Рецепт будущего. Часть 2.

Опубликованно Январь 22, 2018 | Просмотры темы: 25
Глава шестая. Золушка спешит на бал.

Сегодня, придя на работу, я увидел возле служебного входа шеф-повара Василису, которая вылезала из такси. Это было несколько странно, обычно она приезжала на своем грозном спортивном мотоцикле. Шеф выглядела усталой и расстроенной, а в руках держала плотный чехол для одежды.
- Привет! Как отдохнула?
- Никак, мотоцикл на сервис таскала, теперь пару дней безлошадная. Что там вчера, осетров привезли?
- Вроде нет, я не в курсе, а должны были?
- Ладно, Сереге позвоню. Иди, переодевайся, не стой!
Глава шестая. Золушка спешит на бал.

Сегодня, придя на работу, я увидел возле служебного входа шеф-повара Василису, которая вылезала из такси. Это было несколько странно, обычно она приезжала на своем грозном спортивном мотоцикле. Шеф выглядела усталой и расстроенной, а в руках держала плотный чехол для одежды.
- Привет! Как отдохнула?
- Никак, мотоцикл на сервис таскала, теперь пару дней безлошадная. Что там вчера, осетров привезли?
- Вроде нет, я не в курсе, а должны были?
- Ладно, Сереге позвоню. Иди, переодевайся, не стой!
Я отправился в свой мясной чулан и занялся текущими делами. Так как вчера Василисы не было, я в конце дня обсудил текущие задачи с су-шефом Серегой и сам для себя набросал план работы. 
- Ты привыкай сам ориентироваться, нам с Василисой некогда постоянно за тобой приглядывать, а Солу вообще похер на все кроме мангала, - наставлял меня вечером су-шеф, - Если что-то срочное, мы тебе скажем, конечно, а за текущей мелочовкой сам приглядывай. И запасы тоже по холодильникам контролируй - видишь чего-то мало осталось, приди в тетрадочку запиши, вон красная на раздаче лежит, мы закажем. 
С обучаемостью у меня никогда не было проблем, и я постепенно втягивался в работу. Больше всего раздражали однотипные монотонные действия вроде чистки рыбы или креветок. Хорошо еще, что картошку и другие овощи чистили всей кухней. Это называлось "Овощной Аврал", обычно с утра, после приема поставки, су-шеф проверял холодильники и объявлял, чего и сколько нужно начистить. Все становились в кружок над мусорным баком и чистили нужное количество картофеля, лука, моркови или еще чего-нибудь по ситуации. Это было своеобразной заменой кофе-брейка, в этот момент все общались, шутили и обменивались новостями. Что-то подобное видимо устраивали и вечером, если было мало заказов, потому что зачастую с утра в холодильниках обнаруживался необходимый запас очищенных овощей.
Я до закрытия заведения ни разу не оставался, так как моя работа заканчивалась самое позднее к 21-00. Но сегодня вышло иначе. Примерно через час после начала работы в цех заглянула Василиса:
- Слушай, у тебя какие планы на вечер?
- Судя по твоему вопросу, ты либо меня к чему-то припахать хочешь, либо на свидание пригласить?
- На свидание я и без тебя схожу, а вот помощь нужна действительно. У Жорика-мангальщика зуб разболелся, он не вышел сегодня, Сол там на мангале один. И мне как назло вечером надо пораньше уйти, Сол тут на кухне за старшего останется и ему кто-то нужен за мангалом приглядывать. Там ничего сложного, за углями смотреть, взвешивать, шампура крутить. Заказы он все равно сам отдавать будет.
- А оплачивать? Я уже в воскресенье заехал на пару часиков просто помочь...
- У меня все твои часы записаны, не переживай - все тебе в зарплату выплатят, вот смотри.- Василиса порылась в своем блокноте и показала мне аккуратную таблицу с фамилиями всех сотрудников и отработанными часами за каждый день. - У меня все точно!
- И сколько мне тут быть? До часу ночи?
- Я думаю до 11, ты сможешь в это время домой добраться?
- Последний автобус ровно в 11, давай до 22-30?
- Хорошо, я тебе лишние часы впишу, а Сол объяснит, что нужно делать. Ты к вечеру как все тут закончишь, спускайся к нему на мангал. Заодно поучишься, Сол хоть и своеобразный человек, но в своем деле мастер. Будешь потом друзей на пикниках удивлять!
Василиса удалилась, а я задумался о том что, не смотря на разнузданный стиль общения Сола, шеф относится к нему с уважением. Видимо, он действительно мастер своего дела. Закончив работу около 18 часов, я, как и было оговорено, спустился на мангал. Это была достаточно просторная кирпичная пристройка к основному зданию, сбоку примыкавшая к летней веранде. Одна сторона имела широкое окно во всю стену, которое служило "раздачей" для веранды. Вторая стойка раздачи была внутри у входа в помещение, здесь забирали заказы, предназначенные для главного зала. 
Вдоль всей противоположной от окна стены располагался огромный кирпичный мангал, разделенный на две секции. В обычные дни разжигали только левую сторону, а на полную мощность запускали только в преддверии праздников и для больших банкетов. Кроме этого, здесь имелись большой холодильник, пара железных столов, раковина, весы и стеллаж для чистой посуды. Здесь единолично властвовал Сол - необъятных размеров армянин, бывший судовой кок. В углу мангальной у него имелось офисное кресло, на котором он дремал, как король на троне, в ожидании заказов.
- О, здравствуй, заходи, уважаемый, - Сол приветственно помахал рукой, - рассказывай.
- Меня Василиса прислала, сказала, чтобы я тебе вместо Жоры помогал. 
- Это хорошо, а то одному скучно работать. Будешь взвешивать, нанизывать и подавать, а я отдавать буду. Ты дома шашлык жарил? 
- Да, конечно, с друзьями на природе. С ребятами с рынка часто выбирались.
- А люля умеешь лепить?
- Нет, раньше не пробовал.
- Настоящий мангальщик - это тот, кто люля жарить умеет. Шашлык каждый жарил и каждый спецом себя мнит, а вот люля нет. Некоторые рукожопы его на решетке жарят, как бургер - смех один. Ты не бойся, я тебя научу, как по-настоящему.
- Это интересно, с чего начинать?
- С углей, это первое дело. Я вообще люблю с дровами дело иметь, это лучше всегда. Но Евгеньич не захотел тут нам дровяной сарай организовывать, приходится на суррогате жарить на этом - Сол пнул бумажный мешок с углем, стоявший у стены - Вот с краю сюда, сыплешь свежий, а потом, сюда дальше, как прогорит, распределяешь. Должно быть сектора минимум три, один такой, что бы горело совсем, средненький второй и третий чуть-чуть вообще. Наставление Сола было прервано трелью принтера, вслед за этим из него полезли чеки с заказами. 
- Ладно, потом продолжим, сейчас за дело пора. Бери чеки, ищи к ним заготовки в холодильнике и тащи на стол. Вон там у раковины шампуры, их тоже давай сюда, только протри предварительно.
На летней веранде один за другим занимали столики, а у нас с Солом закипела работа. Я еле успевал нанизывать шашлык и укладывать рыбу на решетку. Лепить люля мне Сол не доверял, я занимался подготовкой тарелок и снятием с шампура, а он уже декорировал блюдо перед подачей. Вскоре работа набрала такой темп, что я уже мало что соображал, а просто как робот выполнял команды, отбивая запару. За исключением пары разбитых тарелок и небольшого ожога (неудачно взялся за шампур) все получалось неплохо. Забирать один из заказов на мангал пришел официант Лева, и ожидая, пока его блюда будут готовы, обратился к Солу с вопросом:
- Сол, подскажи рецепт какого-нибудь интересного блюда, легкой закуски для романтичного ужина, которое я смогу своими руками приготовить. Я девушку в гости пригласил, хочу её удивить чем-нибудь, чтобы как в ресторане было.
Сол, после секундного размышления так сказал:
- Удивить да? Если девушку домой позвал - надо её вином поить. Если вином поить, надо к вину изысканный сыр подать. Пиши рецепт давай. Идешь в супермаркет, значит, берешь три пакета молока таких мягких (пастеризованное 2,5% жирности). Сметаны такой обычной грамм четыреста (20% сметана). Уксус яблочный, яиц штук пяток, сухой аджики пакетик и соевый соус. Соль-то у тебя дома найдется поди? Потом в аптеку пойди, купи презервативов две пачки и марлю...
Сол внимательно оглядел Леву и продолжил:
– Нет, одной пачки хватит тебе презервативов. Теперь домой иди. Кастрюлю большую бери, молоко ставь - кипяти. Пока молоко закипает, возьми пять яиц и сметану – взбей миксером до однородной массы. Если нет миксера, бери вилку и взбивай таким движением – вверх вниз, вверх вниз, как будто девушку ждал, а она не пришла, а ты очень ждал, да! Потом яйца со сметаной вылей в молоко, добавь в него аджики сухой одну ложку, если девушка блондинка и две, если брюнетка, мешай хорошо и жди чуть-чуть. Как почти закипать начнет – влей уксуса туды, три столовые ложки. И опять мешай - давай. Потом дуршлаг возьми, марлей застели и когда сыр покипит одну минуту – выливай аккуратно да! Как сыворотка стечет, марлю туго скрути, сверху узел завяжи, а на сверток сверху баллон трехлитровый холодной воды поставь. На один час хватит постоять. А пока прессуется сыр – делай рассол. В литровую банку налей воды двести грамм и соевого соуса двести грамм. Потом еще соли чайную ложку с верхом. А если девушка скоро придет – то две ложки с верхом. Сыр как час отстоится – ножик берешь, кубиком режешь и в рассол. Если соли много кинул – через час готов сыр будет. Вот вина в бокалы нальешь, сыр на тарелочку выложишь, свечи зажжешь – все красиво будет!
Лева закончил записывать и благодарно закивал:
- Спасибо большое, Сол! Пара вопросов только. Как этот сыр называется и какое к нему вино лучше подать?
Старый мангалойд усмехнулся:
- Сыр называется АРАЧЕЗАНАХ, всем девушкам нравится, сам проверял. А лучше всего его подавать с марочным грузинским вином ПЕЙЧОДАЛИ.
После восьми поток заказов несколько уменьшился, но и преподавательский запал Сола также угас. Он, отдуваясь, взгромоздился в свое кресло и предложил:
- Что я тебя буду учить? Ты большой уже совсем. Бери сам и пробуй. Так быстрее научишься. Возьми фарша куриного да поджарь себе люля. Только когда кушать будешь от окна отойди.
Я последовал его совету и попробовал сделать люля. Первая упала в угли, зато вторая вышла вполне приличной. Я отошел к двери из мангальной и, укрывшись за ней, принялся за еду, как вдруг услышал в коридоре громкие голоса. Один из них принадлежал старшему администратору Елене, второй был мне незнаком:
- Как ты могла её отпустить? Куда это она собралась в рабочее время? - почти кричала неизвестная женщина (я подумал, что это директор ресторана Людмила Сергеевна, с которой я до этого не был знаком).
- Ну она периодически отлучается, по вечерам, говорит, у меня же тут неотгулянных выходных месяц почти, почему я на 3 часа раньше уйти не могу?
- Звони ей, может, не уехала еще.
Видимо, речь шла о шеф-поваре. Женщины скрылись за углом, а вскоре по коридору пронеслась Василиса, она явно была чем-то сильно расстроена. В это время снова зазвенел заказ, я вернулся на мангал и принялся за работу. Пока Сол жарил заказанную сёмгу, я обратил внимание на администратора Елену, которая появилась на летней веранде и торопливо подошла к крайнему столику, за которым сидела шумная компания из полудюжины молодых людей и девушек. Елена стала что-то говорить крупному накачанному парню, сидевшему спиной к мангалу. Слов было почти не разобрать, зато хорошо была видна заискивающая улыбка администратора. Подошел Сол, выставил готовый заказ и посмотрел в ту же сторону.
- Косяк похоже опять, - философски заметил он, - стол дорогих гостей. Вот этот хлыщ, Ленка перед которым растекается, - Димка, сын Игоря Петровича, владельца колбасного завода и агрохолдинга, а девчонка рядом с ним - дочка зама губернаторского - Оксана, она тут с папой бывает периодически, остальных не знаю, но думаю такие же.
В это время на веранде появилась Василиса. Одета она была не в свой обычный зеленый хирургический костюм, а в парадную поварскую форму (которую я видел у неё один раз в кабинете). Она подошла к столу, тогда парень резко встал и буквально навис над Василисой. Он принялся яростно жестикулировать и говорить так громко, что я расслышал отдельные фразы.
-...училась не х..й сосать, а готовить. Оксаночке принесли грудку магре, а она сырая внутри. Ты чё, сучка, хотела отравить её? Я б..дь, тебя кобелям на даче заброшу, что бы трахнули хорошенько. Я стейк велл дан просил, а мне вообще подошву от сапога принесли б..дь. Ты скажи, ты совсем ох..ая да? У нас тут свадьба через пару месяцев в этом ресторане, а тут х..есоска, нам помои свинячьи подаешь...
Компания за столом что-то весело поддакивала оратору, а Оксана смотрела на своего кавалера так, как будто он как минимум вышел сражаться с драконом в её честь. Василиса стояла чуть склонив голову и молча смотрела в пол. Парень перед ней продолжал сыпать оскорблениями и махать руками, словно ветряная мельница. В какой-то момент он махнул слишком близко, и Василиса резко вздрогнула и вжала голову в плечи, как будто ожидала удара. В этот миг мне захотелось подойти туда и бросить в хлебало этому мудаку кольчужную перчатку мясника, вызывая на поединок. А потом рубануть топором чуть правее уха и развалить через позвоночник наискосок, на две ровные половинки от плеча до задницы.
Но времена отважных рыцарей прошли, и я точно таким не являлся. А просто стоял и смотрел, как обычный трус, искренне считающий, что его хата с краю. На веранде появилась директор ресторана и тоже что-то стала активно говорить гостям. Василиса кивнула несколько раз, что-то пробормотала и почти побежала с веранды.
- Хорошо, что сегодня не Валентина смена, - задумчиво заметил Сол, тоже внимательно следивший за происходящим, – он в Васю втрескался по уши, мог глупостей наделать по молодости. Э, замер чо? Ну-ка сгоняй на склад, принеси угля пару мешков, а то запас должен быть!
Я отправился выполнять распоряжение, а возвращаясь с мешками, увидел Василису, сидящую в столовой. Она была уже в "уличной" одежде и с задумчивым видом вращала на столе телефон. Я остановился и спросил: 
- Ты же вроде уезжать собиралась и торопилась?
- Сейчас поеду, но спешить уже некуда.
- Случилось чего? Может, я помочь могу?
- Все нормально иди, работай. Я просто не успела в одно место, но ничего, всякое бывает, – усталым голосом ответила шеф, встала и медленно направилась к выходу. Что-то в её облике показалось странным, а через секунду я понял. Рост! Василиса была в изящных туфельках на высоком каблуке и видимо действительно не успела на свидание. «Каким же нехорошим человеком надо быть, чтобы не подождать девушку каких-то сорок минут», - подумал я и отправился дальше работать. 
- Что нос повесил, уважаемый, люля невкусный был? – участливо спросил Сол, когда я появился в мангальной, – хочешь коньячку оформим по чутку за твое крещение огнем?
- На работе же нельзя.
- Какая работа эй? Они сытые все, мороженое, смотри, кушают. И да, я начальник твой, разрешил, значит, давай! – Сол подошел к окну, жестом подозвал официанта и что-то коротко сказал ему на ухо. Тот кивнул и направился к бару, а через некоторое время появился из внутренней двери, неся на подносе чайник и пару чашек.
- Вот выпьем, давай, чайку Горбачевского, по старой традиции заведения, – провозгласил Сол, разливая коньяк по чашкам. – За успех твой, мангалойд!
- Так я ж не сделал почти ничего.
- Пей, давай, ничего не испортил - уже молодец! Возвраты были? Нет! Претензий нет, все хорошо!
Я засиделся с Солом и его «чайком» так, что едва не опоздал на последний автобус. Уже наблюдая мелькавшие за окном огни ночного города, я все никак не мог избавиться от гадкого чувства, будто из-за своей трусости и равнодушия я не сделал, упустил что-то очень важное, сам не понимаю, что… 



