Про кота Матвея

Опубликованно Июль 22, 2017 | Просмотры темы: 192

Вот вы говорите, кот не дурак.

Некоторые объясняют его тягу швырять корм горстями в унитаз желанием сократить путь еды, минуя непосредственно пищевод. Другие говорят о глубокомысленном созерцании воды и поминают китайцев с их стихиями. Третьи оправдывают кота его естественнонаучными интересами. 

Я вам так скажу: прыгнул за голубем лбом в стекло – значит, дурак. Умственно сохранное животное запоминает, что в доме есть окна, не с восьмой попытки, а с первой. И проверяет их существование не головой, а лапой. 

Нет-нет, с этим животным всё очевидно. Умственная отсталость, помноженная на любопытство, плюс слабая долговременная память плюс страсть к экспериментам – и мы получаем кота, который едва не запёк самого себя в духовке. 

При всём том от него исходит очень много любви. Даже странно чувствовать себя объектом такого сильного узконаправленного обожания. Чужих людей кот Матвей панически боится, своим искренне радуется, но лишь ко мне он относится с покровительственной нежностью, которая заставляет меня забывать о его удручающе низком интеллекте. 

Когда тебя так сильно любят, это обязывает. Я выяснила, что чужое чувство воспитывает во мне толерантность к умственно альтернативной форме кота. Развивает снисходительность и готовность принять любой сотворенный идиотизм если не как своеобразный подарок, то хотя бы как должное. Сильнее прочего ошеломляет лучезарная уверенность Матвея в том, что именно он центр моей жизни, средоточие всего лучшего: счастья, радости, добра и света. Кот работает постоянным транслятором идеи "я любимый! я прекрасный!", и законченным выродком был бы тот, кто не оказался бы внутренне преображён воздействием этого излучения. 

И дело не в гипнотических умениях кота, а в том, что рядом с маленьким, вредным, глупым существом, свято верящим, что оно умное, сильное и дивное, как десять огнегривых львов, есть лишь один способ не свалиться в грубое физическое насилие и остаться в своих глазах приличным человеком – это вырастить в себе великодушие и признать: "Да, ты волшебный. И мы тебя любим". 

Однажды внезапно для себя осознаёшь, что первое – вопиющая ложь, конечно же, а вот второе давно и прочно стало правдой. 

Чуть не забыла. С людьми это не работает. Только с котиками.

 

Кот Матвей творит хню

 

На три вещи можно смотреть бесконечно: как горит огонь, как течёт вода и как кот Матвей творит хню. 

К творению хни это животное подходит без всякого вдохновения. Рутинная, тяжёлая работа. Но кто-то же должен! И кот добросовестно выполняет свои обязанности. 

Полагаю, он ведёт дневник. Записывает там отчёты: кратко, сдержанно, всё по делу. Лирики не надо, это лишнее. 

6:31

Носил в пасти сухой корм, ронял в унитаз, смотрел. Бил лапой по воде.

6:45

Бил спящую женщину лапой, которой бил по воде.

7:02

Засовывал морду в чашку. Застревал. Кричал. Слушал эхо.

10:15

Запутывался в мочалке. Верещал.

14:23

Отдыхал в немытой форме из-под холодца. Собрал на шерсть остатки холодца. Допустил, что это атаковавшие меня кровососущие бесы Тёмного мира. Бежал. Ронял поддон.

14:30

Катался по дивану.

14:40

Смотрел, как отмывают диван от холодца. Помогал.

18:46

Нашёл крем для рук "Морозко". Прокомпостировал зубами восемнадцать раз. Выдавливал крем. Пачкал. Пытаясь стереть с морды крем, тёрся об диван.

19:00

Смотрел, как отмывают диван. 

Кот Матвей способен творить хню с чем угодно. Например, он любит раскладывать подаренные цветы у меня на кровати, пока я сплю. Ночь, тишина, я лежу вся в цветах – ну чисто Брежнев в гробу. Иногда по дороге с розой в зубах кот звереет, начинает мочалить бедную изо всех сил. Тогда эта дебильная икебана со мной в главной роли выглядит так, словно на постели было сражение. Война алой и белой розы. 

Также очень популярна среди кота Матвея игра "путь кенгуренка". Для этого берётся домашний телефон. Прячется в складках мохнатого живота. Телефон долго созревает там, растёт, понемножку набирается сил. Кот делает вид, что утомлённо спит. Когда кто-то позвонит на домашний, нужно взлететь вверх, расставив четыре лапы, и истошно заорать: "Рожаю, рожаю! Уже и воды отошли!" 

