» » Далеко пойдет

Далеко пойдет

– Всё просто, – заявил Кащей, снимая шапку-невидимку и становясь видимым в центре избушки Бабы Яги. – Приходим, ты засираешь им мозги, а я в это время краду артефакт.
– А чой-та именно я засираю? – возмутилась Баба Яга. – Учитывая разницу в сложности поставленных задач, осмелюсь предположить, что выстраивать словесные конструкции для отвлечения вовлеченных в предполагаемый диалог от вероятных посторонних шумов, более сложная часть предлагаемого тобой мероприятия, нежели проникновение в сокровищницу и извлечение оттуда одного артефакта при помощи другого, дающего преимущество перед потенциальными противниками.
– Ты чего-нибудь понял? – повернулся Кащей к Горынычу, три головы которого были просунуты в разные окна избушки.
Змей ошалело помотал всеми тремя головами. А Бессмертный продолжил объяснять, обращаясь уже к Бабе Яге: 
– И я не понял. Вот именно поэтому ты и забалтывать будешь.
– А я чо? – подала голос средняя голова Горыныча. – Я тоже хочу участие принимать.
– Вот как раз благодаря твоему участию, мы и сдернем оттуда до того, как суматоха начнется.
– Опять катать вас? – разочарованно протянул Змей. – Ну чего я как лошадь постоянно? Туда вези, сюда вези…
– В данном контексте было бы более логично использовать аналогию, отталкиваясь от первичных половых признаков упомянутого тобой вида непарнокопытных и сравнивать возлагаемые на тебя обязанности по транспортировке компаньонов в привязке к самцу упомянутого тобой вида животных…
– Яга! – заорал Кащей.
– А чего Яга? Чего сразу Яга? – бабка набрала воздуха в грудь и начала новый монолог: – Озвучивая предыдущую мысль, я оттачивала навыки такого типа общения, который будет необходим во время проведения активной фазы запланированной операции по незаконному овладению артефактом…
– Хватит! – Кащей грохнул кулаком по столу.
В наступившей тишине Горыныч восхищенно буркнул себе под нос:
– Во даёт старая!
– Короче, план такой: прилетаем в замок, и пока ты паришь мозги царю с придворными, я, не снимая головного убора, – Кащей кивнул на шапку-невидимку, – пробираюсь в сокровищницу, беру артефакт и возвращаюсь обратно. Всё понятно?
– Угу – выдохнули синхронно все три головы Горыныча.
А Баба Яга, уже набравшая воздуха для очередной тирады, просто махнула рукой – понятно, мол, продолжай.
– Ты, Горыныч, не переживай, что тебе только возить нас придется. Потому что именно без твоей скорости вся затея теряет смысл. Наколдованная мной копия просуществует не более трех минут. А как только она исчезнет – сработает сирена.
– Дык ты чего похожее положи на то место, – простодушно посоветовала левая голова.
– Нельзя, – развел руками Кащей и пояснил: – охранное заклинание Василиса наложила. И наверняка самое сильное. А смысл его в том, чтобы отслеживать параметры контролируемого объекта. И если они изменятся более чем на пять секунд, то срабатывает сигнализация.
Правая и средняя головы не мигая смотрели на Кащея, а левая прокомментировала:
– А ты не хуже бабки задвигаешь. Я нихренашеньки не понял.
– Да чего ж непонятного?! – подала голос Яга. – Учитывая источники получения информации о методах использования магических способностей, организатор нашего нелегального проникновения, по совместительству, бывший наставник нынешней царевны, проанализировав уроки, полученные особой, фигурирующей в текущем обсуждении, используя методы рационального мышления, здраво предполагает, что Василиса использует определенное магическое заклинание из полученной базы знаний для защиты объекта, который планирует похитить Кащей.
– Головы болят, – грустно сообщила левая голова Горыныча. 
– Все три, – добавила правая. 
– Давайте лучше кто-то один объяснять будет. И пусть это будет Кащей, – попросила средняя голова и заплакала.
– В принципе, Яга правильно сказала, – подтвердил слова бабки Бессмертный. – Василиса магии у меня училась много лет. Понять, что она за человек, я успел. К поставленным задачам ответственно подходит. Спустя рукава ничего не делает. Не экономит никогда. Она – перестраховщица. Поэтому, наверняка поставила самое сильное заклинание. Ну, из тех, что знает.
– Хорошо, когда предложения короткие, – блаженно выдохнула средняя голова Горыныча. 
– Ага, – в унисон согласились левая и правая.
– Вот поэтому оптимальным будет поставить магическую копию и быстренько оттуда ретироваться. 
– Так шапка у тебя! – резонно заметила одна из голов. – Надел и ходи, сколько душе угодно. Хоть в сокровищницу, хоть в женскую баню.

