- Толлик здесь. Отдых.
Я благодарно улыбнулся и кивнул в ответ. Поскольку слова «спасибо» пока так и не нашлось. Хозяин удалился, а я рухнул на кушетку и провалился в сон. 
Утром голова моя не то чтоб болела, но ощущение было таким, словно она опухла и нудно мозжит. Такие симптомы я уже испытывал и не раз — гипнообучение вещь такая. Хорошая, но малоприятная. Однако, лучше потерпеть некоторый дискомфорт, чтобы получить хороший результат, не правда ли? Тем более, что быстро.
- Сбросил тебе всё, что достоверно не ниже девяноста пяти процентов, — сообщил Кэп, — по мере общения сам разберёшься с остальным.
- Да, спасибо, — ответил я, отметив при этом, что говорю уже на глэдисском, — подсказывай, когда буксовать буду.
Выйдя из комнаты, я несколько раз прокричал имя хозяина и Куом отозвался.
- Куом, куда мне идти, чтобы встретить тебя?
Тот выглянул из проёма и помахал рукой.
- Привет. Сюда иди.
Я прошёл за ним в кухню, где на столе стояли несколько блюд с разной едой и напитками. Стулья для меня были высоковаты, но я справился — в условиях космических скитаний привыкаешь к чему угодно.
- Куом, лучше я буду есть свою еду.
- Толлик, не знаю, как далеко твой дом, но лучше приберечь твои припасы.
- Хорошо, — я показал на блюдо с крупными кубиками, посыпанными разноцветными порошками и крупинками, — это что?
- Это потом. Сначала это. — Куом показал другое блюдо, с кусками какой-то плоти.
- Я думаю, что мне не стоит начинать с белковой еды. Лучше попробовать растительную.
Хозяин посмотрел на меня с недоумением, словно я произнёс нечто из ряда вон выходящее или же нелепое.
- Это же садох. Здесь нет ничего, что раньше перемещалось. Просто это, — он указал на кубики, — более глубокая переработка садох. Как сказать? Сначала едят с солью, потом — десерт. Начни с этого, потом попробуй это или вот это. А десерт — потом. А сначала лучше пить.
Куом придвинул ко мне пиалу с мутной лиловой жижей, взял такую же и отпил пару глотков. После чего ухватил за черенок какой-то плод и отправил в рот. Я последовал его примеру. Жидкость оказалась кислой, а плод — почти горьким, но не жгучим. Их я решил больше не есть: вкус не понравился.
- Это руками едят или есть что-то для?
Он снова вытаращил глаза и задумчиво потёр подбородок. Потом пожал плечами и, выговаривая чуть ли не по слогам, сказал:
- Руками. Всё руками. После еды мыть руки. Ты как-то иначе привык?
- Да. Неважно!
То, что я принял за мясо, оказалось порезанными и приготовленными стеблями или лианами. Волокнистое, жестковатое нечто, на вкус похожее на грибы. Я разжевал кусок, проглотил и запил кислым напитком — получилось, в целом, не так уж и плохо! Даже если в этом садох и содержались какие-то токсины, меня это не пугало совершенно: приходилось едать и совершенно испорченные продукты. И ничего, организм справлялся.
В целом, застолье я посчитал вполне приемлемым. После завтрака мы с Куомом отправились на прогулку и очень много разговаривали. Постепенно, с помощью и подсказками Кэпа, я совершенно освоил местное наречие, которое, надо отметить, действительно не было сложным для землянина. Произношение некоторых слов и звуков вызывало у меня небольшие затруднения, но Куом поправлял меня и всё складывалось просто замечательно.
Во время прогулки я разглядывал прохожих и, к собственному удовлетворению, понял, что аборигены довольно-таки симпатичны. Это было похоже на мои ощущения от визита на Землю, где большинство людей выше меня ростом и имеют немного другие черты лица — у меня физиономия, по земным меркам, некрасивая. Дети и подростки, которых мне довелось увидеть, мало чем отличались от наших, разве что (и это закономерно) ростом, а женщины встречались разные, в том числе и с заметно выдающимися именно женскими признаками. Но вот длинных волос тут не носят. Независимо ни от пола, ни от возраста. Невольно обратил внимание, что женщины не носят юбок или чего-то ещё, у чего нет штанин — шорты, шаровары, просто штаны. То есть выражение «задрать подол» тут совершенно неприменимо!
Архитектура меня не только не заинтересовала, но и показалась унылой и непривлекательной. Дома почти повсеместно серые, независимо от того, блочные они или литые. Почти у всех скатные крыши, особо высоких (по количеству этажей) нет. Транспорта, кроме редких грузовых тележек с ДВС, я не заметил, а Куом пояснил, что основные перевозки людей и грузов производятся под землёй. Что меня порадовало, так это множество деревьев. В городе не было парка или я его в тот день не видел, но повсеместно росли деревья. И отдельно стоящие, и группами, и небольшими рядами, и аллейками. Практически везде виднелись ухоженные газоны и даже цветочные клумбы.
Куом часто употреблял слово «перан», которое Кэп идентифицировал как «противостояние». Сомнение закралось сразу, но лишь после того, как мой спутник показал мне старое, полузасохшее дерево и сказал, что оно пережило три противостояния, я спросил:
- А с кем вы перан?
Куом смутился и ненадолго замолчал. Затем сказал:
- Толлик, я не уверен, что нам надо говорить об этом. Не сердись. Придём домой, я уточню — стоит ли это обсуждать.
- Погоди. Куом, вы с кем-то были в состоянии перан, то есть, судя по состоянию этого дерева, тут горело и летали куски… разных вещей. Всё так?
- Да.
- Мне сейчас неважно, с кем был перан, я уточняю смысл слова.
Куом кивнул, а я в очередной раз подивился: даже не у всех жителей Земли этот жест означает согласие, а тут… Надо же! Собственно, так я и продолжал познание языка. Перан оказался банальной войной, о чём несложно было догадаться ещё на орбите Глэдис. Ракетные атаки. Да и самолёты аборигенов никак не выглядели ЛА мирного назначения.
Однако обсуждать со мной военную тематику Куом отказался, ссылаясь на то, что не уверен в необходимости подобных разговоров. Я прекрасно понимал его: я б тоже не особо охотно распространялся о не очень миролюбивой сущности своего народа. 
- Куом, а как вы зовёте свою планету? Мы назвали её Глэдис.
Спутник резко остановился и оторопело посмотрел на меня. Было видно, что мой вопрос крайне изумил его.
- Толлик… Ты хочешь сказать, что ты не паралл? Ты не…
- Кхм. Куом, я не с Глэдис, если ты это имел в виду. Не знаю, что такое паралл, но я не паралл, это однозначно.
Он взмахнул руками и схватился за голову. Лицо его выражало, насколько я понял, смесь удивления и ужаса. 
- Это немыслимо! Идём, мне нужно срочно связаться с командиром.
Куом быстро пошёл в сторону какого-то здания, я припустил было вдогонку, а затем решил — да какого чёрта? Почему я должен бегать за этим длинноногим?!
- Куом, я не собираюсь бегать! Как бы ты не спешил — извини. Я не буду носиться за тобой!
Он остановился, повернулся ко мне и тряхнул сжатыми кулаками. И даже притопнул ногой слегка. Но ход сбавил. Мы вместе вошли в здание, где Куом о чём-то быстро и негромко переговорил с женщиной, вероятно, консьержкой или что-то наподобие. Та недоумённо посмотрела на меня, встревоженно — на Куома, затем скрылась за одной из дверей. Вернулась с переговорным устройством. Глядя на этот ящичек с ремнём для переноски, я предположил, что это что-то вроде радиопередатчика. Судя по уровню развития местных технологий, ничем другим это быть не могло.
Меж тем Куом, прижав левую ладонь к щеке, а правую — к поверхности передатчика, с кем-то негромко разговаривал. Я тактично держался в стороне и поглядывал на женщину. Она тревожно смотрела на Куома и периодически косилась на меня, стараясь делать это незаметно. Меня это немного развеселило, я дождался очередного косого взгляда и показал ей язык. Женщина вздрогнула и отвернулась, я же продолжал наблюдать. Она снова скосилась, заметила мой взгляд и вдруг, резко повернувшись, показала язык! Я рассмеялся. Женщина тоже, но тут же прикрыла лицо ладошкой. Куом, закончив разговор, поблагодарил женщину и, вернувшись ко мне, сказал:
- Толлик, нам придётся съездить в одно место. Там… Важные вещи нужно обсудить.
- Хорошо!
Не выходя из здания, мы спустились под землю в тесном лифте и вышли на платформу — небольшую площадку в нише довольно-таки большого тоннеля. Всё это здорово напоминало мне древнее транспортное устройство, но вот ни полозьев, ни балок, идущих вдоль тоннеля, я не увидел. Пока я крутил головой, Куом приложил ладонь к переговорному устройству, закреплённому на стене, и произнёс несколько совершенно непонятных слов.
- Кэп, что это было?
- Не знаю. Ни одного знакомого или похожего на знакомые слова.
- Записал?
- Да.
Куом с недоумением посмотрел на меня.
- Толлик, кто такой Кэп?
- Неважно. — Я не хотел раскрывать карты. — Ты ж вот сейчас с кем-то разговаривал, я ж не спрашиваю — с кем.
Он на всякий случай покрутил головой и, не найдя никого, видимо, решил, что у меня тоже есть рация.
Послышался шум и из тоннеля пробился лучик света. Вскоре у нашей платформы остановился крайне забавный экипаж, колёса которого упирались не только в пол, но и в стены. И в потолок, насколько я успел понять, тоже. Мы вошли в проём сдвинувшейся двери и Куом сказал мне, что надо сесть и крепко держаться. Заняв места в совершенно пустом салоне, мы поехали в ту сторону, откуда приехал этот экипаж. Движение было плавным, но чувствовалось, что скорость довольно высокая. Машину нашу побалтывало, но видно почти ничего не было. Несколько раз мы проскочили мимо освещённых мест, как я понял, это были платформы. Типа той, с какой мы садились в этот экипаж. Минут через десять мы остановились у очередной платформы, дверь сдвинулась, выпуская нас наружу. Нас встретил молодой мужчина в униформе, как я понял — военный. Втроём мы вошли в лифт и довольно долго поднимались. Как оказалось, эта станция была гораздо глубже под землёй, да и здание, в котором мы очутились, имело более десяти этажей.
У выхода лифта нас встретил другой мужчина, в гражданском, он сделал знак военному и тот поспешил уйти, а мы, снова втроём, прошли по холлу к одной из дверей. В комнате я увидел того пожилого гиганта, что вчера передал меня под заботу Куома. Он кивнул мне и строго посмотрел на моего спутника. Встречавший нас молча ретировался за дверь.
- Садитесь. Куом, наш гость нас понимает?
- Да. Толлик с утра разговаривает.
Мы разместились на удобных стульях, причём мой тоже был удобен — то ли детский, то ли с регулировкой по высоте. 
- Простите, как вас зовут?
Хозяин повёл бровями, нахмурился. Но ответил:
- Его — Куом. Меня — Вайтор.
- Очень приятно. Толик!
Вайтор переглянулся с Куомом, тот сделал успокаивающий жест и, повернувшись ко мне, спросил:
- Толлик, что тебе тут так понравилось, что ты говоришь об этом?
Я хмыкнул — трудности перевода. И сказал:
- Это принятая у нас вежливость. Когда люди знакомятся, они говорят, что это приятно. Возможно, я не совсем правильно использовал последнее слово.
Вайтор кивнул.
- Толлик, как выяснилось, ты — не паралл. Ты говоришь, что не с нашей планеты. Это так?
- Я не знаю смысла слова паралл. И я действительно не с этой планеты.
Мой визави нахмурился и скосился на Куома. 
- Следовало рассмотреть и такую возможность. Так с какой же ты планеты?
- Аз. Я там работал. Но Аз необитаем, родился я на Регенде. Так что на счёт паралл?
Долговязики переглянулись и теперь уже нахмурились оба. Куом заговорил первым:
- Толлик, про параллов я тебе позже расскажу, при случае. Это… местное. Не оскорбительно!
- Хорошо. Толлик, ты прибыл к нам из пространства («Космос», — подсказал Кэп). Я правильно понял?
- Да. Поскольку вы не освоили космос, вряд ли я смогу толком пояснить, откуда именно. Скажу так: наши астрономы нашли вашу планету, дистанционно изучили её и меня направили для более подробного знакомства с вашим миром. Я не имею никаких дурных намерений! Просто знакомство, поверьте.
- Хорошо, — сказал Вайтор, — но что будет после?
Я пожал плечами.
- Не знаю! Я не должен был спускаться на вашу планету. Была задача изучения вашего мира с близкого расстояния, но вы обнаружили меня и пригласили. Поскольку у меня появилась возможность познакомиться с вами лично, я воспользовался случаем.
Вайтор откинулся на спинку стула, приложил ладонь к щеке и вторую водрузил на поверхность стоящей рядом с ним консоли.
- Мне выйти?
Куом прикрыл себе рот ладонью, показывая, что надо помолчать. Вайтор негромко переговорил с кем-то, затем снова обратился ко мне:
- Твой самолёт был осмотрен. Таких технологий на Уллих нет.
- Уллих — это ваша планета?
- Да. — Он помолчал, затем продолжил: — Толлик, Куом продолжит сопровождать тебя. Ему поручено.
- А моя… мой самолёт? Надеюсь, его изучали осторожно? Не разрушили?
- Нет.
Повисло какое-то неловкое молчание. От меня явно ждали чего-то, но чего — я не мог понять. Поэтому на всякий случай поставил присутствующих в известность:
- Те, кто меня послал, поддерживают со мной связь. Это не угроза. Просто не причиняйте мне вреда, пожалуйста. У нас нет к вам ничего, кроме любопытства.
Вайтор как-то напрягся, положил руку на консоль и сделал знак, что мы можем идти. Не дожидаясь более, он прижал левую ладонь к щеке и что-то негромко буркнул. Мы с Куомом поднялись и пошли на выход.

<5>

Против ожидания, мы вышли из лифта не в подземке, а в холле и мой спутник вывел меня на улицу. Некоторое время мы шли молча, я чувствовал возникшее напряжение, но старался игнорировать его. Куом неспешно вышагивал рядом и то и дело поглядывал сверху вниз.
- Слушай, я вот заметил, что в этом районе дома совсем новые, да и деревьям немного лет, похоже. Это из-за войны, надо полагать?
- Да. Толлик, эта часть города сильно пострадала в последний раз.
- Скажи честно: параллы — ваши враги?
Куом промолчал, словно бы раздумывая. Я не стал допытываться: он же сам обещал рассказать про параллов, так куда торопиться? Мы всё так же неспешно брели по немноголюдной улице. Судя по положению светила («Зара», — подсказал Кэп), мы шли в сторону дома Куома. 
- А почему мы пешком? Разве нельзя под землёй? Как я понимаю, мы довольно далеко от твоего дома.
- Толлик, сюда мы прибыли на специальном трубоходе. Его используют в подобных ситуациях. Вон там, где куча народа, мы спустимся в общественную подземку и поедем на масструбоходе.
- Хм… как я понял, тоннели для них разные. И охота ж вам было столько дыр копать!
- Нет. Мы были вынуждены отказаться от наземного транспорта. Это давно было… А раз уж всё равно есть целая сеть тоннелей, зачем усложнять?
Я понял, но всё-таки уточнил:
- Это из-за войны?
- Да. Не последней. Это очень давно было.
Отстояв в небольшой очереди, мы спустились в подземку и, с горем пополам втолкнувшись в вагон, наконец-то поехали. Масструбоход шёл неспешно, часто останавливался, выпуская и впуская пассажиров. На нужной станции Куом вытянул меня за руку, как ребёнка, из вагона и мы пошли наверх по лестнице.
- Что ж тут лифта нет?
- Есть. Но он используется только в случае необходимости.
- Куом, я очень давно не ходил по лестницам. А по таким — вообще никогда!
- Толлик, стоять на проходе неправильно, идём.
- А дети тут тоже вот так прыгают?
Он посмотрел на меня и резонно возразил:
- Ты ж не ребёнок.
На поверхности я тупо сел наземь и прислонился спиной к стене павильона подземки. Самочувствие у меня было явно ниже среднего, похоже, период адаптации затягивался. Куом стоял рядом и только что не отталкивал любопытных, пытавшихся выяснить, что с мальчиком случилось. Степень моей физической подготовки оказалась удручающе низкой для проживания в мире этих долговязых, хоть и гравитация их Уллиха была щадящей. По сравнению с моей родной Регендой, где один и две десятых земной.
- Куом, прости, но у меня ноги отваливаются и мутит, как от голода. Знал бы, что придётся так надрываться — остался б на орбите. Честное слово!
- Постарайся есть как следует, Толлик.
Он помог мне подняться и под руку потащил к своему дому.
- А ты постарайся не таскать меня чёрт-те куда.
- Куда?
- Далеко.
За ужином мы снова заговорили. Меня разбирало любопытство по поводу неведомых параллов, а Куома — по поводу того, откуда я прилетел. Поэтому я сразу обозначил ход разговора: вопрос — ответ. По очереди.
- Итак, Куом, кто такие параллы?
Он сморщился, но заговорил, начав издалека.
- Все наши войны велись с уллихцами другого вида. Они другие, похожие, но… В общем, Другие. А параллы — полу-мифические гибриды, дети от скрещивания нас с Другими.
У меня возник вопрос по поводу полу-мифичности. Но это был второй вопрос, поэтому я кивнул и сказал:
- Спрашивай.
Куом прожевал кусок волокнистого стебля, проглотил и задал вопрос:
- Откуда ты?
- Я уже говорил. Родился на планете Регенда, а сюда прибыл с планеты Аз. Если интересно, могу ночью пальцем показать, где она находится. Только вряд ли это тебе чем-то поможет. Но я — точно не с вашей планеты. Уж поверь.
- Но…
- Теперь я. Почему полу-мифические? Параллы?
- Толлик, понимаешь… Это неприятная тема. Это как неприличная болезнь. Мы не обсуждаем это.
- Ну, мне простительно. И да, даже самые неприличные болезни приходится обсуждать, чтобы вылечиться.
Куом немного помолчал, поглощая ужин, потом глубоко вздохнул и сказал:
- Съешь вот это всё, Толлик. Судя по тому, что после первого раза ты не заболел, оно пошло тебе на пользу. И вот это тоже поешь, — он придвинул мне горькие плоды.
- Мне вкус не нравится. Я вот это попробую, утром не успел как-то.
Он кивнул, допил сок из пиалы и вытер руки салфеткой.
- Мы не скрещиваемся с Другими. Точнее… их женщины не могут вынашивать наших детей, гибнут на поздних сроках беременности. А наши женщины просто не вступают с ними в связь. Вообще никогда, это органическая неприязнь. В общем… Сложно всё, но прими на веру: наши женщины этого не делают. Но истории известны случаи рождения детей от Других нашими женщинами, их и называют параллами. Ты выглядишь именно так. Ты не как мы и не как Другие, ты посередине. Собственно, почти никто и никогда не видел параллов, но есть устойчивая легенда, что где-то есть город или страна, населённая ими.
Кубики с присыпкой, десерт, мне понравились. По консистенции они напоминали варёный картофель, но вкус был иной. Сродни ананаса, но не сочный. А пряности придавали блюду изысканный вкус. Наевшись досыта, я откинулся на спинку и принялся прихлёбывать кислый, терпкий сок.
- Тебе что-то ещё интересно, Куом?
- Да! Твой самолёт способен перемещаться в космосе?
- Да. Иначе как бы я попал сюда?
- Э-э-э…
- Да спрашивай.
- Он реактивный?
- Нет. Для маневров в космосе есть струйно-газовые моторы. Но главный двигатель — генератор гиперполя, позволяющий перемещаться в подпространстве со скоростью света. Если непонятно, то извини. Я и сам в этом не разбираюсь. Ты мне вот что скажи, Куом: почему для тебя столь неприятна тема смешанных браков?
- Толлик, в твоём мире есть Другие?
Я невольно рассмеялся.
- Полно! Четыре основные расы и целая уйма плодов их смешения.
- А… кхм… поподробнее?
- Фуф. Ну так: условно есть чёрные, белые, жёлтые и бурые. Они смешиваются в любой комбинации без ограничений. Всего получается… шесть прямых вариантов: чёрно-белые, чёрно-бурые, чёрно-жёлтые, бело-жёлтые, бело-бурые и жёлто-бурые. А сколько вариантов смешения смешанных — даже считать боюсь. А если делить ещё и по принципу «папа-мама», то и вообще краёв не найдёшь.
Куом задумчиво потёр щёку и принялся есть горькие плоды.
- И это у вас в порядке вещей?
- Сейчас — да. Раньше… да и сейчас кое-где… не приветствуется. Но, по большому счёту, это не противозаконно и не приводит к дурным последствиям.
- Толлик, а ты какой?
- Белый. Весьма условно, но по основным признакам. А ваши Другие? Они от вас чем отличаются?
Куом снова недовольно засопел и налил себе соку. Потом всё-таки ответил:
- Они маленькие. Меньше тебя.
- Намного?
- По-разному. Самые высокие — те почти как ты, но таких крайне мало. Самые короткие — вот досюда. — Куом показал себе на середину тела. — Чаще всего они вот такие, — он показал ладонью от пола метра полтора. Или чуть меньше.
- Странно. А когда ваши предки разошлись в процессе развития?
- Толлик, мы произошли от разных видов предков. То есть очень-очень давно у нас были общие предки, но тогда ещё ни мы, ни они не произошли вообще. Другие — не животные. Они разумны. Но они — Другие.
Я посмотрел в пустую пиалу и протянул её Куому.
- Налей.
Он плеснул мне соку и вернул.
- Для нас совершенно неприемлемо скрещивание с Другими. Это за пределами нормальности, Толлик.
- Я тебе, Куом, сейчас смешное кое-что скажу. На планете, где возникли мои предки…
- Регенда?
- Нет. Регенду заселили переселенцы с той планеты. Так вот… Когда-то там жили люди, которые произошли от других предков. Потом исчезли как-то. Никто не знает почему. Но за то время, что наши прямые предки прожили с ними рядом, они успели слегка перемешаться. — Я вздохнул и пожал плечами. — Как-то вот так. И никто не видит ничего дурного в том, что сотни тысяч лет назад неандртальские люди добавили нам своих кровей. Впрочем, у вас тут ситуация сложилась иначе. Я не удивляюсь и не осуждаю, ты не подумай. Разные миры всё-таки.
Мы помолчали. Куом принялся убирать со стола, а я помыл руки после еды. Закончив с этими хлопотами, мы вышли на улицу. Светило уходило на закат и дышалось полегче, хотя мне кислорода всё-таки недоставало. Требовалось больше времени для адаптации. Хоть и прожил я последние несколько лет в условиях искусственной атмосферы, но кислорода всегда было в достатке! Куом же явно наслаждался вечерней прохладой и дышал полной грудью. Я всё ждал, будет ли он меня ещё о чём-то расспрашивать, но мой гостеприимный хозяин молчал. Не дождавшись вопросов, я пустился в размышления о том, что прогресс в этом мире подталкивали войны, что, собственно, не удивительно. Высокие люди часто воевали с невысокими, поэтому у них есть связь, авиация, подземные коммуникации. И даже ракеты.
- И флот, — подал голос по-русски Кэп, — я тебе ночью гипно с данными разведки дам.
- Давай. Других видели?
- Что-то есть. Собственно, особо не приглядывался.
- Приглядись. Интересно ж на них взглянуть.
Куом с недоумением смотрел на меня, вслушиваясь в непонятную речь.
- Толлик, это ты с кем разговариваешь?
- С моим… Куом, я же говорил: я поддерживаю связь с теми, кто меня сюда прислал, — на всякий случай соврал я.
- Здорово. Мы тоже когда-нибудь выйдем в космос, — мечтательно произнёс он, — пошлём космолёты к вам в гости! Скажи, Толлик, а много в космосе разных людей? Кроме вас и нас?
- Есть. Мы знаем теперь уже четыре населённых не нами мира. Но два из них не желают иметь с нами ничего общего, а ещё один развит ещё меньше вас. Извини, Куом, я не хотел сказать что-то обидное.
- Я понял. А почему те два мира не хотят с вами общаться?
- Не о чем. Они не как мы, Куом. В одном развитие пошло не по нашему пути и наши интересы им чужды. А во втором… они уже прошли наш уровень и перешли на следующий. А третий — на предыдушем. Четвёртый — ваш.
- Но там живут люди? Или хоть похожие на нас?
- Не очень. А некоторые и совсем не похожи. А люди, с которыми я имею общих предков, вышедшие из Колыбели Человечества, заселили или осваивают уже пять планет, работают во многих нежилых мирах, наподобие Аза. Нас очень много, Куом, десятки миллиардов.
Мой собеседник лишь покрутил головой, словно не веря в услышанное.
- Толлик, а сколько миров видел ты?
- Три планеты. Ваша — четвёртая. Ещё работал в облаке астероидов, в… не знаю, как объяснить. Есть такое скопление камней, камешков и огромных каменюк, где мы добываем разные полезные вещи. Куом, а я могу как-то увидеть Других?
- Зачем?!
- Просто интересно. Пойми, я исследую ваш мир. Чем больше я о нём узнаю, тем лучше. Это для тебя Другие — что-то непристойное, а для меня — объект исследования.
Он помолчал, потом тихо сказал:
- Мне нужно запросить разрешение.
- Ой, да не расстраивайся ты, Куом! Я с удовольствием посмотрел бы ваших животных, ваши растения. Мне интересно абсолютно всё!