Иногда мне кажется, что ему за это платят. Не может живое существо творить столько ошеломительной дури бескорыстно! 

Новый Год

 

В дом принесли здоровенную ель, у которой такой размах ветвей, что позавидовал бы даже белоплечий орлан. Кот Матвей всегда под Новый Год испытывает потрясение, словно приютский сирота, вывезенный в Дом Игрушки, но в этот раз он был напрочь подавлен безразмерным еловым великолепием. Робко жался к стене, вздрагивал, прядал ушами, и так продолжалось до тех пор, пока пудель не наблевал под ёлочку. 

Тут у кота внезапно случился инсайт – он понял, что бога нет, всё позволено, и с криком "грабь, воруй, руби гусей" кинулся ломать и крушить дерево.

Атаки его всегда стремительны и непродуманны, что приводит к закономерным последствиям. Кот получил еловой веткой по морде и человеческой ногой по заднице, был низвергнут, уполз под стол и сидел там, ошарашенно моргая и мыча что-то о несправедливости и правах животных. 

Ночью он вылез, мстительно обгрыз нижнюю веточку, обкакался плохо переваренными иголками, но всё равно ходил с видом триумфатора, а пуделя два раза пнул и назвал плебейской мордой. 

Десять дней.

 

Меня не было всего каких-то десять дней. Матушка моя, женщина голубиной кротости, взяла дом на себя. Я полагала, что за столь короткое время вожжи домашнего хозяйства не выпадут из её нежных пальцев.

Вожжи не выпали.

Сюрприз ожидал в другом месте. Коты, оставленные без жёсткой руки, совершенно озверели и потеряли человеческий облик.

Когда я вошла в квартиру, они сидели, обнявшись, на батарее, и распевали нетрезвыми голосами песню "Комбат, батяня, батяня, комбат". Заслышав шаги, старший обернулся и хрипло скомандовал: 

- Слышь, девка! Эта... отрубей давай! 

Я с изумлением наблюдала, как матушка покорно ставит перед ними наполненные доверху миски. После чего оба оскотинившихся товарища пали на корточки и принялись жадно поглощать корм. Ладно бы только младший! Тот всегда закапывался рылом в еду, свински чавкал, дрыгал задней ногой от избытка чувств, а после, нажравшись, обессиленно валился кверху брюхом, не отходя от места трапезы, и только время от времени звучно икал. Но старший! Старший, когда-то повязывавший салфетку. Отказывавшийся есть без серебряной вилочки. Старший, рядом с которым вы чувствовали себя троглодитом, дорвавшимся до куска мамонта, и стыдливо отводили взгляд! 

Пока коты ели, я огляделась. 

Пол был усыпан алыми лепестками. Не в честь моего приезда, а потому что Матвей добрался до цветов. Подушка, моя любимая подушка, хранила отчетливые следы костлявой кошачьей жопы. Из туалетной бумаги в ванне свили гнездо, в котором уместился бы орёл, а все потому что – цитирую матушку! – котику хотелось поиграть. 

Котику? Котику?! Вот это осоловелое разжиревшее отродье - котик? 

Котик – это я, потому что не прибила двух волосатых мерзавцев сразу по приезде. 

Нажравшись, оба сукиных сына залезли на диван, спихнули оттуда пуделя с Дульсинеей и пытались отыскать пульт от телевизора. Порвали обивку, уронили и разбили найденный пульт и поскакали, гогоча, по квартире, сшибая зазевавшихся детей и собак. 

- Ах вы мои милые! - проворковала матушка, святая женщина. - Ах вы мои крошки! 

Тут моё терпение кончилось. Я дала одной крошке пинка, а вторую приложила тапочкой промеж ушей.

Коты вздрогнули. В их заплывших бессмысленных глазках мелькнуло подобие узнавания. 

- Н-ну, - говорю, - держитесь, подлые ваши рожи. 

Победа разума над сарсапариллой была обеспечена мерами физического воздействия и закреплена короткой речью, полной междометий. По итогам внушения один кот пошёл подметать пол, второй - менять наволочку. При этом оба каялись, закладывали друг друга и утирали слезы. 

Но от роз остались одни стебли

@ Елена Михалкова

Comments

Ваша учетная запись не имеет разрешения размещать комментарии!