Глава седьмая. Звонки из прошлого.

На следующий день Василиса явилась на работу в мрачном расположении духа. Она выговорила нескольким поварам за грязь на рабочих местах, придиралась к заготовкам и вообще. Мне влетело за беспорядок в холодильниках и прочие текущие моменты. Единственным, кто естественным образом избежал гнева шефа, был Сол. 
- Ай, дорогая, чего шумишь? Мужа тебе надо, да? – Сол был напротив в обычном благодушном настроении. – Иди кофе попей, выдохни, не врывайся в работу сразу!
- Когда пить? Банкетное меню не доведено, закупщик тупит, на кухне бардак! – Василиса зло стукнула кулаком по столу. – И вообще кто вчера заявку заполнял? Зачем нам сала 50 килограмм?
- Сало лишним не бывает, – философски заметил Сол. – Я на люля пропущу, чувствую у нас скоро большие банкеты.
- А морозилка резиновая по-вашему? – Василиса не собиралась сдаваться. – Да туда и так не зайдешь!
- А ты, Лучезарная, спиши все охуйки и шердаки, там бальные танцы можно будет устраивать! – Сол нахмурился, возмущенный упрямством шефа. – Я Саньку сказал, где сало взять – там высший класс, надо брать пока есть, потом не будет!
Сол гордо поднял указательный палец вверх и отправился на мангал. Василиса зашла ко мне в цех. Она осмотрела заготовки и обернулась ко мне:
- Ты осетра разделывал когда-нибудь?
- Нет, не приходилось. 
- Там через полчаса поставщик шесть бревен привезет. Это осетры без голов, килограмм по 18-20 каждый. Притащишь их сюда, от слизи отмоешь и попроси Сола показать как правильно разделывать. Он это лучше меня умеет.
- Хорошо,шеф!
Неожиданно у Василисы в кармане запищал телефон. Она взглянула на экран и по её лицу мелькнула тень. Звонивший был ей явно неприятен. Она отошла в угол цеха, присела на корточки и оперлась спиной о стены. Кроме «Алло?..» она не проронила ни звука, молча слушая невидимого собеседника. Через пару минут она стала отвечать: «Не говори глупостей. Нет. Нет, это неправда! Всё было не так! Ты не помнишь, как было на самом деле… Это не поможет. Хватит, мама, не звони мне больше!». Василиса встала и только в этот момент обратила на меня внимание:
- Что ты стоишь? Отправляйся принимай осетров, кто их без тебя сюда затащит?
Я немедленно отправился выполнять её распоряжение. У служебного входа уже суетился Санек, пристраивая на тележку пенопластовые ящики со льдом, в которых лежали «бревна осетров». Он очень обрадовался моему появлению.
- Салют,Мясник! Сам дотащишь? А то мне некогда, надо еще за салом съездить, Сол послал к своим знакомым, они для нас заготовили спецзабой.
- Что там за сало такое, из золота, что ли?
- Просто толстое и хорошее, Сол в этом толк знает. Говорят, у него жена из Украины.
Наверное, она его укусила, и он теперь без сала жить не может.
- Езжай уже, дотащу твоих осетров. 
- Спасибо! Это теперь твои осетры.
Я в несколько заходов перетаскал осетров в цех и принялся за мытье. Это было довольно муторным занятием. Осетры были покрыты слоем липкой желтой слизи, которая по консистенции сильно напоминала сопли. Слизь отмывалась под струей воды, но не слишком хорошо и с каждым из шести осетров пришлось повозиться. Наконец я закончил и отправился к Солу на мангал.

