Палева нет » HOME » МИНУС ДВА

МИНУС ДВА

Максим Коляскин / Минус два


«Я сюда приехал, потому что поверил!.. А поверил потому, что больше верить было не во что. А русский человек должен во что-то верить, понял, браток? Если ни во что не верить, ничего, кроме водки не останется. Даже чтобы бабу любить, нужно верить. В себя нужно верить, без веры, браток, и палку хорошую не бросишь…»
Аркадий и Борис Стругацкие «Град обреченный»


«Кто любит, тот любим, кто светел, тот и свят»
Анри Волохонский


«К высотам светлых истин
Во мрачной бездне ключ»
М. К.



Глава 1
Старец

«Боже, зачем я проснулся?! — подумал Андрей, силясь приподнять отёкшие веки. Утро? День? Точно — не вечер. Июньское солнце ярко освещало комнату, искрясь, блестя и отсвечивая на стёклах, посуде, полировке мебели. Это было нестерпимо, и Андрей спешно прикрыл глаза. Тупая боль ржавым гвоздём блуждала где-то в недрах черепной коробки… Понятно, что уснуть уже не удастся, но снова открывать глаза, а уж тем более подниматься, вставать… О, это решительно невозможно! И тут же, совершенно некстати, резко пересохло во рту. Жажда накинулась на него высохшей промасленной тряпкой. Пить! Но вставать?! Немилосердно костеря всех виноделов «от Адама до сегодняшнего срама»[1], припомнив и старика Менделеева, Андрей с нечеловеческим стоном приподнялся и опустил ноги на пол. Только после этого он заставил себя снова приоткрыть глаза, да и то лишь настолько, чтобы хоть как-то ориентироваться в пространстве. Однако даже столь невеликое маневрирование собственным телом не прошло даром. Комната покачнулась и стала заваливаться на бок, в глазах потемнело, к горлу стало подкатывать… «Совсем худо», — подумал Андрей, и от напряжённой работы мысли ржавый гвоздь, поселившийся в его голове, впился в правый висок. Дабы безвременно не покинуть список живых, явно следовало более не думать и глаз не открывать. Кое-как встав на ноги, наощупь, маленькими неверными шажками он донёс своё непослушное тело до ванной комнаты. Наощупь же включил холодную воду на полную громкость и присосался к крану, больно ударившись зубами о металл… О, блаженство тепловатой хлорированной водопроводной воды! Почти утолив нестерпимую жажду, Андрей с удивлением отметил, что источник не иссяк и сунул голову под струю. Колени его томно подогнулись, а глаза приоткрылись. В ванной было чудесно — темно и прохладно. Решение остаться здесь навсегда, в крайнем случае, до заката солнца пришло естественно и неоспоримо. Как вдруг со стороны кухни раздались звуки человеческой деятельности, перекрывшие мерный плеск воды и вялое течение мыслей.
«Галлюцинация!» — решил Андрей, но всё-таки приподнялся с такого сладостно прохладного и трепетно родного кафеля, шумно вздохнул и принялся себя ощупывать. На мокром от капающей с волос воды теле он нашёл главное. Главными были трусы. «Та-ак!» — заранее кривясь перед очередным укусом головной боли, сопровождавшим любую мало-мальски выдающуюся мысль, подумал он: «Кто же там засел, ей Богу?!» Что двигало мужчиной в этот момент, неведомо. Первые ростки любопытства, возрождавшиеся в слабом ещё теле и заново формирующемся мозге? А может запрограммированный от рождения страх перед снующими тут и там матёрыми натовскими шпионами? Бог весть! Однако, приоткрыв дверь ванной комнаты настолько, чтобы просунуть красный и слезящийся от непосильной работы глаз, Андрей с упрямством, достойным лучшего применения, принялся фокусировать взгляд на кухонном столе. Спустя некоторый, никем, к сожалению, не отмеренный исторический промежуток времени, цель была достигнута, но без особого результата. То есть, стол Андрей видел ясно, но не видел никого стоящего прямо или, хотя бы, криво ни на столе, ни за столом, ни под столом. Зато с самим столом произошла необъяснимая метаморфоза. Даже по самым скромным расчётам, он обещал быть заваленным тарелками с остатками вчерашней закуски, опустевшими немытыми рюмками, объедками, окурками и прочими продуктами бурной человеческой жизнедеятельности. Однако же, сегодняшний стол сиял нездешней чистотой, а посреди него возвышалась большая миска с невероятно овощным салатом, а рядом на подставке отдувалась, явно только что снятая с огня и накрытая крышкой сковорода. Распространяющийся со скоростью запаха аромат заставил улыбнуться даже, уже было приказавший долго жить, пищеварительный тракт трагически ослабленного тела. «Неужели я умудрился познакомиться с престарелой студенткой кулинарного техникума?!» — с детской непосредственностью прикинул Андрей. Он ещё раз тщательно себя ощупал и, решив, что думать всё равно больно и неэффективно, решительно выдвинул ногу за дверь.
На кухне, прислонившись плечом к холодильнику, стоял и с интересом посматривал на Андрея мужчина, возраст которого не поддавался определению: русые волосы с сильной проседью, совсем уж седые, но весьма благообразные усы и борода, чёрные с блеском улыбающиеся глаза, окружённые множеством мелких лукавых морщинок. 50? 60? А может все 70 лет? Андрей от неожиданности рухнул на табуретку подле стола.
— Э-э-э, — хрипло протянул он, с трудом узнавая собственный голос, — Здравствуйте!
— Здравствуйте, молодой человек! — приятным, неожиданно свежим тенором откликнулся незнакомец, улыбаясь и продолжая вытирать вымытую до блеска рюмку невесть откуда взявшимся чистейшим полотенцем. Голосовые связки Андрея совсем уже собрались восстановить временно утраченную работоспособность, но мозговых импульсов не поступало. Совсем не поступало! Пауза затягивалась. К счастью, на помощь пришёл гость.
— Я тут по-хозяйничал немного. Подумал, что Вам утром, ну собственно, уже днём… будет трудновато. Да и организм потребует оперативного вмешательства, — произнёс он, поставил перед Андреем рюмку, достал из недр холодильника запотевшую бутылку «Столичной», быстрыми и точными движениями нарезал несколько ломтей мягчайшего, даже на вид, чёрного хлеба. А в довершении действа, снял крышку со сковороды. Оттуда выглянула румяная картошечка с золотистым лучком и грибочками. Рюмка была налита, Андрей только мотал в недоумении головой, и вдоль, и поперёк, и по кругу…
— А Вы? — прохрипел он.
— С удовольствием! — вторая рюмка появилась и наполнилась в мановение ока. У ещё пять минут назад полуживого Андрея слюнки были готовы потечь изо рта. Ах! Содержимое рюмки упало внутрь содрогающегося чрева. Но горячая картошечка, грибочки, сочный салатик сделали процесс мягким и чрезвычайно приятным. Вторая доза легла уже на специально подготовленное место.
— Спасибо! Это просто замечательно. Но, извините… — окрепшим голосом начал Андрей.
— М-да, я так и предполагал, — продолжил незнакомец, — Однако, выпиваете, молодой человек!.. Меня вчера пригласил Станислав.
— Стас?
— Именно. Вас зовут Андреем, а меня…
— Воланд?! — выпалил Андрей и поперхнулся самым маленьким грибком.
— Эка Вы задвинули, ей Богу! Начитаетесь книжек, и мерещится всякое. Зовите меня просто Вадим Аронович.
— Угу, — произнёс Андрей, прокашливаясь, — И…
— Боже милосердный, да Вы совсем ничего не помните?! Я снял у Вас комнату на полгода. Вон там, на полке лежит задаток.
— Комнату… На полгода? Класс! — пробормотал Андрей и посмотрел на полку, где и в правду виднелись краешки купюр. Это было весьма кстати.
* * *
За последний год в жизни Андрея произошло несколько событий, изменивших его жизнь до неузнаваемости, причём не в лучшую сторону. Сначала жена уехала жить к своей маме. Не то, чтобы семейные отношения полностью зашли в тупик, но стали обременительными для всех. И сил, желания, любви для того, чтобы осмыслить, сделать выводы, смазать и заново запустить тонкий механизм взаимоотношений близких вроде бы людей, не хватило ни у него, ни у неё. Андрей приезжал в гости к тёще, жене и десятилетней дочери один-два раза в месяц. Разговаривали, смеялись, обсуждали новости… А вечером Андрей уезжал домой без тоски и сожаления. Одиночества он не испытывал. Когда неподъёмными булыжниками наваливались воспоминания, обязательно приходил кто-нибудь из друзей со своими новостями, проблемами, эмоциями, бутылками… Выпить Андрей любил, но не часто, с хорошими людьми и под хорошую закуску. К сожалению, общение с друзьями редко позволяет решить проблемы, а после бурного, пусть и радостного, веселья, непременно наступает похмелье…
* * *
С появлением в его квартире Старца, как он сразу обозначил квартиранта, жизнь Андрея снова сделала крутой вираж в неведомую сторону. Лишь единожды ещё собралась у него привычная весёлая компания, в которой Вадим Аронович вовсе не выглядел лишним, но… В последствие друзья уклончиво поясняли, что им неудобно беспокоить такого серьёзного и немолодого мужчину своими загулами. Андрея стали чаще приглашать в гости, забывая «деда», а сам Андрей постепенно привык изредка зазывать друзей в небольшие ресторанчики или кафе на необязательные праздники, дружеские вечеринки и т. п. Благо, материальное положение ощутимо улучшилось. Помимо щедрой оплаты за проживание, Старец предложил Андрею работу. Сначала его предложение было встречено со скепсисом. Андрей привык к своему НИИ, где занимался уже никому не нужной в этой стране разработкой радиоэлектроники и получал за это мизерную зарплату. Вадим Аронович, напротив, щедро платил за несложные, в основном курьерские услуги, и Андрей сначала пытался совмещать их выполнение с основной работой, затем взял в НИИ отпуск за свой счёт, а позднее и вовсе уволился…
Дед производил впечатление человека основательного, аккуратного в быту, суждениях и поступках, надёжно стоящего на своих немолодых ногах, но при этом не занудливого. Собеседником Аронович оказался замечательным и вдвоём они частенько засиживались под рюмку хорошего коньяка до поздней ночи… В жизни Андрея появилась неторопливая размеренность, естественная для сорокалетнего мужчины, годы безумных шалостей и экспериментов которого уже позади. У близких Андрея, напротив, начали происходить бурные жизненные коллизии. Его младший брат Стас разошёлся с очень подходившей ему, казалось, женой, встретил новую, весьма напоминавшую прежнюю, молодую женщину. Он сменил работу и окунулся в нескончаемую череду пьянок и сомнительных авантюр. Виделись они редко… Жена Андрея неожиданно завела себе другого мужчину, потребовала официального развода, который и получила, а посиделки у тёщи стали редкими и натужными. Даже дочь, всегда приветливая с отцом и открытая до непосредственности, некстати вступила в бесшабашный подростковый период, интересы в котором не пересекаются с желаниями и мнением родителей… Андрей расстраивался по поводу близких, но Старец не давал ему горевать. Вадим Аронович любил повторять, что многое в этой жизни предопределено у каждого человека, что до глупости случайные события обычно происходят неслучайно, но самые важные, ключевые решения принимает или не принимает сам человек, а дальше… Дальше жизнь покажет.
Сильно поднявшийся уровень благосостояния позволил Андрею приобрести старенький, но бодрый «Volkswagen», весьма облегчивший его новую работу, и современный компьютер, позволявший выполнять поручения старца по сбору, сортировке и хранению разнообразной информации. Не вдаваясь сначала в суть деятельности деда, со временем Андрей пришёл к выводу, что Вадим Аронович занимается какими-то специальными вопросами социологии и психологии, причём вхож в самые высокие круги, и с мнением Старца считаются весьма солидные мужи. Уточнять у Ароновича, кем тот является по положению и званию, Андрею было неудобно. «Минимум профессор, а то и академик, консультирующий за хорошие деньги богатых, но сирых, — рассуждал он, — Не моего ума это дело…» Новейший персональный компьютер предоставил мужчине и другие возможности. В свободное от работы время Андрей увлёкся плодящимися, словно кролики, компьютерными играми, в том числе и с эротическим уклоном. Вадим Аронович новое увлечение своего помощника и квартиродателя не одобрил, утверждая, что Андрею следует искать удовольствия и удовлетворение в реальном мире и, в особенности, не уклоняться от женского общества. Тот отнёсся к этой мысли скептически, если не сказать наплевательски, и однажды дед даже пригласил к ним в гости весьма миловидную особу лет тридцати пяти, представив её, как дочку приятеля. Недурная собой барышня оказалась ещё и умненькой, и они втроём провели прекрасный вечер с домашним ужином и литературно-философской беседой. Однако, гостья не пробудила в Андрее эротических фантазий, он проводил её до дома на такси и только. Через неделю женщина сама, как видно по наущению деда, позвонила Андрею и пригласила выпить где-нибудь по чашечке кофе. Он не захотел огорчать ни барышню, ни Старца, и встреча состоялась… Как ему показалась, женщина ждала от Андрея решительных действий, мужских, пусть и не вполне пристойных, предложений, но так и не дождалась. Сердцу не прикажешь, а мужчине, не имеющему желания, тем более…
* * *
— У нас сегодня званый обед? Запахи слышны от лифта! — Андрей разувался в прихожей и через открытую дверь в комнату с удовольствием рассматривал как-то особенно вкусно, даже утончённо накрытый стол. Так умел только Аронович, которого Андрей уже давно незаметно даже для себя переименовал в Хароныча. Однако, в глаза он не обращался у деду таким образом, дабы не обидеть.
— И как запахи? — хитро улыбнуться тот.
— Изумительные! Возбуждающие аппетит и фантазию, а также внушающие жизненный оптимизм… Кто у нас сегодня будет?
— Эко тебя проняло. Мой руки не торопясь, мне нужны ещё десять минут и… Будем вкушать! И никакой не званый обед, и никого мы не ждём. У нас сегодня праздник, который касается только тебя и меня…
— Праздник? — Андрей просунул голову на кухню и с удивлением взглянул на Старца.
— Ты же не старый ещё, а память… Сегодня полгода, как я у тебя живу! — Хароныч окатил Андрея весёлыми искрами своих удивительно молодых глаз.
— Да-а?.. И правда! Полу-годовщина! Ух, отметим! — отправляясь мыть руки, Андрей ещё раз глянул на стол, накрытый в комнате жильца, и снова удивился. Стол был сервирован на двоих, что вполне совпадало со словами деда, но… Хароныч всегда ставил лишний комплект приборов «для дорогого хужетатарина», а нынче… Сегодня застолье обещало быть особенным, камерным, исключительным…
* * *
Пиршество удалось на славу. Была открыта уже вторая бутылка водки, но под дивную и обильную закуску опьянение почти не чувствовалось. Зато разговор шёл открытый и радостный. За шутками, прибаутками и обсуждением свежих новостей и милых старостей время летело незаметно. Андрей чувствовал, что самое интересное Хароныч оставил на десерт. Предчувствие его не обмануло… Восхитительно ароматный кофе пили в комнате у Андрея. По случаю праздника тот открыл припрятанную бутылочку «Курвуазье», который они с наслаждением потягивали, расположившись в креслах по сторонам от журнального столика.
— Ты ничего не надумал относительно моей просьбы? — словно мимоходом спросил Хароныч.
— Ну-у… Думал я на эту тему, но…
— Что же, ни одного достойного кандидата для познавательного, хотя и ответственного путешествия?
— Да у меня и друзей-то настоящих трое-четверо, Вы сами знаете… А у них семьи, дети, работа… А Ваш знакомый? Такой задумчивый… Ростислав?
— Вот именно — задумчивый. Весь в себе. Ты же понимаешь, что толку от него будет мало. Точнее совсем не будет… А ты не разговаривал со своим младшим братом? Может быть он?
— Брат? Стас? Он… средний.
— У тебя есть другой брат? — изумился Хароныч.
— Другого нет… — развёл руками Андрей.
— Вот как…
— Да Вы бы и сами могли с ним поговорить. Это же Стас Вас ко мне привёл полгода назад… Правда, он этого почему-то не помнит.
— Пьяный был, вот и не помнит… Не важно. Приятный молодой человек, не глупый, кажется, довольно энергичный…
— Мне тоже многое кажется, когда дело доходит до него… Впрочем, о чём тут рассуждать. Ему сейчас некогда. У него семья!
— Так он же вроде бы не женат нынче? — снова удивился Старец.
— Кажется (вот видите, опять кажется!) ещё нет, но семья есть… сегодня, — язвительно отвечал Андрей, — А завтра окажется, что и нет семьи, зато послезавтра снова будет. Однозначно!
Хароныч взял паузу, задумался, наблюдая, как Андрей выпускает изо рта ровные колечки табачного дыма… Он не сомневался, что тема разговора не исчерпана. И действительно, вскоре Старец вздохнул и продолжил:
— Эх… У каждого свои тараканы… Но нам это не подходит. Налей-ка ещё коньячку!
— С удовольствием! Хорош, правда?! А Стас… Не подходит нам… Нам?
— Конечно, нам. Я тебе уже говорил, да ты всё мимо ушей пропускаешь… Ты — тоже лицо заинтересованное. Дело-то нужное и важное! Для меня, конечно, в первую очередь, но и для тебя… Деньги, опять же не маленькие… Мне туда нельзя, может ты?
— Ох, Аронович! Я же к Вам всей душой, но… Куда-то за тридевять земель, киселя хлебать… Мне и здесь хорошо, а всех денег не заработаешь.
— Лишними не будут… — упрямо гнул свою линию Старец, — Да и развеешься, мир посмотришь…
— У-у… Плавали — знаем… Потом это ведь надолго? Как Вы без меня?
— Ты мне здесь, конечно, помогаешь хорошо, не спорю… Но там… — Вадим Аронович умел быть настойчивым, когда этого требовала ситуация, — Это особый случай! А надолго ли, от тебя будет зависеть в немалой степени. Может, ещё так понравится, что уезжать не захочешь!
— Что-то сомневаюсь я…
— А ты не сомневайся. Финансовые условия шоколадные… Эх, хорош коньячок у тебя!.. Какие условия? Так-с. В качестве аванса получишь кругленькую сумму, как всё сделаешь — три таких же кругленьких… Командировочные? Ха-ха-ха… Там будешь на полном довольствии!
— Это как же? Типа, всё включено? — усмехнулся Андрей, — Или как при коммунизме?
— Почти. Банк «Last Credit» тебе известен? Нет? Там он — ведущий. У тебя будет карта, безлимитная.
— Как так безлимитная? Лимит кредита неограничен?!
— Почти… Чтоб ты не пугался, применим стандартную оговорку — «в пределах разумного». Хотя… Самолёт ты там всё равно купить не сможешь.
— Самолёт? Смешно! А машину?..
— Можешь, если захочешь… Для начала возьмёшь в аренду, например. Понравится — купишь!
— А кто кредит отдавать будет? Фирма, говорите?.. Ох, что-то не нравится мне всё это… — покачал головой мужчина, — И что сделать-то надо? Конкретно.
— Вот это — правильный вопрос! — воскликнул дед, — Нужно найти человека. Необходимо найти!
— Имя, возраст, род деятельности?
— Имени я не знаю. Да-да! Возраст может быть любой, да и как он выглядит сейчас мне не известно. А вот род деятельности, как ты сформулировал, однозначно известен. Он библиотекарь или архивариус, последнее слово сейчас не в ходу, но… И знать его могут именно, как библиотекаря.
— Вот тебе на… — изумился Андрей, — Что у них там один библиотекарь на всех, что ли?
— А где их нынче много? Да и не до библиотек там народу, есть чем заняться.
— Курорт какой-то?
— Можно и так сказать… Зона освобождения от здешних забот!.. Одним словом, искать следует по кодовому слову «Библиотекарь».
— Найти человека на курорте, не зная его имени и внешности… Пол тоже неизвестен, я правильно понял? По-моему, миссия не выполнима!
— Я и не говорю, что будет легко. Но, во-первых, тебя никто сильно не торопит, поиски можно и нужно вести обстоятельно. Во-вторых, буду связываться с тобой, подскажу что-нибудь дельное, а то и новая информация появится. И, в-третьих, это ещё и путешествие в мир экзотический, чрезвычайно интересный и необычный до уникальности!
— Что же такого уникального на этом курорте? — с сомнением пожал плечами мужчина, — Молочные реки, кисельные берега?
— Начиная от таких мелочей, как все лучшие напитки и яства мира, приготовленные настоящими профессионалами. Ты оценишь. Комфорт на высшем уровне! Хорошо? Ах, ещё хочешь… Пейзажи уникальные, ты таких не видел, могу поручиться. Впрочем, это дело вкуса, но развлечения!.. Ух! Даже рассказывать не стану, сам узнаешь… А какие там женщины! Учитывая твою полную платёжеспособность, оттянешься по-полной. Так, кажется, теперь говорят?
— Женщины? Женщины — это прекрасно! Только… Ну их!
— Ты что это? Ты же их любишь и ценишь, или уже нет? Там и мужчины тоже… — ухмыльнулся Вадим Аронович.
— Тьфу на Вас! — скривился Андрей, — Женщин я, конечно, люблю. Но последнее время на эту любовь уходит многовато сил… И моральных, и физических. Пока настроишься, узнаешь по-ближе, пока разогреешься и почувствуешь, пока заведёшься…
— Милок, да ты никак ослаб? — улыбнулся дед.
— Может и так, всё-таки уже не мальчик. Просто пора найти одну, которая… Ну, единственная, что ли…
— Может быть, может быть… Только торопиться не надо! Как говорил один мудрец: «Второй раз жениться? Да лучше я сопьюсь!»[2]
— А не он же говорил: «Не пью — не тянет»? Тогда я знаю этого мудреца и, пробовал его рецепты… Не получается!
— В таком случае, тебе просто необходима эта поездка. Там потенция зашкаливает у всех!
— Прямо-таки у всех? — хмыкнул Андрей, — Не может такого быть!
— Я тебя когда-нибудь обманывал? Вот так-то… Кстати, медицина там замечательная, а по этой части особенно. Здоровье поправишь по всем направлениям и, к тому же, за счёт фирмы!
— М-да… Звучит заманчиво…
— Ещё бы! — с улыбкой вальяжно потянулся Хароныч, — Полный шоколад! И всего-то надо — найти Библиотекаря и отдать ему вот этот медальон.
— Ну да, — задумался Андрей, взяв в руку и рассматривая металлический диск со странным выпуклым рисунком, надёжно прикреплённым к очень прочной цепочке того же благородно-серого металла, — Найти и передать… Почему бы и нет?.. И когда нужно ехать-то?
— Согласен? — улыбнулся Старец, — Ай, молодец! Сейчас мы за это по рюмочке, и…



Глава 2
Отель


«То ли серое небо на душу мне давит,
То ли нежности рук остро мне не хватает…
Только это не всё…»
Тэсиро

Андрей открыл глаза и задумался: «Хорошо мы вчера посидели. Разговор получился толковый, неторопливый, обстоятельный. Да и выпили не мало, а голова совсем не болит, даже странно… И ничего странного в этом нет, просто и закуска отменная, и разговор умный… Только как заснул не помню, и что-то ещё было важное… На что-то важное я решился. Принял-таки решение, которое многое может изменить?» Андрей повернул голову и понял — многое и в правду изменилось. Обстановка изменилась точно. Из окна, полуприкрытого шторами, истекал тусклый, странный тёмно-сиреневый свет. Да и само окно было не на своём месте… Он был не дома! Вот тебе на! Вот тебе и не напился… Куда это меня занесло? Андрей попытался разглядеть что-то ещё в почти полном мраке, а затем принялся осторожно ощупывать руками незнакомый окружающий мир. Скоро его усилия увенчались успехом. Рука наткнулась на шнур, который оказался электрическим проводом, а на нём быстро отыскался выключатель. Висевшее над изголовьем бра осветило небольшую спальню. В неярком розоватом свете Андрей разглядел пару кресел, комод, туалетный столик и огромное зеркало напротив, в котором отражался он сам, возлежащий на чудовищных размеров кровати. Несмотря на придававшие комнате уют обои с витиеватыми узорами и прекрасно подобранные в тон обоям тяжёлые шторы, был в этой обстановке особенный дух. Андрей приподнялся и сразу обнаружил рядом, на туалетном столике, старинный дисковый телефонный аппарат и, здесь же, под стеклом список телефонных абонентов.
— Точно! Гостиница! Но как?..
Мужчина встал с постели, одел лежавшие на одном из кресел рубашку и джинсы. Пол в комнате покрывал чистый и весьма изящный ковёр, по которому было приятно ступать босиком, что он и сделал, направляясь к двери. За ней стоял полумрак. Андрей наощупь нашёл выключатель, но свет загорелся за ещё одной дверью. Открыв и её, он оказался в совмещённой с туалетом большой ванной комнате, приятно удивившей чистотой и свежестью. Складывалось впечатление, что сантехнику здесь установили буквально на днях. Сама же ванна могла легко вместить не менее трёх желающих окунуться людей среднего телосложения. Оставив дверь в ванную комнату открытой, чтобы осветить внешнее пространство, Андрей вступил во вторую комнату, оказавшуюся просторной гостиной, совмещённой с кабинетом. Отель, по всей видимости, был не из дешёвых. От этой мысли мужчина принялся ощупывать собственные карманы и, к своему ужасу, ничего в них не обнаружил. Однако все эти мысли убежали прочь, стоило зажечься под потолком бронзовой, в старинном стиле, люстре. Первое, на что упал взгляд, оказались предметы, лежавшие на большом письменном столе: мобильник Андрея, сигареты с зажигалкой и, ярко блеснувшая золотом, пластиковая карточка. Судорожно икнув, мужчина взял карточку в руки и принялся ошарашенно её рассматривать. На ней обнаружился выпуклый шестнадцатизначный номер, его собственное имя на латинице, а поверху набранную готическим шрифтом надпись «Bank Last Credit». Андрей рухнул на стул, непослушными руками достал сигарету из пачки и закурил.
— Этого не может быть! Ну да, я принял решение… Согласился поехать, но!.. Уже приехал? Как?! Я же ничего не помню!.. Ну, совсем ничего! Так не бывает…
Закурив вторую сигарету подряд, он взял в руки мобильник. Связь отсутствовала из-за сетевой ошибки. Андрей упрямо и бессмысленно пытался набрать один номер, другой, третий… Результат ожидаемо получился нулевым. На столе стоял стационарный телефон, близнец того, что находился в спальне, рядом лежал аналогичный список абонентов. Взгляд уткнулся в надпись «Портье». Андрей потянулся было к трубке, но почесал подбородок, встал и, всё так же босиком, пошёл к входной двери. Приоткрыв её, он увидел небольшой уютный гостиничный коридор. На его двери красовался номер «12». Некстати приоткрылась дверь номера напротив, из-за которой выглянуло смазливое личико юной особы, глазевшей на него с явным любопытством. Девушка лукаво улыбнулась. Андрей изобразил из своего лица некое подобие ответной улыбки и захлопнул дверь. Ещё толком не сформулировав вопрос, он схватил телефонную трубку.
— Прошу прощения! Вас беспокоит двенадцатый номер…
— Двенадцатый?.. Здравствуйте! С прибытием! Если не возражаете, я через пять минут поднимусь к Вам.
— Э-э-э… Конечно, я не возражаю… У меня тут пара вопросов…
— Я постараюсь ответить на все Ваши вопросы через пять минут, хорошо?
— Да. Договорились.
Андрей откинулся на спинку стула и попытался задуматься, но… в голове было пусто. Он снова закурил и приготовился ждать. И тут ожил его мобильник. Мужчина схватил телефон, сети по-прежнему не было, зато ему пришло короткое сообщение: «С прибытием, Андрей! Не пугайся, всё нормально. У портье узнаешь массу полезных мелочей. Но постарайся не задавать сложных и, особенно, глупых вопросов. Слушай, смотри и постепенно всё поймёшь сам. Не торопись и не суетись! Будь спок. Вадим Аронович.»
— Ни хрена себе, будь спок! — вырвалось у Андрея, — В чём был, без документов, без денег… Карта! Но я даже кода не знаю! Что за фигня… И когда он успел её оформить? Именная карточка-то… Он знал! Всё предполагал заранее. И посиделки наши подгадал, и был уверен, что я соглашусь.
Мужчина взял в руки кредитную карту, ещё раз прочёл на ней своё имя и отбросил её обратно на стол. Безо всякой надежды взглянул на мобильник: «Поиск сети»… Очередная неприятная мысль засвербила в голове, но в этот момент в дверь негромко постучали. Портье вошёл в номер с дежурной улыбкой на лице. Впрочем, в его глазах было что-то большее, чем просто желание вежливо поприветствовать нового клиента.
— Добрый день! — произнёс он, и Андрей с недоумением оглянулся на тёмное с серо-синими проблесками окно, — Несколько обычных формальностей, после чего я постараюсь ответить на Ваши вопросы.
Портье легко чеканил привычный текст, подходя к письменному столу. И тут его взгляд упал на кредитную карту.
— О мать-тьма, Золотая карта! Что же Вы молчали?! — громко воскликнул портье, и улыбка его стала юбилейной, — Вы позволите?
Только после того, как Андрей автоматически кивнул, он осторожно, двумя пальцами взял карточку и восхищённо хмыкнул. Затем свободной рукой достал из внутреннего кармана форменного двубортного пиджака странный приборчик и вложил в него край карты. На маленьком мониторе высветилась фотография Андрея и какой-то текст мелким шрифтом… «Личные данные? — подумал «вновь прибывший гость», с интересом наблюдая за происходящим, — Похоже, документы у меня всё-таки имеются!»
— Будьте любезны, Господин Андрей, прикоснитесь пальцем к этому месту, — торжественно произнёс портье, и мужчина тронул сенсорный датчик на приборе. Через пару секунд маленький монитор засветился золотом и раздался приятный мелодичный звук.
— Ух, ты! — шумно выдохнул портье и с поклоном вернул Золотую карту её владельцу.
— «Вероятно, и код мне не понадобится», — решил Андрей и сразу успокоился.
— Чрезвычайно рад видеть Вас в нашем отеле, Уважаемый Гость! Вам полагается специальный номер люкс, и мы подготовим его в кратчайший срок. Будут учтены все Ваши пожелания…
— Я бы сейчас выпил чего-нибудь, — перебил его постоялец, удобно усаживаясь на кожаный диван рядом со столом и закуривая.
— Да, конечно! — портье шагнул к шкафу, похожему на сервант, и открыл дверцу, за которой оказалась целая батарея бутылок и бутылочек, а также строй разномастных бокалов и рюмок, — Коньяк, виски, водка…
— Пожалуй, виски, — мужчина с огромным удовольствием хорошенько глотнул из поданного ему стакана и шумно затянулся, — И скажите мне для начала, где у вас можно поесть? Я что-то проголодался.
— Нет ничего проще, Господин Андрей! На первом этаже нашего отеля есть небольшой бар с разнообразными закусками. Во внутреннем дворике, в пятнадцати метрах от выхода — прекрасный ресторанчик. Оба заведения работают круглые сутки. А для Вас лично я могу организовать обед прямо в номер. Какие блюда вы предпочитаете в это время суток?
— М-м-м… Сейчас бы я съел что-нибудь не слишком плотное. Морепродукты, пожалуй… Полагаюсь на Ваш вкус. И пиво!
— Какое именно, Господин Андрей?
— Хорошее… Светлое. Холодное.
— Уже бегу!
— Подождите! — Андрей остановил портье, стремительно двинувшегося из номера, — Как Вас?
— Джон, Господин! Моё имя Джон.
— «Странное имя для человека славянской наружности», — подумал Андрей, а вслух поинтересовался, — Скажите, любезный, Вас предупреждали о моём… прибытии? Вы, ведь, не всё мне рассказали.
— О, если я буду рассказывать Вам обо всём, боюсь, Вы проголодаетесь чрезмерно, — вежливо улыбнулся портье, — О появлении Гостя в двенадцатом номере меня предупредил управляющий отеля, а всё остальное… Ну, если кратко, то… Во-первых, всё необходимое — одежду, обувь… (Андрею показалось, что Джон покосился на его босые ступни, и он нарочито закинул ногу на ногу) как и всякие необходимые мелочи, Вы в любой момент сможете заказать с доставкой, выбрав товары по каталогу.
— Это меня устроит, — благодушно кивнул Гость.
— Во-вторых, — портье бросил взгляд на пепельницу, в которой покоилось уже порядочное количество окурков, — сигареты…
— «Benson&Hedges», — почему-то ляпнул Андрей, по непонятной цепочке ассоциаций вспомнив марку сигарет, которые и пробовал-то пару раз в жизни.
— О, конечно, никаких проблем! — отозвался Джон, — В-третьих, развлечения. Об этом можно говорить бесконечно. Многое Вы узнаете из Вашего персонального компьютера, который полагается обладателю Золотой карты, и за которым я немедленно отправлю курьера. Кстати, там же Вы найдёте упомянутый мною каталог одежды и прочих предметов, которые по Вашему распоряжению быстро доставят прямо в номер… Я готов рассказывать и дальше, но сначала обед? Прекрасно!..
— Идиотизм какой-то! — резюмировал Андрей, когда дверь за портье захлопнулась, — Но забавно…
* * *
Не прошло и получаса, а портье торжественно вносил в номер огромный поднос, накрытый изящным полотенцем.
— Приятного аппетита, Господин Андрей! — произнёс Джон, установив поднос на небольшом круглом столе посередине гостиной и наливая пиво из странного цилиндрического сосуда в кружку из тонкого, идеально прозрачного стекла. — Что-нибудь ещё?
— Компьютер?
— Ваш Персональный компьютер прибудет с курьером через несколько минут. Могу я поинтересоваться Вашими планами на сегодня?
— Ну-у-у… — неопределённо потянул Андрей, с удовольствием глотнув холодного, изумительно вкусного пива и цепляя вилкой внушительного размера очищенную креветку, — Пожалуй, в ближайшее время я буду наслаждаться едой, она того стоит (при этих словах портье просиял), и затем изучать содержимое компьютера.
— Прекрасно-прекрасно, — закивал Джон, — Если в ближайшее время Вы не собираетесь покидать отель, хочу сообщить, что у нас проживают весьма милые женщины, которые наверняка будут рады разнообразить досуг такого приятного и представительного мужчины, когда он утомится делами. В номере напротив, например, проживает в высшей степени соблазнительная барышня.
— Напротив? — Андрей тут же вспомнил юную смазливую мордашку. — Но ей, по-моему, нет и восемнадцати?
— Смею уверить, что Вы ошибаетесь, Господин. У нас проживают только совершеннолетние. Ваша соседка наверняка опытна в амурных делах, хотя и очень молода на вид. Впрочем, не исключено, что ещё несколько месяцев назад она выглядела иначе.
— Пластика?! — мужчина так удивился, что даже отложил в сторону вилку, — Юное личико, а всё остальное…
— Такое же юное, можете не сомневаться. Наши биокорректоры творят чудеса!
— Биокорректоры?
— Специалисты по омоложению, изменению внешности, коррекции лица, тела, организма в целом. Они — профессионалы в своём деле, в чём Вы можете убедиться на примере Вашей соседки напротив. Однако, если Вам нравятся женщины другого типа, я могу порекомендовать…
— Постойте! Вы хотите сказать, что в гостинице живут девушки лёгкого поведения?
— Ни в коем случае, Господин! В двухстах метрах от нашего отеля есть заведение, где можно найти женщину на любой вкус и уединиться с ней там, либо пригласить её к себе. Но в нашей гостинице такие не проживают! Я говорил только о том, что несколько вполне приличных обитательниц нашего отеля наверняка будут рады знакомству с только что появившемся Гостем. Они, разумеется, не предложат Вам близкие отношения сами, — скромно улыбнулся Джон, — Но если Господин прикажет, вряд ли они устоят…
— Я подумаю и непременно позвоню, если у меня появятся вопросы.
— Конечно, Господин! Ещё раз, приятного аппетита…
* * *
Андрей быстро насытился и просто попивал пиво, иногда поддевая вилкой очередного, прекрасно приготовленного морского гада. Потом он закурил и с удовлетворением потянулся. Вкус табака показался ему необычайно приятным, и мужчина с удивлением обнаружил рядом открытую золотистую пачку «Benson&Hedges». Повернув голову, он обнаружил упаковку таких же сигарет на письменно столе. «Когда это Джон успел их принести и открыть? Я и не заметил», — подумал Андрей.
Удовлетворённый желудочно, организм начал выдавать определённые сигналы мозгу, и мысли стали приходить уклончивые: с уклоном в сторону обитательниц отеля. Андрей почувствовал абстрактное пока возбуждение, которое последние месяцы посещало его не часто, что не могло ни тревожить мужчину. «Вот так так… Значит, и это Хароныч знал! И никаких врачей мне, похоже, не надо.» На радостях Андрей налил себе ещё бокал пива… Вспомнив милое личико соседки напротив, мужчина почувствовал, что возбуждение приобрело конкретные очертания и усилилось, и решил не игнорировать рекомендации Джона. В эту минуту в дверь вежливо постучали.
— Господин Андрей? Ваш Персональный компьютер! — торжественно провозгласил благообразный юноша в форменной куртке курьерской службы. — Будьте любезны поднести сюда Вашу Золотую Карту.
Андрей прислонил карту к такому же устройству, которое он видел у портье. Раздался мелодичный звук. Курьер поклонился и, пожелав Гостю всего наилучшего, удалился прочь. Закрыв за ним дверь, Андрей направился к дивану, держа в руках доставленный ему шикарный кожаный портфель и сгорая от любопытства. В портфеле он обнаружил весьма современный, тонкий и лёгкий ноутбук неизвестной ему фирмы-производителя и, в отдельном кармане, такое же устройство, как у портье и курьера.
Как только мужчина открыл ноутбук, монитор загорелся ровным серо-синим светом. На экране появилась надпись:

«Здравствуйте! Для идентификации личности и инициализации программного обеспечения нажмите, пожалуйста, красную кнопку и не отпускайте её в течение 5 секунд».

Искомая кнопка располагалась выше клавиатуры по центру, Андрей нажал на неё без раздумий. Спустя пять секунд на экране появилась следующая надпись:

«Подождите, пожалуйста. Идёт обработка данных и подготовка компьютера к первому запуску. Процесс займёт несколько минут».

Мужчина покуривал, то и дело поглядывая на монитор. Ноутбук жил своей жизнью, устанавливая и запуская программы, о назначении которых оставалось только догадываться. Андрей докурил сигарету почти до фильтра, когда монитор высветил золотую эмблему «Bank Last Credit» и приветствие: «С прибытием, Господин Андрей! Я — Ваш Персональный Компьютер, готов к работе. Для просмотра и корректировки личных данных вставьте Вашу Золотую Карту в приёмное гнездо эмблемой вверх и нажмите красную кнопку».
После проделанных манипуляций компьютер слегка задумался и выдал на экран монитора раздел «Личные данные владельца» с фотографией. Андрей изумлённо откинулся на спинку дивана и принялся изучать собственные персональные данные, некоторые из которых заставили его удивиться. Например, следующие строки:

«Температура тела в текущий момент — 36,7 С. Давление — 128/77. Пульс — 88 ударов в минуту».

Были здесь и непонятные сведения, типа «биомодификация — ноль». Значился и его нынешний титул: «Официальный и правомочный обладатель Золотой Карты в статусе Гостя». Была даже такая строчка:

«Время прибытия — 31.01.1991 Земли, 00 часов 00 минут по Гринвичу»…

«Вот оно как! Значит, тридцатого вечером я пил коньяк с Харонычем, а ночью оказался здесь, и как — не помню… Бред полнейший!» — Андрей недоумевал и, со всё возрастающим любопытством, продолжал впитывать поступающую информацию…

«Текущее время 14 часов 15 минут 15.01 216-го года правления Княгини»…

Компьютер оказался весьма прост в управлении, податлив и дружелюбен. Мужчина узнавал всё новые и новые подробности о месте, в которое попал. Иногда информация была важной и полезной, иногда пустой и даже глупой с его точки зрения. К большому сожалению, ему не удалось найти карту или схему местности, но и без неё он понял, что оказался в городе с хорошо организованной инфраструктурой… Так продолжалось более двух часов, в течение которых Андрей только пару раз отвлёкся от ноутбука — прикурить сигарету. Его любопытство только разгоралось, но вместе с тем, он был уже в полном замешательстве от прочитанного. Следовало остановиться. Мужчина с сомнением оторвал взгляд от монитора и встал с дивана, чтобы налить в кружку последние капли пива из цилиндрического сосуда, оказавшегося чем-то вроде термоса. Во всяком случае, пиво по-прежнему было холодным и свежайшим. Андрей сделал глоток, и собрался было начать спокойно анализировать полученную информацию, хотя бы в первом приближении. Но тут его внимание привлёк странный звук, будто кто-то скрёбся во входную дверь. «Кого ещё чёрт принёс?» — раздражённо пробормотал мужчина, направляясь в прихожую.
За дверью, переминаясь с ноги на ногу, с виноватой улыбкой на лице стояла соседка из номера, напротив. Андрей склонил голову на бок и молча уставился на посетительницу тяжёлым взглядом.
— Господин Андрей… — пролепетала она высоким приятным голоском.
— Разве мы знакомы? — Обладатель Золотой Карты успешно входил в роль дорогого Гостя, и это ему нравилось. Впрочем, сказать, что, убедившись в возможностях заветной Золотой кредитки, мужчина стал уверенным в себе, было бы преувеличением. Он по-прежнему плохо понимал, как следует себя вести с местными жителями.
— Я Вам неприятна? — уже чуть слышно произнесла юная на вид особа, опустив глаза в пол. Желание Андрея загорелось с новой силой, но он хотел быть хозяином положения, а значит, торопиться не следовало. Выдержав паузу, он коротко произнёс:
— Заходи.
Соседка с готовностью, пожалуй, даже с радостью юркнула в полуоткрытую дверь. Андрей нарочито медленно прошёл от двери к дивану, сел и уставился на девушку, которая неприкаянно топталась посреди комнаты. Перехватив восхищённый взгляд посетительницы, он закрыл ноутбук с логотипом Золотой Карты на крышке и убрал его в портфель. На первый взгляд соседка произвела впечатление недавно созревшей девушки лет семнадцати-восемнадцати, при внимательном же рассмотрении можно было догадаться, что она на несколько лет старше, но это, как ни странно, только усиливало производимый на мужчину эффект. Миниатюрная, но не худосочная, со стройными ножками, для визита к новому соседу она надела короткую тёмно-коричневую кожаную юбку и облегающий тело тонкий свитер чёрного цвета. Нижнее бельё девушка, по всей видимости, презирала. Прямые, шелковистые тёмно-рыжие волосы прекрасно сочетались с прохладным оттенком идеально ровной кожи лица и яркими васильковыми глазами. Карамелька, чёрт возьми!
— Ну и… — с некоторым недовольством в голосе изрёк Андрей.
— Я Ваша соседка из 13-го номера… Меня зовут Катрина, — тихо и быстро, но внятно проговорила она.
— Катька, что ли? — мужчине нравилось над ней глумиться, но не меньше хотелось немедленно завалить её прямо на изумительно мягкий ковёр гостиной.
— Ах, Господин… Мне больше нравится Катрина.
— Пусть так… Зачем ты пришла?
— Познакомиться, если Вы не против.
— Моё имя ты узнала у Джона? Так я и думал. Теперь и я знаю, как зовут тебя, так? Считай, что знакомство состоялось.
— Ах, Господин Андрей, — произнесла девушка почти шёпотом, — Я Вам ни капельки не нравлюсь, правда?
— Ну, если ты уверена, что простого приветствия не достаточно, то открой бар… Ты употребляешь алкоголь?
— Коньяк, если можно.
— Ого! Мне не жалко… — с интересом взглянул на неё мужчина, — Тогда уж налей коньяку и мне.
* * *
Катрина несколько секунд выбирала определённую марку напитка, затем уверенно расправилась с пробкой, взяла две пузатые коньячные рюмки. Андрею она налила почти половину, а себе не более четверти.
— Ваш бокал, Господин! Может быть что-нибудь к коньяку? — сказала девушка, подавая мужчине сосуд. Рука её немного подрагивала. «Вот бестия!» — растерялся Андрей.
— Может быть, — произнёс он вслух, долго держать такую красотку стоящей посредине гостиной ему не позволяло воспитание, — Присаживайся, коли пришла!
— Спасибо! — поблагодарила Катрина и, проследив, как хозяин номера поднимается с дивана, достаёт из бара плитку шоколада и присаживается за стол, тоже выдвинула стул и уселась к столу сбоку, демонстрируя свои стройные ножки, закинутые одна на другую… В соседке удивительным образом сочетались неуверенность поведения и желание выставлять напоказ свои прелести.
— За знакомство! — произнёс Андрей и, коснувшись своим бокалом бокала девушки, сделал большой глоток. Когда с удовольствием выпила и она, он спросил: — Кто ты, Катя?
— Ваша соседка из тринадцатого номера, Господин! — как зачарованная повторила девушка, но увидев, как хмурится лицо Андрея, пояснила, — Извините, я просто волнуюсь, правда…
— Отчего же? — немедленно улыбнулся мужчина.
— Когда Вы выглянули из своей двери, я посмотрела на Вас и… растерялась, — опустила глаза Катрина, — А теперь, вот, напросилась к Вам в номер, веду себя, как дурочка… Вы же недавно прибыли, устали наверное, а я знакомиться пришла… Мне уйти, Господин Андрей?
— Сиди уж… — добродушно ответил он и взял девушку за руку, от чего она ощутимо вздрогнула, — Почему же ты растерялась, Катрина?
— Почему? — задумавшись, Катя охватила кисть руки Андрея тонкими пальчиками и после этого прикосновения сделалась ещё более удивлённой, — Вы не такой, как другие… Правда! Я сразу это поняла, как увидела… А теперь тем более… Откуда Вы прибыли?
— Издалека, — неопределённо ответил мужчина.
— Я так и думала, — казалось, ответ Гостя вполне удовлетворил её, — Тем более, Вам нужно отдохнуть…
— Ты хочешь уйти?
— Нет! — ахнула девушка и провела рукой по своему гладкому лбу, — Ах, извините меня, Господин Андрей! Я запуталась и, вероятно, совсем запутала Вас… Но если можно, я останусь.
— Катя, скажи мне прямо, — мягко произнёс мужчина, — Ты хочешь заработать?
— Так Вы подумали, что я шлюха? — неожиданно мягко улыбнулась Катрина, — Нет, Господин… Девушек из борделя на выбор Вы можете заказать по телефону… А я… просто никогда раньше не встречала таких мужчин.
— Я не похож на местных, да? — попытался разобраться Андрей, — Но разве мало здесь останавливается приезжих, Катя?
— Мало… Гости у нас — редкость.
— Вот как? — страшно удивился он и задумался, — Какая разница, в конце концов… Если ты считаешь, что мне следует отдохнуть, давай отдохнём вдвоём…
— Правда?.. И… Мне раздеться? — неожиданно ломающимся голосом выговорила Катрина, и словно бы сама испугалась сказанного.
«Если она актриса, то замечательная. Мимика, жесты, полутона, мягкое прощупывание партнёра, контроль над ситуацией… Класс! Но если это — её естественное поведение, то я уже и не знаю…» — думал Андрей, взяв паузу в очередной раз, вместо того, чтобы уступив наступающему по всем фронтам желанию, сразу крикнуть «да». Он медленно взял сигарету, медленно закурил, оценивающе поглядывая на застывшую с рюмкой в руке девушку…
— Подожди немного… — ему вдруг решительно расхотелось изображать из себя сорокалетнего мачо, — Я как-то не ожидал подобного визита и… немного смущён…
— Вы?.. Я смутила Вас?! — изумилась Катрина и, вероятно, чтобы занять чем-то руки, взяла в них бутылку коньяка, наполнила бокал Андрея и налила себе ещё несколько капель, — Посмотрите, это я сама не своя от смущения… Просто не гоните меня…
— Никто тебя не гонит, милая!
— Милая? — удивлённо произнесла Катя, во все глаза глядя на мужчину, вернувшегося с бокалом на кожаный диван и жестом приглашающего её присесть рядом, — Я, и в правду, Вам мила?
— Ты очень хорошенькая… — кивнул Андрей, обнимая присевшую рядом девушку за талию и тепло улыбаясь, — Просто не привык я, что молоденькие и хорошенькие девушки с ходу вешаются мне на шею.
— Привыкайте, Господин! — очаровательно улыбнулась Катрина, обвила мужчину своими изящными ручками и мягко поцеловала его в щёку, — Я первая, к счастью… Но далеко не последняя, вот увидите!
— В самом деле? А Джон говорил, что в отеле проживают исключительно порядочные женщины, которые будут рады милому общению, но чтобы сами… Ни-ни!
— Ах, простите меня, Господин, я позволила себе лишнее, это правда, — опустила глаза девушка, но вдруг почувствовала, как рука мужчины скользнула по её коже под свитером и коснулась груди. Катрина сильно вздрогнула и прошептала: — Я теряю голову…
— Готов тебе поверить, — тихо проговорил Андрей, снимая с неё свитер, — Я, вообще, очень доверчивый…
— И я… — эхом ответила девушка, — Можно, я доверюсь Вам?
Катрина сидела на диване, скромно сжав ножки и прикрывая рукой обнажённую грудь. Андрей глотнул коньяка, протянул свободную руку и провёл ладонью по телу девушки от шеи по плечу, руке и остановился на груди, оказавшейся немного большей, чем он предполагал. Катя сдавленно охнула. Её кожа оказалась прохладной и атласно-гладкой, а грудь упругой и чувствительной. «Если это — работа пластических хирургов, то они здесь — просто кудесники», — решил мужчина.
— Ещё раз за знакомство, Господин? — взяв с пола свой бокал, промолвила гостья нервным шёпотом, подняв на него ясный доверчивый взгляд, полный нерешительности.
— Да, детка, за знакомство! — Андрей со звоном коснулся бокала Кати и залпом выпил коньяк. Девушка, не отрывая от Андрея глаз, сделала то же самое и замерла в ожидании. Господин держал паузу…
— Вы меня поцелуете? — пролепетала Катрина, и тогда Андрей отставив пустой бокал, и, взяв девушку за затылок, привлёк её губы к своим. Поцелуй Катрины был нежным и сахарным. Она, едва касаясь, обняла его, он же дал волю своим рукам, трогая её прохладное, гладкое, содрогающееся от его ласк тело. Девушка возбудилась, не меньше Андрея, но не проявляла никакой инициативы, всякий раз дожидаясь воли мужчины. Он сидел на диване уже раздетый выше пояса, а она покрывала нежными поцелуями его шею, плечи и грудь…
— Налей нам ещё коньячку, Катя, — сказал Андрей, и когда она наполнила бокалы, добавил: — И разденься совсем.
— Прямо здесь? — смущённо произнесла она.
— Прямо здесь! — подтвердил он, наблюдая, как девушка, потупив взгляд, снимает с себя юбку. Глазам возбуждённого мужчины открылся идеально гладкий лобок, без каких либо следов растительности. Впрочем, она тут же прикрыла его ладонями. Андрей ещё некоторое время рассматривал нагую и, кажется, зардевшуюся Катрину, а затем тихо произнёс: — Иди ко мне, маленькая…
— Я не маленькая… Но это теперь всё равно…
* * *
— Как же это удивительно хорошо получилось, мой Господин! — выдохнула девушка и легко прижалась к нему сбоку, сидя голышом рядом всё на том же диване гостиной после безумных минут, сжатых в один сладкий миг, — Чувствовала, что так будет, но… даже не верится… Я не разочаровала Вас?
— Конечно нет, Катя, ты чудесная! — искренне проговорил Андрей в ответ. Её лицо осветилось нежной улыбкой, а он продолжил: — Но сейчас мне необходима… пауза…
— А мне пора уходить? — грустно отозвалась Катрина, одарив Андрея ясным взором васильковых глаз.
— Если хочешь, можешь остаться, — легко засмеялся мужчина… Андрей отдавал себе отчёт, что такого горячего и безрассудного секса у него не было лет десять. Жизненный опыт подсказывал мужчине, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке, но думать об этом сейчас не хотелось… Если честно, то думать не хотелось вообще.
— Правда? Спасибо, мой Господин! Очень хочу остаться с Вами! — девушка прильнула щекой к его плечу и обняла его двумя руками…
* * *
Следующие полчаса, пока обездвиженный и обезмысленный Андрей, приходя в себя, полулежал на диване, Катрина наводила порядок. Она успела убрать со стола остатки обеда, сбегать в свой номер, принять душ и вернуться в умопомрачительном полупрозрачном платье. Нижнего белья под ним не было и в помине, Андрей даже приподнялся на диване, не в силах оторвать взгляд от девушки, и поражался, как она опять его возбудила. Катя же, то и дело одаряя его лучезарной улыбкой, организовала ароматный кофе с роскошным сырным ассорти. Когда после кофе Андрей собрался в душ, она уговорила его воспользоваться её услугами мойщицы. В дверях ванной он обнял девушку через её сексуальное платье, но она ловко извернулась и, смеясь, предложила принять сначала водные процедуры…
* * *
Проснувшись утром, но ещё не открывая глаз, Андрей нащупал рукой гладкое голое женское бедро. Повернувшись навстречу девушке и обняв её, он поднял веки, увидел милое улыбающееся личико и только после этого поверил, что вчерашний день ему не приснился.
— Как Вам спалось, Господин? — произнесла Катрина.
— Превосходно! А ты выспалась?
— Конечно. Замечательно выспалась, правда!
Слушая её щебетание, Андрей поглаживал прохладную спину Катрины. «Интересно, она всегда такая прохладная? Нет, это даже приятно, но странно… Что бы мне такое с тобою вытворить сегодня?» — раздумывал он, и вдруг понял, что и она говорит об этом.
— … Вы только скажите, я готова выполнить любое Ваше желание…
— Так уж и любое?
— Постараюсь… — Катрина покраснела, теперь Андрей это видел ясно, и нежно прижалась к нему.
— А я подумаю… Может у тебя есть предложения?
— Есть, Господин. Скоро принесут завтрак, и я расскажу Вам свою идею, хорошо? А пока… немножко пошалю и разбужу Вас окончательно, можно?
Андрей кивнул и немедленно ощутил нежное прикосновение прохладных ручек. Он откинулся на спину, а Катрина, приподнявшись с подушки, долго целовала его лицо, а потом нырнула под одеяло…
* * *
Завтрак оказался слишком плотным для Андрея, который облачившись в обнаруженный в шкафу малиновый махровый халат, с удовольствием пил сок и кофе, и рассматривал проголодавшуюся девушку. Она оставалась для него загадкой, разгадывать которую мужчина не спешил… Потом он курил, а Катрина объясняла ему свой замысел.
— Вам нравится, как я выгляжу, Господин? Правда?! Ах, как я рада! А если нарядить меня ученицей?
— Старшеклассницей? Тебе это, несомненно, будет к лицу. И, наверное, весьма эротично…
— О, спасибо! Я по-старше, чем выгляжу… — когда она опускала взгляд, Андрей видел перед собой виноватую скромницу. Безумно соблазнительную скромницу! — А из Вас получится замечательный строгий учитель, правда?
— Вполне возможно… Во всяком случае, идея мне нравится. У тебя есть подходящая одежда?
— Можно найти что-то более-менее подходящее… Но, Господин, Вы же можете заказать всё необходимое…
— И то верно, — Андрей достал свой ноутбук, — А ты будешь скромной школьницей или плохой девочкой?
— Как Вы захотите, Господин. Только мне кажется, что сегодня Вы предпочтёте скромницу. Я угадала?.. Хотите, я буду совсем неопытной… невинной?
— А получится? — усмехнулся он.
— Я постараюсь, — скромно потупившись, ответила Катрина.
— Почему-то не сомневаюсь, что тебе и это по плечу… — тихо засмеялся мужчина, — Но один вопрос меня, всё-таки, мучает: ты уверена, что нам не следует предохраняться?
— Что Вы имеете в виду, Господин?
— Как это что? — изумился Андрей, наблюдая её неподдельное удивление, — Разумеется, я и сам веду себя крайне легкомысленно, но ты… Молодая девушка должна задумываться о своём здоровье и… последствиях…
— Последствиях?.. — проявившаяся на гладком лбу складка выдавала тяжёлый мыслительный процесс Катрины, а её ответ огорошил мужчину, — Поняла… Уже и забыла, что Вы — Гость и… мало знаете. В Ваших краях, как я понимаю, многое происходит иначе. У нас же все женщины стерильны и, конечно, здоровы, как впрочем, и мужчины. А Ваш сок только добавляет мне здоровья и молодости…
К осознанию услышанного Андрей оказался не готов абсолютно… Следующие пару часов они выбирали и заказывали одежду, обувь и всякие мелочи. Мужчине одежда требовалась и не только для любовных игр и утех, а Катрина разошлась не на шутку. Помимо школьного платья, великое множество моделей которых обнаружилось в компьютерном каталоге, причём разных стран и народов, она выбирала бантики, туфельки, чулочки. Рассудив, что скромная старшеклассница без нижнего белья, будет выглядеть нелепо, Катрина заказала даже трусики и лифчик, правда то ли из кожи, то ли из латекса, Андрей в тонкости не вникал. Он только посмеивался и кивал, когда девушка доказывала ему необходимость всяких цепочек, пут, прочих аксессуаров и приспособлений, которыми жестокий учитель будет учить бедную скромницу уму-разуму, а потом долго и тщательно выбирала их… Заказ покупок изрядно утомил Андрея. Он собрался было выпить ещё чашечку кофе, но тут раздался телефонный звонок.
— Господин Андрей? Вас беспокоит управляющий отеля. Меня зовут Фёдор. Могу я поговорить с Вами?
— Здравствуйте! О чём разговор?
— Хотелось бы выслушать Ваши пожелания о Золотом номере, который мы для Вас готовим. Да и вообще, у Вас, должно быть, есть планы, требования, желания, которые я охотно выслушаю в подходящее для Вас время.
— Видимо, удобнее мне зайти к Вам, чем обсуждать всё это по телефону? — предположил Андрей.
— Несомненно, это — лучший вариант. Назовите время, когда за Вами зайдёт портье и проводит ко мне.
— Думаю, откладывать не стоит. Я буду готов через четверть часа.
* * *
Оставив увлёкшуюся своими идеями Катрину в номере дожидаться курьера с заказом, Андрей отправился знакомиться с управляющим гостиницей. Тот оказался приятным, несколько тучным мужчиной средних лет. Вёл он себя предельно вежливо и предупредительно, хотя и было понятно, что его статус несоизмеримо выше, знакомых уже новоявленному Гостю портье. Заселяться в какой-то там Золотой номер, Андрею вовсе не хотелось. Однако стоило ему об этом заикнуться, как Фёдор страшно расстроился и заявил, что престиж его отеля напрямую зависит от того, как живёт здесь столь дорогой Гость, Владелец Золотой Карты. Андрею пришлось смириться. К счастью, управляющий сам предлагал варианты обустройства Золотого номера, иначе у Гостя просто бы расплавились мозги, ибо помещение под апартаменты отводилось не маленькое. Если откровенно, он так и не смог понять, каких масштабов переделку внутри отеля затеял управляющий, и зачем это нужно. Фёдор, однако, уверил, что к концу послезавтрашнего дня всё будет готово. Совсем ошеломило Андрея сообщение, что ему положено иметь в Золотом номере персональную служанку и личного секретаря, коих управляющий тут же предложил выбрать по каталогу кандидатов на вакансии.
— Но людей следует нанимать, знакомясь с ними лично, — растерянно возразил Андрей, раздумывая над тем, что толковая секретарша, способная помочь в его поисках, ещё пригодилась бы, а вот служанка — это явный перебор.
— О, не беспокойтесь, Господин! Если кто-то не подойдёт Вам, Вы сможете произвести замену в любую минуту. Меняйте их хоть каждый день, пока не подберёте подходящих…
С некоторым неудовольствием, Андрей начал просматривать кандидатов и, если миловидную секретаршу с умными глазами он присмотрел довольно быстро, то в списке служанок-горничных ткнул пальцем в более-менее приемлемую. Разговор затянулся, и многие немаловажные вопросы он решил оставить на потом, выслушав уверения Фёдора, что тот готов помочь ему в любое время суток. Огорчила Андрея неясность с тем, кто именно сообщил в отель о прибытии Гостя. Управляющий развёл руками и сказал только, что ему позвонил человек из Дворца. Такой ответ лишь добавил вопросов, с которыми определённо следовало повременить…
Возвращаясь в свой номер, Андрей подумал, что сейчас, когда чары соблазнительной Катрины на него не действуют, необходимо спланировать время. Иначе, он рискует сутками не вылезать из постели. Мужчина решил, что немного перекусит и отдохнёт, а затем отправится на прогулку, дабы осмотреться, куда же его занесло?
* * *
12-й номер, меж тем, превратился в купеческую лавку. По всей видимости, заказ доставили быстро, как и обещали. В гостиной повсюду лежала и весела одежда, валялись разные, нужные и не очень, предметы. Андрей хотел уже выразить Катрине своё неудовольствие, но она посмотрела на него такими ясными доверчиво-восхищёнными глазками, что мужчина смолчал. «Опять купился на внешность хорошенькой малолетки» — со вздохом подумал он. Правда, девушка быстро развесила его одежду по шкафам, свою собрала в стопку, предметы разложила по правильным, по её мнению, местам. Андрей, тем временем, откинул полотенце со стоявшего на письменном столе подноса.
— Умница, детка! — произнёс он, наливая себе пива и сооружая бутерброд.
— Ой! Я даже не успела за Вами поухаживать, — просияла соседка.
— Успеешь ещё.
— С радостью, Господин Андрей! Вещи привезли очень красивые, правда! Вы позже будете мерить? А я кое-что уже померила! — затараторила Катрина и смутилась, — Мне ещё нужно немного подготовиться, но через два часа я точно буду готова. Вы не возражаете, Господин?
— Не торопись, милая, — сказал Андрей, а девушка посмотрела на него нежно, с непонятным восхищением и некоторым сомнением, — Ближайшие несколько часов я буду занят, так что готовься не спеша.
— Хорошо, Господин. Позовите меня, когда захотите. Я буду ждать… Очень!
— О, я не намерен тянуть с воспитанием своей ученицы, и боюсь, ей не поздоровиться, — улыбнулся Андрей, а Катрина весело засмеялась и закивала, — Иди, готовься, Катя… Кстати, что я тебе должен?
— Должны? Ну, что Вы, Господин, я же не девушка по вызову, правда!.. Если только… — Катя вынула из сумочки приборчик, который имелся здесь, видимо, у каждого (УСУ — Универсальное Считывающее Устройство или просто УС, как теперь знал Андрей), — Коснитесь своей Золотой Картой или пальцем.
— Просто пальцем?.. И что произойдёт? — шутливо спросил он, удивляясь, что так и не разгадал личность своей соседки.
— Ну-у-у… — в тон ему продолжила Катрина, — Во-первых, пройдёт подтверждение, что заказ доставлен курьером адресату, а не какой-то девушке, укравшей Золотую Карту у Гостя и сидящей в его номере.
— Понятно. А во-вторых?
— А во-вторых… — с запинкой произнесла она, — Пройдёт информация, что я теперь… Ваша девушка. Вы же не против, правда?
— Моя девушка? Как у вас всё запутано… Это обязательно?.. Нет? — немного растерялся Андрей, наблюдая за реакцией Катрины, — Но, это важно для тебя, Катя? Да?! Ну, хорошо… Я совсем не против.



