Стена

Опубликованно Май 1, 2018 | Просмотры темы: 103
— Что-то не нравится мне эта стенка, — задумчиво произнесла она, глядя на стену, отделяющую зал от кухни. Зная почти маниакальную страсть супруги к перестановке мебели и перепланировке квартиры, я не удивился, но немного прифигел.

— А какого лешего мы ее тут полгода назад возводили? — задал я логический вопрос, памятуя о том, что, когда мы въехали в эту квартиру, стены там не было. А появилась она по лично разработанному супругой проекту.

Получив тефлоновой утварью по голове за провокационные вопросы и пояснения, что на тот момент стена была просто необходима, я приступил к осмыслению ситуации.

Предварительный обзвон ломальщиков стен довел жабу до истерики, и я решил попробовать своими силами.

Взял отпуск на две недели. Спер у тестя кувалду. Размер кувалды навевал мысли о нездоровой гигантомании сделавшего эту кувалду. Вынес мебель.

К операции решил приступить утром. Всю ночь ворочался, просыпаясь от кошмарных снов, вскрикивал во сне и чуть не прозевал момент, когда надо было идти в туалет.
— Что-то не нравится мне эта стенка, — задумчиво произнесла она, глядя на стену, отделяющую зал от кухни. Зная почти маниакальную страсть супруги к перестановке мебели и перепланировке квартиры, я не удивился, но немного прифигел.

— А какого лешего мы ее тут полгода назад возводили? — задал я логический вопрос, памятуя о том, что, когда мы въехали в эту квартиру, стены там не было. А появилась она по лично разработанному супругой проекту.

Получив тефлоновой утварью по голове за провокационные вопросы и пояснения, что на тот момент стена была просто необходима, я приступил к осмыслению ситуации.

Предварительный обзвон ломальщиков стен довел жабу до истерики, и я решил попробовать своими силами.

Взял отпуск на две недели. Спер у тестя кувалду. Размер кувалды навевал мысли о нездоровой гигантомании сделавшего эту кувалду. Вынес мебель.

К операции решил приступить утром. Всю ночь ворочался, просыпаясь от кошмарных снов, вскрикивал во сне и чуть не прозевал момент, когда надо было идти в туалет.

Утро.


Взяв маленький молоточек, я стукнул по стене в том месте, где она частично была сделана из гипсокартона. «Бууммм!» — сказал гипсокартон, но не поддался. Взяв кувалду и хрюкнув от натуги, я с размаху засадил ей по стене. «Хрум!» — сказала стена, и кувалда, увлекаемая силой инерции, устремилась в образовавшуюся дыру.

Писец, мелькнуло в сознании, там же холодильник! А поскольку холодильник в нашей семье является всеобщим домашним любимцем, то покалечить его означало бы подписать себе смертный приговор. А летящая в его сторону кувалда грозилась не просто покалечить, а вообще его убить. Все эти мысли за наносекунду пронеслись по извилинам, и руки еще крепче сжали ручку кувалды. Словно в замедленной съемке я видел, как в дыре скрылась треть кувалды. Потом еще треть. Но все закончилось хорошо. Поскольку дырка была размером с кувалду, которая в нее почти улетела, то я, летевший вслед за кувалдой, так и не выпустивший ручку этого гигантского молотка, с громким чмяком врезался в стену и остановил полет инструмента. Холодильник был спасен, но мне пришлось в корне пересмотреть концепцию завала стены.

Зайдя со стороны кухни, я в качестве пробного удара вломил кувалдой по стене там, где она была сложена как надо. И еле успел увернуться от куска штукатурки, со свистом пролетевшей мимо головы. Подняв его, я, незнакомый с технологией строительства, с уважением рассматривал кусок сантиметров пять толщиной. Из-под обвалившейся штукатурки виднелись кирпичи.

Ну вот, технология валки стены постепенно приобретала конкретные очертания. Сначала штукатурку собью, а потом уж и по кирпичикам разнесу стену, решил наивный юноша и с энтузиазмом принялся за работу.

Вскоре штукатурка на высоте метра от пола была отбита. Принеся стремянку и с натугой затащив на нее кувалду, я сел перекурить. Кухня представляла жалкое зрелище. Весь пол был усыпан штукатуркой, в воздухе клубилась пыль, а наверху стремянки с видом офигительно умной совы сидел белый пыльный человек в строительных очках и задумчиво оглядывал поле брани. В этот момент ко мне впервые закралась предательская мыслишка: «А не лучше ли было это дело доверить профессионалам?»

Докурив, я встал в полный рост. Стремянка заскрипела и закачалась. Взяв в руки кувалду, я отметил некоторое неудобство использования ее на высоте. А именно: при пробном взмахе, даже не ударяя по стене, меня развернуло вместе со стремянкой вокруг оси, и кувалда направилась привычным маршрутом к холодильнику. Но мне было не до нее. В этот момент стремянка контактировала с полом всего в двух точках, и меня как-то больше заботила возможность разбить хлебало о плитку. Но ниче, кувалда не долетела, я устоял. Мне бы остановиться! Ведь уже достаточно было намеков судьбы. Но я был слеп, самоуверен и, как потом оказалось, еще и везуч.

Повторив все сначала до пункта «забрался наверх и взял кувалду», я осторожно помахал ей. Потом так же осторожно рубанул слева направо. Стремянка скрипела, но стояла. Я махнул посильнее. Не упал. То есть при известной доле ловкости и везения можно было поработать на высоте с чудо-инструментом. Наверное, я со стороны, весь пыльный, в очках и совершающий непонятные движения молотом, напоминал какого-нибудь маньячного трижды мутанта черепашку-ниндзя на тренировке.

Кое-как уловив баланс между взмахом и качанием стремянки, я со всей дури долбанул в стену.

Сосед наверху свалился с кровати и накрылся телевизором.

Стайка гастарбайтеров разбежалась из подъезда в разные стороны.

Пыль от штукатурки белым облаком накрыла Москву.

Но мне было не до этого. В этот момент, бросив на фиг инструменты, я всем телом пытался удержать пласт штукатурки, который отошел по всей стене и теперь угрожал мне и стремянке. Ндааа, пласт два на три метра и пять сантиметров толщиной мало не весил. Ситуация усугублялась неустойчивостью стремянки. В общем, композиция «я — стремянка — пласт штукатурки» была крайне неустойчива. Но стояла. При моем малейшем движении пласт отходил от стены еще больше, и холодный пот ручьями стекал куда-то вниз. Тихонько попискивая, я изо всех сил пытался приладить пласт на место. Идиот.

Через пять минут я понял, что вечно так стоять не смогу. Хотелось курить, писать и плакать.

А етить его налево, вскричала королева. И собравшись с духом, красивым (Кабаева, естественно, плачет) прыжком покинул стремянку.

Время остановилось. Я летел в глубь кухни. Пласт медленно отходил от стены. Стремянка сжималась от страха.

Такого грохота дом не слышал, даже когда строился. Во всем подъезде звенели стекла, плакали дети и взрослые, в голос выли собаки и даже хомячки.

Когда пыль рассеялась, я оглядел Хиросиму и, задушив жабу, позвонил профессионалам.


© Сергей Кобах

Comments

Ваша учетная запись не имеет разрешения размещать комментарии!