Там я застал весьма живописную картину. Сол развалился на своем потертом кресле, а у него на коленях устроилась Римма-салатница. Я несколько смутился и сказал:
- Простите, может быть, я не вовремя?
- Заходи, заходи, я как раз опытом делюсь! – Сол гостеприимно помахал рукой, а Римма смущенно улыбнулась. – Мы тут за высокую кулинарию говорим, понимаешь.
- Я попросила Сола подсказать рецепты французских блюд. Хочу парня своего удивить. В интернете посмотрела – приготовить смогу, но ингредиенты мне не по зарплате. Где я тут трюфели раздобуду и прочую роскошь?
- Ай помолчи, да. Я вам так скажу, за всю эту кухню европейскую. Это все нищебродство сплошное. Вы-то историю вспомните. Там же в средневековых городах жрать-то нечего было. Вот взять немецкую кухню – все эти колбаски, рульки-шмульки – это от чего? Мяса нормального не было, даже шашлыка не из чего сделать – вот и мучились как могли. Вот и во Франции та же песня. Продуктов нет нормальных, так давайте понтами извращенными займемся! Короли у них там не ели этой херни. Это все потом в моду вошло, как они там революцию свою замутили великую. 
Я вам так скажу: хорошее блюдо - блюдо простое. Если ты простое блюдо не можешь вкусно приготовить – ты не повар, а моржовый хрен.
- И что же ты Римме насоветовал, уважаемый, интересно же?
- Говорю ей, приготовь хороший тар-тар из телятины. Какой мужик мясо не любит? Я на рынке скажу к кому подойти, он тебе вырезку такую продаст, такой нигде нет. Тар-тар будет – король такой не ел! А она упрямиться глупая! – влзмутился Сол и легонько шлепнул Римму по заднице.
- Не станет он сырое мясо есть. Побоится, – обиженно надулась Римма – Нужно другое что-нибудь. 
- Ох, привередливая какая, ну слушай тогда. Приготовь ему паштет «Куриная Фуабля» , лучше французской копии.
- Это что еще за «Фуабля»? – мне тоже стало интересно.
- Это правильный паштет. У них же там в чем проблема? Сала хорошего негде взять! Ну нету там в Европе хороших породистых свиней! А без жиру-то не вкусно! Вот они и морочатся с мраморной говядиной, да с гусей кормят до ожирения печени. Нет бы естественный продукт применить! – Сол щелкнул пальцами и продолжил: Вот запоминайте сейчас: надо взять печени куриной грамм триста и сердечек еще двести граммов. А главное - сала тоже грамм двести. Но если хочешь, чтобы парень ночью посильнее был, можешь и больше сала бахнуть, все триста грамм, энергия ему пригодится! Еще морковь с луком грамм так сто пятьдесят да пару яиц. Что бы еще надо? Травы там всякой вся что есть, соль да пятых перцев. Значит, берешь сало и режешь крупным кубиком, печень тоже, сердечки пополам. Морковь и лук тоже кубиком, как пальчик твой нежный, толщиной. Разогрей сковородку большую прямо, с бортами высокими, высыпи разом и жарь прямо как следует. Жарь, мешай, соли перчи, жарь еще. Надо чтобы влага ушла сильно, да, а морковь нежная такая стала вся. С плиты снимай, в миску высыпай, охлаждай давай! Как остынет - крути все на мясорубку. Потом как перемолола яйца разбей и траву засыпь. Миксер бери и взбивай по чуть-чуть. А пока взбиваешь – возьми вина красного, но не кислого, нет. Сладкого возьми, вкусного! А ежели парень крепкий – возьми хороший портвейн. Полстаканчика можно, а можно и целый стакан. И вот взбиваешь такая, левой рукой, а правой вино туды лей, тонкой струйкой – по чуть-чуть, а взбивай побыстрей-побыстрей. Как взобьешь, паштет охлаждай – в холодильник ставь да! Потом когда парня кормить будешь – с каждым кусочком – ты богиня из богинь для него будешь, да! Сам знаю, мне жена готовила, ведьма!
- Ох крутой рецепт, Сол, только после такого за руль не сядешь, гиббоны в раз права отберут. –прокомментировал я.
- Зачем тебе после такого паштета за руль садиться, после такого надо в постель ложиться! – ухмыльнулся Сол. – Ты зачем сюда пришел, в цехе заскучал или Римму искал?
- Василиса послала, сказала, ты покажешь, как осетров разделать на балык.
- А, пойдем-пойдем! Риммочка ты все запомнила? – Римма кивнула – Вот и иди тоже работай, да.
Мы вернулись в цех. Сол на примере одного осетра показал, как срезать шипы и как снимать филе. Отличия от лосося были существенны, но благодаря указаниям Сола я вполне справился. 
- Ну давай дальше сам, мне на мангал пора, - сказал он и ушёл.
Я заморозил часть филе осетра, а часть засолил на балык. После этого принялся за текущие дела и заготовки. Часа через два у меня в кармане зазвонил телефон. Я взглянул на экран и расстроился. Звонила Эмма Юрьевна, заведующая аспирантурой института, где я числился соискателем научной степени и уже год совсем не появлялся. 
- Молодой человек, я звоню уведомить вас об отчислении. Искаженный динамиком старый скрипучий голос звучал как ножом по тарелке. – Извольте явиться забрать документы. Я звонила также вам на работу. Там сказали, что вы уволились и игнорируете попытки с вами связаться. В этой ситуации вы, вероятно, не намерены продолжать ваши научные изыскания. Это так?
- Да, Эмма Юрьевна, у меня сложились тяжелые жизненные обстоятельства, знаете ли. Я был вынужден…
- Ваши жизненные обстоятельства интересуют меня в незначительной степени. Извольте явиться за документами, иначе они будут высланы вам по почте. Всего доброго.
Я повесил трубку и только тут заметил, что на входе в цех стоит Василиса.
- Что же у тебя за обстоятельства сложились? С бывшей работы, что ли, звонили? Или коллекторы кредит выбивают? – неожиданно полюбопытствовала она.
- Ни то ни другое – просто осколки прошлой жизни тревожат немного, – отшутился я. – У тебя ведь тоже такое было утром? Небось мама спрашивала, почему ты не замужем еще или напрямую про внуков?
Василиса вздрогнула, как будто я плеснул в неё кипятком.
- Не твое дело! Что с осетрами?
- Сделал все, как сказано было. 
- Все взвесил?
- Конечно.
- Выпиши на листок разборчиво и мне на стол! – Василиса резко развернулась и направилась в кабинет.
Я выполнил её указания и, прибрав в цехе, направился на мангал к Солу. Почему-то захотелось выпить его фирменного чайку.
- Заходи, заходи уважаемый, нос повесил чего?
- Мне кажется, зря я в повара подался. Может, я не гожусь для этой профессии.
- Как не годишься, а? Ты же тест уже прошел, да!
- Какой тест?
- Поваром может работать тот, кто знает, за какой конец нож нужно держать. Но это не все знают. Работал я когда-то давно заведующим столовой, на судоремонтном заводе. И прислали нам из ПТУ поварят на практику. И был там один, самый умный такой. Поставил я его, значит, фарш крутить - на большой советской электромясорубке. Сказал по-русски - мясо порежь сначала, хоть там дырка и большая, но и мясо-то не первый сорт. А практиканту лень, и так перемелется, стал большими кусками совать, а оно не идет. Чем бы пропихнуть? Палку-пихалку лень искать, схватил нож за лезвие и давай рукояткой мясо в мясорубку пропихивать. Рукоять закусило, пальцы располосовало до костей. Фарш с щепками, котлеты с кровью. Так я и понял, что не каждый может поваром работать.
А потом мне объяснили, что и заведующим столовой не каждый может работать, а только тот, кто перед работой с придурков подписи в журнал инструктажа по технике безопасности собирает. 
- Поэтому ты шефом не хочешь быть?
- И поэтому тоже. Но ты ведь не за советом сейчас пришел. Хотел чего?
- Да так, работу закончил , думал чайку попить.
- Вот дома и попей, – неожиданно посерьезнел Сол, – это ты работу кончил, у меня есть еще. Каждый день чай гонять такой плохо, да!
Несколько устыженный Солом, я попрощался и отправился домой. Сидя в автобусе, я подумал о том, зачем меня разыскивают со старой работы, но затем отогнал эту мысль прочь.




Глава восьмая. Ночь старых трубадуров.