Кащей вспомнил, как действительно пошел в женскую баню, когда у него появилась волшебная шапка. Он тогда восхищенно притаился поближе к печи, справедливо полагая, что рядом с камнями никто тереться не будет и его случайно не зацепит. Раскрыв от удивления глаза, Кащей разглядывал голых, раскрасневшихся от пара баб со всех ракурсов. До тех пор, пока одна не плеснула воды на камни.
Пар с шипением рванул в разные стороны, обдав притаившегося возле банных камней Кащея, а в шапке что-то затрещало, ударило его током и тот мгновенно стал видимым.
Именно тогда Бессмертный понял, что женщины, к которым вламывается в баню мужик, опаснее стаи разъяренных диких кошек, защищающих свое потомство. А заряда невидимости магическому предмету с тех пор стало хватать минут на десять, не больше. И то, если перед этим весь день на солнышке лежать будет. 
– А шапка долго без подзарядки не работает, – сообщил Кащей, отрываясь от ярких, даже спустя много лет, воспоминаний. – Бракованная она.

В замок прилетели якобы торговать. Поначалу дворцовая челядь при виде трехглавого монстра с визгом попряталась. Но когда выяснилось, что крылатая, чешуйчатая образина не собирается дышать огнем или жрать сенных девок, а Яга с Кащеем расставили во дворе торговые лотки со снадобьями и всяческими магическими безделушками, испуганный люд настороженно повылезал из убежищ.
А тут еще и Яга расстаралась на славу.
– Зелья от похмелья, штукенции для потенции. Пять покупаешь – шестую на халяву получаешь, всё лично мной проверялось, я всегда довольная оставалась. У всех, кому подсыпала, всё как надо стояло. Всякие разные обереги: и для беременных, и чтоб не ломались телеги. Есть нетопыри сушёные, есть гвозди заговорённые…
Любопытство пересилило и вскоре вокруг столов с колдовским, и не только, товаром собралась приличная толпа. Кто-то приценивался, кто-то спрашивал, как пользоваться, кто-то, замороченный присказками Яги, брал оптом. А бабка продолжала нахваливать товар, попутно называя стоимость и благодаря за покупки.
– Они и так по три медяка, да смотри, кабы не остаться в дураках. Пока один за грошик торг ведет, другой и за пять медяков возьмет. А чтоб работало ни шатко ни валко, даже золотой монетки не жалко! Благодарностей не надо, беги к жене, да её порадуй. 
Зелья, обереги, свитки с заклинаниями от колорадского жука и прочие необходимые в хозяйстве вещи расходились нарасхват. Кто-то громко спрашивал о способе применения зелья, кто-то, наоборот, стесняясь, полушепотом интересовался по чём приворотные зелья. Яга слышала всех, и отвечать успевала всем.
Кащей же внимательно следил за подтягивающимися к торговому месту людьми. Вот вышли повара с поварятами; ключница подтянулась; полевые работники набежали; стража с башен, наплевав на службу, спустилась и глазеет на диковинные бабкины чудеса. 
– А коли есть не стеснительные да рисковые, вот срамные картинки, заморским художником рисованные. Это на вид баба одета, а как подержишь над теплом да светом, – Баба Яга поднесла картинку к одной из пастей Змея Горыныча и тот осторожно выдохнул небольшой сноп пламени, – одежка на бабе исчезает ненадолго… и можно… того… этого… разглядеть… с расстановкой, с толком.
Покупатели рассмеялись.
В этот момент Кащей увидел, как от дворца в сопровождении стражи шествует царь в окружении здоровенных лбов-охранников. Следом семенили несколько бояр, имевших вес при дворе ввиду своего знатного происхождения или ловко строивших козни и потому приближенных к царской особе. Толпа разошлась в стороны, уступая место царю-батюшке, а тот, подслеповато прищурившись, не здороваясь, поинтересовался у Яги:
– Картинки, говоришь? 
– И картинки, и прочие штуки, основанные на магии и на науке, одни жизнь упрощают, другие просто развлекают, – радостно ответила та.
– А грамотка, разрешающая торговать этими безделушками внутри замка, у тебя имеется? Я что-то не припоминаю, чтобы для тебя её подписывал. 
Лицо Бабы Яги переменилось с радушно-веселого на серьезное. Тон голоса тоже.
– Ваша заинтересованность в наличии у меня документального подтверждения на право проведения торговых операций бесспорно не лишена объяснимой логичности, однако, смею обратить внимание и на тот факт, что оные не преследуют финансовое обогащение как цель, но проводятся мной, полноправным представителем гильдии нечисти, лишь в расчете на облегчение быта окружающих. Как следствие, данная акция, именуемая распродажей, в дальнейшем благоприятно повлияет и на комфорт царствующей особы, так как от благодушного настроения челяди зависит и её самоотдача в тех мероприятиях, в которых лично она не заинтересована… 
Кащей понял: пора. Незаметно отойдя под левое крыло трехглавого змея, он достал из сумки волшебную шапку и надел её. Исчезновения никто не заметил, потому что все внимательно следили за накаляющейся обстановкой у импровизированной торговой точки. 