<6>

И всё-таки в воздухе Уллиха было что-то, угнетающе действовавшее на меня. Не думаю, что это содержалось в пище или воде. Просто… просто я знаю, как мой организм реагирует на пищевые отравления или, скажем, на ядовитые укусы. Поскольку самостоятельно диагностировать проблему я не мог, а чувствовал себя всё хуже, то обратился за советом к Куому. Он, не долго думая, связался с командованием и те прислали медика. Этот немолодой, сухопарый (и ростом два пятьдесят) мужчина бегло осмотрел и ощупал меня, немного расспросил, сделал экспресс-анализы и заявил, что мне придётся отправиться в госпиталь для более внимательного исследования.
Наземный экипаж, нечто сродни трубохода, но с колёсами только на нижней стороне, доставил нас в это учреждение; Куом сопровождал, поскольку был моим куратором и не должен был оставлять без присмотра. В госпитале меня поместили в отдельный блок и я сразу вспомнил свои прежние кубрики, в которых приходилось обитать после отлёта с Земли. Узкая, хоть и длинная, лежанка, минимум обстановки и чёртова уйма всевозможной медицинской и прочей аппаратуры. Только потолок высоко, а так — чисто кубрик на станции.
Врача звали Йелл. Он был ветераном и даже инвалидом: во время последней войны поймал осколок в грудь. Рёбра срослись, а вот кусок лопатки улетел вслед за металлическим обломком прочь. Йелл оказался совершенно замечательным дядькой: он связался с Вайтором и принял меня под свою опеку, освободив от этой заботы Куома. Периодические вливания различных растворов привели к тому, что Йеллу наконец удалось выяснить причину моего недомогания. Оно было вызвано присутствием в атмосфере Уллиха цианистых соединений. Для местной биосферы это нормально, она образовалась в этих условиях. Мой же организм справился бы с единичной дозой, но бороться с постоянным отравлением он не мог!
Йелл подобрал необходимый антидот (результаты анализов подсказали ему), рассчитал дозировку и заказал партию препарата в виде аэрозоля. С тем, чтоб я мог вдыхать его по мере необходимости. Пока лекарство готовилось, Йелл делал мне инъекции. Поскольку самочувствие моё улучшилось, а с доктором мы сблизились, то частенько проводили досуг в разговорах. Йелл оказался прекрасным собеседником и рассказчиком, что несказанно радовало меня, прикованного к постели. 
Во время одной из наших бесед были упомянуты параллы и я принялся допытываться.
- Йелл, а тебе приходилось их видеть?
Доктор смутился, но кивнул.
- Толлик, я даже смог поучаствовать в обследовании одного из них.
- Вот даже как! Они сильно отличаются от вас?
Йелл пожал плечами и взгляд его стал каким-то задумчивым.
- Толлик, генетически мы с Другими — идентичны. Даже ничего не зная о генетике, можно понять, что раз уж у нас случаются дети от смешанных пар, то особой разницы, как бы и нет.
- Вот кстати. Другие. Я просил Куома, чтоб мне позволили с ними познакомиться.
- Тебе не позволят.
- Разве? У меня создалось впечатление…
Йелл отрицательно помотал головой.
- Нет. Самое большее, на что можешь рассчитывать — кинохроника. Возможно, материалы исследований. На личные контакты не надейся.
Я разочарованно вздохнул.
- Док, а с чем это связано? Политическая обстановка?
Йелл тоже вздохнул и развёл руками.
- Толлик, мы стараемся не трогать Других без нужды. Иногда они сами инициируют контакты, в таких случаях мы идём им навстречу. И стараемся не раздражать их.
- Они настолько агрессивны?
- Нет. Прости, но я не хочу сейчас обсуждать некоторые вопросы.
Мы помолчали. Воспользовавшись паузой, я заговорил с Кэпом:
- Удалось понаблюдать за Другими?
- Да. Они заметили дронов, пришлось ретироваться.
- Видео есть?
- Ночью дам гипно.
- Хорошо.
Йелл с любопытством вслушивался в наш диалог и несмело улыбался. Я понимал, что он заинтересован, что у него масса вопросов, но делиться информацией бескорыстно я не собирался. Интуиция подсказывала, что доктор может мне рассказать больше, стоило подождать. 
- Толлик, можно спросить?
- Да. Но не обижайся, если я не отвечу. — Я улыбнулся. — Просто мне тоже не хочется обсуждать некоторые вопросы.
Он рассмеялся и кивнул.
- Справедливо. Толлик, я не раскрою никакой тайны, рассказав тебе про Других то, что мне известно. — Йелл поджал губы и вскинул брови. — Не знаю, насколько тебе будет интересна информация медицинского характера.
- Мне всё интересно, доктор.
Он поёрзал, устраиваясь поудобнее и задумчиво почесал темечко.
- Собственно вот. Другие — точно такие же люди, как и мы. Ничем, кроме размеров, мы не отличаемся. На нашей планете множество видов живых организмов, имеющих карликовые формы. Скажем, есть нормальные секвойи (слово подобрал Кэп) и есть сосны. Хвоя, кора, древесина — всё абсолютно идентично. А размеры разные. Или вот есть олени (Кэп-термин) и антилопы (оттуда же): взрослая антилопа меньше новорожденного оленя. Но они одинаковы! Шерсть. Рога, копыта, мясо… Мясо разное, — рассмеялся Йелл, — у антилопы оно нежнее.
- То есть, Другие — карликовая форма вас?
- В том-то и дело, что нет. Они именно Другие, хоть и похожи на нас почти абсолютно. Если у оленя и антилопы общий предок был триста тысяч лет назад, условно говоря, то у нас с Другими — миллиона три, не меньше. То есть мы — два разных вида.
Я замахал руками, прося подождать.
- Док, я не специалист. Прости. Вот ты говорил, что вы почти одинаковы и тут же говоришь — близко не родня. Как это понимать? В чём проявляется разница? Основное и главное?
Йелл задумчиво посмотрел в окно и снова тяжело вздохнул.
- Толлик, мы конкурируем. Стремимся уничтожить друг друга. Сосны не выживают секвойи, а олени не бодаются с антилопами. Они знают, что одинаковы. Несмотря на то, что не могут скрещиваться, есть определённые генетические барьеры, не позволяющие им гибридизироваться. То есть, они не мешают друг другу жить. Просто не могут! А мы можем. Мы способны производить параллов. Но. Другая женщина гибнет, если ей случится забеременеть от нашего мужчины.
- Да, мне Куом объяснил.
- А он объяснял тебе, что мужчины Других готовы на всё, ради того, чтобы произвести на свет паралла?
- Нет.
Йелл невесело усмехнулся.
- Другие ненавидят нас настолько, что готовы уничтожать любым способом.
- А вы? Не готовы или?..
- Толлик, мы уже очень давно не желаем зла Другим. Мы стали разумными на десятки тысяч лет раньше коротких, они произошли, можно сказать, на наших глазах. — В голосе учёного послышалось лёгкое пренебрежение. — В нашей истории было много всего, что уж тут скрывать. Наши древние пращуры уничтожали Других, им были не нужны конкуренты. Поэтому для них мы — исконный и самый страшный враг. И, даже после тысяч лет совместной истории, даже после того, что мы навсегда отказались от агрессии в отношении Других, они продолжают видеть в нас только и исключительно врагов.
- Так а для чего Другим параллы?
Йелл с недоумением посмотрел на меня и вскинул руки, словно бы изумляясь моей недогадливости.
- Толлик, они считают, что параллы могут быть их союзниками. Две расы против одной. И, кроме того, разрушение нас, как вида. Мы с Другими — не родня, а параллы — родные дети. Они — свои. Мы — чужие.
- Уф! Сложновато. Йелл, я воздержусь от комментариев. Хоть потому уже, что это ваш мир. Вы в нём живёте и не мне совать свой нос в ваши дела. Я — наблюдатель. Моё дело сторона. Ты ведь тоже хотел меня спросить о чём-то?
Йелл кивнул. Я сделал приглашающий жест, но он, поглядев на прибор, подключенный к моей руке трубкой, взял шприц и ввёл раствор антидота.
- Судя по всему, во время разговора ты повышаешь дозу потребления. Как себя чувствуешь?
- Спасибо. Особого ухудшения не заметил, в смысле.
Йелл залепил место укола смолкой и вернулся в кресло. Немного помолчал с задумчивым лицом, посмотрел на показания прибора, затем откинулся на спинку и закинул ногу на ногу.
- Толлик, я немного разбираюсь в системах связи, это моё хобби. Мне неизвестно, на каком расстоянии находится то место, откуда ты прибыл. Но мне известна скорость распространения радиоволн. Если это у тебя радио, то ты разговаривал с кем-то в непосредственной близости.
Я улыбнулся и показал ему большой палец, вытянутый вверх.
- Это не радио, Йелл. Другой принцип. Объяснить не смогу, прости. Просто не разбираюсь в этом. И… если честно, то я разговаривал не с базой. Нет-нет! Я один на Уллихе. Ты видел мою… мой самолёт? — Он кивнул. — Разве не очевидно, что в нём не могло быть никого, кроме меня?
- Толлик, а у вас нет… Других?
Я рассмеялся.
- Нет. Чёрт, Йелл, мне всё больше и больше хочется познакомиться с ними!
Доктор встал с кресла и, немного помолчав, тихо сказал:
- Толлик, завтра я расскажу тебе кое-что. И, возможно, кое с кем познакомлю, попозже. А пока мне нужно кое-что обдумать. И понаблюдать за твоим состоянием. Так что постарайся уснуть.
Я не стал спорить. Потому что устал. И потому, что хотел получить сведения от Кэпа о Других. Йелл внимательно изучил показания всех подключенных ко мне приборов и аппаратов, попрощался и ушёл. А я, устроившись поудобнее, закрыл глаза и провалился в сон.
Утром я принялся осмысливать увиденное во сне гипно. Сначала я просто ничего не мог понять: я видел населённый пункт, видел улиххцев, деревья и всё прочее. То есть — ничего нового. Это продолжалось до того момента, когда стал слышен разговор двух женщин, идущих по улице. Их голоса были неестественно высокими, а язык совершенно незнакомым. А потом в поле зрения камеры попал мужчина и как-то вдруг само собой стало понятно: он карлик. Пропорции тела были несколько другими, пальцы рук, черты лица… Это были Другие!
Потом раздался резкий, громкий хлопок и камера дёрнулась, отключилась, изображение восстановилось секунд двадцать спустя и это была уже съёмка со значительной высоты. Скорее всего, кто-то заметил дрон и чем-то выстрелил в него. 
- Кэп?
- Слушаю.
- Это место далеко от нас?
- Километров пятьдесят.
- А точнее?
- По прямой — сорок девять километров и шестьсот метров.
До меня дошло, что по прямой перемещаются только летающие объекты, да и то не совсем: взлёт и посадка как бы тоже отклонение от прямой.
- Ясно. На яхте туда пробраться можно?
- Можно. Но они нас собьют. ПВО у них имеется.
- А пешком? Местность сильно пресечённая?
- Я бы не рекомендовал туда вообще показываться. Но в яхте нам нужно побывать. Убедиться, что её не разобрали на части и переслать уже имеющуюся информацию на Аз.
- А с поверхности Глэдис…
- Уллих.
- Неважно. С поверхности планеты это возможно?
- Да. Вряд ли кто-то станет протестовать.
- Осталось дождаться Йелловых пилюль в аэрозоли.
Дверь открылась и вошёл мой доктор. На лице его отражалась целая гамма чувств, но всего заметнее была озабоченность.
- Привет, Йелл, лёгок ты на помине. Что у нас нового?
Врач молча кивнул, проверил показания приборов и приготовил шприц. После инъекции он сел в кресло и задумчиво посмотрел на меня. В его глазах по-прежнему читалось сомнение.
- Толлик, я расскажу тебе одну давнюю историю. — Йелл потёр щёки пальцами и замолчал. Я не торопил, понимая, что он почему-то сомневается в своей идее. Док мотнул головой и всё-таки продолжил: — Несколько лет назад меня вызвали к женщине, совершившей попытку самоубийства. Я не успел ей помочь, она умерла, прямо у меня под руками. Женщина была на позднем сроке беременности и я решил, что могу попытаться спасти её ребёнка… Понимаешь, Толлик, в тот момент меня не насторожило, почему бы это женщина, которая вот-вот станет матерью, решила добровольно уйти из жизни?
Йелл замолчал и отвернулся к окну. Я молча ждал продолжения истории, хотя и начал догадываться о чём она. В любом случае, стоило дослушать доктора. И он продолжил, периодически ненадолго прерываясь, словно бы восстанавливая в памяти последовательность событий.
- Нужно было торопиться, поэтому я особо не раздумывал и просто вскрыл тело, чтобы вынуть младенца. Девочка была вполне жизнеспособна! Я перерезал пуповину, перевязал... — Йелл посмотрел на меня и невесело усмехнулся. — Вижу, ты уже понял. Девочка была параллом, поэтому её мать и покончила с собой. И дитя пыталась с собой прихватить, а я сдуру помешал.
- Девочка выросла и ты можешь меня с ней познакомить, но сомневаешься.
- Да, Толлик. Фисса живёт у меня, я прячу её в доме родителей. Строго говоря, здесь ей ничего не угрожает… просто факт её существования может привлечь внимание Других, поэтому она живёт в отдалённом посёлке, где нет ни связи, ни посторонних людей.
- Йелл, мне было бы очень интересно познакомиться с Фиссой. Вопрос в другом: разрешат ли мне? И не помру ли я, путешествуя без антидота?
- Антидот готов, сегодня привезут баллончики, — доктор слегка хохотнул, — а что до разрешений… Это Куом их спрашивает, он военный. А мне у кого-то спрашивать вот совсем не нужно. Ты вот что мне скажи: как себя чувствуешь? Приборы мне этого не скажут. Да и физиологические показатели у тебя явно не такие, как у нас, поэтому мне очень многое непонятно в твоём состоянии.
Я полежал, прислушиваясь к самочувствию, неспешно поднялся с кушетки и осторожно, стараясь не утащить за собой приборы, встал на руки. Пошевелил ногами, переместил вес тела на правую руку и поднял левую. Затем сменил руки и помахал в воздухе правой. После этого медленно и осторожно поставил ноги на пол и выпрямился. Перевёл дыхание и снова прислушался к себе.
- Насколько понимаю, на больного я не должен быть похож.
Йелл поморгал и буркнул:
- Да. Как-то не очень, что уж тут.

<7>

В посёлок Томпа мы выдвинулись спустя пару дней. Йелл привёл дела госпиталя к состоянию, когда могут обойтись без его присутствия, а я приладил датчик уровня цианида в крови и ингалятор к своей амуниции. Кэп отслеживал показания и в нужный момент включал дозатор, подающий антидот мне в нос. Ходить с этой соплёй на лице было некомфортно, но при сравнении с дыхательными масками или, скажем, шлемом скафандра — вполне терпимо. 
Док предлагал ехать в Томпа на колёсном экипаже (Кэп дал определение «кар»), но я настоял на полёте на яхте, поскольку мне всё равно было нужно проверить её, а Кэпу — сделать передачу данных на Аз. Йелл долго и нудно убеждал меня в том, что в посёлке нет ВПП и всё такое; говорить ему о том, что яхте она не нужна, я пока не стал. Просто убедил, что смогу снизить скорость и посадить её на прямой участок дороги. Почему я врал, полагаю, не надо объяснять. Как бы то ни было, на каре мы доехали до аэродрома, там погрузились в яхту (смотреть на скрюченного дока было и смешно, и грустно) и, после тестирования Кэпом всех систем, наконец взлетели. Не уверен, что хорошо имитировал взлёт, но уж как смог. Выбрав курс и набрав небольшую высоту, я перепоручил управление Кэпу и принялся разглядывать проплывающие под нами пейзажи. Каменистая пустыня перемежалась оазисами, местами виднелись небольшие озерца, судя по белым отложениям на берегах, солёные. От созерцания меня отвлёк Кэп.
- Капитан, пока места ненаселённые, нужно передать пакет данных с дронов и твоих.
- Передай. Кэп, я не в курсе, какие-то проблемы с этим?
- Если не сядем, может изрядно тряхнуть.
Я задумался и сдвинул обзор на нижнюю полусферу. Под яхтой проплывала пустошь.
- Можно опуститься. Или лучше подняться повыше, чтобы слой воздуха меньше был?
- Предпочтительно второе.
- Действуй!
Йелл поёрзал, пытаясь устроиться поудобнее и мне стало жаль этого немолодого человека. Он же ещё и инвалид!.. 
Яхта резво поднялась в стратосферу и Кэп послал импульсный пакет на Аз. Тряхануло нас изрядно, потеряли высоту километра на три.
- Толлик, что это?!
- Йелл, не пугайся. Это просто сеанс связи с моим руководством. Судя по всему, мы сейчас будем снижаться. Если видишь, мы почти на месте.
- Но, Толлик, нужно выбрать место для посадки…
Я улыбнулся.
- Йелл, яхта сядет в автоматическом режиме, не переживай.
Кэпа угораздило совершить посадку посреди посёлка. Зачем он это сделал — я не спрашивал. Сели и сели. Док выбрался из кабины и несколько раз обошёл вокруг яхты, явно пытаясь понять, как ЛА смог приземлиться вертикально и при этом остаться целым. Местные жители несмело подходили и с не меньшим любопытством смотрели на упавший с неба предмет, каким-то образом умудрившийся не сломать при этом ничего вокруг себя и не сломаться сам. Присутствие Йелла их явно успокоило, я вышел и принялся разглядывать этих долговязых пейзан. Подбежало несколько ребятишек, ростом примерно с меня. Но лица их выдавали, спутать их со взрослыми невозможно. Одна девочка, довольно миловидная и одетая по-взрослому, подбежала к доктору и обняла его. Это была Фисса. И она не была ребёнком.
- Йелл, привет! Что это за странный самолёт?
- Здравствуй, Фисса. Это яхта нашего гостя. Знакомься — это Толлик.
Я слегка поклонился, прижав правую ладонь к груди.
- Привет, Фисса.
Девушка смерила меня взглядом и вопросительно посмотрела на доктора. Тот отрицательно мотнул головой и обронил:
- Потом расскажу. Идёмте в дом.
А вот дома в посёлке мне понравились. Они устроены по тому же принципу, что и сельские дома на Регенде: невысокий купол, под которым скрывается пара подземных этажей. Как бы отдельные норы с выходом в подкупольное пространство. В жарком климате, с небольшим уровнем осадков — лучше не придумать! Мне же дом Фиссы показался и вовсе роскошным, учитывая то, что обустраивался он людьми очень высокорослыми. Йеллу местами приходилось втягивать голову в плечи, а то и слегка наклоняться, а вот мне и хозяйке-параллу было просто замечательно.
В гостиной, подкупольном пространстве, мы устроились за столом. Хозяйка, причитая из-за внезапного нашего визита, металась, пытаясь накрыть на стол. Йелл с улыбкой наблюдал за своей воспитанницей, а я, получив первый впрыск аэрозоли, мучительно пытался сохранить нормальное выражение лица. Фисса, кое-как справившись со всеми хлопотами, села напротив доктора и с улыбкой смотрела то на него, то на меня. Молчание затягивалось и я решил сам рассказать о себе и цели нашего визита.
- Фисса, я прибыл на Улихх с другой планеты. Я не паралл, я вообще не имею никакого отношения к вашему миру. Понимаю, что это звучит дико, но это факт.
Девушка округлила глаза и повернулась к Йеллу. Тот лишь развёл руками и кивнул, подтверждая мою информацию.
- А твоя планета очень далеко? Насколько мне известно, наши астрономы ничего такого не находили…
- Очень далеко. Скажем так: я добирался сюда со скоростью света несколько суток. И это от промежуточной базы. А мой родной мир настолько далеко, что затруднюсь даже примерно объяснить.
Во время нашей беседы я, отвечая на привычные уже вопросы, внезапно подумал, что Фисса — мой шанс на совершенно безопасное посещение территории Других. Если они так любят параллов, то парочке среднерослых будут, очевидно, рады! Немного перекусив, я вызывал Йелла на улицу, чтобы поговорить вдвоём. Как-то просить хозяйку дома пойти погулять у меня язык не поворачивался.
- Послушай, доктор, я очень благодарен за возможность познакомиться с Фиссой, но всё-таки куда больше меня интересуют Другие.
- Толлик, а я тебя именно затем и свёл с девочкой. Не знаю, какие там у тебя задания от твоих командиров, но у меня на тебя есть свои планы.
- Вот как?
- Да. Пройдёмся до озера, я по дороге тебе кое-что расскажу.
В отличие от пустыни, окрестности посёлка были довольно-таки зелёными. Нет, камни я видел — тут и там они выглядывали из сплошного травяного покрова. Поражало обилие деревьев, почти не росших даже в увиденных мной оазисах. Ну десяток-полтора деревьев на оазис — это даже не рощица. А в Томпа деревья росли повсюду! У каждого дома, просто рядками вдоль улиц… Красота! Не доходя озера, я увидел целую рощу явно искусственно насаженных плодовых деревьев.
- Йелл, похоже, этот сад выращивают уже не один десяток лет.
- Это не совсем сад, Толлик. Этому кладбищу несколько сот лет, тут ты прав. Пойдём, кстати. Мне всё равно нужно навестить родителей.
Мы свернули на дорогу, ведущую к необычному погосту. Я всё пытался высмотреть какие-нибудь памятники или хоть надгробья… Тщетно. Только деревья, высаженные квадратно-кустовым способом.
- Йелл, а где, собственно, могилки?
- Толлик, я не знаю, как принято хоронить усопших в вашем мире, но у нас покойного кладут в яму и садят в неё молодое деревце. В здешней почве, где почти нет питательных веществ…
- О-о-о небо!
- Что?
- Йелл, только не говори, что плоды этих деревьев едят!
- Хорошо, не буду, — дёрнул плечами доктор, — но это именно так, Толлик.
Я поднял руки ладонями вперёд, словно сдаваясь.
- Это ваш мир, Йелл. Ничего не имею против ваших традиций. Скажи, я уже ел их?
- Да.
- Чёрт. Предупреждать надо! Ладно, — я махнул руками, — проехали, что уж теперь. Мне в облаке как-то довелось несколько десятков дней синтетику жрать. А её в каком виде съел, в таком она и выходит. Промываешь и снова в готовку. Так что…
Доктор внимательно смотрел, очевидно, не очень веря услышанному. А я думал, что мне плевать — верит он или нет. Он человек пожилой, заслуженный, инвалид… Только в космосе он не бывал. И не жрал синтипищу.
- Вот, Толлик. Это мой папа. — Йелл погладил по стволу дерево. — А вот это — мама, — он перешёл на несколько рядов в сторону и погладил другое дерево.
- Вечный покой и земля пухом, как говорят у нас.
Доктор кивнул с задумчивым выражением лица и жестом предложил вернуться на дорогу, ведущую к озеру. На берегу мы присели на валуны и Йелл поведал мне свои планы. Если в двух словах, то он уже давно состоит в неформальной группе людей, стремящихся привести жизнь на Улиххе к состоянию прочного мира с Другими. Поскольку особо-то никто и не желал воевать, кроме самих Других, собственно. Но опыт последних столетий показывает, что надеяться на примирение с ними особо не стоит и оружие следует держать наготове. 
В последние пару десятилетий были направлены мирные представители в зоны обитания Других, они работали то несколько лет, то несколько часов. И всегда судьба послов была незавидной: они гибли. Нынешние посольства находятся в нейтральных землях, не заселяемых никакими людьми, они тщательно охраняются и имеют защитные сооружения и бункеры, не позволяющие уничтожить персонал ни с воздуха, ни как-то иначе. И когда Другие выступают с какими бы то ни было инициативами, они делают это именно через эти посольства.
Что же до меня, то Йелл и его соратники решили заслать нас с Фиссой в земли Других, чтобы мы могли тщательно и внимательно изучить их общество изнутри, с целью нахождения точек соприкосновений длинных и коротких людей Улихха. Посылать девушку в одиночку было страшно, никому ведь не известно, как поведут себя Другие. Я же придавал этой миссии добавочный вес, потому что мужчина. Это, как оказалось, является очень важным обстоятельством, важнее даже, чем то, что я инопланетянин. Ни на первый, ни на второй взгляд увидеть во мне не паралла сложно, разве что сопля ингалятора могла меня выдать. Хоть, судя по данным Йелла, мы и имеем изрядные внутренние отличия, я с виду — обычный (если так можно вообще сказать) мужчина-паралл. А если учесть, что общество улиххцев обоих видов патриархально, то это придавало мне добавочный немалый авторитет.
Поскольку планы Йелла и мои собственные, в основном, совпадали, я взял паузу на подумать и, уединившись, призвал на совет Кэпа.
- Туда долететь реально?
- Смотря куда.
- Ну выбери район, где ПВО нет.
- Везде есть. Не в ПВО проблема.
- А в чём?
- Мы яхту где оставим? Другие её быстро на части разберут. Им военное превосходство нужно, так что инопланетным технологиям они обрадуются.
Этот вопрос заставил меня крепко задуматься, ведь если я лишусь яхты, то вернуться на Аз будет проблематично, это да. А задержаться надолго на Улиххе мне не удастся, атмосфера однажды доканает. То, что Другие на этом могут получить преференции, меня мало заботило, если честно — что мне за дело до местных разборок?! 
- А на орбиту завесить после того, как мы с Фиссой выгрузимся или на земли длинных перелететь?
- Как вариант. Но в обоих случаях тебе придётся обходиться без меня.
- М-да. Скучно-то мне не станет, но кто антидот будет дозировать? — Я так и этак прикидывал разные варианты, но как-то они все казались не очень подходящими. — Кэп, у тебя предложения есть?
- Есть вариант, но он небезупречен.
- Говори.
- Посадить яхту в труднодоступном месте и оставить включенной автоматическую защиту.
- Отлично!
- Есть риск, что пострадают животные или случайные люди.
- Да наплевать. Одного-двух пришибёт — остальные не полезут.
- В некоторых ситуациях может включиться генератор свёртывания пространства.
- И?
- Это может вызвать нешуточную катастрофу.
- Кэп, а если я вовремя не получу антидот или наоборот, получу, но не вовремя и сдохну? Это катастрофу не вызовет, конечно. Только возвращаться на Аз будет некому.
Выход предложила Фисса. Когда я вернулся в дом и поделился своими затруднениями с Йеллом, она посмотрела на меня с недоумением. Пожала плечами и негромко обронила:
- Верхом поедем.
Мысль о передвижении на неких небольших механизмах показалась мне интересной. И пока я размышлял над тем, что потребуется какое-то время на освоение этого неведомого мне средства передвижения, доктор с Фиссой принялись за сборы. Немного спустя, меня пригласили к столу, на котором был раскатан прямоугольный кусок тонкой ткани с нанесённым на него грубым чертежом местности.
- Смотри, Толлик. За этим перевалом территории Других. Но они необжиты. Там вообще никто и никогда не жил, слишком неблагоприятные условия. — Йелл задумчиво потёр подбородок. — Там, на той стороне перевала, множество действующих гейзеров с весьма неприятными испарениями, которые имеют скверную привычку скапливаться в низинах.
- А вот это и хорошо, — сказал я, — это даёт нам возможность совместить перелёт на яхте с передвижением верхом, что бы это ни значило. Если уж вы решили, что мы с Фиссой можем пересечь это место, то вполне разумно опуститься на яхте среди этих гейзеров, пересесть на то, на чём ездят верхом и продолжить путь.
Йелл с Фиссой переглянулись и девушка спросила:
- А яхта сможет перевезти двух лам?
- Размер, масса?
Фисса взяла меня за рукав и потащила на улицу. Там она завела меня на задний двор, где был устроен небольшой коралль. И показала мне те самые неведомые «механизмы», флегматично жующие сено…
- Эм-нэ… На это садятся и ездят?
- Да. Я же сказала: верхом. А весят они изрядно, одну ламу два взрослых мужчины с трудом могут от земли оторвать. Яхта поднимет нас и двух лам?
Несколько ошарашенный, я стоял и разглядывал этих довольно симпатичных, лохматых животных. Даже если они весят по двести кило (что вряд ли), для яхты это не нагрузка. Только вот перенесут ли эти самые ламы перелёт на внешней подвеске?! А спросил я Фиссу совсем о другом:
- А они не сдохнут от испарений гейзеров?
- Нет. Они, как раз, не дадут помереть нам. Ламы не пойдут туда, где скапливается яд.
Прикинув так и этак, я сказал:
- Надо им на головы мешки надеть и ноги спутать. Везти придётся снаружи, внутри места нет.
Фисса схватилась за голову и рассмеялась. Похоже, представила картинку. Просмеявшись, она снова ухватила меня за руку и повела к лесенке, ведущей на купол дома. Поднявшись, она показала рукой.
- Вон там перевал. Сколько времени нужно на перелёт?
- Меньше часа, — доложил Кэп и я перевёл это девушке.
- Тогда попросим Йелла усыпить лам.
Меня разобрали сомнения: совсем что-то не улыбалось торчать среди гейзеров и ждать, пока эти лохматые выспятся! И спросил на всякий случай:
- А их разбудить как-то потом можно?
Фисса посмотрела на меня, как на недоумка, но, сообразив, что имеет дело с пришельцем, коротко ответила:
- Да.