Глава 3
Прогулка


«Город, который не чувствует боли
и не щадит никого.
… я твой пьяный ребёнок,
Но я тобою рождён и с тобою помру.»
И.И. Сукачёв

Надо сказать, что Андрей совершенно потерялся во времени. Наручных часов у него не было, мобильник показывал 21:15. Однако за окном было значительно светлее, чем пару часов назад. Это было странно и любопытно, но на данный момент не принципиально. «Пора прогуляться», — подумал мужчина и примерил некоторые шмотки, из тех, что пришли с курьером. Всё оказалось удобным, качественным, а главное, впору. Даже кроссовки странной фирмы «youdidas» оказались вовсе не дешёвкой, сидели на ноге как влитые, ступалось в них мягко и комфортно. Интересно, какая погода на улице? Через окно Андрей разглядел только внутренний дворик, серые дома и часть светящейся вывески ресторана, надо полагать. Сухо, снег не лежит, и то хорошо.
Выходя из отеля, Андрей остановил жестом руки метнувшегося к нему портье. Сегодня дежурил не Джон, а второй, который провожал его к управляющему, мордастый такой, Билл. «Интересно, у всех портье такие имена?». Впрочем, не это сейчас разжигало любопытство мужчины. Куда же он всё-таки попал? Где находится так неожиданно встретившая его гостиница, в которой Андрей оказался совершенно непонятным, невообразимым образом? Выйдя через две пары дверей наружу, пройдя под аркой, мужчина оказался на двухполосной улице. Оглядевшись по сторонам он понял, что попал в город и, город, на первый взгляд, совсем не маленький и основательный… Рядом стояла легковушка-такси незнакомой ему марки. Однако Андрей решил прогуляться пешком и, свернул влево. «Ох, чуть не забыл посмотреть название гостиницы, — шлёпнул он себя по лбу, оглянулся и прочитал вывеску: «Отель «Силикон». К-хе… Забавное название». Улица вывела его на площадь, где она пересекалась с дорогой, напоминающей бульвар. Сомнения вызвало то, что на этом бульваре не было видно ни единого живого деревца. Вообще, никакой растительности вокруг не обнаруживалось. Вот тебе и курорт!.. Андрей ещё раз свернул налево, чтобы потом не путаться. Он шёл по бульвару и внимательно изучал окрестности… Не отличавшиеся повышенной многоэтажностью, но массивные, с высокими перекрытиями, каменные дома со странно закруглёнными фасадами, серый асфальт, посредине бульвара какие-то сады, но тоже из камня… Возникало ощущение, что Гость прогуливается по некоему грандиозному каменному монументу, только к чему этот памятник? Мужчина поймал себя на мысли, что было в этом мемориале что-то ему знакомое… Людей и автомобилей на улицах оказалось слишком мало для большого города, словно появлялись они откуда-то из тени по неведомой необходимости и растворялись в полумраке, где их не могли найти неяркие, желтоватые огни уличных фонарей. Погода тоже стояла странная. Полный штиль, ни тепло и ни холодно… Ощущение, что если надеть шубу или раздеться донага, ощущение нейтральности воздуха вокруг не изменится, ни теплее, ни холоднее не станет. Для пробы Андрей снял замшевый пиджак из своего нового гардероба — точно, холоднее не стало. Непонятным осталось и время суток, пока он не свернул с бульвара, опять налево, и не застыл в изумлении. Прямо над улицей, неправдоподобно громадная, висела луна, заливая своим холодным светом всё вокруг. Помимо своих фантастических размеров она поражала своей близостью, в мельчайших подробностях рассмотреть рисунок на её поверхности ничего не стоило даже невооружённым глазом. И рисунок был какой-то… незнакомый.
Понемногу отойдя от изумления и закурив, Андрей огляделся. Однозначно, это место ему знакомо. Где-то он всё это видел, может быть на картине, а может и… То, что он созерцал сейчас казалось каким-то искажением иного, почти узнаваемого. Что и не удивительно, при таком фантастическом освещении! Но в лунном ли свете только было дело? Андрей решил, что пора успокоиться, отбросить эмоции и осмотреться с полным вниманием. Он повернулся спиной к луне, прошёл несколько метров и уселся на кстати подвернувшуюся каменную тумбу, очевидно, являвшуюся частью уличного ограждения. Перед ним открылся вид на сложную дорожную развязку. Автомобильное движение оставалось минимальным, людей по-прежнему обнаруживалось мало и они, словно сговорились не привлекать к себе внимание. Только странный свет луны или оптический обман рисовали на асфальте и стенах домов витиеватые тени, которых казалось в разы больше, чем самих людей. Стараясь меньше удивляться, но внимательнее наблюдать, мужчина заметил странные фигуры в серых плащах с накинутыми на головы капюшонами. Андрей насчитал пять таких фигур, что поодиночке стояли на перекрёстках, почти не двигаясь. Стражи порядка? В облике стражей виделось что-то непривычное, что напрочь отбивало желание Гостя подойти и расспросить их о местных достопримечательностях… Вправо и влево уходил всё тот же каменный бульвар, откуда он свернул пять минут назад. Прямо перед Андреем начинался широкий проспект, на пересечении с которым, бульвар прятался в небольшой тоннель. На проспект смотреть не хотелось абсолютно, при всей его грандиозности и внушительности выстроенных, как под копирку, коробок серых зданий по обе стороны от дороги. Не любил Андрей урбанистических красот, а здесь ещё и гигантоманией попахивало — каждое из зданий выросло не менее, чем на тридцать непомерно высоких этажей. Проспект логично продолжался и за спиной Андрея, но там он терял размах, и казался анахроничным отростком. А спереди, левее широкого проспекта, приятным исключением из правил гигантомании, виделось старенькое трёхэтажное здание с угловой башенкой, увенчанной куполом и колоннадой, украшавшими верхний этаж. На здании тускло светила вывеска, которую Андрей на расстоянии прочитать не смог. «Докурю и подойду ближе», — подумал он, заметив левее трёхэтажки маленькую улочку, уходящую вглубь под углом к проспекту и зовущую по ней прогуляться. Движение по транспортной развязке практически не менялось, автомобили ехали без затруднений, не говоря уже о заторах. В основном это были легковые машины такси и тонированные пассажирские и грузовые микроавтобусы, часто выкрашенные в некоем фирменном стиле и с эмблемами, среди которых Андрей узнал и, запомнившийся ему при обработке заказа в отель, знак курьерской службы. Не все, но многие автомобили оказались хорошо известных мужчине марок производителей. Людей на улице становилось всё меньше, вероятно оттого, что время приближалось к полуночи. Докурив, он поднялся с каменной тумбы, вежливо приостановил проходившего мимо мужчину средних лет и попытался заговорить с ним:
— Прошу прощения, уважаемый! — произнёс Андрей, — Я здесь гость, прибыл несколько часов назад и ничего почти не знаю…
— Гость? — удивился мужчина и посмотрел на него подозрительно, — Так бывает? Не знаю, чем Вам помочь… Здесь рестораны, отели, магазины, видео, танцевальные залы, бары и прочие увеселительные заведения для богатых… Вы богаты? Вот и развлекайтесь! А я пойду, пожалуй…
— Спасибо! — Андрей пожал плечами, глядя в спину быстро удаляющемуся негостеприимному прохожему.
Гость вздохнул и двинулся по спланированному маршруту. Подземный переход под перекрёстком показался ему чрезмерно долгим: сверху-то казалось, что всё рядом. Впрочем, мужчина уже устал удивляться странностям этого «курорта». Наверх выскочил прямо перед трёхэтажным зданием…. По спине прокатило холодком — видел он этот дом много раз! Или такой же дом? «Брага», — прочитал Андрей, а ниже: «Таверна — VIP». С трудом удерживая себя от истеричного хохота, он перечитал надпись ещё несколько раз, подавился дежурным местоимением и двинулся дальше. За углом мужчина увидел то, что уже ожидал обнаружить. Узкая улица, покрытая брусчаткой, ведущая между старенькими домами, только здесь они казались крупнее, выше, значительнее… На негнущихся ногах Андрей прошёл ещё около четырёхсот метров, чтобы уставиться на открывшееся справа красивое здание с колоннадой, и прочитать на нём — «Отель «Вахтанг»…
Обратный путь мужчина преодолел, нет, пролетел за полтора десятка минут. В голове вертелись не стыкующиеся обрывки мыслей, мозг начал закипать, ноги переступали сами по себе… Аварийный клапан сработал вовремя, мысли кончились, а в голове зазвучало на мотив омерзительного шлягера: «Ну и ладно, ну и пусть. Ну и ладно, ну и пусть». Это безобразие прекратилось, когда Андрей поймал себя на том, что уже несколько минут стоит на одном месте и в десятый раз читает — «Отель «Силикон». «Ага, я, можно сказать, дома! Отлично. «Силикон», говорите? Ну-ну… А что? Очень милое название, богатое на ассоциации. Кому — силиконовая долина, а кому силиконовые сиськи. Вот меня, например, ожидает почти силиконовая красотка, у которой я пока не нащупал ни грамма силикона. Не вижу причины, чтобы не продолжить прощупывание!» Андрей уже собрался зайти в отель, но увидев огоньки впереди, изменил решение. Расположившийся во внутреннем дворике ресторанчик назывался так же, как и гостиница — «Силикон». Андрей не стал заходить внутрь, а устроился за уличным столиком под навесом.
Заказал хорошо прожаренный бифштекс, а для начала сто грамм водки и солёный огурец. Официант изучающе, с недоверием смотрел на Андрея, пока тот не достал из внутреннего кармана пиджака свою Золотую Карту и не прислонил её к УСУ, болтавшемуся на шее официанта. Выражение лица халдея категорически переменилось, превратившись в глянцевую улыбку с бегающими глазками.
— Какую водочку прикажете, Господин!
— Московскую Особую! — выпалил Андрей, поражаясь собственной изысканности.
— Московскую Особую? — удивился официант, — Сейчас посмотрю… Всего одну минуту, Господин.
В этот момент у Андрея ожил его мобильник. На дисплее значилось подключение к оператору «You Line». Андрей автоматически набрал вызов Хароныча, на что телефон уведомил его о перегрузке линии на этом направлении. Оставалось только зло рассмеяться и выдуть залпом 100 грамм. Официант с ужасом наблюдал за процессом, а затем побежал за второй дозой. У Андрея тем временем всплыл в голове номер 200–002, который он тут же и набрал на мобильнике.
— Отель «Силикон», — раздалось в трубке.
— Билл? Это Гость из двенадцатого…
— О, Господин Андрей! Доброй ночи! Чем могу служить?
— А телефонный номер 200–001 принадлежит управляющему? — предположил звонивший.
— Нет, это номер Золотого люкса, который вот-вот будет готов для Вас. У директора — 200–003.
— А у моего нынешнего номера — 200–012?
— Совершенно верно, Господин!
— Спасибо, Билл. Пока это всё, — сказал Андрей и тут же набрал 200–013.
— Да. Я слушаю, — раздался милый женский голосок.
— Катрина? Это Андрей.
— О, мой Господин! Вы вернулись?
— Ещё нет, но скоро буду. А ты уже готова?
— Конечно, Господин! У меня было много времени… Ваша скромная ученица ждёт своего жестокого преподавателя, — в голосе девушки сквозила улыбка и, кажется, лёгкое нетерпение.
— Прекрасно, детка, подожди ещё немного. Кстати, ты не голодна?
— О нет, Господин, благодарю Вас! А можно я буду ждать в Вашем номере? Вы зайдете, и… сразу начнём. Нет?
— Да! Это хорошая идея. Жди не спеша…
Выпивая вторые 100 грамм, Андрей почувствовал, что его тянет сбросить всё своё недоумение, непонимание происходящего в омут желания, которое он испытывал к этой смазливой и добродушной девушке, которая сейчас ждала его, переодевшись в школьницу. Эта перспектива успокоила мужчину, не торопясь он расправился с отличным бифштексом, заказал кофе с рюмкой вишнёвого ликёра и закурил… В этот момент его посетила ещё одна странная мысль, и он уставился на свой мобильник. Шкала показывала полную зарядку, хотя аккумулятору пора было разрядиться. Иначе и быть не могло, поскольку зарядное устройство осталось далеко дома. Андрей сильно вздрогнул, мобильник завибрировал у него в руке, пришло сообщение.

«Здравствуй, Андрей! — писал Хароныч, — К сожалению, двустороннюю связь наладить не удаётся. Надеюсь, ты в порядке. Ничему не удивляйся, не переживай, а просто наблюдай, изучай, анализируй. В поисках я тебя не тороплю, но и забывать о них не желательно. Пусть всё идёт спокойно и планомерно. Как тебе аборигенки? Не советую себя ограничивать! До связи. Не делай резких движений».

«Красавец! — воскликнул мужчина вслух, потом глотнул кофе, вкуснейшего ликёра, снова кофе, затянулся и задумался: — Не переживай! Легко сказать, когда такое…. И что значит — не делать резких движений?»
«Наблюдать, изучать, анализировать — это правильно», — продолжал думать Андрей, заходя в холл гостиницы: «Пора покататься по городу и убедиться, что я круглый дурак».
— Билл, не знаю обращаться мне с этим к Фёдору или справишься ты? — проговорил он, подойдя к портье.
— Слушаю, Господин Андрей. В чём проблема?
— Мне понадобится автомобиль, видимо, завтра… или послезавтра, — уточнил Андрей, вспомнив о Катрине и её совсем не краткосрочном замысле.
— Такси всегда у подъезда или по телефону, Господин.
— Нет, я предпочитаю управлять машиной сам, — и, перехватив вопросительный взгляд, добавил, — В трезвом состоянии, разумеется.
— О, Господин Андрей всё понимает с полу-взгляда! — просиял портье, — Завтра же автомобиль будет здесь. В случае необходимости, Вам немедленно будет предоставлен шофёр. Какую марку Вы предпочитаете?
— А выбор велик?
— О да, Господин! Для Вас всё самое лучшее!
— Тогда… Мерседес G500, пожалуй. Чёрный.
— Как Вам будет угодно, — уважительно покивал портье, — И я бы рекомендовал Вам, Господин…
— Да, Билл, у меня есть ещё пара минут…
— Может быть, я лезу не в своё дело, но скоро будет готов Ваш Золотой номер. Так вот, возьмите себе секретаря, который хорошо водит автомобиль…
— Я тебя понял. Дельный совет…
Поднимаясь в свой 12-й номер, Андрей понял, что алкоголь таки подействовал. «Я, пожалуй, не помню и половины того, что напридумывала Катрина. Что же, будем импровизировать». Усталости он не чувствовал, по крайней мере такой, которая могла ему сейчас помешать. В нём жило нарастающее возбуждение, а закрыв изнутри дверь номера, Андрей забыл обо всём, сузив мир до размеров двух комнат.
В гостиной был выключен верхний свет, но горели настольная лампа на письменном столе, бра над кожаным диваном и торшер в углу комнаты, рядом с креслом. Катрина сидела на самом краешке кресла в свете торшера, целомудренно сжав ножки и положив руки на колени. На ней была надета школьная форма старого советского образца с белым передником. Подготовилась она, действительно, хорошо. Минимум макияжа, волосы убраны в два милых хвостика, украшенных небольшими белыми бантами, на ногах белые же подростковые туфельки и, несколько диссонирующие с типажом скромной старшеклассницы, чёрные чулки с кружевной резинкой, проглядывающей у края коротенького платья…
* * *
— Я, наверное, и правда глупая и ничего не знаю, — произнесла «школьница» по прошествии получаса игры, когда «учитель» усадил её к себе на колени… Андрей, вдруг, словно взял мысленную паузу в игровом действии и подумал о том, какая Катя разная, даже если никого не изображает, а изображая, всё равно остаётся собой. И сам он меняется… Вот и сейчас чувствует, что хмель почти ушёл, что желание преобразилось в нежность, но скоро оно загорится с новой силой. И это хорошо, и ему повезло с этой неожиданной женщиной. Вот только, кто она? Не девушка по вызову по её же собственным словам. Просто случайная соседка по отелю? Странная история…
— В сущности, никто ничего не знает, — неожиданно ляпнул Андрей, но тут же понял, что вот-вот выйдет из роли. Он легко поднял девушку на руки и понёс в спальню…
* * *
— Но как же ты это сделала?.. — изумлённо начал было Андрей, повалившись рядом с девушкой на постель, когда «первое действие» закончилось.
— Вы довольны своей ученицей, Господин Учитель? — перебила его Катрина, не давая выйти из игры, обвивая его нежными ручками и прижимаясь щекой к его волосатой груди…
Игра, придуманная Катриной, заняла большую часть ночи и, с перерывом на сон вповалку, добрую половину следующего дня. Перед обедом Андрей волевым решением объявил большой перерыв и отослал девушку в её номер, потому что знал, что стоит им пойти вдвоём в ванную комнату, любовные игры возобновятся и, всё снова пойдёт по кругу… Однако, час спустя, мужчина, собравшись хорошенько подкрепиться в ресторане, позвал с собой Катрину, которая несказанно этому обрадовалась. Просидев во дворике «Силикона» больше двух часов и насытившись даже с избытком, они возвращались в отель, когда к Андрею подошёл управляющий гостиницей Фёдор и объявил, что Золотой номер для Господина готов. Предложение переехать туда немедленно Андрей решительно отверг, сославшись на усталость, и перенёс эту тяготившую его процедуру на завтра. Однако, увидев горящие любопытством глаза Катрины, он согласился на короткий осмотр своих новых апартаментов. Оценить масштабы работы, проделанной по подготовке номера, было сложно, поскольку Андрею не довелось видеть это помещение в изначальном состоянии, тем не менее, результат его впечатлил, а девушку привёл в нескрываемый восторг. Поблагодарив Фёдора и согласовав планы на завтра, мужчина отправился в свой нынешний 12-й номер и вскоре крепко спал в обнимку с упросившей его не расставаться на ночь соседкой.
Впрочем, весь следующий день, исключая приятное и весьма чувственное пробуждение поздним утром, они провели врозь… Переезд — дело хлопотное по определению. И хотя вещей у новоиспечённого хозяина Золотого номера было откровенно мало, а все передвижения проходили в пределах одного здания, Андрея они утомили. Обживать прекрасно организованные по конфигурации, обстановке, антуражу и декору апартаменты казалось делом не хитрым, но появление там двух новых женщин изрядно нервировало мужчину. Он быстро понял, что с секретаршей не ошибся, а вот эмоциональная и слишком шумная фигуристая служанка его порядком утомила. На объяснения деталей обязанностей работниц ушло порядочно времени и, если до секретарши Эммы всё доходило быстро, то для горничной Инны потребовались дополнительные разъяснения. Андрей понял, что решительно устал от малопродуктивного разговора с хлопающей большими глазами красоткой с вечно открытым ртом, когда ему захотелось заткнуть этот рот чем-нибудь… звукоизолирующим. Мужчина страстно возжелал покинуть свой Золотой номер хотя бы на пару часов, что и сделал.
Андрей вылетел из гостиницы и с наслаждением глотнул вечернего уличного воздуха. Нельзя сказать, что он показался ему особенно свежим, и в гостинице воздух был чист, но здесь Андрей почувствовал себя свободным. А свободному и дышится свободно. «Как мало человеку надо» — подумал он, закурил и огляделся. В нескольких метрах от него стоял «Mercedes G500», Андрей нажал кнопку на брелоке, автомобиль довольно отозвался и подмигнул. В полутьме ночного двора автомобиль виделся угольно-чёрным, а салон сливочного цвета приятно пах кожей и свежестью. Андрей сел на водительское сидение, откинулся и довольно крякнул. Не спеша, с удовольствием докурив сигарету, он завёл двигатель, услышал его мягкий бархатистый басок и включил ближний свет. Дворик осветился, и в углу Андрей увидел тонкую женскую фигурку. Катрина? Девушка сидела на корточках и, кажется, плакала. Андрей моргнул несколько раз фарами, опустил стекло и высунул голову наружу.
— Катя? Ты что здесь делаешь? Садись в машину!
— Господин Андрей?! — девушка нерешительно открыла дверь, вытирая глаза свободной рукой.
— Садись, говорю! Что случилось?
— Ничего, Господин. Всё хорошо.
— У тебя на лице написано, как тебе хорошо. Говори толком.
— Вы теперь в Золотом номере, а меня туда не пустили, — сухо буркнула Катрина, пряча от Андрея глаза.
— Кто не пустил? Ерунда какая… Так ты из-за этого ревёшь?
— Я не реву, — упрямо заявила девушка и судорожно кивнула, тут же опровергая своё заявление, — У Вас теперь и секретарша, и служанка, а я… я Вам теперь не нужна!
— Перестань говорить глупости, — улыбнулся Андрей, — Поехали лучше кататься!
— Кататься? С Вами? Это Ваша машина?
— Моя. Поехали?
— Зачем Вы меня спрашиваете? Знаете же, что я соглашусь… Я Ваша девушка… или уже нет? — она, кажется, снова собралась зареветь.
— Моя, разумеется, не сомневайся и не реви. Так могу я спросить свою девушку, что ей больше по душе? Поехать кататься или, например, прогуляться пешком?
— Прогуляться? С Вами? Вдвоём? — глаза Катрины высохли окончательно, — О, мой Господин! Я хочу гулять вдвоём. С Вами! Очень хочу…
— Вот и отлично. Покатаюсь завтра, так даже лучше… Пойдём-ка гулять!
Закрыв автомобиль, Андрей взял девушку за руку и вывел её на улицу. Как и в прошлый раз, она не выглядела оживлённой, на углу одиноко стояла машина такси, малочисленные прохожие выглядели угрюмыми.
— Сегодня идём направо, — приказал он сам себе и посмотрел на Катрину, — Успокоилась? Вот и прекрасно. Возьми меня под руку.
— Как это под руку?
— Ты не знаешь, как ходят под руку? — рассмеялся Андрей и показал, — Вот так. Поняла? Ты хорошо знаешь город?
— Город? — снова не поняла Катрина.
— Ну… — удивился мужчина и принялся подбирать синоним, — Ну, эти места?
— А… Но у нас тут не город, а Княжество, Господин Андрей…
— Как в Монако? — усмехнулся он, но не получив ожидаемой реакции, стал серьёзнее и снова спросил, — Значит, вами правит Князь?
— Не Князь, а Княгиня, — с ударением на последнее слово произнесла девушка, словно разговаривала с глупым ребёнком, — Вы, и правда, ничего не знаете, Господин Андрей! Я буду Вашим экскурсоводом.
— Экскурсоводом? Можно попробовать, любопытно, что у тебя получится… Впрочем, давай лучше я буду тебя спрашивать, а ты расскажешь то, что знаешь?
— Обо всём?
— Обо всём, что мне вздумается…
— И обо мне? — совершенно как подросток, с вызовом посмотрела на мужчину его хорошенькая спутница.
— И о тебе, дурочка!
— Я не дурочка! Хотя, веду себя глупо, наверное… Называйте меня, как Вам хочется, Господин Андрей! Просто Вы мне очень понравились…. И я опять говорю лишнее, — Катрина прижалась к нему плечом и улыбнулась. Они проходили мимо здания, на котором горела вывеска — «Отель «Маньяковский». Андрей сделал над собой колоссальное усилие, чтобы не загоготать на всю улицу. Вышел короткий глухой смешок, после которого он закашлялся.
— Вы смеётесь, Господин? — изумилась девушка, — Надо мной?
— Нет, милая, — произнёс он и, отдышавшись, наблюдал, как лицо Катрины осветилось тихой улыбкой. Слово «милая» действовало на неё магически. — Название гостиницы меня позабавило…
— Да? Мне оно не кажется смешным. Но Вы, возможно, знаете больше…
— Пожалуй, в данном случае ты права, но от этого не легче. Нет, милая, всё нормально, только…
Улица закончилась, влившись под прямым углом в другую, более широкую и оживлённую. Левее перекрёстка, отсвечивая ровным тёмно-серым асфальтом, как огромная заводь, открылась площадь. Всё это Андрей заранее предполагал увидеть и не ошибся. Пусть этот пейзаж и был странным искажением той картины, которая хранилась в его памяти, но искажением узнаваемым. А вот то, что открылось его взгляду на противоположной стороне площади, заставило его застыть в полнейшем оцепенении… У дальнего края площади земля будто вздыбилась и поднималась всё выше и выше. Асфальт, сначала ровный, а затем бугристый и волнообразный поднимался метров на двадцать, где встречался со стеной старого тёмно-красного кирпича. Стена вздымалась ещё выше — огромная, даже издалека были видны исполинские кирпичи и острые кромки зубцов на её вершине. И уже совсем добил Андрея тот факт, что за этой стеной виднелись не здания, пусть и такие же гигантские, а скальная порода горы, круто уходившей ввысь и скрывавшей там свою невидимую вершину.
Андрей лицезрел этот пейзаж широко открытыми глазами, застывший и онемевший. Катрина, удивившаяся, а позже и испугавшаяся его ступора, не знала, что и делать. Она заглядывала ему в глаза, дёргала за рукав и постоянно что-то говорила, но Андрей не слышал девушку. Чувства начали возвращаться к нему через несколько минут рывками, будто кто-то включал их последовательно. Сначала ему стало холодно при том, что его пробил холодный же пот. Потом Андрей вспомнил, что у него есть руки, и эти руки немедленно принялись шарить по карманам в поисках сигарет. И только после нескольких затяжек на Андрея обрушился страшный шум, который умудрялась издавать всего одна миниатюрная девушка, тараторившая без умолку с заметными истерическими нотками в голосе.
— Что это? — деревянным голосом спросил Андрей, вытянув руку в сторону горы.
— Как что? Вулкан, — ответила Катрина, выдохнув с облегчением и моментально успокаиваясь, — С Вами всё в порядке, Господин? Вы никогда не видели Вулкана?
— Никогда, — тупо кивнул он.
— О, конечно! Вы же здесь всего несколько дней. Просто я думала, что там… ну, откуда Вы прибыли… Хотя это не важно. Пойдёмте-пойдёмте! Я Вам всё расскажу по дороге… Ох, и напугали же Вы меня, мой Господин!
Увлекаемый своей подругой направо по улице, Андрей поплёлся, едва переставляя ноги и стараясь не глядеть влево. Там оставалось громоздиться то, что было выше… Выше его понимания.
На Катрину напало многословие, и она, не останавливаясь, эмоциональной скороговоркой рассуждала о том, из каких, должно быть, странных мест прибыл Андрей. И о том, что в каждом Княжестве или городе должен быть свой Вулкан потому, что без него нельзя. Девушка абсолютно серьёзно считала, что без Вулканов и существовать-то невозможно, ибо они дают тепло и энергию. Говорила она и о том, что пройдя через площадь по диагонали, они увидели бы большие ворота, за которыми находится площадь со Дворцом Княгини. Только дальше ворот их всё равно бы не пустили Блюстители… Многое из того, что поведала девушка, Андрей понимал плохо. Это раздражало, поскольку он чувствовал, что пропускает очень важную информацию о городе… нет, о Княжестве в котором очутился неведомо как. Мало-помалу мужчина начал приходить в себя. Катрина снова взяла его под руку, так гулять ей очень понравилось. Они дошли до следующего перекрёстка, где Андрей остановился, разглядывая появившееся из-за поворота здание и его окрестности. И здесь всё было ему знакомо, но местный вариант строения выглядел излишне громоздко и странно из-за множества цветных огней и ярких пятен афиш, разглядеть которые издалека не удавалось. Над входом большими светящимися буквами было выведено: «ЛЕНИНСКАЯ ВИДЕОТЕКА». Андрея это рассмешило и разозлило одновременно.
— Твою дивизию… Видеотека!.. Но и здесь без него никак…
— Без кого? О, Господин, — тут же отозвалась Катрина, со знанием дела и, даже, с некоторой гордостью прояснившая ситуацию, — Это Центральная Видеотека, где собраны сотни тысяч видеофильмов. А Ленинской она называется потому, что собирать эту коллекцию начала, а затем открыла видеотеку знаменитая личность — Видео-Лена…
— А? Что?.. Видео-Лена? Основатель Ленинской видеотеки?! — у Андрея от смеха начались желудочные колики и заломило в затылке, а на глазах выступили слёзы, — Всё-всё… Пошли отсюда быстрее, милая!.. Ой, я не могу…
— Что случилось, мой Господин? Вам нехорошо? — снова испугалась Катрина, едва поспевая за широкой поступью Андрея.
— Всё нормально, детка! Не беспокойся… Видишь ли, — содрогаясь от нового приступа смеха продолжил он, — Я, кажется, знаю эту Лену!.. Теперь-то я понял, чьим именем назвался один большой му… мудрец…
— Вы знаете Видео-Лену, Господин? И что же тут смешного?! Я так Вам завидую! Она особенная… И Вы тоже особенный, — восклицала Катрина, но Андрей уже не слушал девушку…
Вскоре они поравнялись с появившейся по правую руку витриной магазина, где живописно располагались многочисленные камуфляжные костюмы, трусики и лифчики в милитаристском стиле, а также различные шмотки и штучки из кожи, пластика и металла. От обилия всяческих аксессуаров от погон и аксельбантов до цепей, наручников и плёток рябило в глазах.
— Если мы и дальше будем идти прямо, то выйдем на Ар… — Андрей поперхнулся, — Короче, там я уже был. Давай повернём направо…
— Здесь мне как-то тревожно, Господин! Хорошо, что я с Вами, — произнесла Катрина, когда они свернули с улицы и возвращались в отель тёмными переулками, в которых Андрей к удивлению девушки отлично ориентировался.
— Не бойся, милая, — ответил он тесно прижавшейся к нему Катрине. Мужчина вдруг остановился, развернул девушку лицом к себе, внимательно посмотрел ей в глаза, а затем прижал её к стене дома и стал целовать взасос…
— Мой Господин! Вы такой… Я так… — со стоном попыталась вымолвить Катрина, когда Андрей отпрянул. Но мужчина уже, нежно обняв за плечи, повёл её дальше. Катя обхватила его двумя руками за талию и прижалась к мужчине доверчиво и радостно.



Глава 4
Золотой номер

Проснулся Андрей в роскошной спальне своего нового, Золотого номера гостиницы, один и не в настроении. Где-то в глубине помещения слышались голоса служанок, они опять что-то не поделили. Мысль о том, что сейчас придётся с ними разбираться, добавила негатива, но решение было принято быстро. Ближайший час не сулил ничего хорошего не только хозяину номера… Андрей оделся, неслышно прошёл в кабинет, сел за стол и закурил. Служанки бранились в ванной комнате, причём секретарша спокойным тоном что-то доказывала горничной, которая вела себя весьма агрессивно. Истеричные нотки её голоса звучали особенно неприятно. Мужчина глубоко вздохнул и с грохотом уронил на пол настольную лампу.
Женщины вбежали в кабинет обе одновременно и застыли перед столом. Строго одетая, идеально причёсанная и накрашенная Эмма, а рядом Инна, явно только из-под душа, в распахнутом халате, откуда торчали большие аппетитные груди. Непрошеная искра желания проскочила по телу Андрея, но он затушил её в пепельнице вместе с окурком, и больно обжёг себе палец. «Эмма, кофе!» — гаркнул Андрей, и секретаршу ветром сдуло. А мужчина принялся планомерно орать на горничную, не выбирая слов. Инна внимала этому потоку сознания, округлив глаза, беззвучно открывая и закрывая рот, то запахивая, то наоборот, распахивая халат и демонстрируя все свои прелести. Это разъярило Андрея окончательно, и он продолжал орать до тех пор, пока служанка всё в том же полу-распахнутом халате не выкатилась из его Золотого номера, подгоняемая мужчиной.
Захлопнув за ней входную дверь, Андрей выдохнул, вернулся в кабинет, принял из рук стоявшей статуей рядом с письменным столом секретарши чашку кофе, сделал глоток, зажёг следующую сигарету и совершенно успокоился.
— Так. Теперь разберёмся с тобой, — обратился он к Эмме. Та молча кивнула и опять застыла статуей. Мужчина неторопливо сделал пару затяжек, несколько глотков кофе, а затем повернулся к секретарше вполоборота и, неожиданно даже для себя, расстегнул пуговицы на её строгом чёрном пиджачке. Навстречу ему выпрыгнули освобождённые, не такие большие, как у изгнанной горничной, но тоже не маленькие груди, красивой грушевидной формы, прикрытые тонким лифчиком, поддерживающим их снизу и едва прикрывавшим соски. Эмма ахнула, но не произнесла ни единого слова. Андрей с удовольствием провёл рукой по обнажённой части её груди, и продолжил говорить, как ни в чём не бывало: — Чем ты занималась всё это время?
— Выполняла Ваше задание, Господин! — секретарша старалась говорить спокойно, но голос дал трещину и выдал её волнение.
— Ну и как? — спросил Андрей. Накануне, перед прогулкой, он приказал Эмме собрать в местной сети информацию по ключевым словам «библиотека» и «архив».
— Слово «библиотека» встречается редко, — принялась чесать секретарша по памяти, — Несколько библиотек существовало при видеотеках, но они закрылись за ненадобностью. Последняя — в «Ленинской видеотеке» полгода назад. Слово «архив» звучит только применительно к Объединённому архиву Княгини, который находится в её Дворце. Судя по всему, ранее существовало несколько мелких архивов.
— Понятно. А ты, оказывается, не глупая девочка! — сказал Андрей. Эмма едва заметно улыбнулась и ослабила стойку. Однако стоило мужчине положить руки на её полуобнажённую грудь, как секретарша снова вытянулась «смирно», руки по швам. В этот момент зазвонил телефон, и Эмма, поймав взгляд босса, бросилась к аппарату:
— Золотой номер слушает! Да, Господин директор. Сейчас узнаю, — секретарша посмотрела на Андрея преданными глазами, — Вы можете поговорить с управляющим отеля, Господин Андрей? Да? Передаю трубку.
— Слушаю, — сухо произнёс хозяин Золотого номера.
— Господин Андрей, это Фёдор. Извините за беспокойство, у меня очень короткое дело к Вам. Правда ли, что Вы уволили служанку?
— Не уволил, а выгнал, — недовольно процедил он, Эмма заметно вздрогнула, — А что в этом удивительного?
— О нет, Господин Андрей! Никаких проблем! Я хотел предложить Вам ещё несколько кандидатур на выбор, и узнать когда их лучше привести на… просмотр… отбор?
— Пока это ни к чему. У меня есть одна кандидатура, если она не подойдёт, я обращусь к Вам за помощью. А пока, будьте любезны, пригласите её в мой номер… Вы весьма догадливы, да, именно её. Благодарю, — мужчина положил телефонную трубку и уставился на секретаршу: — Это ты вчера не пустила ко мне Катрину?
— Нет, Господин. Инна заявила ей, что Вы заняты и никаких указаний по поводу посетительниц не поступало.
— Я так и думал. Смотри, чтобы тебя не постигла участь Инны, — мстительно заявил Андрей.
— Нет, Господин! Я очень хочу остаться, Господин Андрей! — по-армейски отчеканила Эмма, то бледнея, то краснея.
— Очень? Ну-ну… А пока тебе следует встретить Катрину и привести её сюда.
— Да, Господин, — Эмма дёрнулась, остановилась и тихо спросила: — Мне можно застегнуться?
— Нет! — отрезал хозяин Золотого номера.
* * *
Через несколько минут секретарша, безуспешно пытаясь спрятать прыгающие в раскрытом пиджаке груди, ввела в кабинет Катрину. На той было надето шикарное длинное коричневое платье, туфли на высоком каблуке, волосы девушки были уложены в сногсшибательную причёску, а на хорошеньком личике играла озорная улыбка. Принцесса, не иначе.
— Здравствуйте, Господин Андрей! — звонко пропела она.
— Здравствуй, Катрина! Шикарно выглядишь! — улыбнулся мужчина и, Катя просияла, — Эмма сооруди, пожалуйста, кофе, коньяк, ну и что там ещё… Нет, не здесь. В гостиной.
Секретарша справилась с задачей быстро, Андрей с Катей сели за стол друг против друга, выпили по глотку кофе. Эмма взяла в руки бутылку коньяка и вопросительно посмотрела на босса. «Нет, — произнёс он, — Катрина справится с этим сама. А пока мы с ней беседуем, у меня будет для тебя ответственное поручение». Андрей подтолкнул Эмму в спину к двери в кабинет, там усадил за секретарский столик к стационарному компьютеру, а сам встал у неё за спиной.
— Слушай внимательно! — произнёс мужчина и наклонился к Эмме сзади, положил руки на её грудь и слегка сжал пальцами соски. Женщина напряглась и чуть слышно охнула, а он продолжил: — Тебе следует и дальше заниматься сбором информации, который ты успешно начала вчера. Ключевые слова мы немного изменим. «Библиотекарь» и «архивариус». Поняла? Хорошо. Упоминаний наверняка окажется немного, поэтому будь внимательна, важна каждая деталь. Тебе ясно?
— Да, Господин! — выдохнула Эмма.
— Прекрасно. А пиджак тебе, пожалуй, только мешает, — неожиданно произнёс Андрей, легко сорвав его с плеч окаменевшей секретарши, и оставил её почти голой выше пояса, — Вот так — хорошо. Я позову тебя, когда ты понадобишься.
Он провёл руками по её плечам, рукам, спине. Вернулся к сочным грудям, опустил руку на живот и… остановился. Женщина сидела, замерев. Тогда Андрей наклонился и поцеловал её в шею. Она обдала его жарким прерывистым дыханием, чуть повернула голову к нему и посмотрела своими затуманенными светлыми глазами, близкими-близкими, прямо в его глаза. Мужчина слегка отстранился, поднял пальцами её подбородок и крепко поцеловал в губы. Эмма затрепетала, а Андрей со словами «работай, детка», вернулся в гостиную. Там за столом, где стояли уже наполненные коньяком рюмки, его терпеливо ожидала Катрина, теперь вполне серьёзная, чего Андрей и добивался.
— Итак, Катя, у меня к тебе важный разговор… по поводу наших дальнейших отношений.
— Да? — испуганно произнесла девушка, — В них что-то не так, мой Господин?
— Почему же? Всё хорошо. И можно ничего не менять. Ты можешь время от времени приходить ко мне в гости, или я буду заходить к тебе… Но есть и другой вариант.
— Какой?! — с чувством выпалила Катрина.
— Видишь ли, я до сих пор не поинтересовался твоей работой…
— Ох, это долгая и совсем не интересная история, Господин… Видите ли, за последнее время я накопила достаточную сумму, чтобы спокойно выбирать себе занятие по нраву… Но пока не выбрала. А почему это заинтересовало Вас?
— У тебя есть возможность перебраться сюда, ко мне и…
— Жить здесь, с Вами?! — ахнула девушка, — Что я должна для этого сделать?
— Не сделать, а делать постоянно! Выполнять обязанности горничной, служанки, да и мало ли что понадобится?
— Ох, так это правда? Вы уволили ту… свою служанку?
— Детка! С каких это пор ты стала задавать так много вопросов? — с наигранной угрозой спросил Андрей.
— Простите, пожалуйста! Это всё моё дурацкое любопытство… — удручённо ответила Катрина.
— И много у тебя ещё вопросов?
— Да! Ой, простите, мой Господин, я умолкаю.
— Интересно. Меня давно никто ни о чём не спрашивает, — улыбнулся мужчина, — Может быть, дать тебе интервью, а? Хорошо, попробуем. У тебя есть пять минут. Итак, я действительно выгнал служанку. Так её во мрак, кажется, таким образом выражаются в вашем Княжестве? Следующий вопрос?
— Чем она Вам не понравилась?
— Без комментариев.
— А Вы её хотя бы попробовали?
— В каком смысле?.. — поднял брови мужчина и передёрнул плечами, — Нет… Ну и вопросы у тебя, детка!
— Нет?! С ума сойти! — страшно удивилась Катрина, — А секретаршу? У неё удивительно красивая грудь.
— Да, сиськи у Эммы замечательные… Но её я тоже, как ты выражаешься, не пробовал.
— Но почему? Это же необходимо!
— Не было времени, да и… Но почему это так уж необходимо и… весьма интересует тебя? — непонимающе пожал плечами Андрей и попробовал перевести эту тему в шутку, — Хочешь поучаствовать в процессе? Или ревнуешь?
— Простите меня, Господин, за небольшую справку. Чувствую, Вы что-то не понимаете в нашей жизни… В Княжестве интимные отношения считаются такими же естественными и необходимыми, как дыхание или питание. Когда Господин подбирает себе служанку, он интересуется различными её качествами и способностями, конечно… Но последующую интимную связь с ней оценивает прежде всего. Да-да, и не смотрите на меня, как на сумасшедшую!.. А ревность… Я, честно говоря, не очень-то и знаю, что это такое. Но когда Инна не пустила меня к Вам… В общем, предпочитаю быть рядом и всё знать, видеть, и даже участвовать, если Вы пожелаете!
— С ума сойти… Одним словом, ты готова приступить к обязанностям образцовой служанки?
— Да! Я готова немедленно стать Вашей горничной, служанкой, шофёром, сексуальной рабыней… кем прикажете! Только позвольте мне остаться рядом с Вами, — горячо произнесла Катрина.
— Вот как? Налей нам ещё по глотку, — Андрей немного опешил от горячности девушки, — Зачем тебе это? А впрочем… Выпьем и… переезжай в комнату служанки, если тебе надоело жить одной.
— О, мой Господин! Это лучшее, что могло со мной случиться! — девушка вскочила с места, подлетела к мужчине, обняла его, крепко поцеловала и… замерла, испугавшись собственного порыва.
— Как ты эмоциональна, Катюша! — улыбаясь, проговорил Андрей и сжал рукой её упругую попку. — Однако, в данных обстоятельствах, вероятно… Не знаю даже… Мне нужно выполнить какие-то формальности?
— Позвонить директору отеля, чтобы он удостоверился в Вашем решении и не доставал своими предложениями… А потом активировать моё назначение Золотой картой или просто отпечатком пальца в Вашем ноутбуке или на моём УСе. Принести Вам телефон?
— А что тянуть-то? Соедини меня с управляющим… Фёдор! Да, это я. Я взял Катрину к себе в горничные или служанки, без разницы. Конечно, всё должно быть официально. Испытательный срок? Стандартный. Месяц? Нормально, а вдруг она окажется ленивой неумехой? — засмеялся Андрей, а Катя нежно обняла его и принялась покрывать поцелуями его голову, — Да, свой нынешний номер она начнёт освобождать немедленно. Помогут перенести вещи? Прекрасно. Благодарю.
— Иди, милая, — сказал мужчина, легко поцеловав девушку в губы, — собирай вещи, всё остальное потом.
Катрина радостно выпорхнула из Золотого номера, а он выпил немного из своей рюмки и задумался. «Что я делаю? — удивлялся Андрей самому себе, — Взял на работу малознакомую рыжую девчонку вдобавок к незнакомой вовсе белокурой секретарше… И обеих с проживанием! Сдурел ты, Андрюха, вот что я тебе скажу…» Однако, ситуация успокоилась и нормализовалась, пора было заняться делом. Тут он некстати вспомнил о соблазнительных сиськах Эммы, чертыхнулся, встал и направился в кабинет. Секретарша тихо постукивала по кнопкам клавиатуры.
— Как продвигается поиск? — поинтересовался Андрей, упёршись взглядом в полуобнажённое тело Эммы, и ещё раз чертыхнулся про себя.
— Плохо, Господин, — уныло ответила секретарша, — «Библиотекарь» есть только в нескольких фильмах.
— В кино? — удивился он.
— Да, видео. Вот перечень: «Девушка и библиотекарь», «Тайная страсть библиотекаря», «Библиотекарь-1: Острое копьё», «Библиотекарь-2: Копьё страсти»…
— Стоп! — фыркнул мужчина, — Это очень занимательно, но вряд ли нам поможет. Что с «архивариусом»?
— Только упоминание о назначении нового Главного Архивариуса Объединённого архива Княгини.
— Так, с этого момента поподробнее, — насторожился Андрей, почувствовав, что эта новость явно касается его поисков.
— Увы, информация о событиях во Дворце Княгини чаще всего закрыта, — воскликнула секретарша, — Вот и здесь, нет даже имён, как нового, так и прежнего Главного Архивариуса.
— Жаль. Но хотя бы дата назначения есть?
— Дата есть — 14 декабря 215 года, около месяца назад. Я расстроила Вас, Господин?
— В общем-то, да… — кивнул Андрей, — Впрочем, я и не рассчитывал на многое. А кое-что ты всё-таки нашла.
— Я поищу ещё, Господин.
— Попробуй… Кстати, Эмма, а у тебя есть водительские права?
— Да, Господин. Я имею разрешение и уверенно управляю автомобилем, это есть в моём досье…
— Да? А я не обратил внимания, — улыбнулся мужчина, — Но это может понадобиться… Похоже, я в тебе не ошибся.
— Спасибо, Господин. Я стараюсь убедить Вас в этом.
— Старайся-старайся. Только почему ты называешь меня «Господин», а, например, не «мой Господин»?
— Ах, Господин Андрей! Я только второй день у Вас и, вероятно, ещё не заслужила право так к Вам обращаться, — тихо проговорила Эмма и опустила глаза.
— А хочешь заслужить? — заговорщицки спросил Андрей и приподнял её подбородок двумя пальцами.
— Да, — совсем тихо произнесла секретарша и одарила его открытым ясным взглядом своих больших светлых глаз с красиво подведёнными ресницами. А спустя мгновение, словно убеждая его, не отводя взгляда, подтвердила: — Хочу…
Запланированная Андреем поездка по городу, точнее по Княжеству, как он знал теперь, принесла мужчине больше загадок, чем отгадок. Суммируя увиденное и услышанное за несколько дней своего странного путешествия, Андрей пытался выстроить вменяемую картину происходящего, но получалось плохо. Так называемое Княжество — тёмная и таинственная, когда на небе игнорируя строгую периодичность оказывалась огромная и всегда полная луна, безумная карикатура на его родной город, производило на него впечатление если и курорта, то исключительно для поклонников эдакого готического секс-туризма. Почти на каждой улочке в центральной части города встречались бордели и магазинчики «для взрослых» с неизменно широким ассортиментом. Вместо центров культуры — отели. Апофеозом этой подмены оказалась Гостиничная площадь, на которой располагались Большой, Малый и… Молодёжный отели. Иногда Андрею казалось, что он просто сошёл с ума и невидимые врачи, погрузившие его в состояние гипнотического сна, производят эксперимент, испытывая его похотью. Этой самой похотью буквально пропиталось всё тёмное Княжество. Видео-залы на месте известных мужчине кинотеатров, бары и рестораны, магазины, гостиницы и секс-салоны… казалось, всё здесь подчинено единой цели — ежечасному совокуплению людей… Пейзажи, как и обещал Хароныч, оказались невероятными. Шикарные, чрезмерно громоздкие здания на некотором отдалении от центра сменялись раздражающе обветшалыми строениями и руинами, кое-где виднелись целые кварталы аккуратных коттеджей, а их сменяли производственные постройки, часто казавшиеся заброшенными. Доехал Андрей и до окраины, до кольцевой автодороги, чтобы испытать ещё один колоссальный стресс: автомобили на этой трассе практически отсутствовали по простой причине — сама дорога оказалась местами разрушена подступавшей к ней чёрной водой… Да и не водой даже, а тягучей маслянистой жидкостью. И сколько было видно глазу, за кольцевой дорогой простиралась чёрная гладь, из которой лишь кое-где выступали скелеты построенных когда-то зданий…
Чем дольше длилась «командировка», тем больше Андрей понимал, что ничего не понимает. И прежде всего он не мог расшифровать женщин, волею судьбы оказавшихся рядом с ним. Разумеется, радовала его замечательно возросшая мужская сила. Ему нравились и не приедались нескончаемые забавы с Катриной (задумки об изучении местных злачных заведений он оставил на потом). Но почему эти женщины, Катя и Эмма льнули к нему, хотели постоянно быть рядом и угождать, причём, по всей видимости, совершенно искренне?! Деньги? Разумеется, положенные суммы оплаты услуг горничной и секретарши были заранее известны мужчине, но не произвели на него никакого впечатления. Да и где женщинам было тратить деньги, если они и не думали спрашивать о выходных и отлучались из Золотого номера отеля, где жили на полном довольствии, только вместе с боссом… Личные отношения? Если к Катрине Андрей быстро и легко привык и не мучил себя частыми размышлениями на эту тему, то Эмма… Эмма производила впечатление давней и преданной ему секретарши, хотя знакомы они были крайне мало. Близкое знакомство с ней он откладывал, несмотря на регулярно возникающее желание. Возможно, ему мешало присутствие Катрины… Но в результате именно она подтолкнула Андрея к этому шагу.
— Мой Господин, Вы недовольны Эммой? — спросила рыжеволосая бестия однажды вечером, когда они втроём пили кофе в гостиной.
— С чего ты взяла? — удивился Андрей, но Катя только загадочно кивнула. Тогда он обратился к секретарше, — Ты тоже так считаешь?
— Я не знаю, Господин, — глухо ответила Эмма и покрылась пятнами.
— Ей просто неудобно об этом говорить, — беззлобно хихикнула Катрина.
— Можно я пойду к себе, Господин? — неожиданно попросила секретарша, быстро взглянув на него своими большими светло-серыми глазами, а затем странно посмотрев на служанку.
— Можно, — ответил сбитый с толку мужчина…
* * *
— Это, конечно, Ваше дело, — продолжила Катрина, когда Эмма потерянно удалилась, — Но у нас здесь, обычно, так не поступают…
— Что ты имеешь ввиду, Катя? — растерянно спросил он, — Ты снова об интиме?
— Да! Вот я Вам сразу понравилась? Ну, почти сразу, да?.. И Вы… сделали меня своей… девушкой, а теперь и… близкой, правда? Вы уделяете мне время и внимание, ласковы со мной, а я с Вами… Это хорошо?.. Вот и я считаю, что хорошо, даже очень… — девушка пересела на подлокотник его кресла и трогательно прижалась к нему, положив голову на мужское плечо, — А Эмма, выходит, Вам не нравится…
— Чепуха какая… Она прекрасная исполнительная секретарша! Я ею доволен.
— И всё? — поразилась Катрина, — Она же такая соблазнительная женщина!
— Да, она очень мила и всё такое… Тебе кажется странным, что я до сих пор её не… Не сплю с ней?
— Ещё как странно! — кивнула девушка, — Не знаю, как там у Вас… А у нас, я же говорила Вам раньше, ласковые отношения между Господином и его женщинами норма и говорят о том, что Господин доволен и… всё у них в порядке…
— И тебе, Катя, не нравится, что «ласковые отношения» у меня только с тобой? — улыбнулся Андрей.
— Только со мной? — округлила глаза Катрина, не веря услышанному, — Я очень рада, что так нравлюсь Вам, мой Господин! Я сделаю всё, чтобы Вы никогда не пожалели, что выбрали меня… Вы чудесный! Но… это очень-очень странно! И мне жаль Эмму…
— Жаль? Но почему? Ей плохо?!
— Конечно, плохо! Ей хорошо у Вас живётся, но я точно знаю, что она часто думает о том, что не подходит Господину, что не заслужила его благосклонности… Что же в этом хорошего? Вы совсем не хотите её?
— Хочу, — серьёзно и прямо ответил Андрей, не переставая удивляться этому разговору.
— Правда? Тогда позовите её!.. Не сейчас?.. Но, поверьте мне, откладывать не надо, — тоном умудрённой опытом наставницы говорила Катрина, — Хотите она завтра утром принесёт Вам кофе в постель? Да? Вот и замечательно… Я всё устрою! Как бы случайно, да?.. Она Вам очень понравится, я чувствую!
— И что тогда? — уже не сопротивлялся мужчина.
— Тогда всё у нас будет чудесно! — довольно рассмеялась девушка и поцеловала Андрея в нос.
— Видишь ли, Катя, — попытался сформулировать свою позицию мужчина, — В моём мире мало кто позволяет себе интимную близость со всеми подряд…
— Эмма — не вся подряд, — забавно парировала Катрина, — Она замечательная молодая женщина, умная и красивая… Да, что я говорю, Вы же сами выбрали её!
— Говорю же тебе: я выбрал секретаршу, и она оказалась хорошей секретаршей. Но это её работа, её заработок, в конце концов.
— Вы хотите сказать, что нежные отношения не входят в круг её должностных обязанностей?
— Я хочу сказать, — рассмеялся мужчина, — что ты гораздо умнее, чем хочешь выглядеть!
— Мой Господин, мне давно понятно, что скрывать от Вас своё истинное лицо бессмысленно, да я и не стремлюсь к этому, — улыбка у Кати получилась немного грустной, — Моя внешность может ввести в заблуждение… Но Вы, как мне кажется, понимаете, что я старше, чем выгляжу, и умнее, может быть… Это плохо?
— Это прекрасно, милая! — серьёзно ответил Андрей, — Знаешь, ты — очаровательна вне возраста, всяких там ролей… Добра и умна, как мне представляется. Я уже не представляю своё пребывание в вашем Княжестве без тебя. Возможно, это глупо, но так случилось… И это тоже нравится мне!
— Правда? — заглянула ему в глаза Катрина, воодушевлённая и какая-то просветлевшая, — Это прекрасно, а не глупо, мой Господин! С Вами можно радоваться жизни, ничего из себя не изображая. Я уже и не думала, что такое возможно… Но вернёмся к нашей Эмме. Можно мне так её называть?
— Почему нет, если ты считаешь, что она «наша»?
— Это так, мой Господин, а если Вы ещё и не будете столь упрямы… Попробую объяснить с другой стороны. С Ваших слов, кроме меня Вы не общаетесь с девушками тут, у нас. Это не укладывается в моей голове, потому что противоречит всем правилам и обычаям. В нашем Княжестве большинство женщин стремятся к близким отношениям с мужчинами. Кто-то этим зарабатывает, интимные салоны разных уровней и направлений Вы не могли не заметить… Конечно, многие женщины зарабатывают на жизнь в других сферах, но каждой из нас необходима мужская энергия и мужской сок для того, чтобы чувствовать себя в тонусе и красиво выглядеть…
— В моём мире интимная близость, помимо удовольствия, существует для создания семьи, рождения детей, — несколько растерявшийся от услышанного, Андрей попытался перевести разговор в другую плоскость, но по реакции Катрины понял, что ступил в запретную зону.
— Вот как… — девушка сделалась страшно серьёзной, — У нас здесь ничего этого нет вообще и быть не может.
— Ну и… не будем об этом, Катя! — оторопевший от неожиданности мужчина только сейчас осознал давние слова портье, уверявшего, что в отеле не бывает несовершеннолетних. В этом городе или Княжестве Андрей ни разу не видел ни одного ребёнка. Судя по всему, мужчины и женщины здесь не могли иметь детей в принципе…
— Я что-то слышала, кажется… или читала об этом, — девушка прижалась к обнявшему, словно успокаивавшему её Андрею, — Неважно… Знаю точно: и женщины, и мужчины попадают в наше Княжество взрослыми, но это совсем другая история…
— Хочешь сказать, что Эмма плохо себя чувствует без мужской энергии? — решительно вернулся к прежней теме хозяин Золотого номера, чтобы не бередить душу Катрины, — Но у такой симпатичной дамы наверняка есть с кем поддерживать «ласковые отношения». Да и ты до знакомства со мной наверняка не страдала от недостатка внимания!
— Ах, как же мне объяснить Вам такие простые вещи? — качала головой и морщила носик Катя, — У меня не было потребности в постоянном мужчине, по крайней мере из тех, с кем я знакома, а у Эммы и возможности познакомиться не велики…
— И что же у вас делают женщины, да и мужчины тоже, у которых нет такой возможности… для поддержания здоровья, так сказать?
— Идут в секс-салон, разумеется!
— И женщины тоже?! — изумился Андрей, — Как это?
— Вы ни разу не были у нас в борделях?! — поразилась девушка, — Напрасно… И уж, конечно, Вы бы знали, что у нас полно заведений и для мужчин, и для женщин, и смешанных…
— То есть для женщин там работают… мужчины лёгкого поведения?! — никак не мог прийти в себя от услышанного Андрей.
— Конечно. Вы считаете, что только женщины могут быть шлюхами? — пожала плечами Катрина, — В Ваших краях просто… неравенство какое-то…
— Постой-постой… Но если у человека нет возможностей, нет средств для того, чтобы познакомиться с обычным партнёром и… встречаться с ним постоянно… Откуда деньги на бордель?
— Извините, Господин Андрей, не знаю как там у Вас, а в нашем Княжестве услуги шлюх бесплатны! — с гордостью заявила девушка.
— Как… бесплатны?! — выпучил глаза мужчина.
— Разумеется, если Вы хотите, чтобы девушка приехала к Вам на дом или воспользоваться апартаментами повышенной комфортности, заказать особые услуги или остаться с проституткой на ночь — Вам придётся раскошелиться, — подробно и со знанием дела излагала Катрина, — Но час общения со шлюхой в борделе не стоит ни гроша.
— Твою мать!.. — воскликнул Андрей, — Извини, Катя… Но как же тогда зарабатывают проститутки и хозяева заведений? Не на доплатах клиентов же?
— На доплатах Княгини…
— Откуда ты всё это знаешь?
— У меня самой есть салон в двух шагах от нашего отеля… — выпалила девушка и отчаянно махнула рукой, — Всё-таки проболталась…
— Ты — хозяйка секс-салона?! Не понимаю… — ошалело посмотрел на неё мужчина и закурил, — Катя, ты не могла бы принести мне выпить?..
Девушка кивнула, мигом выскочила на кухню, откуда через несколько минут вернулась с запотевшим стаканом, наполненном джином и тоником…
— Да, я владею небольшим, уютным салоном в соседнем здании, — очень тихо, будто извиняясь, проговорила Катрина, — Самой мне там и делать-то ничего не надо, руководит управляющая… Но если бы Вы только захотели, все девушки…
— Катюша, ты — обеспеченная женщина, — перебил её мужчина, делая глоток напитка, — соглашаешься работать моей служанкой?!
— Так я же не из-за денег, Господин! — испуганно посмотрела на него девушка, — Просто, чтобы быть рядом, помочь, сделать приятное… Вы теперь меня уволите… прогоните?
— Я… Я не понимаю, Катя!
— Вы с самого начала… так очаровали меня, а после были добры и нежны со мной до такой степени, что… В общем, когда мой Господин предложил мне переехать к нему, я не сомневалась ни секунды. Думаете, мне не хватало средств, чтобы оплачивать номер в этой далеко не дешёвой гостинице?
— Теперь я точно знаю, что хватало, — хмыкнул Андрей и покачал головой.
— Так и есть, — кивнула девушка, — Но мне показалось глупым оставлять за собой номер, когда Вы предложили мне жить в Вашем…
— Хочешь сказать, что доверяешь мне и твои обязанности не в тягость?
— Конечно! В этом и дело. Мало того, что мне хорошо и тепло с Вами, Господин, но ещё и надёжно…
— Так доверяешь, что ничего не сказала… — вздохнул мужчина, — Всё правильно, я же Гость, приехал развлекаться, ни о чём таком не спрашивал…
— Андрей, прости меня! Ну, дурочка я у тебя, мой Господин! Не хотела болтать о себе… Всё, что было до тебя не имеет значения!
— Ты — сумасшедшая… Но видно судьба у меня такая — жить с умной, буйно помешанной женщиной, но, по сути, с глупой малолеткой…
— Так Вы не прогоняете меня, Господин?! — шумно выдохнула Катя и прижалась к Андрею всем телом.
— Куда же я от тебя денусь?..
— Правда? — глаза Катрины выражали восторг и умиление, — А Эмма?
— Что Эмма? — не понял Андрей.
— Мы же не договорили об Эмме, — улыбнулась девушка, — Вы видите, как она на Вас смотрит?
— Как?
— С уважением и… нежностью! Дрожит и краснеет, когда Вы прикасаетесь к ней…
— Эмма — скромная женщина… — попытался возразить растерянный от крутых виражей разговора мужчина, но Катя продолжала гнуть свою линию:
— Конечно, она не такая оторва, как я. Но её смущение говорит об эмоциях, которые Вы в ней вызываете! Разве она покинула Вас хоть на час с того дня, как появилась здесь? Разве выражала желание отдохнуть не здесь, в Вашем доме, а где-то ещё?
— Нет, — развёл руками Андрей.
— Вот! А, между прочим, у неё есть свой маленький номер в отеле на окраине, и она до сих пор не перевезла сюда свои вещи… Мой Господин, Вы просто не хотите, чтобы Эмма жила здесь на тех же правах, что и я? Вы подумываете о том, чтобы вскоре уволить Эмму?
— Конечно, нет! И в мыслях такого не было… — растерянно ответил мужчина, — Просто не понимал, что всё это так важно для неё и… для тебя тоже…
— Очень важно! Теперь поняли, мой Господин? — улыбнулась девушка, обняла и поцеловала его в щёку, — Вот и хорошо… Вижу, что Вы поступите правильно, по-доброму…
* * *
Наутро Катрина привычно легко, чтобы не побеспокоить Господина, выскользнула из его постели. Но Андрей этой ночью спал чутко: вечерний разговор с Катей и предстоящее утро с Эммой взволновали его. Вдруг подумалось, что секретарша чем-то похожа на его бывшую одноклассницу. Это показалось ему забавным, вроде бы ни к месту нахлынули воспоминания… Не прошло и получаса, как дверь в спальню приоткрылась, и на него глянул блестящий глазок Кати. Она убедилась, что Господин проснулся, и убежала… Через пять минут в комнату опасливо вошла секретарша, одетая в короткий жемчужного цвета халатик, с подносом в руках.
— Доброе утро, Господин Андрей! Катрина сказала, чтобы я принесла Вам кофе, Вы правда хотели этого? — с сомнением в голосе произнесла женщина.
— Правда. Доброе утро, Эмма! Присаживайся, — мягко произнёс мужчина и кивнул на край постели, — Кофейку выпьем.
— Но я взяла только одну чашку… — охнула секретарша.
— Ничего страшного, попьём из одной. Садись поудобнее, — Андрей помог женщине расположить поднос на прикроватной тумбочке, усесться поближе к себе и положил руку на её колено.
— Как из одной? — вздрогнула Эмма.
— А вот так, — Андрей сделал глоток и передал чашку секретарше, — Пей и… расскажи о себе.
— О себе? — чуть не поперхнулась Эмма, — Но я даже не знаю, что рассказывать… Вас интересует что-то определённое, Господин Андрей?
— Всё, — он сделал ещё один глоток из их общей чашки, снова передал её женщине и вернул руку на её колено, — Меня интересует всё о тебе.
— Это… так неожиданно… Спасибо, Господин!.. За что? За внимание, которое Вы уделяете моей скромной персоне, — Эмма порывисто подняла на него свои светлые глаза, оттенённые длинными ресницами, встретилась с его изучающим взором и тут же сконфужено отвела взгляд, — Рассказывать-то особенно нечего… Включили меня примерно десять месяцев назад…
— Включили?! — напрягся Андрей.
— Это местный сленг… Даже не знаю, как назвать лучше? Просто до этого момента почти ничего не помню, туман какой-то в памяти… Тут у всех так…
— Понимаю, — кивнул мужчина, — Да не крути ты в руках пустую чашку! Не знаешь, куда их деть? Давай их мне и рассказывай… хотя бы о последних месяцах.
— Да… Это, по-моему, не стоит внимания, но я расскажу, — Эмма, не отрываясь, смотрела, как Господин держит её руки в своих и перебирает длинные женские пальцы, — После короткого обучения я работала продавцом-консультантом в магазине тканей… Потом мой шеф отправил меня на секретарские курсы, а после окончания разместил моё резюме на случай появления вакансии…
— Твой шеф?
— Директор магазина…
— Он решил продвигать тебя по службе?
— Думаю, он решил от меня отделаться! — всё так же тихо, хотя и не без эмоций отвечала женщина, млея от прикосновений мужчины к своим ладоням, — Он говорил, что я слишком умная…
— Может быть, он прав? — улыбнулся Андрей, — Во всяком случае, не без его участия ты оказалась здесь.
— Да… И очень хорошо…
— В самом деле? Ты хотела стать секретарём?
— Нет… Ну… Я сомневалась… И надеялась, что мне повезёт, — Эмма снова подарила ему быстрый благодарный взгляд.
— Повезёт с достойным местом работы? Или с хорошим начальником? — Андрей улыбаясь продолжал гладить её красивые руки уже до локтя, едва прикрытого халатиком, — А может ты боялась хозяина-тирана?
— Господин, это не весело, — извиняющимся тоном произнесла женщина, — Бывают ужасные хозяева, страшные и часто пустые… холодные и бессердечные… Очень часто, насколько мне известно…
— Вот оно что, — задумался мужчина, — Ну, а я?
— Вы?! — лицо Эммы прояснилась, она даже взяла его руки в свои и нежно сжала, — Я бы хотела здесь остаться… Но если у Вас другие планы…
— Честно говоря, мне сложно судить о планах… Но твоё присутствие и твоя помощь меня радуют. А у тебя есть планы, Эмма?
— Я бы хотела остаться у Вас, — повторила она и добавила: — Насовсем.
— Насовсем… Навсегда… Это страшные слова! — неожиданно произнёс Андрей, — Ты же меня почти не знаешь.
— Может быть, и не знаю, — лицо женщины стало очень серьёзным, — Но я Вас… чувствую… Простите, Господин, я не должна так говорить…
— Говори, как есть… — так же серьёзно ответил он, — И, по-моему, тебе пора узнать меня близко…
— Вы в самом деле так думаете? Близко-близко? Сначала я думала, что это произойдёт сразу же, в первые дни, но Вы…
— Я медлил? А если у меня были на то причины? Если я присматривался к тебе? Подумай, ты же умная…
— Ох, не знаю, так ли это? — Эмма внимательно посмотрела на Андрея и положила руки на его не закрытые одеялом плечи, — Я запуталась… Мне кажется, я Вам нужна только, как секретарша, Господин… А Вам, действительно, нужны мои… чувства, эмоции… ласки?
— Нужны, девочка моя! — он увидел, как приблизившиеся к нему глаза её увлажнились, и крепко поцеловал Эмму в губы, — А ещё страшно хочу знать, насколько ты сама этого хочешь?
— Если только это правда… Очень хочу, Господин! Очень-очень… — женщина, обдавая его своим горячим учащённым дыханием, начала покрывать несмелыми поцелуями его небритые щёки, а после шею и плечи… Время от времени она поднимала глаза, словно желая убедиться, что Андрей не шутит. В какой-то момент Эмма остановилась и снова подняла глаза, в которых читался вопрос.
— Да, моя девочка! Да, — выдохнул Андрей и тут же понял, что она спрашивает о большем, и открыто посмотрел на неё, — Тебя никто не прогонит и не тронет без твоего желания… И ты нужна мне, мила мне, а значит останешься так долго, как захочешь…
— Да, — прошептала Эмма и осторожно столкнула одеяло в бок… Мужчина абсолютно расслабился и погрузился в её ласки, так не похожие на ласки Катрины. Его милая служанка Катя, хоть и выглядела юной, а порой чуть ли не невинной девочкой, умела всё! У Эммы же умения и опыта оказалось на удивление мало. Зато нежности и желания ласкать его, Андрея, вызвавшего в ней удивительно тёплые чувства, было в избытке, а горячее дыхание секретарши возбуждало его до крайности. Но торопиться не хотелось…
— Иди ко мне, девочка моя, только сними с себя всё, — тихо сказал он, Эмма вздрогнула, медленно приподнялась и, глядя мужчине в глаза, скинула с себя халатик, под которым не оказалось нижнего белья. Немедленно покрасневшая от стыда женщина стояла на коленях у подушки Андрея, замерев в ожидании. Мужчина провёл руками по её чудесно красивой груди и опустился на бёдра, — Приляг рядом…
— Да, — прошептала женщина и легла на бок рядом с повернувшимся к ней Андреем и доверчиво взглянула ему в глаза. Он прижал Эмму к себе и почувствовал, как громко и часто бьётся её сердце. Мужчина гладил ей спину, опускаясь всё ниже… Эмма лежала тихо-тихо, обнимая Андрея за талию и поминутно находя губами его лицо, а когда почувствовала его пальцы между своих ног, сильно вздрогнула, но не издала ни звука.
— Всё хорошо, девочка моя, не напрягайся… Ты красивая и… желанная, — успокоительно шепнул мужчина, плоть его скользнула по сильно увлажнившейся промежности секретарши, и оказалась внутри. Эмма тихо ахнула и задрожала, а Господин ласково, но крепко прижал её к себе… Женщина только едва слышно постанывала, не позволяя себе большего, но вскоре упоительная сладость мужских ласк накрыла её полностью. Тело секретарши сильно задрожало и выгнулось. Андрей, сжав его в своих объятьях, сделал несколько глубоких амплитудных движений… Рот женщины открылся в беззвучном крике, Эмма забилась в его объятьях и заплакала навзрыд.
— Всё хорошо, Господин… Да… Да… Всё очень хорошо… — сквозь рыдания шептала женщина в ответ на немой вопрос Господина, не в силах успокоиться. Он, не покидая её лона, уложил секретаршу на спину, дотронулся губами до мокрых щёк и вздрагивающих губ, потом до высокой гибкой шеи и, наконец, очутился между восхитительных грудей. Эмма разметала по постели свои руки, ноги, волосы и только, содрогаясь от сладости и слёз, повторяла, — Да… Да… Пожалуйста…
— Что «пожалуйста», Эммочка? — спросил Андрей, продолжая неторопливо двигаться внутри секретарши и изучать губами и языком её трепещущую грудь.
— Пожалуйста… не останавливайте себя, Господин!.. Я здесь… вся… Да… Да… — с трудом выговаривая слова, шептала женщина, прижимая руками голову мужчины к своей груди. Долго это продолжаться не могло. Глаза секретарши высохли и расширились, она глянула в него, как в бездну и, уже не сдерживаясь, громко закричала. И вслед за ней взорвал и мужчину долгий сладостный оргазм…
* * *
— Вам хорошо, Господин? — заглянула ему в глаза Эмма, когда обессиленный Андрей повалился на спину, а она, обвив его руками, пристроилась у него на плече.
— Да, девочка моя, — вздохнул он и провёл рукой по её светлым волосам, — Всё прекрасно! И будет прекрасно…
— Ах, мой Господин! — легко выдохнула женщина и поцеловала его плечо.
— О! — улыбнулся Андрей, — Наконец-то ты выговорила это!
— Да, — легко согласилась Эмма и… покраснела, — Может быть повторить… кофе?
— Повторим непременно! — засмеялся Андрей, — А кофе сейчас точно не помешает… И себе не забудь… А мне ещё сигарету.
— Вы же не курите в спальне? — улыбнулась секретарша, уже накинувшая халатик и стоящая у двери.
— Сегодня сделаю исключение из правила… Уж очень мне лень сейчас вставать…
— А Катрину позвать? — неожиданно спросила уже открывшая дверь Эмма.
— Хм… — присутствие в номере служанки совершенно вылетело у Андрея из головы и вызвало противоречивые чувства, — Позови, если хочешь… Возможно, она ещё не пила кофе…
Не прошло и десяти минут, как обе его женщины ввалились в спальню. Одетая в алое, чрезвычайно короткое обтягивающее платье Катрина несла огромный поднос с кофе и горой бутербродов. Уже успевшая принять душ свеженькая Эмма удручённо несла в руках пачку сигарет и зажигалку. С влажных волос на её жемчужный халатик и на видневшуюся из него грудь попадали капельки воды.
— Ну, уж нет! Подавать еду — моя работа, и ни к чему её у меня отбирать, — внушала секретарше служанка, — Доброе утро, мой Господин! Если я правильно поняла Эмму, Вы затеяли завтрак в постели? Прекрасно… Может быть ещё что-то? Нет? А шампанского по поводу… праздника?
— Праздника? Ну да… Именно так, — Андрей весело взглянул на своих женщин, — Шампанского и немедленно!
— А мне можно остаться? — сконфуженно спросила секретарша, когда Катрина упорхнула за вином. Эмма подала Господину сигареты и щёлкнула зажигалкой, чтобы сделать для него хоть что-нибудь ещё.
— А разве это не твой праздник? — с удовольствием затянулся Андрей и с лукавой усмешкой ответил вопросом на вопрос.
— Мой? — всё ещё не веря в изменившуюся обстановку, промолвила секретарша.
— Твой, девочка моя! Именно твой! — с чувством констатировал мужчина, — Иди ко мне…
— К Вам? Да, мой Господин! — глаза Эммы заблестели, и она забралась с ногами в изголовье постели рядом с приподнятой к спинке кровати подушкой Андрея, — А праздник наш…
— Ты снова права. Это будет наш общий праздник, — мужчина приподнялся и положил голову на грудь секретарше, она тут же обняла его одной рукой, а другой принялась гладить его по голове.
— Ого! — хитро улыбнулась вошедшая с шампанским и бокалами Катрина, — Она уже в постели! Я Вам не помешала?
— Нисколько, — улыбнулся Андрей, отбирая у служанки бутылку и открывая её с лёгким хлопком, — Присоединяйся!
— Это, в каком же смысле присоединяться, мой Господин? — фыркнула Катрина, подставляя два бокала под горлышко бутылки.
— А во всех смыслах, милая! — хохотнул мужчина, — Но сначала давай свой бокал.
— Ах, вот как! — картинно надула губки служанка, — Это же ваш с Эммой день, а не мой…
— У нас теперь все праздники общие, но и будни тоже, — неожиданно серьёзно произнёс Андрей, но тут же понял, что умничать сейчас глупо, схватил бутерброд и, запивая его шампанским, воскликнул: — Да здравствует наша дружная шведская семья!
— Семья? — задумалась на секунду Катя, — Я что-то читала об этом… И даже говорила Господину, что в наших краях такого не бывает. Но, кажется, я ошиблась. Да, семья — это хорошо! Это нам подходит…
— Семья? А почему шведская? — удивилась Эмма.
— Это не важно… Потом объясню, — Андрея разбирал смех и нежность к этим дурёхам.
— И мы, правда, будем жить, как семья? — продолжала расспрашивать секретарша.
— Попробуем, если хотите…
— Хотим! — ответила Эмма за обеих, — Тогда не ругайте Катрину за это…
— За что? За то, что она бесстыдно пристаёт ко мне у тебя на глазах? — засмеялся Андрей, понимая, что нормально поесть ему сейчас не дадут, — А ты так сможешь, Эммочка? При ней…
— Я… постараюсь, — снова покраснела секретарша, — Мы же… не чужие…
— Теперь уж точно! — улыбнулся он, обнял Эмму и крепко поцеловал, — Думаю, сегодня мы перевезём сюда твои вещи и… продолжим праздник.
— Мои вещи? Вы хотите, чтобы всё мое было только здесь? — Эмма посмотрела на кивающего ей Андрея с обожанием, — Если бы Вы знали, какое облегчение я испытываю…
— Только облегчение? — весело рассмеялась Катрина, в самом деле без всякого стыда ласкающая Господина на глазах у секретарши, — А по-моему, это по другому называется…