Еще несколько дней пролетели в обычной монотонной работе. Я уже уверенно ориентировался на кухне и в холодильных камерах, а также в сухом складе (который повара называют "сыпучкой"). Василиса завела в мясном цехе тетрадь, куда повара в конце дня писали мне "жалобы и предложения" по поводу количества заготовок и других тонкостей (например, что они достали из морозильной камеры на дефростацию и что мне с этим надлежало сделать). Василиса перестала писать мне подробные письма и ограничивалась короткими устными указаниями. 
Сегодня рабочее утро (около 11) началось с оглушительного грохота. Василиса стояла на раздаче и созывала коллектив, громко стукая двумя мисками-полусферами. 
- Так все тут? - Василиса обвела всех внимательным взглядом. - Я собрала вас с тем, чтобы сообщить вам пренеприятное известие: к нам едет ревизор.
- Летучая, что ли? - подала голос кондитер Света.
- Хуже, - мрачно отозвалась Василиса, - СЭС с пристрастием. 
- Тю проблема, - улыбнулся су-шеф Серега. - Евгеньич им все равно забашляет, они дальше бара не пройдут...
- Михаил Евгеньевич и прислал эту проверку, - отозвалась Василиса. - Он сказал, что уважаемые люди жалуются на качество блюд и опасаются за безопасность предстоящих крупных банкетов. Поэтому, кроме проверки СЭС, у нас будет еще внеплановая инвентаризация. И надо будет разобрать все шердаки (остатки) в дальней камере-заморозке, а то у нас там залежи еще с позапрошлого нового года похоронены.
На кухне раздались неодобрительные возгласы.
- А бухгалтерия нам даст списать эту хрень? - заинтересовалась Римма из холодного цеха - А то будет опять - "огромные суммы, пропускайте потихоньку на служебки, нельзя ли ввести в бизнес-ланчи?" Ты помнишь те бараньи котлеты?
- Раз затеялись, должны списать. Сколько можно этот мертвый груз из инвентаризации в инвентаризацию переносить. Тем более что нам и схему закупок поменять должны.
Но хватит болтать. Сегодня у нас грандиозная задача - ГЕНЕРАЛЬНАЯ УБОРКА.
- Ну бляяяяя! - возглас был подхвачен всеми с редким единодушием...
- Ради такого случая сегодня директор распорядилась открыть ресторан на три часа позже, так что за работу и не ныть! - бодро скомандовала Василиса. - Я вам сейчас музыку включу для настроения.
- Пошли, ребята. Девчонки - к завхозу за моющим и губками. Мясник, ты со мной, будем столы и холодильники двигать. Остальные начинайте вытяжки разбирать. - Серега принялся раздавать практические указания, пока Василиса удалилась в сторону кабинета. 
Честно говоря, уборка не была моим любимым делом. Я вообще человек не слишком аккуратный, из-за чего нередко возникали конфликты с уборщицами на разных работах. Поэтому я решил, что грузчиком в этой ситуации быть неплохо. Мы начали в мясном чулане и выяснили, что тетя Маша-уборщица работает шваброй куда хуже, чем языком. Грязи там обнаружилось порядочно. 
- Ты высокий, сразу и верхом холодильников займись, - скомандовал Серега,- а я сейчас, перекурю две минутки и пойдем дальше все двигать.
- Хорош работник, курить чуть что.
- Так и ты кури, кто тебе не даёт.
- Я уже лет 10 как бросил и так денег нет еще эту отраву покупать.
- Как знаешь, но ты протри холодильники сверху пока, чтоб не скучать!
Взяв табурет и заглянув сверху на холодильник, я убедился, что генеральные уборки тут проводились не слишком усердно. Относительно чистой была полоса, куда можно было дотянуться рукой, а дальше слой пыли был такой, словно не убирали с открытия. "День будет веселым" - подумал я и взялся за дело. Неожиданно где-то возле раздачи заиграла музыка, и я с удивлением услышал забытую мелодию бит-квартета "Секрет":
- Домоооой, доомоой! - тянули в невидимых колонках Фоменко и Леонидов. - Где так сладко бьется сердце северных гор...
Я подумал, что Василиса знает толк в троллинге, раз включила первой именно эту песню. С каждой секундой домой хотелось все сильнее. Скоро вернулся Серега, и мы принялись двигать остальное оборудование, столы, стеллажи и прочее. Это было очень непростым делом, так как места на кухне не слишком много и довольно быстро все стало сильно напоминать игру в пятнашки. Плюс ко всему, чтобы двигать холодильник, его лучше все-таки несколько разгрузить. Я это понял, когда не подумав, просто решил подтолкнуть холодильник плечом, в результате внутри перевернулась емкость с соусом, накрытая пищевой пленкой, и работы по мытью нам заметно прибавилось. 
После того как мы отодвинули все, девочки принялись отмывать кафель на стенах, парни мыли плиты и холодильники. Василиса не отрывалась от коллектива и тоже на карачках драила стену за холодильником. Серега же, к моему удивлению, занялся тем, что стал запихивать снятые с вытяжек решетки-жироуловители в самый большой пароконвектомат. 
- Ты что, жаркое из них собрался делать?
- Нет, тут есть механизм самоочищения плюс аппарат подключен к водопроводу и канализации, Сам моет, сам смывает, сам сушит. Просто чудо техники, - похвастался су-шеф. - И любые металлические детали, которые внутрь засунешь, тоже отчистит до блеска!
- Жаль всю кухню целиком в этот аппарат засунуть нельзя. Вот бы милое дело было, а не генеральная уборка.
- Точно! Вообще аппарат хороший, я не знаю, как раньше без таких работали. Прогресс!
- Ну, раньше вообще на дровах готовили и ничего. А мангал и сейчас на углях.
- Прогресс он все-таки мозга требует! Вот у меня дружбан в Москве работал, у них случай был примерно с таким пароконвектоматом. Тамошний шеф захотел с блюдом повыеживаться. Взял свиной корейки четыре лотка, замариновал это дело в две бутылки коньяка, выставил в парике сухой жар на 300 градусов и дверцу закрыл. Хорошо отойти успел. Дверцу от пароконвектомата на парковке нашли...
- Ага, дружбан, рассказывай больше! - неожиданно отозвалась из-за холодильника Василиса, - этот баян про парик еще в газете "Статский Физкультурникъ" печатали.
- За что купил, за то и продаю, - огрызнулся Серега. – Может, я вообще инструктаж по технике безопасности провожу вольным стилем.
В принципе за веселыми разговорами уборка шла довольно динамично и не слишком муторно. Невероятно древняя CD-магнитола на раздаче продолжала обдавать нас забытыми мелодиями русского рока. Аквариум, ДДТ, Алиса, Крематорий - я как будто вернулся в прокуренную студенческую общагу из прошлого с портвейном и песнями под гитару до утра. Видимо, это был какой-то сборник лучших песен или вообще самописная Mp3 болванка. Остальным работникам такой выбор музыки, похоже, не слишком нравился, но вслух они не возмущались. Общими усилиями мы кое-как справились в срок. 
Из-за внеплановых занятий работа в оставшийся день шла наперекосяк. Если бы не кольчужная перчатка, я бы точно пару раз серьезно порезался, у коллег дела обстояли не лучше. Поэтому когда около девяти вечера на раздаче снова раздался грохот полусфер, со всех концов кухни раздались недовольные вопли. Василиса грохнула мисками о стол и обратилась "командирским тоном":
- Ребята, я знаю, что вы серьезно задолбались, но начальство требует и инвентаризацию закончить до завтрашнего утра. Завтра будем списывать весь неликвид, потому что послезавтра будет сама проверка. Не бойтесь, вашим сменщикам тоже достанется не слабо, им придется еще раз все перемыть с дезинфектантом перед приходом комиссии и сама проверка будет в их смену. Так что еще неизвестно, кому больше повезло. Сейчас я, Леха и мясник идем разбирать дальнюю заморозку. Серега берет на себя сыпучку, Римма - на тебе специи. Остальные в десять вечера оставляйте кого-то одного следить за заказами и идете перевешивать камеры охлаждёнки. В конце каждый перевешивает заготовки своей станции. Листы, ручки и планшеты на раздаче. Писать разборчиво, если я не смогу завтра прочесть, будете перевешивать заново! Вопросы?
- Никак нет, товарищ генерал! - рявкнул Серега, вытянулся во фрунт и щелкнул кроксами. - Разрешите выполнять?
- Бегом марш! - благословила Василиса.
Мы отправились в холодильную камеру. Это было достаточно большое помещение, площадью около 12 квадратных метров. Внутри стояли стеллажи, уставленные кульками, пластиковыми емкостями, картонными коробками или просто непонятной фигней, замотанной в пищевую пленку. Температура поддерживалась около -18 или -20, но для инвентаризации Василиса выключила охлаждающую установку. Внутри все равно было очень холодно, поэтому она принесла нам со склада две старые рабочие куртки, похожие на те, в которых работают заправщики на АЗС. 
- Не знаю, откуда они к нам приблудились, но вам пригодятся, - пояснила Василиса. - Леха, сходи на приемку принеси большие весы, а ты привези тележку и поставь на неё четыре гастроемкости, будем сортировать наши археологические находки без маркировок. До завтра они оттают, там решим, что с ними делать. Я тут снаружи останусь, буду все записывать и говорить, что куда класть, а вы вытаскивайте все по очереди, начиная с правого угла.
Эта работа действительно напоминала археологические раскопки в ледяной пещере. Чего только мы там под завалами не находили: замороженные отварные рульки, головы осетров, пакеты с замороженным демигласом, мясные рулеты, брикеты непонятного фарша неизвестно из кого. Если бы в дальнем углу нашелся хобот от мамонта, я бы совсем не удивился. Ряд находок вообще представлял собой смерзшиеся куски непонятно чего и не поддавался простой идентификации.
- Это следствие идиотского подхода к банкетам в течение нескольких лет, - жаловалась Василиса, - у нас нет жесткого банкетного меню, что клиент пожелает, то закупим и приготовим. А всякие мелкие и не очень излишки, которые неизбежно остаются, если начинаешь готовить непроработанные блюда, складировали здесь, типа они же хорошие, как их списывать - пропустите куда-нибудь. А куда их пропустить, если этих блюд в меню нет? Тут даже для служебного питания на 10 лет хватит.
- Ты же говорила, что клиент только в борделе бывает, а у нас гость?
- Да нас тут так во все места имеют, что это натуральный бордель и есть, - подхватил Леха, вытаскивая очередной картонный ящик с непонятной фигней - для извращенцев с изысканным вкусом...
Работа продвигалась медленно, очень мерзли ноги, так как зимних ботинок в наличии не имелось. Когда мы прошли примерно половину камеры, у Лехи зазвонил телефон, он отошел и затараторил что-то в трубку взволнованным голосом. Через пару минут он вернулся и обратился к шефу:
- Василиса Николаевна, мне жена позвонила, у нас дочь заболела, температура поднялась, а дома лекарства кончились как назло. Ей годик всего, жена не может оставить её в аптеку выйти. Можно я сейчас домой поеду, я отработаю потом обязательно, надо в выходной выйду или подменить кого.
- Иди, тебе такси вызвать?
- Не надо, я на машине сегодня и в список не записывался на развоз.
- Хорошо, езжай быстрей, но будь осторожен.
- Спасибо, шеф!
После ухода Лехи на несколько секунд повисло неловкое молчание, которое, взглянув на часы, первой прервала Василиса:
- Тебя сегодня дома ждут?
- Нет.
- Меня тоже. Пойду-ка я тебя в список на ночной развоз напишу, а то твой автобус вот-вот уйдет, а мы явно раньше часу ночи тут не закончим. Иначе придется тебя на мотоцикле домой везти, а я очень не люблю ездить не одна. А ты не стой тут, как памятник, сгоняй кофе себе сделай и холодников ограбь на бутерброд, заодно согреешься пока.
Я последовал совету шефа, а когда вернулся, застал её нажимающей кнопки на той самой потертой CD-магнитоле, что утром стояла на раздаче:
- Ты не против музыки? - спросила она. – Тут, правда, только наш старый рок в Mp3 по моему вкусу, но другого диска все равно нет, а этот меня успокаивает.
- Спокойный начальник - всегда хорошо, врубай!
Мы продолжили работу под завывания Борис Борисыча:

«Жизнь ползет как змея в траве
Пока мы водим хоровод у фонтана…»

Работа еще сильнее затянулась, ползла как змея в траве, видимо, сказывалась усталость. Мы почти не разговаривали, Василиса жестами показывала, куда положить ту или иную находку. Что-то мы сразу клали в мусорку, что-то предполагали разморозить, а потом принять решение, что-то клали обратно в камеру. Наконец после часа ночи все было закончено. 
Василиса собралась выключить магнитолу, но вдруг замерла. В тишине закрывшегося ресторана отчетливо зазвучал Григорян:

"Спи сладким сном не помни о прошлом.
Дом, где жила ты, пуст и заброшен.
И мхом обрастут плиты гробницы.
О маленькая девочка, со взглядом волчицы..."

Я тоже остановился, казалось, она что-то хочет сказать. Но прошло несколько секунд, Василиса вздрогнула, будто очнувшись от сна, и сказала не поворачиваясь:
- Поторапливайся, там ребята уже такси ждут, опоздаешь пешком домой пойдешь.
- Понял, уже бегу, до завтра.
- Пока.
Я прошел мимо, Василиса по-прежнему стояла ко мне спиной и смотрела на стену. У служебного входа человек десять ждали развоз, официанты, бармен, повара. Курили и обменивались плоскими шутками, основной темой которых было, кто у кого ночевать будет. Вышла Василиса, уже в шлеме, вскочила на мотоцикл и исчезла в ночи. Подъехали такси, и мы стали рассаживаться. Я достал наушники и долго искал в телефоне давно забытый трек, включил и поставил на повтор, чтобы вечер хороших песен продолжался:

«Идя пустынною дорогой
Навстречу собственной судьбе,
Ты знаешь обо мне немного,
И я не знаю о тебе.
Меня ты видел темной ночью
С лицом, страдающим от боли,
И рассмотрел черты неточно,
Склонившись низко надо мною.
Летим навстречу солнцу, мы теперь свободны,
И в прошлое ушли пять тысяч лет невзгод.
Мы умерли, и наши души слились благородно,
И ветер прямо к солнцу направляет наш полет...»

Глава восьмая. Римма и волшебный столб.