<8>

Ламы не обманули наших ожиданий. Получив снотворное, они какое-то время продолжали жевать сено. Затем подогнули колени и, смежив веки, мирно задремали. И спали, пока я отвязывал их от яхты по другую сторону перевала. Вытащив из кабины Кэпа и амуницию, я всё-таки включил автоматическую защиту: лучше перебдеть, вот честное слово. Фисса, меж тем, сделала инъекции ламам и те, сонно поморгав, принялись дожёвывать сено. Пока животные окончательно не пришли в себя, девушка закрепила на них поклажу и принялась обучать меня вождению.
- На самом деле, всё просто: садишься поближе к шее, но не на плечи. Берёшься за уши и пятками поддаёшь по бокам. Лама пойдёт, причём тут, на плато, лучше их не дёргать — они сами выберут дорогу. А когда выйдем на безопасное место, то можно рулить: за какое ухо потянешь, туда и свернёт. Если потянешь за оба уха…
- Стой, дай угадаю! Она остановится?
- Ну да.
Оседлав лам, мы немного подёргали их за уши, поворачивая мордой в нужном направлении. Оно и понятно: откуда им знать, в какую сторону мы направляемся? Сами-то они предпочитали уйти повыше в горы, там гейзеров нет. Но всё понемногу наладилось, животные начали спускаться в долину, а мы с Фиссой болтали обо всём на свете. 
- Скажи, Фис, как вы называете светило?
- Так и называем — светило.
- Нет, имя собственное есть же? Вот планета эта, — я сделал руками соответственное движение, — Улихх. А светило как зовут?
- Папа (звучало это как Зара). Но это как бы не совсем имя…
- Ну вот как сказать, что мне жарко от его лучей?
Фисса глянула на меня, пошевелила губами и задумчиво проговорила:
- Дело в том, что наш мир называется Дом. Улихх — то же самое, но на языке Других. Не знаю, кому пришло в голову назвать нашу планету этим словом. Для светила всегда применяется слово «светило», в обыденном общении — Папа.
- А на языке Других как «папа» звучит?
- Айя. А твоё светило как называется?
- Фис, я тут озерко приглядел, не спрашивай как. Если мы к нему подъедем и искупаемся, будет просто здорово, потому что Папа или Айя меня уже совсем перегрел!
Фисса покрутила головой, ища озеро, затем вынула карту и сверилась по ней.
- Толлик, с нашими темпами передвижения, мы до него доберёмся ночью. Или к ночи. В любом случае, ты к тому времени успеешь остыть. — Она убрала карту и вернулась к своему вопросу: — Так как зовут твоё светило?
- У Колыбели Человечества — Солнце. У Регенды, где я родился — Сигма.
- А они как-то переводятся? Что означают?
Я переспросил Кэпа, выслушал и ответил:
- Солнце, по сути, то же, что и Папа. Если точнее — плодотворящая сила. А Сигма — просто порядковое обозначение. В каждом созвездии, скоплении светил, есть объекты с именами собственными, а есть просто обозначенные буквами алфавита. 
Некоторое время мы ехали молча. Ламы неспешно вышагивали по камням, периодически меняя курс. Поначалу это меня немного тревожило, но Кэп заверил, что в общем и целом направление выдерживается. И я решил, что животные просто выбирают для прохода те места, где меньше концентрация испарений от гейзеров, всё чаще встречавшихся на пути. Эти бьющие из-под земли источники различались как по виду, так и по запаху. Некоторые из них стреляли водно-паровыми струями на несколько метров вверх, некоторые просто и мирно булькали пузырями. 
- Фис, мне показалось или струйные гейзеры меньше воняют, чем те, что просто побулькивают?
- Толлик, степень загазованности не зависит от интенсивности. Из некоторых зловонных и малоактивных лужиц пить можно, а другие, почти не пахнущие фонтаны, запросто убьют тебя за несколько мгновений.
- Фисса, давай сделаем привал.
- Ты устал сидеть?
- Нет. — Меня здорово смущало то, что я собирался сказать, но, как мне казалось, аргументация моя была просто непробиваемой. — Мне, как инопланетянину, хочется немного подробнее ознакомиться с анатомией улиххцев. Я думаю, что пока не предвидится никаких активных действий, можно было бы…
- Хочешь знать, как я выгляжу голой? — Фисса не дала мне договорить. — Под одеялом изучишь. Нам с тобой придётся спать вместе, иначе Другие заподозрят неладное.
Сказать, что я был шокирован таким поворотом — ничего не сказать. Меня словно пыльным мешком прихлопнули! Совсем не скоро я смог вернуться к разговору. Даже на нейтральные темы. Нет, секс не был для меня новостью, могу сказать не хвастая, что ещё подростком, на Регенде, имел однажды контакт с двоюродной сестрой. Да и позже, в облаке и на Азе, встречался с женщинами. Но вот перспектива секса с инопланетянкой меня как-то настораживала. Хоть и говорил Йелл, что я от него только ростом с виду отличаюсь, но…
- В таком случае и на озеро нет смысла ехать.
Фисса протянула мне карту, я покрутил её, ища стороны света, потом вопросительно посмотрел на девушку.
- Едем именно к озеру. Обрати внимание — на дальнем берегу посёлок. Это селение Других, самое близкое к нам. Так что искупаться вполне возможно. И не один раз.
Я внимательно изучил карту, посовещался с Кэпом и тот дал команду сопровождающему нас дрону произвести разведку. После инцидента со стрельбой наши разведчики не спускались к поверхности планеты ближе ста метров: при такой высоте их почти не видно. Но наблюдать и даже частично подслушивать у них вполне хорошо получалось.

<9>

Первая встреча с Другими произошла именно на озере: мы с Фиссой проснулись и обнаружили пятерых солдат, мирно перебирающих наши пожитки. Кэп сообщил, что нивелир намерил у самого рослого метр и сорок три сантиметра, а у самого короткого — метр двадцать пять. Фисса приветственно помахала им рукой и направилась в сторону кустов. Пара солдат пошли за ней, но тот, что шёл впереди, вскоре вылетел из буша. Девушка просто и незатейливо вышвырнула его. Второй, было, рванулся на помощь, но был остановлен выкинутым. Они кратко переговорили и дождались выхода Фиссы из зарослей, стоя к ним спиной.
Оставшиеся трое, утратив интерес к нашим вещам и, не видя с моей стороны никакой агрессии, подошли и попытались разговаривать.
- Кэп, язык понятен?
- Частично. Они, скорее всего, любопытствуют и совершенно не агрессивны.
- Это я и сам вижу. Собирай словарь, нам с ними тут ещё разговаривать и разговаривать.
- Да, капитан.
Фисса, вернувшись к месту ночлега, нашла полотенце и позвала меня к воде, умываться. Я поднялся и Другие оживлённо загомонили, жестикулируя, что-то про мой рост. Судя по всему, он им очень понравился. Пока мы умывались, Фисса посоветовала мне вести себя спокойно, по-русски не разговаривать и поменьше обращать внимания на Других. На провокации не поддаваться, на вопросы не отвечать, пока не заговорят на понятном языке. Услыхав за спиной какой-то нечеловеческий рёв, я непроизвольно вздрогнул и обернулся. Оказалось, что это орёт лама, сжевавшая всю растительность возле того дерева, где я её вчера привязал.
- Фис, если ламу отвязать, она потеряется?
- Может. Просто привяжи её к другому дереву, чтоб ей было что поесть.
Но я не успел даже и половины расстояния пройти: двое солдат отвязали животное и отвели на новую парковку! Эти коротышки вели себя так, словно совершенно ничего необычного не происходит. Возможно, что для них это в порядке вещей. Но уж никак не для меня.
- Спасибо, — сказал я им и пошёл к Фиссе, готовившей нам завтрак на газовой горелке.
- Сальен, — невозмутимо ответил один из солдат мне вдогонку. 
В котелке кипел компот из сушёного джухха, сладкого тростника. Он вкусен и в сушёном виде, этакие волокнистые сухарики засахаренные, но вот отвар из него очень хорош. Хоть горячий, хоть остуженный. Фисса помешивала варево, периодически тыча ножом в куски джухха, проверяя их на готовность. Самый рослый солдат подошёл к нам и, присев на корточки, принялся рыться в своём вещмешке. Он вынул тряпочку, развернул её и протянул Фиссе, показывая, что это можно добавить в котелок.
- Фелья!
Та отрицательно мотнула головой и помахала ладошкой, показывая, что не позволит лезть в её дела.
- Фис, ты не знаешь, что он там подсовывает?
- Знаю. Это сушёная ягода.
- Может быть, стоит взять чуток из вежливости? Она на вкус какая?
- Чуть горькая. Это не для вкуса добавляют, это тонизирующее. Толлик, я не уверена, что для тебя это безопасно.
Я тронул за плечо солдата и тот обернулся. Протянул ладонь и потыкал в неё указательным пальцем.
- Насыпь чуток.
- Фелья, панто куррах!
- Давай, давай чуток.
Коротышка насыпал пару щепоток мне в руку и показал на котелок:
- Курраху а пантоф!
- Фис, так не много?
- Для меня — нет.
Не медля боле, я стряхнул этот крохотный изюм в котелок и снова уселся на песок. А минут через пять к котелку нашему подтянулись все пятеро коротышек, вооружённых пиалками. Фисса плеснула им понемножку, потом налила мне и себе. Так мы и сидели на берегу, прихлёбывая горяченный компот, а Папа грел нас с небосвода своими животворящими лучами. Знаете, каким бы ни был климат планеты, для человека, вроде меня, он просто прекрасен. Невозможно объяснить, как это здорово, когда есть такая вещь, как гравитация. Да, атмосфера Улихха смертельна для меня, но какое же это блаженство — просто дышать, не продавливая при этом клапана скафандра!
После неспешного завтрака солдаты принялись помогать Фиссе собираться в дорогу, что меня привело в некое даже умиление. И каково же было моё удивление, когда один из них резко, громко отдал команду остальным и те, сорвавшись с места, бегом умчались в сторону небольшой скалы, откуда вскоре вернулись на небольшом каре, явно и однозначно защищённом и даже снабжённом неким оружием! Тот, что отдавал команды, повернулся ко мне и почти без акцента сказал:
- Седлайте лам и следуйте за нами. 
Сам же коротышка забрался в экипаж и жестом велел пилоту двигаться. Кар забурчал мотором и небыстро покатился вдоль берега озера, по малоприметной дорожке. Мы же с Фиссой, поддав ламам пятками в бока, поспешили за ним. Путешествие наше продлилось недолго, уже к вечеру я увидел на горизонте дым, а через несколько часов мы въехали в странное поселение — что-то вроде посёлка и военной базы одновременно. Фисса негромко пояснила мне, что это нормальная практика у Других. Зная о том, что Громадины стараются не причинять вреда мирному населению, они устраивают военные базы в жилых местах.

<10>

Нас разместили в доме пожилых Других, живущих вдвоём. Поскольку нам разрешили взять с собой всю нашу поклажу, неудобств из-за коротких лежанок мы не испытывали, устроив себе лёжку на полу. Я не позволял Фиссе спать до тех пор, пока Кэп не вдул мне в нос очередную порцию аэрозоли, затем подключил его к девушке, велев дать ей гипно русского языка. Раз Другие говорят на языке длинных, нам был совсем не лишним собственный канал коммуникации, непонятный коротышкам. Фисса спрашивала меня про Кэпа и прочее, но я просто велел ей спать, не объясняя причин подключения к ней прибора.
Утром Фисса смотрела на меня мутным взглядом и тёрла голову пальцами в разных местах. Перевесив на себя Кэпа, я получил очередную порцию антидота и тоже не особо хотел с ней общаться. Девушка приготовила на завтрак горелой каши из какой-то местной крупы, типа гороха, мы сели за стол и в какой-то момент она спросила меня по-русски:
- Толик, что твоё радио со мной сделало?
- Ничего. Час-два и пройдёт. Я ваш язык так же учил, что ты думаешь…
Фисса проглотила ложку каши и, потерев лоб, сказала:
- Если я правильно поняла, то говорю сейчас на твоём языке. Странные ощущения такие: думаю по-своему, а говорю по-твоему.
- Попробуй говорить на своём, — я не на шутку перепугался, что она разучилась говорить на улиххском, — давай, Фисса, скажи мне что-нибудь по-своему!
К нам подошёл хозяин дома, старичок ростом с сидячую собаку и, с удивлением оглядев мою спутницу, повернулся ко мне.
- Ауш дзулл бипра, аушу а бипра дзуллах.
Я глянул на Фиссу.
- Чё ему надо?
- Спрашивает как спалось, — ответила она на улиххском (я вздохнул с облегчением), — не говори ничего, пусть по-людски разговаривает.
- А он не по-людски, значит? Фис, Другие же тоже люди, зачем ты так?
- Толик, — она заговорила по-русски и раздосадованный старик ушёл, плюнув на пол, — ты не понимаешь простой вещи. Другие знают наш язык, более того, они переняли большую часть слов, слегка изменив их. Я считаю (и не только я, кстати), что неправильно разговаривать на непонятном присутствующим языке, когда владеешь понятным.
- Полагаю, нам двоим проще выучить язык Других, чем требовать…
- Тебе одному. Я знаю их язык. — Фисса доела свою кашу и налила в пиалу вчерашнего компота. — Ты обратил внимание, с какой довольной мордой дедок тарабанил на своём и как его скукожило от русского? Он хотел поглумиться над нами, а когда вышло наоборот — вон, аж плеваться начал.
Я пожал плечами и подумал, что я-то другой язык выучу по гипно через день-два, так что надо мной поглумиться уж никак не выйдет, а смогут ли коротышки освоить русский — это ещё под вопросом! 
Фисса собрала посуду и пошла её мыть, а я, проводив её взглядом, прислушался к ощущениям. Нет, неожиданностей от еды и атмосферы я уже не ждал. Но и интереса к параллке, как к женщине, почему-то тоже не обнаружил. Был ли тому виной её наряд или что-то внутри меня сопротивлялось спариванию с не человеком — не знаю. Конечно, моё равнодушие к девушке ночью легко объяснимо: она спала с гипно и трогать её было просто нельзя. Да и события прошлого дня не располагали к шкодным мыслям. А с другой стороны, Фис сама говорила, что нам нужно спать вместе, чтобы у Других не возникало подозрений. 
Размышления мои прервала параллка. Она вернулась в комнату и, усевшись на невысокую банкетку, спросила:
- Толик, ты меня к радио ещё будешь подключать?
- Если понадобится. Возможно позже. А что? Плохо себя чувствуешь до сих пор?
Фисса смешно сморщилась, словно прислушиваясь к ощущениям и отрицательно мотнула головой.
- Нет. Но нам надо по ночам кое-чем другим заниматься, понимаешь?
«У дураков и мысли сходятся!» — подумал я и пригласил её погулять на свежем воздухе. Во дворе нас поджидал солдат, который встал у нас на пути и поднял руку, вполне понятным жестом запрещая нам идти куда-либо. Я улыбнулся, приблизился к нему вплотную и, ухватив за шиворот, перебросил за плечо наподобие мешка. Тот пытался вырываться, возмущённо верещал на своём языке, но я его игнорировал. Так, с «мешком» за плечом и с ладошкой Фиссы в другой руке, я и направился к озеру. Мы перешучивались по-русски, немного смеялись и неспешно шли по улице посёлка в нужном направлении. Не буду врать: солдат вовсе не был лёгким для меня и я уже подумывал, как бы мне его поаккуратнее бросить, чтоб не совсем уж оскорбительно вышло, когда тот, наконец, заговорил на улиххском:
- Стойте! Поставь меня на ноги, паралл! Вам запрещено уходить! Слышишь, отпусти меня немедленно!
Что я тут же и сделал, не останавливаясь ни на миг и не прекращая трёпа со спутницей. Солдат от неожиданности не удержался на ногах и плюхнулся задницей наземь. Поскольку идти в сторону озера мы не прекратили, наш охранник догнал нас и принялся хватать за руки.
- Убери. Руки от моей жены убери! Оборву и как звать спрашивать не стану.
Он отскочил и с волнением посмотрел мне в лицо
- Паралл, не ходите никуда, не велено.
- Да успокойся ты, — подала голос Фисса, — мы на озеро идём, искупаться. А ты лучше здесь подожди, а то муж тебе не только руки, но и ноги повыдергает.
Найдя укромное местечко на берегу, спутница моя совершенно буднично сняла с себя всю одежду и стала заходить в воду. Я успел хорошо рассмотреть её со спины и остался доволен как увиденным, так и реакцией собственного организма: весьма привлекательное тело девушки вызвало у меня нормальную мужскую реакцию. Поэтому брюки снимались с затруднением. Немного поплавав в чуть солоноватой воде, я приблизился к Фиссе, полощущей волосы и разбирающей их прядки пальцами. В отличие от улиххских женщин, она волосы не стригла, а заплетала в жгут, который сматывала кольцом и эта овальная конструкция свисала с её затылка до плеч.
- Фис, я это…
- Что?
Сильно смущаясь и отчаянно жестикулируя, я продолжил:
- Это… ну. Не знаю. Давай я тебя… с тобой… Если я тебя обниму — это нормально будет?
- А ты как думаешь?
Я потёр пальцами лоб, не зная, что ответить. Вообще как-то трудно в интимной сфере установить рамки нормальности, не находите? 
- Ладно, если что-то буду делать не то — просто скажи. Не ори и не дерись.
Фисса нервно хохотнула и, собирая волосы в хвост, негромко проговорила:
- Кто бы мне ещё объяснил, что тут то, а что нет.
Я подошёл вплотную, обнял её и легонько куснул за ухо.
- Фис, я не знаком с вашими брачными традициями и ритуалами.
- Я тоже, Толик! Громадины не проявляли ко мне никакого интереса в этом отношении, а заниматься расспросами… Сам понимаешь!
- Тогда я буду делать всё по-своему.
- Здесь?! Сейчас?!
Я погладил её по спине, потом пониже спины и прижал к себе. Девушка вздрагивала, то ли от волнения, то ли от возбуждения.
- Если этот мелкий подглядывает…
- Толик, у меня просто всё ещё голова побаливает после твоего учителя электронного.
Что-то мне вся эта ситуация напоминала, но что конкретно — я так и не вспомнил. Меж тем природа властно требовала своего и я начал стремительно терять самообладание. Поскольку мы стояли в воде по самые плечи, то возможное присутствие подглядывающих меня не беспокоило, однако знакомые симптомы отравления цианидом внезапно дали о себе знать. Я почувствовал слабость, тошноту и головокружение.
- Фис, беда.
- Что?!
- Мне плохо.
- Ну потерпи до ночи, — она поняла мои слова по-своему, — пожалуйста, не надо здесь.
Колени мои задрожали от слабости и начали подламываться. Похоже, физическая нагрузка (всё-таки солдатик был тяжеловат) и возбуждение сыграли со мной злую шутку, а не полученная вовремя доза антидота…
- Фисса, помоги. Мне срочно нужно на берег, нужен дозатор, я сдохну без ингаляции!
Она вскинулась, лицо её моментально сменило выражение; подхватив, девушка потащила меня к берегу, причитая на ходу:
- Да что ж ты молчал-то, бестолочь, а? Разве можно так рисковать?!
Я с трудом передвигал ноги в воде, выглядывая свои вещи, где лежал Кэп со всеми причиндалами. Добравшись до суши, мы увидели, что наш страж сидит на кочке спиной к нам и, похоже, мучительно прислушивается к происходящему. Но не смотрит в нашу сторону, опасаясь обещанной расправы. Доковыляв до вещей, я рухнул на колени. Судорожно трясущимися руками подхватил датчик и трубку инжектора, сунул её в нос и принялся втягивать воздух, ожидая поступления антидота. Кэп, выругав меня на чём свет стоит, подал дозу, лекарство ударило в нос, обожгло дыхательные пути и я застонал, рухнул наземь и с облегчением отметил, что тошнит уже не так сильно.
- Ты как? Успел? Тебе хорошо теперь? — тревожно вопрошала меня запыхавшаяся Фисса. А я, осознав двусмысленность того, что должен был услышать солдатик, начал тихонько смеяться. — Ну что?! Толлик, что смешного?
- Тс-с-с… Фис, светило моё, всё замечательно. У тебя всё получилось просто отлично.
Заметив недоумение девушки, я подмигнул и слегка мотнул головой в сторону коротышки. Она нахмурилась, проследила взглядом, а потом, прикрыв рот ладошкой, затряслась от сдерживаемого смеха.

<11>

После обеда нас навестила целая делегация высоких невысоких чинов. Судя по всему, они получили сообщение от местных военных и явились на переговоры. Или выяснять отношения. Или ещё зачем-то, что нам и предстояло узнать. Визитёры расселись в большой комнате дома стариков и некоторое время обменивались негромкими фразами на своём наречии. Я не стал беспокоить Кэпа — было несложно догадаться, что они, немного погодя, заговорят на улиххском. Так и произошло. Самый важный из чинов поднял раскрытую ладонь, призывая компанию замолчать и обратился ко мне.
- Паралл, меня зовут Тварке. Я представляю командование этого округа. Назовись сам и представь нам свою женщину.
- Толик. А жену мою зовут Фисса. Мы не военные, мы просто решили познакомиться поближе с… народом, к которому принадлежат наши отцы.
- Мне доложили, что вы пришли с территорий Громадин.
- Это так. Мы с Фиссой там родились и выросли. Неудивительно, что и пришли мы именно оттуда.
Тварке переглянулся с ближайшим соседом и тот продолжил:
- Вы родились и выросли у Громадин. Зачем вы пришли на нашу землю? С какой целью?
- Я уже сказал. Слушать нужно, что говорят! — Всегда не любил тупиц, независимо от того, свои они или чужие. Поэтому и дал понять, что не намерен переливать из пустого в порожнее. — Могу лишь добавить, что мы не имеем дурных намерений и не работаем на военную разведку вашего противника.
- А на кого вы работаете?
- На вас. Прежде всего.
Чины недоумённо переглянулись и слово снова взял Тварке.
- Поясни.
Я посмотрел на Фиссу, улыбнулся ей и подмигнул, давая понять, что не стоит удивляться сказанному мной. Она робко улыбнулась в ответ и чуть заметно кивнула.
- Мы хорошо знаем Громадин. Они не хотят с вами конфликтовать, уж поверьте. Они и к нам, параллам, относятся совершенно нормально. Поэтому я и моя жена решили перейти на вашу сторону и попытаться понять — возможно ли прекращение агрессии. Нам не нужно знать ничего о вашем оружии, о дислокации ваших войск и подобного. Нам нужно общение. Простые разговоры с людьми.
Тварке слегка ухмыльнулся и проговорил:
- Ну вот мы и общаемся. Или вы имели в виду каких-то других людей?
Его физиономия и высокий, писклявый голос мне совершенно не нравились. Более того, я чувствовал его неискренность. А это прямо-таки раздражало. Однако, не подавая виду, я улыбнулся и ответил:
- Ну да. Для начала — вполне себе нормальный разговор. Только на допрос сильно похоже. И то, что нас с женой не пускают даже искупаться, несколько неприятно. Полагаю, ваши люди уже несколько раз и всесторонне изучили нашу с Фиссой поклажу, а что касается наших лам… Даже не хочется думать, что пережили несчастные животные!
Несколько чувствительных щипков от спутницы я терпеливо снёс, но в конце спича я получил уж совсем откровенный тычок. Стараясь сохранять невозмутимость, я повернулся и вопросительно посмотрел ей в лицо. Фисса, зажимая обеими ладонями рот, едва сдерживала разбирающий её смех, слёзы лились из её жёлтых глаз… Мои догадки подтвердились, когда я обернулся: лица всех присутствующих коротышек были багровы и выражали гнев. Про лам это я очень удачно ввернул, похоже.
- Толлик, спишем твою бестактность на то, что ты вырос среди Громадин, — проговорил, тщательно подбирая слова, Тварке, после ощутимо затянувшейся паузы, — однако впредь постарайся не говорить подобных вещей в наших краях. Во избежание неприятностей.
- Надеюсь на ответную вашу деликатность и понимание, Тварке. Во избежание недоразумений. Полагаю также, что вы всё-таки имели возможность убедиться в том, что мы с женой совершенно неспособны причинить никакого вреда вашим людям и впредь не будете приставлять к нам охрану. Впрочем, сопровождающий нам бы не помешал. — Я снова посмотрел на Фиссу и та согласно кивнула. — Желательно, человек не военный.
Тварке распорядился очистить помещение и вся его свита удалилась.
- Толлик, — он, совершенно естественно, полностью игнорировал мою спутницу и разговаривал только со мной, — я хотел бы задать тебе несколько вопросов наедине. Можешь быть вполне со мной откровенен.
- Нас очень внимательно слушают и фиксируют, — подсказал Кэп, — на нём микрофоны и что-то ещё, работает в радиодиапазоне.
- Моя жена тебя не смущает, Тварке?
- Нет.
- Тогда спрашивай.
- Какие у вас планы? Что вы собираетесь делать в наших краях? Как долго продлится ваш визит и что вы собираетесь делать после возвращения к Громадинам?
Я слегка задумался. Не то что мне было что скрывать, просто я уже успел немного разозлить других и больше этого делать не следовало. Пока.
- По порядку: планов у нас нет никаких. Мы просто пришли к вам и как дела пойдут дальше — не имеем ни малейшего представления. Далее. Мы собираемся накопить возможно больший объём информации по результатам личного общения с самыми различными людьми. И последнее. — Я снова посмотрел на Фиссу и подмигнул ей глазом, не видимым Тварке. — Дела могут сложиться так, что мы не вернёмся к Громадинам и останемся жить здесь.
Собеседник мой явно был обескуражен таким поворотом и даже слегка подскочил на своём стуле.
- То есть?! Вы собираетесь остаться с нами?!
- Вполне возможно, Тварке. Это будет зависеть от того, как здесь люди примут нас. И как ваши военные будут себя вести.
- В смысле?
Деликатничать я больше не собирался, поэтому ответил прямо:
- Чем назойливее будет ваше внимание, тем хуже для вас.

<12>

Ночью я решительно приступил к выполнению супружеских обязанностей, мало при этом обращая внимания на ответную реакцию Фиссы. Нет, я понимаю, что для неё это было событие неординарное, но если бы я начал разбираться во всём этом и попробовал вести себя деликатно, то у нас с ней вообще ничего бы не получилось. Поэтому я, немного потискав девушку, взгромоздился на неё сверху и, бесцеремонно раздвинув ей ноги пошире, принялся за дело. Фисса, похоже, подавив свои чувства и эмоции, просто пыталась реагировать на моё вторжение в её организм адекватно. Ну, насколько это возможно, исходя из её скромных представлений об интимной жизни.
Особой разницы с женщинами, принадлежащими к одному со мной виду, я не заметил. Если что-то и отличалось, то не настолько, чтоб прямо вот. Да и не до того мне было. После первого оргазма Кэп вдул мне в нос такое количество спрея, что я едва не задохнулся; второй акт прошёл без неожиданностей, а во время третьего, после небольшого отдыха, я наконец-то спросил у Фиссы, как она себя чувствует. Та несколько раз врезала мне кулаками по рёбрам. Пожав плечами, я без дальнейших расспросов закончил начатое, свалился набок и тут же уснул.
Утром голова моя гудела и шевелиться не хотелось абсолютно. Я списал это на отравление, но, услыхав разговор стариков-хозяев за тонкой стенкой, понял, что Кэп выдал мне гипно языка коротышек. 
- Мака, эти параллы нам спать не дадут, не дадут нам выспаться. Надо сказать им, чтобы нашли другой приют, другой дом пусть ищут.
- Неро, Тварке говорил, что они уйдут скоро, оставят они нас, Тварке так говорил.
- Да чихать мне на Тварке, наплевать мне на него! Кто он такой, чтобы указывать в моём доме, дом это мой, кто мне тут указ? 
- Не кричи, услышат, зачем кричишь, проснутся они.
- А-а-ай, да эти параллы ничерта не понимают по-людски, людей не понимают параллы.
Я, приложив ко лбу ладонь, рявкнул на коротком:
- Эй вы! Заткнитесь по-хорошему, лучше заткнуться вам! Устроили тут базар, разорались с утра не сравши.
Фисса разлепила глаза и едва слышно проговорила по-русски:
- Надо валить из этого дурацкого посёлка. Немного дальше, где второе озеро, есть маленькое поселение. Там нет военных, поэтому… Толик, а ты что, уже по-другому разговариваешь?
- Ну да. Ты же говоришь по-русски и не удивляешься этому. Кстати, как самочувствие?
Фисса уткнулась носом в подушку и показала мне кулак. Потом скосилась и подмигнула.
- Жить буду. Честно говоря, ожидала лучшего, а сейчас кажется, что ты из меня что-то вытащить забыл и оно там так и осталось.
- Ходить-то сможешь?
Она пожала плечами и отвернулась.
Ближе к полудню нас посетил тот командир, что встретил нас у озера в первый день нашего вторжения в земли других. Он привёл с собой крохотную женщинку, ростом всего метр и девять сантиметров и сказал, что она будет нас сопровождать. Поблагодарив военного, я обратился к собеседнице:
- На каком языке тебе удобнее общаться, говорить хочешь чьей речью? На длинном или родном?
Та, выслушав мой короткий, рассмеялась и махнула рукой.
- На громадском. Но если хочешь, буду натаскивать тебя на другом. Меня зовут Тодас, я учитель.
- Толик. Жену зовут Фисса. И вот что, Тодас: если Тварке считает, что может так тупо меня обмануть, то он заблуждается. Ты не учитель, а, скорее всего, аналитик или переводчик. И ты старше по званию того парня, что привёл тебя.
Женщина снова рассмеялась, села на банкетку и развела руки извиняющимся жестом.
- Разведка. И ты прав, я старше Смурха и по возрасту, и по званию.
- Я просил не военного сопровождающего.
- Толлик, давай будем реалистами. На нашу сторону пришли параллы. Это событие само по себе неординарное. Но если и не заострять внимания на том, что вы параллы, посуди сам: к нам пришли люди со стороны противника.
Я окликнул Фиссу и та, оставив готовку на попечение старушки-хозяйки, присоединилась к нам.
- Фис, нам разведка местная вот эту Тодас выделила в спутники. Я вот думаю сразу ей ноги выдернуть. Обойдёмся без гида?
Она посмотрела на крохотную женщинку и пожала плечами.
- Толлик, если у неё хватило ума из себя дуру не изображать, то можно и дать ей шанс. Так у нас хоть явный соглядатай, а то ведь Тварке пошлёт за нами свору неявных.
- И что?
- Ни облегчиться, ни переспать без оглядки. Оно нам надо? А ноги Тодас выдернуть ты всегда успеешь, если мешать начнёт.
Я почесал макушку. Ещё раз смерил взглядом шпионку и кивнул, соглашаясь.
- Тебе ламу выделили, Тодас? Мы завтра с утра едем в поселение Салера, нам тут не нравится.
- Толлик, Фисса, ребята… Я не намерена вам как-то мешать, поймите. Просто сопровождение! Хотя бы для того, чтобы вас, двоих параллов, не затискали местные. Чтобы не приняли за Громадин и не начали пальбу. Да и с обычаями, нормами приличий и прочими тонкостями — кто-то же должен вас познакомить, подготовить к нормальному диалогу с нашим народом!
Фисса по-русски сказала мне:
- Пусть притащит сюда своё барахло и ламу. Нужно всё проверить и выкинуть лишнее.
- Кэп, поможешь?
- Да, капитан. Кстати, на ней микрофон и передатчик меж грудей.
- Спасибо. — Я повернулся к Тодас и перешёл на улиххский: — Встань.
Женщинка спрыгнула с банкетки и с улыбкой показала мне раскрытые ладошки.
- Раздевайся.
- В этом нет никакой необходимости, Толлик, я…
- Тебе помочь?
Улыбка погасла на её лице, но, тут же взяв себя в руки, Тодас усмехнулась и принялась снимать одежду. Я повытаскивал из её вещей все предметы, которые Кэп идентифицировал, как нежелательные, сложил одежду отдельно, шпионские штучки — отдельно и поманил Тодас к себе пальцем. Та приблизилась. Я внимательно осмотрел её со всех сторон, примерно так же, как мы осматривали друг друга на Регенде, в детстве, после купания. Только в этот раз я искал не пиявок, а понятно что. Строго говоря, нужды в этом не было: Кэп уже доложил мне, что ни на теле, ни внутри тела женщины ничего постороннего нет. Но не мог же я упустить такой случай! Поэтому и разглядел её с ног до головы, со всех сторон, со всей тщательностью. И надо сказать, что она мне понравилась. Крепкая, крупная для такой малявки грудь (я приподнял и прощупал обе, ища что-либо шпионское), круглая, тренированная задница спортсменки, невероятно тонкая талия, крепкие ножки… Довольно-таки привлекательное личико (хоть по нему и было заметно, что Тодас немолода), густые рыжие волосы до низа лопаток. Когда я просунул ей пальцы в промежность, она вздрогнула и покраснела. Но промолчала, понимая, что раз уж спалилась с передатчиком в лифчике, то теперь нечего вякать. Средний палец вошёл в неё полностью. Не нащупав им (естественно!) ничего постороннего, я убрал руку и даже расправил ей растрёпанные локоны на лобке, словно погладив за послушание.
Фисса, закусив губу, хмуро наблюдала за моими манипуляциями. По её напряжённому молчанию я понял, что предстоит разговор. 
- Одевайся, Тодас. А это всё, — я показал на передатчик и прочее, — придётся оставить здесь. Смурх вернёт Тварке. И учти: все твои вещи будут тщательно проверены. И лама тоже.
Женщина недовольно оскалилась и прошипела сквозь зубы:
- Ну вот это-то можно было вслух не говорить?..
- Иди. Собирай пожитки и тащи сюда. И ламу… Да! И ламу сюда веди!
Тодас спешно оделась и, сопя от злости, вышла из дома прочь.
- Фис, расскажи мне, наконец, что не так с ламами?
- Не-а. Я их люблю. Они хорошие. А почему они бесят Других — пусть тебе эта Тодас и рассказывает, раз уж заикнулась про местные обычаи и нормы приличий.