Глава 5
Библиотека

«Иногда очень полезно побыть одному», — думал Андрей, сидя в своём автомобиле. Мягко и тихо запустился двигатель, также мягко машина двинулась. «Одностороннее движение здесь, видимо, не принято. Да и зачем оно нужно при такой слабой загруженности дорог?» — подумал он, сворачивая с улицы, на которой располагалась его гостиница, направо, где движение транспорта сейчас тоже почти отсутствовало, да и пешеходов было видно немного. Сегодня он ехал той же дорогой, по тротуару которой они гуляли с Катриной. В сторону Вулкана Андрей старался не смотреть, он будоражил его и пугал своей невозможной неестественностью. Напрямик проехав перекрёсток, мужчина остановил «Мерседес» и задумался. Направо вверх уходили ступени ко входу в «Ленинскую видеотеку». Туда следовало зайти… Несмотря на отсутствие связи с Харонычем, цель у его командировки, хотя и размытая противоречивыми, не укладывающимися в голове впечатлениями от Княжества и его обитателях, всё-таки оставалась неизменной.
Поднимаясь по ступеням, Андрей рассматривал подсвеченные бледно-голубыми и бледно-розовыми лампами рекламные плакаты. Это были анонсы и афиши видеофильмов, судя по изображениям и названиям, сплошь эротического содержания и, похоже, сомнительных художественных достоинств. Ближе ко входу он обнаружил плакат фильма «Библиотекарь-2: Копьё страсти», о котором упоминала Эмма, и хмыкнув, покачал головой. Внутри здания открылся просторный холл, в центре которого с огромного портрета на мужчину смотрела пышная полуголая блондинка. Ниже портрета располагалась светящаяся табличка с надписью: «Видео-Лена приветствует вас!». Андрей тихо засмеялся своим мыслям и оглянулся по сторонам. За стойками в холле стояли несколько девушек в одинаковой униформе, с одинаковыми улыбками. Мужчина подошёл к ближайшей, и не успел открыть рта, как она накрыла его информацией о том, какие видеофильмы предлагаются для просмотра в каких залах, какие услуги предлагаются дополнительно и так далее. Андрей, не дослушав интереснейшие факты о наличие мест в комнатах для двоих, троих и для группового просмотра, остановил этот словесный поток красноречивым жестом.
— Меня интересует другая информация.
— Да?! — так изумилась девушка, будто о возможности других вопросов и не слышала, — Какая же?
— У вас здесь существовала библиотека. Меня интересует именно она.
— Библиотека? — девушка недоумевала, — Боюсь я ничем не смогу Вам помочь.
— Не бойся и постарайся хорошенько, — жёстко произнёс Андрей, доставая свою Золотую карту.
— О, прошу прощения, Господин! — выражение лица девушки переменилось в мановение ока, — Всего одну минуту! К сожалению, Господина управляющего нет на месте, но сейчас Вас примет его заместитель.
Она набрала номер на стоявшем рядом телефонном аппарате, пробормотала скороговоркой что-то не вполне членораздельное, положила трубку и, ослепительно улыбаясь, широким полукругом руки вежливо указала, куда именно Андрею следует пройти. Не успел он сделать и пары шагов в указанном направлении, как навстречу ему появился высокий мужчина средних лет. Заместитель управляющего, а это был именно он, здороваясь, вежливо улыбнулся Андрею, слегка прищурившись, с интересом изучил лицо и Золотую карту визитёра, а затем пригласил его в кабинет. В небольшой комнате стоял громоздкий, занимавший чуть ли не половину пространства, письменный стол, со стульями вокруг. Но Андрею было предложено кресло в углу у окна, рядом с маленьким журнальным столиком, в соседнее кресло присел хозяин кабинета и закурил. Гость тут же сделал то же самое.
— Добро пожаловать, Господин Андрей! — дружелюбно кивнул заместитель управляющего, забавно отразив лысиной свет красивой хрустальной люстры под высоким потолком, — Меня зовут Сергей, и я в Вашем распоряжении. Правда, мне сообщили, что Вы интересуетесь библиотекой, и это меня удивило.
— Отчего же? — спокойно спросил Андрей.
— Видите ли, библиотеки давно не пользуется популярностью. Все предпочитают видео, иногда довольно старые и редкие видео-фильмы, но не книги.
— Я не имею ничего против видео, но, на мой взгляд, оно никак не может заменить собой всё остальное и литературу, в частности.
— Лично мне понятна и приятна подобная точка зрения, но… Я здесь не хозяин. Полгода назад библиотека, как таковая, была закрыта за ненадобностью.
— И от неё совсем ничего не осталось? — спросил Андрей, пристально взглянув на Сергея.
— Многие материалы, считавшиеся ценными, перевезены в Архив Княгини, при Дворце. Что-то вывезено в неизвестном мне направлении, но этими делами занимался управляющий, а он далеко не всегда обсуждает со мной свои решения. Кое-что ещё находится у нас, в Старом Хранилище.
— Я могу взглянуть?
— Широкий доступ туда закрыт, но я постараюсь Вам помочь, если только…
— Я не собираюсь распространяться об этом, где бы то ни было, — улыбнулся гость.
— Прекрасно! Вы догадливы, — с улыбкой кивнул хозяин кабинета, — Дело в том, что я не уверен, одобрит ли управляющий мои старания…
— Понимаю.
— Я не предложил вам выпить что-нибудь…
— Спасибо, но я за рулём. Если только кофе.
— Да, конечно, с удовольствием составлю Вам компанию, — сказал Сергей и куда-то позвонил, а затем снова обратился к Андрею: — Говорите, Вы за рулём? Не проще ли взять шофёра?
— Знаете, захотелось покататься в одиночку. Иногда полезно побыть одному…
— Необычный Вы человек, Господин Андрей! А в библиотеке Вы хотите найти что-то определённое? Нет? Впрочем… Давайте поступим следующим образом. У меня имеется перечень материалов, оставшихся на хранении у нас. Я открою доступ, и Вы сможете просмотреть список на собственном компьютере прежде, чем мы отправимся в хранилище. Хорошо?
— Хорошая идея, это не займёт у меня много времени.
— О, я в Вашем распоряжении, как только понадобится. Звоните, приезжайте, буду только рад…
* * *
Во время второго визита Сергей встречал Андрея, как старого знакомого, в дверях «Ленинской видеотеки». В кабинете на столике уже дымился кофе, и разговор начался сразу, без разведки.
— Итак, как я понимаю, в моём списке не нашлось ничего интересующего Вас, Господин Андрей?
— Видите ли… Может быть перейдём на «ты»? Так, мне, во всяком случае, было бы удобнее…
— Э-э-э… С формальной точки зрения мой статус не позволяет обращаться к Вам на «ты». Но если у Вас есть такое желание, мне будет приятно. Вы сегодня за рулём?
— Сегодня я пешком.
— Как? — переспросил Сергей, — Но…
— Не удивляйтесь, я живу недалеко, в «Силиконе».
— Понимаю, но, тем не менее, удивлён. Переход на «ты», кажется, желательно закрепить глотком какого-либо вкусного напитка? У меня здесь есть бутылка старого рома, не хотите попробовать?
— С удовольствием, — дружески кивнул Андрей, — А себе?
— А я, с Вашего позволения, выпью бокал безалкогольного вина.
— Хорошо. На «ты»? — гость решил не задавать лишних вопросов.
— На «ты»! — улыбнувшись, откликнулся Сергей.
— Замечательно! — воскликнул Андрей, выпив рюмку превосходного рома до дна, — Однако, хочу заметить, что твой список гораздо хуже твоего рома. Он какой-то странный, я бы даже сказал, нелепый…
— Вот именно, — ответил Сергей, осушив свой бокал, — Я предполагал подобную реакцию. Видишь ли, это список материалов, которые остались здесь по указанию управляющего. Мне даже кажется (хозяин кабинета понизил голос), что он оставил всё это для себя, на свой вкус.
— Вот оно в чём дело… Это многое объясняет. А существует ли список перемещённых ценностей, так сказать.
— Вероятно, существует. Но, увы, у меня его нет. Я уже говорил, что перемещением материалов занимался управляющий лично по указанию… вышестоящего начальства. Как-то меня заинтересовала судьба некоторых книг… На мой вопрос он ответил в том духе, что тема закрыта и, говорить не о чем.
— Весьма прискорбно, — вздохнул Андрей, — Одним словом, помочь ты мне не сможешь.
— Скорее всего, именно так.
— Мне это понятно, Сергей, но… И никто другой?
— Я ждал этого вопроса. Обращаться к управляющему абсолютно бесполезно, если ты не человек из Дворца, разумеется…
— Я не человек из Дворца, так что пусть тебя это не беспокоит, — усмехнулся Андрей.
— Да? — улыбнулся в ответ Сергей, — Тогда позволь мне небольшой экскурс в прошлое, ты не очень торопишься? Итак, когда я появился здесь немногим более года назад, библиотека ещё была открыта для широкого доступа. Правда, народ интересовала не самая качественная литература, и библиотека выглядела придатком видеотеки. Однако, в Хранилищах поддерживался полный порядок. В силу малой востребованности и загруженности, в библиотеке, помимо девочек на выдаче, служили два человека.
— Ага! Значит, не всё так плохо.
— Возможно. Но сейчас они здесь уже не служат, к сожалению.
— Сергей, расскажи хотя бы: кто они и где их можно найти?
— Конечно. Руководил библиотекой Илья. Насколько мне известно, когда наиболее ценные материалы переместили во Дворец, он перевёлся в Объединённый Архив Княгини, причём на высокий пост.
— Все дороги ведут во Дворец, — задумчиво произнёс Андрей.
— Да уж, — фыркнул его собеседник, — Формулируешь ты безупречно.
— Ну, а второй человек, кто он?
— Она. Елена служила заместителем Ильи. Она однозначно была в курсе перемещения всех материалов. Видишь ли, Илья — интеллектуал и эрудит, но несколько расхлябан. Точностью и аккуратностью, необходимой в библиотечном деле, он не обладает. А Елене хватало внимательности, аккуратности, а также ума, чтобы не указывать Илье на его недостатки. Короче, она была здесь просто незаменима. Когда библиотеку прикрыли, а Илья перевёлся во Дворец, Елена впала в депрессию. Пару месяцев спустя она уволилась, хотя я настойчиво предлагал ей остаться, даже с улучшением условий работы. Думаю то, чем мы здесь занимаемся сейчас, Елене абсолютно не интересно.
— И где она нынче?
— В том то и дело, что Елена никому не сказала, чем собирается себя занять… Я предпринял некоторые шаги для её поиска, но только придётся немного подождать…
* * *
В третий раз Сергей неожиданно позвонил сам, а уже через полчаса Андрей подъезжал на своей машине к видеотеке. Заместитель управляющего встречал его у дороги и, после рукопожатия, неожиданно предложил вернуться в автомобиль.
— Покатаемся? — произнёс он, удобно располагаясь на переднем пассажирском кресле.
— Почему бы и нет? — в тон ему ответил Андрей.
Они, болтая о пустяках, проехали минут двадцать в юго-западном направлении, а затем решили прогуляться пешком. Посередине широкого проспекта, перпендикулярного шоссе, по которому мужчины двигались на автомобиле, находилась пешеходная зона с чередой каменных барельефов, скамеек, изваяний. К подобному пейзажу Андрей начал привыкать. Они шли с Сергеем не торопясь, озираясь на внушительного вида здания по сторонам проспекта и покуривая.
— Мне не хотелось вести наш разговор в кабинете, Андрей.
— Я так и понял. Есть что-то новое?
— Есть, но хорошего мало. Как мне удалось выяснить, Елена сменила место жительства. Живёт в частном домике в 43-ем округе, почти никуда не выходит и ни с кем не общается. Я заезжал к ней, но она вежливо отказалась со мной говорить, сославшись на плохое самочувствие. Выглядела Лена, действительно, неважно.
— Она живёт одна?
— С молодой женщиной, то ли подружкой, то ли служанкой…
— А если мне попробовать поговорить с ней? — задумался Андрей, — Меня она не знает, может это и хорошо?
— Может быть, но мне кажется, что это не поможет или займёт уйму времени, — пожал плечами Сергей.
— И что же делать? Как заставить её заговорить?
— Да-да… Мне кажется, слово «заставить» является ключевым. Пусть тебе покажутся странными мои рассуждения, но я думаю, что на Елену желательно надавить, чтобы начать разговор. Потом она поймёт, что ты не желаешь ей плохого, и раскроется.
— Что-то у тебя всё очень сложно получается, — скептически отреагировал Андрей, — Сначала надавить, потом отпустить. И результат будет, а может и не будет. А не проще найти Илью?
— Во Дворце? Проще. Но туда ещё надо попасть…
— Это так сложно?
— Во Дворец может попасть каждый, но только шесть дней в году с 18 по 23 марта.
— В общем-то, скоро. Считаешь, следует подождать?
— Нет.
— Почему? — удивился Андрей.
— Это Дни Княгини. Особенные дни… э-э-э… праздничные… — Сергей скривился так, словно говорил о чём-то постыдном, — Ты всё увидишь и поймёшь сам, если окажешься там в это время… Как тебе объяснить? Все получают выходные, все идут во Дворец.
— Все?!
— Почти. Если быть точным, туда идёт большинство мужчин и некоторые женщины, но опустим пока детали… Это форменное столпотворение. Искать в эти дни кого-либо во Дворце — полная утопия. Да и Архив, вероятно, будет закрыт.
— Интересные вещи ты рассказываешь… Не представляю! Я ещё не видел здесь не только большого скопления людей, но и десятка одновременно. Улицы почти пусты…
— Улицы? — переспросил Сергей, — Ах, ну да… У нас их так никто не называет. У нас здесь в основном дороги и направления. Правда, в центре есть некоторые набережные и площади с названиями…
— Ну, пусть будет так, как есть… Мы с тобой ехали по юго-западной дороге?
— Да… Сейчас многим людям и выходить-то особо ни к чему, но в Дни Княгини, поверь мне, мало не покажется!
— Верю. Но не представляю… Ну, пусть… А в другие дни доступа во Дворец нет вообще?
— В остальные дни во Дворец приходят только по вызову. Если ты понадобился, тебя вызывают на определённое время.
— Все приходят только по вызову?
— Все. Существует исключение, но… — Сергей понизил голос, — Свободно заходить во Дворец и покидать его территорию могут только Вершители…
— Кто они? — тихо спросил Андрей, выждав паузу. Он почувствовал, что сейчас он узнает о Княжестве больше, чем за все прошедшие дни.
— Ты же ничего не знаешь! — ахнул Сергей, — Но это долгий разговор…
— Я не тороплюсь, а ты?
— Нет, Андрей. И тебе всё это знать просто необходимо! Только давай присядем, давно я столько не ходил, ноги гудят.
Они уселись на ближайшую каменную скамью. К удивлению Андрея, камень не был холодным, да и тёплым он не был тоже. Если бы это не звучало полной галиматьёй, Андрей признал бы, что каменная поверхность скамьи не была и твёрдой! По крайней мере, сиделось на ней комфортно. Сергей достал из внутреннего кармана куртки плоскую флягу и протянул её собеседнику.
— Ты за рулём, но это изумительно вкусный вишнёвый сок. Будешь?
— Пожалуй… А ты?
— Себя я не обижу! — улыбнулся он и извлёк из другого кармана плоскую бутылочку вина или сока. Они сделали по глотку, закурили и, Сергей начал рассказ, — В Княжестве, как ты возможно догадываешься, существует система статусов. Ты знаешь, какой у тебя статус? Коснись пальцем моего УСа… Вот среди разной открытой для меня информации о тебе значится и твой статус — «Гость». Это очень редкий случай, доложу я тебе. Мне доводилось слышать о Гостях, но ты первый с кем мне повезло пообщаться. Все Гости такие, не знаешь?
— Понятия не имею… Честно!
— Верю. Я, в принципе, так и думал. Но мне почему-то приятно с тобой общаться.
— Взаимно, — улыбнулся Андрей, и они выпили ещё по глотку.
— Но я отвлёкся. Типичными статусами у нас являются — Исполнитель и Служитель, Вершители — высшая каста, их немного, несколько десятков максимум, как я думаю. Есть ещё Испытуемые, но это отдельный разговор. Совсем особый тип — Блюстители, но о них я знаю совсем мало…
— Что значит «особый тип»?
— Они строго следят за порядком, причём в широком смысле слова. И вряд ли кто-то посмеет с ними спорить…
— Видел я их… И что же тут особенного?
— Не всё так просто. Со временем ты поймёшь… Но главная их особенность в другом. Они — не люди…
— Что?! Вот даже как… — воскликнул Андрей и умолк, отчётливо вспомнив пробирающий до дрожи взгляд Блюстителя из глубины его капюшона.
— Именно так, — поёжился Сергей, — Но начнём сначала. Исполнители. Их большинство. Они только в теории вольны в выборе своих занятий, хотя бы потому, что начинают они с обязательного распределения места работы, а высшие статусы имеют право привлекать их к своей деятельности в любое время. Проще говоря, заставить выполнять те или иные поручения по собственной воле. Например, девушки в холле нашей видеотеки — Исполнители, которых добровольно-принудительно привлекли к конкретной работе на неопределённый срок. Правда, у них есть возможность получить постоянное назначение, пройти испытательный срок, подняться по карьерной лестнице и стать Служителями. У Служителей существует три ранга по старшинству. Скажем, я — Служитель 2-го ранга, а управляющий видеотекой — Служитель 1-го ранга. Рост статуса происходит постепенно за различные заслуги и, как любое повышение, позволяет пользоваться большими правами, даёт привилегии и частично снимает ограничения. Служителей достаточно много, но ощутимо меньше, чем Исполнителей. Служителей 1-го ранга совсем немного и, чаще всего, они занимают достаточно серьёзные руководящие должности… Вершители же — наивысший статус. Обычно это руководители самого высокого уровня, хозяева собственных предприятий. Насколько я знаю, они вполне вольны в выборе занятий, но и у них есть обязанности. Вершители сами или с помощью нанятых ими Исполнителей работают с Испытуемыми… К сожалению, я не знаю, откуда и как сюда попадают Испытуемые. Не знаю, разумеется, и как Вершители работают с ними. Могу сказать только то, что многие из них после этого становятся Исполнителями, а судьба остальных мне неведома. Насколько знаю, некоторых Вершители делают своими рабами.
— Рабами? В полном смысле слова?
— Конечно, — спокойно ответил Сергей, — Разумеется, я не в курсе, сколько рабов у Вершителей и чем они занимаются конкретно. Рабы — неприкасаемая каста, личная собственность отдельно взятого Вершителя. Никто, кроме Хозяина не может даже взглянуть на них без его разрешения.
— Да… Стройная картинка получается… и мрачная, — покачал головой Андрей, — Но не вполне понятная.
— Ну… Может быть, у тебя есть вопросы? Только я наверняка не на все смогу ответить…
— Вопросов уйма! Но, пожалуй, оставим их на потом… Хочу переварить всё то, что ты уже рассказал. Впрочем, поясни, если это не секрет, как ты стал Служителем 2-го ранга?
— С самого начала? Это долго… Я был Исполнителем некоторое время, потом стал Служителем 3-го ранга в видеотеке в книжном отделении…
— Сергей, я не требую от тебя подробностей, особенно если они тебе неприятны, но… Что было до этого? Как ты сюда попал? Ты был Испытуемым?
— До этого?! Андрей… Ты можешь мне не верить, но я почти ничего не помню об том, что происходило раньше. Был Испытуемым, как же иначе? Но как именно, что и откуда? Только смутные видения, о которых говорить бессмысленно, — Сергей покраснел, или Андрею это только показалось?
— Вот оно как…
— Мы все здесь такие…
— Ты хочешь сказать, что люди, как правило, попадают в Княжество в качестве Испытуемых? С ними работают Вершители и те, кто прошёл Испытание, чаще всего становятся Исполнителями? — задумался Андрей, — Поэтому-то мой редкий статус Гостя так удивляет…
— Да, ты правильно рассуждаешь…
— И никто толком не помнит Испытания, а тем более, жизни до него?
— Если кто-то и помнит, то молчит… Увы, я могу рассказывать только с уровня своего статуса и, полагаясь на свои знания, своё понимание.
— Спасибо, Сергей! Это всё очень важно! — с чувством произнёс Андрей.
— Но слишком мало, — виновато улыбнулся его собеседник. Они выпили ещё по паре глотков сока и помолчали…
— Однако, вернёмся к тому с чего начали. Свободно посещать Дворец могут только Вершители, — вздохнул Андрей.
— Именно так, — констатировал его собеседник.
— В таком случае у меня возникает логичный вопрос: как становятся Вершителями?
— Теоретически — от Исполнителя до Служителя, потом три ранга поочерёдно, а там и Вершителем как-то можно стать. Но пока я сам не стал Служителем 1-го ранга, шаги последнего этапа мне неизвестны.
— Одно можно сказать уверенно — этот путь долгий… Очень долгий!
— Безусловно. Не говоря уже о том, что лишь единицы Служителей становятся Вершителями. Одни, как я думаю, просто не подходят для этого. Другие, вероятно, не имеют такого желания. Я, например, даже побаиваюсь Вершителей… Их вообще боятся!
— Почему?
— Потому, что они Вершители.
— Да уж… Какой-то тупик получается. Если всё это действительно так, то во Дворец мне попасть не светит.
— Уверены, что Вам необходимо туда попасть? — Сергей неожиданно перешёл на «Вы» и смутился, — Прости, Андрей, я просто волнуюсь.
— Как при виде потенциального самоубийцы?
— Я сразу сказал, что ты весьма проницателен…
— Послушай меня, Серёжа, — мягко начал Андрей, и Сергей тихо улыбнулся и кивнул, — Я обязательно постараюсь разговорить затворницу Елену, ещё раз проштудирую список материалов, сокрытых твоим управляющим. Да и у тебя, я думаю, кое-что припрятано для личного употребления, не правда ли?
— Да, ты снова прав, — со вздохом согласился Сергей, внимательно слушая.
— Очень хорошо. Это, наверняка, будет интересно… И всё-таки, как я сейчас думаю, в результате этих шагов подтвердится мой путь — к Илье. У меня нет ещё полной уверенности в этом, но…
— Я тебя понял, но в таком случае тебе и впрямь придётся стать Вершителем.
— Возможно, если нет другого выхода. Неплохо бы понять, как это сделать? — покачал головой Андрей, — Вариант, который расписал ты, мне не подходит.
— Для тебя, я думаю, найдётся другой.
— Да?! Почему ты так думаешь?
— Если ты помнишь, в начале разговора я определил твой статус — «Гость», как редкость. Но ты ведь не просто Гость, ты ещё и обладатель Золотой карты. А это уже — просто диковина! Общаться мне приходится со многими, уж поверь. И ты — первый Гость, с которым я знаком лично, но ещё и только второй обладатель Золотой карты, с которым я разговариваю.
— А кто первый? — встрепенулся Андрей.
— Илья.
— Вот как? А какой у него статус? Ты должен знать…
— Я уже думал об этом. В библиотеку к нам он пришёл Служителем 1-го ранга.
— Понятно.
— Что тебе понятно? — удивился Сергей.
— Что я весь такой уникальный! Только что это даёт?
— Возможности! А в данном случае возможность отправиться лично в Дом Вершителей и поинтересоваться, нет ли у тебя короткого пути?.. И кажется мне, там ты узнаешь, что он у тебя есть.
— Креститься надо, когда кажется, — пробурчал Андрей и поперхнулся.
— Что-что? — не понял Сергей.
— Не важно. Что такое Дом Вершителей, и где он находится?
— Внутри я не был и не рвусь. Но название говорит само за себя, нет? Если от твоего отеля двигаться в направлении противоположном «Ленинке»…
— Как ты сказал? — хохотнул Андрей.
— «Ленинка». Так часто называют нашу видеотеку.
— Замечательно называют!
— Да? — удивился Сергей, — Это тебе что-то напоминает?
— Однако, и ты проявляешь проницательность! — развеселился Андрей, — Мне многое здесь что-то напоминает…
— Знаешь, — тихо проговорил Сергей, — Я прочитал много книг из хранилища… И, кажется, понял, почему они вышли из употребления. Многие написаны потрясающе красивым языком, но почти все они о странном, вымышленном авторами мире. Почему, не понимаю! Они будто сговорились культивировать этот вымысел, будто он существует на самом деле…
— А может так оно и есть? — усмехнулся Андрей, — Поговорим об этом в другой раз? Ты не договорил, что я увижу, если буду двигаться в противоположном направлении?
— Там будет площадь со статуей Древнего Вершителя посередине, а за ней здание…
На следующий день после прогулки с Сергеем, Эмма везла Андрея в 43-й округ Княжества на его автомобиле. Всю дорогу мужчина молча размышлял, не забывая внимательно разглядывать окрестности… Целью его поездки оказался небольшой, аккуратный двухэтажный частный домик, среди множества других, разных, не поражавших воображение размерами, а то и совсем маленьких. Андрей оставил Эмму ожидать его в машине, припаркованной у низкого заборчика, а сам прошёл через узорчатую калитку к входной двери. Особа, открывшая ему дверь, произвела на Андрея неизгладимое впечатление. Это была молодая японка, ростом не доходившая до его плеча, худенькая и улыбчивая. Гостеприимно впустив Андрея в дом, женщина поглядела на него вопросительно.
— Здравствуйте. Я хотел бы увидеть Елену, — с сомнением в голосе проговорил мужчина, — Надеюсь, я не ошибся адресом?
— Вы не ошиблись. Здравствуйте! Меня зовут Аоки, а Вас? — ответила японка тонким с тёплыми интонациями голоском.
— Меня зовут Андрей, — ответил он, доставая Золотую карту, которая не произвела на женщину обычного впечатления. Аоки только посмотрела на него с любопытством, не более.
— Очень приятно. Так Вы хотели поговорить с Еленой? Сожалею, но хозяйка плохо себя чувствует и в данный момент отдыхает.
— Я понимаю, Аоки. Но разговор этот очень важен для меня. Не могли бы Вы убедить Елену принять меня? — Андрей был мягок, но настойчив, — Обещаю не нарушать ваш покой и уединение надолго…
— Лучше обращайтесь ко мне на «ты», Господин Андрей, а то… как-то неудобно. Я поговорю с хозяйкой, но обещать ничего не могу.
— Постарайся, пожалуйста, — всё так же мягко, но убедительно произнёс мужчина. Аоки кивнула и, во взгляде девушки ему почудилось нечто большее, чем простое любопытство и врождённая вежливость.
Оставшись один, он огляделся по сторонам. Прихожая и открывшаяся его взгляду часть большой комнаты, вероятно гостиной, смотрелись удивительно уютными, с ощутимым японским акцентом. Циновки на полу, живописно разбросанные по гостиной маленькие подушки, какие-то безделушки, стоящие и висящие тут и там, даже особый запах дома, говорили о некоем единении здесь западных и восточных традиций… Аоки вернулась через пять минут.
— Хозяйка примет Вас, — с улыбкой произнесла она и добавила, понизив голос, — Только не тревожьте её понапрасну, Господин Андрей, пожалуйста. Меня беспокоит её состояние, особенно в последнее время.
— Хорошо, Аоки, — тихо улыбнулся в ответ Андрей, и направился вслед за девушкой на второй этаж.
Хозяйка дома сидела в большом уютном кресле в полутёмной комнате, которая, видимо, служила спальней и кабинетом одновременно. Та часть комнаты, которая служила для отдыха, сейчас была отгорожена большой ширмой с изображением горных вершин, драконов, а также иероглифов чёрного и красного цвета.
— Здравствуйте, Елена! — негромко произнёс Андрей.
— Здравствуйте… Господин Андрей? — тихо отозвалась хозяйка, внимательно разглядывая гостя большими серыми глазами. Елена выглядела лет на сорок. О её фигуре нельзя было сказать ничего вразумительного, потому что на тело хозяйки был наброшен безразмерный, вероятно, очень тёплый, чёрный махровый халат. Свободно падающие на плечи прямые светло-русые волосы, мягкая линия рта, небольшой, чуть вздёрнутый нос и тускло мерцающие в полутьме глаза — это лицо можно было назвать красивым, если бы не мертвенная бледность кожи.
— Да, меня зовут Андрей. Прошу прощения за беспокойство, но мне очень нужно поговорить с Вами.
— Именно со мной? Зачем я Вам? Откуда Вы обо мне узнали? Кто Вы, наконец? — несколько встревоженно, низким грудным голосом задавала вопросы Елена, — Я совсем не настроена принимать гостей.
— Кто я? Просто человек… Но, видите ли, я занимаюсь поиском, и мне необходимо задать Вам несколько вопросов…
— Просто человек? Любопытно! — повеселела Елена и позвала Аоки, — Милая, свари нам кофе, пожалуйста!
— Сию минуту, хозяйка, — довольно отозвалась японка и поспешила выполнять поручение.
— Да Вы присаживайтесь, Господин Андрей — просто человек, — неуверенно, но мило улыбнулась хозяйка дома и продолжила, — Просто человек с Золотой картой? Я могу взглянуть?.. Это интересно. Вы — «Гость»?! Удивительно… Кстати, Вы не должны называть меня на «Вы»…
— Это не важно…
— Вот как? А что важно, Ваши поиски? Что Вы ищите или кого? — хозяйка взяла в руки чашку кофе, принесённую Аоки, и жестом предложила Андрею угощаться. На подносе оказались также крошечные рюмочки, от которых исходил потрясающий аромат миндального ликёра, и массивная мраморная пепельница.
— Кого, — произнёс мужчина, глотнул крепкого кофе и, с разрешения хозяйки, закурил. Вся обстановка и её обитательницы, прежде всего, располагали к неторопливому доверительному разговору. И Андрей решил вести откровенную беседу с этой женщиной, — Я ищу человека, известного, как «Библиотекарь» или, может быть, «Архивариус».
— Странно, — в глазах Елены промелькнул не только интерес, но и что-то похожее на страх, однако мужчина не придал этому значения, а женщина продолжила: — Однако, Вы очень прямой человек! Вы со всеми так?.. Нет? Я польщена и, кажется, понимаю, кто рассказал Вам обо мне. Сергей был здесь пару дней назад и передал мне через Аоки, что кто-то интересуется материалами бывшей библиотеки. Но дело, оказывается, даже не в материалах…
— Да, — кивнул мужчина, — Всё так.
— Зачем Вам это? Впрочем, я задала некорректный вопрос. Вам нужен «Библиотекарь». И как далеко Вы продвинулись в поиске?
— Совсем не далеко… Но я пришёл к Вам, Елена. Может быть, «Библиотекарь» — это Вы?
— Я? — удивлённо усмехнулась хозяйка, — Вы ошибаетесь. То есть я, конечно, библиотекарь в определённом смысле, но Вам нужен кто-то другой. Это очевидно.
— Может и так… — медленно ответил Андрей, — Но Вы поможете мне в поиске?
— Чем же я могу помочь? Не представляю. Вы даже не знаете толком, кого ищете…
— Возможно, Илью, — полуутвердительно, полувопросительно, но твёрдо произнёс он.
— Илью?! — голос Елены вспыхнул и потух, — Вероятно, Вам действительно нужен Илья. Он многим нужен.
— И Вам тоже? — тихо, стараясь не нарушить доверительности разговора, спросил мужчина.
— Мне?.. Мне было очень интересно с ним работать, — она подняла на Андрея большие печальные глаза, — Хотите откровенно? Работа с Ильёй в библиотеке придавала моей жизни смысл. Смысл, с большой буквы. Теперь всё разрушено… А интимной связи у нас с ним не было, Вы же об этом хотели спросить?
— Даже не знаю, что на это ответить… — сконфузился Андрей, — Вряд ли это было бы вежливо…
— Мне приятна Ваша чуткость, Господин Андрей. Приятна и удивительна. У нас это — редкость… Но я, в самом деле, не знаю, чем мне Вам помочь.
— Я понимаю Вас, Елена, но всё-таки надеюсь… Не протестуйте! В любом случае рад знакомству с такой умной и очаровательной женщиной, как Вы, — Андрей поднялся, подошёл к хозяйке, наклонился, взял её руку в свою и поцеловал. Рука Елены была вялая, но такая тёплая! Он запнулся, поднял глаза, и они встретились с округлившимися от его, явно неожиданного, поцелуя, глазами Елены, — Простите за навязчивость, но мне хотелось бы навестить Вас завтра.
— Завтра? — сдавленно прошептала женщина, — Не знаю, зачем нужен повторный визит, но… приезжайте… к ужину, если Вас устроит вечернее время. Я буду рада…
Провожая Андрея в прихожей, когда он наклонился, обуваясь, Аоки зашептала ему на ухо: «Не знаю, как Вам это удалось, Господин Андрей, но хозяйка оживает на глазах. Приезжайте завтра, пожалуйста. Мы будем Вас ждать!» Андрей удивлённо глянул на мило улыбающуюся японку, усмехнулся и кивнул…
* * *
На следующий день Андрей оставил Эмму с Катриной в отеле и вызвал такси. Он понимал, что от сегодняшнего визита к Елене толку может быть мало, но его так потянуло к ней, к её тёплым рукам, уютному дому и даже к её забавной японской служанке, что ни о чём больше думать не хотелось. Мужчина даже подготовил маленькие подарки, купленные в сувенирной лавке: резную деревянную шкатулку с маленькой хрустальной розой внутри — для Елены, а ещё очень красивый веер, расписанный в японском стиле — для Аоки… Встречали его чуть ли не с оркестром. Андрей не ожидал такой торжественности и радушия, но ему было крайне приятно. Особенно усердствовала Аоки. Грациозно-комичная в национальном японском одеянии она принесла ему мягкие домашние тапочки и, чуть ли не насильно, сама надела их ему на ноги. От подаренного веера девушка сначала пришла в полное замешательство, затем в восторг и зарделась. Елена встречала Андрея в великолепном длинном вечернем платье. Оно, правда, снова оказалось чёрным, и с ним сильно контрастировала бледная матовость её лица. Но сегодня и бледность, как будто, стала не пугающей, и глаза женщины смотрели веселее. Андрей, наконец, смог рассмотреть её фигуру и остался весьма доволен пропорциональностью и гармоничностью форм хозяйки. В ней не было ни лишней худобы, ни тяжеловесности, туфли на высоких изящных каблуках подчёркивали стройность ног, но при этом, женщина оставалась на несколько сантиметров ниже Андрея. Елена открыла рот, увидев пунцовую Аоки с веером, а раскрыв предназначенную ей шкатулку, ахнула.
— Господин Андрей! Я даже и не знаю, что сказать. Чем мы заслужили такие подарки?
— Заслужили? Мне просто хотелось сделать приятное Вам, Елена, и Аоки тоже.
— Спасибо, очень неожиданно и, действительно, крайне приятно, — с очаровательной улыбкой произнесла женщина. Они обе стояли над раскрытой шкатулкой и любовались хрустальным цветком, который вскоре Аоки прикрепила к платью хозяйки.
— Зовите меня просто Леной, — попросила Елена, приглашая Андрея за низкий стол, накрытый в гостиной.
— Хорошо. Но тогда и меня лучше звать просто Андреем, — весело ответил он.
— Я постараюсь, но не обещаю… — странно смутившись, проговорила хозяйка. Женщины, как оказалось, подготовились к его повторному визиту весьма щепетильно. Ужин поразил великолепием. К изобилию блюд японской кухни были добавлены изумительно сочные куски жареной свинины с несколькими видами соусов на выбор. В начале ужина Аоки выдала очередной номер из своей сегодняшней программы, вплыв в гостиную с маленьким подносом в руках.
— Саке для Господина Андрея и Госпожи Елены! — тонко пропела она, Лена фыркнула, Андрей заулыбался.
— А что же Аоки так и не присядет за стол? — спросил он. Японка молча потупилась.
— Если Господин пожелает, Аоки присоединится к нам, — ответила ему Елена с игривым пафосом.
— Господин на этом просто настаивает! — в тон хозяйке произнёс Андрей, — А так же объявляет дорогой хозяйке последнее предупреждение за употребление по отношению к нему слова «Господин». Дальше мне придётся штрафовать тебя, Лена!
— Вот как? А велик ли штраф?
— Поцелуй.
— Ого! — воскликнули хором Елена и Аоки.
— Да-да! У меня с этим строго!
Ужин продолжался неторопливо и весело. Таким же случился и разговор — не суетный, с мягким юмором, без напряжения и без пафоса. Однажды Андрея занесло, и он ударился в забавные воспоминания из своей жизни. Женщины реагировали замечательно, смеялись, слушали со всё возрастающим вниманием. В какой-то момент мужчина понял, что заговорился…
— Как интересно, — задумчиво произнесла Елена, — Любопытно, необычно и как-то смутно знакомо. Откуда Вы, Андрей?
— Думаю оттуда же, откуда и вы.
— Да? Может быть… А… — воскликнула Лена и осеклась. Андрею показалось, что у неё готов был вырваться вопрос: «А откуда я?»
Когда на десерт Аоки подала фрукты, шоколад и кофе, мужчина с хитрецой посмотрел на женщин и заявил:
— Такой изумительный ужин следует закончить шампанским!
— О! — они переглянулись, и хозяйка удручённо констатировала: — Увы, Андрей, у нас давно не было праздника, и шампанским мы не запаслись…
— И тем не менее! — торжественно произнёс он, извлекая бутылку из недр своего портфеля. Женщины охнули, Аоки даже тихо взвизгнула… За несколько минут шампанское было охлаждено в морозильной камере, открыто с хлопком и разлито по бокалам Андреем лично.
— За знакомство! За прекрасную Елену и милую Аоки! — провозгласил мужчина. Бокалы со звоном и смехом сомкнулись и были немедленно опустошены.
— Только не говорите, пожалуйста, Андрей, что скоро нас покидаете! — с вызовом воскликнула Лена.
— Даже и не собираюсь, — засмеялся он, — Вы ещё сами меня выгонять начнёте!
— И не надейтесь! Правда, Аоки? — весело отозвалась хозяйка, а японка кивнула и заулыбалась.
— К тому же мы ещё не говорили сегодня о Ваших поисках, Андрей. Я хотела Вам кое-что рассказать…
— Обязательно. Только давайте об этом чуточку позже, а? Сейчас хочется просто усесться на диван и закурить, возражений не будет? Прекрасно. А я могу тебя попросить, Лена, присесть рядом со мной? — Андрей перебрался на диван, сладко затянулся, уютно придвинулся к севшей слева хозяйке и взял её за руку. Тепло мягкой женской руки принесло ему полное умиротворение и удивительное, порядком подзабытое, удовольствие покоя, — Ах, как мне хорошо!
— Да? — Лена смотрела на него внимательно и, пожалуй, ласково.
— Да, — просто произнёс Андрей, поглаживая её руку. Так они просидели около получаса. Аоки позвякивала посудой на кухне…
— Поднимемся наверх? — предложила Лена. Андрей кивнул. В комнате на втором этаже свет был приглушен, но не до вчерашнего полумрака. Ширма оказалась немного сдвинута к стене, и взгляду Андрея открылся край низкой широкой постели с белоснежным атласным бельём. Они стояли посредине комнаты, взявшись за руки и глядя друг другу в глаза.
— Я неважно выгляжу, да? — спросила Лена.
— Ты — красивая, — без тени лукавства ответил мужчина, — только немного бледненькая…
— Наверное… Но мне кажется, что сегодня я всё время красная, как помидор…
— Явное преувеличение! Ты иногда розовеешь, что несомненно тебе к лицу…
— Андрей, я обязательно должна Вам сказать… — смутилась женщина, — Это важно…
— Конечно, я внимательно тебя слушаю.
— Тебе нужно найти библиотекаря или архивариуса… Жаль, что это не я… Только не перебивай меня, пожалуйста, я и сама собьюсь, — Лена прикрыла ладонью рот Андрея, готового возразить ей. От волнения она переходила с «Вы» на «ты» и обратно, — Если ты не знаешь разыскиваемого человека, это не означает, что он не знает тебя.
— Об этом я как-то и не задумывался, — удивился Андрей.
— В любом случае, он должен иметь информацию о твоём визите! А я ничего такого и не предполагала…
— Но…
— Постой! Тебе наверняка нужно встретиться с Ильёй. Если человек, которого ты ищешь, и не он…
— Что тогда?
— Тогда, всё равно, только Илья из известных мне людей, может помочь тебе в поисках. Но беда в том, что он во Дворце, и уже больше трёх месяцев от него нет известий. Когда началась его работа в Архиве Дворца, Илья возвращался оттуда регулярно, приходил в «Ленинку», делился впечатлениями или, хотя бы, давал о себе знать. Но теперь всё изменилось, и его давно уже никто здесь не видел…
— Значит, — со вздохом констатировал мужчина, — мне, всё-таки, надо попасть во Дворец.
— Да. Но как это сделать? Не знаю, смогу ли помочь тебе… Визит в Архив Княгини — большая проблема и, я не понимаю, сколь велика необходимость решать её? — Лена, снова перешла на «ты» и даже не заметила, — Твой поиск, действительно, необходим, Андрей?
— Это очень важно для меня, Леночка, — тихо и нежно сказал он, словно лаская её, — Думаю, со временем ты всё узнаешь, если захочешь…
— Я хочу верить Вам, Андрей, — она снова перешла на «Вы», — Но не знаю, что делать…
— Похоже, придётся стать Вершителем, — задумчиво произнёс он.
— Ты с ума сошёл?! — вскрикнула Лена и прижалась к мужчине.
— Возможно, я безумный, но не сумасшедший, — пошутил Андрей, обнимая её, — Надо всё хорошенько обдумать, но не сейчас. Сейчас это не главное…
— А что же сейчас главное?
— Не что, а кто… Ты! — Андрей чуть отстранился от Лены, посмотрел ей в глаза и поцеловал её губы…
— Это штраф, Андрей? — тихо улыбнулась она, — Я провинилась?
— Ещё как!..
— Ну и хорошо! — Лена глубоко и свободно выдохнула…
К себе в гостиницу Андрей возвращался в прекрасном настроении. Он чувствовал себя просветлённым и… хвалил себя за то, что не полез в постель к Елене. В какой-то момент ему очень захотелось этого, более того, Андрей почувствовал, что хозяйка уютного домика на окраине не стала бы сопротивляться его инициативе, но… «Всё правильно! Не надо торопиться. Поспешность только испортит…» — думал он. Теплота общения порой бывает важнее интимной близости… Впрочем, воспоминания о долгих нежных поцелуях с Еленой заставили его улыбнуться…
С некоторых пор Андрей взял за правило совершать поездки по городу хотя бы через день. Во-первых, появилась необходимость прерывать нескончаемые эротических желания и удовольствия, ежедневно преследовавшие его в Золотом номере отеля. К глубокому своему удивлению, Андрей почти не утомлялся физически, но моральная разрядка требовалась… Любая чрезмерность приводит к пресыщенности, он понимал это прекрасно, а потому не сводил своё общение с Катриной и Эммой к интимным контактам, с ними всегда находилась тема для беседы и обсуждения. Иногда же Андрею просто хотелось побыть в одиночестве… Во-вторых, следовало изучить местность, хотя бы для того, чтобы подтвердить или опровергнуть сначала смутные, а потом всё более явные догадки… Да нет, теперь уже отринуть последние сомнения в том, где он находится. С полным недоумением Андрей убеждался, что Княжество — его родной город, точнее странное повторение, гротесковая карикатура на него. Это была Москва, но… не его Москва! Когда он впервые проезжал мимо одноимённого бассейна, Андрея удивил его идеально ухоженный внешний вид. «Москву» вроде бы планировали закрыть, а на его месте восстановить разрушенный в лихие годы храм. Здесь же всё выглядело иначе. Сначала Андрею пришла в голову безумная мысль, что он попал в прошлое, но… В городе, а точнее в этом тёмном Княжестве не нашлось ни единого храма! На их местах иногда оказывались руины, но чаще всего бассейны! Маленькие и большие, полу-заброшенные и ухоженные, архаичные и наисовременнейшие бассейны, в которых непременно плескалась чистейшая голубоватая вода. Действительность оказалась куда безумнее, чем идея о путешествии во времени… За редким исключением, вход в бассейны был свободным, и Андрей с удовольствием плавал, наслаждаясь прохладой и чистотой воды. Она даже на вкус оказалась удивительно приятной! Малочисленные охранники украдкой наблюдали за его купанием. Их реакция на естественное, казалось бы, занятие мужчины поражало — они либо сразу поворачивались к нему спиной, либо смотрели исподлобья неодобрительно и со страхом. В других посетителях бассейнов наблюдался явных недостаток. Да, что там говорить, их просто не было. По крайней мере, Андрей всегда плавал один!
Зато набережные в центре города случались людными в дневное время суток. Так здесь назывались серо-синие сумерки, начинавшиеся в 7–8 часов утра и прекращающиеся к 8–9 вечера, в отличие от тёмных в безлунные сутки ночей. Однако, больших скоплений народа Гость Княжества не видел ни разу — люди прогуливались, чаще парами, кто-то в одиночку спешил по делам… Движение автотранспорта тоже становилось интенсивнее днём, но ни о каких затруднениях движения не было и речи. Поражало другое — в реках, озёрах или прудах, которые он видел, не было воды! Там тяжело и лениво плескалась коричнево-чёрная густая маслянистая жидкость. Андрей, конечно, не считал себя специалистом, но у него скоро не осталось сомнений, что это — нефть! Другое дело, что такая жидкость должна была распространять специфический запах, но воздух казался чистым. Впрочем, сильных запахов в Княжестве он не встречал вовсе, если они и привлекали его обоняние, то в сильно приглушённом состоянии.
* * *
Сегодня Андрей держал путь на восток. Туда, где на удалении от центра, рядом с обширным лесопарком жил когда-то в своём родном городе он сам. В Княжестве же многое оказалось иным, незнакомым и непривычным. Стоило отъехать от центра на 5–7 километров, как город разительно менялся. Громоздкие здания стремительно становились ниже и проще, многие выглядели заброшенными или полуразрушенными. Главные дороги на удивление матово отсвечивали словно вчера уложенным ровным асфальтом, но на маленьких улочках зияли провалы и выбоины. Знакомый из прошлого железнодорожный мост над дорогой провалился, обломки сгребли и оставили валяться на обочине. Впереди показался лес, самый настоящий лес. Только деревья стояли голые, как зимой, хотя ни на какой снег не было и намёка. Лесной массив надвигался чёрно-серой стеной. Андрей даже остановился на обочине у опушки леса, чтобы посмотреть на него вблизи, и вышел из машины. Сразу за столбом с табличкой о запрете на курение, начинались заросли. Здесь стояли небольшие сухие деревья, их ветви даже при слабом прикосновении рассыпались в угольную пыль, которой была усыпана земля вокруг. Присутствовали и другие растения — гибкие и прочные, словно прорезиненные деревья и кустарники. Андрей задумчиво покачал головой, пожал плечами, вернулся к машине и поехал дальше… На открывшимся из-за леса пространстве он увидел знакомые очертания станции метро. Но так было в прошлой жизни, там за станцией располагался целый комплекс высоких гостиничных зданий, а здесь…
Андрей свернул с дороги налево и остановился на просторной площадке напротив станции «Куртизанская». Так, во всяком случае, значилось на фасаде. У входа внутрь стояли и прохаживались немногочисленные женщины в неожиданно ярких нарядах и с размалёванными, кто во что горазд, лицами. Находились там и мужчины, внешний вид которых так же показался Андрею неприятно ярким. Подходить ближе к этой тусовке, уже обратившей внимание на Господина, выходящего из дорогой машины, решительно не хотелось. Андрей пошёл пешком в сторону незнакомого ему, вероятно искусственного холма, застроенного лубочного вида домиками и башенками. На территорию холма, ограждённую бревенчатым на вид частоколом, вели распахнутые ворота, над которыми красовалась видимая издалека вывеска «Вернисаж». Направо открывался вид на большой остров в форме неправильного овала, окружённый широкой слева и сужавшейся справа закольцованной лентой пруда. На острове виднелись строения, но ясно разглядеть их отсюда в сизом сумраке дня не представлялось возможным. Заполняла пруд, как обычно, чёрная жижа, перейти через которую можно было через горбатый пешеходный мостик. Память рисовала мужчине ещё два моста на противоположной стороне острова. Впрочем, сегодня Андрей решил отправиться на вернисаж. Внутреннее его содержание вполне соответствовало лубочному наружному виду с поправкой на преследующую повсюду эротическую тематику. Ряженые продавцы с организованных прямо на улице или внутри крошечных домиков прилавков и лотков предлагали на продажу всякую всячину: немыслимое множество сувениров всех мастей и размеров; одежду, годную только для карнавалов и воплощения изощрённых фантазий; книги и журналы, картины и фильмы сомнительного содержания… И всё это, по уверению продавцов, наивысшего качества. Андрею кичливый базар быстро наскучил, радовало только то, что «купцы» не слишком навязывали свои товары и услуги. Он подошёл к ограде вернисажа, чтобы оглядеть местность с высоты холма. Увы, знакомой с детства цепочки четырнадцатиэтажных домов недалеко от пруда, Андрей не увидел. На их месте расположилась стройная череда симпатичных коттеджей. Зато остров отсюда виделся отчётливей, обозначились сероватые прямоугольники низеньких зданий на возвышенности, а за ними блеснула голубизной гладь бассейна.
Мужчина глубоко вздохнул, и собрался уходить прочь, но взгляд его упал на оказавшийся поблизости прилавок, содержимое которого серьёзно отличалось от прочих соседних. Во-первых, на нём оказались широко представлены средства для театрального грима и макияжа вплоть до париков, накладных бород и усов. Во-вторых, присутствовали сувениры, книги и картины гораздо содержательнее обычного для местного базара ассортимента. Покупателей у такого прилавка, разумеется, не наблюдалось. Зато внимание Андрея привлекла продавщица. Ею оказалась невысокая светловолосая худенькая женщина, лет около пятидесяти, в простом, но изящном синем платье с голубым орнаментом. Несмотря на то, что вокруг люди в большинстве своём выглядели существенно моложе, смотрелась она интереснее и приятнее. Лицо продавщицы, моложавое от природы, отражало не только ускользающую врождённую красоту, но и опыт прожитых лет, груз ушедших невзгод и обид, радость пережитого счастья, интеллект, потаённую мудрость и доброту. Добавляла же очарования в её образ лёгкость, как в выражении этого лица, так и в стройности фигуры. Заметив изучающий взгляд мужчины, продавщица вопросительно посмотрела на него, гордо приподняв подбородок. Андрей поздоровался и завёл беседу о её товарах. Продавщица рассказывала и объясняла со знанием дела, в свою очередь, поглядывая на мужчину оценивающе. Через несколько минут верительные грамоты были вручены и приняты.
— Как мне называть Вас, Господин? — приятным низким голосом поинтересовалась продавщица.
— Андрей, — просто ответил он.
— Меня зовут Валентина, Господин Андрей!
— Очень приятно! — улыбнулся мужчина.
— Взаимно! — чуть улыбнулась она выразительным ртом с немного тонковатыми губами, — Жаль только, что Вы не планируете сегодня покупки…
— Вы читаете мысли, Валентина?
— Иногда… — с весёлыми искрами в светлых глазах ответила женщина, — Господин не должен называть меня на «Вы».
— Господин называет Вас так, как считает нужным! — открыто улыбнулся Андрей, — И будьте добры… Покажите мне картину… Нет-нет… Справа краешек показался сиреневый!
— С удовольствием! — улыбка Валентины стала шире и… загадочнее.
— Рерих! — изумился Андрей, увидев картину полностью. Он не мог похвастаться хорошим знанием и пониманием живописи, но любимые полотна у него были, — «Град обреченный» и, по-моему, прекрасная копия!
— Откуда Вы знаете? — выдохнула поражённая Валентина, — Впрочем, чудеса иногда происходят… Если скажу, что оригинал, всё равно не поверите…
— Это слишком фантастично для моего понимания реальности… — проговорил Андрей переводя взгляд с картины на продавщицу и обратно, а затем посмотрел прямо в светлые умные глаза женщины и сказал неожиданно: — Но Вам я почти готов поверить, Валя!
— Вот как? — серьёзно произнесла она, — Вы странный… Вы меня заинтересовали… Хотите купить эту картину? Она не из дешёвых…
— Разумеется, хочу!
— Пожалуйста, Господин Андрей! — взгляд женщины продолжал выражать удивление, — Просто завернуть или упаковать в кофр?
— Лучше в кофр, — кивнул мужчина, — Страшно подумать, что я могу повредить её…
— Одну минуту, — упаковывая простенькую рамку с полотном в солидный кофр из ламинированной фанеры с алюминиевым профилем, Валентина бросала быстрые взгляды на Андрея, словно продолжая ожидать подвоха. Мужчина вытащил свою Золотую кредитку, продавщица удивлённо мотнула головой и защёлкнула замки на чехле.
— А Вам бы очень пошёл вот этот головной убор, Валентина, — Андрей указал на висящий за спиной продавщицы голубой платок из неизвестной мужчине плотной ткани с узорами, гармонично сочетающимися с орнаментом её платья.
— Убрус? Да, он мне нравится, но не по Сеньке шапка, — улыбнулась женщина, всё ещё удивлённо, но уже совершенно спокойно поглядывая на покупателя и принимая его кредитную карту, — Уникальный экземпляр, между прочим…
— Его я тоже покупаю, — спокойно произнёс Андрей.
— Шутите? — наклонила голову вбок продавщица, — В самом деле, Господин? Думаю, женщина, которой он предназначается, оценит Ваш подарок и обрадуется…
— Уверен, что так и будет! — утвердительно кивнул мужчина, забирая у продавщицы кредитку и покупки, и после паузы… возвратил ей платок, — Убрус, Вы говорите? Он для Вас!
— Господин Андрей! За что же мне такой подарок?
— За прекрасно проведённое в общении с Вами время, за чудесную покупку… Да просто я хочу, чтобы он принадлежал Вам и никому другому!
— Мне неудобно… — смутилась женщина, — Даже не знаю, что сказать…
— А Вы ничего не говорите, Валя! — улыбнулся Андрей и сделал шаг от прилавка, — До свидания!
— Спасибо, Господин Андрей! До свидания! Приходите ещё… Я буду ждать…
— Я приду, Валя…
* * *
На парковке у машины Андрея крутились две миловидные, но слишком накрашенные особы и смазливый молодой человек, который ему сразу и решительно не понравился. Не обращая внимания на их болтовню и недвусмысленные предложения, в нюансы которых он вникать не желал, мужчина аккуратно поставил кофр с картиной перед задним сидением, сел за руль и, двинув автомобиль от «Куртизанской». Проехав ещё около километра на восток, он остановился напротив здания с колоннадой, непривычно более внушительного, но, увы, такого же запущенного, как и в привычной для него Москве… Поразмыслив, Андрей свернул в небольшую улицу направо, где скоро должен был снова показаться лес и ещё одна станция метро. Место оказалась безлюдным, а станция и дома поблизости разрушены. Он снова решил пройтись пешком и, покуривая, пошёл вглубь руин, обнаружив по ходу, что не только станция заброшена, но и железная дорога метро разобрана полностью. Смотреть оказалось не на что, Андрей решил дойти до видневшегося недалеко здания депо и вернуться. Однако депо его заинтересовало: и здание выглядело целым, даже название бывшей когда-то конечной станции этой линии метрополитена угадывалась на фасаде «Имейловский парк»; и рельсы выходивших из депо путей в видневшееся поодаль чрево тоннеля были целы и, похоже, недавно использовались. В депо, судя по всему, как минимум теплилась жизнь, что подтверждала колючая проволока вокруг объекта. Скоро появилась и охрана. К счастью, не Блюститель, а человек в камуфляже, но с винтовкой в руках. Он так активно ею размахивал и выкрикивал что-то нечленораздельное, что Андрей решил спокойно удалиться. «Значит, оружие здесь всё-таки имеется, просто видеть мне его до сих пор не приходилось», — отметил он про себя…