Сегодня утро выдалось пасмурным и хмурым, казалось, природа как бы намекает на грядущие проблемы на работе, ведь именно сегодня мы ожидали проверку из СЭС. Появившись на кухне, я увидел шеф-повара Василису, которая с мрачным видом пила кофе и о чем-то говорила с су-шефом Солом.
- Привет! Ну что, будет сегодня проверка? - поинтересовался я.
- Будет, через час подъедут, там целая делегация из Роспотребнадзора, - отозвалась Василиса. - Пройди еще раз все свои холодильники и камеры, проверь упаковку и маркировки, даты, все дела. И личных вещей чтобы в цехе не было, телефона и прочей лабуды. Иди, не развешивай уши, у нас важный разговор.
- Есть, шеф!
Я отправился в цех и принялся за проверку. Для постановки дат на сырье и полуфабрикаты у нас имелся маркировочный пистолет, но он мне не слишком нравился. Возможно, из-за извечной российской привычки экономить на мелочах для этого инструмента купили самую дешевую ленту. Теперь наклейки с датами регулярно отваливались, особенно если упаковка была хоть чуть-чуть влажной. Я еще несколько дней назад обозначил Василисе эту проблему, и она раздобыла мне ленту с самоклеющимися этикетками для магазинных весов (такие часто применяются в супермаркетах, у нас на таких весах взвешивали блюда на "доставку"). Такие этикетки были гораздо удобнее, на них можно было писать не только дату и время, но и дополнительную информацию о продукте (что было особенно важно для замороженных продуктов). Минусом этих этикеток было то, что потом их фиг оторвешь, приходилось клеить их только на пищевую пленку, а не на сами лотки и гастроемкости. 
На кухне царила напряженная обстановка, с одной стороны, вроде надо было работать, но в ожидании проверки никто не хотел пачкать уже дважды помытое и дезинфицированное оборудование. Повара слонялись кругами по кухне, изредка перекидываясь редкими фразами, а Василиса стояла возле раздачи и нервно вращала в руках ручку. Она была заметно уставшей, под глазами наметились черные круги, видимо, ей после ночной инвентаризации так и не удалось выспаться, так как на следующий день проходила затяжная битва с бухгалтерией по поводу списания остатков продуктов из морозильной камеры. Наконец на кухне появилась "комиссия", сопровождаемая директором ресторана и старшим администратором Леной. Ради такого случая они нарядились в шапочки, бахилы и одноразовые халаты, хотя в обычное время директор и администратор запросто появлялись на кухне даже в "уличной" одежде. Комиссию возглавляла необъятных размеров тетка с толстыми губами и маленькими глазками. Презрительно-недовольное выражение лица придавало ей сходство с огромной жабой, которую зачем-то достали из болота и замотали в белую тряпку. Кроме неё, в составе делегации были невысокий худой парнишка и довольно плотного телосложения барышня постарше, в очках с толстыми стеклами.
- Вот Маргарита Ивановна, наша кухня, это шеф-повар Василиса Николаевна, она вам тут все покажет и расскажет, - лебезила директор с заискивающей улыбкой.
- Почему без перчаток? - грозным голосом спросила жаба, указывая на Костю, повара горячего цеха.
- Но он ведь еще не готовит ничего и по нормам... - начала Василиса.
- Не готовит, а оборудование лапает! - резюмировала Маргарита Ивановна, - нечего мне тут смотреть, и так все видно. Я вам не девочка по холодильникам лазить. Этим мои лаборанты займутся. Подготовьте мне стол и кресло в отдельном кабинете и тащите туда все документы, журналы, санитарные книжки сотрудников и прочее. Да побыстрее, некогда мне тут у вас рассиживаться, у меня еще совещание в управлении!
Жаба повернулась к своим подручным:
- Ромка, возьми смывы с оборудования, рук, одежды, разделочных досок. И холодильные камеры не забудь, стены и воздух. Да тщательно все смотри, не отлынивай. А ты, Светик, иди, бери пробы сырья сначала всего, особенно на морепродукты внимание обрати, что у них тут есть? Креветки, крабы, гребешки, ну ты сама знаешь. Потом, как все упакуешь, подойдешь ко мне, я пока меню почитаю и напишу, каких блюд и сколько порций нужно приготовить для исследования. - Маргарита Ивановна повернулась к директору: Пошлите двух человек, пусть принесут из нашей газельки термосумки и контейнеры для проб, водитель знает, что нужно.
Жаба повернулась и важной поступью удалилась с кухни в сопровождении директора. На кухне остались лаборанты и старший администратор. Лена тут же резко заголосила:
- Ты и ты, - ткнула она пальцами в сторону меня и Кости, - бегом на улицу за контейнерами, газель у служебного входа стоит. Остальные встали в очередь быстро, будут брать смывы с рук и фартуков. Василиса, тебя это тоже касается. Быстрее, вам еще блюда на исследования готовить! - Она повернулась к парню-лаборанту. - Пожалуйста, Роман Игоревич, приступайте, а я пойду насчет кофе распоряжусь, вы будете кофе?
- Да, со сливками и сахаром, - отозвался лаборант и принялся копаться в своей сумке. 
- А вы? - обратилась Лена к лаборанту Свете.
- Мне апельсиновый фреш сделайте.
Я и Костя из горячего цеха отправились к служебному входу. Там у газели курил потертого вида мужичок-водитель. Он открыл нам боковую дверь, указал на шесть объемных термосумок. 
- Они что, весь ресторан планируют унести? - возмутился Костя.
- Давай быстрее, думаю, они сами разберутся, - отозвался я...
Мы вернулись на кухню, где уже полным ходом шла проверка. Персонал выстроился в очередь к лаборанту Роме, он брал у каждого смывы с рук и одежды стерильными тупферами. Лаборант Света уже прошлась по холодильникам и начала упаковывать в сейф-пакеты интересующие её образцы. Мне бросилось в глаза, что они были существенно большего размера, чем предписано требованиями (видимо, для более тщательного органолептического исследования). Я поставил сумки возле раздачи и встал в общую очередь.
- А почему вы только с рук смывы берете? – заигрывающим тоном спросила Римма-салатница у лаборанта. – Когда я санкнижку получала, меня и в других местах исследовали. Вы не отлыниваете от обязанностей?
- Н-нет, так в правилах написано. – Лаборант заметно смутился и едва не выронил пробирку с транспортной средой.
- Очень жаль, там, в больнице, такие неприятные бабки, так грубо берут анализы. А у вас это так нежно получается, лучше бы вы у меня анализы взяли. – улыбнулась Римма.
- С-спасибо! Следующий – от лаборанта в этот момент можно было прикуривать, так густо он покраснел. 
Последним была моя очередь, пока лаборант отбирал пробы, я неожиданно вспомнил, где его раньше видел.
- Как ты был, Ромка, рукожопом, так и остался. Нельзя касаться тампоном края пробирки, когда тупфер закрываешь, – сказал я. – Как и работать с открытым ртом.
- Вы? Что вы тут делаете? Как это? – Лаборант вышел из оцепенения, но продолжал смотреть на меня так, будто увидел приведение. 
- Ты в холодильной камере собирался смывы брать? Пошли, там и поговорим.
Ромка подхватил сумку с материалами и последовал за мной.
- Вы же со второй группой в областной лаборатории работали, что вы здесь делаете?
- Мясо рублю, что же ещё. Уволился я, Ромка, под давлением обстоятельств, еще два года назад. Это вообще долгая история, сейчас не об этом. Ты, я вижу, доучился, давно в теплом месте осел?
- Да года полтора уже. Мне нравится.
- Конечно, это тебе не в трупах ковыряться и мозги бешеных собак по стеклам размазывать. Не женился еще?
- Некогда, я еще в аспирантуру поступил, чтобы в армию не забрали.
- Логично, я-то думал в аспирантуру идут, чтобы науку двигать. У меня к тебе дело есть. Ты будешь по этим пробам первичный посев делать?
- Да, и пересевы я, а врачи потом только читку и идентификацию. А что? 
- Короче, надо, чтобы по ним ничего не выросло. От слова «совсем».
- Это как? Это же должностное преступление.
- Значит, пробы отбирать с нарушениями это нормально, а другу помочь – должностное преступление? Ты забыл, кто тебе четверку за практику поставил и половину дневника продиктовал? А ты говорил – «обязательно к вам работать приду, опасные инфекции это так интересно!», а сам прибился, где повкусней. Ты даже сейчас чашки на воздух без стерильной бумаги в камеру поставил, поборник правил. Так что если там «кишечка» полезет, еще не факт, что по нашей вине.
- Ладно, я сделаю что смогу.
- Давай, что как звони, номер у меня не менялся.
- А как вас все-таки сюда попасть угораздило?
- Много вопросов задавал, иди давай, работай!
Я вернулся в цех и принялся протирать и без того чистое оборудование. Приступать к обязанностям во время проверки категорически не хотелось. «Гости» покинули нас только спустя два часа. Меня опять запрягли помочь донести до машины термосумки с пробами, на этот раз пришлось сходить дважды, так как они были весьма тяжелыми. 
Дальнейший рабочий день продолжался своим чередом. Ближе к вечеру в цех заглянула Василиса:
- Слушай, помощь твоя нужна, сходи с Костиком вниз, затащите мой мотоцикл в правую подсобку, там место есть. Я сейчас на такси домой поеду, спать хочу, не могу, боюсь за руль садиться. И завтра меня не будет, возьму выходной, эта проверка меня ушатала в конец.
- Хорошо, сделаем сейчас, езжай отдыхай, все будет в лучшем виде!
После выполнения просьбы Василисы я вернулся к своим обязанностям. Работы было много, из-за проверки и инвентаризации заготовок я делал по минимуму, теперь срочно пришлось наверстывать упущенное. Через пару часов напряженной деятельности мое внимание привлекли крики, доносившиеся от входа в зал:
- Вот смотрите: чек, вот примечание, написано «по готовности» и больше ничего! Где написано, что майонезом надо заправлять, а не оливковым маслом? А? - возмущалась Римма из холодного цеха, размахивая чеком заказа.
- Официант подходил на кухню и на словах передавал!- не менее громким голосом отвечала администратор Лена.
- Передал на словах, когда уже пришел заказ забирать! Охренеть умник! – не унималась Римма. – И чё мне теперь с этим делать?
- Переделать салат, а стоимость первой порции я удержу из твоей зарплаты. Я сама видела, как официант заходил на кухню, это было до того, как салат был готов.
- У тебя чё в глазу рентген? Ты тут бля через стену видишь, не заходя готов или не готов а?
- К стоимости блюда я добавлю штраф в 2000 рублей за несоблюдение субординации и оскорбление руководства!
- Ах ты, сука! 
В эту секунду я уже подумал, что сейчас стану свидетелем женских боев без правил. Но в самый нужный момент, словно бог на машине, на раздаче появился су-шеф Сол. Он в последний миг сумел обнять Римму за талию и, крепко удерживая, не допустить рукопашной. Развернувшись к Лене, он начал довольно грубо:
-Эй ты, шеф тут, что ли а? На кухне шеф казнит и милует, ты отсюда иди быстро! Мы тут с Васей сами разберемся, салат тебе будет через 10 минут, пока официанта своего штрафани.
-Хачатур Абрамович, я все понимаю, но сейчас вы серьезно не правы, нельзя…
- Какой я тебе Абрамович, ты совсем, что ли, да? – Сол не на шутку рассвирепел. – Я тебя сейчас саму за оскорбление оштрафую! А ну пошла нах с кухни!
- Я сейчас обо всем доложу директору, пусть она принимает решение – резко бросила Лена. – Посмотрим тогда, кто прав!
Она развернулась и почти бегом скрылась с кухни. Сол отпустил Римму и оглядел собравшихся.
- Встали что? Дела кончились, да? Риммочка, шевели своими сокровищами, делай салат и заправь его маянезиком, как этот гандон просил. И красиво, все чистенько, без плевков и волосков, чтоб понравилось совсем а…
Внезапно Сол прервал монолог и уставился на стол раздачи. Елена так торопилась пожаловаться директрисе, что забыла свой телефон. Су-шеф недобро ухмыльнулся, схватил телефон и принялся копаться в контактах. Прошло полминуты, и телефон зазвонил. На экране появилась фотография с подписью «муж». Сол нажал кнопку и заговорил с ужасающим кавказским акцентом (которого у него не было в обычное время):
- Ара брат, слючайно пазванил, слюшай! Лена? Лена в душе щас, ей чё передать? Муж? Какой муж, слюшай, нету у ней муж, на хрен иди да!
Сол нажал кнопку отключения телефона и аккуратно положил выключенный аппарат туда, откуда взял. 
- За работу, уважаемые! Вы здесь цирк не видели да!
Мы вернулись к своим обязанностям, и каждый по-своему представлял радостное возвращение Лены домой. Через некоторое время Лена зашла на кухню с директором, и та тоже отчитала Римму и подтвердила штраф к зарплате. 
Уже вечером, собираясь уходить, я зашел к Солу на мангал, чтобы обсудить, сколько нужно баранины выкатить с кости и сколько разморозить для мангала семги. Обговорив рабочие моменты, я спросил:
- Уважаемый, а с Леной-то ты палку не перегнул? Все-таки можно и жизнь человеку порушить. 
Сол нахмурился и ответил:
- Будет знать, как Риммку обижать. Вообще страх потеряла, на кухне права качает, меня Абрамовичем обозвала. Ничего, муж побьет, умнее будет! Риммка чуть не расплакалась да! А такую красоту обижать нельзя. – Сол обернулся к своему помощнику Жоре – Эй, Георгий, покажи ему видео в телефоне, да!
Жора поковырялся в своем смартфоне и протянул мне. Включилось видео с Ютюба, сначала появился логотип школы пул-дэнса и стрип-пластики «БагирррА», а потом началось видео каких-то показательных выступлений на шесте. 
- Ты на четвертую минуту перемотай, там самый кайф, – подсказал из-за плеча Жорик.
Я последовал его совету и обомлел. К пилону вышла Римма в маленьком черном бикини, вспорхнула на шест и, обхватив его ногами, начала причудливо вращаться, выполняя разные сложные акробатические пируэты. Это было весьма грациозно и восхитительно эротично. Конечно, мешковатый поварской китель не мог скрыть потенциал, близкий к пятом номеру, однако такой ловкости и грации я от неё никак не ожидал.
- Видишь да! – восхищенно цокал языком Сол. – Талантище какой! Что ей на кухне делать, ей в кино надо!
- Только ей не говори, – настороженным голосом вмешался Жора, - она стесняется, вдруг обидится еще. Светка-кондитерша говорит, её на конкурс не допустили, сказали - техника хромает. Что за идиоты, куда хромает, это ж высший класс!
- Попались бы они мне эти судьи! – грозным голосом провозгласил Сол, подмусачивая нож. – Они бы у меня в сторону кладбища захромали живо! 
По дороге домой я размышлял о природе слухов. Уборщица тетя Маша говорила, что Василиса шеф-повар танцует стриптиз, а оказалась это Римма и не танцует, а учится. Видимо, уборщица слышала звон, да не знает, где он. Возможно, и остальные слухи имеют под собой основание, только касаются разных людей. И про Василису что-то верным может быть. Мне даже стало еще любопытнее узнать, что же именно?