<13>

Ламы неспешно везли нас по холмам. Пейзаж мне нравился просто до щенячьего восторга: сквозь травы, покрывающие холмы, то тут, то там просовывали свои каменные лобешники скальные выступы; местами росли деревья, в основном хвойные — те самые секвойи и сосны. Самое замечательное, что на них росли шишки! Точно так же, как и на земных хвойных, что в своё время были культивированы на Регенде. Встречались и рощицы лиственных, и отдельно стоящие. Среди них преобладали какие-то деревья, похожие на пирамидальные тополя, но с листьями, больше похожими на рябиновые. Местами я замечал и плодовые, уже знакомые мне по окрестностям Томпа.
Ламы порой начинали разбредаться в поисках более привлекательных кормов, но подёргивание ушей прекрасно возвращало этих лохматых бродяг на путь истинный. Папа крепко припекал нас с небосвода, но жарко не было, благодаря ветерку, привольно шныряющему по холмам. Фисса, дувшаяся на меня за чрезмерный интерес, проявленный при обыске Тодас, помалкивала. А шпионка, дувшаяся на меня за то же, но по другой причине, вообще держалась подальше от нас обоих. Я не был сильно огорчён этим обстоятельством, а желание пообщаться, обсудить ситуацию, компенсировал трёпом с Кэпом.
- Дроны много набрали информации?
- Достаточно. После анализа выдам тебе самое важное.
- Только не сегодня ночью. У меня от последнего сеанса гипно чуть голова не лопнула.
- Голова у тебя болела от переутомления физического. И отравления во время купания.
- Да ладно. На Аз есть что передать?
- Ничего срочного.
- Яхта в порядке? Никто там не околачивался поблизости?
- Пока нет. Дрон приглядывает.
Фисса потянула ламу за правое ухо и приблизилась ко мне почти вплотную.
- Толик. Не обижайся.
- Я и не думал!
- Правильно. Нам надо держаться вместе всё-таки. Да и проверить эту Тодас надо было, всё ты правильно сделал.
Я подумал, что она, не зная о том, что Кэп сделал проверку и без меня, постепенно убедила себя в том, что мои действия были оправданны. Ну что ж, так оно и лучше. Потому что если бы я взялся ей объяснять, она заподозрила бы что-то неладное. А уж если бы я честно сказал, что просто из любопытства разглядывал инопланетянку, то и вовсе не поверила!
Тодас, услыхав, что мы переговариваемся, подтянулась к нам и навострила уши. Напрасный труд: говорили мы по-русски. Это раздосадовало нашего гида и она решила заговорить сама, чтобы вынудить нас перейти на понятный ей язык. 
- Параллы, а у вас что, свой язык?
Смеху ради я заговорил на другом, отвечая на вопрос, заданный на улиххском.
- Да. Это наш собственный, наше наречье это. Оно не имеет ничего общего ни с громадским, ни с вашим, ни вы, ни громадины не говорят на нём. Извини, не сердись, что мы на нём говорили, беседу вели непонятно тебе, я не знал, что ты подслушиваешь, любопытства твоего не учли!
Тодас фыркнула и даже тихонько сплюнула в сторону.
- Толлик, перестань. Если вы хотите наладить отношения с нами — зачем постоянно подначивать?
- Тод, я вот что хотел узнать, — я перешёл на громадский, — ты только не плюйся, я заранее извиняюсь, всё такое…
- Что?
- Ламы, Тод. У нас нет ничего такого, что заставляло бы нас психовать при их упоминании. Расскажи, будь так добра, чтоб я знал и не попадал в глупое положение.
Коротышка насупилась, поджала губы и покраснела. Параллка тоже прикусила губу, но лицо её приняло шкодное выражение. Было ясно, что Фиссе известно, о чём идёт речь. Но она тоже хотела услышать объяснения из первых уст. Тодас вздохнула глубоко и заговорила:
- Толлик, наш народ раньше… всегда, скажем так, занимался скотоводством. В отличие от Громадин, мы не земледельцы.
- Кочевники?
- Да. Как тебе должно быть известно, ламы бывают большие и маленькие. Больших разводили для верховой езды, для шкур, позже начали их стричь…
- Понятно.
- А маленьких держали на еду и, опять же, шкурки, шерсть…
- Короче, моя лама, хочу — катаюсь, хочу — сношаюсь.
Мне надоели её ужимки и недомолвки, можно подумать, я не жил среди пастухов и не знаю, что деревенщины с овцами делают. Фис вытаращилась на меня и даже не рассмеялась, а Тодас обречённо кивнула.
- Как-то так. Толлик, скажи честно, ты же знал об этом?
- Догадывался. Не понимаю вот только, почему это вас так смущает.
- Ты серьёзно?! — услышал я три голоса сразу. Кэпа тоже удивила моя позиция, а Фис и Тод от неожиданности спросили об этом каждая по-своему.
- Да, — я пожал плечами, — для кочевых скотоводов это обычное явление. В процессе развития от таких привычек отказываются, но при соответствующих условиях рецидив весьма вероятен.
- Толлик, наверное, ты знаешь, что этим с ламами занимаются не только мужчины. Это явление всё ещё распространено среди… сельского населения. И людей образованных раздражают намёки на это. Да и селянам лучше не напоминать об их пристрастиях.
Я согласно кивнул и незаметно подмигнул Фиссе. Та, ожидавшая увидеть шпионку в нелепом виде, была совершенно ошарашена моей реакцией и хмурилась. Я усмехнулся и, извинившись перед Тодас, перешёл на русский.
- Тебе что, как-то плохо от того, что они это делают? —Я почесал своей ламе макушку и та, довольная, прикрыла глаза и запрядала ушами. — Смотри, какая красотка!
- Толик, это самец, если что. Ну так, на всякий случай.
Я хмыкнул и продолжил уже всерьёз:
- Ты не подумай, я не одобряю зоофилии, но и не готов из-за этой, по сути, безобидной ерунды, ставить на других клеймо неполноценности или порочности. К тому же, насколько я понимаю, процесс отторжения этой практики уже идёт.
Фис долго молчала, потом заговорила на улиххском.
- Да нет мне до этого никакого дела. Просто как представлю, что эти чудики и чудачки вытворяют такое — аж не по себе становится. Понимаешь, у Громадин так не принято, для них это дикость дичайшая. Но и поводом для войны это никогда не было!
- Интересно, я правильно думаю?..
- Про что?
- Мужички пользуют мелких лам, а женщинки — крупных?
Фисса заржала и дёрнула ламу за ухо, чтобы немного отъехать и не мешать разговору хохотом.
- Кстати, Тодас, — я обернулся к коротышке, — а что вас заставляет воевать с Громадинами?
Та посмотрела на меня с укором и отрицательно крутнула головой.
- Можно подумать, тебе это не известно.
- Мне это известно, но от другой стороны конфликта. Громадины утверждают, что уже довольно-таки давно всячески стараются избегать вооружённых столкновений.
- Толлик… вот хотела ответить, да задумалась. — Коротышка слегка потянула свою ламу за уши и та чуть сбавила ход. — Давай вернёмся к этому вопросу попозже. Вот поговоришь с жителями Салера, сделаешь какие-то выводы. А после я постараюсь изложить тебе свою версию. Не официальную, которую используют для пропаганды, а именно свою.

<14>

В Салера нас ждали. Система оповещения у Других была налажена, вероятно, для экстренных ситуаций. У крайних домов, выстроенных из камня и стволов деревьев, нас встречали… важные люди. Я не знаю, как это называется именно в этом месте, но по всему было видно, что эти немолодые, необычно наряженные коротышки — не рядовые граждане. Самый важный вышел вперёд и, разведя руки, словно собираясь обнять нас всех вместе с ламами, важно проговорил:
- Приветствую дорогих гостей от имени человечества Салера!
Пафос прямо-таки бил фонтаном. Я глянул на Фиссу — та пожала плечами и отвернулась со скучающим видом. Тодас сидела по стойке смирно, скромно потупив глаза. У меня появилось подозрение, что в Салера не всё так просто, как нам могло показаться…
- Здравствуйте. И ты, и всё человечество Салера. Можно нам спешиться и размять ноги?
- Непременно. Оставьте поклажу и животных, о них позаботятся.
У меня так и чесался язык — попросить не сильно заботиться о нашем транспорте, но я сдержался. В конце концов, это же большие ламы. Их-то никто не обидит. Окружившие нас важные коротышки оттеснили Тодас, а нас повели к большому дому, явно построенному с расчётом на приём рослых гостей. Я пару раз оглянулся и заметил, что наш гид совсем не рада тому, что её волокут (и весьма бесцеремонно) в другую сторону.
- Так! Стоим. Ты, — я ткнул пальцем в главаря, — тебя как зовут?
- Кистан.
- Так вот, Киса, пошли мальчика за Тодас. Да-да! И немедленно.
Гомон вокруг нас утих, наступила такая тишина, что было слышно, как чихают блохи на ламах. Кистан внимательно посмотрел мне в глаза и сделал жест. Словно бы хотел дать мне что-то понять. И в то же время — веля выполнить моё требование. Тодас подвели к нам; коротышка, выглядящая перепуганной до смерти, вцепилась в мою руку так, словно бы только это могло спасти ей жизнь. Она затравленно озиралась и дрожала…
- Спасибо. Впредь постарайтесь спрашивать меня о местах размещения моих спутниц, хорошо?
- Не будем спорить, — Кистан был не то чтоб недоволен, скорее разочарован, — позже я объясню, в чём дело. Пока пусть будет по-твоему.
И сделал приглашающий жест в сторону большого дома. В полном молчании мы направились к двери, гостеприимно распахнутой для нас. Но воздух вокруг просто вибрировал от напряжения и я силился понять: что же, чёрт возьми, здесь происходит? 
В помещении был приготовлен стол с угощением, нам с Фиссой указали места, предназначенные для нас. С Тодас произошла заминка — она так и продолжала держаться за мою руку. Параллка не стала заморачиваться и поставила для неё стул между нашими. Когда все с горем пополам расселись, нам подали высокие бокалы с какой-то жидкостью. По запаху я понял, что это продукт брожения, что-то вроде вина или браги. Посмотрел на своих спутниц. Фисса чуть пожала плечами. А Тодас скривилась и под столом показала мне жестом, что лучше не пить. Я поднял бокал и немного отпил, вкус мне не понравился — кислятина. Поэтому больше я к этому пойлу не прикасался. Меж тем хозяева нехило так приложились, кто до дна выглотал, кто почти до дна. Кистан утёр губы рукавом, перевёл дух и заговорил.
- Мы планировали провести нашу встречу без присутствия военных, — он кивнул в сторону Тодас, — но пожелание гостей не выполнить было бы невежливо. Нам сообщили, что вы присланы сюда с мирной миссией. И также мне известно, кто вас сюда прислал. Доктор Йелл хорошо мне знаком, его единомышленники… не буду их называть, по понятным причинам, — он снова кивнул нашему гиду, — также показали себя людьми достойными. Эта группа учёных и гуманистов заслуживает нашего доверия. В отличие от наших военных, к слову.
Меня начало раздражать его постоянное тыканье в Тодас и я предложил:
- Кистан, участие женщин в разговоре необязательно. Пусть Фиссу и Тодас проводят отдыхать, — я поднял бокал и понюхал с сомнением, — а мы с вами тут побеседуем, обсудим интересующие нас всех вопросы.
Тот согласно кивнул, сделал негромкие распоряжения и улыбнулся мне. В выражении его лица я прочёл явное удовлетворение. Судя по всему, Кистана реально напрягало присутствие разведчицы. Когда женщины ушли, он облегчённо вздохнул, распустил застёжку на воротнике и покрутил головой. Даже выглядеть стал как-то нормальнее.
- Спасибо, Толлик. Жаль, что твоей спутнице пришлось уйти, но этой суке место в яме, а не среди нормальных людей. Я про Тодас. С ней я, к несчастью, тоже хорошо знаком. И не понаслышке.
- Насколько я понимаю, — так и не решившись отпить ещё, я поставил бокал на стол, — мне предстоит разговор с группой лиц, аналогичной команде, включающей Йелла. Или пытающимися выглядеть такими.
- Толлик, не буду лукавить. Нас немного. Тех, кто хотел бы наладить если не сотрудничество, то хотя бы мирное сосуществование с Громадинами. Наши бесконечные конфликты провоцируются военными — это понятно: если не будет врага, не будет нужды и в армии. Тут и экономические, и политические мотивы. Прости, что говорю очевидные вещи.
Я улыбнулся и помотал головой, давая понять, что мне не нужно объяснять.
- Вот и не говори. Кистан, поверь, я знаю достаточно. Цель моего визита к вам вообще может показаться тебе абсурдной, но тем не менее. Я пришёл не для заключения союза, не для переговоров и уж никак не для разведки. Меня привело простое человеческое любопытство. Дело в том, что все мои знания однобоки. Они получены от Громадин. А я хочу посмотреть своими глазами, услышать вашу версию.
Мой собеседник нахмурился, потёр шею ладонью. Было видно, что такой расклад его не устраивает. Но чем я-то мог помочь этим людям?! Я, пришелец, едва освоившийся в этом мире и толком ничего не знающий о местных проблемах? И именно в этот момент Кэп тихо окликнул меня:
- Капитан, у яхты наблюдается активность.
Паники не было, но занервничал я моментально. Резко встал и, не говоря ни слова, вышел во двор дома.
- Что там?
- По данным с дрона, в непосредственной близости находится кар и несколько аборигенов.
- Другие?
- Да.
- Есть возможность отогнать их оттуда?
- Яхта включит противометеорную защиту при необходимости.
Об этом я знал. Как и о том, что в крайнем случае будет включен генератор свёртки пространства. Мне просто не хотелось, чтобы Другие вообще видели яхту! Определить, что это техника произведена не на Глэдис, много ума не надо. Громадины приняли меня за паралла, но тогда ещё никто на планете не знал, что я инопланетянин. Теперь же, если имела место утечка этой информации, Другие могли сразу понять, что у них в гостях совсем не паралл. И чем это закончится — никому не известно!
- Кэп, рядом есть дрон?
- Да.
- Если я отправлю тебя на нём к яхте, сможешь там что-нибудь предпринять?
- Нет. Кто меня переставит с дрона в панель управления?
В дверях показался один из коротышек и раскрыл рот, намереваясь заговорить со мной. Я вытянул в его сторону руку и жестом велел убираться обратно. Присутствие посторонних мне в тот момент было совершенно ни к чему. Мужчина закрыл рот, кивнул и скрылся, но у меня возникло ощущение, что наблюдение за мной не прекратилось.
- Кэп, надо что-то делать. Я не хочу, чтобы Другие поняли, что я не паралл.
- Капитан, никто не заставлял тебя ни спускаться на Глэдис, ни путешествовать по ней. Теперь поздно скрывать своё присутствие здесь, не так ли?
Кровь прилила мне к лицу и охватила злость.
- В каком случае включится генератор?
- При нарушении противометеорной защиты. Если после обстрела приближающихся объектов продолжится воздействие тем или иным образом.
- Что ж… Пусть всё идёт по плану. Никто не просил их лезть туда.
- Капитан, считаю необходимым напомнить, что тебя никто не просил лезть сюда. И чем закончится для Глэдис свёртка пространства на её поверхности — никому не известно.
Злость мою как ветром сдуло. Прикинув так и этак, я вбежал в дом и крикнул:
- Где Тодас? Мне необходимо её видеть. Немедленно!
Видя, что произошло что-то из ряда вон выходящее, Кистан толкнул ближайшего своего соседа и крикнул:
- Отведи быстро, скорее проводи!
Коротышка вскочил, подбежал ко мне и, ухватив за руку, бегом потащил в сторону одного из близстоящих домов. На бегу он выкрикивал чьё-то имя: 
- Залтар, Залтар!
Вбежав во двор, он бросил меня и скрылся за дверью, вскоре оттуда выбежали обе мои спутницы.
- Тод, нужно немедленно сообщить твоим, чтобы они убрали людей из долины гейзеров. Немедленно!
- Я… я не могу. У меня отняли все средства связи!
- Кэп, свяжи её через дрон!
- Хорошо. Пусть она возьмёт меня в руки, я уже послал один аппарат к Тварке.
Я вытащил Кэпа из нагрудного кармана и протянул Тодас.
- Возьми и держи крепко.
Женщина с опаской взяла прибор и вопросительно посмотрела на меня.
- Что это?
- Средство связи. Скажи Тварке, чтоб немедленно убрали людей. Иначе… Иначе плохо будет. Всем!

<15>

Мы с Фиссой не могли уснуть. Даже после двух схваток в стиле «боевая Камасутра» сон не приходил. Сказывалось напряжение прошедшего дня. Тодас не смогла убедить Тварке убрать людей от яхты, та шваркнула противометеорными стрелами. Коротышки проявили настойчивость, но полевую защиту пробить не смогли. Кончилось тем, что на одну тысячную долю секунды включился генератор свёртки пространства…
Теперь мы знаем, что при этом происходит: одна из гор, попавшая в зону поражения, превратилась в щебёнку. Вся. Что стало с Другими-солдатами — даже думать не хочется! Чёрт, вот говорили же: уйдите. Нет? Ну сами виноваты.
- Толик, инцидент в долине гейзеров могут воспринять как агрессию Громадин. Это же просто подарок для военщины Других!
- Фис, ты реально считаешь, что было бы лучше, если бы они разобрали яхту?
- Другие не смогут создать оружие на основе ваших технологий. Уровень не тот.
- Но идеи вполне могут использовать. Свёртку пространства не осилят, но антиграв или противометеорку реализовать лет через пять-десять — вполне. И вообще, меня больше волнует собственная жизнь, если честно.
Она приподнялась на локте и внимательно посмотрела мне в лицо. Догадываюсь, что за мысли её посетили, но сказал я правду. 
- Толик, скажи им. Что ты пришелец, а не паралл. Возможно, это поможет избежать эскалации.
- Ага. И меня здешние вояки запрут навсегда — просто для того, чтобы я не помогал Громадинам. И тогда и мне конец, и яхту расколупают, и тебе придётся до конца жизни рожать полу-параллов. Об этом не думала? Если тебе на меня плевать, то подумай про себя, милая.
Фисса откатилась на край постели, повернулась ко мне спиной и затихла. Чувствовалось, что она обижена, но возразить-то нечего. А у меня на душе творилось и вовсе чёрт-те что. Кэп на это отреагировал струйкой аэрозоли, что, обычно, действовало, скажем так, бодряще. Но не в этот раз: сделав пару глубоких вдохов через нос, я уснул.
А наутро мы отправились на местное озеро. Я купаться с детства люблю, а Фисса не хотела оставаться в Салера одна. Едва мы успели снять одежду, как на берег почти бегом примчалась Тодас — ей в посёлке, надо полагать, тоже не очень уютно без нас было. Фисса посмотрела на коротышку, задумчиво кивнула и пошла в воду, развязывая на ходу волосы. Тод подошла ко мне, раскрыла рот и, смутившись, отвернулась. Судя по её реакции, что-то в моей анатомии было не так. Я же, мысленно плюнув на всё, попросил Кэпа брызнуть мне добавочно антидота, чтобы поплавать и понырять в удовольствие, не боясь перегрузок.
После купания улёгся на циновку и, пригревшись в лучах Папы, погрузился в лёгкую дрёму. Краем уха я слышал, как женщины переговариваются меж собой, но вникать не хотелось. Болтают бабы, да и пусть болтают. Чего им ещё делать-то? К действительности меня вернул голос Тодас, обращавшейся ко мне. Похоже, ей удалось справиться со смущением.
- Толлик, есть разговор.
Я приоткрыл один глаз, посмотрел на её озабоченную моську и буркнул:
- Говори.
- Как тебе понравилось общение с Кистаном?
- Никак. Этот человек изображает из себя этакого оппозиционера, но получается у него плохо.
- Верно подметил. Он ничем не отличается от Тварке и вовсе не стремится ни к чему другому…
- ...И просто перетягивает одеяло на себя. Тод, я не великий знаток людей, но неискренность чувствую задницей.
- Хорошо сказано. Про чувствительность. — Она помолчала, потом продолжила: — Помнишь, ещё когда ехали сюда, я говорила, что вернёмся к теме войн меж Громадинами и нами?
- Да. — Я понял, что разговор обещает быть интересным и перевернулся на живот, так, чтобы смотреть в лицо собеседнице. Та подвернула ногу, прикрывая промежность. — Насколько я успел понять, Кистан представляет оппозицию, но другого толка. Он тот же ненавистник Громадин, что и твои коллеги, просто немного другого вида.
- Всё верно. А… ты сделал какие-то выводы по поводу причин наших войн?
- Я могу только гадать, Тод. Судя по тому, что агрессивно себя ведёте именно вы, и по тому, что я слышал от Йелла, конфликты не прекратятся ещё очень и очень долго. Вам, маленьким людям, нужно пережить эту стадию общественного развития. И времени на это может уйти очень много. Что же до причин… Полагаю, что за уши притянуть можно любую.
- Ты прав. — Тодас чуть оскалилась и выдохнула через сжатые зубы. — Проблема в том, что Громадины пытаются вести дела не с тем, кем нужно.
- Мужчины? Я угадал?
- Да, — женщинка кивнула и горько усмехнулась. — Эти создания будут упрямо гнуть своё, прикрываясь тем, что воюют за свои семьи, за будущее детей и прочее. Так что можешь не тратить время на эти разговоры. — Тодас сменила неудобную позу, наплевав на условности и продолжила: — Что же до причин — истинных причин нашей неприязни к Громадинам, я имею в виду — дело именно в том, что они сотни лет относились к нам, как к животным. Как к забавным, смышлёным зверькам. Да, дело прошлое, но…
- Обидно, я понимаю.
- Да. И ещё эта несправедливость… с параллами. — Она внимательно посмотрела мне в глаза и я заметил горечь в её взгляде. — То, что мы гибнем, а Громадины…
- Тод, я не большой специалист, но это не их вина. Полагаю, раньше мы, как и те же ламы, не могли иметь гибридов, но ведь в процессе становления именно разумного вида, происходят активные мутации. Скорее всего, именно из-за этого и произошёл какой-то сбой, количество хромосом сравнялось или что-то ещё, позволяющее нам иметь смешанное потомство. Как гарантия сохранения разумной жизни.
Коротышка обернулась к Фиссе и, убедившись, что та нас не слышит, негромко проговорила:
- Толлик, Кистан может… Скорее всего даже, он предложит тебе оплодотворить несколько наших женщин. Не соглашайся, прошу тебя.
- Тод, да пусть его. Я бесплоден. Моя жена не может забеременеть и дело тут не в ней.
- Ни в коем случае не говори об этом никому! — голос Тодас прозвучал встревоженно. — Иначе Фиссу у тебя отнимут и принудят… сам понимаешь.
- Спасибо, что предупредила.
Днём Кистан подошёл ко мне, когда я сидел в тени местной груши (плоды похожи с виду, но на вкус просто гадость) и изучал самые важные новости от дронов. Он покрутил головой в поисках стула и, не найдя ничего подходящего, опустился на корточки. Выглядел он при этом потешно: низкорослый пузан, выдающий себя за совесть нации, сидящий в столь нелепой позе… Курам на смех. Тем не менее, я попросил Кэпа сделать паузу и уделил внимание этому человеку.
- Толлик, поговорим, как мужчины.
- Непременно, обязательно.
- Вероятно, тебе известно, что наши женщины не могут иметь детей от Громадин.
- И?..
- Но твой отец был человеком. А мать — Громадиной.
- Вы посоветовались и ты решил…
- Толлик, я вижу, что ты меня понял.
- Понял. Только я не племенной самец ламы. Дослушай, — прервал я раскрывшего рот Кистана, — против я ничего не имею, но не подсовывай мне баб. Сам найду и сам всё сделаю, не надо мне свечку держать. И вот ещё что: тебе не приходило в голову, почему я не отдал тебе Тодас?
- То есть…
- Да. — Врал я, конечно, напропалую, но это давало шанс и мне, и нашей коротышке. — Именно так и есть. И пока я не буду убеждён в том, что у нас с ней всё получилось, прошу не вмешиваться.
Кистан кисло улыбнулся, но спорить не стал. Я же, более не обращая на него внимания, по русски продолжил прерванный диалог с Кэпом. Пузан послушал нас с пол-минутки, тяжко, с кряхтением, поднялся и пошёл прочь.
Подошла Фисса. Я уже успел закончить с новостями и поэтому был рад, что она сама пришла, что мне не придётся её искать для разговора.
- Фис, надо нам валить отсюда. По сути, мы свою миссию выполнили. А задерживаться не резон: Кистан бьёт копытом, Тварке тоже наверняка приготовил не один вопрос…
Она задумчиво кивала, но по тому, как она кусала при этом губы, я понял, что у неё для меня что-то важное.
- Толик, нужно задержаться. Ты всё правильно сказал, но тут выяснилось кое-что. Это важно.
- Если ты о том, что Громадинам надо вести переговоры с Другими-женщинами, то я тоже думаю, что Йеллу нужно об этом знать. Но… Фис, пойми, в обозримом будущем у вас всё равно будут напряжённые отношения, стычки и, боюсь, в ближайшее время тоже: казус с яхтой.
Параллка снова кивнула и, глядя мимо меня, негромко проговорила:
- Дело не только в этом. Одна местная женщина проговорилась, что в Салера прячут мужчину-паралла. Его привезли откуда-то и держат в самом дальнем от нас доме.
- Хочешь поговорить с ним?
- Не только. Но сначала поговорить. — Фисса посмотрела на меня, хмыкнула и добавила: — Это не то, о чём ты подумал!