Глава 6
Дни Княгини

Наступила середина марта, приближались Дни Княгини и, Андрей засобирался во Дворец. Он не тешил себя надеждой случайно встретить там Илью, вероятность такого события приближалась к нулю. Но взглянуть на дворцовую территорию, увидеть своими глазами Дворец Княгини и, быть может, помещение Архива Андрей считал необходимым. Кроме того, ему было страшно любопытно просто посмотреть на праздничное мероприятие, которое собирает большую часть населения тёмного Княжества. Как ни странно, у идеи Андрея нашлись противники…
— Что Вы там забыли, мой Господин? — встревоженно заговорила Катрина, когда догадалась о его намерениях.
— Что же в этом особенного, Катя? Множество людей соберётся там, почему мне не поучаствовать? — вопросом на вопрос ответил мужчина, не скрывая удивления от её бурной реакции.
— Вы опять не поняли, мой добрый Господин! — всплеснула руками девушка, усаживаясь на край стола в кабинете Андрея, — Во Дворце собирается масса мужчин, чтобы даром получить отличную выпивку и разнообразные яства высшего качества, чтобы поучаствовать в колоссальной многолюдной оргии, на которую каждый год собирают всех шлюх Княжества. Я знаю, о чём говорю. Девочек и мальчиков из моего салона забирают на неделю во Дворец, а затем они получают две недели отпуска потому, что не в состоянии работать! Некоторым приходится обращаться к медикам… И так повсеместно. За шестью Днями Княгини приходят две недели всеобщего опустошения… Конечно, есть люди, которым необходимо находиться во Дворце в это время по долгу службы, но у Вас-то нет никаких обязательств, а лучшую еду, питьё и хорошеньких девочек мы с Эммой обеспечим Вам в любой день, не выходя из отеля… Хотите? Или может быть снять для этой цели отдельный особняк на несколько дней?
— Катюша! — мужчина поразился горячности Катрины, вспыхнувшей, как костёр на ветру, — Мне хватает тебя и Эммы, да и во всём остальном я не испытываю недостатка. Дело в другом… Во-первых, элементарное любопытство. А, во-вторых, у меня есть слабая надежда встретить там одного человека, которого, как ты наверняка знаешь по компьютерным поискам Эммы, мне крайне желательно повидать…
— Вы слишком легкомысленны, мой Господин! — рыжая бестия могла быть крайне упряма и, сейчас наступил именно такой момент, — Отыскать во Дворце кого-то определённого в эти дни невозможно, а любопытство может Вам дорого стоить.
— Ты считаешь, что мне там грозит опасность?
— Вам, как минимум, угрожает полное опустошение, депрессия, серьёзные психологические травмы… Кстати, и за Ваше физическое состояние я беспокоюсь!
— Ты не преувеличиваешь, Катя? — закуривая, покачал головой мужчина, — Разве тебе приходилось участвовать в Днях Княгини?
— По счастью, мне пока удавалась избегать этого… Но источники моей информации заслуживают внимания и это не один, и не два человека, поверьте, — убеждала его девушка, — Вы бы успокоили меня, если отказались от этой затеи полностью… В конце концов, попробуйте расспросить тех мужчин, которые бывали там. Не уверена, что они будут откровенны, но всё-таки… А уж если и после их слов Ваше любопытство победит, не ходите во Дворец в первые два Дня Княгини, умоляю Вас, мой Господин!
* * *
Надо сказать, что горячее сопротивление Катрины визиту Андрея на княжеский праздник вызвало у мужчины обратную реакцию. Очень стало интересно ему, что же такое происходит во время Дней Княгини во Дворце? Однако, и прислушаться ко мнению Кати Андрей посчитал не лишним и решил пообщаться на эту тему с Сергеем. Позвонив на мобильный заместителю управляющего Ленинской видеотекой, Андрей с изумлением обнаружил, что его, постоянно отказывающийся от употребления алкоголя, новый друг сильно пьян. Приглашение Гостя Княжества посидеть в каком-нибудь ресторанчике или заехать в «Силикон» на рюмку чая и пообщаться Сергей не принял, но настойчиво позвал Андрея к себе в гости на следующий день…
— Как я понимаю, речь о Днях Княгини, дружище? — с радостью и некоторым смущением приветствовал Андрея хозяин небольшого, по-холостяцки уютного двухкомнатного номера гостиницы «Хренком», — Так я и думал… Видишь ли, толковый разговор на эту тему может получиться, если хорошенько выпить. Составишь мне компанию?
— Почему бы и нет, — улыбнулся Андрей, понимая, что Сергей пришёл в себя с похмелья непосредственно перед его визитом, — Честно говоря, ты удивил меня своим… запоем, я не ошибся в диагнозе? Но это не значит, что мы сейчас же не сделаем заказ подходящей выпивки и закуски. В конце концов, мужчинам необходимо время от времени общаться друг с другом по-мужски…
— Только водку, Андрей, только водку… А закуски на своё усмотрение… Ого! У тебя серьёзный подход к делу, — с бесшабашной улыбкой комментировал Сергей выбор своего гостя, заказывающего продукты по местной сети…
* * *
Дожидаясь курьера, мужчины лихо взялись уничтожать остатки припасов хозяина номера. Курьерская служба работала в Княжестве оперативно, и уже минут через сорок Андрей принимал и оплачивал заказ, будучи слегка навеселе. Обновив содержимое стола, собутыльники и не подумали делать паузу в своём тяжком, изнурительном труде. К радости гостя, вскоре Сергей решился поговорить на интересующую Андрея тему.
— Скажу тебе честно, что побывал там лишь единожды, — начал своё повествование хозяин номера слегка заплетающимся языком, — С тех пор я стараюсь брать отпуск за трое суток до начала Дней Княгини и вплоть до их окончания… Как ты успел заметить, в обычное время я веду фактически трезвый образ жизни, только изредка позволяя себе… в хорошей компании… Но ежегодный мартовский отпуск посвящаю запойному пьянству. Ты хочешь спросить почему?
— Ещё бы! — кивнул Андрей, разливая по рюмкам очередную дозу, — Мне страшно интересно…
— А мне просто страшно! — мотнул головой Сергей, опрокидывая в себя водку и закусывая ещё тёплым беляшом с чудесной мясной начинкой, — Меня тянет туда и, я боюсь, что не смогу остановиться, сорвусь и… снова там набезобразничаю…
— Ты так лихо погулял на Днях Княгини во Дворце, дружище?
— В том то и дело, что я плохо помню, как погулял, Андрей! Но ощущения после этого… Ты, конечно, ждёшь объяснений. Попробую рассказать… Во Дворце всех прибывших сначала приглашали на первый нижний уровень. Вдоль уходящего далеко вперёд широкого прохода между двумя залами, где располагались столы и столики с едой и выпивкой, с обеих сторон стояли официанты и настойчиво зазывали гостей начать пиршество… Дворец — странное сооружение: он велик снаружи, а внутри… невероятно огромен! Возможно, это какой-то обман зрения или колдовство… Позже я понял, что таких залов, с широкими проходами между ними, множество. Рассказывали мне и о том, что этот уровень далеко не единственный и самые сладкие угощения… во всех смыслах, находятся на третьем и ниже.
— Сколько же их всего?
— Не знаю… Говорят шесть… или девять… Но я и до третьего не добрался. На второй попал уже сильно пьяным и вымотанным от… переизбытка женского внимания, а там… Присел за столик к женщине в красном платье… О, она была прекрасна! Никого желаннее у меня в жизни не было… Женщина вовсе не отказывалась от общения со мной, напротив… Но тут появился какой-то хахаль что ли её… прежний… Видать, в сортир бегал… Слушай, там же ещё туалеты как-то помещаются, душевые и комнаты для… отдыха. Чудо архитектуры! И повсюду в этой роскоши тысячи людей пьют, едят и совокупляются… В общем, подрался я с этим хахалем и прекрасную женщину в красном у него отбил, но… Через какое-то время она куда-то исчезла и… появилась снова… А, может быть, это была уже и не она… Не исключено, что их было несколько, но перед глазами стоит одна, да и та — смутный образ… Короче, я дрался за даму сердца, наслаждался ею, пил, ел, снова дрался и наслаждался… Позже люди-охранники втолковывали мне, что драться во Дворце вовсе необязательно, прекрасных дам, выпивки и закуски хватит на всех. Домой я возвращался всё ещё сильно пьяный, едва переставляя ноги, весь в ссадинах и оборванной одежде, к-хе… А в гостинице узнал, что отсутствовал четверо суток! С тех пор 22 марта для меня особенный день… Думаю, если бы люди-охранники, а потом и Блюстители не выперли меня тогда из Дворца, мы бы сегодня с тобой не разговаривали. Но даму в красном вспоминаю до сих пор, и меня тянет к ней больше… чем к бутылке! Налей ещё, друг, а то я протрезвел, вспоминая…
— Разумеется, я никуда не тороплюсь…
— В самом деле? Это очень хорошо! А давай девчонок пригласим?
— Какие девчонки, Сергей? Все дамы полусвета готовятся к Дням Княгини…
— Неправда Ваша, Господин! — засмеялся хозяин номера, чокаясь с Андреем рюмкой, — Во Дворец собираются дамы полутьмы, а девчонкам полусвета, как например, милым девушкам из холла «Ленинки», там делать нечего… Есть у нас две умненькие и хорошенькие подружки, позволь мне позвонить им?
— Что же с тобой сделаешь? — с улыбкой пожал плечами Андрей…
* * *
Весьма похожие друг на друга на первый взгляд, девушки из Ленинской видеотеки зашли в номер Сергея через час. Обе — крашеные блондинки среднего роста, стройные, но не худые. Андрей вспомнил, что все девушки в холле «Ленинки» казались ему на одно лицо. Но стоило гостьям присоединиться к застолью мужчин и легкомысленному разговору, стало понятно, что они отличаются и по характеру, и эмоционально, да и внешне тоже… На Андрея обе смотрели со сдержанной настороженностью, хотя он сразу понял, что блондинки появились в номере Сергея не впервые. Впрочем, весёлая беседа и алкоголь делали своё дело — обстановка приобрела нужную непринуждённость: мужчины обращались к девушкам не по именам, а по тут же приклеившимся к ним определениям — «черноглазка» и «зеленоглазка». Первую — более экспрессивную и раскованную, хозяин номера через пару часов утащил к себе в спальню; вторая — и в правду, умненькая и сдержанная осталась с Андреем и принялась рассказывать ему о своей, прямо скажем, не очень счастливой жизни, об увлечении фильмами, в которых эротика не являлась единственно важным элементом и, что крайне удивило мужчину, литературой. Ещё более поразительным фактом оказалось увлечение «зеленоглазки» стихосложением. Не встречая, судя по всему, привычного ей сопротивления, девушка принялась читать свои вирши. По большей части стихи оказались слабые, но весьма и весьма эмоциональные. Андрей понял, что именно в них она вдыхает свои нерастраченные чувства, и слушал с интересом, хотя неточные рифмы порою били по ушам. Увлекшись, «зеленоглазка» перешла к весьма фривольной любовной лирике, немного смущаясь, но прямо обращаясь к слушателю, будто передавая ему закодированное послание…


   «Когда б Поэт любил не только Музу,
   хоть иногда смотрел по сторонам,
   я б стала учредителем союза,
   его перу покорных милых дам.


   К читателям на встречу, он явùтся,
   суров и прям в душевной наготе…
   И дамы в небо воспарят, как птицы,
   и отдадутся сладостной мечте.


   Когда б Поэт хотел не только Фею,
   к земному счастью безучастным став,
   то подошла бы я к нему, слабея,
   и отдала всю soul, live & love.


   Ах, почему Поэт поёт
   всегда лишь той, что не даёт?»[3]


Глубокой ночью порядочно опьяневший Андрей засобирался восвояси и зашёл в ванную комнату, чтобы умыться. Поэтесса «Зеленоглазка» немедленно юркнула за ним.
— Не покидайте нас так быстро, Господин! — воскликнула она, поедая мужчину глазами, — Без Вас будет скучновато…
— Можно и остаться, — пожал плечами Андрей, — Но неплохо было бы отдохнуть пару часов, не напрягая при этом Сергея… Разве что, снять номер на сутки в этом отеле?
— В этом нет необходимости, Господин! Мы с подругой живём здесь же, на верхнем этаже… Господин Сергей точно не захочет отпускать её до утра, а я могла бы… устроить Вас в нашем номере, только он поскромнее…
— Это меня не пугает, — улыбнулся мужчина и, через полчаса они отправились на верхний этаж гостиницы «Хренком»…
* * *
Проснувшись утром, Гость с юмором отреагировал на развешенное и разбросанное по номеру девушек многочисленное женское бельё, смутив «зеленоглазку», не нашедшую ничего лучшего, чем закрыть его глаза своими ладонями, а рот губами… Ещё через час в номере Сергея был проведён комплекс мер по борьбе с похмельем. Андрей убедился, что его приятель находится в адекватном состоянии, в надёжных руках, во Дворец не рвётся, и отбыл в «Силикон», где загодя проинформированные о его планах Эмма и Катрина, всё равно встречали его с нетерпением и тревогой. Как они и предполагали, мужчина не отказался от идеи увидеть Дни Княгини своими глазами…
* * *
В полдень 20-го марта Андрей, в новом тёмно-синем костюме, голубой рубашке с серебристо-синим в полоску галстуком, в отличных, а главное удобных чёрных кожаных туфлях, отправился на такси к воротам на территорию Дворца. Судя по рассказам, основная волна пребывающих на праздник приходилась на первый день, но и увиденное мужчиной сегодня производило впечатление. На парковке в ожидании клиентов, а также разгружая прибывших и загружая немногочисленных отъезжающих гостей праздника, толпилась добрая сотня такси. К радости Андрея, столпотворения у ворот не наблюдалось, все новые гости Дней Княгини многолюдной, но спокойной рекой, не задерживаясь, заходили внутрь мимо внушительной команды Блюстителей. Однако на территории Дворца мужчину ждала первая и не укладывающаяся в голове неожиданность… Помимо того потока вошедших в ворота гостей праздника, где находился Андрей, он увидел ещё три разные по интенсивности движения человеческие реки, которые словно бы… материализовались из теней на специально отведённых площадках и спокойно, как и он сам, двигались через площадь ко Дворцу. Теряясь в догадках, но решив оставить раздумья на потом и ничему не удивляться, мужчина шёл дальше, на покрытую брусчаткой площадь… Никогда бы не пришло Андрею в голову, что знакомое с детства сооружение, внешне напоминавшее вавилонский зиккурат, может служить Дворцом. Правда здесь, в Княжестве, оно оказалось огромной со скруглёнными углами, искажённой и вызывающей у Гостя озноб и оторопь, копией, раз в десять крупнее оригинала. Прямо за зданием Дворца возвышалась безобразная от своих гигантских размеров стена красного кирпича. На дальней же стороне площади, где Андрей ждал и боялся увидеть бассейн, часть поверхности накрывал матово-белёсый круглый купол, не менее ста метров в диаметре. Мужчина понял, что бассейн там всё-таки имеется, но он не только закрыт для посещения, но и скрыт от глаз прохожих. Последнее, что посмотрев влево увидел Андрей, увлекаемый потоком во чрево Дворца, было длинное трёхэтажное здание напротив с тремя крупными буквами на фасаде: «ГУМ». Стараясь никак не реагировать на увиденное, и уже не надеясь хотя бы краем глаза взглянуть на боковой вход в интересующий его Архив, мужчина с десятками других гостей, оказался внутри Дворца.
Ведущая от входных дверей наверх центральная лестница оказалась перекрытой Блюстителями. Пришедшие дисциплинированно шествовали по двум боковым лестницам, ступени которых вели вниз, на первый подземный этаж. Андрей с содроганием подумал, что сейчас он увидит остеклённый саркофаг с мумией, и он его увидел! Памятная мужчине гробница стояла посередине полутёмного траурного зала, как ни в чём не бывало, нисколько не уступая оригиналу, только мумии в ней не оказалось. Возможно, лучше бы она там находилась, потому что взгляд Андрея, автоматически передвигавшего вмиг одеревеневшие ноги в потоке гостей праздника, не мог оторваться от страшного, словно нарочито грубо прорубленного вниз отбойными молотками, зияющего неровными острыми кромками провала во тьму на месте, где должно было находиться ложе с мумией.
Миновав зал с саркофагом, людской поток выплеснулся в огромный светлый зал, разделённый широким проходом. Столы на правой половине зала оказались наполовину заполненными гостями, празднующими очередной День Княгини с утра, а судя по внешнему виду многих, возможно, и со вчерашнего вечера. На левой половине официанты заканчивали обновление столов для вновь прибывших. Некоторые из новых гостей занимали свободные места за столиками справа, другие не спеша проходили вперёд, дожидаясь возможности усесться за почти подготовленные к их появлению столы с левой стороны прохода. Так же поступил и Андрей, не задерживаясь шагая вперёд. Впрочем, он и не торопился к столу, притягивающему видом и запахом роскошных яств, мужчине куда интереснее было воспользоваться заминкой и сразу спуститься этажом ниже, минуя весьма назойливых, по словам Сергея, официантов… Их навязчивые предложения занять, наконец, место за столиком, а не разгуливать без дела, Андрей почувствовал уже на втором нижнем уровне Дворца, убранство и наполнение которого мало отличалось от первого. Ловко уворачиваясь от халдеев обоих полов, мужчина добрался до середины тамошнего зала, где был взят в плен двумя, издалека заприметившими его, раскрасневшимися красотками у ближайшего к проходу четырёхместного столика. Наперебой расхваливая кухню Дворца и качество напитков, женщины усадили Андрея за стол, четвёртое место у которого занимал в лоскуты пьяный громоздкий мужчина, мирно спящий на своём, чрезвычайно удобном стуле, уронив голову на грудь. Развесёлые красотки кормили нового гостя чуть ли не из ложечки, регулярно подливая ему прозрачную, как слеза, восхитительную по качеству водку, которую он сам и выбрал в качестве аперитива… Не прошло и получаса, как женщины сидели на расстоянии вытянутой руки от Андрея, и тянули к нему эти самые руки. Одна исследовала на сопротивление его рубашку под уже расстёгнутым пиджаком, другая решила разгладить стрелки на его брюках так, что мужчина начал опасаться за целостность пуговиц на брючном гульфике. Несмотря на то, что вокруг, за соседними столиками, происходило нечто подобное, Андрей не планировал так рано ввязываться в бой. На помощь ему неожиданно пришёл пьяный богатырь, сидящий напротив. Он проснулся, продрал глаза, и невероятно тонким для своей устрашающей наружности голосом тут же устроил истерику по поводу невежливого обхождения нового гостя с его близкими дамами, одна из которых уже полуобнажила свою грудь и положила на неё ладонь Андрея. Не дождавшись хоть какого-то ответа от равнодушно глядящего на него мужчины и окружавших его двух ухмыляющихся женщин, богатырь с тонким голосом решился на применение мер физического воздействия… Увы, только упавший на спинку стул и сброшенные со стола тарелки стали результатом богатырского размаха руки. Женщины завизжали и вскочили, поднялся с места и Андрей, краем глаза заметивший спешащих к столику охранников… Он воспользовался ситуацией и отправился в туалет. Правда, одна из дам не захотела оставлять кавалера без присмотра, однако неистребимая даже здесь очередь в дамскую уборную помогла мужчине избавиться от её внимания и оказаться на третьем уровне нижних этажей Дворца… «Ох, не зря Сергей сюда стремился», — подумал Андрей, минуя контролировавших вход и внимательно наблюдавших здесь за гостями Блюстителей. В интерьерах небольших, хотя и многочисленных залов третьего уровня появилась роскошь, богатство и размеренность. Гость с удовольствием прошёлся бы мимо столиков, большинство из которых были накрыты на двоих, и двинулся ниже, удовлетворяя своё растущее любопытство, но…
Она сидела за столом, прекрасная и одинокая, и смотрела на Андрея огромными всё понимающими глазами. Загипнотизированный женским взглядом, мужчина просто подошёл к её столику для двоих и сел напротив… Впоследствии он не мог припомнить, о чём говорил с ней, да и говорил ли вовсе. Они ели и пили, более глядя друг на друга, нежели в тарелки, и буквально нескольких минут хватило, чтобы Андрей понял: он встретил свой идеал, женщину своей потаённой мечты. Никаких сомнений в том, что и она ждала здесь только его, у мужчины не возникало. Время для него остановилось… Он плохо помнил потом, как долго они просидели за столом, прежде чем женщина повела его в комнату, оказавшуюся маленьким будуаром с невероятно красивым альковом. Обстановка оказалась под стать особе, которая привела сюда Андрея и столь недвусмысленна, что мужчина немедленно принялся раздевать женщину своей мечты. В обнажённом виде она стала ещё прекраснее и желаннее… Час ли они провели там вдвоём, два или три? Этого Андрей не запомнил. В его памяти осталось только странное чувство досады, преследовавшее его, когда они покидали комнату и возвращались за столик, чтобы продолжить чревоугодие… Окружающая обстановка зала теперь не имела значения. Вероятно, мужчина со своей дамой снова провели за столом долгое время, прежде чем он, уже в состоянии крепкого опьянения, решительно вернулся со своим идеалом женской красоты в приватные покои. Андрей обладал этой женщиной горячо и страстно, а она вполне отвечала ему взаимностью… «Что-то не так… Не так, как должно быть», — засело в его голове. Он яростно доказывал всему миру своё право владеть этой лучшей самкой в городе и довёл её до полного исступления… Но когда она, едва отдышавшись, бессильно раскинула своё идеальное тело на скомканном, мокром от человеческого сока и пота белье прекрасной постели, Андрей оделся и ушёл прочь с мыслью о том, что его обманули… Возвращаясь к воспоминаниям о близости с той женщиной месяцы спустя, он так и не смог объяснить себе в чём, собственно, суть этого ощущения пронзительной обманутости. Но никак по-другому назвать это чувство было нельзя…
Особенные ли напитки и блюда дворцовой кухни или масса выплеснутой энергии подействовали на мужчину таким образом, что долгое время он находился в полу-бредовом состоянии… По всей видимости, Андрей нашёл помещение с душевыми кабинами, где ему удалось освежиться, прежде чем нырнуть на четвёртый уровень, воспоминания о котором начисто стёрлись из его памяти… Последние события, оставившее след… размытый, но пусть это и звучит несуразно, удивительно яркий след в его голове, произошли с ним не то на пятом, не то на шестом нижнем уровне Дворца Княгини.
Сам ли Андрей встретил невысокую брюнетку с точёной фигуркой, лицо которой закрывала чёрная вуаль или она увидела мужчину и привела в свои роскошные апартаменты?.. Если это и был сон, то ярче иной яви… Андрей сидел в гостиной несомненно знатной дамы… Ели и пили они крайне мало, зато разговаривали много, это он хорошо запомнил… Будто бы женщина сначала удивлялась самому появлению Андрея в глубинах Дворца, а он доказывал ей, что попал сюда вовсе не случайно… Затем, кажется, они спорили о природе человеческой красоты и, Андрей доказывал, что каждая женщина прекрасна, если естественна и открыта. Но на призыв снять с лица вуаль брюнетка лишь улыбалась и качала головой… Смутно помнилось мужчине позднее, что рассуждал он и о любви. Уверял, что каждый человек способен любить, и достоин любви, но многие любят только себя, убивая саму суть этого чувства. Говорил Андрей и о том, что супружеским долгом является не секс на семейном ложе, а именно любовь… Потерявшись во времени, мужчина не мог определить, сколько длился их долгий, неторопливый разговор, и когда брюнетка в чёрной вуали поднялась со своего изящного кресла, взяла Андрея за руку и повела в свою спальню. Там, к его изумлению, уже сидел на роскошном ложе другой мужчина с великолепной атлетической фигурой. Кажется, этот молодчик давно ожидал, что брюнетка ляжет в постель с Андреем, и собирался присутствовать при их близости. По крайней мере, когда Госпожа отослала красавчика прочь, на его лице читалось недоумение, безмерная обида и… страх…
То, что происходило в спальне с того момента, как Андрей и дама с вуалью остались наедине, он не мог назвать занятием любовью, что-то мешало произнести такое слово. Но не было это и просто сексом… Буря, ураган, страсть в гипертрофированном виде, взаимное обладание друг другом… Андрей даже представить себе не мог, что у него оставалось столько сил в резерве и, что в этой изящной женщине может быть такое количество энергии, да и качества тоже… Так, возможно, совокупляется жаждущая друг друга пара приговорённых к смерти…
* * *
Утром 22-го марта Эмма открыла дверь Золотого номера отеля «Силикон», Андрей шагнул через порог и… рухнул на пол прямо в прихожей. На крик секретарши прибежала Катрина, лицо которой немедленно исказилось судорогой от заранее ожидаемой ею беды и боли… Женщины с трудом дотащили своего Господина до ванной, раздели и погрузили его в тёплую воду, а затем долго и тщательно омывали тело Андрея ласковыми руками. Впервые этот процесс не вызвал у него сексуального возбуждения. Мужчине стало легче, но его преследовало ощущение того, что он грязен, несмотря на старания его добрых девочек. Ему хотелось наговорить им море прекрасных нежностей и, даже слова любви готовы были сорваться с языка Андрея, но что-то или кто-то будто вталкивал их обратно.
К вечеру мужчина обрёл потерянную было способность мыслить, но чувство гадливости к собственному, замаранному чем-то гнусным телу осталось. На вид Андрей был цел и невредим, кожа его не зудела и не чесалась, но… Идея пришла к нему, как озарение. Несмотря на протесты Катрины, мужчина осторожно дошёл до автомобиля у дверей гостиницы и собрался сесть за руль, но тут к машине подскочила Эмма и заявила, что если Господин не позволит ей отвезти его туда, куда он считает необходимым, она бросится под колёса… Вернувшаяся в Золотой номер Катя втихомолку налила себе полную рюмку коньяка и выпила её залпом, даже не поморщившись…
* * *
— Господин! — обратился к Андрею одинокий охранник небольшого бассейна на набережной, с сомнением глядя на искрящуюся голубыми бликами воду, — Вы вправе делать здесь всё, что Вам заблагорассудится… Но пожалейте девушку, не заставляйте её…
— А девушку никто и не заставляет, — тихо, но жёстко оборвала его речь Эмма.
— Спасибо за заботу, молодой человек, — устало проговорил Андрей, — Не волнуйтесь, всё будет хорошо… Только отвернитесь, пожалуйста, не смотрите на нас и… полчаса не пускайте сюда никого.
— Так я и сделаю, Господин! — слабо улыбнулся охранник, вздохнул с видом человека, исполняющего свой долг, отошёл от бассейна и расположился таким образом, чтобы не видеть водной глади, но хорошо просматривать окрестности…
Эмма помогла Андрею раздеться донага и тревожно смотрела, как он медленно погружается в голубоватую воду. Мужчина отплыл на несколько метров от бортика, затем нырнул в глубину, чтобы через несколько секунд вернуться на поверхность воды и застыть на ней с разведёнными в сторону руками и ногами… Минут через пять Эмма встретилась взглядом с блестящими от восторга глазами мужчины, тихонько охнула, склонилась через бортик к воде и провела по ней рукой. Изумлённо взглянув на свою мокрую ладонь, девушка оглянулась, выглядывая охранника, и не увидев его, принялась снимать с себя одежду. Уже нагая, она ещё раз смущённо оглянулась, осторожно окунулась в воду бассейна и немного неловко поплыла к Андрею…
* * *
— Что ты сделала с нашим Господином? — спрашивала Катрина Эмму, с радостной улыбкой глядя на явно взбодрившегося мужчину, — Вы ездили в клинику?
— Э-э-э… В водолечебницу, — улыбнулся в ответ Андрей, а секретарша с удовольствием кивнула головой.
— Даже не слышала о такой… — пожала плечами Катя и, продолжая улыбаться, обняла обоих, — Но главное — помогло, а то я уж думала… Постой-постой, Эмма, а тебе в этой лечебнице предложили новую косметику?! Кожа гладкая, как у ребёнка… и будто чуть-чуть светится изнутри…
* * *
Через пару дней Андрей встречался с Сергеем и на его молчаливый вопрос ответил: «Ты во многом оказался прав, дружище! Но это надо пережить самому, иначе не поймёшь… Во всяком случае, если доведётся нам встретиться 22-го марта, мы отметим этот день, как памятную нам обоим дату…»