Проскользнув в приоткрытые двери мимо единственного придурковатого на вид стражника у входа во дворец, заинтересованно вытягивавшего шею в сторону шумящей толпы, Кащей, попетляв по коридорам, нашел вход в подвалы. Бессмертный прошептал заклинание и дужка замка с кислотным шипением разомкнулась.
Подхватив испорченный замок, Кащей приоткрыл дверь и юркнул вниз, в темноту.
В конце длинного коридора, за толстой решеткой, мерцало бледно-желтое свечение, к которому Бессмертный уверенно зашагал.
Открыв замок тем же способом, что и вход в подвал, Кащей подошел к высокой тумбе, на которой светился заветный артефакт.
– Моя прелесть! – прошептал Бессмертный и, сделав несколько пасов левой рукой, создал точно такую же вещицу у себя в правой ладони и стал отсчитывать в уме: пятьдесят девять, пятьдесят восемь… от шестидесяти до нуля нужно было досчитать трижды.
Не переставая вести отсчет, Кащей ловко схватил стоявший на тумбе артефакт, мгновенно поместив на его место созданный магией.
Пятьдесят два, пятьдесят один… Кащей прикрыл решетку и уверенно зашагал по каменному коридору, пряча артефакт в специальный кармашек невидимой, как и он сам, сумки.
Девятнадцать, восемнадцать, семнадцать… Бодро взбежал по ступеням и толкнул плечом дверь. Тринадцать, двенадцать, одиннадцать… приладил испорченный замок на место, аккуратно уравновесив расплавленную дужку так, чтобы замок какое-то время провисел на месте. Прижался к стене, чтобы проходящий мимо стражник не натолкнулся на него, затаил дыхание. Два, один… 
Вторая минута. Пятьдесят девять, пятьдесят восемь… пошел по коридорам, свернул. Обогнул пялящуюся на происходящее в оконный проем девку, повернул, повернул, вышел в другой коридор. Тридцать шесть, тридцать пять… Входные замковые врата закрыты. 
– Черт! – выругался Кащей.
Тридцать два, тридцать один… постучался. Изнутри. 
– Кто там? – спросил стражник снаружи.
– Точно придурок, – пробормотал Бессмертный и уже погромче, обращаясь к двери: – Ванька я.
– Который Ванька, – всё так же глуповато поинтересовались снаружи.
Двадцать пять, двадцать четыре, двадцать три… Расчет на то, что во дворце обязательно найдется кто-то по имени Иван, оказался верным. Проблемой оказалось то, что Иванов было несколько, а стражник – тупой.
– ФыывфЫв сын, – пробормотал что-то неразборчивое Кащей, в надежде, что прокатит.
Не прокатило.
– Чей-чей сын? – решил уточнить из-за двери стражник. 
– Блядь! – выругался в сердцах Кащей.
– Ты что это сквернословишь?! – возмутились из-за двери и загремели засовом. – Вот я тебя сейчас…
Бессмертный сделал шаг в сторону как раз вовремя, чтобы обозленный на сквернослова стражник влетел внутрь, не зацепив его. 
– Где ты, паршивец? – завертелся охранник, щурясь со свету в полутемном коридоре.
Отвечать Кащей ничего не стал. Просто выскользнул в открытую дверь и зашагал в сторону галдящей толпы, где конфликт как раз переходил в активную фазу. Стражники пытались перевернуть столы с колдовскими снадобьями, амулетами и оберегами, а Баба Яга витиевато материлась, грозя напустить на бравых ребят слепоту, глухоту, недержание и половое бессилие одновременно.
Оставалось меньше минуты. Тридцать четыре, тридцать три, тридцать два… Кащей ускорился. Ему оставалось обогнуть толпу и зайти Горынычу за крыло, чтобы проявиться незаметно. Толпу он обогнул. Успел бы зайти и за тушу трехглавого змея, если бы не метнувшаяся под ноги черная кошка. И хоть Кащей не был суеверным, это не помешало ему споткнуться об хвостатую бестию. А когда падал на землю, обдирая ладони о каменную кладку, с него слетела шапка-невидимка. 
Все ахнули, увидев появившегося на земле из ниоткуда Кащея. А в следующее мгновение где-то в хоромах пронзительно завыла сирена.
Еще не понимая, что к чему, но чувствуя неладное, стража, было, дернулась в сторону Бессмертного. Но Горыныч набрал воздух в грудь через все три глотки и прорычал, едва сдерживая вырывающееся сквозь промежутки в зубах пламя:
– Не советую.
Стражники замерли, вертя головами то в сторону дворца, из которого завывала сирена, то на странную троицу.
Кащей резво вскочил на ноги и проорал:
– Яга, валим! – и принялся забираться на спину змею.
– Я не считаю целесообразным оставлять даром товары, на производство которых были затрачены немалые усилия... – бормотала старуха, сгребая с импровизированных прилавков баночки с жидкостью, обереги, пучки трав. – Мой немалый, и я бы даже сказала разнообразный, жизненный опыт подсказывает...
Что подсказывает жизненный опыт Бабе Яге, Кащей не услышал. Всё потонуло в рёве пламени, выдохнутом средней головой Горыныча. И слова, и лотки с магическими вещицами.
Люди в испуге попятились.
– Много букв! – рявкнул змей. – Валим!
Дышал огнем Горыныч с ювелирной точностью: не задел ни людей, стоявших с одной стороны лотков, ни Ягу – с другой. 
– Ах, чтоб тебя! – выругалась бабка и полезла вслед за Кащеем.
Выпустив сноп пламени из второй головы, Горыныч взмахнул крыльями, отрываясь от земли.
С его спины Кащей увидел, как к царю с криком:
– Артефакт похитили! – бежал кто-то из бояр. 
И еще, как кто-то из толпы бросился к горящим прилавкам с отчаянным криком:
– Картинки! Картинки заморские!