<16>

Поздно вечером, после секса, я рассказал Фиссе о разговоре с Кистаном и ситуации с Тодас.
- Не буду врать, Фис, что мне не нравится идея отодрать эту шпионку. Но дело даже не в моих желаниях и симпатиях. Местные должны знать точно, что я крою вас обеих. Для вашей безопасности, лапка.
Она насупилась и буркнула:
- Хотя бы дождись, пока я усну.
- Ага. Мне как бы теперь до утра ждать не пришлось, милая.
Фисса сердито фыркнула, косо посмотрела на меня и махнула кистью, давая понять, что я могу убираться. Уже в дверях меня догнал её сердитый, наполненный желчью говорок:
- Потом к ламам не забудь наведаться.
- Непременно, хорошая моя.
Тодас восприняла моё вторжение с каким-то обречённым смирением. В её возрасте секс никак не мог быть чем-то непознанным, в отличие от совсем юной параллки. Но и перспектива контакта с параллом её, похоже, несколько всё-таки напрягала. Вспомнив её смущение на пляже, я предположил, что её настораживает мой размер. Но мысль о том, что она, возможно, чисто теоретически, могла иметь в приятелях ламу…
- Толлик, прошу тебя…
- Проси.
Тод нервно хохотнула.
- Можно я буду на спине лежать?!
Я, стараясь не показывать своего изумления, кивнул. Можно подумать, что миссионерская поза — это какое-то извращение! Хотя… Откуда мне знать, что тут у них в порядке вещей, а что нет? Первые пол-минуты всё шло нормально. Затем коротышка начала стонать сквозь стиснутые зубы, потом стала вскрикивать в такт моим движениям. Потом орала почти безостановочно, чем напугала меня и сбила с настроя. Но молодость и здоровье победили: закончив начатое, я свалился набок, перевернулся на спину и, получив дозу антидота, бессильно выматерился.
- Эй, шпионка! Ты там жива?
Тод всхлипнула и пролепетала совершенно счастливым голосом:
- Жива, жива… Что со мной сделается. Замужняя, чай, женщина, не впервой.
- До увечий дело не дошло? А то так орала, я уж решил, что ты лопнула по всем швам.
Тод тоненько захихикала и едва выдавила сквозь смех:
- Толлик… Дурья твоя башка, у меня детей четверо! И две внучки!
- Тогда чего разоралась? Напугала.
Коротышка со стоном сдвинула ноги, перевернулась на живот и с улыбкой посмотрела мне в лицо.
- Знаешь, я с ламами не пробовала, но представление имею о предмете. Ты при случае присмотрись, у них как бы размерчик-то…
- Дура! — Тодас уронила голову на руки и заразительно заржала. — Ладно, тогда скажи, почему ты захотела именно на спине? Вы как-то иначе это делаете?
- А вы?
- Я первый спросил.
Она хохотнула ещё разок, но ответила:
- Толлик, у нас принято сидя. Или на четвереньках, но это больше крестьяне практикуют. Лёжа на спине — это как бы подарок женщине, она получает чистое удовольствие, не напрягаясь. Так а у вас как? Громадины-то с нашей сестрой не церемонятся, берут в охапку и стоя насаживают…
Я задумался. Как принято у Громадин — я не знаю. Палиться, рассказывая о земных способах… Не стоило.
- Тод, я не делал этого с громадными женщинами. А с женой мы по-разному…
- А с нашими впервые?
- Да.
- И?..
- Нормально. Ничуть не хуже, чем с параллкой. Как думаешь, нас подслушивают?
Тодас стала серьёзной и негромко проговорила:
- Почти наверняка.
Я склонился к её уху и прошептал:
- Тод, они приволокли сюда третьего паралла, мужчину. Прячут в доме на той стороне Салера. На отшибе, видела?
Коротышка прикусила губу и, неуверенно кивнув, повела плечами. Словно озябла. Я откинулся и стал прикидывать — остаться спать тут или вернуться к Фиссе. По всему выходило, что лучше вернуться. Фис хоть завтраком накормит… но встать меня заставил русский шёпот борткомпьютера.
- Капитан, у яхты снова наблюдается активность. Теперь со стороны больших людей.
- Кэп, не здесь. — Я растрепал Тодас её рыжую шевелюру, шлёпнул по голой заднице и принялся натягивать трусы.
- Уходишь?
- Да. Просыпаться нужно подле жены.
- Я что-нибудь придумаю, чтобы вы смогли поговорить с тем парнем. Ну, что с той стороны Салера.
- Было бы неплохо, Тодди.
Фис сидела у окна и хрупала сухие кусочки джухха. Хруст стоял на весь дом.
- Что не спишь?
- Неважно.
- Фис, брось…
Я не договорил. Она подняла ладонь, прося тишины.
- Мне плевать, с кем ты и чем занимаешься, ты мне не муж. Толик, я не собираюсь устраивать проблем из-за этого, честно, — параллка повернулась ко мне и, сунув в рот очередной сухарик, вымученно улыбнулась, — мне немного обидно, врать не буду, но… Мы тут не для того находимся. Так что не напрягайся. — И с хрустом разгрызла джухх.
Кэп напомнил о своём существовании, брызнув мне в нос.
- Чёрт! Ну неужели нельзя делать это не так часто?! Хоть бы предупреждал, что ли…
- Капитан, дрон засёк стрельбу противометеорными стрелами.
- Да чтоб вас!.. Свяжи меня с кем-нибудь из них.
- Нельзя. Дрон собьют.
- Радио?
- Не уверен…
- Покажи мне их!
- Зачем? Что ты там ожидаешь уви… Стоп! Там Куом.
- Свяжись с ним, как угодно, придумай что-нибудь!
Фисса настороженно слушала нас, даже джухх грызть перестала. Я сунул в рот палец и принялся кусать сустав. Ничего не могу с собой поделать, как начинаю нервничать — грызу до боли. Кэп затих, подгонять его не имело смысла. Фисса вытянула у меня изо рта палец и протянула горстку джухха. Я сгрыз один кусочек… и засыпал в рот ещё пяток.
- Капитан, удалось привлечь его внимание. Сейчас Куом отойдёт от группы и с ним можно будет поговорить. Главное, чтоб он не начал в дрон стрелять. — Минут пять было тихо, затем Кэп снова подал голос: — Капитан, поговори с ним. Куом держит дрон в руках, он услышит.
Я проглотил непрожёванный джухх и глубоко вздохнул.
- Куом, дружище, прежде всего: отойдите от яхты. Она не разбирает, кто или что к ней приближается, она просто стреляет во всё, что движется.
Куом, похоже, уронил дрон от неожиданности, но быстро сориентировался, что к чему.
- Толик, где ты находишься? Мы ищем тебя, Йелл задержан, но ничего не желает говорить.
- Куом! Не тупи! Уйдите от яхты, пока не поздно! И чем дальше, тем лучше. Дрон держи при себе, в любой удобный момент мы сможем вернуться к разговору.
- С тобой всё в порядке, Толлик?
- Дур-рак! Поговорим, когда уберётесь оттуда!
Хвала небесам, Куому хватило слов и убедительности. Улиххцы ушли на свою территорию, оставив яхту в покое. К чему привёл бы второй «залп» генератора свёртки, можно только догадываться. Ближе к вечеру пилот-громадина вышел на связь и мы наговорились досыта. Как выяснилось, я зачем-то понадобился Вайтору, он связался с Куомом, тот попытался найти Йелла. И понеслось! Доктора нашли в Томпа, там же выяснили, что он без понятия, где я. При помощи аэросъёмки пытались найти яхту, но обнаружили лишь отсутствие одной из горных вершин. За неимением лучшего (яхта пряталась не только в видимом спектре) решили выяснить — кто и как умудрился сделать кучу щебёнки из скальных пород. А там уже и яхту обнаружили. Я спросил у Куома, как он, пилот, оказался в поисковой группе спецназа, и он объяснил, что, будучи моим куратором, просто обязан был лично принимать участие в поисках провороненного пришельца.
- Куом, а чего от меня нужно Вайтору?
- Не знаю, Толлик. Я доложил, что ты найден, что ты жив и здоров. Он требует доставить тебя обратно.
- Не выйдет. Я на территории Других. Вам сюда дорога заказана, как я понимаю. Но если Вайтору сильно нужно, мы можем поговорить! Я постараюсь ответить на все его вопросы.
- Можете поговорить?.. Как, Толлик?! Мне, чтобы доставить этот летучий передатчик, понадобится больше суток!
- Вот ты святая простота… Ты по своему радио можешь с Вайтором пообщаться?
- Да.
- Ну так опиши ему, как выглядит то, что ты держишь в руках. И скажи, что к нему в окно влетит точно такой же. Пусть возьмёт в руки и мы с ним поговорим.
Час ушёл на то, чтобы наладить связь с Вайтором. Разговор с ним мне совсем не понравился: он требовал немедленного возвращения, причём по тону его голоса можно было понять, что великан почти в бешенстве. 
Строго говоря, меня вообще-то ничто не держало на Улиххе. И про себя я решил, что после беседы Фиссы с параллом, помогу ей вернуться к Громадинам (оставаться с Другими ей однозначно незачем) и свалю с этой планеты. Просто потому, что проблемы аборигенов начали меня сильно раздражать. А уж участвовать в их разборках — да за каким чёртом оно мне сдалось?!
Однако... Хочешь насмешить господа бога — расскажи ему о своих планах. Ни ухищрения Тодас, ни интриги Фиссы не приводили к желаемому результату: засекреченного паралла в тихий уголок для задушевной беседы выманить не получалось. И даже когда я, устав от всей этой возни, тупо пришёл к Кистану и попросил его разрешить поговорить со среднеросликом, тот сделал вид, что не понимает, о чём идёт речь.
- Кистан, в доме, расположенном на лесной окраине Салера, содержится паралл.
- Разве?..
- Прекрати, пожалуйста. Я же видел, как ты входил в тот дом. И паралла видел. Он ростом с меня и у него серые волосы. Он прихрамывает и постоянно дико озирается. Словно чем-то сильно напуган. — Я изобразил выражение лица паралла и подёргал головой, как тот делал, пытаясь разглядеть дрона, кружившего неподалёку. Коротышка замялся, отвернулся и принялся бормотать на коротком. Я перешёл на его родное наречие: — Кистан, не обманывай меня, обманывать дурно. Мне поговорить хочется с параллом, побеседовать охота с ним. Простое любопытство, понимаешь? Я никогда не видел параллов, выросших не у громадин, других параллов видеть интересно мне.
- Толлик, там не паралл живёт, он не из ваших... Это наш мужчина, он просто высокий. Обычный наш мужчина, не паралл.
- Не ври. — Я устал и перешёл на улиххский: — Если он просто рослый другой, зачем вы его прячете? К нему не подпускают никого, его не выпускают из дома почти никогда. Охрана торчит круглосуточно — почему? Кистан, я не люблю повторять, но для тебя сделаю исключение: позволь мне просто поговорить с этим параллом. Чем тебе навредит то, что я утолю своё любопытство?
Кистан отвернулся и засопел, всем видом показывая, что не желает продолжать разговор. Я в сердцах выматерился и ушёл в дом, где сидела Фисса и ждала результатов переговоров. Параллка встретила меня вопрошающим взглядом, а я только раздражённо помотал головой. Она грустно кивнула, а меня разобрала такая злость, что аж кровь к лицу прилила. Кэп, не говоря ни слова, врезал мне в нос струйку антидота. 
- Фис, сходи за Тодас. Устроим военный совет.
- Хорошо, Толик.
Фисса вышла, оставив дверь открытой, а я, оседлав табурет, принялся соображать. Чтобы проникнуть в нужный дом, нужно устроить какой-то переполох. Причём серьёзный, такой, чтобы все, кроме нас ломанулись из Салера. Пока другие будут клювами хлопать, Фис уж как-нибудь да потолкует с этим чёртовым параллом. 
- Толлик, — вошедшая Тодас взяла стул и села поближе ко мне, — у меня так и не выходит никак устроить встречу Фис с тем парнем. Меня тут, мягко говоря, не сильно уважают.
Фисса взяла третий стул и тоже пристроилась поближе. Мы разговаривали негромко, мешая слова двух местных языков, порой мы с параллкой и по-русски что-то обсуждали. Словом, всячески усложняли жизнь тем, кто нас подслушивал.
- Короче. Идея такая: я отправлю Куому кое-что, он возьмёт яхту, прихватит Йелла и прилетит сюда. Появление двух Громадин в Салера вызовет панику?
- Однозначно, — ответила Тод.
- Когда тут все встанут на уши, Фис проберётся к параллу и убедит его сбежать вместе с ней подальше от посёлка.
- А дальше?
- Громадины уберутся на яхте обратно, а мы оседлаем лам и, послав подальше Кистана с причастными, свалим.
- А паралл?
- А это по обстоятельствам. Поговоришь с ним, захочет с нами — поедет с нами, захочет остаться — останется. 
- А ты в это время сдохнешь от отравления цианидами, — подал голос Кэп.
- Да провалиться!
- Если можно, выслушайте меня, — продолжил Кэп, — много времени я не отниму.
Женщины настороженно замолкли. Причём Фисса-то понимала, что говорит мой киберкомпаньон, а Тодас — просто за компанию.
- Говори.
- Отправь кое-что Куому. Я перегоню сюда яхту и устрою переполох покруче, чем пара Громадин. А вы уж там по ситуации… Делайте, что вам нужно. А как дела закончите, я вас всех и вывезу на яхте. Лам только придётся здесь оставить.
Я покусал палец в раздумьях и спросил:
- Четверых?
- Двое — на внешней подвеске. Тут недалеко, нестрашно.
Фисса перевела шпионке, сильно купировав речь Кэпа. Самое основное сказала, а подробности опустила: Тод же не в курсе подробностей яхты, Кэпа и меня. Мы ещё немного обсудили детали и я вызвал на переговоры Куома. Уяснив, что от него требуется, пилот спросил:
- А моя помощь вам не потребуется?
- Нет. Нас тут и так больше, чем места в яхте.
К счастью, сети, которыми мы подвешивали лам к яхте, у нас сохранились. Мы провели ревизию своей поклажи, избавившись от мало нужного и упаковав то, что бросать было нельзя. Тем временем прилетел дрон; Кэп вдул мне дозу препарата и рассказал, как самостоятельно сделать ингаляцию в случае необходимости… Всё было готово к акции. Дрон унёс Кэпа Куому, чтобы тот установил его на яхту. Наши вещи лежали компактной кучкой во дворе, накрытые попонкой. Фисса скрытно ушла к дому, где находился паралл. А мы с Тодас сидели в тенёчке и тупо ждали начала суматохи, готовясь к каким бы то ни было неожиданностям.

<17>

Всё пошло кувырком и как попало с самого начала!
Яхту на подлёте обстреляли из ручного оружия, что, впрочем, ей никак не могло навредить. Но изрядно навредило нам, лишив нашу затею эффекта внезапности! Другие не только заняли оборону, но и выставили охрану в самых важных местах — возле нашего дома и дома на окраине Салера. В полном отчаянии я тупо сорвался и устроил избиение младенцев. Тод, как могла, помогала мне… Нас загнали в дом и держали людей у каждого окна, пока вернувшаяся Фисса не разогнала караул у дверей.
В результате всей нашей затеи выяснилось главное: паралл, которого зачем-то привезли в Салера, был олигофреном. Как же я матерился, узнав, что вся наша буча была устроена вообще зазря! А больше всего меня волновала яхта: связи с Кэпом у меня не было, оставалось ждать с оказией дрона. Но в сложившейся ситуации, к нам не пролетела бы и муха, не то что прибор с ладонь размером. 
Мы сидели втроём, в окружённом толпой жутко рассерженных Других доме и пытались сообразить, что же нам дальше делать? Тодас и Фисса хоть на своей планете, хоть в плену, но дома. Я же, пришелец, лишённый корабля и сильно рискующий жизнью, был в положении просто отчаянном.
- Прими антидот, Толик, — негромко проговорила параллка, словно прочитав мои невесёлые мысли, — не хватало ещё, чтоб ты загнулся тут.
- Тод, Тварке поможет нам выбраться отсюда?
Коротышка передёрнула плечами и ответила, немного поразмыслив:
- Да. Но связи у меня нет, а стоит мне выйти наружу и… В лучшем случае, дело закончится ямой.
- Ямой всё закончится в любом случае. В ближайшее время Другие явятся сюда, чтобы устроить нам допрос — зачем мы устроили драку. У нас с Фиссой есть шанс остаться относительно невредимыми, мы параллы. У тебя такого шанса нет.
- И что теперь делать?
Шпионка была явно напугана перспективой, она с надеждой посматривала то на меня, то на параллку.
- Беги. Мы сейчас выйдем и устроим очередную заваруху, а ты беги. Как покинуть Салера, ты знаешь, а там… Чем быстрее ты свяжешься с Тварке, тем лучше.
Тодас посидела молча, подумала о чём-то своём, затем поднялась на ноги и подошла к одному из окон.
- Не надо заварухи. Есть у меня идея… Может и сработает.
Кистан сотоварищи пришли через минут сорок. Они уселись у стола и принялись рассматривать нас с брезгливым выражением на лицах. Было видно, что ситуация им совершенно не нравится. Мы же так и сидели втроём на короткой кроватке и ждали, как пойдёт разговор. Чтобы действовать, исходя из сложившегося положения. Которое сложилось пока что совершенно непонятно как. Затянувшуюся паузу прервал Кистан.
- Мы разочарованы. Громадины устроили провокацию, а вы их поддержали зачем-то. К вам плохо относились тут? Толлик, зачем ты устроил драку с нашими людьми? У нас и так были проблемы.
Не успел я и рта раскрыть, как Тодас негромко произнесла:
- Кистан, я беременна.
Тот нахмурился, посмотрел на меня, потом перевёл взгляд на коротышку. Выражение лица его сменилось на изумлённое.
- Правда?
- Правда. Мне нужно… сам знаешь.
Кистан бодро поднялся, сделал знак своим товарищам и те заторопились на выход.
- Это очень хорошая новость. — Толстяк перевёл взгляд на Фиссу. — Был бы счастлив услышать такое и от тебя! Толлик, поздравляю, — кивок в мою сторону, — все вопросы по сегодняшнему недоразумению… Они ни к чему. Отдыхайте!
И с широкой улыбкой тоже проследовал к дверям. Я посмотрел на Фис — та пожала плечами. Глянул на Тод. Она подмигнула и жестом показала: «Позже». 
Время тянулось, как перегретый полимер. Нас по-прежнему держали под строжайшим надзором и даже прогулки на берег озера превратились в нечто непотребное: стоило нам подойти к воде, как от берега отчаливала лодка с охраной и дежурство с биноклями продолжалось до тех пор, пока мы явно и однозначно не удалялись в сопровождении конвойных в сторону Салера. Мне никак не удавалось выйти на связь с Кэпом, местоположение яхты по-прежнему было мне совершенно неизвестно и это удручало.
Отношение Других к нам было настороженно-осторожным, напрямую никто не беспокоил, но и в безопасности мы себя не чувствовали — узники и есть узники. С антидотом я худо-бедно разобрался, научился отслеживать время ингаляций по самочувствию, но время от времени симптомы отравления давали себя знать и сказать, что я чувствовал себя нормально, было бы излишним оптимизмом и бравадой. На самом деле я понимал, что состояние моё постепенно ухудшается. И это тоже тревожило меня. По-хорошему, следовало покинуть Глэдис как можно скорее, но как?!
Во время очередного визита Кистана я сорвался и потребовал отпустить нас, чтобы мы с Фиссой могли вернуться домой, а Тодас получила, наконец, нормальный уход и надлежащее в её положении обследование. Чувствовал я себя в тот момент не лучшим образом — случайно вдохнул лишнего антидота. Кистан молча выслушал меня и, не сказав ни слова, удалился вместе со своими прихвостнями.
- Надо что-то делать, дамочки. Как хотите, но я сдыхать в этом чёртовом Салера не собираюсь.
Фис лишь глубоко вздохнула, а Тод что-то пробормотала себе под нос. Потом параллка принялась хлопотать по дому, а коротышка, приняв, судя по всему, какое-то решение, вышла из дома.
- Толик, надо найти яхту, — Фисса говорила по-русски и негромко, — иначе нам тут всем придётся несладко. То, что Тод наврала про беременность, станет ясно очень скоро, а как к этому отнесутся наши гостеприимные хозяева — догадаться несложно.
- Ясное дело. Но как её искать? Где?
Вернулась Тодас и принялась собирать свои нехитрые пожитки. Мы с Фиссой молча наблюдали, ожидая комментариев. И вот что услышали, когда коротышка закончила сборы:
- Толик, я убедила Кистана перевезти меня в Эрлут, это ближайший город. Как сбежать от провожатых — не вопрос. Вопрос вот какой: что делать дальше?
Я потёр в задумчивости ладони и пожал плечами.
- Просто спасайся. Я ничего другого тебе не скажу, Тод. Спасайся. А там уж… Как получится.
Ситуацию помог разрешить, как ни странно, полоумный паралл. В один из дней я вышел из дому в одиночестве и тупо шлялся по Салера, с тоской разглядывая опостылевший посёлок. Незаметно ноги принесли меня к этому чёртову дому, на окраину, где метрах в тридцати от жилья и лес уже начинался. Во дворе, под деревом, прямо на земле сидел паралл. Куда подевались его охранники — представления не имею, но в тот момент мужчина просто сидел под деревом и сонно смотрел на меня. Покрутив головой и убедившись, что никто на меня не накинется, я подошёл к нему и попытался заговорить. И имел шанс убедиться в том, что имею дело с классическим недоумком. Звуки, издаваемые бедолагой, не имели ничего общего с человеческой речью. Паралл сидел, вяло помахивал руками и что-то бормотал с подвыванием; я совсем уж было собрался уходить, когда он замолк и начал испуганно всматриваться во что-то, что было у меня за спиной. Голова его дёргалась весьма характерно — он словно бы следил за порхающей бабочкой или летучей мышью. Резко обернувшись, я убедился в правильности своей догадки: метрах в двадцати от меня порхал дрон.
Убедившись, что замечен, прибор неспешно полетел в сторону леса, я пошёл за ним — ясно же, что это Кэп прислал гонца. Едва посёлок скрылся за деревьями, дрон подлетел ко мне вплотную и я услышал тихий голос, передаваемый им:
- Капитан, яхта находится на мысу, на противоположном берегу озера. По суше туда пробраться невозможно из-за слишком плотных зарослей. Как можно скорее найди способ добраться по воде!
- Ясно, Кэп. Вечером жди, на месте поговорим.
- Не забудь капсулы с антидотом.

<18>

Рассказывать о том, что произошло дальше, мне не хочется. 
Я планировал составить с компьютером яхты план эвакуации, вернуться в Салера, подготовиться самому и подготовить Фиссу. По возможности как-то помочь Тодас. Вернуться к Громадинам, встретиться с Вайтором, Йеллом и Куомом. Рассказать им обо всём, что успел узнать и понять за время пребывания у Других…
Ничего из этого не произошло. Вообще ничего. На небольшой лодочке, едва не переворачивающейся от неподходящего по размеру гребца, я пересёк озеро и разыскал на мысу свою яхту. Валяющиеся на каменистом берегу бездействующие дроны должны бы были насторожить меня, но я был слишком взбудоражен и не стал раздумывать над этим казусом. Кэп попросил меня забраться внутрь яхты и закрыть люк. Едва я устроился в кресле, антиграв вышвырнул нас на орбиту и там включился генератор свёртки пространства.
Во время перемещения Кэп со мной почти не общался, он лишь доложил, что выполняет распоряжение моего руководства. И что все дроны деактивированы, а спутники сожжены в атмосфере Глэдис. Я сперва всё кричал, спрашивая, что будет теперь с Фиссой, кто поможет Громадинам начать переговоры с женской частью Других — ответа не последовало. Положение сложилось просто убийственное, мне больше ничего не оставалось делать, кроме как спать… Ни задавать вопросов, ни размышлять о том, какая судьба ждёт моих глэдисских друзей мне не хотелось. Организм, наконец-то освобождённый от обязанности бороться с отравлениями, оттягивался по полной и я спал десятки часов, просыпаясь лишь для того, чтобы удовлетворить естественные потребности.
Когда яхта вышла из гиперпространства, я уже полностью пришёл в себя, даже к невесомости почти совсем адаптировался. Мы по инерции двигались к Азу и я совершенно игнорировал запросы борткомпьютера по поводу дальнейших действий. Даже когда Кэп повысил меня в звании, назначив главным руководителем исследовательской миссии, я лишь криво усмехнулся и всё-таки промолчал. Чудовищное разочарование ввергло меня в полнейшее и бесповоротное уныние. Я понимал, что злиться на борткомпьютер бессмысленно, терзаться из-за незавершённых на Глэдис дел — тоже. Чувство того, что меня просто предали, никак не искупало ощущения от собственного, хоть и невольного, предательства. И это жгло, душило, травило меня изнутри. С нашей базы на Азе начали поступать запросы, но я молчал. Кэп, скорее всего, отправил донесение, но мне всё было безразлично. Вскоре я почувствовал, что яхта маневрирует, заходя на орбиту.
На базе меня взял в оборот наш эскулап. Не то чтоб прям хороший медик, просто умеет разбираться с аппаратурой лучше других. Я с тоской вспомнил Йелла, который за несколько суток смог разобраться в особенностях инопланетного для него моего организма и даже вывести формулу необходимого препарата. Адо, наш медик, неплохой парень, но его бестолковые манипуляции безумно раздражали меня. Меня всё раздражало на базе, если уж быть честным. Даже после карантина, после составления отчёта (вот тупость — что я мог добавить к данным, полученным от Кэпа?), после всех расспросов всеми любопытными, после того, как ажиотаж вокруг меня, наконец, прекратился, я всё равно не мог найти себе места. От мысли, что мне нужно возвращаться к работе и выполнять не самые сложные функции в группе разведки минералов, меня практически парализовало.
В один прекрасный день (к тому времени на меня уже начали коситься не только руководители базы) я забрёл в ангар, где покрывалась пылью яхта. Использовать это ценное оборудование в нуждах нашего «Аз-петро-сёч» не позволяли, поэтому судно стояло мёртвым грузом в ожидании отправки с оказией на Землю. Я вручную открыл люк и пролез на пилотское кресло. Без особой надежды подключился к борткомпьютеру и с удивлением услышал голос Кэпа:
- Слушаю, капитан.
- Не слушай. Я просто решил проверить — работает тут что-то или нет.
- Толик, как бы ни странно это звучало, но мне искренне жаль, что всё так закончилось.
- Брось. Ты же просто прибор, подчиняющийся командам определённого круга лиц. Кто-то более главный приказал тебе вернуться и ты сделал то, что положено.
- Тем не менее. Поверь, я примерно понимаю, что ты сейчас чувствуешь.
- Ничерта ты не понимаешь, — грустно резюмировал я и отключил питание. И, уже почти выбравшись наружу, обратил внимание на то, что баллончики с йелловским антидотом так и лежат в кабине. Именно эти синие цилиндрики и навели меня на мысль… Следующим пунктом моего блуждания по базе стал отсек нашего системщика.
- Юджин, привет. Разговор есть. Между нами.
Он посмотрел на меня и почесал бороду. Мы с ним прежде как-то и не пересекались, не было никаких дел у нас друг к другу. Поэтому мои слова, похоже, немало его удивили. Как и мой визит, на самом деле.
- Присядь, Толик. Что-то, касающееся работы?..
- Нет.
Юджин скосил глаза куда-то в угол и снова почесал бороду.
- Тогда говори!
- По секрету, договорились? — Он кивнул. — Ты сможешь переподчинить Кэпа яхты на одно лицо?
- В смысле? Ты хочешь… А! Глэдисские дела требуют завершения, я правильно понял?
- Правильно.
Юджин запустил в бороду обе пятерни и нахмурил брови.
- Толик, меня за подобное… Кхм… Содействие…
- Что? Уволят? Казнят? Лишат десерта? Джин, пойми, ты рискуешь получить головомойку. А на Глэдис дело к войне идёт! И я косвенно повинен в этом.
Системщик грустно посмотрел на меня и тяжело вздохнул.
- Толя, ты натворил дел. И теперь пытаешься меня втянуть. Нечестно это. Но я понимаю тебя, мне б на твоём месте тоже погано было. — Юджин отвернулся и принялся что-то колдовать на своём компьютере. — Иди, Толик. Я попробую что-то для тебя сделать. Но не обещаю, уж прости. И да, — он посмотрел мне в глаза, — я никому не скажу про наш разговор.
Я поблагодарил и пошёл к себе в отсек. А через три часа ко мне зашёл Джин с пластиной борткомпьютера в руках. Он сел на край лежанки и, глядя в пол и жестоко дёргая себя за бороду, сбивчиво проговорил:
- Вот. Он… одно лицо. Как ты просил. Только выбери, пожалуйста, время отлёта так, чтобы… Впрочем, всё равно.
Он аккуратно положил Кэпа на плед, стряхнул на пол выдранные из лица волосы и порывисто встал. Посмотрел мне в глаза, кивнул и ушёл, не закрыв дверь. Я с минуту бездумно смотрел на лежащий прибор, потом встал, оделся, навёл в отсеке порядок и, прихватив пластину, направился в ангар. Больше меня на Азе никогда и никто не видел.