Глава 7
Дом Вершителей

Вход в приёмную находился с тыльной стороны здания Дома Вершителей. За массивную латунную ручку двери Андрей взялся с некоторым содроганием, хотя волноваться ему не было причины. Однако, эти двери с двумя Блюстителями по сторонам сами настраивали на тревожный лад. Внутри стояли ещё два Блюстителя. Андрей попытался было рассмотреть их краем глаза, но сделать это на ходу оказалось сложно, а замедлять шаг не хотелось вовсе. Просторные тёмно-серые плащи с капюшонами и странные маски на лицах — такой вот портрет мельком… За столом в приёмной стоял, именно стоял, а не сидел, молодой человек атлетического сложения в костюме с полуулыбкой на лице. Андрей предъявил ему свою Золотую карту, после чего тот кивнул и, сверкнув зубами, схватил телефонную трубку. Через минуту за Андреем пришёл другой молодой человек, близнец первого, и отвёл его в кабинет на втором этаже здания. Когда Андрей вошёл в комнату, навстречу ему поднялся из-за стола, улыбаясь во весь рот, мужчина средних лет, кошачьи повадки которого, совершенно не вязались с внешностью хорошо откормленного суслика.
— Добро пожаловать, Господин Андрей! Мы рады Вас видеть! — елейно провозгласил хозяин кабинета. Гость оглянулся по сторонам и, никого более не обнаружив, ответил:
— Здравствуйте, Господин…
— Михаил. Для Вас просто Михаил. Обращение «Господин» мы вполне можем оставить для других случаев, не правда ли?
— Разумеется, можем, — сухо ответил Андрей.
— Ну и прекрасно! Присаживайтесь, пожалуйста. Какой сорт виски предпочитаете?
— «Chivas Rеgal», пожалуй…
— Прекрасный выбор, — произнёс Михаил, наполняя два стакана, — Со льдом? Без содовой? Отлично. Курите, пожалуйста. Ну-с, за знакомство? Чудесный напиток, не правда ли? Итак, я готов Вас выслушать, Андрей. Или начать мне, как Вам удобнее?
— Начните, пожалуй, Вы, Михаил…
— Отлично. Итак, Андрей, я не склонен считать Ваш визит к нам случайностью. По всей видимости, Вы более-менее обжились в Княжестве, начали разбираться — что к чему, но этого Вам показалось мало, не так ли?
— Так.
— Отлично. Однако Ваш статус «Гостя» и Ваша Золотая карта позволяют вести восхитительно праздный образ жизни, развлекаться, ни о чём не задумываясь. Неужели, надоело?
— Ещё нет, — улыбнулся Андрей, — Но скоро надоест.
— Понимаю-понимаю… Вы подумываете о том, чем заняться через неделю-другую, когда праздность наскучит, и решили получить информацию из первых рук, так сказать?
— Вот именно.
— Что же, я не буду лукавить, Ваш интерес совпадает с нашим желанием познакомиться поближе с «Гостем» и, возможно, привлечь его к сотрудничеству. Но прежде мне хотелось бы понять, чем Вас так заинтересовал статус «Вершителя»?
— Имеющаяся у меня информация о Вершителях невелика и отрывочна, но анализируя её, я понял, что Вершители имеют то, чего нет у людей другого статуса, в том числе и у меня…
— И что же это? — заинтересованно спросил хозяин кабинета, лукаво улыбаясь.
— Власть, — жёстко ответил Андрей, прекрасно понимая, что именно это слово хотел услышать его собеседник.
— Отлично! И Вы хотите получить эту власть? Что же, тогда Вы пришли по нужному адресу.
— Прекрасно, Михаил, я весь внимание.
— Полагаю, Вы достаточно умны и проницательны, чтобы понять, что Вершителями становятся единицы, и путь этот для обычного обитателя Княжества долог и не прост… Однако, с Вами дело обстоит совсем иначе, на том простом основании, что Вы оказались здесь не обычным порядком, а так сказать, пришли со стороны… Если «Гость», да ещё и Обладатель Золотой карты решит прервать свой отдых ради выполнения высоких задач, мы обязаны познакомиться с ним, предоставить ему такой шанс и помочь им воспользоваться. А начнём мы, пожалуй, с поверхностного описания того, что Вы приобретаете, становясь Вершителем, не возражаете? Ещё виски?
— Не возражаю.
— Итак, Вершители практически не ограничены в своих передвижениях по Княжеству, в сфере своей деятельности, в привлечении Исполнителей, а при необходимости, и Служителей для своих нужд. Некоторые небольшие ограничения существуют только на территории Дворца Княгини, а по части использования людей в своих целях, только в согласовании с другими Вершителями, если они уже пользуются услугами вышеозначенных лиц. Разумеется, все возможные у нас развлечения доступны для Вершителей, при желании Вы можете придумывать что-то особенное и реализовывать собственные идеи. Это касается не только развлечений, разумеется, многие из нас владеют отелями, магазинами, фабриками… Как видите, возможности безграничны, а власть велика!
— И какова цена?
— О, с Вами приятно иметь дело, Андрей. Вы зрите в корень. Дело в том, что возможности и власть предоставляются действующим Вершителям, у которых имеется одна постоянная обязанность, вне зависимости от их пристрастий и рода побочных занятий. Эта обязанность — работа с Испытуемыми.
— А подробнее?
— Подробности имеют гриф ДВП (Для внутреннего пользования). И я могу продолжить разговор с Вами в этом направлении, только если получу от Вас устное согласие хранить эту информацию в тайне, вне зависимости от того, станете Вы кандидатом в Вершители или нет.
— Я согласен, — ответил Андрей без колебаний.
— Отлично. Итак, Испытуемые пребывают к нам не по собственной воле, как Вы, а по принуждению. Однако, это и есть естественный способ пополнения Княжества новым населением. Отсюда и наша первая задача — отбор Испытуемых на предмет целесообразности нахождения в Княжестве, а также их дальнейшего использования. Критериев много, Вы можете ознакомиться с ними позднее, если пожелаете. Большинство из них субъективны, то есть, по сути, судьбу Испытуемого Вершитель решает единолично и по собственному усмотрению. Испытуемый, не прошедший отбор Вершителя, передаётся Блюстителям. Если Испытание пройдено, Вершитель даёт заключение и рекомендации об использовании человека в качестве Исполнителя в той или иной сфере деятельности. Также он имеет возможность контролировать судьбу отобранного им нового Исполнителя и привлекать к работе для собственных нужд после того, как тот пройдёт необходимый карантин.
— Очень интересно, но как именно Вершитель проводит Испытание и сколько времени это занимает?
— Во времени Вершителя никто не ограничивает. На одного Испытуемого может хватить и нескольких часов, на другого может потребоваться месяц, хотя чаще всего испытание длится от двух дней до недели. У каждого Вершителя имеется специально оборудованный для работы коттедж, иногда используются другие помещения. Вершитель сам разрабатывает сценарий очередного Испытания, а в случае необходимости меняет его по ходу процесса. Изучить Испытуемого желательно достаточно тщательно, хотя это не всегда имеет решающее значение. Способы могут быть любые — от простого разговора до самой изощрённой…
— Пытки?
— Вы меня удивляете, Андрей!
— Отчего же? Ведь слово «Испытуемый», не только от слова «Испытание», но и от слова «Пытка».
— Вы абсолютно правы и мне нравится Ваша проницательность. Да, проверки и пытки могут быть любыми.
— А если Вершитель покалечит, а то и убьёт Испытуемого? — мрачно спросил Андрей.
— Крайне редко случается и такое, но предпочтительно рачительное использование материала.
— Материала? Хм… Понятно.
— Одно нужно знать точно. Каждый Испытуемый доставляется сюда по причине серьёзных порочных отклонений в своей жизни, нарушений, как правило, в половой сфере, причём, в подавляющем большинстве случаев, сознательных нарушений или преступлений. Поэтому, Испытание — не только акт насилия в той или иной степени, но обязательно…
— Половой акт?! — вздрогнул Гость.
— Совершенно верно. А потому, Вершители-мужчины обычно занимаются отбором Испытуемых-женщин, и наоборот. Впрочем, бывает и по-другому, это зависит от выбора Вершителя.
— Логично: убийцу следует неторопливо и со знанием дела убивать, вора обкрадывать самыми обидными способами, насильника… И, стало быть, такая работа с распутными Испытуемыми — обязанность Вершителя… Он совершает её в одиночку?
— Вы опять в точку, Андрей. В одиночку эта задача зачастую становится тяжёлой, а порой и не безопасной… Прошлое некоторых Испытуемых отягчено не только сексуальными проступками. Поэтому Вершители обычно используют специально обученных личных помощников или нанятых Исполнителей, а в исключительных случаях и Служителей для разовой помощи в Испытании. Иногда Вершитель только разрабатывает сценарий, наблюдает за Испытанием, контролирует его и выносит вердикт. Но это не распространяется на кандидата в Вершители.
— Да, Михаил. По-моему, пора перейти к разговору о кандидатах.
— Отлично. Обычному Служителю 1-го ранга, чтобы только попасть в кандидаты требуется пройти серьёзный тест на профессиональную пригодность, так сказать, окончить специальный курс и сдать суровый Экзамен… Вы же, как уважаемый Гость, становитесь кандидатом в Вершители сразу после того, как даёте на это согласие.
— Вот как? — изумился Андрей, — Но получается, что чрезвычайно ответственная работа возлагается на непроверенного и не обученного человека!
— Скажу Вам откровенно, риск имеется… Но Гости в наших краях — большая редкость, и один Ваш статус — лучшая рекомендация. Кандидатский минимум и станет проверкой и, одновременно, обучением для Вас… Итак, я продолжу… Информация о Вашем согласии вносится в закрытую часть Ваших анкетных данных. Вы получаете в своё распоряжение коттедж Вершителя и первого Испытуемого. Чтобы стать Вершителем Вам необходимо обработать троих, выбранных Вами лично из имеющихся Испытуемых, не привлекая к процессу помощников. Если Вы не справляетесь или отказываетесь от прохождения кандидатского теста, всё возвращается на круги своя. Разумеется, при обоюдном соблюдении тайны.
— А Вы отслеживаете процесс, Михаил? И как, вообще, осуществляется контроль?
— Я курирую только кандидатов в Вершители. У действующих Вершителей есть Советники, которые помогают в случае необходимости. А контроль минимален. Во всяком случае, никакой аудио и видеозаписи извне не ведётся, на основании Закона об исключительной конфиденциальности Испытания. По сути, даже при наличии помощников, Испытание — это всегда дуэль между преступником и представителем власти закона, на котором, сами понимаете, лежит полная ответственность за принятие окончательного решения. Кстати, помещения коттеджа Вершителя оборудуются скрытыми видеокамерами, но включаются они только по его желанию и для его нужд, даже если он ещё кандидат. Частенько это бывает очень полезно не только для постоянного контроля за Испытуемым, но и для просмотра ключевых моментов Испытания в записи для вынесения обоснованного заключения. По завершении работы Вы уничтожаете все эти материалы самостоятельно. Окончание работы — это вердикт Вершителя или кандидата в Вершители, а также данные о физическом, психологическом и эмоциональном состоянии Испытуемого, которые снимаются специальной медицинской службой до и после Испытания.
— Видимо, эти данные серьёзно меняются… — задумался Андрей.
— Безусловно. Но так и должно быть, не правда ли? — развёл руками Михаил.
— Да уж. Итак, если я решу пройти кандидатский тест Вершителя, мне нужно только уведомить Вас об этом?
— Да, Андрей. Но надеюсь, Вы понимаете исключительность своего положения и не отнесётесь к своему выбору легкомысленно.
— Легкомысленно? Всё оказывается ещё серьёзнее, чем я предполагал… Правильно ли я Вас понял: моя задача — единолично изучить Испытуемого, выяснить его наклонности, понять… э-э-э… являются ли его проступки последствиями невоздержанности, чрезмерной похоти, сексуальной распущенности или же они сопутствуют куда более тяжким преступлениям, закрывающим конкретному человеку дорогу в Княжество?
— Совершенно верно! — с улыбкой кивнул Куратор кандидатов, — Вам в помощь я предоставлю Свод Законов об Испытаниях. Он короткий, ёмкий и, разумеется, секретный… Из него Вы почерпнёте информацию о правах и обязанностях Вершителя. Есть и другие материалы, с которыми будет полезно ознакомиться перед практической работой…
— Несомненно… И, как я понял, очень не просто…
— Конечно, но Гость, мечтающий о власти, вряд ли страдает мягкотелостью! — хитро улыбнулся Михаил, — Не следует, однако, думать и о запредельных нагрузках. Обычно действующие Вершители проводят в месяц не менее одного, но и не больше трёх Испытаний, дабы исключить психологические перегрузки и связанные с ними неприятности. Каждое Испытание щедро оплачивается, но…
— Это для меня не главное, — прервал паузу Андрей, — В любом случае, полученная от Вас информация требует осмысления.
— А я не собираюсь торопить Вас, решение-то серьёзное, так ведь? — моментально отреагировал Куратор, — Правильно! Но как только Вы решитесь, мы встретимся и обсудим детали. Вы осмотрите свой коттедж, а я отвечу на Ваши вопросы и предложу первого Испытуемого на выбор. Впрочем, любопытства ради, можете посмотреть текущий список Испытуемых.
— Можно и посмотреть, а смысл есть?
— Увидеть своими глазами прибывших, с которыми нам приходится работать, лишним не будет. А если Вам кто-то приглянется в качестве потенциального первого Испытуемого, я смогу зарезервировать его для Вас, правда только на три, максимум пять дней. Если Вы не успеете решиться, им займётся кто-то другой.
— Что же, давайте попробуем…
— Давайте попробуем, — повторил за гостем Михаил, устанавливая на стол свой ноутбук, — Я рекомендую Вам присмотреться к этим четырём вариантам. Они, на мой взгляд, не должны быть сложными, а это важно для первоначального опыта. Вас интересуют только женщины?
— Да уж, пожалуйста… Мужчины с сексуальной точки зрения меня не интересуют вовсе, а это, как оказалось, немаловажно, — констатировал Андрей, — А, кстати, какого возраста могут быть Испытуемые?
— Возраст? — усмехнулся Михаил, — Теоретически возраст и внешность могут быть любыми. Но, во-первых, детей у нас не бывает в принципе. Правда, в последнее время девушки успевают набедокурить, едва созрев, но варианты моложе шестнадцати исключены категорически. Как, впрочем, и женщины почтенного возраста.
— С моей точки зрения, это приятная новость, — усмехнулся Андрей, — Но в чём причина такой избирательности?
— Никакой избирательности не существует, зато есть два важных и необъяснимых для всех нас нюанса. Первый заключается в том, что Испытуемые прибывают сюда с некоторой амнезией, что ли. Провалы в памяти у одних большие, у других очень большие. Чаще всего они помнят лишь некоторые события и эпизоды своего прошлого, и никакой закономерности в этом нет. Где находятся, они тоже не представляют, что естественно позволяет работать с ними почти с чистого листа. Это часто упрощает процесс, но в условиях дефицита сопутствующей информации об Испытуемых, напротив, усложняет… Но что интересно, возможно, в качестве компенсации за утерю памяти, Испытуемые пребывают сюда с внешностью, которая наиболее соответствует их ощущению себя. Это второй нюанс. Я понятно формулирую?
— Хотите сказать, что внешность и фактический возраст могут не соответствовать друг другу? Шестидесятилетняя женщина может помнить и чувствовать себя, например, сорокалетней и… выглядеть соответственно?
— Совершенно верно. Физически — сорок, а по прошедшему сроку жизни — шестьдесят… Или на вид двадцать, а по факту — тридцать пять… Очень распространённый случай и у женщин, и у мужчин…
— Лихо, — покачал головой Андрей, — Но звучит неправдоподобно.
— Тем не менее, длительный опыт работы с Испытуемыми подтверждает это предположение и практически исключает ошибку, — развёл руками Михаил, — Кстати, Вы вправе отказаться от Испытуемого, если он Вам решительно не подходит по физическим или каким-то другим параметрам… Имеющаяся у нас служба предварительной информации работает неплохо, что в большинстве случаев позволяет составить первое мнение об Испытуемом, хотя оно не всегда совпадает с действительностью.
— Хорошо, — немного успокоился Андрей, — покажите Ваши варианты.
— Пожалуйста. Вот это — проститутка со стажем, несмотря на свои реальные двадцать два года… Вот убеждённая, надо понимать, шлюха сорока шести лет, но вполне привлекательной наружности. Смотрится на тридцать, нет?.. Это — вообще топ-модель, со всеми вытекающими и втекающими. Думаю, вполне годится для начала.
— Не знаю, — засомневался Андрей, рассматривая фотографии очень высокой и стройной брюнетки лет тридцати, с каким-то стандартным лицом и тусклыми глазами, — Как-то она мне не очень, особенно, в качестве первой. Пустая и стервозная.
— Да Вы — физиономист, мой друг! Это может пригодиться… Но и с такими тоже надо работать. Далеко не худший вариант, — воскликнул Михаил, улыбаясь, — Впрочем, для первой Испытуемой желательно найти кого-нибудь помягче, что ли, так?
— Да, наверное… — пожал плечами Андрей.
— Ну, вот ещё вариант. Внешность, конечно, не блестящая… — Михаил вывел на монитор компьютера фотографии сорокалетней согласно документам женщины, выглядевшей не намного моложе. Она не отличалась красотой и стройностью, была несколько блёклой, что подчёркивали волосы какого-то соломенно-пегого цвета. Однако, что-то в её внешности зацепило Андрея, заинтересовало. Может быть взгляд карих глаз, пусть и не больших, но живых.
— А эта что наделала? — поинтересовался он.
— Эта, по нашим сведениям, никак не могла определиться с мужчинами. И до замужества, и во время. Изменяла мужу не часто, но с какой-то странной убеждённостью, что в этом есть существенная необходимость. А затем начинала относиться к очередному любовнику, как ко второму мужу… Закончилось всё плачевно. Впрочем, это уже не важно. Она здесь и с ней нужно работать, возьмётесь?
— Возможно, — задумчиво проговорил Андрей.
— Попробуйте… Я резервирую Ирину, так зовут эту женщину, для Вас, Андрей?
— Пожалуй, да…
— Отлично. Только, помните, что она будет ждать Вашего решения всего трое суток, начиная с этого момента…
Андрей вернулся в Золотой номер отеля задумчивый и взбудораженный. Выкурив несколько сигарет подряд в своём кабинете, он принялся что-то высматривать во всех, особенно плохо освещённых, уголках каждой комнаты номера. Катрина и Эмма молча наблюдали за Господином, не понимая, что происходит. Когда мужчина вернулся в кабинет, горничная вошла за ним.
— Мой Господин, простите, что отвлекаю, но мне хотелось бы поговорить с Вами, — очень серьёзно произнесла она.
— Поговорить? — непонимающе спросил её Андрей, но увидел в глазах Кати такое волнение и тревогу, что сразу пришёл в себя, — Конечно, милая… Через полчаса мы пойдём обедать в какой-нибудь ресторан, там и поговорим.
— С Эммой?
— Было бы несправедливо оставлять её здесь одну, — улыбнулся мужчина, — Или у тебя ко мне сугубо личный разговор?
— Нет-нет, с ней будет даже лучше, — взгляд Катрины прояснился…
Обедали в «Браге». Здесь было довольно людно и шумно, но казалась, что обычно предпочитавшего вкусно поесть в тихой и спокойной обстановке Андрея сегодня это вполне устраивало. Заняв столик в углу большого зала, в ожидании заказа, они пили аперитив, когда Катя не выдержала:
— Господин, по Вашему мнению, мы не заслуживаем доверия?
— Девочки мои! — начал мужчина, в принципе ожидавший подобного вопроса, — Возможно, я очень легкомысленный человек, но иначе не могу… Кому же мне доверять в этом мире, если не вам двоим?
— Уже легче… — выдохнула Катрина, — Тогда, возможно, Вы расскажите нам о своих проблемах здесь, в ресторане, если в Золотом номере Вам кажется разговаривать не безопасно?
— Догадалась? — усмехнулся Андрей, — Думаешь, мои опасения не беспочвенны?
— Не могу утверждать с полной уверенностью, но такая слежка за Вами кажется мне невероятной… Но хотелось бы понять суть возникших у Вас, а значит и у нас проблем.
— Ты так повернула вопрос, Катя, что мне не отвертеться, — почесал затылок мужчина, — Начистоту, так начистоту… С первого дня появления у меня секретарши, я поручил ей задание, связанное с поиском одного человека… Не правда ли, Эмма?
— Правда, Господин… Мой Господин! — поправилась секретарша и покраснела.
— Зачем это было нужно, могу я спросить? — Катрина обошлась без дежурного хихиканья.
— Видите ли, помимо знакомства с вами, целью моего визита в Княжество является выполнение ма-аленького поручения моего… хорошего знакомого.
— Помимо знакомства с нами? — открыла рот Эмма, не разобравшись сразу с тонким комплиментом Андрея, замешанном на английском юморе.
— Господин намекает, дорогая, что основная часть его визита в Княжество уже достигла цели, — с неподражаемым выражением лица произнесла Катрина, и Андрей затрясся от смеха, глядя на расцветающую в улыбке секретаршу. Меж тем Катя, всё-таки хихикнув, продолжила: — Однако, чтобы потом не отвлекаться на мелочи, следует поскорее закончить с этим маленьким поручением?
— Вот именно, — мужчина, хитро улыбаясь, смотрел на свою рыжеволосую бестию, наслаждаясь её тонкостью и рассудительностью, — Мне непременно нужно найти этого человека и передать ему одну вещь…
— Ваш медальон? — неожиданно спросила Эмма.
— Почему ты так решила? — оторопел Андрей, теперь поражаясь чутью своей белокурой помощницы, — Да, ты права… Удивительно… Признаюсь, что недооценивал вас обеих…
— Это только моё предположение, случайная догадка, мой Господин, — тихо произнесла секретарша, словно оправдываясь, — Мне ужасно не хочется, чтобы она нарушила… теплоту наших отношений.
— Не нарушит… Всё будет хорошо. Возможно, даже лучше, чем прежде, — уверенно заявила Катрина, поглядывая на встревоженную Эмму и задумчивого Андрея, — Особенно если наш Господин посвятит нас в проблемы своих поисков, а мы поможем ему…
— Пожалуйста, с вами я готов поделиться, если вы настаиваете, — пожал плечами мужчина, делая ударение на слове «с вами», — Но о какой помощи ты говоришь, Катя? Путь моих поисков ведёт во Дворец.
— Ох, так я и думала… — с горечью воскликнула секретарша.
— Говорю же, что ты умная, — улыбнулся Андрей и вздохнул, — Как вы помните, я посетил Дворец во время Дней Княгини, но сложно было найти там кого-то в это время…
— Поэтому-то Вы ездили сегодня на площадь Вершителей? — прямо спросила Катрина.
— Да, так и есть…
— Могу я сделать хоть что-то, чтобы уберечь Вас от следующего безумного шага, мой Господин? — с надрывом произнесла Катя, глаза которой наполнились слезами.
— Можешь, если предложишь другой, — спокойно ответил мужчина, наливая водку себе и женщинам, которые пили до этого момента только белый вермут, — Я долго думал, Катюша: а так ли безумны мои шаги, если другой возможности нет, а дело сделать надо?
— Вы что же, решили стать… Вершителем? — удивилась Эмма.
— А если и так? Вы обе будете относиться ко мне хуже? — спросил Андрей, опустошая свою рюмку и ковыряя вилкой поостывший стейк, — Захотите покинуть меня?
— Нет! — неожиданно горячо выпалила секретарша, — Но мне почему-то страшно…
— Да-да… Страшно… — кивала в задумчивости Катрина, — Я кое-что знаю о Вершителях, мой Господин, и тоже опасаюсь… Боюсь, что Вы измените своё отношение ко всем людям и к нам с Эммой, в первую очередь. Возможно, сами прогоните нас или… что-нибудь похуже… С другой стороны… Вы — не такой, как все и, наши опасения могут оказаться беспочвенны.
— Я в общих чертах представляю, что мне предстоит, Катя, и… не скажу, что мне это нравится… Но почему не попробовать? В конце концов, если всё это окажется противно моей натуре…
— Мой Господин, Вы же не развлечения ради хотите пробовать, а для того, чтобы стать Вершителем и получить постоянный допуск во Дворец, так?
— Да, но не в сам Дворец, там мне делать нечего, а в Архив Княгини…
— Понимаю-понимаю… Но получив статус Вершителя, Вы потеряете статус Гостя, Господин Андрей!
— Ну и что с того? — удивлённо спросил он.
— Статус Гостя временный… полгода, иногда год, насколько я слышала, и Вы возвращаетесь… туда, откуда прибыли… У Вершителя статус постоянный… Конечно, мы будем счастливы, имея возможность жить с Вами долго! Правда, Эмма? — состроила Катя забавную рожицу, но тут же посерьёзнела, — Но хотите ли Вы этого так же сильно, как хотим мы, Господин?
— Э-э-э, — растерялся Андрей, если и задумывавшийся о такой стороне вопроса, то вскользь и не серьёзно, — Давайте-ка, всё-таки, пообедаем, девочки мои… Остыла еда-то…
Ели медленно, без аппетита… Катрина и Эмма бросали быстрые, испытующие взгляды на Андрея, а он больше думал, чем ел… «Временный статус, постоянный — нет ничего более постоянного, чем временное… Неужели может так случиться, что я останусь в этом невероятном Княжестве навсегда? И так ли уж я тороплюсь вернуться назад?.. Как же хочется быть легкомысленным, положиться на случай и на чувства… А почему нет? К кому у себя дома я нынче испытываю такие чувства, как к этим двум замечательным, милым и желанным женщинам?.. Авантюра, говоришь? Раньше это называлось экспериментом… Потом ни времени, ни возможности, ни здоровья на авантюру может и не остаться… Буду ли сожалеть, если не вернусь домой вовсе? Помнится, в юности рвался в космос и чувствовал себя готовым к невозвращению… И какой это, тьма-тьмущая, дом, если тебя там никто не ждёт? А здесь я нужен и Катрине, и Эмме… Не знаю, почему и зачем, но чувствую — нужен!.. Поручение Хароныча выполню и… останусь с ними… Золотой кредитки меня, возможно, лишат, но Вершители-то хорошо зарабатывают…»
— Вам ещё интересно, девочки мои, проведёте ли вы ещё несколько месяцев с Гостем или…? — наконец произнёс мужчина вслух и, женщины обожгли его горячими взглядами.
— Ах, Господин, не томите! — не выдержала паузы секретарша, — Если бы Вы могли забрать нас с собой, когда соберётесь назад…
— В этом нет необходимости, Эмма, — легко выдохнул Андрей и уверенно произнёс: — Я остаюсь…
* * *
Мир вокруг преобразился, стало понятно Андрею, особенно когда они вышли из шумной «Браги» на улицу и неторопливо шествовали втроём по бульвару в сторону отеля. Катрина всё это время смотрела на него с неожиданно вернувшейся к ней недоверчивой робостью, а Эмма с нескрываемой радостью и облегчением… Андрей остро почувствовал, что в этом ещё малопонятном ему мире, в сумеречном Княжестве он уже не совсем чужой, он остаётся здесь надолго. Принятое решение открыло ему второе дыхание, и мужчина перестал сильно переживать тревожную и мрачную перспективу работы Вершителем, потому что после выполнения обязательств, он непременно вернётся домой к ждущим его чудесным женщинам. Также перестала его беспокоить и неизвестность поиска, Андрей почему-то приобрёл уверенность в том, что непременно найдёт «Архивариуса» и выполнит поручение Хароныча… Настроение троицы изменилось кардинально, и они ещё зашли ненадолго в ресторанчик отеля, а затем выпили по рюмке коньяка в гостиной своего Золотого номера. Впервые Андрей видел Эмму, плюнувшую на самоконтроль и хватившую лишнего…
— Чем же Вы займётесь, мой Господин, когда выполните поручение своего знакомого? — поинтересовалась она, — Кроме своих обязанностей, конечно…
— Не знаю, Эмма, — легкомысленно отвечал он, — Может быть построю дом в тихом месте, где будет жить наша семья? Начну книжки писать…
— Книги? — удивилась секретарша, — О чём же Вы станете писать?
— О читателях, — засмеялся Андрей, — О чём же ещё писать настоящему литератору?
— А мы подумали, что о нас… — с хитринкой улыбнулась Катя.
— Так вы и будете мои читателями! — улыбнулся мужчина и обнял их обеих…
В какой-то момент Андрею с Катриной показалось, что секретарше пора отдохнуть, и они ласково уложили слабо сопротивляющуюся женщину в её постель, где она мгновенно уснула…
— Мой Господин! — шептала сидящая на диване в гостиной Катя, поглаживая волосы лежащего головой на её коленях Андрея, — Вы решили остаться из-за важности поручения, которое обещали выполнить?
— Нет, Катюша, честно говоря, я даже не вполне понимаю степень его важности, — ответил мужчина, целуя прохладную и ставшую такой необходимой ладонь её руки.
— Но не из-за меня же? — голос девушки задрожал.
— Ну что ты… — тихо и легко засмеялся Андрей, — Это всё из-за женщин… двух прекрасных и удивительно близких мне женщин, имена которых…
— Эмма и Катрина, — закончила за него Катя, дождалась утвердительного кивка в ответ, порывисто обняла мужчину и принялась горячо целовать его лицо…
* * *
Этот день Андрей тщательно распланировал, хотя особенно не надеялся, что его план будет близок к реальности. Проснулся в 9:00, хорошо выспавшись. Легко, но питательно позавтракал. Дал указания Эмме и Катрине на тот случай, если будет отсутствовать несколько дней, а затем позвонил в Дом Вершителей. Михаил, похоже, ждал его звонка и предложил Андрею подъехать не на собственной машине, а на такси. Андрей вызвал машину через портье, взял собранный заранее портфель и двинулся на выход. Посреди гостиной столбом стояла Эмма с выражением глубокой тоски на лице. Мужчина усмехнулся, подошёл к ней вплотную, провёл рукой по её лицу, коротко поцеловал в губы, а затем слегка шлёпнул по ягодице. «Не грусти, я вернусь, как только смогу», — произнёс он и пошёл к лифту, где его дожидалась Катрина. «Э, нет! Так не годится. Если я не появлюсь завтра, то позвоню. Ясно? И не вздумай реветь!» — строго сказал Андрей, чмокнул готовую расплакаться девушку в щёку и, не давая ей опомниться, нырнул в кабину лифта. Автомобиль ждал его на улице. Ехать было всего ничего, и водитель домчал его за три-четыре минуты к Дому Вершителей, напоследок глянув на Андрея с испугом. К Михаилу его отвели немедленно.
— Итак, Вы приняли положительное решение, мой друг, — с удовлетворением констатировал Михаил, поздоровавшись, — Присаживайтесь, в ногах правды нет.
— Но нет её и выше, — угрюмо отреагировал Андрей.
— Да-а-а? — протянул Михаил и громко расхохотался. — Сами придумали? Да Вы сегодня философски настроены, нет?
— Я настроен работать.
— Отлично. У меня всё подготовлено. Вам нужно только нажать указательным пальцем на эту кнопку моего компьютера… Вот так. С этого момента Вы официально являетесь кандидатом в Вершители. Сейчас мы отправимся в коттедж N14 Южной Зоны, который теперь закреплён за Вами. Машина уже ждёт. В дороге обсудим детали. Только один вопрос: Вы не будете менять Испытуемого, такая возможность имеется? Нет? Тогда Ирина будет доставлена в коттедж, как только мы осмотрим его, всё уточним, и Вы подтвердите готовность. Я сохранил её для Вас, как мы и договаривались.
— Что же, пусть будет так. Едем?..
* * *
Южная Зона располагалась на самой окраине города. За очень высоким забором располагалось два внушительного вида особняка и пару десятков одинаковых коттеджей по обе стороны от центрального проезда. Здания располагались довольно далеко друг от друга, каждое окружала живописная разновысокая каменная ограда. По всей видимости, в каждом имелись подземные гаражи, служившие и одним из входов в дом. Гараж 14-го коттеджа был просторным, две машины поместились бы здесь свободно. Андрей с Михаилом поднялись по лестнице в дом. На первом этаже располагалась гостиная, очень удобный кабинет, небольшая, но функциональная кухня, просторная ванная, а также рабочая комната, как назвал её Михаил. На втором этаже под двускатной крышей что-то вроде курительной комнаты с бильярдом, а также шикарная спальня, служившая и ещё одной рабочей комнатой. Была и третья, в подвале, где хватило места и сауне с небольшим бассейном и комнатой отдыха. Каждая рабочая комната была оборудована своим санузлом, совмещавшим туалет и душевую кабину.
— Работать с Испытуемым Вы можете в любом помещении по своему желанию, все они легко закрываются при необходимости, а открываются с помощью сенсора, реагирующего на нажатие Вашего и только Вашего пальца. Однако, три рабочие комнаты специально оборудованы для Испытания. Возможно удалённое управление дверями, скрытыми видеокамерами и ещё несколькими устройствами с Вашего компьютера в кабинете. В одну из рабочих комнат будет доставлен клиент, когда Вы подтвердите готовность его принять.
— Клиент? А, ну да…
— Рабочие комнаты отличаются антуражем, — продолжил Куратор, — Посмотрим?
Верхняя рабочая комната («Белая», как назвал её для себя Андрей) оказалась просторным будуаром с зеркалами, белым мягким диваном, туалетным столиком солидных размеров, двумя белыми креслами и широкой кроватью под палантином. Кружевное постельное бельё, мягкие шторы на окнах, текстильная драпировка стен, даже зеркальный шкаф-купе во всю стену — всё было очень светлым и изысканным. Здесь вполне можно было принять, например, даму с претензиями. Средняя рабочая комната («Зелёная») была поменьше и гораздо скромнее. Но и здесь присутствовали два кресла, столик, шкаф и двуспальная пружинная кровать с никелированными спинками. Нижняя («Чёрная») рабочая комната явно годилась для садомазохистских опытов. Кожаная кушетка с подъёмным механизмом, специально оборудованная стена, какое-то хитрое клеёнчатое кресло — всё это было чёрного цвета. Михаил показал возможности кресла-трансформера, как он его назвал, а также предназначение верёвок, шнуров и цепей, висящих по стенам и под потолком. «Во я попал!» — подумал Андрей, разглядывая мрачноватый антураж… Они вернулись в гостиную, бар в которой оказался укомплектован весьма недурным набором напитков, а выпить по рюмке показалось очень кстати.
— У Вас есть какие-то замыслы по работе со своей первой Испытуемой, Андрей?
— Есть несколько идей, но пока я определился только с местом — это будет Зелёная комната.
— Отлично. Если хотите, подумайте, поразмышляйте ещё. Можете импровизировать по ходу дела, иногда отлично получается. В любом случае, я всегда готов дать Вам дельный совет по телефону. Кстати, рекомендую Вам доставить Ирину в комнату прямо сейчас, и додумывать сценарий испытания, наблюдая за ней с помощью скрытой камеры и компьютера в кабинете. Камеры стоят во всех помещениях, но Вы можете отключать, включать и настраивать любую из них. Короче, вот Вам кодовый номер Испытуемой Ирины, вот телефон, вот номер для вызова клиента. Мой телефонный номер Вы знаете, Андрей, а по этому можно заказать дополнительные предметы одежды, аксессуары, приспособления или что-то ещё, что Вам может понадобиться. В принципе, здесь много всякого разложено по шкафам, — усмехнулся Михаил, — а с Испытуемой привезут ещё некоторые предметы одежды её размера и разложат их в шкафу той комнаты, которую выбрал Вершитель. Мои разъяснения понятны?
— Вполне. И нечего тянуть, — хрипло произнёс Андрей, понимая, что если не сделает это сейчас, то может не сделать никогда. Снял трубку телефона и набрал номер…
* * *
Уже минут сорок Андрей тупо глядел на экран монитора, курил и цедил коньяк. Женщина в Зелёной комнате спала на пружинной кровати, и это сбивало его с толку. Куратор Михаил уехал через пять минут после того, как Андрей оформил вызов Испытуемой. Привезли её минут через двадцать. Взгляд Андрея буквально прилип к экрану, когда два Блюстителя вводили женщину в комнату и убирали в шкаф какие-то вещи. Складывалось впечатление, что она совершенно не понимала, что с ней происходит, где находится и как сюда попала. Пару минут Ирина вяло озиралась по сторонам, потом безуспешно попыталась открыть дверь комнаты. Затем, вдруг, зевнула, сняла с себя джинсы и блузку, легла на кровать и уснула. «Войти, разбудить и устроить скандал, чтоб не спала неизвестно где!» — раздражённо проговорил Андрей и рассмеялся. Ему хотелось толково разобраться со своей первой Испытуемой, вникнуть в суть процесса, а силовой подход вряд ли добавил бы ясности. Мужчина вспомнил теоретический курс, который изучал накануне. «Испытуемые, не поставленные перед фактом появления Вершителя, как некоего должностного лица (как, например: представитель власти, врач и так далее, а возможно и родственник), могут непредсказуемо идентифицировать его на основании собственных ассоциаций, отрывочных смутных воспоминаний, подозрений, страхов или скрытых желаний и фобий».
— Так даже интереснее. Будем импровизировать. Но, нужен ход! — подумал Андрей, и тут его осенило. Он взял в руки телефон и нажал кнопку местного вызова. В Зелёной комнате зазвонил телефон. Ирина замычала, просыпаясь, открыла глаза, повернулась на звук, увидела телефонный аппарат и подняла трубку.
— Алло, — сонно произнесла она.
— Ира, ты дома? — глухо проговорил Андрей.
— Дома, — неуверенно ответила женщина, — А кто это?
— Ты что, не узнала? Ты одна?
— Одна. Только я что-то не могу вспомнить…
— Ир, ну, ты что? Мы же договаривались, что я сегодня зайду! Это я, Виталий! — ляпнул Андрей.
— Виталий? А-а-а… Да-а-а… Я просто заснула. Ты уже около дома? Квартира N 50, заходи…
Андрей положил трубку, закурил, ухмыльнулся и, качая головой, стал наблюдать по монитору, как женщина, протерев глаза и поправив волосы, надевает джинсы и застёгивает блузку. Когда она начала поправлять бельё на кровати, он сказал себе «пора» и вышел из кабинета, плотно закрыв дверь. Через несколько секунд Андрей постучал в дверь Зелёной комнаты.

— Да-да…
— Привет! — жизнерадостно воскликнул он, входя в комнату и, на всякий случай, закрывая за собой дверь.
— Привет… Виталий? — растерянно посмотрела на него женщина.
— Ир, да ты что, своих не узнаёшь? Конечно, Виталий! Учились же вместе! Сто лет назад, правда. Но вчера-то больше часа по телефону говорили! Сама же в гости звала… А ты ничуть не изменилась…
— Ой, Виталик, извини! Ты, наоборот, изменился очень, сразу не узнать. Да и голова у меня сегодня какая-то странная. То спать тянет, то не проснусь никак…
Если спросить Андрея, о чём они говорили последующие пятнадцать минут, он только недоуменно пожал бы плечами. Так, вероятно, общаются все люди, которые не виделись 10 — 15, а то и все 20 лет. Однако, когда женщину понесло в опасные «а помнишь?», Андрей отреагировал немедленно.
— Ир, а кофейком-то напоишь?
— Ой, да что со мной сегодня. Конечно-конечно. Пойдём на кухню? — Ирина попыталась открыть дверь, пожала плечами… Андрей, тихо усмехнувшись, незаметно дотронулся пальцем до сенсора, и вторая попытка женщины оказалась удачной. Затем он легонько, под локоть, направил её в сторону кухни. А уж на кухне большинство женщин ориентируется быстро, даже на чужой.
— А куда я кофе-то положила? Да вот же он. Тебе чёрный? — целенаправленные действия вернули в её жизнь осмысленность, чему Ирина явно радовалась.
— А помнишь, — эту тему Андрей решил прочно держать в своих руках, — с чем мы раньше любили пить кофе?
— С чем?.. С ликёром, да? Помню! «Amaretto». Только сейчас такого не найдёшь, пробовала недавно какой-то, никакого сравнения. Ты куда?
— Я на минуту, — пока женщина наливала свежеприготовленный кофе в чашки, Андрей быстро сходил в гостиную и открыл бар. К его радости там стояла тяжёлая бутылка, где под большой квадратной пробкой находился тот самый напиток, который, как оказалось, нравился Ире, — Ир, я тут взял пару бокалов из гостиной, ничего?
— Да… А зачем они нам? — неопределённо ответила женщина.
— А вот зачем! — торжественно проговорил мужчина, вынимая из-за спины бутыль.
— «Amaretto»! Тот самый? Ты принёс с собой?
— Принёс. Тот самый, а может и ещё лучше. Сейчас попробуем, — провозгласил он, откупорил бутылку и разлил жидкость по бокалам. По кухни поплыл благородный, хотя и на любителя, запах миндаля, — За встречу!
— За встречу! — подтвердила Ирина, дотронулась своим бокалом до бокала мужчины и сделала небольшой глоток, потом большой глоток, и зажмурилась от удовольствия, — Какая вкуснятина! Ты прав, кажется даже лучше, чем тогда…
— Я знал, что тебе понравится, — скромно подтвердил Андрей.
— Виталик, так это ты специально для меня?! Какой ты молодец! — она подошла к нему, блеснула глазами, чмокнула в щёку и сразу вернулась на место за столом напротив мужчины, — Какая у тебя память! А что ещё помнишь?
— Я многое помню, Ирочка, — таинственно произнёс Андрей, закуривая, — Но сейчас твоя очередь…
— Мы курим на кухне? — женщина забеспокоилась, пытаясь что-то вспомнить, — Ах да, на кухне мы курим. Сейчас включу вытяжку. А ты не видел мои сигареты? Нет, спасибо, твои, наверное, крепкие для меня.
— Подожди, кажется, я их где-то видел, — Андрей жестом остановил порыв Ирины заняться поисками сигарет. В гостиной, всё в том же безразмерном баре лежали сигареты нескольких марок, он взял какие-то тонкие, в красной пачке, очевидно дамские, и вернулся на кухню, — Эти?
— Да, Виталик, спасибо, — поблагодарила его Ира, — Ты всегда был таким внимательным…
— И это всё, что ты обо мне помнишь? — с упрёком в голосе произнёс мужчина.
— Не обижайся, у меня что-то с памятью, особенно сегодня. Давай выпьем ещё немного, и я, возможно, что-то вспомню, — кокетливо ответила Ирина, — С тебя тост!
— Тост? Но он сегодня очевиден, — воскликнул Андрей, — За нас!
— За нас? Ну, пусть будет так. Хотя это несколько… странно, — Ира наморщила лоб, опять пытаясь что-то вспомнить, выпила бокал до дна, сладко облизнулась и снова задумалась.
Андрею эта задумчивость оказалась очень кстати, он неспешно курил, потягивая кофе, и рассматривал свою клиентку. В её лице он не видел ничего выдающегося. Небольшие карие глаза, небольшой нос, небольшие, но аппетитные губы, слегка растрёпанные волосы соломенного цвета. Всё это было заметно тронуто налётом прожитых лет. Впрочем, её тело среднего сложения, похоже, сохранилось хорошо. В общем, Андрей не нашёл в ней ничего особенного, но почувствовал какой-то интерес к Ирине ещё несколько дней назад, когда рассматривал её фотографии. После ближайшего рассмотрения интерес не пропал, и к нему добавилось несколько неожиданное, но устойчивое желание обладать ею. Впрочем, влечения такого рода в тёмном Княжестве перестали его удивлять…
— Ты что-то хотела спросить, Ира? — прервал он раздумья женщины.
— Да, Виталик, — протяжно произнесла она, — Ты говорил, что многое помнишь…
— Например, наш первый поцелуй! — закинул удочку Андрей, — Вспомнила?
— А? Да… Смутно. Это было так давно… А вчера? Мы говорили о чём-то, а я забыла…
— Ничего важного не было сказано, и помнить нечего. Мы с тобой решили, что нам обязательно надо встретиться, и ты пригласила меня сегодня в гости. Я и не рассчитывал встретиться с тобой так быстро, но ты сказала, что сегодня очень удобный день.
— Да, это я, кажется, помню… Сегодня — удобный день, — подтвердила Ирина и тут же неожиданно спросила, — А почему он удобный?
— Ну, это тебе лучше знать, — подготовил Андрей следующий экспромт, — Достаточно свободного времени… Ты ещё говорила, что мужа не будет дома.
— Что?! Муж! — вскрикнула женщина, — Ну, конечно же… Он вернётся, а ты здесь… Мы здесь курим, пьём…
— Ир, успокойся. Сама же сказала, что его не будет! Всё нормально. Лучше выпей ещё ликёра…
— Нет, не надо. Я буду пьяная… Муж увидит и…
— Не увидит. Ты вчера сказала, что его не будет весь день до ночи, — продолжал развивать тему кандидат в Вершители.
— Я сказала? Ты уверен, что я именно так говорила? Да? Ну, хорошо… А сколько времени? Два часа дня? Я так разволновалась, — с лёгкой истерикой в голосе сказала Ира, — Виталий, ты извини, но у меня дома не бывает посторонних мужчин…
— Ну, во-первых, я не посторонний, — веско заметил Андрей, но Ирина с сомнением покачала головой, — А во-вторых, ты можешь ему позвонить…
— Правильно! На мобильник, — просияла женщина, нашла глазами телефон, набрала номер и стала внимательно вслушиваться, бросив на Андрея строгий взгляд и прижав палец к губам, — Так, ага. Его телефон выключен или временно недоступен.
— Это хорошо или плохо?
— Это хорошо. Он всегда отключает его, когда работает.
— Ну и замечательно, — выдохнул мужчина, — А то, я тоже начал нервничать. Предлагаю выпить для успокоения нервов, покурить, а потом поменять обстановку…
— Да? Ну, это правильно… А здесь проветрим, ты откроешь форточку?

Через несколько минут они вернулись в Зелёную комнату. Ирина села на кровать, ему предложила расположиться в кресле, но Андрей так стремился быть рядом с ней, что она уступила, окинув его оценивающим взглядом. Он уселся, едва касаясь её плеча, и следующие двадцать минут молол невообразимую чушь о том, как она всегда интересовала и привлекала его. Ира слушала внимательно и с удовольствием, удивлялась, сомневалась, соглашалась и неожиданно «вспомнила», что Виталий был женат. Мужчина коротко ответил ей, что давно развёлся и продолжил монолог о ней, о себе и о том, как хорошо, что они встретились, удивляясь собственной многословности. Всё это время он не сделал ни единой попытки, ни обнять Ирину, ни даже просто коснуться её тела.
— И я до сих пор нравлюсь тебе, Виталий? — томно и трепетно спросила Ирина, многозначительно взглянув на мужчину.
— Да, Ира, — сокрушённо промолвил он и положил руку на её бедро, обтянутое джинсами. Женщина вздрогнула и тотчас молча прижалась к нему, положив голову на его плечо. Андрей выждал несколько секунд, а затем сжал Ирину в своих объятьях и принялся целовать её губы. Ира тут же обхватила его спину одной рукой и ответила жаркими поцелуями, дыхание женщины стало тяжёлым и звучным. Тогда мужчина, пуговка за пуговкой, расстегнул блузку на её груди. Женщина молча продолжала целовать его, громко дыша. Он залез рукой под лифчик и властно схватил довольно большую и приятную на ощупь грудь. Ира застонала, и Андрей принялся быстро раздевать женщину, не забывая поглаживать и целовать её лицо, шею, плечи и груди.
— Что же мы делаем? — томно вопрошала Ирина, лёжа в постели на спине в одних трусиках. Мужчина ещё стоял на полу, но уже абсолютно голый.
— Не волнуйся, Ирочка! Всё правильно делаем, — пропел он, как заклинание, и лёг рядом, припечатав поцелуем её голову к подушке. Рука мужчины продолжила своё эротическое путешествие… Ира горячо обнимала и целовала его, сначала с опаской, а потом всё смелее трогая возбудившуюся мужскую плоть. Через несколько минут Андрей оторвался от ахающей и постанывающей женщины, спустился ближе к гладким, не лишённым стройности ногам и рывком стащил с неё последнюю одежду… Ира застонала ещё громче, прикрыла рукой глаза и громко тяжело задышала в предвкушении. Тогда мужчина прижался к ней своим естеством и, с удовольствием отметив судорожное движение женского тела навстречу, резко качнулся вперёд. Томно вскрикнувшая Ирина и не думала его останавливать…

— Виталик! Ты… Мы… Что ты наделал? — удовлетворённо шептала женщина десятью минутами позже, всё ещё лёжа на спине и пытаясь руками прикрыть свою наготу.
— Всё хорошо, Ирочка. Отдыхай, — Андрей сидел рядом с ней на постели, свесив ноги, и поглаживал её влажные от пота бёдра и живот.
— Да? А ты? Скоро уходишь? Может быть кофе? Я отдохну немного…
Мужчина встал, собрал свои вещи с пола и вышел из комнаты, тихо, но плотно прикрыв дверь. Спустя пятнадцать минут, посвежевший после душа, он сидел в кабинете перед компьютером в чёрном шёлковом халате с эмблемой Вершителей на голое тело и размышлял, наблюдая за спящей в Зелёной комнате нагой женщиной. «Спать ей не давали, что ли? Странно… В принципе, здесь всё ясно. Случай действительно не сложный. Но делать окончательные выводы на основании пары часов знакомства, пусть и приведшего в постель, наверное, неправильно. Да и что я, собственно, о ней узнал? Что ей легко запудрить мозги и соблазнить? Это ничего не значит… За что она попала сюда в Испытуемые? Серьёзных проступков за ней нет наверняка. Значит, речь идёт о хронических нарушениях в половой сфере, как выразился Михаил. Может Ира по жизни не может разобраться со своими мужчинами или ей просто не везёт? Нужно дать ей шанс или… Довести её до кондиции. Кстати, хорошая идея»…
Андрей зашел в комнату к Ирине, открыл шкаф, покопался в нём и достал плотную повязку для глаз, которую тут же приладил на лицо спящей женщины, и пару прочных верёвок. Одной он связал её руки, безвольно лежавшие на постели около груди, а другой ноги на щиколотках. Ира и не думала просыпаться. Мужчина повертел в руках кляп, закреплённый на резинке, положил его на кресло и вернулся в кабинет… Дело было к ночи, Андрей собрался было позвонить в свой Золотой номер в отеле, но передумал. Он немного перекусил, расслабился, спать не хотелось совсем. Мужчина глянул на монитор, Ира продолжала спать, он чертыхнулся и встал. В Зелёной комнате Андрей вставил кляп в рот спящей на спине женщине и сел в кресло, обуреваемый желанием грубо разбудить её. Раздражаясь от минуты к минуте всё более, он снова залез в шкаф и вынул оттуда плётку из мягкой кожи, рукоятка которой была выполнена в форме фаллоса средних размеров. В этот момент Ирина начала просыпаться, издавая нечленораздельные звуки через кляп. Андрей перевернул её на живот и не сильно ударил плёткой по её обнажённой заднице. Женщина вскрикнула. Он продолжил, ударяя то немного сильнее, то совсем слабо, иногда хватая её рукой за ягодицы. Ира вскрикивала, постанывала, а потом сделала попытку что-то сказать. Мужчина извлёк кляп из её рта и шлёпнул ладонью по ягодице не сильно, но звонко.
— Нет! — громко запричитала Ирина, — Не надо. Не бей меня! Толя, это ты? Развяжи меня. Я ничего не сделала. Ай! Я не виновата!
— Врёшь! — грозным глухим голосом рявкнул Андрей, приподнял её задницу и обрушил на неё град ударов. Он вовсе не стремился сделать пытку болезненной, но женская попа изрядно покраснела.
— Не надо, я прошу тебя, Толенька! Пожалуйста! Ничего же не было…
— Врёшь!
— Ну, милый, я же не виновата! Ай! Не бей меня, я всё расскажу, — взмолилась она. Мужчина опустил плётку, сел в кресло и закурил в ожидании поучительного повествования, которое тут же и последовало, — Это какой-то кошмар! К нам зашёл неизвестный тип, очень страшный такой… Он угрожал мне ножом, раздел меня…
— Врёшь!
— Нет, это правда, — захныкала Ира, — Он повалил меня на кровать и… насиловал… долго! Я не могла сопротивляться, он был такой сильный!.. Толенька, прости!
— Хм… — кандидат в Вершители встал и схватил женщину за промежность.
— Ах, Толя, — застонала она, — Возьми меня, если хочешь…
— Ну, хитра! — произнёс Андрей своим обычным голосом и сорвал повязку с её глаз.
— Виталий?! Как ты посмел?! — закричала Ирина в голос, — Развяжи меня немедленно и убирайся прочь! Негодяй! Извращенец! Самец!
— Какой Виталий, крошка? — самым развязным тоном, на который был способен, произнёс он. Женщина попыталась было отстраниться, но он схватил её за волосы у затылка, она вскрикнула и замерла. — Забудь про Виталия, и про Толю забудь…
— Как? — всхлипнула Ира, — Он же мой муж…
— Был.
— Вы убили его!
— Да замолчи ты! Зачем его убивать? Он и сам прекрасно помрёт, когда придёт время. А вот ты… Ты хоть знаешь, где находишься? Оглянись вокруг…
— Не знаю, — прошептала Ирина, — В Турции?
— Где?! — Андрей отпустил женщину и упал в кресло, содрогаясь от хохота. Потом немного успокоился, снова закурил и иронично изрёк: — Конечно, мимо… Но ход твоих мыслей мне нравится.
— Не убивайте меня, Господин! — воскликнула она.
— А ты умненькая! Теперь ты назвала меня правильно. Только, что же, я так похож на убийцу?
— Нет, Господин, но… Вы могли отдать приказ, чтобы завладеть мной и избавиться от него…
— Тобой я уже завладел, как видишь, а он мне не интересен, — проговорил мужчина, не торопясь освобождать Испытуемую от пут.
— Да? Я Вам верю…
— Да неужели?.. Иди ко мне, — Андрей развалился на кресле, Ирина сползла с постели и, очутившись у его ног, перехватила недвусмысленный взгляд, поёжилась и медленно, с испугом распахнула чёрный шёлковый мужской халат.
— Пожалейте меня, Господин! Я не такая… Может Вы всё-таки Виталий, а?.. Может быть это игра? Я была бы согласна…
— Вот как? — удивился мужчина, — И на что ты согласна?
— Поиграть немного…
— Немного? Это мне не подходит!
— Виталик, ты же хороший! — вернулась на «ты» Ирина, но Андрей решил пока не обращать на это внимания, — Ты умный и должен понимать, что я не такая, чтобы… Я замужем!
— Ну и что? — холодно ответил «Виталий», — Это не помешает мне играть с тобой!
— Ах, всё-таки, играть? — обрадовалась она и осмелела, почувствовав хозяйкой положения, несмотря на связанные руки и ноги, — Я, конечно, не буду ничего тебе обещать… Но мы можем созваниваться, иногда встречаться, играть… Ну я не знаю, может быть и играть даже… Сегодня ты — Господин, я — твоя пленница… Но в следующий раз уже я буду Госпожой, а ты моим слугой!
— Интересно, — мужчина решил некоторое время идти у Испытуемой на поводу, — И что же будет требовать от слуги Госпожа?
— Требовать? — настроение Иры сменилось кардинально, она, казалось, была уже вполне готова повелевать, — Госпожа будет требовать послушания, подобающего обхождения, ласковых слов и тогда…
— А если слуга не подчинится? — перебил Андрей.
— Не подчинится? Как это… Он должен! Это же правило игры! — возмутилась Ирина, — И вообще, Виталик, прекрати это и развяжи меня! Я не хочу больше сидеть тут перед тобой голой!
— Зато я так хочу, и вот так хочу… — резким движением он прижал её лицо к низу своего живота, — И это тоже правило игры.
— Нет! Не надо, — глухо, безуспешно пытаясь вырваться, промычала Ира, — Я не буду в это играть…
— Будешь! Ещё как будешь! — зарычал Андрей и оттолкнул от себя женщину, — Я не Виталий и даже не твой Господин, но ты моя самка. Это ясно? Жалеть я тебя не собираюсь, и мне плевать, на что ты согласна, а на что нет. Поняла?
— Да… Вы мой сутенёр? — мигом поникла она и просительно дотронулась до его колена связанными руками. — Я же не гожусь в проститутки. Я уже не молода…
— А если мне нравятся опытные женщины? — усмехнулся Андрей, развязывая руки Ирины.
— Вам нравятся? Вы хотите, чтобы я принадлежала только Вам? — спросила Ира и начала, с опаской, но нежно поглаживать мужчину освобождёнными руками.
— Даже и не думай на это надеяться, — жестоко заявил мужчина, — Но от меня во многом зависит твоё теперешнее существование и… будущее тоже. Подумай об этом хорошенько и… поработай, Ирочка.
— Но я не могу так… не умею… Не надо, Господин!
— Надо. Не капризничай!
Женщина жалобно застонала и прилежно, не торопясь, но с надрывом провинциальной актрисы, выполнила его приказание до конца… После завершения процесса, она удовлетворённо провела языком по своим губам и вопросительно подняла взгляд. Андрей полулежал в кресле, прикрыв глаза, но ровно настолько, чтобы продолжать наблюдение за женщиной, поведение которой поражало его своими перманентными изменениями.
— Я всё сделала правильно? — тоном глупой школьной отличницы спросила Ирина, — Вам понравилось, Господин?
— Да, Ира, это у тебя хорошо получается, — саркастически улыбнулся Андрей, встал с кресла и запахнул халат, — Пойду сочинять рекомендательное письмо для тебя.
— О, Господин, можно я пойду с Вами? Я не буду Вам мешать, — кротко попросила Ира, умоляюще глядя на Андрея, — Мне будет плохо здесь одной.
— Пошли, но веди себя смирно, — начальственным тоном произнёс мужчина, достал из шкафа и бросил ей халатик из необычной прозрачной и гладкой ткани. — Какая забавная вещица, тебе нравится?
* * *
Следующие полтора часа Андрей провёл за компьютером, вымучивая формулировки отчёта о работе с Испытуемой, а она искала себе уютное место в кабинете, несколько раз попыталась расположиться у его ног. Это отвлекало от дела, но в результате отчёт был готов. В нём кандидат в Вершители характеризовал Ирину, как убеждённую и довольно безвредную шлюху, которую он рекомендовал после обучения направить Исполнителем в какое-нибудь относительно тихое место, типа отеля, ресторана, магазина или видеотеки. Пару цитат из своего опуса Андрей прочёл Ире, уморительно глядевшей на него честными и преданными глазами.
— Я могла бы работать продавцом, горничной, даже официанткой, — кивнула она, — Только я уже не молода и не отличаюсь яркой внешностью.
— Это, как раз, не проблема…
— То есть?
— Здесь ты можешь пройти процесс омоложения и даже изменить свою внешность по желанию.
— Да?! Но это, наверное, безумно дорого, — предположила Ирина.
— Если ты имеешь в виду деньги, то бесплатно, — усмехнулся Андрей, и глаза женщины удивлённо округлились, а он задумчиво продолжил: — Только, видишь ли… Я думаю, что всё в жизни имеет цену, часто немалую. Изменение внешности тоже. Так что, решать тебе.
— Вы рассказываете необычайные вещи! Я даже не знаю… А как Вы бы поступили на моём месте?
— Я не буду давать тебе советы, Ира. Такое каждый решает сам для себя.
— Простите, но может быть, это отчасти означает, что я Вам понравилась?..
— Хм… — усмехнулся Андрей, — Любопытный вывод. Может и так… Ты — иногда забавная, неглупая и весьма сексуальная женщина.
— Тогда у меня, всё-таки, есть шанс, что Господин оставит меня при себе.
— Нет, Ира. Я уже говорил, что это и в принципе маловероятно, а в ближайшее время просто невозможно.
— Маловероятно и не в ближайшее время. Что же мне сделать, чтобы Вы обо мне не забыли? — почти шёпотом проговорила женщина, наблюдая, как Андрей, захлопнув дверь, раскладывает диван напротив компьютерного стола.
Он решил отправить отчёт Михаилу позже, а сейчас немного вздремнуть. Не столько само Испытание, сколько подготовка к нему и нервное ожидание утомило Андрея. «Всё произошло довольно быстро и просто, — думал он, — Интересно, а действующие Вершители работают иначе? Не знаю, по-моему, Испытуемую важно понять и… прочувствовать… И уж конечно, Ирине тёмное Княжество в самый раз…» Разумеется, можно было отправить Иру, а потом поспать, но ему было её немного жаль… «Кто сказал, что я имею права судить эту женщину? Куратор кандидатов в Вершители Господин Михаил? — продолжал сомневаться Андрей, — С другой стороны, меня наделили этим правом официально и, если я не буду относиться к обязанностям Вершителя формально, попробую доброжелательно и без предубеждений разбираться в Испытуемых, проявлять к ним не жестокость, а милосердие… В конце концов, почему не я?» Засыпая, мужчина уже не мучился сомнениями о справедливости своего вердикта. Он думал о том, что с первой Испытуемой ему повезло, что ужасы, на которые намекала Катя, не происходят, да и атмосфера в коттедже Вершителя перестала быть гнетущей… О том, что Испытание на Испытание не приходится, кандидат в Вершители поразмышлять не успел, забывшись тихим сном…
* * *
Проснулся Андрей часа через три или четыре, неплохо отдохнув. Ирина лежала, свернувшись калачиком, в его ногах и смотрела на него блестящими глазами, исполненными какой-то особой решимости. Он потянулся и вопросительно посмотрел на женщину.
— Ты так сладко спал, — вкрадчиво начала она, но увидев проступающее на его лице недовольство, тут же исправилась, — Ой! Простите меня, Господин! Вам хорошо спалось? Да? Ну и прекрасно… А я не спала и придумала, как сделать так, чтобы Вы меня запомнили.
— В самом деле? Но, может быть, ты сначала сваришь кофе? — ворчливо произнёс мужчина, потирая глаза.
— Конечно… Если, Вы откроете дверь и пустите меня на кухню, — улыбнулась Ира.
Через несколько минут они пили на кухне кофе, ели печенье и бутерброды. Потом Ирина попросилась в душ и вышла из него свежая, с чистыми ещё влажными волосами, не забыв надеть всё тот же коротенький абсолютно прозрачный халатик. Андрей ощутил лёгкий приступ желания. «Какого чёрта, раздери вас тьма? — подумал он, — Я что, хочу здесь всех и всегда?»
— Ну, что же, Ира. Скоро придёт пора прощаться. Давай выпьем ещё по рюмке твоего любимого «Amaretto» и, если ты ещё хочешь что-то сказать мне, то другого случая может и не представиться.
— Да, Господин. Спасибо за ликёр, он очень вкусный! Я хочу Вам сказать… — женщина потупила глаза, — Но боюсь…
— Боишься? Но ты хотела только рассказать мне о том, что придумала, пока я спал?
— Да, именно это. Ну, во-первых, я решила не менять внешность… По крайней мере, до тех пор, пока мы снова не встретимся.
— Это твоё право. Можешь менять, можешь не менять. Мне кажется, что ты и так уже немного помолодела, — сказал мужчина, вглядываясь в её лицо и явственно ощущая, что прав. Впрочем, Андрей и сам за последнее время точно не постарел, а скорее, наоборот.
— Правда? — радостно воскликнула Ирина, — Мне и самой так показалось, когда я причёсывалась в ванной.
— Вот и прекрасно… Но я всё равно не понимаю, что ты опасаешься мне поведать. Что там, во-вторых?
— Во-вторых — самое главное! — нежно пропела она, глядя на него в замешательстве, — Это Вы запомните, наверное…
— Ты можешь и не говорить. Ну, хорошо-хорошо, давай выпьем ещё по рюмке, и ты решишься сказать мне, что именно я не смогу забыть, — вздохнул мужчина.
— Да, хорошо… — закивала Ира, с удовольствием употребляя ликёр маленькими глоточками, — Я никогда этого не делала и…

В Золотом номере отеля Катрина и Эмма ждали своего Господина с нетерпением, встретили с радостью, но поглядывали на него, словно изучая.
— Так и будете меня рассматривать, выискивая отклонения от нормы или ужином накормите? — рассмеялся Андрей…
— Как всё прошло, мой Господин? — расспрашивала Катя, намывая мужчину в ванной комнате, пока секретарша собирала на стол.
— Ты же знаешь, что это закрытая информация, Катюша, — с укоризной проговорил Андрей и поцеловал девушку в губы.
— Знаю, — улыбнулась Катрина, фыркая и отбрыкиваясь от мокрых прикосновений мужчины, — Но в общих чертах, хотя бы… Мы беспокоились…
— Ну, никаких поводов для беспокойства нет, — ответил Андрей, всё-таки, намочив девушку с головы до пят, — Случай был, на мой взгляд не сложный, для первого раза самое оно…
— Вы были жестоки с ней? — в глазах Кати блеснул огонёк сомнения.
— Нет, милая… Да и нужды в этом не было никакой.
— Хорошо… Я вовсе не представляю Вас жестоким, мой Господин! — вздохнула девушка, — А ведь при такой работе этого не избежать…
— Поживём-увидим… — неопределённо отреагировал на её слова мужчина.
— Неужели скоро Вы станете самым настоящим Вершителем? — интонация Катрины говорила ему о том, что она не просто снова надела на себя образ школьницы, но и готовит более важный вопрос. Он и последовал: — И останетесь с нами… надолго?
— Так и есть… Ты с первого раза не расслышала, Катя? — уже вытертый полотенцем, Андрей с улыбкой схватил девушку на руки и заглянул в её васильковые глаза, — Повторю специально для тебя…



Глава 8
Двойное Испытание

Звонок от Михаила прозвучал неожиданно. Кандидат в Вершители намеревался взять паузу после первого теста, о чём и договорился с Куратором по телефону. Но вот, прошло всего два дня и… просьба приехать… Поразмыслив, Андрей решил, что съездить всё-таки надо, и через час входил в дом Вершителей. Сегодня он зашёл сюда уверенно и, кивнув дежурному, направился в кабинет Куратора без провожатого.
— Рад видеть Вас, Андрей, — Михаил поднялся навстречу посетителю, — Извините, что прервал Ваш отдых. По маленькой?
— Не откажусь. Надеюсь, Вы не просто соскучились по мне? — улыбнулся Андрей.
— А если и так? — рассмеялся Куратор, — На самом деле мы очень довольны, как чётко и быстро Вы разобрались со своей первой Испытуемой.
— Рад слышать. И?..
— Первый тест пройден, вознаграждение за Испытание перечислено на Ваш счёт в банке в полном объёме… И когда появился действительно любопытный вариант для второго теста, я решил проинформировать Вас незамедлительно.
— Понимаю, — закурил Андрей, — Какой-то необычный случай?
— Конечно, не уникальный, у нас тут всякое случается. Но Вам должна понравиться эта сладкая парочка.
— Парочка? — удивился кандидат в Вершители.
— Именно! Школьная учительница со своей шестнадцатилетней ученицей. На самом деле обе сейчас на несколько лет старше, но предстанут перед Вами ровно в таком обличье, если конечно, Вы возьмётесь за это дело.
— Ого! Прибыли сюда прямо с урока? — усмехнулся Андрей, — Хотелось бы знать подробности…
— Разумеется. История любопытная, и у меня есть возможность рассказать Вам её весьма и весьма подробно. Начнём? Итак… Одинокой учительнице русского языка и литературы по имени Наталья очень нравились юные мальчики. Юные девочки нравились ей не меньше. Однако в силу своей сверхъестественной скромности, а говоря прямо — сильной закомплексованности, тайная для всех страсть стала для неё страшным мучением и, разумеется, не находила никакого выхода. Так продолжалось до тех пор, пока на строгую, очкастую, вечно толком не накрашенную, скромно одетую, а потому невзрачную училку, не обратила внимание её ученица по имени Оля. Ольге к тому времени едва исполнилось пятнадцать лет, она созрела сексуально и живо интересовалась половыми вопросами, но мальчики её не интересовали абсолютно. Посредственно учившаяся девочка стала напрашиваться в гости Наталье Ивановне под предлогом желания заниматься литературой дополнительно. Училка чуть с ума не сошла от счастья и немедленно согласилась уделять девочке своё свободное время, даже не задумавшись о том, зачем нужны троечнице, не прочитавшей за свою жизнь и десятка книг, углублённые знания литературы… Забавно, что очень скоро Ольга сильно прибавила в учёбе, и не только по профилю своей училки. Но самое главное, что они почти ежедневно проводили по несколько часов в квартире Натальи. Девочке очень нравилось говорить с учительницей о литературе за круглым столом в большой комнате, пить чай на кухне и беседовать на свободные темы, смотреть кино в маленькой комнате, сидя вдвоём на узкой, прямо таки девичьей, училкиной кровати. Правда, Олю раздражали многочисленные альбомы и фотографии учеников и учениц их школы, что Наталья быстро поняла и убрала свои сокровища в дальний угол шкафа. Остались только несколько фотографий Ольги, живописно развешанных тут и там. Над постелью училки торжественно поместили портрет Оли в полный рост, который девочка сама подарила Наталье Ивановне на какой-то праздник. Учительница была в восторге…

— Однако, сегодня Вы, действительно, весьма и весьма многословны, Михаил, — кивнул Андрей на предложение освежить содержимое бокалов, — Впрочем, Ваш рассказ меня заинтересовал и… удивил. Откуда такие подробности, да ещё и в художественном изложении?
— Об этом Вы узнаете немного позже, Господин кандидат в Вершители! — с таинственной улыбкой ответил Михаил и продолжил повествование, — Жизнь Натальи Ивановны наполнилась смыслом. Оля казалась ей олицетворением идеалов, то есть сильно напоминала саму Наталью лет десять-пятнадцать назад. Несомненно, такое сравнение не имело ничего общего с действительностью и выглядело полнейшим самообманом, но у влюблённых свои законы, а училка втюрилась по уши, хотя ни за что не призналась бы в этом. В те редкие дни, когда Ольга не могла придти к ней, Наталья Ивановна старалась пораньше уснуть, чтобы приблизить их завтрашнюю встречу. В такие дни она начала принимать снотворное, потому что мысли и эмоции мешали заснуть. Её захлёстывали воспоминания о том, как они общаются, как её рука касается руки ученицы, или поправляет её одежду, волосы… Апофеозом же были поцелуи. Они случались два раза в день — при встрече и на прощание, и становились нежнее день ото дня. Наталья стала подкрашиваться к приходу Ольги, следуя её мимолётным советам, наряжаться в лучшие платья, а постепенно и обновлять свой гардероб. Девочка же стала приходить к ней во всё более свободных и откровенных нарядах. В середине мая, в пятницу Оля предупредила, что завтрашний день станет особенным…