Глава девятая. Первая тайна Василисы.

Через три дня, после проверки СЭС, приключился мой единственный и долгожданный выходной день. Я еще с вечера выключил телефон и безмятежно продрых до двух часов дня. Проснулся, скорее всего, от того, что сильно проголодался. Посмотрев на плиту и кухонную утварь, я неожиданно испытал чувство отвращения к приложению любых усилий по приготовлению пищи. Только собрав волю в кулак, мне удалось нарезать хлеб и сделать пару бутербродов с колбасой. Налив кофе и усевшись за комп, я принялся листать ленту социальных сетей. С момента начала работы на кухне я делал это довольно редко и уж точно ничего не постил к себе "на стену", так что часть знакомых решила, что я не то помер, не то уехал куда-нибудь. Внезапно среди нескольких дежурных сообщений я заметил - сообщение лаборанта Ромы о том, что он не смог до меня дозвониться. Я включил телефон и, игнорируя смс о пропущенных вызовах, набрал его номер.
- Привет! Я звонил вам по поводу исследований, что вы просили. Там по сырью лезет кое-что и вообще...
- Роман! Учись такие вещи по телефону не обсуждать. Ты выходной? 
- Н-нет, я дежурю до пяти. 
- Отлично, давай в 17-30 в кафешке, что на углу проспекта Савинкова и Можейко. Ну знаешь, это от твоей конторы пять минут ходьбы.
- Хорошо, договорились.
Придя на место, я почувствовал, что кофе одним своим запахом вызывает у меня не меньшее отвращение, чем мысль о готовке дома. "Профессиональная деформация началась"- подумал я и заказал себе пива. Довольно скоро появился Роман и с ходу взволнованно затараторил:
- Там по смывам и воздуху все ровно, роста не было, все хорошо. Но блюда и сырье без меня сеют и исследуют, туда у меня доступа нет, должность пока маленькая, хорошо, что среды варить не заставляют. Так вот, девочки меж собой говорили, там рост по курице и свинине сырой из камер, КМАФАнМ кажется с превышением.
- Интересно. Но оно же в упаковке поставщика было, это не наш косяк. А с готовыми блюдами что? 
- Вроде бы все хорошо, все в нормы укладывается, там только микозы еще в работе.
- Плесени? Подожди, они если мне не изменяет память, только в долгосрочных полуфабрикатах нормируются.
- В салатах еще, не проходящих тепловую обработку. Вы же по этой сфере не работали, там много тонкостей и нормативная документация менялась. Что там в итоге напишут, не знаю, у меня доступа туда нет, так видел краем глаза в рабочем журнале.
- Ладно и на том спасибо. Так говоришь тут, освоился в лаборатории. Перспективы есть?
- Я вначале только средами занимался и подготовкой посуды. Теперь вот повысили, занимаюсь оценкой качества дезинфекции и санитарного состояния. Работы много и сверхурочно приходится оставаться, но мне пока нравится. Коллектив хороший, девочки мне помогают.
- Да ты там поди один мужского пола, устроился как козел в огороде, понятно, что жениться не спешишь...
- Ну я с родителями живу, куда мне еще жениться? На лаборантскую зарплату даже гостинку в ипотеку не возьмешь. А почему вы из своей лаборатории ушли? Сами говорили «Призвание! Кто-то должен быть на переднем крае! Мы держим щит человечества!» вам бы на митингах с такими речами выступать надо было, так это пафосно и вдохновляюще звучало!
- А что мне нужно было говорить студентам-практикантам? Что будете в адски неудобном защитном костюме каждый день день рисковать жизнью за мизерную зарплату? Что будут будить звонком в ночь с субботы на воскресенье и срочно высылать на ликвидацию очередного очага какой-нибудь хрени, наплевав на твой отпуск или выходной? Что за ошибку или халатность можно при плохом раскладе сесть в тюрьму на пару лет? Я и так у себя в отделе был самый молодой, основной костяк еще советской закалки, но они то не вечные. А молодежь не рвется трупы ковырять. 
- Ну а все-таки почему ушли? Вы же довольны были, раз работали?
- Устал. Тупо устал работать, а потом еще подрабатывать, чтобы денег хватало. Устал быть в постоянном напряжении, устал бояться допустить ошибку. Случился конфликт в коллективе по одному неприятному случаю и дело запахло уголовным преследованием. И тут я просто не выдержал и практически сбежал, струсил, можно сказать. Уволился без отработки и решил круто поменять свою жизнь. И знаешь, не жалею, все неплохо получается. Денег побольше, график устойчивый, а уж про питание на работе я вообще не говорю.
- Рад за вас, все к лучшему. Хорошо, что я ваш гадюшник не пошел, хотя меня звали несколько раз. Но я так думаю, в хорошее место зазывать не будут, в хорошее место надо постараться, чтобы устроиться!
- Это точно, кстати, твоя контора тоже не идеал. Ты бы поискал что-нибудь в области коммерческой венерологии. Там анонимные анализы ой как востребованы и хорошие специалисты на вес золота. Не только на ипотеку наскребешь, еще и на машину останется.
- Спасибо, я подумаю.
- Тебе спасибо за информацию. Ты звони, не пропадай, если что, советом помогу, да и старые связи еще не все потеряны. Кто его знает, что там, в жизни случится.
- Хорошо! До свидания!
- Пока! И удачи тебе.
После ухода Ромы я взял еще пива и некоторое время предавался мрачным размышлениям. Если быть честным с самим собой, жизнь после прихода на кухню не стала намного лучше, но признаваться в этом посторонним людям было совершенно невыносимо. Я отдавал себе отчет, что никаких особенных перспектив эта деятельность не имела, однако и внятных планов на будущее придумать не получалось. Просто погружаясь с головой в работу, получалось лучше забыть о страхах и проблемах. Я допил пиво и побрел домой, ругая сам себя за впустую потраченные деньги (мог ведь и минералочкой обойтись, а пиво в супермаркете купить и выпить дома спокойно, так гораздо дешевле).
На соседнем квартале я остановился возле ярко освещенного входа в ресторан "Палермо". Я не сразу осознал, что привлекло мое внимание, а затем понял. На краю парковки перед рестораном стоял очень знакомый байк kawasaki. Похоже, наш шеф тоже взяла выходной или снова отпросилась "по важному делу". "Не суй свой нос в чужой вопрос",- сказал я сам себе и отправился дальше. Но пройдя шагов пять, остановился и, не сумев совладать с любопытством, вернулся ко входу в ресторан. Справа от входа, на рекламном щите висела яркая афиша:

"...Уникальный творческий вечер!
Крупнейший поэтический проект России - 
"Гостевая Литературы" представляет состязание поэтов.
Главный приз - сольный поэтический концерт в ресторане "Палермо"
и издание книги стихов за счет заведения!
Стоимость участия..."

Заинтригованный, я шагнул внутрь. Меня встретила девушка-хостесс:
- Добрый вечер! У вас заказан столик или вы собираетесь выступить?
- Да нет, я так послушать хотел, но столик не заказывал.
- К сожалению, все столики заняты, могу вам предложить расположиться у барной стойки. 
- О, это меня вполне устроит, спасибо.
Я устроился на краю бара, ближе к выходу, и принялся осматривать зал. Он имел "Т"- образную форму, в центре была сцена, но с моего места нельзя было увидеть зал целиком (слева и справа от сцены были глубокие "ниши", также заставленные столиками). Зал быстро заполнялся, посадка шла плотная, даже за маленькие столики садились человека по четыре (хотя видно, что столик предназначен для двоих). Приходили в основном компаниями, что-то горячо обсуждая между собой, многие были с папками, книжками или просто с листами А4. "Да много тут поэтов развелось", - подумал я. - "Когда мы по студенчеству подобным занимались, нас по пальцам можно было перечесть, а теперь, видимо, мода такая". Василису нигде не было видно, но я не рискнул отправиться на её поиски, опасаясь, что мое место займут. "Если её здесь не будет, послушаю немного, да пойду домой, все лучше, чем комп задрачивать" пообещал я сам себе. Примерно через полчаса, яркие лампы осветили сцену и худощавого паренька в бабочке, шляпе с короткими полями и клетчатом пиджачке. Он взял микрофон и начал неожиданно высоким и тягучим голосом:
- Дамы и господа, мы начинаем наш проект "Гостевая Литературы". С вами я – бессменный ведущий Александр Запеченный! Сегодня, в ходе состязания, мы определим короля или королеву поэтов нашего города! Каждый из конкурсантов прочтет три своих произведения, победитель будет определен путем сложения голосов зрителей в зале и баллов нашего уважаемого жюри (далее последовало длительное хвалебное словоизлияние в адрес каждого из трех членов жюри.) Я не буду его приводить, скажу только, что в жюри были: чиновник городской администрации по культуре, владелец ресторана и девушка ди-джей местной радиостанции.
Началось состязание. Перед самым началом ко мне подошла девушка-официант и протянула бюллетень для голосования со списком участников. В конце вечера его надлежало сдать для определения победителя. Я пробежал глазами список и обнаружил Василису под номером 19 из 30 конкурсантов. Видимо именно на подобное мероприятие торопилась Василиса в прошлый раз и для этого нарядно одевалась и готовилась. Желающих выступить много и поэтому даже незначительное опоздание означало выбывание, а выступить ей, видимо, очень хотелось. "Опять кухонные слухи оказались неспроста"- подумал я и попытался сосредоточить внимание на первом выступающем.
Это была пышная блондинка лет 40, которая подчеркнуто слащавым и чуть сюсюкающим тоном затянула:

"Я ждала тебя средь семейных бурь
Ткань моих грудей заполняла дурь..."