На подлёте к лесу за спиной у беглецов стал нарастать свист. Баба Яга, цепко державшаяся за Кащея, оглянулась и заверещала.
– Чудище! Чудище за нами гонится!
Не меняя курса, Горыныч выгнул одну голову назад и прорычал:
– Можешь же коротко говорить, карга!
Кащей тоже оглянулся и увидел гигантскую красную не то змею, не то ящерицу с огромной головой и длинными, тонкими усами, развевающимися на ветру. Существо стремительно сокращало дистанцию.
– Не иначе, Василиса погоню послала! – проорал он змею. – Справишься?
Голова, в которой оставался огненный выдох, кивнула.
– Держитесь только крепко! – проорала другая голова.
И змей по дуге стал набирать высоту.
– Китайскай, чтоб мне провалиться, китайскай дракон это! – орала испуганная Баба Яга, когда бестия, не сбавляя скорости, пронеслась под ними.
– Да хоть марсианскай! – передразнил ее Горыныч и, перекувырнувшись через голову как породистый турман, пошел на снижение, заходя в хвост противнику.
Бабу Ягу от таких кульбитов стошнило.
Китайская животинка была то ли тупая, то ли неопытная. Уйти от огненного выдоха не успела. И вскоре на земле догорала некогда яркая туша.
– Вороны хоть откормятся, – буркнул Горыныч.