— Праздник? День рождения? — предположил Андрей.
— Теряете терпение? Ну-ну… На самом деле, Ольга объявила, что у них будет праздник, но не сказала какой. Зато она сообщила, что придёт отмечать его с учительницей вечером, что стало для Натальи сюрпризом. Обычно Оля приходила по субботам днём, а оставшееся время выходных дней проводила с родителями. К назначенному празднику учительница накрыла стол в большой комнате, приготовила любимые Ольгой сладости. Девочка появилась около семи часов вечера с двумя бутылками вина. Наталья изумилась, но не смогла возражать, когда Ольга заявила, что для такого вечера спиртное необходимо. Суть праздника ученица отказалась пояснить наотрез, сказав лишь, что всё откроется позже… Когда они сели за стол и, Оля лихо откупорила первую бутылку, училке пришло в голову, что девочке попадёт от родителей. Но на это Ольга безапелляционно ответила, что родители уехали в гости, и она переночует здесь, у Натальи Ивановны. Учительница ахнула, у неё поплыло перед глазами, и первый бокал вина она выпила залпом. К середине второй бутылки Наталья почти лишилась возможности думать, зато её захлестнула буря чувств и эмоций к своей возлюбленной ученице. Из-за стола они пересаживались на диван, когда Оля попросила, чтобы учительница сняла с себя платье. Наталья Ивановна почувствовала, что сейчас упадёт в обморок, но сделала то, что хотелось Оленьке. Сидя на диване, девочка начала целовать лицо и гладить голые ноги и плечи учительницы. Наталья минуту пыталась не умереть от сладких ласк девочки, а затем стала отвечать ей своими жаркими поцелуями. Однако Оле этого показалось мало. Теперь она приказывала учительнице раздевать себя шаг за шагом и ласкать, уговаривать Наталью не пришлось. Она гладила и целовала всё тело ученицы сантиметр за сантиметром. Последний проблеск разума посетил Наталью Ивановну, когда она стояла на коленях перед распахнутыми ногами девочки и смотрела на неё с обожанием и ужасом…

— Вам бы новеллы писать, — нервно заметил Андрей, подливая в стакан виски и закуривая в очередной раз.
— Это не моя заслуга, а тщательная работа информационного отдела, — серьёзно ответил Михаил, показывая Андрею экран дисплея с объёмистым текстом, — Вам не нравится?
— Откуда могут быть такие детали в информационном отделе?.. Да, читайте уж, — неопределённо ответил он, — Не останавливаться же на полпути.
— Отлично. Я продолжаю… Дальше, уже в густом тумане, Наталья запомнила, как они, упоительно ласкаясь, мылись под душем. Потом, влажные и голые, выпили ещё по бокалу за праздник их первой любви. А затем, Оля отвела учительницу в маленькую комнату, достала из сумочки небольшой фаллоимитатор на ремешках, закрепила его на своём теле и грубо поимела Наталью Ивановну на её узенькой кровати. Училка билась в её объятьях, кричала, стонала, целовала насильницу и испытала первый в жизни бурный оргазм… Наутро они проснулись вдвоём на той же кровати. Наталья, боясь разбудить девочку, аккуратно расплела их объятья, поцеловала её в плечо и поднялась. «Что же теперь будет? Кто я теперь? И что мне делать?» — шептала учительница, вспоминая случившееся ночью. «Теперь, ты — моя любовница, и свари нам, пожалуйста, кофе», — громко ответила на её вопросы Оля, открывая глаза…

— Лихо закручено, — воскликнул Андрей, когда Михаил взял паузу, — Однако с точки зрения предстоящего Испытания, всё это можно было сократить до двух абзацев, не считая эмоциональной составляющей, разумеется.
— Согласен, информация в основном субъективно-чувственного характера, но эмоциональный фон передан достоверно, и работе это может помочь, нет? И это, разумеется, не всё. Как думаете, что было дальше?
— Дальше, вероятно, они продолжали предаваться любовным утехам под руководством Ольги, забросив литературу и прочие глупости.
— Вы правы, но лишь отчасти. В повествовании будут повороты, которых Вы не ожидаете, как я думаю. Продолжим? Отлично… Недели две Оля использовала свою послушную учительницу в том же духе, в различных интерпретациях. Наталья уже не представляла свою жизнь без Ольги и позволяла ей всё. Но однажды ученица подготовила учительнице очередной сюрприз. К полному недоумению Натальи Ивановны, Оля явилась к ней не одна, а с одноклассником Колей и заявила, что ему тоже необходимо срочно позаниматься литературой дополнительно. Слова девушки казались более чем странными, потому как Коля считался скромником, почти отличником, предпочитающим точные науки. Около получаса Наталья вяло объясняла тонкости своего предмета, поминутно запахивая свой лёгкий халатик, под которым отсутствовало нижнее бельё. Она-то готовилась к другому времяпрепровождению. Коля постоянно косился на Олю, что страшно раздражало Наталью Ивановну. На учительницу мальчик тоже поглядывал исподлобья и с явным интересом, но она этого не замечала. У женщины начинался приступ ревности, который подогревала Ольга, изредка, но явно кокетничая с мальчиком. Кажется, она даже подталкивала его под столом ногой. Учительница хотела уже возмутиться, но тут Оля попросилась в туалет, и Наталья через минуту пошла за ней, чтобы наедине получить объяснения происходящему… Ученица ждала её на кухне и, плотно прикрыв дверь, вместо объяснений тоном, не терпящим возражений, выдала ей короткие и чёткие указания, что следует делать и в каком порядке. Наталья сдавленно охала, кивала и вскоре, опустив голову, вернулась в комнату. Коля посмотрел на неё вопросительно, а затем восхищённо уставился на показавшуюся из-под халатика училкину грудь. Наталья автоматически запахнула халат, отправила мальчика на кухню пить чай с Олей, а сама уселась на диван, прикрыла глаза и стала ждать, едва справляясь с волнением. Ученики не торопились возвращаться, и её успокаивал только доносившейся с кухни голос Ольги, звучавший жёстко и строго. Минут через пятнадцать из-под прикрытых век Наталья увидела вошедшего в комнату мальчика.
— Она, кажется, спит, — прошептал Коля, обернувшись на входящую за ним в комнату Ольгу, — Может, посидим на кухне?
— Идиот, — ответила ему девочка тоже шепотом, — Ты же только что говорил, что она тебе нравится!
— И что?
— Пользуйся случаем!
— Как это? — изумился он, глядя на активно жестикулирующую девочку, — Потрогать её? Ты с ума сошла?!
— Трус! — Оля тихо присела на диван рядом с учительницей и слегка распахнула халат на её груди, — Она спит крепко. Посмотри, какая красивая… Да иди же сюда!
— Да… Красивая, — прошептал совершенно опешивший и растерявшийся мальчик. Он подошёл к дивану вплотную и замер. Оля взяла его руку за кисть и приложила ладонью к совсем уже открытой левой груди учительницы. Коля вздрогнул так сильно, что не заметил, как вздрогнула в ответ на прикосновение Наталья Ивановна. Ольга и не думала останавливаться, она приказывала, а мальчик послушно выполнял её приказы. Сначала Коля, чуть дыша, лёгкими касаниями ласкал училкины груди, затем опустился на пол и принялся гладить её оголённые ноги. Оля давала распоряжения, наблюдала за происходящим внимательно, чуть улыбаясь, а затем рывком полностью распахнула халатик на Наталье. Мальчик сдавленно вскрикнул и уставился на обнажённую женщину.
— Потрогай, — велела Оля.
— Там? Но я…
— Трогай, я сказала! — шепотом закричала девочка, и Коля провёл пальцем по лобку учительницы…
* * *
…Наталья громко и сладко застонала, а потом открыла глаза. Коля пытался вытереть своё мокрое лицо и смотрел на учительницу, не зная, что и сказать. Оля, с дьявольской улыбкой на лице, гладила Наталью по плечу.
— Так-так, — глухо произнесла учительница, строго посмотрев на мальчика через стёкла очков, — Так вот ты как себя ведёшь, Коля!
— Но я… нечаянно… Наталья Ивановна! — чуть не плача, произнёс ученик, — Я не виноват…
— Это мне решать. Раздевайся, мальчик.
— Но… Совсем? — всхлипнул Коля.
— Не спорь с учительницей! — язвительно произнесла Ольга.
— Снимай с себя всё. Ты же послушный мальчик?.. Вот и молодец. Подойди ко мне ближе, — роль строгой и похотливой учительницы, заставшей ученика за постыдным занятием давалась Наталье непросто, но рядом находилась Оля, сжимавшая её плечо и шептавшая на ушко подсказки, гадкие, но возбуждающие училку…
* * *
…Пока ученик гладил и целовал тело своей учительницы, под её мудрым руководством, Оля удалилась в спальню. Там она переоделась в сексуальный кожаный наряд, подготовила свой любимый фаллоимитатор, поправила постель. Узкую кровать Натальи они давно выбросили, на полу лежал толстый широкий матрац, идеально подходящий для любовных утех…

— Михаил! Я всё равно не понимаю, откуда столько интимных подробностей? — спросил Андрей, допивая очередную дозу спиртного.
— Так ведь наша Наталья — учительница литературы…
— И она вела дневник?
— В точку! — улыбнулся Куратор, — Она постоянно и очень подробно вела дневник, и время от времени литературно обрабатывала текст… Пока не попала сюда… Впрочем, может и здесь продолжит?
— О как!
— Там материала на несколько томов мемуаров собралось…
— И мы поможем ей их экранизировать? — усмехнулся кандидат в Вершители.
— Отличная мысль, Андрей! Но я закончу своё повествование об этом эпизоде её жизни, а с полной версией дневника учительницы Вы ознакомитесь сами, если пожелаете. Договорились? Итак…
* * *
— Ну, всё, Михаил. По-моему, подробностей более чем достаточно! — не выдержал Андрей, — Я и так уже не понимаю, что мне делать с этой сладкой парочкой.
— Всё, так всё, — засмеялся Куратор, — А с ними не так просто и однозначно получается. Во-первых, и это главное, необходимо удостовериться, что Наталья описывала реальные события, а не фантазировала… Нет, скорее всего, связь между ней и Ольгой — бурная и длительная, с привлечением третьих лиц имела место. Но в достоверности этой информации следует убедиться окончательно. Да и записей у Натальи много, надо с ними разобраться… Ну и, наконец, необходим человек, который своей волей и властью поставит точку… или многоточие в этой истории.
— Понятно, — вздохнул кандидат в Вершители.
— Что, Андрей? Эта пара Вам не нравится?
— Вообще-то, нет… Но мне рановато выбирать себе дела попроще или посимпатичнее. Да и случай интересный, хоть и не слишком эстетичный на мой взгляд… Как раз для «чёрной» комнаты. В общем, я берусь за это дело.
— Отлично, — констатировал Михаил, — Это именно то, что я хотел от Вас услышать, Андрей. Я рад, что вижу в Вашем лице ответственного человека… Кстати, учитывая, что Испытуемых двое, при успешном выполнении задания Ваш кандидатский минимум будет выполнен. Вы получите все права и официальный статус Вершителя.
— Да, это важно, — без всяких эмоций произнёс Андрей.
— Помните, что главное — результат. Двойное задание добавит сложности. Но торопиться не надо, можете работать с обеими Испытуемыми одновременно или по отдельности, не торопясь, но, к сожалению, и в этот раз без помощников. Впрочем, уверен, что всё пройдёт успешно, и на следующее Ваше дело это ограничение уже не будет распространяться.
— Надеюсь, хотя бы пара дней на отдых и подготовку к Испытанию у меня имеется?..

Изучая дневник Натальи Ивановны на компьютере в кабинете Золотого номера, Андрей достаточно хорошо, как ему казалось, проанализировал психологию этой женщины. Первичное раздражение от её болезненной тяги к ученикам сменилось если не на понимание, то на жалость к одинокой, потерянной и потерявшей веру в себя, как в женщину, достойную внимания и полноценной личной и семейной жизни, учительнице… «Если она писала этот дневник искренне, пусть и сильно преувеличивая, — думал мужчина, — необходимо дать ей шанс…» А вот малолетнюю дрянь Ольгу Андрей люто возненавидел и готов был отправить к Блюстителям, во тьму, куда угодно в первый же день Испытания. К счастью, мужчина поймал себя на этом эмоциональном желании и пришёл к выводу, что в обилие непроверенной информации есть не только плюсы, но и минусы. Ему, как представителю власти, следовало быть хладнокровным, а главное, справедливым… Об этом же, как ни странно, с ним заговорила Катрина. По состоянию и настрою Господина девушка поняла, что его ждёт ещё одно и, вероятно, непростое Испытание. Не добившись от Андрея, ссылавшегося на «тайну следствия», подробностей на этот счёт, Катя просто заговорила с ним о том, что в любой ситуации хорошо бы оставаться человеком. Таким человеком, какой он есть на самом деле — добрым, чувствительным к чужим невзгодам, отзывающимся на радость и боль другого человека… Эти слова впоследствии Андрей вспоминал не раз…
* * *
С утра первого дня своего второго и сразу двойного Испытания Андрей сидел в кабинете коттеджа № 14 за рабочим столом и наблюдал на экране монитора за происходящим в «чёрной» комнате. Собственно, изначальную диспозицию замыслил он сам, а потому сейчас оценивал результат. В центре картинки стояла Наталья Ивановна в вызывающе красном клеёнчатом облегающем костюме с разведёнными в стороны руками, накрепко пристёгнутыми к стене наручниками. Ступни её ног были прикреплены к горизонтальному шесту, удерживающему их на ширине плеч. Наталья оказалась довольно высокой, среднего телосложения шатенкой, лет тридцати от роду. В заданном антураже её учительские очки забавно смотрелись на довольно блёклом лице. Ольга же казалась очень юной благодаря своей миниатюрности, но не хрупкости, а также милому кукольному личику, обрамлённому светлыми, собранными в пучок, волосами. Наряженная в белое, с крупными красными горошинами, летнее платье, она лежала на узкой кушетке с вытянутыми вдоль тела руками, закреплёнными на запястьях кожаными ремнями. Таким же образом были закреплены на кушетке и её ноги… Кандидат в Вершители решил подойти к началу Испытания предельно жёстко, сразу поставив Испытуемых в критическое положение, чтобы по ответной реакции понять, следует ли верить дневнику Натальи Ивановны… Обе Испытуемые недавно пришли в себя, сразу узнали друг друга и недоумевали по поводу происходящего. Андрей рассмеялся, когда Ольга принялась негодовать по поводу своего наряда и костюма учительницы, который прекрасно подошёл бы ей, Оле. Наталья воспринимала их положение серьёзнее и, убедившись, что освободиться от пут невозможно, отчаянно пыталась вспомнить, где они находятся, как попали в эту страшную комнату. Увы, память её молчала, Ольга тоже не могла вспомнить ровным счётом ничего. Оставалось ждать и строить предположения… Андрей внимательно вслушивался в немногочисленные, порой совершенно безумные идеи, решая для себя, как приступить к непосредственной работе с клиентками.
Через полчаса решение было принято, и Андрей спустился в подвал. В «чёрной» комнате он уселся на кресло-трансформер, стоящее посередине помещения, и закурил, даже не поздоровавшись с притихшими женщинами.
— Ну и? — прервал мужчина затянувшуюся паузу.
— Что происходит? Кто Вы? Где мы? — заголосили пленницы наперебой.
— Это я, как раз, хотел спросить у вас, дамочки. Как вы здесь оказались? — каменным голосом проговорил он, вынимая из кармана и демонстрируя специально подготовленное удостоверение офицера внутренних дел.
— Мы не знаем! — воскликнули женщины хором.
— Очень смешно. И вы хотите, чтобы я вам поверил? Кто вы такие, в конце концов?
— Я школьная учительница, меня зовут Наталья Ивановна, — едва справляясь с волнением, заговорила Наталья, — А это моя ученица, Ольга. Куда мы попали? Отпустите нас, пожалуйста…
— Где вы? — вскинул брови Андрей, — Хотите сказать, что не знаете, где находитесь?
— Не знаем! — снова хором воскликнули они.
— Чушь! Но если вы желаете получить от этого удовольствие, я скажу. Вы находитесь в шикарном тайном борделе, деятельностью которого сейчас занимаются компетентные органы.
— Нет! Этого не может быть. Развяжите нас, отпустите…
— И не подумаю. По крайней мере, до тех пор, пока не закончу допрос.
— Допрос? Я буду жаловаться! Вы не имеете права! — взвизгнула Оля.
— Помолчи, девочка, — спокойно отреагировал Андрей, — А Вы, Наталья Ивановна, скажите мне, у вас обеих есть при себе документы?
— Не знаю… Нет. Ничего нет. И одежда не наша, странная…
— А, по-моему, вы обе очень мило одеты: для работы одеты! Вы сами сюда пришли? Нет? Вас привезли сюда силой? Кто? Не знаете? Не помните? Так не бывает. Если хотите, чтобы я вам поверил, напрягите память. Может, кто-нибудь из знакомых?
— Но у нас нет таких знакомых, — пыталась возразить Наталья, судорожно дёргая скованные руки.
— Может быть, Коля?
— Коля? Да что Вы, он хороший мальчик. Постойте, откуда Вы знаете Николая? — учительница побледнела.
— Работа такая, — усмехнулся Андрей, — Советую вам говорить со мной начистоту.
— Это полный ментовский беспредел! — закричала Оля, — Освободите нас немедленно! Мы требуем адвоката…
— Заткнись, детка, — процедил сквозь зубы мужчина, — А то я заткну твой милый ротик кляпом.
— Каким ещё кляпом? — взвизгнула девушка. Андрей достал из шкафа кляп, показал его Ольге и положил на подлокотник кресла. Девушка замолчала.
— Итак, Наталья Ивановна, что будем делать? Вызовем Колю? Или его папу?
— Папу? Зачем? Он ничего не знает…
— Откуда такая уверенность?
— Молчи, дура! — охнула Оля. Андрей встал с кресла, вставил кляп в её рот и затянул крепёж на затылке. Потом он подошёл к учительнице и положил руки ей на плечи.
— Дорогая Наталья Ивановна, я уже сейчас могу привлечь Вас к ответственности за занятие проституцией и, что самое неприятное, за принуждение к этому занятию Вашей малолетней ученицы. Учитывая обстоятельства и место, где вы обе обнаружены, других доказательств не потребуется. Более того, если окажется, что Вы состоите в сговоре с хозяевами этого притона, я обещаю Вам лично, дорогая Наташа, очень долгую счастливую жизнь в местах вовсе не столь отдалённых, как кажется… Поговорим?
— Да-да, хорошо, — училка в панике смотрела на мужчину, округлившимися под очками карими глазами, — Но только, я не знаю… Поверьте мне, пожалуйста… Ох, я даже не знаю как Вас зовут?
— Господин офицер. Такое обращение будет вполне уместно.
— Хорошо. Поверьте мне, Господин офицер, я не представляю, что с нами происходит…
— Допустим, я попробую в это поверить.
— Ах, как я рада. Мы же ни в чём не виноваты с Оленькой… Жили себе спокойно, учились… И вдруг, в этой комнате, в публичном доме, в таком виде…
— Не думаете ли вы, что оказались здесь случайно? Повторяю в последний раз, я знаю достаточно. Не надо мне врать!
— О нет! Я не хочу Вас обманывать. Просто я не знаю, что Вы хотите?
— Что я хочу? Чистосердечного признания! Но если ты не желаешь его сделать немедленно… Пожалуй, сейчас я хочу… разглядеть тебя получше, — сказал Андрей и опустил замок молнии на костюме Натальи от шеи вниз до живота.
— Что же это такое, Господин офицер? — взвизгнула училка, — Мне не в чем признаваться! Но что Вы делаете?!
— Знакомлюсь с тобой поближе, — ответил он, сжав её грудь, а затем провёл руками по скользкой ткани на заднице женщины и расстегнул ещё одну молнию между ног, — А ты рассказывай, Наташа. Рассказывай о Коле, о других мальчиках и девочках…
— Не надо… Ах… Пожалуйста… Господин офицер… Мальчиков больше не было…
— Но девочки-то были! Рассказывай о них, — Андрей неторопливо изучив тело Натальи Ивановны глазами и руками, без дальнейших предисловий, освободил свою возбудившуюся плоть… Оля на кушетке завыла через кляп. Он обернулся на девушку, — Ты тоже хочешь, детка?! Подожди пока, дойдёт и до тебя очередь.
— Ах… Господин офицер, она хорошая девочка… Не надо… — начала томно постанывать Наталья, — Я всё вам расскажу… Ах… Вы такой… хороший…
— У тебя все хорошие, как я вижу. Мой член тоже хороший?
— Ах… Господин офицер! Мне так неудобно… Зачем Вы это делаете… при ученице… Я одна во всём виновата и заслуживаю наказания… Ах… Вы накажите меня, Господин офицер? Да?!
— Разумеется, Наталья Ивановна, Вы будете наказаны! И очень строго! — произнёс мужчина с пафосом, тело учительницы изогнулось в сладкой судороге и обмякло. Ольга громко замычала через кляп. Андрей прервал своё занятие, подошёл к кушетке и освободил Олин рот. Тотчас из этого трогательно юного ротика посыпался поток отборной брани. Андрей вернул кляп на место, ослабил ремни и, не обращая внимания на попытки девушки сопротивляться, перевернул её на живот и затянул ремни в новом положении.
— Я научу тебя, детка, как себя вести с незнакомыми людьми в незнакомом месте! И опять без плётки не обойтись… — Андрей достал означенный предмет из шкафа, высоко задрал подол Олиного платья и оголил маленькую упругую попку.
— Нет! Не надо, Господин офицер, — взвыла Наталья Ивановна, — Она же ребёнок! Накажите меня. Я всё стерплю. Я сделаю всё, что прикажите. Не бейте её!
— Ничего себе ребёночек… Я и не бью её, — спокойно возразил Андрей, в очередной раз занося плётку над нежной попкой, — Я воспитываю твою ученицу, но не так как это делала ты, а так как следует… Кстати, а почему бы тебе самой не заняться этим?
— Мне? Но я не могу! — запричитала Наталья, но мужчина быстро освободил её от пут, вложил плётку ей в руки и подтолкнул к кушетке.
— Воспитывай, а я покурю, — усмехнулся он, — Ну же! Или ты хочешь, чтобы я испортил это свежее нежное тельце?
Наталья Ивановна со слезами на глазах, со стенаниями и всхлипами начала стегать ученицу, делая это по возможности мягче и аккуратнее. Андрей курил, поглядывал на происходящее и, время от времени, покрикивал на учительницу. Ольга некоторое время подвывала и дёргалась, а потом притихла.
— Довольно! — мужчине надоел этот воспитательный процесс, — Пусть девчонка отдохнёт немного и подумает, а ты, Наташа, сваришь мне кофе. Пойдём…

На кухне Наталья, как была в расстёгнутом клеёнчатом одеянии, варила кофе. Андрей облачился в свой чёрный шёлковый халат и принёс коньяк… Вершитель пил кофе и с интересом рассматривал училку, которая едва притронулась к своей чашке. Впрочем, коньяк он её выпить заставил.
— Что с нами будет, Господин офицер? — не выдержала паузы Наталья.
— Я ещё не решил, — жёстко ответил мужчина, — Возможно, мне не следует заниматься этим лично, а отдать вас обеих…
— О, нет, Господин офицер! Решите всё сами! Только не трогайте Олю. Накажите меня…
— Ты хочешь, чтобы тебя наказали, Наташа?
— Я заслуживаю этого…
— Вопрос не в этом. Я сам определю, кто чего заслуживает. Ты хочешь, чтобы я тебя наказывал? — произнёс Андрей, делая ударение на слове «хочешь».
— Да, — прошептала Наталья Ивановна и уставилась в пол.
— Не слышу!
— Да!
— Насколько я понимаю, тебе нравятся наказания сексуального характера? Да, Наташенька?
— Не говорите так, Господин офицер. Мне неудобно… об этом. А Вы всё равно сделаете со мной всё, что захотите? Ведь так?.. Я не о том говорю?.. Ну, хорошо-хорошо… Всё равно же теперь… этого не избежать. Да! Мне… уже нравится чувствовать себя… Вашей пленницей! Это ужасно стыдно… — Наталья опустила глаза, затем поднялась со стула, подошла к Андрею, медленно распахнула его халат и опустилась к его ногам, — Только не трогайте Олю…
— Это невозможно, Наташа! — строго произнёс Андрей, — Она тоже заслуживает наказания. Нет?
— Нет!.. Я не знаю… Вам виднее… — учительница пристально посмотрела мужчине в глаза. В этом взгляде был замешан целый коктейль эмоций: мольба, покорность и, что очень удивило Андрея, желание!
— Эй, училка! Ты же предпочитаешь маленьких девочек и мальчиков…
— О, Господин офицер! Вы ошибаетесь! Это так получилось… Я же работаю с ними… И у меня не было никого… Я была так одинока! А тут Оля, такая замечательная и… — Наталья виновато посмотрела на Андрея и нежно дотронулась губами до его плоти, — Как Вы накажите Олю?
— А ты не догадываешься?
— Вы будете её насиловать, — без тени сомнения произнесла Наталья Ивановна.
— Разве она не заслужила этого?
— Я не знаю. Оленька может быть другой, не грубой, а… очень мягкой… Она умная, трудолюбивая и талантливая… Но Вы же всё сделаете по-своему…
— Разумеется, — кивнул Андрей.
— Вот видите. Но что же делать мне, я не могу повлиять на Ваше решение, — грустно констатировала Наталья.
— Ты будешь мне помогать.
— Я? Буду помогать Вам наказывать Олю?! Но как?
— Ты скоро это узнаешь. Да и какое теперь это имеет значение? Ты будешь моей послушной помощницей, Наташа?
— Да, — тихо, но уверенно произнесла учительница.
— Прекрасно. Но, кажется, недавно ты слушалась Олю?
— Недавно? Мне кажется, что это было очень давно… Всё изменилось, сломалось, остановилось… Вероятно, я должна была остановить это сама гораздо раньше… — неожиданно начала размышлять Наталья Ивановна.
— Возможно мы поговорим об этом позже, — прервал её Андрей, — А пока слушай меня внимательно. Нет, ты можешь не прерывать своё занятие, у тебя хорошо получается…
Следующие полчаса Наталья выслушивала указания Господина. Сначала она пугалась и сомневалась, потом смирилась со своей ролью окончательно, вникала в детали и возможные варианты, даже подсказывала и предлагала действия, которые в голову Андрею и прийти не могли. В процессе разговора, Наталья своими тихими нежными ласками довела мужчину до острейшего оргазма, сварила ещё раз кофе и, даже, выкурила сигарету первый раз в жизни. Позже Андрей отправил её в ванную и велел надеть строгий чёрный учительский костюм — пиджак и юбку на голое тело. После последних наставлений Наталья Ивановна отправилась к Ольге, а кандидат в Вершители в кабинет, к монитору компьютера.

Учительница вошла в «чёрную» комнату строгая и подтянутая, плотно затворила за собой дверь и принялась развязывать ученицу. Оля с трудом приподнялась с кушетки, притихшая и испуганная.
— Что происходит? Где мы, в самом деле? Надо бежать отсюда…
— Ничего не получится… — негромко, но убеждённо проговорила Наталья.
— Да? — девушка подскочила к двери, но та была надёжно заперта, — И как нам быть?
— Для начала тебе надо успокоиться. Сядь в кресло, Оленька, попей…
— Что это? — Ольга уселась на кресло и глотнула из принесённого Натальей стакана, — Вода? У этого мерзавца нет какого-нибудь вина, а лучше «Мартини»?
— Ольга! Ты, кажется, не понимаешь нашу ситуацию…
— Зато ты всё поняла сразу. Что ты там с ним делала? Трахалась? Сука! Убить тебя мало! И никакой он не мент!..
— Может и не мент. Что это меняет?
— А если он бандит?
— Может и бандит… — вздохнула Наталья, — А если он новый директор нашей школы?
— Что?! Что ты несёшь? С ума сошла? Или это он тебе мозги членом заплёл? Где мы хотя бы находимся, ты выяснила?
— Успокойся, Оля, не надо браниться. Похоже, мы с тобой, и в правду, в борделе.
— Что? — упавшим голосом спросила девушка, — Где?
— В публичном доме, в салоне интимных услуг. Так яснее?
— Не может быть, — тихо проговорила Ольга и огляделась, — И зачем мы здесь?
— Догадайся сама. Ты, вроде бы, не маленькая девочка…
— Почему ты так со мной разговариваешь? Если ты намекаешь, что я должна заниматься проституцией, то со мной это не пройдёт. Сама подставляй свою дырку, если тебе это нравится…
— Конечно, тебе больше нравится роль мальчика…
— Я сейчас убью тебя, сука! — заорала Ольга, а Наталья незаметно нажала кнопку на кресле и Олины руки оказались прикованы к подлокотникам, — Что такое?!
— Успокойся, девочка.
— Ах, ты сучка! Ты с ним заодно? Это так ты меня любишь?
— Оля! Если бы я тебя не любила, то бросила бы здесь одну. Так что, лучше спокойно меня выслушай.
— Зачем ты меня пристегнула?.. Ладно, говори…
— Мы не знаем точно, где мы, хотя всё это похоже на шикарный частный дом, используемый для… свиданий. Мы не знаем кто этот «Господин офицер». Но у него, хотя бы, можно кое-что выяснить…
— И что же ты выяснила, Наталья Ивановна? Что ты теперь дорогая проститутка?
— Я выяснила следующее, — продолжила учительница, не обращая внимания на сарказм Ольги, — Мы здесь не то по указанию, не то по наводке нового директора школы…
— Что ещё за новый директор?
— Разговоры ходили давно. Неделю назад я слышала, что новый директор уже принимает дела. Но в лицо я его не знаю…
— И предполагаешь, что Господин офицер и есть новый директор?
— Почему бы и нет?
— Не знаю. Но откуда он узнал о нас, зачем притащил в этот… дом? Я даже не помню, как здесь оказалась, а ты?
— И я не помню… Похоже на нас кто-то настучал…
— Кто? Коля? Не может быть, но больше не кому. Все девки молчат как рыбы и трясутся от страха, что кто-нибудь узнает… Ну, я доберусь до этого маменькиного сынка… Постой! Но если всё так, как ты говоришь, то… Господин офицер и директор в одном лице — это лучший вариант!
— Это почему же? — удивилась училка.
— До тебя плохо доходит? Если он директор, и привёз нас сюда, значит, обо всём знает он один, и с ним можно договориться.
— Как договориться?
— Как-нибудь можно. Тебя он уже трахнул, и пусть трахает дальше… А я кое-чем заткну рот Коле до полной немоты!
— Ну, ты и стерва, Оленька! — зло произнесла Наталья Ивановна, и в этот момент в комнату вошёл Андрей с бутылкой «Мартини» и стаканами в руках.

— О чём разговор? — недобро усмехнулся он, — Выпьем за знакомство?
— Давно пора, — резко ответила Оля, — Прикажите Наталье освободить мои руки.
— Не вижу в этом необходимости, — железным тоном ответил мужчина, — Думаю, Наталья Ивановна с удовольствием попоит свою любимую ученицу.
— Это не очень гостеприимно, Господин офицер… Или лучше называть Вас Господин директор? — гораздо спокойнее и не без лукавства продолжила девушка.
— Можно и так, — он разлил напиток по стаканам, — Дела это не меняет. И для вас, милые девушки, это дело сулит большие неприятности…
— Показания Коли ничего не значат! — не выдержала Ольга.
— Не повышай голос, детка. У меня и без Николая достаточно материалов, — спокойно ответил Андрей, — Даже фото и видео имеются, хочешь посмотреть? Нет? А с Колей я сам разберусь, здесь он пока не нужен.
— Может, мы как-нибудь договоримся, Господин директор? — примирительно заговорила девушка.
— Конечно, договоримся. У вас просто нет другого выхода, — в голове Андрея промелькнула идея и, он решился на новую импровизацию, — Итак, мы поступим следующим образом. Я не стану придавать гласности ваши тайны, а вы обе поможете мне разбогатеть.
— Как? — хором выдохнули женщины.
— Во-первых, мы снимем несколько фильмов с вашим участием…
— Как это? — выпучила глаза училка.
— Что?! — взвизгнула Ольга, — Какие ещё фильмы? Порнуха?!
— Именно! — хитро улыбнулся Андрей, — Может, и Колю пригласим…
— Вы с ума сошли! — вырвалось у Натальи Ивановны.
— Ничуть! Съёмочный процесс и реализацию готового материала я беру на себя, — уверенно потешался он, — Вам останется только творить!
— Совсем охренел, старый развратник, — взвизгнула Ольга, — Даже и не думай!
— Замолкни, деточка! — тихо, но зло проговорил Андрей, — Мнение маленькой сучки в рваных трусах прикованной к креслу меня не волнует.
— Вы не имеете права! Отстегните меня от этого чёртова кресла и дайте переодеться, — не унималась девчонка, — Отпустите нас! Мы будем жаловаться прокурору! Вас посадят!
— Жалуйся прямо сейчас! Прокурор здесь тоже я! Ты ничего не поняла, Оля… Всё будет так, как я захочу! Кстати, одежды на тебе, действительно, многовато, — кандидат в Вершители спокойно поднялся, подошёл к девушке и рванул на ней платье так, что оно разлетелось в стороны, обнажив её маленькие острые девичьи грудки и едва покрытый шёлковыми белыми волосиками лобок, — Так лучше… Может кляп добавить?
— Нет! — Ольга попыталась лягнуть мужчину ногой, но он нажал неприметную кнопку на кресле и ноги девушки оказались скованы также плотно, как и руки, — Не надо!
— Надо! — вздохнул мужчина.
— Господин офицер! — подала голос училка, — Оля не будет больше браниться… Но съёмки кино… Эротика?
— Не эротика, а порнография! — жёстко уточнил Андрей, — Ты тоже ничего не понимаешь, Наталья Ивановна? Объясняю в последний раз. Вы обе оказались здесь не просто так и не по чьей-то прихоти. Вы совершили многочисленные и серьёзные проступки, за которые понесёте наказание. Обе!!!
— Но, Господин! — горестно воскликнула Наталья, — Оля — моя ученица, и за её проступки должна отвечать я! Накажите меня…
— Обе! Я сказал — обе! — громко перебил учительницу мужчина, — Здесь я определяю кого и как карать. А вы, как видно, вовсе не заинтересованы в том, чтобы наказание оказалось мягче…
— Очень заинтересованы! — горячо возразила Наталья и схватила мужчину за руку, — Но разве съёмки в порно — мягкое наказание?
— Мягкое, можете мне поверить… — кивнул Андрей, и Оля тихо взвыла, а училка застонала, — Кстати, Наташа, мне надоел твой строгий костюм. Раздевайся!
— Что? — потерянно посмотрела на мужчину она, — Прямо здесь? При Ольге?
— Да, здесь. Можно подумать, что Оленька не видела тебя голой! — усмехнулся Вершитель, — Или ты о сексе? Хочешь, чтобы я снова делал это с тобой у неё на глазах? Может быть… Но позже, сейчас пора перекусить. Мы с тобой идём на кухню.
— Прямо так? — Наталья стояла перед Андреем абсолютно голая.
— М-да, очки можешь не снимать, — развеселился мужчина, достал из шкафа такой же прозрачный и гладкий халатик, как и тот, который приглянулся ему на первой Испытуемой, — Накинь это.
— А я? — тускло напомнила о себе Оля.
— А ты будешь сидеть здесь, и думать о своём поведении! Еду Вашей милости принесут персонально! — усмехнулся Андрей.
— Гад! — услышал он шёпот себе в спину, но решил не оборачиваться.

Следующий час Господин кандидат в Вершители провёл с Натальей Ивановной на кухне. Училка делала бутерброды, резала салаты и разогревала полуфабрикаты, постоянно твердя Андрею о своей вине, неизбежности наказания и необходимости пожалеть её ученицу. Мужчина молчал, покуривал и в упор разглядывал Наталью. Иногда она перехватывала его взгляды, густо краснела и смотрела на него стыдливо, но вопросительно. Кандидат в Вершители держал паузу. Дело шло к вечеру и, когда ужин был приготовлен, Андрей велел училке отложить еду для Ольги отдельно. Наталья немедленно соорудила поднос для ученицы и выразила готовность немедленно покормить её, но мужчина решил иначе. Для начала он предложил ей сесть за стол и начать трапезу вдвоём. За ужином Господин пил водку и поил ею Испытуемую, несмотря на её робкие протесты. Через некоторое время Андрей объявил перерыв и собрался лично накормить Ольгу. Наталья удивилась, но не спорила.
— Вы хотите, чтобы она поужинала и уснула до утра? — неожиданно спросила училка.
— Ты угадала, — усмехнулся он, — Оля немного утомила меня… Пожалуй, я займусь ею завтра.
— А мной сегодня? — порывисто спросила Наталья, подняла на него глаза и, упершись в непроницаемый взгляд, проговорила, — Чтобы Оля быстро и спокойно уснула до утра нужно подмешать ей в воду, а лучше в яблочный сок, успокоительное.
— Вот как?! И часто ты им пользовалась?
— Редко, — виновато откликнулась училка, — Но иногда без этого трудно… Оленька такая нервная! А это действует…
Андрей понял, что форсировать разбирательство с девчонкой бессмысленно. С ней ещё придётся помучиться, почему бы не воспользоваться подсказкой Натальи и не отложить дело младшей Испытуемой на завтра? Нужное средство было заказано и через некоторое время доставлено. Кандидат в Вершители отправился в чёрную комнату во всеоружии. Ольга встретила его молча, но зыркнула с ненавистью. Для начала Андрей попробовал кормить прикованную к креслу Испытуемую своими руками, но она упиралась и отплёвывалась.
— Послушай, детка! Я ведь могу оставить тебя голодной…
— Я сама умею есть, — тихо и зло проговорила Оля, — Отстегните меня!
— Что ты говоришь? — в тон ей произнёс мужчина, — Я не понимаю.
— Отстегните мои руки, — громче, но мягче сказала она, — Пожалуйста!
— Да, так лучше, — кивнул он, — Я отстегну тебя при условии, что ты будешь вести себя пристойно.
— А если я пообещаю, а потом всё Вам здесь разнесу, — Оля хитро посмотрела по сторонам.
— Маловероятно, что тебе это удастся, — спокойно возразил Андрей, — Но если ты будешь продолжать пытаться действовать в таком направлении… Я просто… отдам тебя охране на пару дней.
— Не надо, — посерьёзнела девушка, — Я буду хорошей девочкой…
Она и в правду тихо и с аппетитом поела, обильно запивая еду подготовленным соком. Потом запросилась в туалет. Андрей открыл ей дверь в санузел, где Оля немедленно попыталась запереться. Мужчина ухмыльнулся, закрыться ей было невозможно. Когда в туалете что-то загромыхало, Андрей распахнул дверь. На кафельном полу лежал, даже не разбившийся стаканчик с новенькими зубными щётками. Ольга, кисло улыбнувшись, быстро запахнула на себе разорванное платье, поставила стакан на раковину и шмыгнула обратно в комнату. Там под тяжёлым взглядом «директора» она со вздохом уселась в кресло, хотела что-то спросить, но только махнула рукой, зевнула и сонно прикрыла глаза. Андрей облегчённо вздохнул, подхватил девушку на руки и понёс в зелёную комнату. Она только на секунду открыла глаза, посмотрела на него недоуменно и сразу склонила голову на мужское плечо. В зелёной комнате он аккуратно положил Олю на кровать, снял с неё гольфы и разорванное платье, задумчиво осмотрел её худенькое нагое тело, тщательно укрыл девушку одеялом и вышел.
Наталья Ивановна сидела на кухонном стуле, сложив руки на коленях и грустно глядя внутрь себя. Увидев входящего Андрея, она подалась вперёд и посмотрела на него вопросительно.
— Не беспокойся, Наташа, — улыбнулся мужчина и сел за стол напротив учительницы, — Твоя ученица поужинала и заснула.
— Да? — с сомнением произнесла Наталья, — Прямо там? В этой ужасной комнате?
— Отчего же? Здесь есть помещения и поудобнее…
— И она сама… поела… и пошла спать?!
— Поела сама, — всё шире улыбался Андрей, — А в постель её отнёс я…
— Отнёс?! — ахнула училка, — Отнесли… на руках?!
— Отнёс и уложил спать, а что здесь такого?
— Вы… так добры… — Наталья, казалось, была готова броситься к нему и расцеловать.
— Не преувеличивай! — хмыкнул кандидат в Вершители, — Налей лучше коньячку, пора нам перейти к десерту…
Андрей развалился на стуле, курил, пил коньяк и кофе, сваренный учительницей. Она убирала со стола, мыла посуду и о чём-то сосредоточенно думала. Впрочем, он знал о чём… В принципе, с училкой ему было всё более-менее ясно. Конечно, он накажет её, тем более, что сама напрашивается. Но по большому счёту Андрею было действительно жаль эту не красивую, но довольно симпатичную и, в общем-то, несчастную женщину. Другое дело Ольга. С этой маленькой сучкой предстояло разобраться внимательно. При этом идея с киностудией теперь виделась мужчине любопытной и перспективной во многих направлениях…

Только сейчас, на пути к статусу Вершителя, он начал понимать среди кого живёт. Так же, как сейчас Наталья, многие женщины попадали в тёмное Княжество на Испытание. Вероятно, некоторые из них быстро понимали, что жизнь кончилась… Да нет же, кардинально переменилась! Они видели или чувствовали занесённый над собой карающий меч и… умоляли о смягчении наказания у первого встречного, коим оказывался Вершитель, разумеется. Вполне возможно, что Испытуемые осознанно или подсознательно начинали испытывать к такому… представителю власти сексуальное влечение, не понимая, что наказание не в том, чтобы отдаться ему, как только можно, и вернуть себе утраченную жизнь… Наказание — продолжать жить в неведомом им Княжестве по его тёмным законам долгие годы…
Осознав глубину своего открытия, Андрей оставил размышления о нём на более подходящее время и мысленно вернулся к теме видео… Возможность организовать съёмки кино дома даже и не снилась. А здесь, как только он перейдёт из кандидатов в официально действующие Вершители, идея окажется абсолютно реальным проектом. В принципе, одобрение Михаила уже имеется. А значит, можно организовать свою киностудию, снимать не только элементарную порнуху, но и умное кино, пусть и с эротическим привкусом. Можно привлечь к процессу Испытуемых, которых не хочется бросать на произвол здешней судьбы, да и знакомых можно привлечь — Сергея, а может быть даже Елену… Эта идея нравилась Андрею всё больше и больше. Об этом же, правда со своими нюансами, заговорила Наталья, присаживаясь на краешек стула напротив мужчины.
— Вы серьёзно говорили о съёмках, о киностудии, Господин? — училка явно смущалась.
— Серьёзно, — с интересом взглянул на неё Андрей.
— Я могу попросить у Вас кое-что уточнить? Да?.. Во-первых, будет ужасно, если на видео нас узнают знакомые…
— Здесь у вас нет знакомых, — перебил её кандидат в Вершители.
— Здесь нет знакомых? — удивилась Наталья, — Вот как?.. Мне это не совсем понятно, но я Вам доверяю.
— Прекрасно. Во-вторых?
— Во-вторых, хотелось бы знать… Вы планируете просто отдать нас с Олей кому-то на студию для съёмок?
— Хороший вопрос, Наташа, — кивнул Андрей, — У меня есть идея об организации такой студии. Если откровенно, ты и твоя ученица невольно подтолкнули меня к мысли о практической реализации этой задумки в ближайшее время. Думаю, на организационные вопросы мне хватит недели, потом начнём обустройство, а через месяц и съёмки.
— Вот оно как… И мы Вам будем нужны только через месяц?
— Почему же? Вы и над обустройством поработаете. Так что, через неделю могли бы приступить. Дело за малым.
— За нашим согласием?
— Ты опять ничего не поняла, Наталья Ивановна! — вздохнул мужчина, — Я могу привлечь тебя и Ольгу к этому проекту и без всякого согласия.
— Да, конечно, — часто закивала училка, — Дело за нашим желанием? Да? За нашим искренним желанием прилежно работать над этим… Вашим проектом? И тогда мы будем… ну… только у Вас… Вы нас никому не отдадите?
— В общих чертах верно. Тебе так важно, чтобы я вас никому не отдал? Почему?
— Очень важно, Господин! Вы хороший… Не надо переубеждать меня, пожалуйста! — Наталья даже привстала со стула и невольно продемонстрировала мужчине свои прелести, прекрасно видные через прозрачный халат. Андрей улыбнулся и кивнул, училка продолжила, — Вы добрый… И я точно знаю, что далеко не все в нашем мире такие… Я всё сделаю, чтобы остаться у Вас, и Оленьку уговорю!
— Нет, Наташа. Во-первых, ты рассуждаешь о «нашем мире», но… не понимаешь, где ты очутилась…
— Не понимаю… — с чувством кивнула она, — Но знаю, что школы, учеников и… прошлой жизни уже не будет…
— Вот и думай об этом! А я уже говорил и повторю ещё раз: Ольга должна всё понять сама, без твоей помощи. Я займусь ею завтра один. Вот и посмотрим…
— Вы покараете её?
— Ох же, тьма-тьмущая… Ты всё об одном…

Андрей вернулся в кабинет уже глубокой ночью, по дороге зайдя в зелёную комнату и убедившись, что Ольга продолжает безмятежно спать, скинув с себя одеяло и живописно раскинув руки и ноги. Он снова укрыл девчонку, вздохнул и покачал головой… В кабинете мужчина расслабленно расселся на диване со стаканом ледяного виски с колой и сигаретой. Позже пришла Наталья. Она побывала в душе и на кухне, откуда принесла поднос с только что сваренным кофе на двоих и нехитрой снедью. Вот только сидеть, после наказания, на которое сама напросилась, она пока не могла, поэтому кофе пила стоя, а потом, с разрешения Господина кандидата в Вершители, улеглась бочком на диван, положив голову ему на колени. Наталья всё никак не могла успокоиться и некстати начинала всхлипывать. На вопросительный взгляд Андрея она только разревелась.
— Простите меня, Господин! Я не знаю, что со мной такое, — нетвёрдо произнесла учительница, — Вы наказали меня… Правильно наказали… За дело… Хорошо наказали… Так хорошо, что я в себя прийти не могу! И стыдно, и больно, и страшновато, и сладко так, плачу вот до сих пор… от счастья…
— От чего?! — изумился Андрей, — Какая ты странная, Наташа! Что же мне и дальше тебя так… наказывать?!
— О, если бы это было возможно! — с глубоким сомнением вздохнула она, — Но чтобы только Вы и никто другой!
— Не знаю, — растерянно пробормотал он, — Но я подумаю, Наташа…
— Спасибо, Господин! Мне хорошо с Вами… Правда! Вот Вы произносите «Наташа» и, мне становится почему-то и стыдно, и тепло, и не страшно ни капельки…
Андрей смотрел на неё и удивлялся непонятной ему странности этой женщины. Удивлялся он и себе. Наталья совсем не казалась ему красивой, несмотря на правильные черты лица, с чувственным, красиво очерченным ртом. Её задумчивые карие глаза смотрелись немного блёкло, но вспыхивали огнём в минуты эмоционального подъёма и возбуждения. Фигура учительницы казалась несколько тяжеловесной и немного сутулой, но при ближайшем рассмотрении вовсе не производила отталкивающего впечатления. Но всё это — и, пусть не выдающаяся, но привлекательная грудь, и не отличающиеся изящностью, но стройные ноги, всё это было не главным. При первом знакомстве Наталья показалась Андрею невзрачной не только внешне, но и по своим человеческим качествам, теперь же она начала вызывать у него целую гамму противоречивых чувств. Он испытывал раздражение от её безумной связи с той ещё сучкой ученицей, неприязнь к её бесхарактерности, непонимание постоянной готовности подчиняться и даже получать удовольствие от унижения. Однако странная жалость к этой пронзительно одинокой, по сути, женщине побеждала негатив и рождала в нём желание помочь ей… Спали они вместе на разложенном в кабинете диване. Наталья уткнулась носом Андрею в плечо, а потом, уже во сне, прижалась к нему и обняла рукой.
Проснувшись рано утром, Андрей сразу уселся за отчёт по Испытуемой. Она принесла ему свежеприготовленный кофе и молча сидела рядом в мягком байковом халате, разукрашенном большими красными маками, который он нашёл для неё в большом шкафу в белой комнате.
— Тебе скоро уезжать, — заканчивая отчет, сказал кандидат в Вершители.
— Как? Куда? — вздрогнула учительница.
— Я не обязан отвечать, — строго заметил Андрей, но увидев, что женщина снова готова расплакаться, смягчился, — Успокойся, здесь так положено. Карантин на несколько дней…
— А потом на студию или…
— Ты задаёшь слишком много вопросов, Наталья Ивановна! — недовольно буркнул мужчина и задумался: «А почему, собственно, я привязываю идею киностудии к этой парочке. Во-первых, студия мне пригодится в любом случае. Во-вторых, парочку эту можно и разделить. На Ольге свет клином не сошёлся… Или здесь следует говорить — тьма клином не сошлась?»
— Простите, Господин! Но это для меня очень-очень важно… — тем временем шептала Наталья, склонив голову.
— Хорошо, слушай. На днях я займусь студией и, если не случится ничего непредвиденного, через неделю ты присоединишься к моему проекту.
— Спасибо, Господин! Я буду стараться… — покраснела училка, — А Оля?
— Ольга будет стараться сегодня, — улыбнулся Андрей, — А если серьёзно, с ней пока ничего не ясно. Многое будет зависеть от неё самой, но…
— Можно мне с ней поговорить?
— Нет.
— Господин! Как я понимаю, может случиться так, что мы с ней больше не увидимся… Никогда, — Наталья Ивановна всё-таки не удержалась и заплакала, — Позвольте мне хотя бы покормить её завтраком на прощание… Умоляю Вас!
— Ладно, — кивнул он, — Хотя она и не заслужила этого…
— Я заслужу! — вскинулась и подалась к нему женщина, — Я всё, что хотите…
— Не сейчас! Да и не об этом я, — остановил её мужчина, — Иди, покорми девчонку. Но только в спальне и без разговоров!

На мониторе компьютера Андрей наблюдал, как учительница входит с подносом в спальню к своей ученице. Ольга ещё спала, снова скинув с себя одеяло. Наталья разбудила её легкими ласковыми прикосновениями. Девушка на удивление тихо поднялась и отправилась в туалетную комнату. Оттуда она вышла свеженькая, завернувшись в белое банное полотенце, и принялась с аппетитом завтракать, время от времени вопросительно поглядывая на учительницу. Наталья молчала и только смотрела на ученицу с материнской нежностью.
— Что ты? — неожиданно хриплым ломающимся голосом произнесла Оля, закончив трапезу, — Спасибо за завтрак! Вкусно… А что дальше?
— Я не знаю, — тихо ответила Наталья Ивановна, поглаживая девушку по худенькой голой ножке.
— Не знаешь, — уныло констатировала Ольга.
— Ты постарайся поспокойнее… — пытаясь подобрать нужные слова, зашептала учительница, — Повежливее… с ним…
— Может ещё и поласковее? — взвилась, было, девушка, но осеклась, почувствовав неладное, — А ты? Ты что, прощаешься со мной?!
— Наталья, тебе пора! — тоном, не терпящим возражений, проговорил Андрей, вошедший в зелёную комнату, — А у тебя, девочка, есть ещё немного времени для раздумий…
Ольга не нашлась, что ответить. Кандидат в Вершители вывел из комнаты училку, так и не позволив ей нежно попрощаться с ученицей. Они вернулись в кабинет, Андрей сел на сложенный уже кожаный диван, закурил и строго посмотрел на Наталью.
— Тебе пора собираться, — произнёс он.
— О, Господин! Простите меня! — взмолилась учительница, — Я не должна была говорить с Олей…
— Не должна была, но это, в сущности, не важно, — сухо ответил мужчина.
— Я виновата! — Наталья нескладно, театрально бросилась к нему и встала на колени, — Но я только хочу, как лучше… Хочу, чтобы Вы поняли, что мы не очень плохие… И будем Вам верными… помощницами…
— Или рабынями? — саркастически усмехнулся он, даже не предполагая, как близок к истине.
— Или рабынями, — эхом ответила училка…
— Поживём-увидим…
— Я ещё не сказала Вам, а это важно… — неожиданно произнесла Наталья Ивановна, — Когда Вы будете с Олей… ну… Возьмите её нежно…
— Что такое? — удивился мужчина, — Я как-нибудь сам решу, что мне с ней делать и как!
— Она девственна, — чуть слышно прошептала учительница.
— Что?! — закашлялся Андрей, — Что ты такое говоришь?!
— Это правда, Господин! У Оленьки никогда не было мужчины…



Глава 9
Ольга

После того, как увезли Наталью, кандидат в Вершители испытал острый приступ лени. Он позвонил домой в Золотой номер, поговорил с Катриной и Эммой. Они обрадовались его звонку, но в тоне обеих женщин чувствовалась напряжённость… Надо, всё-таки, заняться Ольгой, решил он, в очередной раз разглядывая на мониторе, как оставленная в одиночестве младшая Испытуемая мается от безделья. Андрей понимал, что закончить с ней Испытание как-то по-хорошему вряд ли получится. Да и информация о её девственности, полученная от Натальи, вызывала у него смешанные чувства. Трудно было представить эту маленькую сучку невинной девушкой. Однако, просто устроить ей жестокую экзекуцию, добиться тем самым повиновения и признания во всех её тяжких проступках, уже не казалось хорошей и единственно правильной идеей. Кандидат в Вершители принял контрастный душ, облачился в изящный светлый костюм и отправился в зелёную комнату.
— Что же мне делать с тобой, девочка? — миролюбиво начал он.
— Простить и отпустить, — так же мирно, но не без издёвки ответила Ольга.
— Отпустить? — вяло улыбнулся Андрей, — Куда? Ты даже не представляешь, где находишься…
— Не важно. Всё равно, лишь бы стать свободной! А домой я как-нибудь доберусь…
— По поводу свободы говорить не будем, не время и не место. А домой… Невозможно!
— Врёте Вы всё! — вспыхнула пленница, — Сказки тут мне рассказываете, чтобы заставить заниматься… этим перед камерой.
— Этим, по твоему выражению, ты и так занималась! Да ещё и снимала на камеру сама, — всё ещё спокойно ответил мужчина.
— Откуда Вы знаете? — вскрикнула было Ольга, но тут же опустила голову, — Ну да… Вы много знаете… Даже слишком… Но это же для себя, это другое!
— Именно — для себя! И принуждая других! — резко отреагировал Андрей, — Твоя вина во многих провинностях доказана и обсуждению не подлежит. Вопрос в каре за содеянное. Вероятно, она для тебя слишком мала… Не хочешь в порно, поработаешь проституткой для начала.
— Нет! Нет! Нет! — истерично взвизгнула Испытуемая, — Ни в порно, ни в проститутки! Никогда!
— Встать! — заорал Вершитель, и девушка вскочила с постели, — Раздевайся!
— Не надо…
— Надо! — прорычал он и сорвал с неё полотенце. Ольга взвизгнула и закрыла ладонями лобок, оставив напоказ свои маленькие острые грудки.
— Вы не имеете права, Вы не должны так… — скороговоркой тараторила она, — Я несовершеннолетняя!
— Врёшь! Здесь нет несовершеннолетних!
— Да? — удивилась девушка, — Я не знала…
— Могла бы догадаться, — понизил тон Андрей.
— Отпустите меня… — жалобно попросила она.
— Куда, детка? — уже и не удивляясь подступающему желанию, он приказал себе забыть об этом… на время. Очень кстати появилась неожиданная мысль о том, что неплохо бы проветриться, — Показать тебе, где ты находишься?
— Да, — недоверчиво взглянула ясными голубовато-зелёными глазами Оля.
— Одевайся! — Андрей встал, открыл шкаф, покопался в нём и кинул девушке голубой плащ с поясом, а потом очень красивые синие кожаные полусапожки на каблуке.
— Плащ на голое тело? — заныла девушка, одеваясь, — Я замёрзну!
— Там тепло, — не давая Ольге опомниться, мужчина защёлкнул браслет наручников на её левой кисти, а второй браслет на своей правой. Испытуемая ахнула, но молча последовала за ним в гараж, мимоходом взглянув на себя в зеркало. Андрей улыбнулся: женщина остаётся женщиной, везде и всегда. Действительно, у Ольги даже настроение поднялось, она выглядела в этом наряде замечательно — сразу подросшая благодаря высоким каблукам, изящная, со шлейфом светлых волос, которые попыталась как-то подправить свободной рукой. В гараже девушка цокнула языком от удовольствия, увидев в какую машину её сажают на переднее пассажирское сидение. Мужчина ловко перестегнул браслет наручника со своей руки на внутреннюю ручку дверцы автомобиля, сел за руль, заблокировал двери и включил зажигание.