Мне нестерпимо захотелось выпить чего-нибудь покрепче. Я понял, что организация подобных вечеров в питейных заведениях – это очень точный маркетинговый ход. Следующей конкурсанткой была довольно симпатичная девушка. Правда её наряд, из кожаной мини-юбки и сетчатых чулок с полупрозрачной футболкой, вызывал какие-то специфические ассоциации, но, видимо, это было частью сценического образа. Она затянула тягучее стихотворение, из которого в памяти осталось только восемь раз повторяющаяся оригинальная рифма про любовь и кровь. После неё поэты стали быстро сменять друг друга и иногда их произведения были так похожи, что казалось, они читают по очереди одно и то же бесконечное произведение. Правда попадались и более оригинальные авторы, чьи строки дышали динамической любовью к жизни:

Я милую на член надел как платье,
И в дивном соке все шары свои омыл.
Ни с кем в миру мне не было приятней,
И дальше мы неслись, что было наших сил!

Чем дальше шел вечер, тем нестерпимее становилось желание выпить. Денег было мало и очень жалко потратить последнее подобным образом. Но тут наконец на сцене появилась Василиса. Она была одета в легкое темно-фиолетовое платье и изящные черные туфли, бросилось в глаза обилие украшений, которых она обычно не носила. Шеф спокойно подошла к микрофону и открыла зеленый блокнот (мне кажется, я видел его у неё на кухне). Зал неодобрительно загудел, видимо, не знать своих стихов наизусть здесь считалось дурным тоном. Василиса вскинула вверх сжатую в кулак руку, и зал затих, как по волшебству. Она начала громким и четким голосом. Казалось, каждое слово, как кольцо кольчуги, цепляется за другое, образуя тонкую, но непробиваемо прочную структуру, дрожащую и изгибающуюся, пока стих не закончился, замкнувшись в кольцо. Зал продолжал оставаться в тишине, стихли даже болтовня и шуточки по углам. Василиса продолжила, читая свой второй. Она плавно двигала в воздухе левой рукой, в такт ритму стиха, и яркий свет ламп преломлялся на металле двух колец на её пальцах. Казалось, живой лепесток пламени перекатывался по её ладони, то затухая, то вспыхивая вновь. Когда закончилось второе стихотворение, по залу пробежал легкий недовольный шепот, усиливавшийся по углам. По-прежнему никто не аплодировал. Неожиданно Василиса бросила блокнот под ноги и, взмахнув обеими руками, начала читать третий стих. С каждым словом голос её становился громче и сильнее, подобно тому, как пламя разгорается под потоком ветра. Уже не огоньки блестели на кольцах, казалось, сама её фигура объята пламенем, особенно ярко пылающим над рыжими волосами. Само её произведение было посвящено огню, что многократно усиливало эффект. 
Стихотворение закончилось. Повисла гнетущая тишина.
Василиса улыбнулась и изящно присела, подбирая брошенный блокнот. В этот момент зал будто очнулся от оцепенения и разразился...
Недовольными воплями, свистом, воем и улюлюканьем. Аплодисментов не было, слышались возгласы:
- Фигня. Ты зачем на сцену вылезла?
- Это хрень, это не стихи вообще. 
- Фу! Дура бля...
- Ведьма!
Василиса, не дрогнув, спокойно покинула сцену и заняла место в своем, невидимом мне углу... На сцене появился ведущий и с трудом утихомирив зал объявил следующего конкурсанта. Прежде я думал уйти сразу после выступления Василисы. Но после услышанного решил остаться и обязательно проголосовать за неё. Опять потянулась череда похожих друг на друга поэтов и поэтесс, из которых запомнился только здоровенный детина с картофельным носом, которого ведущий объявлял особенно подобострастно и тщательно:
- А теперь перед вами, уважаемые зрители, выступит несравненный Доминик Кривенко, со своей великолепной любовной лирикой, который недавно получил за неё приз зрительских симпатий на поэтическом конкурсе телерадиокомпании Волга-ТВ.
Доминик выбежал на сцену, рванул на груди рубаху, схватил микрофон и начал:

А ты когда-нибудь шалила?
Рукой его всего брала?
А ты когда-нибудь шалила?
Не просто так, а чтоб дала?

Чтобы от пятки до макушки
Себя как я могла отдать
С тобой мы верные подружки
Пусть кто-то грубый скажет …

-Б..дь! – не выдержал я, обернувшись к бармену. - Налейте водки две по 50. Хотя нет, давайте сразу три и в один стакан!
Выпив, я почувствовал себя чуть лучше, а повторив залп, смог досмотреть состязание до конца. После недолгого совещания и подсчета голосов королем поэтов был торжественно объявлен Доминик Кривенко. Бурные объятия и лобызания со стороны ведущего не оставляли сомнений в причинах его углубленной симпатии к новому королю. Я не выдержал и, расплатившись, поспешно покинул заведение, надеясь встретить Василису на парковке. Но когда я вышел, байка уже не было, а на его месте стояла другая машина. Наверное, она ушла сразу после выступления. В платье на мотоцикл не сядешь, нужно время переодеться, значит, она воспользовалась какой-то "гирмеркой", а затем вышла через другой вход. Получается, ей был не важен результат, и она даже не собиралась его дождаться. Денег не осталось совсем, и я отправился домой пешком, размышляя о том, зачем все это было нужно Василисе. Вообще поэзия не из тех вещей, которые можно адекватно оценить, а уж поэзия современников тем более. Зачем участвовать в подобных состязаниях, зная, что тебя все равно не поймут? Я шел, пиная пустую жестянку из-под пива, а в голове по-прежнему грозно и раскатисто звучали слова стихов об огне.

Глава десятая. Черепашки-ниндзя и заяц с бычьим яйцами.