***

– Это ж сплошной убыток, – раздосадовано причитала Яга, пересчитывая выручку от недолгой торговли. – А сколько этот огнемет сжег! А там столько добра… столько добра.
– Да ладно, не скули, – отозвался греющийся на солнышке под окном змей Горыныч и просунул одну голову внутрь. – Я ж видел, как ты перед стартом весь хлам бесполезный сгребала в кучу.
– А хоть бы и бесполезный! – возразила Яга, переходя на привычную манеру общения. – Осмелюсь заметить, что для каждого из взятых для нашей совместной авантюры предметов, невзирая на истекшие сроки годности или изначальную абсолютную их негодность, никто не отменял небезызвестного эффекта плацебо.
Горыныч понял, что это надолго, печально выдохнул и вытащил голову из окна.
– И даже рассчитанные на неискушенного покупателя вещи, которые кто-то удосужился назвать хламом, могут произвести необходимый эффект при правильной презентации, а следовательно, стоят денег… – продолжала причитать бабка, но змей её уже не слушал.
Прищурив все шесть глаз и вытянув все три шеи, Горыныч нежился под лучами теплого солнышка.

Неподалеку, зайдя в лесную чащу, Кащей достал из привычной сумки исписанное по краю узорами блюдечко, положил на него яблочко и легонько подтолкнул вдоль края. Яблочко плавно покатилось по каемке, постепенно ускоряясь, и спустя несколько мгновений по центру появилось подрагивающее изображение.
– Дракона-то китайского зачем? – спросил Кащей.
– Для натуральности, – донесся из блюдечка приглушенный голос, – он всё равно безобидный был и скоро в воздухе пропал бы.
– Одно слово, китайский, – буркнул Кащей.
– Не китайский, а с запланированным сроком устаревания, – возразили из блюдца. – А так, я сделала всё, что могла и вывела себя из круга подозреваемых.
– Про артефакт спрашивали?
– Не-а, – помотал головой Кащей. – Горыныч, ты ж знаешь, много вопросов не задает. А Яга до сих пор монетки пересчитывает, да по поводу упущенной прибыли сокрушается.
– Сам-то доволен?
– Еще бы! – расплылся в улыбке Кащей, вертя в пальцах толстую иглу, на которой, если приглядеться, можно было увидеть мельчайшую вязь заклинаний. – Спасибо тебе огромное. Я ж впервые собственную смерть в руках держу. Это волнительно.
– Да на здоровье, – хохотнул голос из блюдечка. – Но ты ж помнишь, что услуга за услугу, да?
– Конечно, помню, Василиса, – кивнул Кащей. – Всегда к твоим услугам.
И, убрав яблочко с блюдечка, восхищенно пробормотал:
– Далеко пойдет девка!

©VampiRUS
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.