Андрей выехал с территории коттеджного посёлка и повернул в сторону окружной дороги, которую впрочем, здесь называть окружной или кольцевой можно было весьма условно.
— Уже ночь? — удивлялась Ольга, глядя по сторонам.
— Ещё даже не вечер, — серьёзно ответил мужчина, девушка посмотрела на него с недоумением.
— Куда мы едем?
— На окраину, — всё так же серьёзно и равнодушно проговорил он. Пейзаж за окном не радовал глаз. Ухоженные коттеджи закончились, по сторонам дороги виднелись странные полуразрушенные строения, насыпь железной дороги, с разбросанными шпалами и без какого-либо следа рельсов. Всё это тонуло в синевато-серой мгле здешнего дня. На часах значилось 16:30. Андрею всё это было знакомо, а Оля… Бодрое настроение девушки улетучивалось стремительно. Наконец они доехали до кольцевой, пересекли её, и почти тут же увидели шлагбаум. Перед ним Андрей остановился, вышел из машины и вывел из неё Ольгу. Они вдвоём нырнули под перекладину шлагбаума, прошли ещё метров сорок и остановились рядом с оградительной сеткой с табличками «стоп» и «не курить». Перед ними впереди и по сторонам простиралась гладь густой смоляной жидкости. Правее можно было увидеть, как неожиданным провалом обрывается часть окружной дороги, уступая место всё той же чёрной жиже.
— Ужас какой… Что же это? — запричитала испуганная девушка, — Где мы? Где я, Господин?
— Там же, где и я, — грустно ответил он. Удивительно, но такой странный ответ, казалось, удовлетворил её.
— Увезите меня отсюда, пожалуйста, — тихо попросила Оля и взяла его за руку. Андрей молча развернулся, и они быстро вернулись к автомобилю. Обратная дорога, к счастью, оказалась не долгой.
— Проголодалась? — по-отечески заботливо спросил он девушку, заезжая в гараж.
— Да, — кивнула она, — Жаль, что здесь не видно закусочных…
— Соскучилась по гамбургеру? — улыбнулся мужчина.
— По чизбургеру! — ответная улыбка этой негодной девчонки оказалась на редкость светлой и открытой, — И по картошке фри!
— Легко!
— Правда?! — настроение Ольги снова и явно улучшилось. Они отправились на кухню, где Андрей набрал номер службы доставки и стал диктовать заказ, время от времени прерываемый весёлыми возгласами девушки, — И пирожок с вишней! И колу! И мороженое самое большое и вкусное!
— Не лопнешь? — засмеялся он, оформив заказ и стянув с Ольги плащ.
— Не-а, не лопну… А сапожки можно оставить? — наморщила носик девушка, прикрывая руками свою наготу.
— Можно. Так и будешь ходить голой в сапогах?
— Неудобно, конечно… Стыдно то есть… Но если Вы так хотите…
— Какая послушная и стыдливая девочка! — покачал головой кандидат в Вершители.
— Да… Я такая! — фыркнула и… вдруг покраснела Оля.
Розовые щёки тоже оказались ей к лицу. Андрей нашёл для неё коротенькое белое с голубыми косыми рисками платье в обтяжку, которое она тут же и натянула.
— Я Вам нравлюсь? — ляпнула девушка и осеклась, — Ну… в этом платье…
— В этом платье, да, — он посмотрел на неё оценивающе и снова почувствовал приступ желания, — А на тебя голенькую я ещё насмотрюсь! Или ты всё ещё хочешь сбежать?
— Да-а-а… — с непонятной интонацией протянула Ольга, — Век свободы не видать…
Вскоре привезли еду, и они принялись ужинать на кухне. Андрей обильно запивал сандвичи виски с колой. Девушка наблюдала за этим с лёгкой укоризной. Тогда он налил немножко виски и в её бокал с газировкой. Оля довольно кивнула, с аппетитом смолотила весь свой заказ, напоследок принявшись корчить уморительные физиономии и измазавшись мороженым.
— Спасибо! Что теперь? — спросила она, когда мужчина удовлетворённо откинулся на спинку стула и закурил.
— Пожалуйста! Я хотел спросить тебя о том же…

— Я совсем пропащая, да? — после долгой паузы сказала девушка вроде бы невпопад, Андрей промолчал, — Плохая? Гадкая? А гадких девчонок нужно пороть и… А ещё снимать в порно! Почему так? Почему Вы молчите? Я сволочь, конечно… Но я не проститутка, и не порнозвезда… Я придумывать могу, сценарии писать… У меня знаете какие фантазии? Знаете? Ну, может что-то и знаете, но не всё… Я и режиссером могу. Честное слово, смогу! И эротику, и совсем не эротику!
— Оля, мы ещё вернёмся к этим твоим талантам позже… — прервал молчание мужчина, — Может быть вернёмся.
— Может быть? Значит, может и не быть? Но почему?!
— Потому, что я не знаю, что будет с тобой завтра. Я тебя не знаю, не понимаю, может быть чувствую, но только изредка…
— А Наталью Вы узнали и поняли? Где она, куда Вы её увезли?
— Это не важно. Важно, что с ней будет завтра. И это я знаю. Она тоже не ангел, но…
— Не заслуживает наказания? А я, значит…
— Заслуживает! И наказана, — перебил девушку Андрей, — И будет наказана ещё и ещё… Это не игра, это жизнь такая… Но у Натальи всё нормализуется, насколько это здесь возможно.
— Потому, что Вы знаете, что с ней будет завтра?
— Да.
— Я, кажется, начинаю понимать… Но, скажите… Разве Вы — взрослый и здоровый, умный и… симпатичный мужчина имеете право без суда и следствия приговаривать двух женщин… пусть падших, но слабых и нежных женщин…
— В том-то всё и дело, Оля… Мне не только дано такое право… Я обязан судить и приговаривать! А разговаривать с тобой, объяснять вовсе не обязательно… Плохо ли, хорошо ли это, но… Я — суд, а следствие заканчивается здесь, на твоих глазах… Наталья уже осуждена… Ты осталась одна… Думай! Ты не производишь впечатления глупой школьницы…
— Да, не школьница я давно, — воскликнула Ольга, чем ввела кандидата в Вершители в жесточайший ступор, — Не понимаю, что здесь у Вас творится?.. Или что-то со мной?
— Что? — спросил Андрей деревянным голосом, чтобы сказать хоть что-то, взять паузу и разобраться, что твориться с этой девчонкой.
— Это Вы меня спрашиваете? Сами всё знаете, даже показали мне и… спрашиваете… Хотите, чтобы я сама? — она вздрогнула, побледнела и, словно метнувшись от невидимой тени, соскочила с места, кинулась к опешившему мужчине и прижалась к нему.
Андрей не знал, что ему делать в снова изменившейся ситуации. Он только слегка приобнял сидевшую на его коленях замолчавшую девушку, смотрел в её голубовато-зелёные, ставшие сухими и болезненными, глаза и думал: «Уж лучше бы ты заплакала, девочка… Талантливо играешь сумасшествие?.. Нет… Ты, кажется, в самом деле понимаешь, что произошло…»
— Вы мой следователь, судья и… палач? — через несколько минут снова заговорила она горячечным громким шёпотом, — Вы осудите и казните меня даже такую… мёртвую?
— Оля, перестань, — мужчина не нашёл ничего лучшего, чем успокаивать девчонку, которую ещё недавно называл маленькой сучкой, — Посмотри на себя! Какая же ты мёртвая?
— Не обманывай меня, мой Палач, — неожиданно перешла на «ты» Ольга, — Лучше пожалей, погладь меня перед казнью, а я… сама придумаю её для себя, если хочешь…
По телу Андрея пробежали мурашки, но он встал со стула, взял девушку на руки и перенёс на диван гостиной. Оля лежала на диване, положив голову на колени сидящего там же мужчины и, едва почувствовав его руку, поглаживающую белокурые локоны на её голове, горько и безудержно заплакала…
— Я умерла, знаю… Не обманывай меня, пожалуйста! — сквозь слёзы начала говорить девушка, — Но моя смерть не была наказанием, она была спасением!.. А ты пришёл покарать меня уже здесь, без этого же нельзя, правда?
— Правда, маленькая, — уже ни с чем не спорил Андрей, положившийся на чувства и интуицию.
— Я не маленькая… Но если ты так говоришь со мной… Если я сама напишу свою казнь, ты хотя бы выслушаешь меня, Судья мой?
— Выслушаю…
— У меня плохо получается, — уже немного успокоившись, воскликнула Ольга, не давая мужчине убрать руку со своей головы, — Ты поможешь мне?
— Помогу, — незаметно улыбнувшись, вздохнул мужчина, понимая, что перед ним не исчадие ада, а всего лишь девушка, пусть плохая, своенравная, взбалмошная девушка, но не конченная, не мёртвая, а живая и не способная на долгое и мучительное самобичевание, что бы ни произошло, — Чем тебе помочь?
— Скажи, ты будешь меня бить, истязать?
— Бить, истязать, лупить, стегать розгами, — прочувствовав новую перемену настроения, нарочито грозно перечислял кандидат в Вершители, — Или отшлёпать?..
— Лучше, конечно, отшлёпать, — с удивительно легкомысленным облегчением произнесла Оля, — Поняла я, поняла… А это… как его… ну… насиловать?
— Насиловать тоже можно по-разному…
— Да?! Хотя… может быть и так… Я напишу для себя нежное изнасилование, — размышляла девушка вслух, по прежнему не отпуская мужскую руку со своей кукольной головки, — Но я же… Впрочем, рано или поздно это должно было случиться… Никогда бы не подумала, что здесь и с таким…
— Что-то не так? — впервые после долгого перерыва открыто улыбнулся Андрей, перехватив оценивающий взгляд Испытуемой.
— Нет-нет, это я о своём, о девичьем… — попыталась сгладить неловкость Ольга, — Надо бы определиться с ролями… Кто я?
— Невеста! — буркнул мужчина.
— Ну, жениха-то я бы выбрала себе помоложе, — немедленно парировала она и, Андрей расхохотался, — Однако, может быть украденная до свадьбы чья-то там невеста… Нет, это слишком пафосно! Вы согласны, Господин? Ах, я даже не знаю, как мне Вас называть…
— Просто Господин, — сдержался он, чтобы не назваться собственным именем.
— И совсем не просто, — заявила девушка, незаметно вернувшись на «Вы», — Мне сейчас не надо знать Ваше имя? Да? Вот видите, какая я понятливая… Следователь, Судья, Палач — слишком мрачно даже для того света… Лучше я буду называть Вас «Хозяин».
— Хозяин? — удивился Андрей, — Любопытно… Можно попробовать.
— Хорошо. Вы и в сценарии моей казни будете Хозяином… Гостиницы?.. Или борделя?.. В общем, крутым бандитом, которому привезли в подарок юную сиротку, невинную и скромную…
— Скромную и невинную? — язвительно осведомился он, — А ты справишься с этой ролью?
— Не знаю… А кто сказал, что будет легко? — дерзко ответила Ольга и вздохнула, — Короче, бандюга, то есть Вы, Хозяин, сомневается… Отдать девку в бордель или оставить для своих развратных утех? Такое может быть, правда? Ну, вот… Она понимает, к кому попала, умирает от ужаса, но только умоляет о пощаде и плачет от безысходности… А где будет происходить действие, Вы покажите?
— Пусть это будет для тебя сюрпризом, — хитро сощурился Андрей.
— Вот как? Интересно… Значит, Вам нравится мой сценарий, Хозяин?
— Неплохая идея, и не вижу причин, чтобы не начать воплощать её…
— Прямо сейчас? — вырвалось у девушки, — Но…
— Ты хочешь, чтобы я придумал что-то более смелое? — поднял брови Андрей.
— Нет, — Оля опустила голову.
— Тогда пойдём выбирать наряд для скромной пленницы…
— Подождите одну минутку, Хозяин! — брызнула Ольга на мужчину зелёными искрами глаз, — Всего один вопрос: что произошло со мной и Наташей?
— Почему ты думаешь, что я должен знать это, Оля? — спросил кандидат в Вершители и, неожиданно для себя, высказался весьма открыто: — Сюда попадают разные люди… Но никто не попадает сюда без причины. Можешь назвать это судьбой или карой…
— Или кармой… — крепко задумалась девушка, что придало её миленькому личику не знакомую Андрею по первому впечатлению злость и стервозность, а очень взрослую отрешённость, — Отягощённой кармой… Всё справедливо, наверное… Надо же как это, оказывается, происходит…

Что и говорить, Андрей плыл по течению, полагая, что инициатива Испытуемой сама приведёт её к нужному берегу… Мужчина восседал в кабинете со стаканом из толстого зелёного стекла. На нём был дорогой тёмно-коричневый в тончайшую золотую полоску костюм-тройка, шёлковая песочного цвета рубашка с рубиновыми запонками. Довершал картину умопомрачительный бордово-золотой галстук. Долго терпеть это безобразие Андрей не смог, снял и повесил на спинку кресла пиджак, расстегнул пуговицы на жилетке, ослабил галстук, сел на диван, закурил и почти тут же уронил пепел на роскошные брюки… В кабинет вошла юная пленница в легком белом с вертикальными бледно-жёлтыми полосками платье, подчёркивающими её стройность. Белокурые волосы она заплела в косу, отчего почти лишённое косметики лицо девушки слегка округлилось, став и вправду замечательно юным. Худенькие ножки, которые платье прикрывало только выше колен, были босы. Несколько диссонировали с образом юной грации узкие кожаные полоски с металлическими колечками на лодыжках, запястьях и шее, но они добавляли трагизма в образ несчастной пленницы.
— Здравствуйте, Хозяин! — ломающимся голосом произнесла она, остановившись посередине кабинета.
— Ты заставляешь себя ждать, девочка, — недовольно откликнулся мужчина, на что пленница только молча ссутулилась. Не желая вести пустые разговоры, он поднялся, поставил опустевший стакан на стол рядом с выключенным монитором, взял девушку за локоть и повёл её к месту основного действия. Вид белой комнаты произвёл на Ольгу большое впечатление. Она с видимым усилием подавила в себе желание высказаться, снова огляделась и заметно заволновалась. «Всё-таки, эта стервочка в любой момент может выкинуть какую-нибудь пакость», — почему-то подумалось Андрею и он решил держать ухо востро, но без необходимости не отвлекаться от задуманного ею сценария.
— Что это? — удивлённо спросила девушка, одарив мужчину зеленью испуганных глаз, а потом покосилась на огромное ложе под балдахином, — Зачем я здесь?
— На ближайшее время это — твоя спальня, — медленно со значением ответил Хозяин, подходя к туалетному столику, на котором стояло серебряное ведёрко со льдом и торчащим из него горлышком бутылки, — Здесь ты для того, чтобы принадлежать мне. А для начала выпьем шампанского…

Ольга старательно изображала скромную, несчастную пленницу. Господин кандидат в Вершители плавно вошёл в роль властного Хозяина, безапелляционно навязывающего девушке общение по собственным правилам и требующего безусловного послушания. Пленница, с содроганием внимая его жестоким речам и прикосновениям ласковых, но не терпящих отказа рук, медленно сдавалась на милость Господина… Он же не только стремился полностью завладеть её телом, но и требовал ответных ласк, и планомерно добивался своего…
* * *
Андрей сразу заметил, как непривычны девушке подобные нежности. Изображать испуг и неумелость ей не требовалось, они выглядели естественными. Пленница, старалась удовлетворить желания Хозяина, случайно, а может и намеренно, слегка прикусила его зубками. Мужчина словно ждал этого. Он немедленно отвесил девушке лёгкую, но звонкую пощёчину, потом схватил её за косу и, не обращая внимания на слёзные мольбы, потащил Ольгу на середину постели. Через минуту нагая пленница была распята на белоснежном ложе, руки и ноги её были разведены и прочно закреплены ремнями.

— Простите меня, Хозяин! Я не виновата… Я больше не буду! Пощадите! — умоляюще шептала девушка. Обнажённый мужчина подсунул подушку под голову пленницы и полу-прилёг рядом. Коса у Ольги расплелась и белокурые волосы разметались по подушке, на щеке блестела одинокая слёзка. Когда Андрей ласково смахнул её пальцами, из ясного голубовато-зелёного глаза вытекла ещё одна. Эту слезу мужчина подобрал губами.
— Пожалейте меня, добрый Хозяин, — всхлипывая проговорила она, а потом вдруг, — Поцелуйте меня!
— Да, детка, — Андрей нежно прикоснулся к её вздрагивающим тонким губам своими. Ему совершенно расхотелось изображать злого Хозяина, зато безумное желание изучать и нежно гладить юное тело своей пленницы накрыло его с головой. Он целовал её милое лицо, вздрагивающую от прикосновений губ шею, поглаживал ладонями плечи… Остренькими упругими грудками девушки Хозяин занялся особенно тщательно, то нежно поглаживал их пальцами, то сжимал, то целовал твердеющие сосочки. Оля сначала всхлипывала и беспомощно шептала что-то неразборчивое, затем всхлипы превратились во всё более сладкие тихие стоны. Когда ласковые руки Хозяина принялись оглаживать тонкие ножки девушки, всё чаще попадая на внутреннюю поверхность бёдер, а то и касаясь лобка, Оля занервничала.
— Позвольте, я ещё поласкаю Вас… губами, — ломающимся голосом предложила она…

Теперь Оля была крайне осторожна и нетороплива, словно изучала все его тайны. Хозяин быстро достиг крайнего возбуждения, но торопить развязку ему не хотелось. Развернувшись на 180 градусов, он склонился над лоном девушки и положил руку на её лобок.
— Пожалуйста, Хозяин! Не надо… У меня там… всё такое нежное… — быстро зашептала Оля, выпуская и снова ловя губками естество мужчины.
— Не бойся, малышка, я буду осторожен, — палец Андрея скользнул по розовым нижним губам девушки.
— О, Хозяин, мне страшно… У меня там… — напряглась и застонала Ольга, выходя из роли, — Поласкайте лучше язычком… Пожалуйста!
— Ишь, чего захотела! — оторопел Хозяин, но просьба Оли неожиданно возбудила в нём любопытство. Андрей взял вторую подушку, подсунул её девушке под ягодицы, наклонился, поцеловал девичий лобок и провёл языком по губкам.
— Да! Да, мой хороший… Полижи её… ещё… ещё! — Ольга уже не владела собой. Вкус её вульвы оказался на удивление приятным. Мужчина увлёкся процессом, а девушка уже не в силах одновременно ласкать Хозяина, выгнулась и забилась от сладкого оргазма…
Теперь и Андрею не терпелось перейти к развязке. Он расположился у ног пленницы, несколько раз провёл головкой по её промежности, взглянул на округлившиеся глаза девушки и осторожно, но уверенно вошёл в неё. Через мгновение мужчина мягко прижался к телу Ольги, закрывая губами раздирающий её крик, и замер… Андрей только целовал Олины губы и мокрые щёки, на которых вдруг проступили веснушки. А девушка, чередуя всхлипы и стоны, чуть заметно двигала бёдрами, доставляя мужчине тончайшее наслаждение. Этот сюрпляс длился долго, пока Андрей по сладким стонам не понял, что болезненные ощущения у Ольги отступили, а самому ему требовалось всего несколько движений… Их он и сделал, осторожно, чтобы не причинить девушке боль, и ритмично вводя её в резонанс со своим начинающимся острым сладострастием… Когда их бурные обоюдные судороги и совсем уже неконтролируемые стоны затихли, Андрей освободил руки девушки и, она немедленно обвила ими его шею.
— Не уходи, — прошептала Оля.
— Не ухожу, — хрипло ответил он, прижимаясь к ней всем телом, — Тебе не тяжело, малышка?
— Нет, милый, — забыв об условностях, откликнулась девушка, — Никогда не думала, что это будет так… Я чуть с ума не сошла… Вы чудесный… Хозяин…
— Это и в правду волшебно… — когда Андрей поднялся и освободил от пут ноги девушки, она ласково уложила его спиной на постель, нежно поцеловала в губы и улеглась сверху, лёгкая, как пушинка. Доверчиво прижавшись щекой к его груди, Оля тихо и спокойно дышала. Слушая дыхание и стук её сердца, мужчина перебирал руками упавшие ему на лицо белокурые волосы и вдыхал их аромат. Потом он нащупал сбившееся в сторону одеяло и накрыл им девушку и себя. Так они и уснули…

Господин кандидат в Вершители проснулся страшно голодным и понял, что проспал долго. В кое-как натянутом на голое тело и не застёгнутом платье Ольга сидела у изголовья постели, подоткнув под спину подушку. Её рука погрузилась в волосы Хозяина и рассеянно, но нежно их поглаживала. Андрей слегка приподнялся и переложил голову с подушки на обнажённое бедро девушки.
— Ты так сладко спишь, — Оля наклонила голову и поцеловала его ухо, белокурые волосы щекотно рассыпались по лицу мужчины.
— Маленькая пленница перешла с Хозяином на «ты»? — с нежным укором поинтересовался мужчина.
— Прости, пожалуйста! Это получается как-то само по себе… — пролепетала девушка, — Но я буду только иногда… и только когда мы вдвоём… Можно?
— Я подумаю… Если хорошо будешь себя вести! — улыбнулся Хозяин.
— А какой я ещё должна быть со своим первым мужчиной? — сладко вздохнув, сказала Оля, — И ведь не верила Наталье…
— И я не верил, — задумчиво произнёс Андрей, — Тебе было больно?
— Да, — тихо ответила девушка, указывая на алое пятно на белоснежной простыне, — Но боль прошла так быстро… Как Вы так сделали? А ещё я никогда не понимала, как можно получать удовольствие, когда тебя… а оказалось…
— Зато в других удовольствиях ты знаешь толк! — хитро улыбнулся мужчина.
— Ну, зачем Вы так, Хозяин? — расстроилась Ольга, — Или Вам не понравились мои ласки?
— Понравились, детка…
— Хотите ещё? — вызывающе улыбнулась девушка и наморщила носик.
— Хочу! — прямо ответил Андрей, — Но если я сейчас не подкреплюсь, то съем тебя!
— Я хотела приготовить завтрак, — не переставала улыбаться Оля, — Но все двери закрыты… Впрочем, я не удивилась… На Вашем месте я была бы ещё осторожнее…

Как и предполагал Андрей, готовить девушка почти не умела. К её радости он снова обратился к услугам службы доставки. Пока ожидали заказ, мужчина довольствовался недосоленной яичницей, приготовление которой кое-как осилила его подопечная. Зато привезённая пицца с тонкими, закрученными в волны ломтиками пармской ветчины, сладкими помидорными колечками, нежнейшими маслинами вызвала бурный восторг не только у Ольги и была уничтожена ими на ура. Андрей смотрел на аппетитно завтракающую, что-то поминутно болтавшую, весёлую девчонку и понимал, что так и не разобрался в ней. Он понимал, что такой беленькой и пушистенькой Оля бывает редко. Но сейчас она такая. Почему? Ольга просчитала варианты поведения и притворяется, за одно и, пожертвовав своей девственностью, чтобы произвести впечатление на Господина и избежать жестокого наказания? Такой вывод делать рано… Возможно, она хитра, но не настолько же?
— Вы мне не верите, Господин, — перехватив взгляд Андрея и словно прочитав его мысли, серьёзно заявила девушка.
— О чём ты? — сосредотачиваясь, вопросом на вопрос ответил он.
— Вы думаете, что я всё время притворяюсь?.. Да, я могу играть, но…
— Расскажи мне о Коле, — неожиданно попросил Андрей.
— О, нет… Он тоже здесь? — юное личико ожесточилось, — Зачем Вам этот сосунок?
— В каком смысле «сосунок»? — без улыбки спросил мужчина.
— Во всех смыслах! — в зелёных глазках появился холодный голубой оттенок и вспыхнули яркие злющие искры, — Кстати, он делает это прекрасно, даже лучше Натальи… Мой страпон всегда блестел после его работы…
— И тебе нравилось это?
— Очень нравилось! — завелась Ольга, — А ещё нравилось, когда он подставлял свою попку и… А потом этот придурок благодарил меня…
— Тебе нравилось унижать его?
— Унижать?! Мне нравилось получать удовольствие. Унижаться нравилось ему!
— Понятно. И тебе никогда не хотелось, чтобы он…
— Вы с ума сошли, Господин! Дать этому дурачку?!
— Но Наталья же занимался этим с Колей?
— Откуда Вы знаете? Ах, ну да… По-моему, Вы читали её дневник.
— Читал, — кивнул Андрей.
— Так я и думала всё время… Уж больно хорошо Вы разбираетесь… Наталья приукрашивает всё… Придумывает всякое…
— Так это неправда?
— Не то, чтобы неправда… У неё там слишком много красивых выдумок, сладких грёз и слюней… Коля трахал Наталью, когда я этого хотела. Я, понимаете?! Ну и… ей был нужен мужчина… хотя бы такой…
— А тебе не нужен?
— Не нужен! — горячилась девушка, — Да и не было такого мужчины, чтобы я согласилась… А Коля — просто мой сосунок, шлюха моя!
— А Наталья Ивановна?
— Ну… и Наталья тоже, — вздохнула Ольга, — Но это совсем другое… Она же несчастная такая… С ней тепло… Она мне нравилась…
— И я нравлюсь? — улыбнулся Андрей.
— Вы? Да… Но это иначе… Вы — мужчина… Мужчина, которому можно всё… — Оля подняла на него глаза, в которых читались смятение и странная теплота, — Властный и… ласковый…
— Да? — задумался он, — А если бы власть была у тебя?
— Я бы Вас трахнула! — выпалила девушка.
— Что?!
— Да! — воскликнула Ольга, вскинула свои ясные сине-зелёные глаза, встретилась взглядом с Андреем и… начала краснеть, — Ну, да… я такая… Мне бы хотелось как-то… чтобы Вы не сопротивлялись… а я бы Вас ласкала и… Вам бы понравилось!
— Ты — ужасная хулиганка!
— Ох… да, — согласно кивнула Оля, — А Вы так и не казнили меня…
— В самом деле? — едва отошедший от неожиданной откровенности девушки, Андрей усмехнулся и покачал головой.
— Конечно, — Ольга посмотрела на него открыто и доверчиво, — Пусть мне и было немного больно, но Вы же не наказывали меня… Это было слишком ласково и нежно для казни…
— Пожалуй… Странная ты, Оленька! — сказал Андрей и, девушка улыбнулась, — Хочешь, чтобы я наказал тебя посерьёзнее?
— Нет!.. Да…
— Так да или нет?
— Я не знаю, — смутилась Оля, — На меня это совсем не похоже, но… кажется, да! Вероятно, настоящее наказание окажется куда более жёстким и болезненным… Ну и пусть! Потерплю… Только ты теперь мой! Не понимаешь?.. Я жила и умерла там девственницей, потому что… тебя встретила только здесь.
— Ты по-прежнему считаешь себя мёртвой? — покачал головой Андрей, не реагируя на «ты», — Судя по твоему телу этого не скажешь…
— Вам виднее! — выпалила девушка, покраснела и от смущения показала язык кандидату в Вершители…
Пока Испытуемая прибиралась на кухне, мужчина расположился в кабинете и задумчиво покуривал. Разговор за завтраком вроде бы что-то прояснил в его голове, но… Закончить на этом испытание он не мог. Во-первых, потому, что ещё не представлял себе итогового отчёта. Во-вторых, в голову Андрея закралась мысль, что если он не расшифровал эту маленькую странную стервочку, её расшифрует и казнит, как она выражалась, кто-то другой. А отдавать Олю другому Вершителю Андрей уже решительно не желал… Кроме того, он ясно понял для себя, что бесчисленные разговоры о наказании, которые заводила Наталья, а теперь Ольга, далеки от истины. Возможно, прояснению в мыслях Андрея поспособствовало употреблённое младшей Испытуемой слово «казнь». Рассуждая о заслуженной ими каре, женщины ошибались, представляя её, как разовый и непродолжительный, пусть и жестокий акт. Их наказанием становилась долгая жизнь в тёмном Княжестве, это Андрей понял теперь чётко и определённо.

Девушка вошла в кабинет снова, будто почувствовав, молча села на диван, не мешая мужчине размышлять. Словно сговорившись, за следующие пару часов они не проронили ни слова. У Андрея закончились сигареты, и он отправился в гостиную, а когда вернулся в кабинет, увидел, что Ольга разобрала кожаный диван и застилает его свежей простынёй.
— Что ты делаешь, Оля? Спать ещё рано… — удивился мужчина, — А для всего остального кабинет не лучшее место, да и…
— Знаешь, — снова на «ты» и удивительно по-взрослому заговорила она, — это не для сна и не для секса тоже… Мне просто пришло ведение, что мы с тобой проведём в этой комнате и на этом диване не один час… Не знаю, откуда это в моей голове… Глупо, да?.. А ещё я решила, что Хозяину будет приятно подумать в тишине, но лёжа на разобранном диване и… со странной худенькой блондинкой под боком…
— Интересная мысль и… она мне нравится, — развёл руками Андрей, — Только, если уж ты снова перешла на «ты», принеси нам что-нибудь для очередного брудершафта…

— За моего первого мужчину! — произнесла Ольга, дотрагиваясь своим стаканчиком с чистым виски до такого же стакана, только с большим количеством того же напитка, принесённого ей Хозяину.
— За прелестную молодую женщину, которой я не доверяю! — с улыбкой ответил Андрей, переплетая с ней руку, опустошая свой сосуд и целуя немного тонкие, но такие сладкие сейчас губы девушки…
— Значит, всё-таки, не верите, — грустно улыбнулась Ольга, снова переходя на «Вы», забираясь к мужчине под одеяло, ложась ему на левое плечо и прижимаясь к Андрею всем своим телом, — Жалко, конечно… Но я не удивлена… Вы воспринимаете меня, как гадкую сучку, которая всю жизнь соблазняла и использовала для удовлетворения своих грязных желаний училку и одноклассников… И вдруг, эта стерва, попав в мир разрушения и похоти, начинает преображаться…
— Куда попав? — изумился мужчина, легко обнявший девушку и поглаживающий её худенькую спинку.
— Плохо назвала?.. Мне кажется, что я попала в некое царство, где властвует похоть, разрушая и наш мир в целом, и личность каждого попавшего сюда, в частности…
— Интересная мысль, — Андрей с любопытством заглянул в снова ставшими ясно-зелёными глаза Ольги, — По поводу похоти я с тобой согласен, она здесь — основа основ, а вот за личность, хотя бы некоторых, попавших в этот мир людей, следует побороться, как мне кажется…
— Но не за мою, да? Почему же я не достойна хотя бы капли доверия?! Неужели Вы не чувствуете, Хозяин…
— Чувствую, — мягко прервал её мужчина, — Если бы я не почувствовал тебя за последние несколько часов, ты не была бы сейчас рядом и этот разговор не состоялся бы. Но…
— Что? — с чувством произнесла Оля, — Может быть я просто не в Вашем вкусе?
— С моей точки зрения, ты очень хорошенькая, даже красивая юная женщина, — заулыбался Андрей, — И при наличии ума и соответствующего характера, разумеется, стала несомненным лидером в той своей жизни… Но принесло ли тебе это счастье?
— А что это такое — счастье, Хозяин?
— Конечно, каждому своё… Но, по-моему, счастье — это гармония с самим собой и окружающим миром.
— Ну, да… Мудро… Только окружавший меня мир был столь прекрасен, — в голосе девушки появилась желчь, — что я стала… такой, как стала…
— Ты хорошо помнишь свою жизнь?
— Разумеется, помню! Мне по возрасту рано страдать склерозом.
— Хорошо помнишь всю свою жизнь? — мужчина посмотрел на Ольгу с нескрываемым удивлением.
— Да, а что тут удивительного? Каждый человек… Постойте! — девушка застыла, словно догадалась о чём-то важном, — Вы хотите сказать, что обычно люди многое забывают, попадая сюда?.. Да-да, вот и у Натальи были провалы… Впрочем, и я, кажется, не всё могу вспомнить… Но школьные годы, детство, маму помню отлично!
— Правда? — почему-то обрадовался Андрей, — Расскажи мне о детстве и о маме…
— Пожалуйста! — удивилась Оля, а следом с хитринкой глянула на мужчину, — Вам, действительно, интересна моя жизнь или Вы тонкий психолог, Хозяин?.. Вероятно, с этого-то всё и началось… Раннее детство моё было прекрасным и безоблачным, но когда мне исполнилось десять лет, мои родители расстались, папа ушёл из семьи, а потом и вовсе исчез в неизвестном мне направлении. Мама же как-то сразу изменилась, наверное, растерялась сначала, как я теперь думаю… Но выход она нашла быстро: в нашей трёхкомнатной квартире стали появляться незнакомые мужчины. Сначала один изредка, затем другой и почаще, потом третий… К моей маме, эффектной блондинке, клеились многие, выбор у неё был огромный, но она, кажется, особенно и не выбирала. По крайней мере, не выбирала мужчину, с которым планировала связать судьбу. Мама утверждала, что ведёт богемный образ жизни, начала регулярно ходить по ресторанам и театрам в дорогих обновках. Мне тоже кое-что перепадало… В материальном плане мы оказались обеспечены мамиными любовниками куда лучше, чем отцом. Но что творилось в её спальне, а иногда и не только в спальне, ночью и, порою, днём… Я вечно засыпала под стоны и скрип родительской кровати. Случалось приходить из школы и заставать в гостиной мать, совокупляющуюся с очередным приятелем… а то и с двумя! Некоторые появлялись у нас однократно, были и постоянные поклонники. Иногда очередной фаворит моей мамы оставался жить у нас в квартире, но максимум на три месяца… Я старалась проводить больше времени в школе и у подруг, но услышала и увидела немало подробностей маминых приключений. Один из её поселившихся у нас на некоторое время мужиков любил, чтобы я подсматривала за их занятиями, и специально оставлял двери спальни приоткрытыми… Другой, норовил подсмотреть за мной… Третий прямо объявил матери, что желает попробовать секс втроём — с мамой и дочкой одновременно. Когда он откровенно полез ко мне через несколько дней, то получил по голове любимой маминой вазой. Ваза разбилась вдребезги, голова пострадала меньше… Хорошо, хоть не убила этого козла… Мне тогда исполнилось пятнадцать, скандал удалось замять, но… В общем, через некоторое время я стала пропадать у Натальи, а окончив школу, практически переехала жить к ней…
— Всё-всё, девочка, успокойся, — воскликнул Андрей, когда почувствовал, как она вздрагивает от болезненных воспоминаний. Он повернулся к ней, обнял и прижал Олю к себе, — Я услышал более, чем достаточно…
— Ну да, — разок всхлипнула девушка и обвила мужчину тонкими, изящными руками, — Теперь ты точно не захочешь меня удочерить!
— Что?! — охнул Андрей и, немного отстранившись, взглянул на Ольгу и увидел её смеющиеся глаза, — Ну и шуточки у тебя! Надо же такое ляпнуть мужчине, который…
— Лишил меня иллюзий? — тихо засмеялась Оля, — Но шутка получилась забавной, правда?.. Не знаю, что ты решишь делать со мной, а я для себя всё уже решила — ты останешься первым и единственным моим мужчиной!
— Но, Оленька…
— Да, Хозяин, я понимаю, что ты можешь отдать меня кому-то, заставить заниматься этим перед камерой с каким-нибудь актёром… Но никому я не отдамся по собственному желанию, с радостью… Кроме тебя!
— Ты не будешь сниматься в порно, Ольга, — вздохнул Андрей, — Это всё равно, что забивать гвозди микроскопом…
— Ух ты… Кажется, в чём-то мне тебя убедить удалось, мой Палач…
— Прекрати, меня зовут Андрей…
— А… Моего мужчину зовут Андрей! — вскрикнула Оля и набросилась на него с поцелуями, — Мой Андрей… Андрюша…

Когда после своего второго и впервые двойного Испытания, одновременно служившего окончательным тестом кандидата в Вершители, мужчина вернулся домой, Катрина с Эммой устроили ему тёплую и радостную встречу с долгим и тщательным мытьём в ванной, вкусным обедом и тихим отдыхом. Однако, в глазах женщин оставался вопрос.
— Вы хотите спросить, как мои дела? — поинтересовался Андрей и, они синхронно кивнули, — Всё в порядке, но… Похоже, я ввязался в серьёзную историю.
— Я же говорила, мой Господин! — воскликнула Катя, — Это занятие способно искалечить и морально, и физически…
— Возможно, — кивнул мужчина, — Но у меня другая проблема… Я принимаю людей, с которыми меня сводит эта должность, очень близко к сердцу. Вероятно, Вершителям так работать не пристало… Но я отдаю им часть души и… не могу по-другому!
— Что Вы отдаёте?! — охнула Катрина, а Эмма улыбнулась Андрею своей доброй и нежной улыбкой…



Глава 10
Большие перемены

Необходимый кандидатский тест был Андреем пройден. В Доме Вершителей им были по всей видимости довольны. Оставалось самое малое — принять собственное решение. С самого начала идея стать Вершителем не казалась Андрею единственно правильной. Теперь же, после реально проведённых Испытаний над живыми, пусть и оказавшимися в другом, тёмном мире, людьми, он только убедился, что к принятию окончательного решения нельзя отнестись легкомысленно. Перспектива регулярно выполнять обязанности единоличного Судьи, определяющего судьбу неизвестных ему доселе, чужих людей совсем не радовала Андрея. Сомнения и тревога — вот какие ощущения рождались в нём при мысли о службе Вершителя. С другой стороны Андрей начал задумываться о словах самих Испытуемых, твердивших, что попасть в его руки — большая удача. А вдруг эти, уже не совсем чужие ему женщины правы? Может быть это и есть главная причина его появления в тёмном Княжестве, главная задача, миссия Андрея — разобраться, пусть и странными, но предписываемыми здешними законами методами? Разобраться и помочь!.. Эти умозаключения более, чем желание общаться и далее с милыми его сердцу, близкими женщинами или организовать собственную киностудию, стали определяющими в его окончательном решении…
Поздравления с официальным введением в ранг Вершителя неожиданно для Андрея оказались весьма помпезными и продолжительными. Михаил знакомил нового члена этого весьма закрытого клуба с важными персонами, которые, впрочем, не произвели на него особого впечатления. Был представлен Андрею и его личный Советник, которым оказался рыхлый, скучающий мужчина лет сорока пяти по имени Аркадий. Был он вполне дружелюбен, предложил обращаться по насущным вопросам без стеснения. Но у Андрея сложилось впечатление, что всё происходящее Советнику давно надоело и мало его интересует. Это предположение в принципе подтвердил и Куратор, когда после изысканного застолья они остались вдвоём пить кофе в кабинете Михаила.
— Вижу, что официальная часть Вас утомила, Андрей. Но что делать, это традиция… А с Советником Вам не повезло в определённом смысле. Аркадий считается у нас крупным теоретиком в области Испытаний, особенно по части психологии процесса. Практической помощи от него особо не ждите. С другой стороны и вмешиваться в Ваши дела он не станет, забот у него хватает. В принципе, это можно считать положительной стороной ситуации… В конце концов, я вряд ли откажусь помочь Вам по большинству вопросов, если таковая помощь потребуется. Кстати, не было времени спросить, как прошло Ваше «двойное задание»? Пришлось помучиться?
— Не сказал бы, что дело оказалось мучительным, но повозиться пришлось, — удобно расположившись в кресле у кофейного столика, наконец расслабившись и с удовольствием вытянув ноги, отвечал Андрей, — Времени и сил ушло на двойное задание не мало… Надеюсь, результат того стоил…
— Насколько я знаю, всё в полном порядке. Особенно хорошо, что обе женщины остались у нас… По поводу Ольги сомнения были?
— Да, и серьёзные… Во многом из-за этого дело и затянулось. Но решение я принимал без спешки и аргументированно. Пояснить?
— Зачем же? Я читал отчёт, мне всё предельно ясно. Остаётся Вас поздравить и отдохнуть.
— Спасибо. А то, что они обе… остались здесь, важно?
— Теоретически нет, а на практике… Аргументы для дальнейшего этапирования по негласным правилам должны звучать чётко и бесспорно, а отправлять дело на доследование другому Вершителю никто не хочет. Кроме того, Княжество заинтересовано в пополнении людскими ресурсами… Новая кровь, так сказать. А значит, в своей работе Вершителям следует иметь в виду столь немаловажный фактор.
— Понятно…
— Вы в чём-то сомневаетесь, Андрей? — улыбнулся Куратор.
— Я не сомневаюсь, — выдохнул новоиспечённый представитель власти, — Мне странно, что не сомневаетесь вы… Не Вы лично, а структура вообще…
— Вам даже после Испытаний не даёт покоя быстрая дорога к власти? По-моему, Вы критически настроены не к нашей структуре, а к себе, Господин Вершитель, — хозяин кабинета быстрым изучающим взглядом глянул на собеседника, — Мой друг, напрасно Вы пытаетесь упрекнуть нас в легкомысленности… Во-первых, кандидатские тесты не так просты и безобидны, как Вам быть может кажется сейчас. Во-вторых, критические ошибки Вершителя быстро всплывают на поверхность, когда особи, прошедшие Испытание оказываются в карантине или в первые недели их жизни в Княжестве… В-третьих, если человек становится преступником, изгоем в нашем мире, соответствующие компетентные органы расследуют причины произошедшего и непременно интересуются тем, кто проводил его Испытание… Вы же определённо доказали свою профессиональную пригодность и ответственность, а сменив статус, позволили относиться к Вам, не как к развлекающемуся Гостю, а как к равному среди уважаемых членов общества…
— Вы убедили меня, — улыбнулся Андрей, с удовольствием закуривая.
— Вот и отлично! Давайте лучше по коньячку, — Михаил наполнил маленькие серебряные рюмки, — Кстати, Ваша любопытная идея об экранизации дневника учительницы получила продолжение?
— Я по-прежнему считаю эту идею любопытной и… — предельно равнодушно ответил он, — Это сложно организовать?
— Не сказать, что сложно для разумного человека, но хлопотно… Руководить процессом придётся Вам лично!
— Что Вы имеете в виду?
— Общее руководство, разумеется, — улыбнулся Михаил, — И в свободное от обязанностей Вершителя время, конечно… Кстати, не думали, какое количество испытаний в месяц Вы могли и хотели бы проводить?
— Я думал об этом, — кивнул Андрей, — Полагаю два-три в зависимости от сложности дела. Этого достаточно?
— Вполне. Стандартный обязательный минимум — одно законченное дело в месяц. Бывают исключения, но не часто… Ваши планы меня очень радуют. Так вот, в свободное от заданий и необходимого отдыха время, Вам придётся осуществлять общее руководство видеостудией, если Вы решитесь открывать её. У Вас, разумеется, появятся штатные сотрудники: помощники, управляющий, актёры, технический и служебный персонал. Все они, как и сама студия, будут в полном Вашем распоряжении… Но и Вам придётся уделять этому делу время и силы, как любому бизнес-проекту.
— В принципе я не против, — потягивая коньяк, произнёс Андрей, — А как обычно это устроено у Вершителей, Михаил?
— Вы имеете в виду личный бизнес? Тут правил нет, — ответил он, — Есть более активные Вершители, есть менее… Личные проекты есть у многих: магазины, отели, рестораны, клубы… Одни процветают, другие существуют себе потихоньку. Это зависит, прежде всего, от желаний и целей Вершителя.
— От целей? — встрепенулся Андрей, — А подробнее?
— О, это очень индивидуально… Но по сути основных целей три: получать прибыль от бизнеса, разнообразить свой досуг и иметь под рукой проверенный персонал, который может понадобиться в разные моменты… Во время Испытаний, например.
— Разумно, — солидно кивнул новоиспечённый Вершитель, — Однако, подбор надёжного персонала — дело кропотливое. Вершители используют лиц, прошедших у них Испытание или это не принято?
— И здесь общих правил не существует. Всё зависит от характера Вершителя, — на правах радушного хозяина, Михаил всё подливал Андрею кофе и коньяк, — Одни решительно не желают никакого общения со своими бывшими Испытуемыми, другие наоборот считают их самыми проверенными и преданными, часто делая своими рабами и помощниками одновременно. И тот и другой подход объясним, не правда ли?
— Разумеется. А учитывая, что истина обычно где-то посередине, следует попробовать оба варианта, возможно, их синтез и даст результат! — лёгкий хмель помогал Андрею формулировать фразы изысканно, — И этот «синтезированный персонал» будет эффективной помощью Вершителю и в Испытаниях, и в личном бизнесе.
— Прекрасно сказано! Вы далеко пойдёте, Господин Вершитель! — заулыбался Михаил, — Во всяком случае, если решение об организации студии принято, я готов оказать Вам содействие. Какое? Во-первых, Вам понадобятся помещения. Я помогу подобрать необходимые. С этим проблем нет, если только речь не идёт о Центральных районах. Но для студии место в Центре не обязательно, как Вы полагаете?
— Для студии, в отличие от магазинов, ресторанов и клубов нужны помещения в тихом месте, где можно творить без шума и суеты, — пафосно произнёс Андрей, пригубив очередную рюмку и с удовольствием покуривая.
— Отлично! При таком подходе Вы можете получить в бессрочную аренду довольно обширную территорию с основным зданием студии и отдельно стоящими рядом постройками для технических нужд и проживания персонала. Как Вам такая перспектива?.. Отлично! Тогда я дам распоряжение и завтра будут готовы варианты. Останется только выбрать. Разумеется, потребуются перестройка и ремонт объектов. Но в Княжестве такие работы проводятся быстро и качественно…
— Наслышан! — с видом знатока кивнул Андрей.
— Да-да… Автоматизация строительных работ, понимаете ли, творит чудеса, — улыбнулся Михаил, — В общем, как только сделаете выбор и выскажете свои пожелания, примем проект в исполнение…
— Моё присутствие во время реконструкции объектов обязательно?
— Контроль никогда не бывает лишним. Но если у Вас найдётся доверенное лицо…
— Я подумаю.
— Конечно… Занимайтесь подбором кадров — это залог успеха. Кстати, Вашу сладкую парочку планируете использовать? — усмехнулся Михаил.
— Планирую попробовать, — хитро улыбнулся в ответ Андрей, — Посмотрим, что и как получится. А когда у них заканчивается карантин?
— Сейчас гляну, — Куратор пересел за компьютер, — Наталью можете забирать хоть завтра, но если не будет Вашего запроса, её распределят на общих основаниях через три дня после окончания карантина.
— Заберу… завтра или послезавтра…
— Отлично! Делаю пометку о Вашем запросе. Вам есть, где её содержать? Можете временно снять отдельный номер в Вашем или любом другом отеле…
— Подумаю… А Ольга?
— У неё карантин дольше, примерно десять дней, запрос сделаете сами накануне освобождения, я покажу, как это делается… Кстати, будьте готовы, что Ваши бывшие Испытуемые будут не совсем такими, какими Вы их отправили…
— Как это?!
— Они снова практически полностью потеряют память о прошлой жизни, будут первое время слегка заторможены… Испытание вспомнят скорее на уровне самых сильных ощущений от него…
— Что же с ними там делают?
— Этого я не знаю, — очень серьёзно ответил Михаил.
— Даже так?!
— Да. Мне известно только, что во время карантина Испытуемые находятся во власти Блюстителей.
— Вот оно что… — покачал головой Андрей, — Это ещё один этап наказания?
— Возможно и наказания… Впрочем, о телесных страданиях я не слышал, Блюстители не интересуются людьми ни физически, ни эмоционально, а люди после карантина часто выглядят посвежевшими, даже похорошевшими. Скорее, это второй этап чистки… ментальной, прежде всего.
— Это должно быть мучительно…
— Да, вероятно так, — нехотя выговорил Куратор, и перевёл беседу на другую тему, — Вас они узнают, как только увидят, но очень смутно… Однако, стоит только заговорить с Вашим бывшим Испытуемым и, он поймёт, что Вы сыграли важную роль в его жизни, обычно без подробностей… И только Ваше желание приоткрыть тайну Испытания или деталей общения пробудит в нём память.
— Любопытно…
— Своё любопытство Вы утолите сполна, как только возобновите общение со своей сладкой парочкой, например, — лукаво усмехнулся Михаил.
— Я понял, но… Вы хотите сказать, что они не будут помнить друг о друге?
— Именно. Но в Ваших силах напомнить им о том, что Вы посчитаете целесообразным. Кстати… — Куратор ещё раз заглянул в монитор, — Ваша первая испытуемая…
— Ирина?
— Да. Она работает в магазине продавцом-консультантом… Можете её навестить и оценить степень происшедших изменений…

К вечеру следующего дня Андрей получил от Михаила варианты размещения видеостудии с описанием и фотографиями. Решение пришло сразу. Одно из мест оказалось Андрею знакомо и навевало приятные воспоминания из прошлого. Он, правда, не очень представлял себе проект реконструкции территории, но не сомневался, что ему предложат оптимальные варианты и быстро выполнят все необходимые работы. Здесь это умели делать хорошо, в чём Андрей убедился на примере своего Золотого номера. Впрочем, думы о студии, которой Вершитель планировал активно заниматься в свободные от новых заданий ближайшие две недели, он решил оставить на завтра. Нынешний вечер Господин Вершитель решил посвятить своим бывшим Испытуемым. Для начала Андрей нанёс визит директору отеля Фёдору и снял маленький номер для Натальи, этажом выше своего Золотого номера. После согласования всех деталей прибытия новой постоялицы в отель, он заехал в Дом Вершителей и оформил транспортировку своей подопечной к новому месту службы. Наталью должны были привезти через пару часов, и Андрей решил заехать в магазин к Ирине. «Всё-таки она первая», — думал он, — «Надо посмотреть, как устроилась. Ира так хотела, чтобы я не забыл её… Вот и посмотрим, надо ли ей это теперь. И надо ли мне… В принципе, место на студии найдётся…».
Магазинчик, где работала Ирина, оказался маленьким секс-шопом, коих в округе было великое множество до явной чрезмерности. Появление потенциального покупателя продавщицы встретили, как праздник. Собственно, продавщиц было двое. Первая — яркая статная брюнетка, по-видимому, была здесь и управляющей, но Андрей обратился ко второй, к Ирине. Когда она взглянула на покупателя, лёгкая тень пробежала по её лицу. Но под грозным взглядом брюнетки, побледневшая и напрягшаяся Ира немедленно начала выдавать информацию о новинках магазина и особенно популярных товарах. Некоторое время Андрей молча слушал, а затем двинулся к стенду с женской одеждой и нижним бельём. Там неопытная продавщица с помощью квалифицированной управляющей вылила на него ещё один поток чрезвычайно полезной информации. Слушая вполуха, мужчина выбрал вызывающий, но превосходного качества костюм под названием «Похотливая классная дама» и два комплекта нижнего женского белья. Один алый кружевной из шёлка с подвязками и чулками, второй чёрный из латекса для любителей жёсткого экстрима.
— Я хочу посмотреть, как это будет выглядеть на женском теле, — прерывая словоохотливых продавщиц, обратился Андрей к Ирине. Та застыла, словно что-то припоминая, молча приоткрыв рот.
— Конечно, Господин, — недовольно взглянув на новенькую, лилейным тоном ответила старшая, — Сейчас я приглашу манекенщицу, и она продемонстрирует выбранные товары в примерочной. Вы сразу пройдёте туда или пока посидите здесь и выпьете чашечку кофе?
— Можно и кофе, — ответил Андрей брюнетке, продолжая внимательно поглядывать на Ирину, — Но вы меня не поняли. Я хочу посмотреть эту одежду на теле вашей новенькой продавщицы.
— Как? — вздрогнула от неожиданности Ира, — У нас для этого есть специальная сотрудница, а я… только продавщица!
— В самом деле, — подтвердила управляющая, изучающе оглядывая Андрея, — у нас это не принято…
— Для меня вы сделаете исключение, — заносчиво произнёс покупатель.
— С чего бы это? — начала было брюнетка, но Андрей дотронулся указательным пальцем до её УСа, женщина взглянула на монитор, изменилась в лице и в голосе, — О да, Господин! Как изволите, Господин! Может быть, мне сделать это?
— Может быть… Может быть, ты и будешь делать это или что-то другое, — жёстко ответил Вершитель, нагло разглядывая управляющую с ног до головы, — но позже. Сейчас выбранные мною вещи наденет она!
— Да, Господин! — хрипло произнесла брюнетка и подтолкнула Ирину к двери в примерочную. Пока Андрей пил кофе, управляющая и появившаяся из подсобных помещений длинноногая худосочная манекенщица готовили новенькую продавщицу к показу. Управились они быстро.
— Я могу поприсутствовать? — упорно навязывалась брюнетка, утирая выступившие на лбу капельки пота, — Я Вам подскажу, помогу… чем прикажите…
— Нет. Оставь нас наедине и проследи, чтобы нам не мешали, — тихо, но безапелляционно произнёс Вершитель. Управляющая разочарованно кивнула и удалилась. Примерочная оказалась небольшой комнатой с зеркалами на стенах, парой кресел в комплекте с круглым столиком в углу и небольшой, но судя по всему удобной кушеткой, на которую Андрей и присел. Ирина стояла посредине примерочной в чёрном с красной отделкой костюме развратной учительницы. Боковой разрез опускающейся ниже колен юбки был таков, что можно было разглядеть блестящие чёрные трусики. Покрой же чёрного с красным воротником жакета позволял, не напрягаясь, лицезреть верхнюю часть чёрного латексного лифчика. Дополняли образ очки в тонкой чёрной оправе и чёрные с маковыми цветами туфли на шпильке. Костюм не шёл Ирине категорически.
— Не сутулься, Ира, — произнёс Андрей. Женщина вздрогнула, округлила глаза и выпрямилась. Вершитель вздохнул и покачал головой, — Раздевайся.
— Как… раздеваться? Прямо здесь? — Ирина попыталась поймать его взгляд и трясущимися руками начала расстёгивать пуговицы жакета.
— Так лучше, — констатировал Вершитель, когда женщина осталась в гладких трусиках из чёрного латекса, таком же лифчике и ошейнике с металлическим кольцом, — Подойди ко мне… Ближе!
— Вы… — ахнула Ира, когда Господин провёл одной рукой по её покрытой латексом груди, а другой по заднице, — Вы имеете право… так со мной обращаться?
— Да, — уверенно кивнул Андрей, — А теперь примерь кружевной комплект!
— Но Вы же здесь сидите и… смотрите…
— Я отвернусь, — перебил её Вершитель, повернулся в сторону и с улыбкой наблюдал в зеркало, как женщина растеряно сдирает с себя тесный латекс и облачается в атласные кружева с алыми чулками. Уже закончив этот пикантный процесс, она увидела отражение глаз мужчины в зеркале и густо покраснела.
— Зачем Вы…
— Иди сюда, — снова перебил её Андрей, — Присядь мне на колено.
— Но я же только продавец-консультант! — взмолились Ирина, присаживаясь и с ужасом ощущая властную мужскую руку на своей ляжке.
— Так ты не помнишь меня, Ира? — негромко спросил он.
— Нет… Откуда Вы знаете моё имя? — произнесла было женщина, но тут глаза её вспыхнули, — Вы — Виталий?!
— Мы же договорились не называть меня именем, не имеющим ко мне никакого отношения? — улыбнулся Вершитель.
— Ах, Господин, это — Вы! — Ирина обняла мужчину и прильнула к нему всем телом, — Вы не забыли меня!
— Нет, как видишь, — Андрей продолжал гладить женщину по ноге, — И ты, оказывается, кое-что помнишь…
— Смутно… Но кое-что… отчётливо, — вспомнила что-то и страшно смутилась Ира.
— В самом деле? Ну-ну… — игриво улыбнулся Вершитель, — Как тебе живётся?
— Живётся? — с сомнением переспросила она, — Работаю вот…
— Ну, а кроме работы? С кем общаешься?
— Только с Ритой и Ниной, — Ирина махнула в сторону двери, — Больше ни с кем. Меня пока никуда не отпускают одну, да и времени нет… Заберите меня к себе!
— К себе? — Андрей поднял пальцами её подбородок и заглянул прямо в глаза, — Зачем тебе это? Ведь у меня ты будешь…
— Вашей рабыней, я знаю! — перебивая Господина, с чувством воскликнула она, — С Вами лучше…
— Вот как? Они тебя обижают?
— Обижают? Не знаю… Здесь, наверное, так везде…
— Рита тебя домогается? — прямо спросил Андрей, безошибочно угадывая имя брюнетки управляющей.
— Один раз… — тоскливо прошептала Ира и опустила голову, — А ещё один раз вместе с Ниной…
— Понятно… Этого больше не будет! — уверенно произнёс мужчина.
— Да?! — глазки женщины заблестели, — Спасибо! Но лучше бы с Вами…
— Тебе милее рабство? Думаю теперь, когда мы встретились здесь, следует подумать об этом серьёзнее.
— Да, наверное… — снова покраснела Ирина, — Говорят, что некоторые рабыни живут в покое и достатке.
— Говорят? — хмыкнул Андрей, — Но Господин имеет все права на свою рабыню, а она никаких!
— Ну и пусть! — отчаянно заговорила женщина, стыдясь собственных слов, и положила руку на его брюки в том месте, где из них выпирало его естество, — Вы хотите меня, Господин? Прямо здесь и сейчас?
— Нет, Ирочка, здесь не хочу, — ответил Андрей, сдерживая шальное желание.
— Тогда приходите ко мне в гостиницу! Я в Малом отеле живу, на Гостиничной площади.
— Приду, — вздохнул мужчина, но тут же перешёл на весёлый лад, — Только если на тебе будет вот тот латексный наряд! Я его тебе дарю…
— Спасибо! Не думала, что буду носить такие вещи, но если Вы считаете, что мне идёт…
— Да, тебе идёт, Ира.
— Я буду в нём, только приходите! — воскликнула женщина, — А лучше заберите меня к себе совсем…
— Не торопи меня, Ирочка. Когда приду к тебе, мы обсудим и это.
— Когда, Господин? Когда Вы придёте?
— Скоро. В ближайшие дни позвоню и… приду. Кстати, тебе пора знать, что меня зовут Господин Андрей!
— Я буду ждать Господин Андрей! Очень буду жать… — Ира поцеловала мужчину в губы и глаза её увлажнились…

Через минуту Вершитель вышел из примерочной и вынул из бумажника Золотую карту, вид которой вызвал у брюнетки Риты состояние близкое к обмороку. Мужчина оплатил картой костюм училки и кружевное бельё размера, который приблизительно соответствовал фигуре Натальи. Управляющая тут же заговорила о том, что третья покупка ему полагается без оплаты, как бонус. Андрей пожал плечами, дождался, пока латексный комплект упакуют, и прилюдно вручил его, вернувшейся из примерочной уже в корпоративном наряде продавщицы, Ирине. Управляющая и манекенщица охнули, а Ира с улыбкой победительницы конкурса красоты порозовела от удовольствия. Рита провожала дорогого гостя до дверей, всё время пытаясь ухватить его за локоть.
— Спасибо за покупки, Господин! Приходите ещё, Господин! — тараторила брюнетка, вкладывая ему в руку визитную карточку с информацией о магазине и с её личным номером телефона на обороте, — Буду рада видеть Вас и у себя, Господин! Мы живём в одном отеле с Ириной…
— Надеюсь не в одном номере? — раздражённо спросил Андрей.
— Конечно, нет, Господин! — не поняла Рита, — У меня большой удобный номер, Вы не пожалеете…
— Главное, чтобы не пожалела ты! — с нескрываемой яростью тихо произнёс мужчина, наклонившись к её уху, — Если тронешь Иру хоть пальцем, убью!..