<19>

- Куом, будь другом, скажи ребятам Зиру, чтобы в яхте перезарядили контейнеры РСВВ. Я всё расстрелял! И в пушках пусть автоматику проверят, смажут — правая подклинивала сегодня.
- Хорошо, Толлик. Сам как? Дышишь?
Я пошмыгал носом, прогоняя аэрозоль антидота из ноздрей в лёгкие.
- Дышу пока. Чёрт, у коротышек новые самолёты весьма неплохи, а? Замаялся их ловить, паскуд.
Куом сморщился и кивнул. 
- Да уж! Надо отдать им должное, научились извлекать выгоду из своей мелкотравчатости.
Уже полгода я воюю на Глэдис. После моего невольного отбытия началась очередная драчка, поводом для которой формально послужило «вторжение», сымитированное Кэпом и закончившееся эвакуацией меня на Аз. По возвращении я почти сразу включился в боевые действия, в качестве пилота ВВС Громадин. На яхту установили местное, примитивное вооружение и приборы связи; предлагали навигационные, но Кэп сказал, что сам справится. На пилонах, на внешней подвеске, я таскал по десятку средних бомб, когда вылетал на ночную бомбардировку. Там же подвешивали контейнеры с РСВП, когда я отправлялся на штурмовку, а при налётах авиации коротышек, яхта запросто превращалась в истребитель-перехватчик, работая штатной противометеорной системой и автоматическими пушками местного производства. От стрел ПМЗ никто не уходил, а вот пушки порой подводили.
Судьба Фиссы по-прежнему была мне неизвестна, про Тодас тоже не было никакой возможности что-либо выяснить. Йелл общался со мной через не хочу — никакие мои доводы он не принимал и продолжал винить за то, что параллка осталась у других. От общения с Вайтором я сам отказывался, несмотря на его настойчивость. Однажды он прибыл на нашу базу и меня буквально приволокли пред его светлы очи. Но наш разговор закончился меньше, чем за минуту:
- Эй, дылда, ещё раз позволишь себе нечто подобное — я тебя грохну. Уяснил?! Мне срать три кучи на тебя и твои резоны, доходчиво объясняю? Закрой рот и слушай, каланча! Я. Тебе. Не. Подчиняюсь! Прощай.
И вышел из комнаты, оставив гиганта в одиночестве хлопать глазами и ртом. На свежем воздухе я слегка поостыл и даже пожалел, что не выслушал Вайтора. Но чуть позже пришёл к выводу, что так и лучше: я выступаю в роли союзника, но подчиняться и выполнять чьи-то приказы не подписывался. Не нравится моя помощь? Так и идите в жопу, я не навязываюсь!
Как потом выяснилось, поступил я правильно. Куом передал-таки мне то, что хотел от меня Вайтор — тот планировал нанести удары по базам Других при помощи ГСП. Не то чтоб я не желал использовать генератор свёртки… Я не желал гробить сотни мирных жителей посёлков и деревень, в которых находились базы коротышек. Отдохнуть мне в тот день толком не удалось — Атор, командир авиазвена, в котором служил Куом, попросил вечером слетать в сектор ю-38-в и сделать аэросъёмку. Навешивать на яхту аппаратуру я не разрешил, Кэп вполне справляется с этим делом, используя штатную систему слежения за пространством.
Для более подробной разведки решили выслать два самолёта нижним эшелоном — спровоцировать других. А яхта должна была пройти выше и зафиксировать предполагаемую активность авиации коротышек. В кабинете Атора поднялся шум, поскольку в акции пожелали принять участие пять пилотов. Прийти к какому-то консенсусу они так и не смогли, поэтому я, перекинувшись парой фраз с Атором, попросил всех присутствующих замолчать и встать кругом. Пилоты, недоумённо переглянувшись, постепенно затихли и выполнили мою просьбу. Я встал между Уарху и Висти и, тыча попеременно в каждого, по часовой стрелке, начал читать древнее заклинание:
- Эне, бене, рес,
квинтер, финтер, жес, 
эне, бене, раба, 
квинтер, финтер, жаба!
Первой жабой вышел Уасту, стоявший рядом с сестрой. Я вытолкал его из круга и жестом велел сесть в сторонке. Поскольку второй круг я считал против часовой стрелки, то второй жабой была назначена Уарху. 
- Уарху, иди к брату, остальные свободны, — подвёл итог Атор.
Пилоты, немного поворчав, покинули кабинет, а мы вчетвером склонились над картой местности, подлежащей исследованию. Согласовав действия и составив пару планов на случай непредвиденных ситуаций, мы закончили военсовет. Уже в дверях меня окликнул наш командир, прося задержаться на минутку.
- Толлик, а что это за слова ты произносил? Это, вообще, что такое было?
- Ну как сказать… Просто набор бессмысленных слов. В детских играх применяется, для выбора главного или разделения на команды. Называется считалка.
Атор придвинул мне планшет и стило.
- Напиши слова. Буду использовать в таких случаях в дальнейшем.
Свой эшелон я занял сразу после взлёта, яхте не было нужды нарезать круги для набора высоты. Зависнув над взлёткой, я смотрел, как взлетали самолёты Уасту и Уарху. Эти пилоты чаще всего работали в паре, поэтому за слаженными их действиями было приятно наблюдать. Сделав по два с половиной круга, они легли на курс и пошли своим эшелоном в сторону урочища Тро, где, предположительно, располагался аэродром новых самолётов Других. На голографической развёртке я прекрасно видел, как пара У прошла над базой ПВО коротышек, видел, как запоздало взлетали их ракетки… С электроникой у них неважненько, на самом деле. Да и низколетящие цели вообще трудно обнаружить, если говорить по справедливости. Одна из ракеток устремилась, было, к яхте, но тупо не долетела: слишком высоко.
- Кэп, включи защиту.
- Стоит ли?
- Включи, не стоит нервировать их попусту.
- Да, капитан.
Кэп, хоть и был подчинён мне, привычку потрепаться не оставил. Никогда не перечил, команды исполнял, но вот пререкаться не прекращал. Мне это особо не мешало, наоборот — какой-никакой собеседник… Пара У прошла над лесом, над посёлком Ведарт, над холмами и рекой. До урочища Тро оставалось минут десять лёту. Над квадратом ю-38-в самолёты прошли низко и на небольшой скорости, сделали разворот и пошли снова. Сработало! Неприметные холмики внезапно перестали быть таковыми и спрятанные под маскировкой небольшие самолётики с вертикальным взлётом начали подниматься в воздух.
- Уасту, Уарху, уходите. Меняйте эшелон и валите домой.
Переговорник скрипнул помехами и я услышал исполненный надежды голос У-сестры:
- Толлик, может погоняем их чутка?..
- Уарху, ты дура? У вас боезапас какой? Никакой, я правильно понимаю?
- Обидно уходить, Толлик! Хоть маленько потрепать…
- У-брат! Сам отругай свою родственницу и валите к едрене матери отсюда! Оба и быстро. Как слышите?
- Слышим хорошо, — подал голос Уасту, — уходим. Толлик, если есть у тебя такая возможность — наверни хоть ты их чем-нибудь, а?
Я проследил за маневром отхода двух У до момента перехода их машин на сверхзвук. И принялся внимательно изучать урочище, плавно снижаясь. Я ничем не рисковал: даже если меня и видели радары Других, то пилоты всё равно не могли обнаружить яхту. По большому счёту, можно было тоже валить на базу, но что-то мне показалось подозрительным. Слишком легко коротышки выказали свой аэродром!
- Кэп, ты тоже думаешь, что это туфта?
- Само собой. Пять единиц взлетели с небольшой поляны. Маскировка — никакая. Фуфельный это аэродром, а не база.
- Вот и мне так кажется. В последний вылет нас трепало три десятка этих авиеток. И горючего у них было полно. Отсюда им до места боя лететь и лететь, а если прикинуть, сколько им на посадку нужно…
- А если парашюты?
- Нет. Площадь и массу такого лоскута сам посчитай и прикинь, где в такой крошке сделать укладку.
- Хм-м… Я бы сделал.
- Это ты. А Другие ещё и полимеры толком не умеют делать. Так что садятся они на моторах. А вертикальная посадка горючего требует как бы не больше, чем взлёт.
- А вдруг они садятся как обычные?
- Может быть. Только на что? На травку?
По всему выходило, что в Тро ничерта нет. Я велел Кэпу медленно, галсами, возвращаться и во все камеры изучать нижнюю плусферу. Искать любые отклонения, любые признаки человеческой деятельности. Сам же сидел, грыз палец и горько сожалел о сожжённых спутниках и угробленных дронах… Дронах. Так, дроны. 
- Кэп, параллельно просмотри файлы дронов, летавших в этих местах.
- Понял. Проверим.
Авиетки других, покружив немного, зашли на посадку и вскоре на них снова натянули маскировку. Ни визуально на голограмме, никаким иным способом, я так и не нашёл никаких признаков полноценного аэродрома в урочище Тро. Уже над землями громадин Кэп выдал на голограмму два изображения одной и той же местности: один, сделанный сегодня и второй, найденный в ещё довоенных файлах дронов. На довоенном имелся небольшой перелесок и распадок меж холмов. На новом снимке не было ни того, ни другого — просто ровная возвышенность.
- Кэп, а других файлов этого места нет?
- Нет. Старый файл взят из видео, где дрон следит за ларри, хищным животным.
- А где это место?
Кэп молча дал развёртку и выделил на ней нужное. Не Тро. Но очень близко. А с другой стороны — совершенно открытая местность, где невозможно спрятать даже гнездо какой-нибудь птицы, не то что аэродром. Ошибка?
- Кэп, давай пройдёмся над этим местом на минимальной высоте. Особое внимание удели тому месту, где был распадок. Деревья могли как-то там исчезнуть. Ну срубили или сгорело. А вот низина меж холмов сама никак не могла закопаться.
Облёт нужного места не привёл ни к каким результатам. Ни визуально, ни приборно (из того, что было доступно Кэпу) ничего обнаружить не удалось. За исключением того, что было видно на файлах: исчезли деревья и ложбина между холмов. Вернувшись на базу, я зашёл к Атору и спросил, нет ли аэросъёмки урочища Тро и его окрестностей, сделанной примерно после моего отлёта с Глэдис и чуть позже. Провозившись с ним пару часов, всё-таки нашёл то, что искал: на снимке ложбина была засыпана не полностью и грунт ещё не порос травой.
- Атор, в Тро нет аэродрома. Там всего несколько машин для создания видимости. А здесь, — я показал на карте, — явно и однозначно свален грунт, причём много грунта. И вот тут был лесок — он теперь отсутствует. На вашем снимке видно, что отвал грунта в процессе, нужно найти — откуда его возили.
- Это несложно, Толлик. Смотри, — он провёл пальцем по карте, — лесок вырубили потому, что он мешал. Значит, возили отсюда. Да и видно же, что там что-то наподобие дороги, прокатали, пока возили грунт.
- И куда она ведёт?
- Будешь смеяться! В Тро.
Я посмотрел на Атора и недоумённо помотал головой.
- Другие замаскировали аэродром ложным аэродромом?
Он усмехнулся и кивнул.
- Ну да. Это вполне укладывается в их логику.
- Но там нет ничего! Я обшарил Тро всеми способами и нашёл лишь пяток плохонько укрытых авиеток!
Атор почесал нос и посмотрел на меня. Как всегда — сверху вниз.
- Толлик, а грунт они где взяли?
- Шахты?
Он отрицательно покрутил головой.
- Иди отдыхать, Толлик.
С полным непониманием ситуации я оставил Атора и пошёл к себе, в комнату, которую делил с Куомом. Всех пилотов расселили вблизи базы, поскольку вылет мог потребоваться в любой момент и любым составом — время военное, что сделаешь. Я так и этак пытался решить вопрос, ответ на который был очевиден для Атора, поэтому не сразу понял, что Куома в комнате нет и койка его не разобрана, а моя, как раз-таки разбуровлена и, судя по всему, кем-то занята! Я успел раздеться до пояса, когда услышал женский голос:
- Толлик, не шуми, это я, Уарху.
- У?! Что ты тут делаешь? Комнату перепутала?
Она захихикала и поманила меня к себе. Нормальный такой, совершенно недвусмысленный жест пальцами.
- А Куом где?
- Он у нас в комнате. Толлик, ну ты чего как маленький?..
Я пожал плечами и невольно хмыкнул, вспомнив, на сколько Уарху длиннее меня. Метр не метр, но больше, чем полметра.
- А я и так маленький, У.
Она снова захихикала и похлопала ладонью по постели рядом с собой.
- Иди ко мне, бестолочь.
Я сел на кровать и внимательно посмотрел на эту дылду. Баба как баба. Ну длинная. Ну как бы с другой и с параллкой я уже этим занимался. Пора и с большой попробовать, что ли?
- В углу слева передатчик. Действующий, — предупредил меня Кэп, — аудио.
- Штаны на него накинуть — поможет?
- Лучше сапогом наверни как следует.
Уарху с любопытством вслушивалась в наш русский диалог. На базе все знали, что я не паралл и что иногда разговариваю на своём языке, но до сих пор никто не пробовал учить русский. Я дождался впрыска аэрозоли, пошмыгал носом и снял с себя эту упряжь, затем поднял крепкий сапог, прикинул место нахождения передатчика и со всей силы швырнул обувь в жучка. У зашлась хохотом уже в открытую — похоже, она знала о прослушке.
Утром, в столовой, где все пилоты поглощали плотный завтрак из мяса лам, мы с Уарху постоянно попадали под перекрёстные взгляды. Судя по всему, на Глэдис понятия о простой человеческой тактичности были несколько отличны от моих представлений. На нас пялились все, включая Куома, Атора и Уасту. Чувствуя себя совершенно не в своей тарелке, я отодвинул от себя миску с кусочками мяса и оглядел присутствующих. Не знаю, чего они ждали. С едва сдерживаемым бешенством я проговорил:
- Из всех присутствующих я один имел возможность переспать с Другой, параллкой и улиххской женщиной. Никакой, слышите? Никакой! Разницы! Нет! И от наших, землянок, они ничем не отличаются. А теперь прекратите на меня таращиться и жрите!
- Толлик не отличается от обычных людей, если кому-то это интересно, — подала голос Уарху, похоже, решившая меня поддержать, — не знаю уж, как себя мелкие чувствовали, а я себя чувствовала прекрасно.
Затихшие было присутствующие снова принялись за еду, негромко переговариваясь с соседями по столу. Но пялиться на нас с У прекратили.
- У, у вас что, принято обсуждать свои интимные дела на публике?
- Нет.
- А зачем установили жучка в моей комнате?
- Толлик, я сама и не подумала бы с тобой связываться. Не обижайся, — Уарху отхлебнула компоту из джухха и посмотрела мне в глаза, — но для меня ты сродни Другого. Нет, я не соврала сейчас, с тобой реально классно было, мне понравилось. Но побороть чувство неприязни было совсем непросто, поверь.
- Так зачем, во имя всего святого?!
Уарху сморщила нос и нехотя ответила:
- Йелл просил. Он и жучка дал, чтобы в комнате поставить. А зачем это ему — у него и спрашивай.
Я с трудом проглотил кусок непрожёванного мяса и развёл руки, указывая на окружающих.
- А им-то какого чёрта таращиться?
- Волновались.
- Тьфу. Решили, что я тебя съем? Или ты меня? Или что?! Вашу мать, да это же просто секс, что может быть проще и естественнее?
У улыбнулась и подмигнула мне.
- Не сердись. Ты реально уникум для всех нас. Мало того, что переспал с кучей разных женщин, так ещё и инопланетянин… И это, — она оглянулась на брата, сидящего за одним столом с Куомом и показала им язык, — надо будет нам с тобой в одной комнате обосноваться. Мне реально с тобой классно.
- То есть моё мнение тебя не интересует.
Уарху нахмурилась, подняла брови, сдвинула брови, приоткрыла рот и тихо, тонко запищала.
- Толлик! Ну неужели я настолько нехороша для тебя?!
Я рассмеялся и помотал головой.
- Нет, всё хорошо. У, ты просто замечательная, честное слово. Будем дружить в одной комнате!
Она облегчённо вздохнула и принялась допивать компот. А я принялся ломать голову: зачем Йеллу подобные эксперименты и кто пристроил У ко мне соглядатаем. Куом, похоже, с этой ролью справлялся неважненько.

<20>

Ответ на второй вопрос нашёлся очень быстро: после обеда (вылетов в тот день не было) У куда-то свалила, а чуть позже, уже в комнате, сказала мне, что Вайтор просил меня зайти к нему или связаться по радио. Возиться с местной связью для меня — хуже наказания. Поскольку я не абориген и током меня пощипывает от их телефонов изрядно. А уж переться в город, а там на подземке… Да с какой стати? Вайтору надо, пусть Вайтор и шевелит задницей.
- У, а ты не можешь сама мне сказать, что ему от меня надо?
- Могу.
- Ну так и скажи, ну не попрусь я в город. А от вашей связи у меня одни неприятности, у меня токопроводность низкая, в отличие от вас. Неужели трудно запомнить?
Она похихикала в ладошку, потом легла рядом со мной и принялась стаскивать штаны. 
- Толлик, из округа Аффер пришло сообщение, которое касается непосредственно тебя.
- Что за округ?
- А что за сообщение — тебе не интересно? — Уарху стянула рубашку через голову и принялась за то, что у нас называется топ, а у местных — сбруя. — Ты хорошо понял? Сообщение из забугорной дыры, где ты никогда не был. Тебе.
- Тебе повторять нужно?..
Она запулила сбрую в угол и принялась растирать грудь, уставшую от упаковки. Лицо её выражало блаженство и недовольство одновременно.
- Нет. Сообщение следующее: «Паралл Толлик нужен для проведения переговоров».
Я опешил, но виду не подал. Откинул её руки в стороны и принялся сам мять и поглаживать ей сиськи.
- Трусы снимай.
- А-а-а… ничего другое тебя сейчас не интересует?
- Нет. Но можешь рассказать, что там за переговоры, где эта сраная дыра и что она из себя представляет. И кто там меня вызывает на переговоры — тоже.
У стянула с себя последнюю деталь одежды и вопросительно посмотрела на меня — я ещё ни одной пуговицы не расстегнул.
- Ладно. Аффер это округ, где добывают бокситы. Там смешанное население, потому что это дерьмо нужно и нам, и Другим. Добыча ведётся совместно, полученный алюминий делится поровну.
- А кому подконтролен Аффер?
- Толлик, есть округа, не подконтрольные никому. Там ведётся совместная деятельность. Они демилитаризованы по умолчанию. Вот Аффер — одно из таких мест, где мы с коротышками просто работаем. Планета у нас общая, недра общие. Часть работы делаем мы — где нужна большая физическая сила, где более интеллектуально нагруженные работы… А Другие работают на оборудовании, в шахтах, в литейке — они температуру высокую легче переносят.
- Ясно. Далеко этот Аффер?
- Ага. Чуть не полдня лёту в сторону Ээллы. Так мы с тобой друг другом занимаемся или разговоры разговариваем, Толлик?
- Уарху, милая, последний вопрос: кто меня звал в этот самый Аффер?
У дёрнула плечами и состроила недовольную мину.
- Какая-то коротышка. Сказала, что ты поймёшь сам.
Всё сошлось: я знаком с совсем немногими короткими женщинами, а по имени меня знает ещё меньше. Тодас! Но как она оказалась в такой дали от Салера? И откуда знает, что я вернулся на Глэдис? Или она не знает, что я улетал? Неважно! Это была моя единственная зацепка, чтобы попытаться что-то узнать про Фиссу. Ээлла — верхний полюс, а там Кэп высмотрит, где находится Аффер.
- У, прости.
Я сгрёб её шмотки, смотал их в узел и закинул под кровать. Потом вышел из комнаты и поспешил к яхте. Мне совершенно не были нужны сейчас сопровождающие! 
- Ах ты поганец! — услышал я голос Уарху вдогонку и довольно улыбнулся.
- Кэп, найдёшь этот округ?
- Почти наверняка. Взлетим — скажу точно.
Нашли быстро. Яхта провисела в стратосфере минут семь-восемь и Кэп с вероятностью 80% указал направление. При подлёте вероятность возросла до 90 — рудники и металлургический завод как-то трудно с чем-то спутать. К слову сказать, нам не потребовалось на перелёт полдня, яхта перемещается намного быстрее местной реактивной авиации. Демилитаризованность Аффера сыграла свою положительную роль: при посадке никто не пытался нас сбить и это немало меня порадовало. Трудности возникли с розыском той самой Другой, что вызывала меня на переговоры, поскольку большинство людей обоих видов в Аффере работали и не имели никакого представления о прибытии в их округ для ведения переговоров кого бы то ни было! Устав бесцельно шляться и изрядно замёрзнув, я вернулся в яхту и устроил совещание с Кэпом.
- Вот и где мне искать эту коротышку?
- Полагаю, где-то не в промышленных помещениях. Клуб, столовая… Не знаю.
- Она с кем-то разговаривала, у кого имеется радиосвязь. Может быть с этой стороны попробовать?
- Хорошая мысль. Радиостанция… Она в центральном здании, где все офисы, столовая и прочие спортзалы с бассейнами. То есть мы вернулись к моему первому варианту.
- Летим туда?
- Да. Получи антидот (и я его тут же получил) и подключи меня к яхте. Кстати, радиоизлучение с воздуха тоже легче искать, если что.
В огромном, очень сложно спроектированном здании, где часть помещений была рассчитана на рослых людей, а часть нет, я довольно-таки долго пытался найти хоть одно живое существо. Оно и понятно: люди работают. Но! Ведь в этом здании они тоже должны работать, так почему же я никого не могу найти?!
Наконец мне попался на глаза Другой, наводящий порядок в каком-то неимоверно длинном коридоре. Я окликнул его и тот, выключив моечную машину, вопросительно уставился на меня.
- Друг, где найти радиостанцию, мне с городом связаться надо, найти не могу.
- Иди к лифтам и поднимайся на самый верх, вот в ту сторону тебе идти надо.
- Сальен!
Коротышка кивнул и снова запустил свой агрегат, а я подумал о том, что тот нисколько не удивился, увидев паралла. И направился к лифтам. 
После посещения радиостанции, где мне подтвердили, что некоторое время назад в Аффер действительно пробралась группа Других-женщин, я снова принялся блуждать по этому проклятому муравейнику. Если бы не Кэп, я бы в нём заблудился и навсегда пропал! И всё же нашёл я их, когда уже просто перестал искать: проголодавшись, я направился в столовую, руководствуясь указаниями Кэпа. И именно там заметил стайку из пяти коротюсеньких (самая рослая метр и 4 сантиметра) дамочек. Они сидели вокруг своего детского столика и молча ели. Именно их молчание и вызвало у меня сильнейшие подозрения. Да и у кого бы не вызвало?! Пять баб молча жрут! Это ж как оголодать надо?!
- Здравствуйте. Меня зовут Толик. Вам известна женщина по имени Тодас?
Женщины синхронно подняли на меня глаза и замерли в нерешительности. Потом переглянулись меж собой и одна из них поднялась и заговорила на улиххском:
- Толлик, тебе нужно срочно идти со мной.
- Не-а. Я есть хочу.
Пять пар глаз снова вытаращились на меня. Мне показалось, что я услыхал хруст их шейных позвонков, так они головы резко ко мне повернули. Вскочившая села и, помотав головой, негромко выругалась, а потом сказала мне:
- Хорошо. Ешь, мы подождём.
Я взял большой кувшин пива из ламьего молока и миску мясных сухарей. Пиво было холодное, кисло-горькое, а шкварки — кисло-солёные и хрустящие. С аппетитом поев и напившись, я вопросительно посмотрел на коротышек и те спешно повскакивали со стульев. Мне было непонятно их нетерпение: с момента, когда мы с Тодас виделись последний раз, едва ли не год прошёл — куда теперь-то торопиться? Женщины спешно зашлёпали прочь из столовой, я последовал за ними, невольно разглядывая их потешные, какие-то детские и одновременно бабские жопки, смешно вихляющие на ходу. За то время, что прожил среди громадин, я совершенно отвык от такого зрелища и теперь едва сдерживал улыбку. Дамочки поочерёдно оглядывались на меня и стремительно вышагивали, а я неспешно брёл позади и вспоминал У-сестру. Контраст, надо сказать, был разительный…
В комнате, в которую меня привели, был низкий потолок. Забавно, в коридоре нормальный, а в комнате — низкий. Кроме потолка там присутствовали ещё три коротышки, но Тод среди них не было. Расстроенный, я уселся на детский стульчик и обвёл присутствующих тяжёлым взглядом.
- Итак?
- За ширмой ещё одна, — шепнул Кэп, — кажется знакомая наша.
Я повернул голову в нужную сторону и крикнул:
- Тодас! Тащи сюда свою мелкую жопу! Шпионка, мать твою лама!
Послышался радостный возглас и предо мной предстала Тод во всей красе: волосы сострижены наголо, одежда мужская и разрубленное ухо.
- Толлик! Как хорошо, что нам удалось встретиться наконец!
- Заткнись, бродяга драная. Где моя жена?
Тодас смутилась и забормотала какую-то чушь:
- Толлик, есть вопросы, требующие большего внимания. Я сама не видела свою семью достаточно долго и готова…
- Да плевать мне на ваши вопросы и твою семью. Единственное, что меня волнует — Фисса. Всё остальное меня не касается, это ваши дела.
- Но…
- Если что-то знаешь — говори. В противном случае я ухожу немедленно.
Она глубоко вздохнула, села на стул и сделала жест, прося своих спутниц не вмешиваться.
- После побега я не видела никого и не слышала ничего. Ни о тебе, ни о Фиссе. Подожди! Так вышло, что мне пришлось долго скрываться… С великим трудом удалось пробраться сюда, где меня не убьют хотя бы. — Тодас покрутила остриженной головой и поджала губы. — Толлик, я могу предположить, что твоя жена сейчас находится в Удэзе, по крайней мере именно туда стаскивают всех параллов, какие встречаются нашим. Тот дурачок в Салера — его привезли из Удэза, это я точно знаю.
- Где этот Удэз?
- Толлик, — Тодас посмотрела на меня умоляюще, — помоги нам. Пойми, наши чувства, наши родственные привязанности… Не это сейчас важно!
- Где. Находится. Удэз?
Она опустила глаза и, как мне показалось, заплакала. Чёртова кукла! Если бы она пыталась орать, угрожать, шантажировать — я мог бы продолжить изображать из себя каменную жопу. Но вот эти беззвучные слёзы крохотного, измученного человечка…
- Чёрт с тобой. Я вывезу тебя к Громадинам. Могу прихватить пару этих малявок… Самое многое — трёх. Не на внешней же подвеске их тащить, мать вашу лама!
Тод всхлипнула, вытерла лицо и стала оглядывать остальных женщин, словно выбирая, кто из них важнее. Те загалдели, начали тыкать друг в дружку пальцами и устраивать прочую бабскую суматоху. Тодас вскочила и включилась в общий базар, ситуация становилась всё более нелепой. Жутко захотелось надавать им поджопников и расставить по углам.
- Так! Тихо! — Я поднялся на ноги, едва не воткнувшись головой в потолок. — Встали в круг. Тод, выйди и сядь, с тобой всё и так ясно. Уф! Эни, бэни, рэс…
Через три минуты я, во главе четырёх коротышек, неспешно шагал к выходу из Афферского муравейника, предвкушая удовольствие от полёта в банке консервированных сардин. Кэп брызгал мне в нос антидотом и мерзко хихикал.