У нас на кухне по-прежнему остро стояла проблема обновления меню. И если стандартное "зальное" меню кое-как разработали, то вот с составлением внятного "банкетного" меню дела шли из рук вон плохо. Одной из главных проблем была текущая занятость, проводить проработки часто было просто некогда в связи с ежедневной работой. Некоторые блюда удалось проработать, но они не устроили руководство и не были утверждены по разным причинам. В случае 50-дюймой колбасы в бараньей череве это было даже хорошо (слишком заморочно было её делать). Директор регулярно напоминала шеф-повару о проблеме меню, часто вызывала Василису к заказчикам для предварительного согласования каждого конкретного банкета. Василиса возвращалась после этих бесед как в землянку из боя. Устало выдохнув, вешала на метательную доску очередной листок предзаказа и со злостью вонзала в него нож:
- Внимание, кухня, новый банкет на пять часов завтра, юбилей 80 персон. Ознакомьтесь, проверьте запасы, дозакажите необходимое. Мясник, ко мне!
- Ты бы сразу командовала "К ноге, сидеть!" - без энтузиазма отозвался я. Обычно таким тоном Василиса обращалась ко мне, в случае, если предстоял какой-то геморрой.
- Скоро Санек-закупон приедет, я его послала на новое блюдо все купить. Нам срочно нужен для банкетов оригинальный мясной рулет, который будет подаваться как холодная закуска в нарезку и который может быть применен для фуршетов и вообще - Василиса продолжала, не обращая внимания на мой выпад - Серега! Тащи, что ты там мне вчера присылал, сейчас набросаем вариантик и будете с Мясником делать, а я потом подойду декорировать и попробовать.
- Хорошо, шеф, - отозвался су-шеф Серега, - какой вариант из тех, что я присылал?
- С кроликом, сделайте сразу штуки четыре, сегодня приедут сотрудники из офиса Михаила Евгенича, у них типа мини-корпоратив. И заодно они хотят нам дать ценные советы по работе ресторана, ведь после последней инвентаризации "У вас катастрофические списания, ресторан работает страшно неэффективно, это просто черная дыра для денег". - Василиса грубо пародировала голос директора. - В общем, надо, чтобы всем хватило. Серега, озадачь ребят на горячке сделать форель на пару, которую мы на той неделе прорабатывали. Холодникам я сама объясню, что нужно, когда эти умники приедут. За работу, не стоим!
- Слушаю и повинуюсь, госпожа! - Серега склонился в церемониальном поклоне, а затем повернулся ко мне - Кин-конг волосатый, дуй в камеру тащи по два килограмма вешки (грибов) и лука. А потом еще гастроемкость принеси, которая справа на полке сверху стоит, крышкой накрыта. Только аккуратней, она с жидкостью.
- Уи, мисье д`Артаньян! (так дразнили су-шефа за его куцые усики и бородку клинышком), - отозвался я и пошел в холодильник.
Когда я вернулся, Серега уже разложил на столе шесть тушек кроликов, которые привез закупщик. Три тушки были явно из гипермаркета, довольно мелкие, но тщательно зачищенные и упакованные под вакуумом. Три другие явно были куплены на центральном рынке. Они были заметно крупнее, на одной ноге у каждого была оставлена лапа с шерстью, по давней советской традиции, чтобы доказать, что это кролик, а не кошка. Выделка была так себе, на шее остались сосуды со свернувшейся кровью, хотя сами кролики были жирнее и мясистее магазинных товарищей.
- Обваляешь? Я эту мутотень страшно не люблю, особенно каждую косточку обрезать. Нам тут «филе кролика нужно» - чистое мясо, минимум жира и жил, можно и небольшими кусочками, но чтобы выход был максимальный, – начал ставить задачу Серега. – И смотри, отдельно взвешиваешь и считаешь метровских кролов и деревенских. Мы еще не решили, каких на это дело брать будем. 
- Тут из «Метро» и есть нечего, кости одни. Зато у этих явно документы левые и ветнадзор не проходило мясо. 
- Ты это как так сразу определил?
- Вот смотри на овальную печать на лопатке? Видишь, в центре знак «№» а цифры после неё не видно? Тут должен быть номер лаборатории, которая проводила ветсанэкспертизу тушек, а он случайно « не пропечатался». Такие печати без номеров часто у рыночных торгашей есть. Типа подошел покупатель – лежат куры с печатью, кролики с печатью, бумажку, если попросишь, покажут, все чин чинарем. А то, что форма № 2 совсем от другой продукции, если вообще не фальшивая, ты как проверишь? Но те, кто левые формы №2 выдаёт на тушки свою печать (вообще правильно говорить ветеринарное клеймо) ставить не будет, ибо за это можно легко сесть. Вот и шлепают продавцы такие безымянные метки. На тушах свинины или говядины тоже такое бывает, там должно быть три пары цифр, первая регион, вторая район или город в регионе, а третья тоже номер лаборатории. Так вот, если на клейме овальном третьей пары цифр нет - то с этим мясом что-то не чисто.
- И что это, есть нельзя? 
- Если нормальную термическую обработку сделаем, то можно. Вряд ли эти особи погибли от сибирской язвы. А учитывая, как у нас некоторые «эксперты» работают, то даже с правильным клеймом и всеми бумажками гарантий никаких. Кстати, что там за белая фигня в этой гастроемкости?
- А это бычьи яйца в кефире, с вечера отмокают. Это я вчера их почистил и закинул в кефире, что бы запах убрать. Ты-то вчера выходной был, не видел.
- Круто, давно с ними дел не имел, помню еще по студенчеству, мы из них шашлык жарили, блюдо так себе, но в колхозе под самогон на ура шло. 
- Да по студенчеству все пойдет на ура, даже доширак всухомятку.
- Это точно! Что с яйцами делать?
- Ты кроликами займись, а я пока из яиц и грибов начинку буду для рулета делать. Потом продиктую тебе пропорции, будешь, если утвердят, сам эти рулеты крутить.
Я взял свой тонкий обвалочник и принялся за кроликов. 
- На самом деле в обвалке кролика нет ничего сложного – сначала отделяешь ноги, затем делаешь продольный разрез по остистому отростку позвоночника и аккуратно срезаешь все мясо одним куском, плавно поворачивая тушку сначала в одну, а потом в другую сторону. После этого обваливаешь ноги по тому же принципу – длинный продольный разрез по кости и, вращая ногу, срезаешь мясо, – начал я наставлять су шефа
- Ты что думаешь, я в бурсе не учился? – возмутился Серега - Умею я это делать, просто не люблю и все. Ты меня еще картошку чистить поучи.
- Тебя и в клеймах на мясе, наверное, учили разбираться, только что-то ты этого не помнишь. Ладно кролик, а вдруг тебе левая телячья вырезка попадется, а ты из неё сырые тар-тар и карпаччо подаешь?
- Ну да, тут действительно косяк. Но вырезка у нас или с мясокомбината идет или импортная в вакууме, там все ровно ведь?
- Я промолчу, думаю, ты не первый день в России живешь. Давай лучше ты про начинку рассказывай. 
- Да тут с начинкой все просто, смотри, рубишь яйца кубиком где-то в полсантиметра или чуть больше. Грибы чуть покрупней, в сантиметр где-то. Ну и лук тоже мелко рубишь. Тебе еще с кроликами долго, а то сейчас на горячку пойду доделывать, посмотришь заодно.
- Пошли, я потом доделаю, еще три штуки осталось.
- Хорошо, сделаем сразу начинку, а то ей еще остыть нужно, прежде чем мы сам рулет крутить будем. Там в сборке самый трындец будет.
Мы отправились в зону горячего цеха. Серега раскалил сковородку, налил дезодорированного подсолнечного масла и обжарил на нем грибы, лук и бычьи яйца.
- Надо, чтобы все хорошо выпарилось. Иначе, если начинка будет слишком влажной, у тебя весь рулет расползётся, – Серега принялся меня учить с нескрываемым удовольствием. - Грибы режешь покрупней, они сильно ужариваются, а нужно, чтобы в готовом блюде чувствовались кусочки компонентов.
- Что прямо в рецепте так написано? Нужно чтобы чувствовались?
- Готовить точно по рецепту может только тот, кто этот рецепт писал! – важно провозгласил су-шеф. – Любой другой готовит после по написанному рецепту, получает уже свое блюдо, только в том же направлении. Вкус ты в интернет не засунешь, как ни старайся. Пусть этот рецепт не я придумал. Но когда закончим, это будет моё блюдо, и я решаю, как в нем должны чувствоваться ингредиенты!
-Понял, выпарили, дальше что?
- Соль, перец и сливок 35% в конце. Пусть потушится в сливках, до вязкой консистенции. Вот так. Иди давай, доделывай кроликов, я начинку в шокере охлажу и принесу.
- Хорошо. 
Я вернулся в мясной цех и закончил обвалку. После этого все тщательно взвесил и записал в подаренный Василисой блокнот. Вообще правило «Что не записано – того не было» я старался соблюдать неукоснительно. Шеф редко заглядывала в мои записи, но регулярно спрашивала для своих расчетов цифры по разным позициям (сколько обрези с баранины, какой выход чистого филе семги и прочее) и листать блокнот мне приходилось постоянно. Вскоре вернулся Серега, неся миску-полусферу с начинкой и пару упаковок венгерского сырокопченого бекона в нарезку.
- Обвалял? Молодец. Теперь бери пищевую пленку, раскатывай на колоде и выкладывай мясо кролика, что бы получился прямоугольник где-то 15 на 20 сантиметров. Клади внахлест, как мозаику, разные кусочки, лишь бы сплошной слой получился. Потом заворачивай кусок пленки сверху и аккуратно отбивай молотком, пока не получишь тонкий «коврик» из кролика.
Я принялся за выполнение поставленной задачи. Серега тем временем раскатал на столе фольгу и принялся выкладывать на ней прямоугольник из бекона, аккуратно складывая полоски с небольшим нахлёстом. Получалась фигура несколько больше по площади, чем "коврик", который получился у меня при отбивании.
- Сгоняй в сыпучку, возьми желатина. Только не того, который кондитерский в пластинках, а там, на полке порошковый, в пачках, тащи сразу штуки три.
Я принес требуемое, и Серега принялся собирать рулет.
- Бекон надо слегка просыпать желатином. Желатин вообще отличный пищевой клей, но с ним аккуратно нужно, если его много будет, он всю текстуру испортит – вещал Серега с пафосом столетнего мастера кунг-фу – теперь давай свой коврик и аккуратно переворачивай его с пленки сверху на бекон. Вот так видишь, с одного края оставляешь полоски бекона, чтобы потом завернуть аккуратно. Теперь солим/перчим слой кролика и тоже присыпаем желатином, на край чуть побольше, чтобы не давал рулету развернуться. И теперь слой начинки, без фанатизма, чтобы он был по толщине самых больших кусочков яиц и грибов. Вот так, а затем аккуратно заворачиваем сначала рулет в бекон, а затем всю конструкцию закатываем в фольгу и закручиваем по краям. Выходит такая конфетка!
- Это все хорошо, но надо ж взвесить, что мы Василисе скажем?
- Так ты еще сейчас штук пять этих рулетов крутить будешь, вот и взвесишь все. Пошли пока запечем рулет, да попробуем. Может, фигня получилась и переделывать придется, а ты чуть что записывать. Ты между прочим не в бухгалтерии работаешь!
Мы торжественно отнесли «конфетку» в горячий цех. Тут су-шеф выставил на пароконвектомате режим жар/пар (в соотношении 20/80) и температуру в 110 градусов.
- Поставим минут на тридцать, а там посмотрим, – резюмировал он.
Через полчаса Серега проверил рулет термощупом и, недовольный показателем температуры внутри изделия, поставил в парик еще на пять минут. После этого рулету дали остыть, и вся кухня собралась на дегустацию. 
- Перца бы надо чуть больше, а в целом хорошо, – похвалила Серегу шеф. – Давайте быстренько делайте еще пять штук, а лучше шесть. Я сейчас тарелок подберу пару вариантов и будем декорировать, скоро подавать. Как назовем?
Коллектив принялся изощряться в названиях:
- Кролик по-бургундски!
- Мужской рулет.
- Рулет из кролика с начинкой из бычьих яиц, тушенных с грибами.
- Охотничий рулет.
- Подарок кота в сапогах.
- Нет, это все не то, как-то слишком пресно. Надо что-то такое яркое, резкое, что бы от одного названия хотелось попробовать – размышляла Василиса вслух – О! А что если «Заяц с бычьими яйцами»?
- Супер! – отозвался Серега – И правда любопытно будет.
- Ладно, хватит филонить. Все за работу! – Шеф быстро разогнала несанкционированный митинг. – Я жду рулеты, зайчики мои!
Мы бросились выполнять приказ, и в срок все было исполнено. Василиса аккуратно нарезала рулеты и сделала несколько вариантов подачи. Официанты понесли блюда в зал, а шеф отправилась следом, чтобы выслушать критику. Я принялся убираться в цехе, а Серега ковырялся в моем блокноте, выписывая себе вес затраченных продуктов и выход по каждому кролику, чтобы вывести средние значения для технологической карты блюда. Параллельно он продолжал свои профессиональные наставления:
- Вот некоторые знакомые любят меня поучать – что повар как художник, должен все по вдохновению делать, все на глаз и чутьем. Насмотрятся по телевизору Рамзи с Оливером и рассказывают мне, что на кухне весы не нужны. А я вот думаю, что без весов тут никуда. Да будь ты трижды профессионал, не сможешь ты точно пропорции в блюде соблюсти без веса. Конечно, если дома готовишь и борщ у тебя каждый раз разный, проблем нет. Но в ресторане, я считаю, если гостю понравилось одно блюдо, то он должен прийти через две недели, заказать то же блюдо и получить его точно таким, какое он в прошлый раз пробовал. А не вариацию на тему, потому как готовит другая смена. В этом, я считаю, настоящий профессионализм!
- Я не знаю, не с моей зарплатой по ресторанам ходить. Я если два раза, одно и то же блюдо ел, то это был борщ в колхозной столовой. Оба раза то еще дерьмо.
- А если бы ходил, что бы ты заказывал, – заинтересовался Серега.
- Стейк какой-нибудь крутой, я люблю мясо.
- Что еще от мясника ожидать, а наши стейки тебе как? 
- Миньоны ничего, а остальное я только резал, а не пробовал.
- О чем спорите, мальчики? – осведомилась Василиса, входя в «мясной чулан». В руках она держала две кружки с чаем. - Вы молодцы, блюдо всем понравилось, кроме одной дамочки, которой рулет «спермой отдает». Но в любом случае блюдо утвердили, и я вам два чая в награду принесла, заварила свой, со вкусом клюквы и персика.
- Спасибо, шеф! Наверно, эта мадам хорошо в тонкостях вкуса спермы разбирается, раз смогла его уловить, – предположил я.
- К гадалке не ходи, – поддержал Серега. – А мы тут, не поверишь, о любимых блюдах разговариваем, ты вот что любишь?
- Я бы сейчас пиццу с удовольствием съела, – Василиса набросила на колоду мой рабочий фартук и уселась сверху, – Я хотела нам в меню пиццу ввести, но мне не дали до сих пор. Всякие бургеры есть, а пицца только на детские банкеты иногда попадает и то редко.
- Я тоже пиццу люблю, с детства причем, – поддержал шефа Серега, – Может, помните, раньше мультсериал был про черепашек-ниндзя, они там еще пиццу ели? Я когда мелкий был, вообще считал, что эта пицца им силы и крутизны придает, у родителей постоянно клянчил пиццу купить.
- О помню этот мультик, мне там нравилась героиня репортер, Эйприл кажется. Я даже на неё похожей хотела быть. Чтобы везде ездить и о событиях рассказывать, – поддержала Василиса тему воспоминаний. – Но родителям эта идея не понравилась, и видеокамеру они мне так и не купили.
- Мелко вы мыслите. У меня отец на заводе работал, сварщиком. Так я его просил сделать мне из сварочного аппарата лазерный меч как у джедаев в «Звездных войнах». И очень обиделся, когда он мне его не сделал…
Мне уже можно было уходить домой, но мы еще долго сидели в мясном цехе и болтали. Я рассказывал забавные случаи из своей прошлой жизни, Серега в лицах изображал тупых гостей, а Василиса заливисто смеялась над нами и весело болтала ногами. На улице зарядил сильный дождь, и до нас доносился отдаленный грохот капель по козырьку над входом в ресторан. Я почувствовал редкое чувство покоя и умиротворения, какого-то совершенно домашнего уюта и в результате снова чуть не опоздал на свой последний автобус.

(c) ArsenZa

Comments

Ваша учетная запись не имеет разрешения размещать комментарии!