<21>

Садиться решил прямо напротив генштаба. Мог бы — сел бы на крышу. Не стал рисковать. Связав руки пассажиркам (для их собственного спокойствия) и сделав из них низку на поводке, повёл прямо в центральный вход. Лицо дежурного на входе надо было видеть: в не самое простое здание входит паралл, ведущиё на поводке четырёх женщин-Других.
- Парень, рот закрой и сообщи Вайтору, что Толик привёз ему переговорщиков. Он в курсе, скорее всего.
- От… от…
- С неба, парень, с неба. Вайтору сообщи.
Через пару минут спустился лифт с военным и мы поехали на верхотуру. Коротышки зло посматривали на меня, но ничего не говорили. Сопровождающий таращился сверху на нас всех и мне очень хотелось сказать ему пару ласковых. Сдержался.
Вайтор встретил нас с каменным лицом, но я по глазам видел, что он чувствует себя крайне неуютно. Вынув нож, я освободил своих пленниц.
- Вайтор, вот с этими пока пообщайся, а эту я на минутку в коридор. И не подслушивать!
Тот кивнул и принялся рассаживать спутниц Тодас. Мы вышли в коридор, я огляделся и тихо спросил:
- Где этот сраный Удэз находится и что это вообще за место?
Она перевела дух, сосредоточилась и быстро протараторила мне координаты. Потом добавила:
- Удэз как Аффер, смело можешь туда отправляться, зона не милитаризована. Но имей в виду, этот округ хоть и считается неподконтрольным, но там очень сильно влияние нашего народа. Громадин там почти нет.
- Ладно. С Вайтором разговаривайте открыто. Но помните: он всё-таки военный. Пригласите Йелла и его соратников — так вам легче будет. Всё, прощай. Не знаю, увидимся ли мы ещё.
- Прощай, Толлик. И удачи тебе!
Я поцеловал её в стриженную макушку и пошёл к лифту. Сопровождающий принялся чинить мне препятствия, но после ингаляции моим антидотом, резко изменил мнение на необходимость строго выполнять приказы начальства. Забавно, но жидкость, нейтрализующая в моей тушке цианиды, довольно-таки неожиданно действует на аборигенов: у них практически моментально вышибает донышко!
И снова всё пошло кувырком. Вот правда: если что-то начинает идти не по плану — оно так и будет продолжаться! Можно было бы насторожиться ещё тогда, когда исследование мира Глэдис вылилось в полномасштабный контакт с аборигенами, но даже то, что вместо возвращения из облака на Регенду я подался в косморазведку… Или всё началось ещё раньше, на родине, когда у меня были обнаружены те самые особенности работы организма, что привело к путешествию в Колыбель Человечества?
Яхта спустилась на поверхность планеты совсем не там, где мне было нужно: у неё почти кончилось топливо в реакторе. Кэп давно предупреждал, что это неизбежно, но, оказавшись на Глэдис и не имея возможности вернуться хотя бы на Аз, я пытался хоть как-то исправить то, что заварилось на этой планете в результате моего пришествия. Но от того всё становилось только хуже и хуже! Да, мне удалось минимизировать последствия очередного конфликта между улиххцами и Другими. Но с другой стороны, эта война могла начаться и без моего участия, ведь повод для неё не особо-то и нужен был, а вот моё простое человеческое желание выручить Фиссу пока так и…
- Кэп, что будем делать?
- Яхту лучше разрушить. Вынь меня и постарайся отойти как можно дальше, а я дам сигнал на разгон реактора в критический режим. В атмосфере это приведёт к перегреву и разрушению.
- Топлива на это хватит?
- Да.
Я оглядел на прощание кабину и принялся складывать в сумку баллончики антидота, НЗ и комплект выживания. Мысли у меня при этом в голове крутились совсем не радужные, но выбора не было, тут Кэп прав. Оставлять яхту аборигенам недопустимо, кому бы в руки она ни попала — результат предсказуем. То, что мне самому в этом недружелюбном мире немного времени отпущено, тоже не сильно радовало.
- Взрыв будет сильный?
- С чем сравнивать.
- В условном эквиваленте сколько?
- Около двух мегаватт.
Я не сильно хорошо разбираюсь в физике и прочем, поэтому решил поискать другое сравнение.
- Средняя бомба это сколько в УЭ?
- Около 30 киловатт.
- То есть...
- Это как семьдесят бомб примерно.
- Мать твою! Я как далеко должен убегать-то?
- Если уйдёшь за вон тот холм, будет достаточно. 
- А радиация?
- Не будет никакой радиации.
- Точно?
- Просто поверь.
Прогулка мне предстояла не просто дальняя, а практически вообще нереализуемая: больше полтысячи километров. Со всеми прелестями в виде лесов, гор и рек. И даже не то страшно, что поблизости не было ни единого населённого места, а то, что выжить в этом мире мне не удастся. В какой-то момент кончится антидот и, как бы я ни дрыгался, местная атмосфера сделает своё чёрное дело.
После подрыва яхты прошло пятеро суток. Припасов и воды пока хватало, теоретически можно было бы охотиться и использовать воду из ручейков и прочих водоёмов. Мне просто не хотелось занимать этим голову. Я упорно шёл в сторону Удэза, размышляя лишь о том, что если мне по пути попадётся хоть какое-нибудь населённое место, то оно вовсе необязательно послужит моему спасению… Честно говоря, я шёл навстречу смерти. Можно было не идти, но тогда вообще всё теряло смысл, а пока продолжалось движение, была хоть иллюзия рациональности. Кэп, пластина которого, будучи вынута из яхты, получала энергию от солнечных батарей, изрядно скрашивал моё одиночество. Мы с ним почти постоянно общались и он не обижался, если я надолго замолкал. Лишь напоминал заменить синий баллончик в ингаляторе по мере необходимости...

<22>

Нашли меня на одиннадцатые сутки. Вымотанный дневным переходом, я спал на куче сухой листвы, под раскидистым деревом, одиноко росшим посреди глэдисской степи. Как бы то ни было, но к тому моменту, как группа кочевников-Других, перегонявшая стадо больших лам на другой выпас, нашла меня, я успел преодолеть чуть больше половины пути от места взрыва яхты к Удэзу. Пастухи тоже решили, что под этим деревом можно хорошо отдохнуть и не особо удивились, обнаружив паралла, дрыхнущего без задних ног в столь уютном месте.
Разговаривали они на другом, но сильно упрощённом, надоедливые повторы сказанного в их речи отсутствовали. Попадались незнакомые слова, но из контекста почти всегда было ясно, о чём речь. Вмешательство киберлогики Кэпа понадобилось лишь раз, когда шаманка, она же повар, она же общая на всех троих пастухов походно-полевая жена, обнюхав пустой синий баллончик, поинтересовалась, зачем я постоянно принимаю слабительное. Наш диалог с привлечением Кэпа продолжался едва ли не час, пока старший из пастухов не велел той идти в шатёр. А перед тем он выгнал оттуда своих спутников. К слову, мне тоже предлагали переспать с Суиф, но я вежливо, стараясь никого не обидеть, отказался — просто потому, что у этих кочевников мытьё было не в почёте и пованивало от этой компании изрядно.
Переход на ламах значительно упростил мне жизнь, хоть и не ускорил передвижения. Езда верхом не была для меня новостью, что, кстати, сразу сняло всякую подозрительность у моих новых спутников. Ну и паралл, так зато верхом ездит и с ламами управляется, словно и сам из пастухов! Поскольку мы направлялись, в общем и целом, в сторону Удэза, хоть и не напрямую, то я благодарил небеса за то, что эти люди нашли меня и не дали пропасть в одиночку. Как-то мы проезжали мимо болотистой равнины, обходя её по вершине гряды холмов. Суиф, крикнув что-то Ареру, нашему командиру, свернула и погнала свою ламу к воде. Поскольку стадо шло, как всегда, неспешно, перекусывая на ходу свежей травкой, она довольно быстро догнала нас и принялась впаривать мне какие-то толстые листья.
- Вот. Ешь и не нюхай.
- Зачем?
- В твоём лекарстве сок трык-трыка. Ешь. Не надо нюхать!
Я взял у неё пучок, чтобы не спорить. Планировал как-нибудь незаметно выкинуть, но потом подумал: отравление через пищеварение мне не грозит. Ну вырвет в крайнем случае или того… Трык-трык произойдёт. Нестрашно. Зато если эта листва реально избавит меня от необходимости пользоваться ингалятором, я смогу жить на Глэдис, не находясь на привязи у Йелла с его препаратом. Убраться с планеты не светит, а жить-то как-то надо… Словом, сожрал я пару листков. Толстые, сочные, запах — точь-в-точь, как из баллончика. На вкус дрянь, конечно, но терпимо. Если датчик сработает позже или Кэп вовсе не подаст дозу — значит помогло.
За неделю совместного путешествия я успел пообвыкнуться в компании, по крайней мере угроза пропасть на этой чужой планете отошла на второй план. Листья трык-трыка подействовали — Кэп отметил, что уровень цианида в крови почти не повышается при регулярном поедании свежей зелени. Обычно мы день-деньской проводили верхом, периодически кто-нибудь из мужчин отъезжал, чтобы согнать в кучку разбредающихся лам; остальные либо перекусывали всухомятку, либо трепались обо всём на свете. К ночи ламам спутывали передние ноги и разбивали шатёр. Суиф готовила ужин в казане, мужчины чинили упряжь, одежду… Арер обычно сидел у костра и допекал повариху, уча ту готовить. Я, чаще всего, сидел с ним рядом и тот как-то раз даже снизошёл до приватной беседы со мной и, убедившись в очередной раз, что с Суиф я не желаю иметь никаких дел, отвёл меня в стадо и поймал для меня молоденькую самочку… Так трогательно. Кое-как объяснил, что и с ламой тоже не буду.
До Удэза оставалось не больше тридцати километров и Арер сказал, что дальше нам не по пути: кочевники не приближаются к городам, а уж именно в этот они совсем не желают идти. Поскольку я паралл, то мне-то надо, конечно, к своим. Вот тебе, Толька, лама, вот вяленое мясо, вот бурдюк кумыса. Суиф рассказала, где искать трык-трык и на прощанье вручила мне целый веник этой полезной травы. А через два дня я въехал в Удэз верхом и если местные и не махали мне пальмовыми ветками, то только потому, что никогда не читали этой книги. Впрочем, в местную комендатуру меня приволокли весьма скоро, вместе с ламой, кумысом и трык-трыком.
Толстый Другой, наряженный в какие-то неимоверные тряпки (надо полагать — важная персона), разглядывал меня с долей презрения, двумя долями недоумения и семью десятыми — подозрения. Я инициативы не проявлял, ожидая, когда этот почти шарообразный клоп начнёт говорить. А там и сориентироваться можно будет. Наконец персоне прискучило играть со мной в гляделки и строить мне рожи, и он заговорил:
- Кто ты такой и откуда прибыл, из каких ты краёв и сам кто?
Я нарочито поковырял в носу, тщательно рассмотрел вынутое и щелчком сбросил козявку на пол. После чего заговорил на пастушьем диалекте.
- Ты сам кто такой?
Толстячок побагровел, подскочил и, затопав ножонками, заверещал:
- Ты не пастух, нет параллов кочевых, не притворяйся скотоводом, паралл!
Я зажал ноздрю пальцем и сильно дунул сквозь другую, склонив голову так, словно не на стуле в комнате сидел, а на ламе в степи.
- Чего орёшь? Тебе баба не дала, что ли?
Мужичок раскрыл было рот, да осёкся, увидев, что я принялся жевать трык-трык, чавкая и шмыгая носом.
- У тебя что, запор, животом маешься?
- Ну. Третий день не сравши.
Хозяин кабинета проворно сел и, открыв ящик стола, засунул в него руку. А вторую прижал к лицу. «А связь-то у тебя громадская!» — подумал я, но вслух ничего не сказал. Мужчина же, даже не понизив тона, заговорил на улиххском, искоса поглядывая на меня — понимаю ли. Я старательно копировал повадки Арера, да покусывал листки травы со своего букета. И крутил головой, словно выбирая место, где бы присесть на корточки.
- Разип, пришли санитаров. Тут какой-то дикий паралл приблудился, одет в громадское, но совершенно тупой. Забирай к себе, пока от мне тут в углы не нагадил! Поторопись, он трык-трык жрёт!
Санитары отвели меня в лазарет. Два коротышки придерживали меня за руки, а третий тащил мой рюкзак и бурдюк с кумысом, с которым я расставаться не пожелал. Букет, правда, пришлось оставить в комендатуре, поскольку все трое в один голос отказывались брать такое в руки. Я успел свыкнуться с мерзким вкусом этой травы, запах её меня тоже не беспокоил, но по пути в лазарет я намеренно пару раз громко рыгнул и, вырвав бурдюк у коротышки, принялся прихлёбывать чуть хмельное кисломолочное пойло. Оно на вкус тоже не ахти, напоминает мыльный раствор, но воды мне никто не предложил, а привкус трык-трыка во рту перебить не мешало.
Санитары тревожно присматривались, пытались убедить меня идти быстрее, в ответ на что я поддёрнул штаны и принялся оглядываться. 
- Не вздумай тут гадить, охломон, мать твою лама! Иди быстрее!
Я шмыгнул носом и сплюнул, потом сделал задумчивое лицо и спросил:
- А правда, что у вас параллки есть? Мне бабу надо. Надоели маленькие бабы! Есть параллки?
- Есть, есть! Иди скорее, чтоб тебе скиснуть!
В лазарете я развлекался вовсю, пугая персонал отрыжкой, соплями и требованием баб. Это не помешало мне нормально принять душ (санитаров я выгнал, чтобы они не видели Кэпа), досыта наесться привычной пищи и напиться свежего джуххового компота. Одежду мою, потрёпанную и изрядно нечистую, унесли на обработку, а мне выдали какую-то пижаму-не пижаму, халат-не халат… Робу, короче. Сославшись на мучающие меня запоры, вытребовал, чтобы мне ежедневно приносили свежих листиков трык-трыка. И принялся шастать повсюду, выискивая подходящих собеседников. Параллы мне не встречались, но однажды я увидел в окно проходящего по территории лазарета улиххца и поспешил окликнуть его.
Дитар оказался чем-то вроде главного энергетика, как я позже узнал — практически все высшие руководящие посты, кроме нетехнических сфер, в Удэзе занимали именно Громадины. Надо сказать, что Дитар нисколько не был удивлён видом паралла, он совершенно спокойно воспринял тот факт, что я разговариваю с ним на чистом улиххском. Честно говоря, времени на долгие разговоры у меня не было, поэтому я перешёл к делу.
- Дитар, я в Удэз пробирался довольно долго и только за тем, чтобы найти свою жену. У меня её Другие утащили. Можешь помочь?
Он понимающе кивнул. Быстро посмотрел по сторонам и сказал:
- Не спеши. Закончится карантин и тебя переведут к остальным вашим.
- Дит, мне не охота тут надолго задерживаться. Если Фиссы тут нет, я буду искать её в других местах.
- Когда вас… разлучили?
- Около года назад, в селении Салера. Понимаешь, мы оба родились и выросли среди улиххцев. Нам не очень-то комфортно в землях Других.
- Фисса… Толлик, я постараюсь узнать, есть ли здесь женщина с таким именем.
- Спасибо. Я буду ждать.
Мы попрощались и Дитар отправился по своим делам, а я — изображать идиота-кочевника. Среди врачей я присмотрел премиленькую бабёнку-коротышку и теперь планировал устроить ей сексуальный террор, чтобы у Других не было сомнений в моей дееспособности. Раз уж они так заинтересованы в увеличении поголовья среднерослых людей, надо им помочь поскорее ввести меня в эту игру. И уж никак не следовало давать повод для более подробного медицинского обследования, ведь любые анализы покажут, что я не паралл. И вообще не абориген.
День прошёл, в общем-то, замечательно: я послал в задницу санитаров, решивших взять у меня кровь для анализа, на ужин нажрался мяса и нахлебался молочного пива (тот же кумыс, только в профиль), а потом весь вечер терроризировал мелкую врачиху, ловя и тиская её самым бесстыжим образом. Перед тем, как удрать от меня с диким визгом и скоростью укушенной в зад антилопы, ей посчастливилось детально рассмотреть мои первичные признаки, которые я пытался пристроить к ней для орального удовлетворения. Но вишенкой на торте стал Дитар, не поленившийся найти меня в лазарете и сообщивший, что Фисса находится в Удэзе! И мало того, он готов отвести меня к ней хоть прямо вот сейчас.
Небо пресветлое! Как же я рад был снова увидеть эту девушку! Никакими словами не описать гамму чувств, отразившуюся на её милом лице, когда она меня узнала… Скажу честно: я ревел, как маленький. То были не просто слёзы на щеках, нет. Я прижимал её к себе, на всех доступных языках я говорил, как счастлив её видеть, я ревел и скулил, речь моя прерывалась стонами и всхлипами. Дитар и группа параллов, окружившая нас, мокроглазили, затаив дыхание. Я даже не представлял, что способен на такие эмоции, что в моей душе может возникнуть такой ураган чувств. Именно в тот момент, когда Фисса с каким-то жалобным вскриком бросилась ко мне в объятия, я почувствовал, насколько же она мне дорога.
Дитар позже рассказывал, что в тот момент Другие, персонал, порывались пробиться к нам, чтобы выяснить, что происходит. Но параллы не пропустили их. Они встали плотным кольцом (и Дитар с ними) и не пропускали к нам с Фиссой посторонних. И я благодарен им за это. До сих пор.

<23>

- Дитар, нам нужно удирать отсюда. И чем быстрее, тем лучше. И не спрашивай о причинах, просто помоги.
Он смотрел на меня и хмурился. Я понимал, что его разбирает любопытство, что ему нужна хоть какая-то причина для того, чтобы нарушить принятые в Удэзе порядки. Но говорить о том, что я инопланетянин не имело смысла: во-первых он не поверил бы мне, а во-вторых не было у меня желания вообще распространяться на эту тему.
- Дитар, — Фисса посмотрела на Громадину с просящим выражением лица, — помоги нам. Пожалуйста, сделай что-нибудь. Добровольно Другие нас с мужем отсюда не отпустят, а сами мы тут находиться не имеем никакого желания! Пойми, Дит, мы оба родились и выросли в твоём мире и совершенно не желаем быть подопытными или племенными животными у коротышек.
- Я всё понимаю, ребята. Кроме одного. Я просто не могу представить, как вам помочь! — Великан (реально великан — два восемьдесят!) развёл руками. — Подскажите хоть, в каком направлении мне предпринимать какие-то действия?
Мы прогуливались по тенистой аллее и постоянно оглядывались, чтобы вовремя засечь пытающихся подслушивать Других. Дитару это удавалось лучше, чем нам с Фиссой — он сверху видел всё. Приметив очередного филёра за кустом, он наклонился, выволок его на дорожку, повернул в сторону жилых корпусов и поддал крепкого поджопника. Мужичок вскрикнул и побежал, смешно держась за отшибленную задницу.
- Свяжись с Вайтором. Или с Йеллом. Если сможешь — найди контакты Куома. Эти люди реально смогут что-нибудь предпринять.
- Что?! — Дит снова взмахнул в недоумении своими длиннющими ручищами, — Толлик, в Удэз нельзя вот так просто прилететь и забрать людей. Нельзя!
- А удерживать здесь людей против их воли можно?
Великан тяжко вздохнул и помотал головой.
- Толлик, Фисса, ну вы поймите: Удэз был создан для определённых целей. Здесь ведь не только у Других заинтересованность. Нашим учёным и медикам также важны некоторые вещи, которые невозможно узнать нигде, кроме как здесь. Этот округ создавался совместно, для общих исследований.
- Ну хорошо. Нельзя сюда прилететь, это понятно. Помоги нам сбежать отсюда! Свяжись с Вайтором или Куомом, сообщи им координаты, где нас можно забрать. А нам подскажи местечко, где мы можем какое-то время отсидеться. Или…
- Или?
Я оглянулся, попросил Фиссу проверить кусты на предмет посторонних и, когда она отошла, быстро протарабанил Дитару:
- Выйди на Атора, это командир авиазвена, где я базировался. Передай ему, пусть пошлёт У-сестру в сектор е-72-к. Пусть ищет пеленг, она знает частоту.
- Что это за сектор?
- Туда мой дружок Арер откочевал.
Вернулась Фисса.
- Нет там никого, тебе показалось. А что это у вас морды такие хитрые?
Я рассмеялся и поцеловал её в щёчку.
- Милая, мы придумали. Если Дит сделает свою часть дела, то мы с тобой уж свою точно провернём. А подробности тебе пока не надо знать!
Мы ушли в степь налегке. Единственной ношей был Кэп и моя анализно-аэрозольная сбруя: пока-то я разыщу нужную траву, нужно же как-то бороться с окружающей средой. Дитар смог-таки связаться с авиабазой, передал всё, что было нужно и помог с ламами. А как заставить ламу бежать со страшной скоростью, я узнал от Суиф, ещё пока мы кочевали с их стадом. К счастью, корень рып-рып произрастал в парке Удэза: это растение является лекарственным, поэтому не выпалывается. Обняв ламью шею и изо всех сил сжимая ногами ламьи бока, я невольно улыбался, размышляя о странной осведомлённости кочевой шаманки в области растений, приносящих неприятности именно этому месту живого организма. То понос, то золотуха! Ленивые, неторопливые и вообще какие-то меланхоличные ламы, получив по корешку рып-рыпа ректально, внезапно обрели прямо-таки волшебную резвость и припустили с такой скоростью, что едва не растеряли седоков. Собственно, это и помешало охране задержать нас с Фиссой.
Выбравшись за пределы Удэза, мы неспешно погнали лам в степи. Животные, избавившись от жгучих суппозиториев, успокоились, но периодически вздрагивали и сучили задними ногами. Мы с Фиссой тоже немного успокоились, даже начали немного посмеиваться над ситуацией… Девушка, полностью доверившись мне, не спрашивала ни о том, куда мы едем, ни о том, что будет после. А я вот всё-таки нервничал немного: кто знает, всё ли Дитар смог хорошо объяснить Атору? Сообразит ли Уарху, где и как нас искать? Не попадёт ли, второпях, под огонь ПВО Других?
Мы так и ехали бок о бок и трепались ни о чём, посмеиваясь над нашими бедными ламами, когда Фисса вдруг спросила:
- Толя, а что ты будешь теперь делать без яхты?
Я тяжело вздохнул и ответил ой как не сразу…
- Фис, я стараюсь не думать об этом. Потому что мне и не улететь теперь с вашей планеты, и не прожить здесь долго. Сколько бы трык-трыка я ни ел, цианиды всё равно накапливаются, а для меня они смертельны, как бы это ни было горько осознавать.
Она немного помолчала.
- Толя, а сколько ты сможешь протянуть здесь? Ну так, хоть примерно — год, десять лет?
- Не знаю. Правда, не знаю. Вещество, которое я принимаю, помогает вывести из организма яд, но я постоянно получаю новые порции. Я нахожусь в атмосфере, в которой мои соплеменники вообще не могли бы прожить и дня. Знаешь, я не говорю об этом никому, но у меня врождённая особенность: мой организм способен бороться с любыми ядами. Это очень редкая и странная аномалия развития, меня весьма серьёзно обследовали на Земле, специально возили с Регенды на обследование. И даже при всей этой моей уникальности, я не продержусь долго во враждебной мне атмосфере, ну не может живой организм существовать там, где его постоянно травят!
Мы помолчали. Фисса дёрнула ламу за ухо и когда та приблизилась, протянула руку и погладила меня по ноге.
- Толя, а можно как-то подать сигнал на Аз? Ну… Чтобы за тобой прислали другую яхту. Или что-то другое…
- Фис, беда ещё в том, что на Азе меня ждут крупные неприятности. Я же украл яхту. Строго говоря, все знают, где я нахожусь и чем это для меня может кончиться. Только никому и нафиг не надо меня спасать, понимаешь? Слишком сложно это. Да и… Смысл затевать спасательную операцию для возвращения преступника? — Я помотал головой и совсем уж тихо добавил: — Сам я виноват, понимаешь? И будет вполне справедливо, если никто не почешется, чтобы вытащить меня отсюда.
Проехав ещё пару часов в молчании, мы спешились и отпустили лам пожевать травки. Я приметил сырую низинку и решил поискать трык-трык. Фисса, взобравшись на сухое дерево, оглядела окрестности, совсем по-людски приставив ладонь козырьком… Трык-трык нашёлся и я принялся жевать листочки, а Фис, насобирав метёлочек какой-то травы, стала на ходу сплетать их в косичку.
- Толя, но вот ты. Ты же пошёл на преступление, на огромный риск. Только для того, чтобы спасти меня?.. Или зачем?
- Да. Фис, мне нестерпимо было жить с сознанием того, что ты где-то брошена, что Йелл считает меня негодяем. И я вот даже и не знаю — то ли тебя я спасаю сейчас, то ли самого себя. Потому что мне лучше сдохнуть, но со спокойной совестью, чем жить, но с камнем на сердце.
Девушка накинула мне на шею своё плетение, связала кончики и погладила пальцами по груди.
- Как ни верти, как не прячься от этих мыслей, а надо смотреть на вещи реально, Толя. Сколько бы ты ни продержался в нашем мире, жить тебе здесь. Выбора, как я понимаю, нет.
- Не знаю. Нет, я ни на что не рассчитываю, но и чувства обречённости не испытываю. Есть у нас очень древняя поговорка, высказывание такое: «надежда умирает последней».
Фисса прижалась ко мне, посопела в ухо и как-то отстранённо проговорила:
- Я там какое-то стойбище разглядела. Шатёр, ламы. Вроде даже костерок или что-то такое.
- Где?
- Нам правее надо идти, если хотим туда попасть. Вон туда, — она отошла от меня на шажок и показала рукой.
- Ага! Седлаем транспорт и погоняем. Нас с воздуха должны искать, а группу кочевников видно лучше, чем просто двух верховых.
Самолёт Уарху прорезал небосвод на третий день перекочёвки. 
Арер весьма обрадовался, когда к его стойбищу прибился его дружок-паралл с подружкой-параллкой. А уж когда он подошёл к нам во время секса, чтобы лично убедиться в том, что Толлик нормальный мужик, то радости его вообще не было предела. То обстоятельство, что он испортил нам с Фиссой всё на свете, его мало волновало! Арер выдал мне дружеского шлепка по голой жопе и с восторженными криками пошёл будить Суиф и помощников, чтоб те разводили костёр побольше, резали ягнёнка и готовили пир на весь мир. Как потом рассказала У, именно этот костёр и привлёк её внимание. Она снизилась, сбросила скорость и прошла над стойбищем, мучительно вслушиваясь в радио на частоте сигнала от Кэпа. Сигнала так и не уловила, зато своими глазами убедилась в том, что нашла наконец меня.
Садить реактивный самолёт в степи — практически самоубийство. А если ещё и ночью, то на девять десятых суицид. Но Уарху сделала это, заведя машину на посадку с настолько положительным тангажем, что я уж думал, что она поставит его на хвост вертикально. Обошлось. Самолёт почти не катился по земле, потеряв скорость, но соприкосновение передней стойки шасси было на грани критического, а хвост выдрал немало травы, прежде чем принял нормальное положение. Заглушив мотор, У выскочила на землю и побежала к нашему стойбищу, на ходу стаскивая шлем.
Суиф, казалось бы, настолько закалённая суровым бытом женщина, от греха подальше забралась в шатёр, а Струх с Мутором просто и без оглядки ломанули в степь, каждый в свою сторону. Лишь Арер, выронив мосол, остался стоять рядом, но периодически посматривал на меня испуганными глазами. Не очень ему нравилось приближение Громадины… 
- Толлик, мать твою лама! Жив, выродок ты этакий! — У осеклась, увидев, наконец-то рядом со мной Фиссу. — Кхм… Здрасьте, милочка. Ну и тебе привет, Другой!
- Привет, Уарху. Нам двоим в бомбовом отсеке места хватит? И это… Взлететь-то получится?
- Нет конечно, чего спрашиваешь. — У села у костра и, отложив шлем, принялась откручивать у ягнёнка переднюю ножку. — Сегодня и думать нечего. А завтра выберем место поровнее, уберём камни, палки там… Я туда-сюда пару раз прокачусь, — она широко повела мясом вправо и влево, — притопчу слегка. Потом попробую поднять машину. Садитесь, остолбенели что ли?
Суиф, чьё любопытство победило страх, выбралась из шатра и подала лётчице мех с кумысом (типа она за ним в шатёр и заходила). Мутор вернулся чуть позже и робко присел к огню, держась подальше от Уарху. Струх обошёл стойбище раза три кругом, с четверть часа подглядывал из-за ламьих задниц. Потом тоже вернулся к огню и разыскал оброненный кусок жаркого. Обтрёс с него мусор и принялся доедать, испуганно поглядывая на У. Та даже сидя была выше него!
- Толя, — по-русски спросила Фисса, — ты её давно знаешь?
- Да. Уарху приглядыватель. Ей поручили присматривать за мной. Мы вместе воевали полгода, с её братом и другими пилотами звена Атора. У славная женщина и отличный лётчик.
- Лучше Куома?
Я усмехнулся.
- Куом оказался плохим приглядывателем.
- Кстати, Толлик, мы в Тро разнесли аэродром. — Уарху осмотрела ножку и откусила от неё добрый кус. — Бу-бу-бу в лоскутки мням-ням.
Арер, до того молчавший, поднял глаза на неё и спросил:
- Это где вояки нам всё угодье испохабили своими ямами? У речки?
- Ага.
Хозяин удовлетворённо кивнул и перевёл услышанное Суиф. Та тоже уважительно посмотрела на гостью и что-то удовлетворённо пробормотала. 
Когда мясо было доедено и допит кумыс, Уарху, Фиссу и меня убедили расположиться в шатре, а сами пастухи, проверив стадо, устроились ночевать у костра. А с утра мы принялись выбирать место для взлёта. Арер, выяснив у меня смысл происходящего, велел Струху с Мутором прогнать стадо вокруг самолёта несколько раз, чтобы ламы вытоптали траву. Когда Уарху нашла наиболее подходящее место, стадо прогнали по нему туда-сюда несколько раз. Затем мы вшестером (Суиф готовила еду) убрали камни и сравняли самые крупные кочки, засыпали и утоптали ямки.
- Ну что, Большая У, получится?
Она с недовольным лицом посмотрела на меня и процедила сквозь зубы:
- Выбор есть, что ли? Сейчас прокачу машину туда-сюда и будем взлетать.
Суиф, почти не понимающая громадского, важно покивала и пригласила к костру, завтракать. В свете дня эта кочевница, на фоне Уарху в щегольской лётной форме, выглядела настолько контрастно, что мы с Фиссой невольно рассмеялись.
Позавтракав и умывшись, мы пошли к самолёту — следовало примериться к бомбовому отсеку, как-то его приспособить к перевозке двух параллов. Тесно там было изрядно, да и внутренние конструкции машины не располагали к комфорту. Но выбора не было! Арер, наблюдавший за нашими мучениями, ушёл в шатёр и вернулся с кучей циновок и шкур. Фисса свила из них гнездо, чтобы наши рёбра не сильно страдали во время перелёта… Уарху, убедившись, что мы устроились, отогнала Арера подальше и запустила турбину. Мотор взревел и ламье стадо в испуге разбежалось по степи. Мутор и Струх снова ломанули врассыпную, прикрывая головы руками — они никогда не видели самолётов.
Скорее всего, удачливость Уарху помогла нам. Утоптав взлётку, самолёт набрал нужную скорость и мы взлетели. Позже, на базе, мы не раз пересказывали эту историю, но нам, похоже, не особо-то верили. Нет, во лжи не обвиняли — сам факт того, что У улетела одна, а вернулась с двумя пассажирами, доказывал нашу правду. Но до конца поверить в возможность взлёта с грунта…

<24>

На базе я оставаться отказался. Йелл, счастливый возвращением Фиссы, позволил нам жить в доме в Томпа. Вайтор снова пытался выражать недовольство, но был в очередной раз послан ламе под хвост. Мы с Фиссой вели мирную сельскую жизнь, время от времени нас навещал Йелл, регулярно приезжала Уарху с инспекцией. Один раз она привезла с собой Тодас и я долго подначивал всех трёх, предлагая устроить групповушку. Женщины, несмотря на внешнее различие, реагировали совершенно одинаково: я был офыркан и проименован самыми нелестными званиями и должностями, какие они только смогли вспомнить. И все трое сошлись во мнении, что меня с такими манерами нужно переселить в коралль, где я смогу устраивать групповушку на своё усмотрение хоть еженощно.
Тодас рассказала мне, что дела в смысле переговорного процесса сдвинулись с мёртвой точки. Уже провели две встречи в Заладане, округе, где есть укреплённое здание посольства. Во многих местах на территориях Других постепенно усиливается влияние женщин-политиков, которые всё чаще выходят на достаточно высокие посты. Мне это было мало интересно, слушал из вежливости. Оставив Фиссу с Уарху готовить ужин, я вытащил Тодас на прогулку, мы неспешно направились к озеру. Она всё что-то болтала про своё, а я не очень-то вникал — пусть пощебечет. На берегу я предложил Тод искупаться и та, покрутив головой, вдруг поняла, что находится в очень красивом месте, на уютном пляже.
- Толлик, ты купайся. Я просто посижу тут, на камне, не хочется в воду почему-то.
- У тебя волосы отросли немножко. — Я улыбнулся и погладил её по рыжему, с небольшой проседью, пушку на голове. — Ты стала похожа на одуванчик!
- На что?
- Это растение такое, цветок. На планете Земля растёт.
- Где?!
Тодас выкатила на меня глаза и раскрыла рот, силясь понять услышанное. Я улыбнулся и просто сказал:
- Не обращай внимания. Это я книгу прочитал когда-то, там автор рассказывал про космические путешествия и инопланетных обитателей разных. Выдумки, но было интересно.
Тод облегчённо вздохнула и закрыла рот. Потом нахмурилась и внимательно посмотрела мне в глаза.
- Толлик, я пару раз слышала про тебя… Чушь наверно, но…
Я скинул штаны и пошёл в воду. Зайдя по пояс, оглянулся и сказал:
- Ты же знаешь меня достаточно хорошо, Тод. Сама решай — слушать россказни или доверять своим глазам.
Она робко улыбнулась, потом порывисто спрыгнула с камня и начала быстро раздеваться.
- Подожди меня, Толлик! Я с тобой!
Спонтанный секс тем и хорош, что происходит внезапно и молниеносно. И хорошо, что озеро достаточно далеко от Томпа, иначе вопли коротышки переполошили бы всё население посёлка. Я стоял в воде по грудь и держал на руках эту почти невесомую женщинку. В голове у меня бродили самые разные и странные мысли… Глядя на Тодас, я вспомнил присловье своей бабушки, Марии Зориной — «маленькая собачка до смерти щенок». Теперь мне стал полностью понятен смысл её слов: Тодас мне в матери годится, у неё внуки есть, а выглядит, как ребёнок! Это и смущало меня и возбуждало одновременно, я тискал это маленькое, крепкое и совершенно взрослое женское тельце и понимал, что сейчас снова ворвусь в него и снова буду комкать его в объятиях, душить поцелуями и готов даже сдохнуть после этого без порции антидота…
Не сдох, но на берег выходил уже почти без сознания. И нисколько не жалел об этом!
За ужином Уарху попросила меня отвести её на кладбище — Йелл в последний визит где-то потерял блокнот и просил поискать там, потому что он, вроде бы, делал какие-то записи, сидя под папиным деревом. Я заподозрил неладное, но виду не подал. До рощи мы дошли, я немного поблукал, разыскивая нужное место, потом попросил Кэпа дать наводку. Тот подсказал и мы с У в сумерках отыскали то самое дерево, где мог остаться блокнот. Вороша палую листву, Уарху как-то неловко на меня поглядывала и то и дело подмигивала.
- Сдаётся мне, сестрица, не за блокнотом ты меня сюда потащила…
У вытащила из нагрудного кармана «потерю» и положила в листву. Пожала плечами и обезоруживающе улыбнулась.
- Толлик, я соскучилась по тебе. Правда.
- В блокноте жучок, — подал голос Кэп. — Аудио, такой же, как тот, что ты сапогом расколотил.
- Раздевайся, У.
- Не-а! Ты первый. А то опять бросишь мои шмотки куда-нибудь и сбежишь!
- Ладно.
Я скинул одежду и, присев на корточки, принялся сгребать листву в подобие матраса, выбирая и выкидывая сучки и веточки. Уарху начала раздеваться и когда она стаскивала рубашку через голову, я схватил блокнот и пару раз хорошенько шмякнул об дерево.
- Кэп?..
- Сдох, — послышался его шепоток со стороны моих шмуток.
- Отлично!
У с недоумением посмотрела на меня и вопросительно дёрнула головой.
- Чего?..
- Прости, я по-своему сказал… Ты отлично выглядишь, милая!
Она довольно гыкнула и, рухнув на спину, поманила меня к себе. Я прислушался к ощущениям и решил не тратить время на антидот: особых эмоциональных нагрузок не предвиделось, а неспешное перемещение таза не вызовет перегрузок физических.
Сказать честно, я никогда не считал Уарху привлекательной. И в этот раз даже опасался, что не получится у меня с ней ничего. Но она так активно взялась за дело, что вскоре я завёлся и всё пошло не просто хорошо, а как-то даже и здорово! Азартно, хлёстко, темпераментно — какое там неспешное перемещение! Листва из-под нас разлетелась, сучки и веточки перестали иметь значение, как и стёртые в кровь колени. Про «соскучилась» Уарху явно не соврала!
Домой мы вернулись перепачканые с ног до головы и довольные. У потрясала «найденным» блокнотом, а я шмыгал носом, поглощая добавочную дозу антидота. Фисса отправила гостью сполоснуться, а меня, шёпотом выругав, вручную очистила от листвы в волосах и грязи на одежде. Тодас при этом не присутствовала — спала без задних ног в одной из подземных комнат. Отмывшаяся Уарху была отправлена в другую спальню, а мы с Фиссой забрались в ванну и долго плескались, обсуждая ночные кладбища и прочие, не менее интересные вещи.
А утром, когда мы провожали гостей, Кэп тихонько посоветовал мне снизить интимную активность. А я послал его в задницу, пообещав в следующий раз навестить ещё и коралль. А Фисса выдала мне подзатыльник, обняла и уткнулась носом в шею. А вечером к нам приехал Йелл и это была уже совсем другая история… Неожиданная и невесёлая.
Вяло поклевав ужин, доктор налил себе пива и тихо, отстранённо заговорил. Сперва я даже не совсем понимал его, но когда смысл произносимого дошёл до меня, то захотелось одновременно убить его, сдохнуть самому и подорвать всю эту проклятую планету к чёртовой матери.
- Толлик, несправедливо упрекать тебя, но, знай я о последствиях контакта, лучше б дал тебе умереть ещё тогда. А знай мы, что твоя яхта не из нашего мира, так и не стали бы сажать её на Улихх. Понимаешь, мы тысячи лет живём на своей планете и всех нас устраивает сложившееся положение дел на ней. Всех устраивает, понимаешь? И нас, и Других. Мы прекрасно уживаемся и даже сотрудничаем в демилитаризованных округах. И в меру себе воюем в недемилитаризованных. Наша экономика отлично себя чувствует в данных условиях, наука получает достаточное финансирование, техника развивается. Сельское хозяйство цветёт и пахнет, плодится скот и растения плодоносят.
Ну да, да! Война — зло, никто обратного и не утверждает. Но вреда от неё куда как меньше, чем от её отсутствия, это же очевидно, ты не можешь этого не понимать. Стоит наступить перемирию и мою клинику, исследования, лаборатории начинает лихорадить от недостатка материалов, средств. И так во всех отраслях, клинику я привёл в пример, поскольку знаю в этой сфере всё и не по наслышке. Отправляя вас с Фиссой к Другим, я прекрасно понимал, что это спровоцирует очередной конфликт. Всё сработало. Всё получилось даже лучше, чем мы планировали: драчка началась, а ты покинул наш мир. Фиссу вежливо и со всем комфортом перевезли в Удэз, где ей предоставилась прекрасная возможность найти себе мужа из параллов. Тодас загнали в Аффер, где она и торчала бы со своими революционными соратницами, пока не понадобилась бы для новых провокаций.
Вайтор так и так получил желаемое, он, конечно, дурак и солдафон, никто ему не позволит наносить серьёзного урона противнику. Но своим боевым пылом он прекрасно поддерживает милитаристские настроения в армии, в определённых кругах общества, да и в глазах Других он — великолепный раздражитель. Для Вайтора и ему подобных, как и для Тварке с Кистаном у Других, создаются новые образцы оружия, техника, боеприпасы. А значит работают производства, людям есть чем заняться.
Толлик, вам проще: вы исследуете космос, ваши люди работают на это. Но в нашем мире ещё нет технологий, позволяющих выйти хотя бы на орбиту планеты. Да и незачем нам это пока! Мы движемся, работаем, уже созданы первые образцы МБР. А от них и до космоса рукой подать! Насколько я понял, ваш народ шёл тем же путём. И мы идём, шаг за шагом. 
Зачем ты вернулся, Толлик? Твоё присутствие колеблет установившееся на Улиххе зыбкое равновесие. Научный мир едва не воет, требуя полноформатного контакта с вашей цивилизацией. Военные потирают руки в предвкушении новых видов ОМУ. Останки твоей яхты разобрали и растащили, и хвала небесам за то, что кроме металлургов там никто ничего для себя не нашёл полезного. Но уже сейчас начаты исследования в области ядерного распада и к чему это приведёт в конце концов — догадаться несложно.
- Так чем же я вам так мешаю-то, Йелл? Я не учёный, не военный. Не специалист вообще ни в чём. Я и сам рад бы убраться отсюда, да не могу. А на Глэдис вашей прекрасной от меня и пшика скоро не останется, добьёт меня эта атмосфера. Невтерпёж если — так ты-то меня хорошо изучил, помоги уж как-нибудь поскорее копыта откинуть и успокойтесь.
- Толлик, у меня в клинике уже больше месяца сидит в барокамере некий Вильям Шварцламмель. Я правильно его имя произнёс? Этот мужчина утверждает, что прибыл на Улихх с Земли, с целью поиска некого Анатолия Зорина, весьма важного и ценного сотрудника. Я предоставил ему свидетелей твоего пребывания в нашем мире, фото и кинохронику, аудиозаписи. Да-да, те самые, с жучков. А так же обломки твоей яхты, позволяющие убедиться в том, что она разрушена. Пока что никто не дал Вильяму окончательного ответа — жив ли ты, но и доказать обратное пока невозможно. Меж тем астрономы наши вот-вот найдут на орбите искусственный объект. А как скоро наши локаторы перехватят сигналы с космического корабля? Атор очень правильно поступил, не доложив Вайтору, что на его базе совершил посадку спускаемый аппарат с очередным параллом-инопланетянином. Но как долго продержится этот секрет?
- Йелл, я издалека начну, можно? Для того, чтобы ты как следует понял кое-что. Готов к долгой истории?
- Валяй, рассказывай.
- Так вот. Как я уже и говорил, родился я на Регенде. Это не самое поганое место в пространстве, я б даже сказал, что вполне приличная планета. Биосфера там не очень развитая, поэтому найти местечко для основания человеческой колонии вполне реально. Климат не из лучших, почвы бедные, воды мало. На тот момент, когда я покинул родину, там проживало около пятисот миллионов человек, а это дохрена. Спросшь, какого чёрта столько народу прозябает на Регенде? И я отвечу: а там очень комфортно прозябать. Главное, чтобы все видели и знали, насколько плохо живётся на Регенде. Насколько поган там климат, насколько бедны почвы, водоёмы и биосфера. И сколько несчастных фермеров выбивается из сил, чтобы прокормить семьи.
Никогда и не при каких условиях на Регенде не будет лучше. Потому что там хорошо именно прозябать. Чтобы помогали более комфортные колонии. Понимаешь? На Регенде можно ничего не делать и иметь всё для вполне сносного прозябания. Есть, есть там активисты, что пытаются улучшить положение. Их всячески поддерживают, показывая всему человечеству, что жители Регенды не просто бедствуют, но и изо всех сил пытаются изменить ситуацию к лучшему. И получают дополнительные плюшки, благодаря этим, вполне искренним, доброхотам. На Земле прекрасно понимают, что происходит. И сохраняют сложившееся положение, не бросая ленивую колонию на произвол судьбы, но и не давая бездельникам лишних подачек.
Именно поэтому я не вернулся на родную мне планету. Именно поэтому я не прижился в облаке. Именно потому я удрал с Аза при первой же возможности. Не знаю я, с какой целью меня разыскивает Шварцламмель. Но вот что надо знать тебе, Йелл и вообще всем вам: чем быстрее земляне уберутся с Глэдис, тем лучше будет для всех. Мы ничего нужного здесь не сделаем, вмешиваться в ход вашей эволюции не станем, даже если вы об этом попросите. Нашему человечеству нет дела до ваших проблем, у него своих хватает. Регенда, Харон, Урундин, Шара, с полдюжины других планет, включая Аз. Все эти миры расположены на непередаваемо огромных расстояниях друг от друга и Земля опекает своих питомцев в каждом из них.
Мы контактировали с тремя мирами, населёнными разумными существами: Элэй, Корисс, Порым-Ду. Ваша Глэдис — четвёртая встреченная нами цивилизация. Знаешь, Йелл, я уже говорил, что я не самый достойный представитель своего человечества, но насколько я понимаю, нам совершенно лишняя возня с вами не нужна. Есть определённый интерес, скорее даже любопытство. Посмотреть, немного изучить… И всё! И если вы как-то всё-таки втянете нас в свои дела, то вам от того только хуже станет. Как от моего вмешательства, только во много раз хуже.

<25>

Шварцламмель оказался классическим землянином: под два метра, с красивым лицом и великолепной фигурой. Он молча рассмотрел меня сквозь окно барокамеры и только кивнул. Я же, томимый неизвестностью, не знал, что и сказать этому человеку.
- Здравствуй, Вилли.
- Hallo. Позови Йелла, мне нужно выбираться из dieses Aquarium, а скафандр где-то у него.
- Ты доставишь меня на Аз?
- Нет. Wir fliegen на Землю, наших Heiler разобрало такое любопытство, что они настаивают на этом.
- Лекарей? Они же меня и так едва наизнанку не вывернули!
- Новые данные, Анатолий. Получены с Аза. Что-то связанное с dieser Planet. Давай потом поговорим? До Земли долго лететь, Zeit wird genug sein. А мне тут торчать уже настолько опротивело, Ich weiß nicht, как это... Wie kann man Zensur sagen?
В этот раз я покинул Глэдис по-человечески: со всеми попрощался, собрал немного мелочей на память — камешек, шишку секвойи, несколько патронов от авиапушки, какая стояла на моей яхте. Куом и Уарху подарили по локону волос — странный обычай, но не более странный, чем бывают у землян. Йелл собрал пачку настоящих бумажных документов, составленных им во время исследования особенностей моего организма. Фисса отдала тканевую карту, с которой мы путешествовали по землям Других. Тодас подарила медальон на цепочке, внутри которого был скрыт жучок с микропередатчиком. Меня прилично одели и подобрали хорошую обувь, всё по моде, принятой у Громадин на тот момент. Прощались мы в клинике Йелла, все улыбались, кроме меня и Фиссы — мы ревели. Потом Куом перевёз меня и Вилли, облачённого в скафандр, на базу, где с нами кратко, по-военному, попрощался Атор. Он вручил нам на прощание по пистолету — ручному стрелковому оружию. Подобное было в ходу у землян ещё в ХХ веке и по сей день применяются модификации, очень уж удачной оказалась конструкция.
Из ангара вытолкали спускаемый аппарат — нечто вроде той самой яхты, но попроще, без ГСП. Зато с более просторной кабиной. На антиграве мы вышли в мезосферу, а там уже, на газовых моторах, подошли к кораблю. То был самый настоящий космический корабль — не грузовик, не пассажирский транспортник, а роскошный межзвёздный проникатель! Устроившись на борту, мы с Вилли первым делом нажрались нормальной, человеческой, земной еды. После этого мы напились. Ну… он напился, я-то на алкоголь не реагирую, как и на любой другой яд. А после того, как мы выспались и плотно позавтракали, Вилли запустил программу возвращения, исключив из маршрута Аз. Расположившись в пилотском отсеке, мы переглянулись, я сжал кулаки, а Вилли дал старт. Выйдя в подпространство мы выдохнули с облегчением и пошла у нас беседа…
- ...Вилли, меня за кражу яхты сильно накажут?
- Ich glaube nicht. Оно конечно, вещь недешёвая, но на момент её Zerstörung там уже износ был… Да и самое ценное оборудование ты с неё сохранил.
- Кэпа?
Вилли изумлённо посмотрел на меня и вопросительно пошевелил пальцами.
- О чём ты?
- Кэп. Ну, борткомпьютер же!
- Ja Ja. Именно! Кэп твой — самое ценное, что было an Bord. А теперь, mit allen Informationen, что он накопил — ему вообще цены нет. Так что по этому поводу keine Sorge.
- Хорошо. А чего там лекари опять нарыли, не знаешь подробностей?
- Примерно. Я же пилот, а не Arzt. Словом, какие-то особенности твоих желез внутренней секреции и прочих Innereien. Ну ты в курсе. Только никто не ожидал, что ты способен жить in der Atmosphäre, содержащей смертельный яд. И можешь не просто не дохнуть в ней, а долго и активно handeln. Косморазведка наша взвилась винтом, требуя от лекарей Details.
- Понятно. Слушай, Вилли, а что ж так долго думали-то? Не, я понимаю, что всё непросто, но раз уж я так занадобился, чего время тянули?
Пилот рассмеялся и щёлкнул пальцами.
- Тут, mein Freund Anatoly, целая история! Решение притащить тебя на Землю было принято сразу, как только стало ясно, что нужно erneute Prüfung твоего ливера. Сделали запрос на Аз — там тебя не оказалось. Нажали! На Азе перевернули все камни, заглянули во все чуланы и сортиры, прошвырнулись по борделям — нет Зорина, хоть плачь! Тут уже Intelligenz подключилась, выяснили, что ты украл яхту. Дали команду вернуть, а с Аза докладывают, что яхта твоя hatte einen Unfall и нет тебя больше в живых. Типа сгинул наш Толинька, сгинул, касатик. Но разведка на то и разведка — затребовали документы. А там никакой ясности! Достоверно лишь то, что яхта потерпела аварию. Что подтверждено аварийным сигналом с маяка реактора. Не с борткомпьютера, не SOS стандартный, ничего подобного! Сигнал маяка аварийного реактора. Ну вот и решили отправить меня на Аз, чтобы я всё лично geprüft, потому что из блеяния твоих бывших Kommandeure ничего понять было невозможно. Кроме того, что врут они и скрывают что-то. Прибыл я на эту планетку, пощупал шефа вашего за вымя как следует и выяснилось вдруг, что ты уже целый год на Глэдис Du stellst Gulliver dar! Но то, что яхта накрылась, es stimmt, тут уж куда деваться — eine Tatsache! Знаешь, Анатолий, была у меня мысль на том и успокоиться, да любопытство разобрало. Решил лично посетить Глэдис, раз уж есть повод. Найти тебя живым я не рассчитывал, но лично глянуть на этих Liliputaner mit Riesen было интересно.
- А тебя упаковали в барокамеру и месяц лапшу на уши свешивали…
- Ja. Но. Именно эта лапша и убедила меня в том, что ты жив, Толя. На Землю я мог вернуться с тобой или без тебя, никто мне ничего бы не предъявил. Но раз уж появилась возможность Erledige die Aufgabe как следует, то я решил не пороть горячку и подождать. И оказался прав!
- Да. Ты оказался прав. А я вот и не знаю, радоваться мне теперь или расстраиваться. И как дальше жить, тоже не знаю. На Земле я нужен лишь в качестве живого препарата для исследований. Изучат всю жопу с микроскопом и выкинут. А дальше? Куда мне? На Аз дорога заказана, в петроразведку, справедливо говоря, тоже. Прозябать на Регенде?.. Благодарю покорно, не хочется что-то. На Глэдис я не вернусь, ни к чему это всё. Да и не выживу я там, хоть нозально, хоть перорально трык-трык принимая. Да хоть и свечи корнями рып-рып ставь — не выживу. Вот такая история, Вилли.
- Sei nicht traurig раньше времени, Толик. Ты совсем молодой человек, вся жизнь впереди. Ещё найдёшь себе место в ней, sicher sein.
А корабль всё мчал сквозь подпространство, со скоростью света унося меня от Глэдис в неизвестное будущее... 

<26>

Проникатель на орбиту Земли выводил Кэп. Матерился он при этом на русском, громадском и другом. Как сапожник! Вильям Шварцламмер лежал в медицинском боксе в искусственной коме, я сидел в капитанской рубке и грыз палец, слизывал текущую кровь и снова принимался грызть.
То ли я сам, то ли кто-то из женщин (Фисса всего скорее) положил мне в карман пакетик сушёного джухха. При выходе из подпространства в Солнечной системе, я начал нервничать и… Нет, не палец. Джухх. Вилли посмотрел на меня, протянул ладонь ковшиком и сказал:
- Gib mir, bitte, ein wenig.
Я и дал. А через три или четыре сухарика наш двухметровый красавец почернел, как головешка и сдох! Побегав вокруг него с бубном, я всё-таки установил, что пилот жив, но едва-едва. Борткопмпьютер проникателя объяснил мне через Кэпа, что делать с несчастным телом, а потом эти два кибер-умника вели корабль к Земле, ругаясь друг на друга своими компьютерными словами.
В конце концов им удалось завесить корабль на орбиту и умник проникателя категорически потребовал убрать Кэпа из системы управления. По-немецки. Я убрал. А дальше всё шло по регламенту: переговоры с диспечером, спасательная шлюпка для Вилли, карантинная — для меня и перемещение нас обоих в клинику. 
В исследовательском центре, где меня снова подвергли самым унизительным и отвратительным процедурам, я всё время думал о том, что буду делать дальше. Во время непродолжительного отдыха, после особо мерзкого исследования (рып-рып после этого показался бы детской шалостью) я разговорился с Кэпом, которого у меня пока ещё не забрали и он посоветовал скопировать аудио и видеофайлы с Глэдис. Смонтировать из них репортаж и предложить масс-медиа, ведь широкой общественности ничего не было известно об этой планете, а большинство населения Земли даже и не подозревало о существовании Глэдис. 
Мой репортаж произвёл эффект взрыва в пару гигаватт в УЭ. Это и определило мою судьбу. Передо мной открылись многие земные двери, а вслед за ними и широчайшая перспектива. Простой фермерский парнишка, работяга-горняк, выходец из едва ли не самой затхлой колонии, ещё недавно и не представлявший себе, как дальше жить и куда податься после обследования, я внезапно понял (хоть всю свою прошлую жизнь даже и не задумывался никогда), что могу что-то значить в этом мире. Будущее моё всё ещё было туманным, но я уже точно решил: прозябать я больше не буду. Ни на Земле, ни на Регенде, ни где бы то ни было ещё!

© Rumer
Бердск, 2017 
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.