— До свидания, Господин Андрей! — на удивление звонко прокричала оставшаяся в зале Ирина.
— До свидания, Ирочка! — хитро улыбнулся он и вышел на улицу.
Впрочем, отцепиться от управляющей сразу не удалось. Она, бледная как полотно, догнала его у машины, на которую взглянула с благоговением. Прижавшись к Андрею, Рита горячо шептала ему на ухо, что будет вести себя с Ирой, как с лучшей подругой, что виновата перед ней и Господином, что готова загладить вину со всем старанием, что умоляет его решить этот вопрос между собой, не привлекая внимания, и готова сама или с манекенщицей Ниной устроить ему незабываемый вечер (утро, день, ночь, сутки, ненужное зачеркнуть) с переодеваниями или без оных…

Не успел Андрей сесть за руль, как завибрировал его мобильник. Звонила Эмма с сообщением о том, что в 22-ой номер отеля «Силикон» заселилась некая женщина, о которой Господин должен знать. В голосе секретарши слышалось волнение и непонимание. Андрей ответил односложно и дал отбой. Он был удивлён и даже раздражён тем фактом, что о прибытии Натальи ему докладывала Эмма, а не портье отеля. Выяснять, в чём собственно дело, Андрей начал сразу по возвращению в гостиницу.
— Что случилось, Джон? — спросил Вершитель, подходя к конторке портье, — Почему свои обязанности ты перекладываешь на мою секретаршу?
— О, Господин Андрей, Вас не было в отеле, — заволновался тот, — и я передал информацию Вашей секретарше…
— Если бы я хотел, чтобы этим элементарным делом, а именно обеспечить приём и размещение некоей дамы, а потом сообщить об этом мне, занималась моя секретарша… Вам поручили простое дело, Джон!
— Извините, но я встретил и поместил Вашу даму, как полагается…
— И что дальше? — перебил его Андрей, — Позвонить мне так сложно?
— Я позвонил в Золотой номер, — портье побледнел, — А номер Вашего мобильного телефона мне не известен…
— Это твои проблемы, — сухо констатировал Вершитель, — На юридическом языке это называется «неполное служебное соответствие»… Включай мозги, Джон!
— О, простите, Господин… — продолжал оправдываться портье, но Андрей уже не слушал его…

Он решил наведаться к Наталье немного позже, и отправился в свой номер. Однако, передохнуть дома не получилось. Всё, что Андрей успел сделать, это снять туфли, расстегнуть пиджак, ослабить галстук и закурить, расположившись на кресле в гостиной. И тут появилась Катрина.
— Здравствуйте, Господин! Вас можно поздравить? — язвительно взвизгнула она, вызвав неподдельное изумление у мужчины, — Вас ждёт в 22-ом номере новая любовница? Вижу, и подарки ей приготовлены!
— Та-а-ак… — Андрей мысленно считал до двадцати, пытаясь сохранить спокойствие, — С каких это пор я должен отчитываться перед тобой, Катя? Мне по силам самому решить, с кем встречаться, кого и куда привозить, чем и как заниматься. Это понятно?
— Но, мой Господин… — переменилась в лице Катрина.
— Закрой свой чудесный ротик и помолчи, — процедил сквозь зубы Андрей, встал и отправился на выход. В дверях его поймала Эмма.
— Это я виновата, — горячо зашептала она, взяв мужчину за руку, — Я звонила Вам, а Катрина слышала… Простите!
— Уже простил, — вздохнул Андрей, поцеловал секретаршу в щёку, взял в руку пакеты из секс-шопа и вышел из номера, — Буду поздно!
— А ужин? — безнадёжно спросила вдогонку Эмма.
— Ужинайте без меня, я поем в ресторане, — ответил он, заходя в лифт.
Желание общаться с Натальей прямо сейчас отсутствовало напрочь, но зайти к ней было нужно хотя бы для того, чтобы убедиться, что с его бывшей Испытуемой всё в порядке. Андрей открыл дверь с табличкой «22» ключом, взятым у безутешного Джона. Номер оказался очень небольшим. Маленькая гостиная, маленькая спальня, совмещённый санузел и, конечно, отсутствие кухни. Бывшая учительница литературы сидела на диванчике в гостиной, подперев ладонью лицо, лишённое какого-либо выражения.
— Здравствуй, Наталья Ивановна! — просто произнёс Вершитель.
— Здравствуйте! — обнаружив в своей гостиной мужчину, училка оживилась, растерялась и испугалась одновременно.
— Отдыхай спокойно, поговорим позже… Да, я принёс твои вещи, — Андрей оставил пакеты в гостиной, развернулся, вышел из номера и закрыл его на ключ, оставив женщину в полном недоумении. Ну, не было у него сейчас настроения общаться с ней. Не было и всё…

Андрей вышел из гостиницы, свернул влево в арку и сразу оказался у расцвеченного иллюминацией ресторанчика. Выбрав удобный столик здесь же, во дворике, на свежем, так сказать, воздухе, он, мысленно послав всех во тьму, решил расслабиться в одиночку. Официант появился незамедлительно.
— Водочку? Московскую особую? — радостно поинтересовался он. Андрея уже знали, хотя и появлялся здесь сначала Гость, а теперь Вершитель с продолжавшей действовать Золотой картой «Bank Last Credit» не слишком часто.
— Её родимую! 300? Нет, давай-ка бутылочку… Ну и к бутылочке… Пирожки ваши мне нравятся, давай-ка и с мясом, и с капустой… Селёдочку неси с лучком. Залом имеется? Ах ты, красава! Грузди солёные? Непременно! И ещё капустку квашенную в обязательном порядке, да непременно с репчатым лучком и душистым подсолнечным маслом…Ну, минералочку давай. Ничего я не забыл?
— Горячее? — лицо халдея сияло.
— Пока не хочу. Может быть позже…
— Икорки?
— Икорку неси, не помешает, — засмеялся Андрей, — И не тяни…
— Я мигом, — кивнул официант и тут же испарился.
Ждать, и в правду, не пришлось. Под первую рюмку идеально холодной водки Андрей зацепил кусок фантастически вкусного залома, а поверх умял замечательный пирожок с мясом. «Иногда просто необходимо получать желудочное удовольствие, не перемешивая его ни с чем», — подумал он. После третьей Андрей благостно закурил, расправил плечи и посмотрел по сторонам.

У арки подпирала стену Катрина, глядя на него глазами раненой лошади. Мужчина глубоко вздохнул, понимая, что пятнадцать минут никем не прерываемого чревоугодия убили его злость и поманил девушку к себе. Через пару секунд печальная Катя уже сидела напротив Господина и явно намеревалась что-то сказать.
— Рот открывать только по моей команде! — опередил её Андрей и кликнул официанта, — Будьте любезны, милейший, второй прибор для девушки!
— Сию минуту, Господин Андрей! — в тон ему проговорил халдей и щёлкнул каблуками, — Вы не надумали заказать горячее?
— Ну, раз пошла такая пьянка… — хохотнул Вершитель, — Не сконструируете ли нам сковородочку жареной картошки с грибочками? С лисичками, говорите? Так это же просто великолепно!
— Слушаюсь, Господин! — официант исчез, через минуту появился с приборами для Катрины и снова исчез. Их разговор девушка слушала с округлившимися глазами и открытым ртом.
— Рот по команде! — повторил Андрей, наливая рюмку Кати до краёв. Катрина ошалело глянула на мужчину, захлопнула рот и тихо захихикала. Он соорудил для неё роскошный бутерброд с икрой, налил себе и сказал, — Пей!
— Полную? Я буду пьяная, — ахнула девушка, тихонько звякнула своей рюмкой о рюмку Господина, выпила залпом и закашлялась. Андрей покачал головой, подал ей стакан с минералкой, а потом всучил бутерброд.
— Закусывай!.. Кстати, а где Эмма? Гулять, так гулять! — он налил ещё раз по одной, Катя только пожала плечами. Андрей достал мобильный, — Эммочка, ты где, красавица? Дома, неужели? А мы тебя в ресторане ждём… Уже выходишь? Умница, девочка!..

— Ничего себе! — воскликнула Катрина, когда минут через десять к их столу подошла эффектная дама в длинном обтягивающем вишнёвом платье, с зачёсанными наверх светлыми волосами, скреплёнными изящной диадемой с крупными каплями бирюзы. В глубоком декольте блестело колье в том же стиле, а в ушах серёжки.
— Когда ты только успеваешь? — Андрей улыбнулся, этот комплект украшений недавно подарил ей он сам.
— Добрый вечер! — загадочно улыбнулась в ответ секретарша и, грациозно изогнувшись, присела за столик слева от мужчины.
— Что-нибудь особенное для очаровательной дамы? — тут же подскочил к ним официант, пожирая глазами появившуюся минуту назад женщину. Эмма действительно выглядела утончённой знатной дамой, особенно по сравнению с Катей, на которой была только короткая коричневая юбка из кожи и красная водолазка.
— Жюльен с белыми грибами и стейк из сёмги, — не задумываясь сделал заказ Андрей.
— Откуда Вы знаете? — опешила Эмма и уставилась на мужчину влажным благодарным взглядом, — Спасибо, мой Господин!
— Пожалуйста, девочка моя! — с удовольствием улыбнулся Андрей. Застывший рядом с ними халдей гулко сглотнул и умчался выполнять заказ…

Ужинали они долго и весело. Расслабившийся под действием алкоголя и вернувшегося к нему хорошего настроения Андрей рассказывал забавные истории и анекдоты на грани приличия. Комментарии и шутки подхватившей эту тему подвыпившей Катрины были уже за гранью. Ставшего чрезмерно навязчивым официанта, распускавшего слюни при каждом взгляде на секретаршу Андрея, Катя отбрила чудовищно неприлично. Халдей застыл столбом и покрылся пятнами. Так бы и стоял, ошарашенно уставившись на девушку, если бы не возглас Андрея: «Брысь!» На десерт сил не хватило, на часах было уже далеко за полночь, когда компания покинула заведение. Эмма пила мало, и алкоголь лишь добавил блеска в её глаза и румянца на щёки. С дополнением в виде сногсшибательного наряда и эффектной причёски, выглядела она обворожительно. Катрина, напротив, была пьяна до такой степени, что едва передвигала ноги. Увидев это, Андрей легко вскинул её на руки и так, вслед за секретаршей они отправились домой. В Золотом номере он занёс Катю в её комнату и положил на постель. Девушка недовольно забормотала, не открывая глаз. Тогда Андрей начал ловко раздевать её. Это было не трудно, под юбочкой и водолазкой, как обычно, ничего не оказалось. Сопровождавшая их Эмма, тут же исчезла. Заметив это, мужчина усмехнулся, аккуратно укрыл одеялом голенькую Катю и поцеловал её в носик. Девушка, не просыпаясь, улыбнулась, потянулась к нему и, дождавшись повторного поцелуя в губы, повернулась на бок, подложила ладони под щёку и сладко засопела. Андрей выключил свет в комнате, прикрыл оконные шторы так, чтобы взошедшая луна не беспокоила Катрину, и вышел.

Эмма ждала его в тёмной гостиной, стоя у окна. Привычная сизоватая мгла на улице пронизывалась резкими контрастными тенями зданий, подсвеченных луной. На этом фоне прямая, стройная секретарша, стоящая вполоборота к окну, выглядела впечатляюще.
— Коньяку на десерт, Господин Андрей? — тихо спросила она, явно радуясь его скорому возвращению.
— Только не двигайся, Эмма! — быстро произнёс мужчина, наощупь открывая бар, внутренности которого тут же осветила потайная лампочка.
— Почему? — удивилась женщина.
— Смотреть на тебя такую — одно удовольствие, и я хочу его продлить, — пояснил Андрей, наливая коньяк для Эммы и скотч для себя.
— Спасибо, мой Господин! — смущаясь, проговорила секретарша.
— Это тебе спасибо! Если бы не ты, у меня был бы довольно тоскливый день… А ещё ты сегодня фантастически красива, девочка, — сказал Андрей, подавая женщине коньяк и снова делая несколько шагов назад, чтобы насладиться портретом дамы с бокалом, — Выпьем за тебя!
— Ах, если бы Вы знали, как мне необходимо Ваше внимание… Пусть Ваши слова и вгоняют меня в краску… — окончательно растрогалась Эмма.
— Тебе не нравится, когда я называю тебя девочкой?
— Очень нравится! Своей девочкой, а ещё Эммочкой…
— Это мне не сложно и приятно, девочка моя, — улыбнулся мужчина, поставил стакан на подоконник и обнял женщину за талию, — А ещё ты хочешь, дай угадаю, чтобы я и тебя взял на руки?
— Вы правы, очень хочу!..
— И отнёс в постель? — он поцеловал Эмму в губы, и она жарко ответила ему своим поцелуем… Андрей поднял её на руки и понёс в свою спальню. Это было не так легко, как с Катей, но своя ноша не тянет…

— Эммочка, ты хочешь так же быстро уснуть, как Катрина? — улыбнулся мужчина.
— О, мой Господин! — женщина то смотрела ему прямо в глаза с нежностью и призывом, то стыдливо опускала взгляд, — Я сегодня… так взволнована, что… не скоро усну…
— А я тебе немного помогу в этом…

Через полчаса, разгорячённые и запыхавшиеся, они лежали, не расплетая объятий, смотрели друг другу в глаза и получали от этого неизъяснимое удовольствие. Спать не хотелось ни ей, ни ему. Андрея пробило на лирику… Он тихо, мешая нахлынувшие воспоминания с обрывками стихов, делился с Эммой сокровенным, а она слушала его слова, как объяснение в любви… «Осень — мёртвые дожди. Осень — юные морозы. Задубевшие берёзы ковыляют по Руси…»[4]
— В чём смысл жизни, Эммочка? — занесло мужчину в глубокие дебри сознания.
— Смысл? Вы спрашиваете, зачем я живу? — эмоциональным шёпотом переспрашивала она, — Какой странный вопрос… Жила, как умела. Работала, как могла. Надеялась… Почему Вы меня выбрали? Случайно?
— Вряд ли… У тебя на фото такие умные глаза, а в них тоска… Не мог я пройти мимо твоего взгляда… «Осень — падшая листва, оплевавшая дорогу. Осень — смертная тревога у хмельного старика…»[5]
— А зачем и как живут там, в Вашем мире?
Андрей вздохнул и начал неторопливый, довольно несвязный рассказ о людях в мире под Солнцем… В этом повествовании люди встречались случайно или предопределённо, порою в совершенно неожиданных местах; бросались друг на друга или долго присматривались, а иногда проходили мимо своей судьбы; тонули в омуте страстной влюблённости или стоили расчётливые планы… Женщины и мужчины образовывали пары, строили новые семьи, их жизнь обрастала бытовыми проблемами, убийственными привычками, наполнялась неизвестными доселе существами под названиями «тёща» и «свекровь»… «Я зарезан без ножа. Я прострелен, но не пулей. Вы мою свечу задули, Осень — тёмная душа…»[6] В семьях появлялись дети и, для одних мужчин и, особенно, женщин именно дети становились смыслом жизни, а для других появление малышей оказывалось началом конца их прекрасной пары…
— Я что-то помню такое… читала… — тихо проговорила Эмма, когда Андрей взял паузу, — Малыши — это, наверное, чудесно… Но они же вырастают, правда? Как же дети могут быть смыслом жизни, если они становятся взрослыми и у них появляется свой собственный смысл?
— Хорошие родители не перестают заботиться о детях, они для них всегда малыши… В одном ты права: когда другого смысла, кроме воспитания потомства, в жизни нет, и отношение к детям становится излишне щепетильным, болезненно нервным… Впрочем, не мне судить об этом. Я — плохой отец… «С неба рвёт хмельная муть. Отчего Ему я каюсь? Скоро, чувствую, отмаюсь… Вместо крови в жилах ртуть.»[7]
— Так в чём же смысл жизни, мой Господин?
— Если бы я знал ответ на этот вопрос, цены бы мне не было! — улыбнулся Андрей, — Может быть в самой жизни? А может в том, чтобы не прекращать задавать себе этот вопрос? В любом случае, мы недостаточно далеко прошли свой путь, чтобы получить ответ…
— Мы… — легко и свободно выдохнула Эмма и трогательно-доверчиво заглянула мужчине в глаза, — Может смысл заложен в слове «мы»?
— Не исключено, — задумчиво проговорил Андрей. «Поэтичность языка — легковесная химера. Этой дряни нету дела до осеннего меня…»[8]

Спал он крепко, но недолго. На часах значилось семь утра, секретарша мерно дышала ему в плечо. Подниматься не хотелось, Андрей решил немного поваляться и мысленно спланировать начинающийся день. Однако, не прошло и десяти минут, как в мёртвой утренней тишине он услышал звяканье посуды и шум льющейся воды. «Сушняк мучает девчонку», — с улыбкой подумал мужчина. Катрина, тем временем, включила душ в хозяйской ванной комнате и вскоре прокралась в спальню. Оглядевшись в серо-синей мгле комнаты, она тихонько прошлёпала босыми ступнями до постели и уткнулась холодным носом в правое плечо Господина. Андрей чуть оттолкнул девушку рукой, приподнял одеяло, под которое Катя тут же и юркнула, прижавшись к мужчине своим голеньким с капельками влаги телом.
— Простите, мой Господин! Я больше не буду, — зашептала девушка, обвивая его прохладными нежными ручками, — Не знаю, что на меня нашло…
— Верю-верю, сам болтун, — тихо пробурчал Андрей, уворачиваясь от её влажных рыжих волос…

Около девяти утра за завтраком Андрей давал секретарше указания по поводу женщины из 22-го номера, Натальи. Эмме надлежало следить, чтобы подопечная Господина не оставалась голодной и совсем уж одинокой. Секретарша задавала уточняющие вопросы. Катя слушала молча, иногда бросая на мужчину многозначительные взгляды. Но он решил не привлекать её к этому делу, и был непреклонен. Комментировать наличие в гостинице ещё одной женщины, явно имевшей к нему отношение, Андрей тоже считал преждевременным. Сегодня и других дел хватало. Он созвонился с Куратором Михаилом, получил от него приглашение на обсуждение проекта студии, и через полчаса выехал к Дому Вершителей. Разговор получился обстоятельным, продолжительным и, главное, плодотворным. Михаил вызвал проектировщика для выезда на выбранное Андреем место, чтобы вместе осмотреть объекты реконструкции воочию. Пока дожидались его приезда, Андрей нанёс визит вежливости Советнику Аркадию. Для того появление нового Вершителя в собственном кабинете стало полной неожиданностью, причём едва ли приятной. Но стоило Андрею затронуть тему психологического аспекта Испытания, как важнейшей составляющей процесса, Аркадия словно подменили. Бурный получасовой диспут, более напоминавший монолог севшего на своего конька Советника, завершился дружескими рукопожатиями и предложениями обращаться за помощью (и не только) в любое время дня и ночи. Присутствовавший при последних аккордах беседы Михаил уже в коридоре показал большой палец и шепнул на ухо: «Ну, Вы и фрукт, Андрей! Теперь он Ваш! О, Вы далеко пойдёте!»

На объект они ехали втроём на машине Михаила. Андрей уже побывал ранее в здешних местах, но сейчас разглядывал местность другими глазами, глазами Хозяина. После ревизии объектов, а в их число, кроме центрального здания, входила добрая дюжина пустующих законсервированных коттеджей и несколько технических зданий, проектировщик предложил несколько вариантов реконструкции. Важнейшей проблемой виделось основное сооружение будущей студии, коим должно было стать неплохо сохранившееся, но запущенное помпезное здание бывшего клуба с колоннадой, как и повсюду в Княжестве весьма громоздкое, если не сказать монументальное. Оно и стало основной темой обсуждения. Когда желания Андрея, предложения проектировщика и замечания Михаила были согласованы, настало время решить судьбу большой прилегающей территории. С этим вопросом справились быстрее, постановив подвергнуть основательной переделке только два коттеджа: один через дорогу, сбоку от центрального здания, другой — на краю территории, недалеко от пруда в форме неправильного овала с островом посередине. Проектировщик обязался предоставить окончательный, детально проработанный проект уже через сутки и, сразу после ознакомления и одобрения Хозяина, начать работы. Утомлённые Господа Вершители вызвали проектировщику такси, а сами заехали в небольшой ресторанчик неподалёку, где наскоро пообедав, договорились хорошенько гульнуть после завершения работ.
— Я знаю весьма любопытное местечко, тут рядом, — заговорщицки ухмылялся Михаил, когда они возвращались в Дом Вершителей на автомобиле, и указал на промелькнувшее в стороне здание бывшей станции «Куртизанская», — Вот там…
— В самом деле? — удивился Андрей, — Бывал я там. Не больно-то симпатичное место, девки какие-то разукрашенные…
— Ага, а внутрь Вы заходили?
— Даже в голову не пришло.
— И напрасно, там находится клуб… экстремальных развлечений, скажем так. Причём, на первом этаже и этажом ниже развлечения для многих, а дальше… — Куратор даже облизнулся, — Вход на закрытую территорию, куда так просто не попасть. Клуб для своих, так сказать, и мы с Вами в этом заведении всегда желанные гости. И девки там первоклассные!

Расстались они у Дома Вершителей. Андрей пересел в свой автомобиль и, не заезжая домой, отправился к Сергею в «Ленинку». Тот удивился неожиданному визиту, но был рад повидаться. Предложение стать управляющим студией его заинтересовало, как и возможность общаться чаще, ближе и свободнее.
— Что тут говорить, Ваш проект удивительно интересен… Я согласен, — немного подумав, сказал Сергей, — Только два момента меня беспокоят…
— Твоя нынешняя работа? Или боишься не справиться?
— Какая здесь работа? Название одно… Да и справиться со студией, думаю, мне по силам, а с Вашей помощью и подавно, — на работе Сергей обращался к Андрею подчёркнуто официально, — Но, во-первых, эта должность для Служителя 1-го ранга, а у меня 2-й. А во-вторых, мой переход к Вам необходимо согласовать с управляющим видеотекой… Не уверен, что быстрое увольнение легко осуществить.
— Это мои проблемы, и я их решу, не сомневайся! — улыбнулся Андрей, решительно настроенный не откладывать дело в долгий ящик, — Директор на месте?
— Да, — ахнул Сергей, — Вы пойдёте к нему прямо сейчас?!
— Именно! Мне ждать некогда…
Минут через сорок взору Сергея, ожидавшему в коридоре, открылась удивительная для него картина. Раскрасневшийся, утирающий пот Директор Ленинской видеотеки выходил из кабинета, услужливо открывая двери Господину Вершителю и поминутно кланяясь. Увидев заместителя, он криво ему улыбнулся, развёл руки в стороны и, подчёркнуто уважительно попрощавшись с Андреем, укатился обратно в кабинет.
— По-моему, он тебе не завидует, — с улыбкой произнёс Андрей, когда они с Сергеем вдвоём выходили из здания видеотеки.
— Что Вы ему сказали?!
— Разве это важно? Важен результат! — засмеялся Вершитель, — С завтрашнего утра сдаёшь дела новому заму. На это у тебя день, максимум два. Если управляющий будет тянуть резину, пригрозишь ему мной! Я буду звонить тебе на мобильный… Через два дня ты мне нужен свободный и готовый к новой работе. Тогда и поговорим о деталях… Да, о ранге можешь не беспокоиться. В конце концов, это мне решать кто, с каким статусом и на каком месте у меня находится! Но лично для тебя мне хочется сделать приятное… Готовься к повышению и… с тебя причитается!

Домой Андрей попал только вечером, уставший, но довольный. Его женщины, судя по всему, давно томились ожиданием и сразу засуетились. Эмма встречала его в привычном строгом костюме секретарши, правда с игривой причёской на голове и абсолютно ненужными, но очень шедшими ей очками. Катрина же предстала пред ним юной грацией со школьным уклоном. Две маленькие рыжие косички с голубыми бантиками искушали…
— Э нет, — хмыкнул мужчина, — К очередной части мерлезонского балета я сейчас не готов!
— Ужин, Господин Андрей? — невинно чирикнула служанка.
— Немного позже, милая. Сейчас кофе, сигарету и под душ, — он скинул пиджак и галстук, устроился на кресле в гостиной, потянувшись и вытянув ноги. Женщины расположились рядышком, Эмма начала доклад о проделанной работе.
— С Вашей подопечной всё в порядке, Господин! Она уже поужинала, ни в чём особо не нуждается, только всё время спрашивает, где она находится и что с ней будет?
— И что же ты ей отвечаешь?
— У неё что-то с памятью, и эта женщина почему-то уверена, что является пленницей. Я не стала её разубеждать, сказала, что она обо всём узнает в своё время.
— Очень хорошо! Ты умница, — похвалил секретаршу Андрей, — Что-то ещё?
— Да. Наталья говорила, что была знакома с Вами, но не может вспомнить, когда и при каких обстоятельствах. Она расспрашивала о Вас. Я назвала ей Ваше имя, это плохо?
— Вовсе нет. Тем более, что моего имени она никогда не слышала. Но мне интересно, о чём Наташа вспомнит сама… Что ты так смотришь на меня, Катя? — обратился Андрей к служанке, пожиравшей его глазами, — Тебе не терпится узнать, кто такая эта Наталья? М-да, терпением ты похвастаться не можешь… Хорошо, я расскажу, но немного. Эта женщина — моя подопечная. Скоро я открою новый проект, где она мне может пригодиться…
— Простите, Господин, — не выдержала Эмма, — Можем ли мы узнать, что это за проект?
— Терпение, девушки! Имейте терпение, — со вздохом повторил мужчина, — Скоро вы всё узнаете и непременно примите участие… Куда же от вас денешься?
— Но что же дальше с Вашей подопечной, Господин? — поинтересовалась секретарша, — Она Вас ждёт сегодня вечером.
— Она ждала меня и вчера вечером, — усмехнулся мужчина, — Но вчера у меня была пьяненькая девчонка на руках и умопомрачительная дама в гостиной!
— Я тоже бываю умопомрачительной! — фыркнула Катя.
— Кто же спорит? — улыбнулся Андрей и поцеловал девушку в носик, — Но вернёмся к делу. Если честно, я утомился сегодня и, идти к Наталье мне не хочется, тем более надолго…
— Как я поняла, это не горит, — поигрывая своими рыжими косичками, глубокомысленно изрекла Катрина, — Ждала и ещё подождёт…
— Подождёт, конечно, и я пока о ней позабочусь, — с упрёком взглянула на служанку Эмма, — Но что именно Вы хотите от Натальи сейчас? Или ей следует просто ждать Вашего решения?
— Всё уже решено, — ответил Андрей, — А для начала хорошо бы… включить её память…
— Поговорить с ней или просто прийти и помолчать, если она должна узнать Вас в лицо? — засомневалась секретарша, — Или этого не достаточно?
— Сам не знаю… — развёл руками Вершитель, — Думаю, этот тонкий момент очень индивидуален…
— Я тоже могу с ней пообщаться, — воскликнула Катрина.
— Как? — поинтересовался Андрей, — Совратить её?
— Что?! Ну, Вы круто рулите, мой Господин! — изумилась Катя, потом вздохнула и пожала плечами, — Но если надо для Вашего дела, могу и совратить… наверное…
— М-да, забавная мысль, однако, — ухмыльнулся Вершитель, — Я подумаю над этим ходом.
— Вы серьёзно, мой Господин? — теперь настала пора удивиться Эмме.
— Возможно. Ты же сама сказала: надо подтолкнуть, — хмыкнул Андрей, — Вот Катрина и подтолкнёт!

Первую половину следующего дня Господин Вершитель провёл по большей части за компьютером, отвечая на возникавшие у проектировщика студии вопросы. Надо сказать, что все проблемы решались оперативно и к двум часам пополудни Андрей уже чётко представлял будущую студию, как в своей голове, так и в объёмном изображении, которое прислал проектировщик. Заказчик дал добро на начало реконструкции объекта, а все последующие доработки надлежало производить по ходу дела. На следующее утро Андрей назначил проектировщику встречу на месте строительства, куда намеревался приехать вместе с управляющим студией. Расставание Сергея с «Ленинкой» проходило быстро и безболезненно. Его уже бывший шеф не только не мешал, но и на удивление любезно содействовал передаче дел, а на прощание, как потом рассказывал Сергей, полез обниматься.
Тем временем Эмма доложила, что в состоянии подопечной Господина положительных изменений нет, и Андрей решился отправить к ней в номер Катрину. Вид у девушки, облачённый в страшненький, но очень сексуальный кожаный наряд с выступающим из брюк внушительным бугорком, оказался впечатляющим. Однако, Господин дал служанке строгие указания — вести себя нагловато и достаточно настойчиво, но в случае активного сопротивления, насилия не совершать… Катя вернулась через полчаса с надутыми губками.
— Она меня не хочет, — плаксиво проговорила она.
— Вот дура! — ответил Андрей, и они громко и весело рассмеялись, вызвав неподдельный интерес и удивление появившейся в дверях гостиной секретарши. Теперь настала пора давать наставления Эмме. Дело было к вечеру, и вскоре она отправилась кормить Наталью ужином.
— «Подталкивание» Катрины результата не дало, — докладывала секретарша по возвращению, — Наша подопечная на грани истерики.
— Наша? Это звучит! — хохотнул мужчина, — Ну и что ты?
— Не успокаивала, с разговорами не лезла, как Вы и приказывали. Накормила ужином, велела привести себя в полный порядок, накраситься, красиво одеться и ждать визита Господина.
— Прекрасно. Видимо, придётся идти… Но сначала ужин, мы его заслужили!

Часы показывали десять с минутами, когда Андрей засобирался в гости к Наталье. За неспешным ужином он вёл беседу о пустяках, довольно прилично выпил, но почти не опьянел, хотя и стремился к этому. Через час после застолья Господин Вершитель накинул тяжёлый тёмно-синий махровый халат на голое тело, поймал на себе недовольные взгляды своих женщин, велел им скоро его не ждать, не нервничать, из номера не выходить, отдыхать, и ушёл к Наталье, прихватив с собой бутылку рома. Тщательно причёсанная, чуть излишне и не слишком искусно накрашенная женщина в чёрном с красной отделкой платье «похотливой классной дамы» сидела в своей крошечной гостиной на маленьком диванчике растерянная и абсолютно потерявшаяся в новой для себя реальности. Появление в её номере в халате и с бутылкой пьяного мужика, которого старательно изображал Андрей, она встретила с ужасом.
— Как Вы сюда попали? Зачем? Кто Вы? — нервно спросила Наталья. Она крепко сжала ноги, отчего сразу же открылся боковой разрез юбки, обнаживший кружевную резинку розового шёлкового чулка, и сложила на груди руки, прикрывая декольте, — Уйдите отсюда… пожалуйста!
— Хм… — обошёлся без слов Вершитель, нашёл в маленьком серванте подходящие стаканчики, плеснул в них рому и протянул один женщине, — Пей!
— Я не буду! — отмахнулась она, — Что за кошмарная гостиница? Сначала эта ужасная девушка в безобразном наряде и с… этим в штанах… Теперь совершенно нетрезвый мужчина, которого я не знаю… Или знаю?.. Я Вас знаю откуда-то… Ах, не важно! Вы приходите ко мне, как к себе домой, и заставляете пить…
— Значит, так и не вспомнила, — развязно перебил её Андрей и всё-таки всучил ей стакан, — Пей!
— Кошмар какой! — прошептала Наталья, сделала крошечный глоточек и скривилась, — Что это такое… крепкое?.. Официантка… ну, девушка, которая приносит мне еду, сказала, что придёт её Хозяин… Господин Андрей какой-то… Это Вы?! О, нет… Я думала, Вы благообразный, интеллигентный Господин, который объяснит мне, что происходит… А вместо этого ужасный пьяный мужчина…
— Пей до дна! — грозно буркнул Вершитель и, встречая отпор, нахально пересел на тесный диванчик к училке, переплёл её руку своей и повторил, — До дна!
— Нет! — пыталась сопротивляться Наталья, но мужчина выпил одну и подтолкнул к её рту вторую рюмку. Женщина влила в себя ром, задохнулась и тут же почувствовала на себе мужские руки, а на губах его властные губы…
— Вот так лучше, Наталья Ивановна! — пьяно ухмыльнулся Андрей.
— Как Вы смеете?! — вскочила на ноги женщина, поправляя очки, — И откуда Вы меня знаете?
— Кто же не знает такую… сексуальную учительницу, — мужчина с наглой улыбкой закурил и выпустил в неё струйку дыма, оценив взглядом, что костюм на ней смотрится прекрасно, не то, что на Ирине.
— Вот именно, — тут же подхватила Наталья, — Вы вваливаете к порядочной женщине, к преподавателю, в конце концов, и позволяете себе…
* * *
— Ты и теперь меня не вспомнила, Наташа? — вполголоса спросил Вершитель, отпуская женское тело и укладываясь рядом. Училку от его голоса словно электрическим зарядом прошило, как только что от его мужского достоинства…
— Вы?! Простите меня, Господин! — глядя во все глаза на его лицо и с недоверием трогая его пальцами, пролепетала она, — Я не знаю, что со мной было… Туман какой-то… А Вы и не такой пьяный, как мне казалось! И я опять с Вами…

Последние дни, положа руку на сердце, Андрея больше всего интересовало создание студии, и отвлекаться от этого процесса не хотелось. Обсудив идею проекта с Эммой и Катриной и заручившись их поддержкой и помощью, он проанализировал деятельность всех видеостудий на территории Княжества, которые им удалось отыскать. Вывод Андрея прозвучал однозначно: «У нас всё будет иначе». И если в организационном, техническом и производственном аспекте он готов был почерпнуть лучшее у конкурентов, то в творческом плане… Несмотря на нравы и порядки тёмного Княжества, Андрей решил, что будет стремиться снимать принципиально другие фильмы в компании единомышленников. Иначе его затея грозила превратиться в фарс, в пир во время чумы…
Проект студии занимал мысли Андрея всё более, однако, в голове он постоянно держал и необходимое — визит в Архив и встречу с Ильёй. Не ради этого ли он стал Вершителем? «Да уж, конечно, не только ради этого. Не надо себя обманывать, — рассуждал Андрей, — Но и откладывать дальше выполнение просьбы Хароныча неудобно, хотя связь со старцем так и не наладилась…» Эта тема отчего-то так нервировала Андрея, что он решил чётко спланировать поездку и более не тянуть… Господин Вершитель проснулся утром и сразу решил, что проспал. Хотел было устроить выволочку девчонкам, что не разбудили, но глянул на часы — 5:05. Похоже, нервы расшалились, и вставать рано, и спать решительно не хотелось. В Архиве он планировал появиться не раньше десяти утра. Андрей поднялся, набросил халат и тихо пошёл в ванную комнату. Стоило ему, свежему и бодрому после душа, подумать о сегодняшнем визите в Архив, тут же его охватило непонятное и неприятное волнение. Идти туда не хотелось категорически, но… Надо! В принципе, ему было крайне любопытно попасть на территорию Дворца не в праздничный, а в будний день, добраться, наконец, до Архива, познакомиться с Ильёй. Но что-то мешало думать об этом легко и позитивно. Может быть, его мистическая неприязнь к Блюстителям, коих на подступах к Дворцу более, чем достаточно, и уж наверняка его патологический страх, возникающий при одном взгляде на Вулкан. С этим сумбуром в голове Андрей направился на кухню, чтобы сварить себе кофе, но там уже суетилась Эмма.
— Ты что это вскочила такую рань, — буркнул он неласково.
— Я услышала, что Вы проснулись, Господин. Вышла посмотреть, не нужно ли чего… Кофе Вам сварила, — Эмма, как обычно, отвечала чётко и ясно, но сейчас в её голосе слышалось беспокойство, — Доброе утро, мой Господин!
— Доброе утро, Эммочка! — Андрей с удовольствием сменил недовольство на благодарность, — Могла бы и поспать ещё… Но, спасибо! Выпьешь кофе со мной?
— С радостью! — улыбнулась секретарша. На ней был длинный голубой халат с белыми цветами и кружевным воротничком. Любой её наряд подкупал изяществом, Катрина одевалась ярче и сексуальнее. Впрочем, под халатом Эммы тоже, почти наверняка, отсутствовало нижнее бельё. Андрею захотелось немедленно проверить так ли это, но он сдержался.
— Тогда наливай и присаживайся напротив, — предложил мужчина.
— Вы планировали встать рано… — с сомнением произнесла Эмма, сделав глоток.
— Да, но не настолько, — кивнул Андрей, — Не спится что-то…
— Что мне сделать для Вас?
— Пей спокойно кофе. Я собираюсь во Дворец к десяти… Времени уйма!
— Во Дворец? — вздрогнула женщина.
— Ты хочешь спросить: кто меня туда вызвал? Никто не вызывал, но у меня там дела… И ты, наверное, помнишь какие…
— О да, конечно, Господин Вершитель! — отчеканила секретарша и поёжилась.
— Эмма! Я же просил не называть меня так без необходимости! — немедленно, но мягко упрекнул её Андрей.
— Извините меня, пожалуйста! — опустила голову женщина, — Вам не очень хочется туда идти?
— С чего ты взяла, девочка моя? — улыбнулся он.
— Я вижу…
— Какая ты зоркая! Мне это нравится, — Андрей внимательно посмотрел на секретаршу, и когда она подняла голову, глаза их встретились.
— Могу я чем-то помочь Вам, мой Господин? — смешалась Эмма и опустила глаза.
— Во Дворец мне всё равно надо… — потянувшись, улыбнулся мужчина, — Но сейчас мы с тобой могли бы выпить ещё немного кофе, очень вкусный он у тебя, и немного… поговорить… в твоей комнате…

В десятом часу они легко позавтракали втроём. Катрина строила уморительные рожицы и подмигивала Андрею, он однажды не выдержал и показал ей кулак, чем вызвал приступ глупого хихиканья, Эмма молчала и краснела, будто совершила что-то совсем уж неприличное. Около десяти Андрей засобирался, Катрина сразу стала серьёзной, словно провожала мужчину на войну. Секретарша уже стояла у выхода в изумительно изящно сидевшем на ней строгом костюме. На прощание Катрина трогательно взяла Эмму за руку, прижалась к Андрею и чмокнула его в щёку…

Ехали молча. На большой и пустой парковке около входа на территорию Дворца секретарша остановила машину и вопросительно посмотрела на босса.
— Дождёшься меня или дома дел хватает? — неожиданно спросил он, даже не подумав улыбнуться. Глаза Эммы округлились.
— Я буду ждать Вас, пока не вернётесь… Мой Господин!
— Хорошо, — светло улыбнулся Андрей, легко вздохнул и поцеловал женщину в носик.
Он шёл к воротам, чувствуя затылком напряжённый взгляд Эммы. Очень хотелось обернуться, но Андрей сдержался, подошёл к паре Блюстителей у больших кованых ворот, приложил свою карту к УСу. Блюстители благосклонно и синхронно кивнули, и он вошёл на территорию Дворца. «Кто бы мог подумать, что это страшное здание, пусть и увеличенное во много раз может служить Дворцом», — как и первый раз подумал Андрей, шагая по брусчатке тёмно-бурой площади к мрачному ступенчатому зданию. Его знания о том, что Дворец не столько возвышается вверх, сколь грандиозно разрастается вниз, и там, в веренице подземных этажей посетителя встречают грандиозные залы, изысканные покои, тайные кабинеты и альковы, будоражили, воскрешали тёмные островки памяти и совсем не успокаивали. Был информирован Андрей и о том, что в Архив Княгини ведёт неприметный боковой вход, за которым находились помещения Блюстителей и хранилища Архива. Сначала это соседство насторожило его, но затем он решил, что так и должно быть, что именно там и находится цель его путешествия. Подходя ко Дворцу, мужчина бросил взгляд вперёд и снова вздрогнул, увидев как там, в двухстах метрах левее здания, брусчатка нелепо обрывается и переходит в особое пространство, закрытое здесь огромным матовым и непрозрачным колпаком из стекла или пластика. «Разобраться бы с историей этих бассейнов», — подумал он, не надеясь на скорое решение такой задачи. Смотреть вправо и вверх, туда, где за гигантской зубчатой стеной громоздился и уходил ввысь этот убийственный монстр — Вулкан, ему не хотелось ни капельки. Андрей юркнул в боковой вход, удивился и обрадовался отсутствию охраны. «Ну, правильно. Не себя же им охранять!» Тут же он увидел серую дверь с серебристой табличкой, и оказался в вожделенном Архиве Княгини. Спустившись по лестнице, Андрей очутился в небольшом полутёмном и безлюдном зале, вмещавшем десяток столов и столько же стульев и настольных ламп. В конце зала ярким пятном светился дверной проём в следующее помещение, где он надеялся хоть кого-то встретить. Помещение это оказалось просторным кабинетом, где за огромным столом восседал мужчина, внешность которого показалась Андрею смутно знакомой. Впрочем, он тут же вспомнил, что именно так ему описывали Илью.
— Господин Архивариус? — Андрей шагнул вперёд, протягивая руку для пожатия.
— Кто Вы? В чём дело? — неожиданно неприятным скрипучим голосом ответил неопрятный субъект, — Как Вы сюда попали?!
— Меня зовут Андрей…
— Как Вас пропустила охрана? — у мужчины, по всей видимости, начиналась необъяснимая паника, и пока он, вскочив, не дотянулся до секретной кнопки вызова охраны, моментально рассекреченной благодаря его неуклюжести, Андрей вынул свою Золотую Карту. Мужчина со стоном упал обратно в кресло, считал данные с карты посетителя и, заикаясь, произнёс, — Как Вы меня напугали, Господин Вершитель!.. Ах, прошу меня извинить! Чем могу быть полезен?
— Во-первых, прошу Вас представиться! — грозно воскликнул Андрей, неприятно поражённый увиденным. Удивился он и сканируя отпечаток незнакомца. Если верить появившейся информации, перед ним стоял Служитель 1-го ранга по имени Илья, состоящий во Дворце на должности Главного Архивариуса Объединённого Архива Её Высочества Княгини. «Это и есть Илья? — удивился Андрей, — Ничего не понимаю!»
— Всё в порядке, Господин Вершитель? — заискивающе поинтересовался архивариус.
— Вполне, — недовольно ответил мужчина, — Мне нужен список литературы…
— Художественной? Он огромен, Господин Вершитель! Вы ищите что-то определённое?
— Пока не знаю…
— О, я понимаю! Вы ищите вдохновение, Господин Вершитель?!
— Можно и так сказать, Господин Архивариус…
— Главный Архивариус, смею заметить, Господин Вершитель! Но для Вас просто Илья.
Около часа Андрей вёл дурацкую беседу с неприятным субъектом, имя и должность которого полностью соответствовали тому человеку, которого мужчина искал, но… Сначала он пытался расколоть «интеллектуала и эрудита», ломающего непонятную комедию. Безрезультатно… Наконец, до него дошло, что перед ним просто недалёкий, дрожащий от страха человечек, ничего общего не имеющий с тем, кого он ищет. От безысходности Андрей достал телефон и тут же вспомнил, что на территории Дворца мобильная связь не функционирует. Архивариус предложил ему воспользоваться стационарным телефоном, но мужчина вовремя опомнился. Разговаривать с Еленой или Сергеем в присутствии этого типа было глупо и небезопасно. Андрей пролистал на компьютере Архива классификатор хранимой литературы и пообещал Илье вернуться на днях. Прощался Главный Архивариус с Господином Вершителем безмерно подобострастно. Особенно неприятно оказалось его рукопожатие. Рука Ильи была вялой, рыхлой, влажной, если не сказать скользкой и, при этом, холодной до дрожи…

— У Вас неприятности, Господин Андрей? — встревожено спросила Эмма, когда он вернулся в свой автомобиль.
— Нет, девочка моя, пока нет… Пока у меня сложности… Но мне больше нравится, когда ты называешь меня иначе, — задумчиво произнёс Андрей.
— Ах, простите меня, Мой Господин! — промолвила Эмма и посмотрела на него взглядом, полным нежности, а потом схватила его руку своими длинными, чуть прохладными пальцами. У мужчины как-то сразу потеплело на душе, несмотря на смутное предчувствие. Он понял, что даже представить себе не может, чем обернётся история с его поисками. Рваные обрывки мыслей будоражили, тревожили, пугали… «Немедленно к Лене!.. Нет-нет, не сейчас… Вечером… А лучше завтра! Сейчас успокоиться… Выпить, забыться в прохладных ручках моих девочек… Тьфу ты, прорва!.. Ну и пусть!»
— Поедем домой, Эммочка!
— О да, мой Господин! По-моему, Вам нужно немного отдохнуть…
«Забывался» Андрей до вечера, когда окончательно проснувшись, позвонил-таки Елене. Это решение виделось правильным хотя бы потому, что Лена знала о его намеченном на сегодня визите во Дворец и, вероятно, беспокоилась из-за отсутствия новостей. По телефону Андрей не хотел вдаваться в подробности и предложил встретиться завтра, но она попросила его приехать, не откладывая, несмотря на поздний час. Машина, за рулём которой в этот раз сидела Катрина, подъехала к домику Елены около полуночи. Андрею не очень нравилось, как водит автомобиль его рыжая бестия с юным личиком, но он не хотел обижать девушку. Катя осталась дожидаться его, будучи уверенной, что здесь состоится свидание Господина со знатной дамой, и через пару часов он освободится. Не успел Андрей подойти к входной двери, как она распахнулась. На пороге его с поклоном и сдержанной улыбкой встречала Аоки. Войдя в прихожую, Андрей поцеловал миниатюрную японку в затылок, она вспыхнула и убежала на кухню. Елена встретила его в гостиной и сразу усадила пить кофе. Гость пил и рассказывал, хозяйка слушала внимательно, не задавая вопросов. Когда рассказ подошёл к окончанию, Елена встала, включила музыку и неожиданно присела к Андрею на колени. Он недоумевал, поскольку перекрикивать Бетховена, звучавшего во всю мощь, было, по меньшей мере, странно. Но Лена поцеловала его в небритую щёку и горячо зашептала на ухо, привычно путая «ты» и «Вы»:
— Дорогой, ты уверен, что за тобой не следят?
— Лена! — Андрей чуть отстранился от неё и внимательно взглянул в бархатные серые глаза, удивляясь и обращением «дорогой», и резкой постановкой вопроса, — Я, честно говоря, и не думал об этом серьёзно…
— Вы ведёте себя, как мальчишка! Понятно же, что Вы говорили не с Ильёй!
— А с кем?!
— Не знаю, — встревоженно шептала Елена, крепко прижавшись к нему, — Илью они где-то прячут, а на его место посадили кого-то похожего внешне…
— Кто «они»? — тревога хозяйки начала передаваться Андрею.
— Ты задаёшь бессмысленные вопросы, дорогой! Откуда мне знать? Кто-то, заинтересованный в том, чтобы вы не встретились, например…
— Но откуда они могут знать… Впрочем… — на некоторое время мужчина умолк, обдумывая ситуацию в новом свете, — Но я и сам толком ничего не знаю!
— По моему, тебе угрожает опасность! — горячо убеждала Елена.
— Ты так думаешь?.. Но, тогда и тебе небезопасно общаться со мной!
— Я-то им зачем? Не переживай, музыку я включила, чтобы нас не могли подслушать… Ты понял? О важном теперь следует говорить с осторожностью…
— Может быть ты и права, — Андрей нежно поцеловал Елену в шею.
— Щекотно, — улыбнулась она, — Что ты собираешься делать дальше? Ты вернёшься в Архив?
— Да. Вариантов нет. Нужно понять, где настоящий Илья? Разыскать какие-то следы… может быть он оставил подсказку…
— Может и оставил, только где?
— В книгах, например… Буду искать, завтра же и начну.
— Я боюсь за тебя…
— А я за тебя!
— Не волнуйся, дорогой! Мы попробуем убедить их, что у тебя здесь чисто плотское… ну… романтическое приключение…
— Да? — улыбнулся Андрей, поражаясь неожиданной идее женщины, с которой его отношения в сексуальном смысле пока ограничивались поцелуями, — И как мы это будем делать?
— Кажется, идея тебе понравилась? — с показным гневом проговорила Елена и тут же улыбнулась, — А им понравится тем более! Ты приехал один?
— С горничной.
— Прекрасно! Отправь её домой до утра…
— Хорошо, скажу, что свидание затягивается… И что дальше?
— Мы выпьем втроём, ты будешь уводить разговор в интимную сторону, я буду фыркать, Аоки краснеть… Через полчаса ты уведёшь меня наверх…
— Звучит заманчиво!
— В самом деле? Но Вы ещё не дослушали, Господин! — кокетливо улыбнулась хозяйка, — Когда я усну, ты спустишься вниз и переспишь с Аоки…
— Это ещё зачем?! — обалдел от неожиданности Андрей.
— Любой нормальный ловелас, насладившись прелестями хозяйки… — Елена звонко засмеялась, — … непременно соблазнит её компаньонку!.. Она тебе совсем не нравится, дорогой?
— При чём здесь это? Она очень милая, но…
— Вот и хорошо! Если за тобой следят, то ни за что не поверят, что странствующий ловелас не обратит внимания на столь экзотический для этих мест плод, как маленькая японка!
— Лена! По твоему, я — Дон Жуан что ли?
— Очень похож! Что случилось, дорогой? — хихикнула хозяйка, — Поверь мне, так будет лучше для всех…
— Но у Аоки даже не спросили…
— Я уверена, что она возжелает при одной мысли, хотя и покапризничает для вида… Но это даже хорошо, потому что первый раз ты должен взять ей насильно!
— Ты с ума сошла!
— Дорогой, это всего лишь спектакль! Девушка боится Господина, который пришёл к ней, но боится и хозяйки. Девушка умоляет Господина не делать с ней… этого, но он непреклонен. Девушка вяло отбивается, издавая при этом массу впечатляющих звуков, и сдаётся… В другой раз она будет послушна и покорна.
— В другой раз?!
— Конечно. По крайней мере, до тех пор, пока нам нужна такая легенда… Но я уверена, что тебе понравится!
— Лена!
— О, молчите, Господин! Я буду только рада этому, и Аоки… такое приключение только на пользу…
— В каком смысле? — Андрей продолжал сомневаться в целесообразности неожиданно безумной затеи, хотя и не мог толком объяснить почему.
— Во всех! Пожалуйста, доверься мне, дорогой! Сходи, отпусти горничную, а я переговорю с Аоки, — Елена встала с его колен, кивнула с самым серьёзным видом, выключила музыку и направилась на кухню.

Без всякого энтузиазма мужчина вышел из дома. Катрина сначала обрадовалась его скорому возвращению, затем расстроилась, услышав новости. Она просила разрешить ей ждать Андрея в машине, но он твёрдо отказал. Правда, пообещал большую часть завтрашнего дня провести с ней, и Катя уехала немного повеселевшей. Когда мужчина вернулся в дом, до него донеслись звуки спора из кухни. Женщины препирались на повышенных тонах и на японском языке, звучало забавно, но тревожно… Андрей шагнул на кухню с намерением немедля во всём разобраться, но спорщицы мгновенно притихли и смотрели на него с улыбками. Лена — с весёлой, Аоки — с виноватой. Поскольку часы показывали глубокую ночь, застолье в гостиной получилось символическим и непродолжительным. Женщины пили белое вино, Андрей потягивал виски. Пошлые шуточки ему сегодня удавались с трудом, но Елена блестяще играла роль строгой, но похотливой хозяйки, а лицо Аоки то краснело, то бледнело… И для этого, похоже, разговоров не требовалось. Через полчаса Андрей с Леной лежали в её постели на втором этаже, тесно обнявшись, но даже не обнажившись полностью. В спальне негромко играла музыка, хозяйка шептала ему на ухо:
— Ты представляешь, какая литература интересовала Илью?
— Думаю, да. История, жизнеописания, философия, художественная самого лучшего качества… — также шепотом отвечал он, — Так?
— Да, всё правильно… Откуда ты знаешь?
— Догадался.
— Ты прав, но более всего Илью занимали документальные архивы, дневники, мемуары… Будь там осторожнее, — попросила Елена, целуя его лицо, — И не звони мне оттуда…
— Хорошо, Леночка, да и мобильная связь там блокируется…
— Вот как? Я не знала. Но потом позвони обязательно, просто скажи, что жив и здоров.
— Обязательно, моя хорошая!
— Ну, всё. Через пять минут спускайся вниз…
Андрей лежал на спине абсолютно обезмысленный. Через несколько минут хозяйка, словно бы во сне, легко ткнула его пяткой. Мужчина глубоко вздохнул, выждал ещё минуту и тихо встал, набросил приготовленный для него халат и двинулся вниз. В гостиной он выкурил сигарету, допил из стакана уже тёплый виски, подошёл к комнатке Аоки и тихо, но решительно отправил в сторону сдвижную дверь. Женщина лежала на своей низкой постели, укрывшись простыней до подбородка, её горящие глаза испуганно глядели на Андрея.
— Вы не спите, Господин? Вам что-то нужно?
— Да… Мне нужна ты, малышка, — пристально глядя на неё, Андрей подошёл к постели и откинул простыню.
— Нет! — приглушённо взвизгнула Аоки, её маленькое нагое тело метнулось в угол. Там она села, подобрав под себя ножки и прикрываясь переплетёнными руками, — Не надо, Господин!
— Надо, — глухо и упрямо произнёс Андрей, — Я так хочу!
— Но, пожалуйста! Я скромная девушка, — она лепетала высоким тонким голосом, вставляя непонятные японские слова и тихо взвизгивая, — И что скажет хозяйка?
— Хозяйка спит, и если ты разбудишь её, тебе не поздоровится! — Андрей забрался на постель, взял женщину за руки и развёл их в стороны, разглядывая её обнажённое тело. Аоки, как и предполагалось, выглядела миниатюрной, изящной, с маленькой девичьей грудью. Мужчина сбросил с себя халат, прилёг на постель, не обращая внимания на причитания, прижал девушку к себе и прошептал ей на ушко, — Если ты в чём-то сомневаешься, маленькая, просто полежи со мной и… покричи немного для вида…
Глаза Аоки округлились, она на минуту затихла и прижалась к Андрею всем телом. Вскоре, вздрагивая от его ласковых прикосновений к своей спине, девушка снова принялась слабо выкрикивать малопонятные фразы из русских и японских слов вперемешку с междометиями… «Но я же мила Вам, Господин, да? Я чувствую», — прошептала Аоки на ухо мужчине и принялась целовать его губы…
* * *
…Тело девушки резко выгнулось, будто по нему прошёл электрический разряд, который на обратном пути накрыл Андрея так, что очнулся он уже лежащим на спине… Мужчина не мог вспомнить в точности происшедшего с ними, знал только, что пережил необыкновенное наслаждение. Некоторое время он неподвижно лежал, наблюдая, как маленькая японка покрывает всё его тело нежными и сладкими поцелуями… Порядком утомлённый, Андрей тщательно укрыл Аоки одеялом, едва слышно произнёс «спасибо» и нежно поцеловал её влажные губы. Она смотрела на него во все глаза и шептала что-то удивительно нежное. Мужчина тепло улыбнулся ей, вышел из комнаты и прикрыл дверь.
Покинув спальню Аоки, в гостиной он налил себе стакан ледяной колы и закурил. «Что же здесь такое со мной происходит, — думал Андрей, — Никогда я не получал столько сексуального наслаждения ни по количеству, ни по качеству… Вот уж и вправду — Княжество похоти…» Минут через двадцать он поднимался на второй этаж, испытывая только лёгкую усталость и благодарность ко всем женщинам в мире. Лена не спала, она ждала его, только делая вид, что спит. Андрей, почему-то не испытывая никаких угрызений совести, лёг рядом и поцеловал её в плечо. Она тут же повернулась к нему, легко прижалась и шепнула на ухо: «Вот видишь, всё хорошо, а ты сомневался». Они быстро и крепко уснули.

В десять утра Андрей выходил к своей машине легкой походкой, свежий после душа. Катрина смотрела на него грустно и подозрительно, он пересадил ее на пассажирское место, сам сел за руль и лихо погнал автомобиль в сторону центра. Когда машина остановилась на парковке у входа на территорию Дворца, Катрина посмотрела на Андрея испуганно и разочарованно.
— Мне необходимо некоторое время поработать, Катя.
— Но… — грустно улыбнулась она.
— Поезжай домой.
— Можно я подожду здесь?
— Нет. Когда буду заканчивать, позвоню и, ты за мной приедешь.
— Да, Господин!.. А это надолго? — с сомнением спросила Катрина.
— Много будешь знать — скоро состаришься! — засмеялся Андрей, — Ещё не знаю, как быстро освобожусь, но вечер проведём дома непременно!
— Правда? Дома? Конечно, дома! Вы стали мало бывать дома! Мне придумать что-нибудь особенное?
— Может быть, — улыбнулся он на скороговорку Катрины, — Придумывай, только сначала отдохни, по-моему, ты не выспалась, милая!
— Хорошо, — она, как всегда, расплылась при слове «милая», — Пошалим втроём? С Эммой?
— Вполне возможно! — Андрей подмигнул ей, вышел из машины и направился к воротам, не оборачиваясь.

На этот раз субъект, именовавший себя Ильёй, встретил его радостной улыбкой и сходу устроил ему экскурсию по Архиву. Андрей пребывал в шоке. Помещения оказались огромными, занимая несколько этажей вглубь сооружения. В сущности, Архив представлял собой множество частично соединённых друг с другом, реже изолированных хранилищ. Мужчины побывали везде, кроме спецхрана, допуск куда разрешался только по указанию свыше даже для Ильи, если верить его словам. Для осмотра хранилища живописи и огромных залов скульптурных произведений потребовались бы недели, если не месяцы. Несмотря на разгорающееся любопытство, Андрей решил сначала заняться делом и внимательно присмотреться к литературной части Архива. Илья объяснил ему принципы организации хранилища, пояснил, как не запутаться в подземелье и оставил его для самостоятельного осмотра, выдав перчатки для работы с особо ценными экземплярами. Довольно быстро Андрей понял, что большинство интересных ему трудов теоретически сосредоточено на минус третьем и четвёртом этажах Архива. Стало ясно и то, что найти подсказку, если таковая имелась в принципе, будет нелегко и, дело это неопределённо долгое. В какой-то момент Андрею захотелось просто взять в руки книгу, сесть в кресло и почитать, но то ли от изобилия литературы, то ли оттого, что самая нужная сейчас книга сама не прыгнула ему в руки, желание это не осуществилось. Вдобавок, Андрею дико захотелось курить, пришлось подниматься в кабинет Ильи, где его снова приняли с приторным радушием. Дабы Господин Андрей не расстраивался, ему был открыт компьютерный доступ к той части Архива, которая была оцифрована. Впрочем, Андрей предвидел, что возможность ознакомится с частью хранилища дома не отменит его визитов в подземелье… Посмотрев на часы, он с удивлением обнаружил, что находится в Архиве уже более четырёх часов. Андрей позвонил с местного телефона в Золотой номер своей гостиницы. Трубку взяла Эмма, которая вызвалась немедленно заехать за ним. Катрина, по её словам, была очень занята подготовкой вечера. Андрей рассмеялся, он не возражал. На прощание Илья в очередной раз объявил о своём уважении к нему и готовности в любое время помочь в работе и поисках Вершителем вдохновения, как по телефону, так и непосредственно в стенах Архива…

— Вот это да! — потешался Андрей, разглядывая Эмму, которая везла его домой. Она предстала одетой в строгий, как обычно идеально сидящий на ней, брючный костюм, но причёска, макияж и, особенно, очки! Во всём была видна рука Катрины, слепившей из секретарши строгую и недоступную даму. Андрей резвился вовсю: — Сегодня Вы неподражаемы, мадам!
— В самом деле? — прыснула Эмма, но тут же вернула лицу строгое выражение, — Катрина сказала, что мы готовимся к какой-то театрализованной игре, это правда, Господин Андрей?
— Судя по твоему виду, несомненно!..



Глава 11
Ритуал

На неделю Андрея поглотили заботы об организации студии. Главное здание менялось на глазах, особенно внутри. Да и вся отведённая под студию территория преображалась. Очень скоро Андрей понял, что не ошибся в Сергее. Тот взялся за дело с энтузиазмом, проявляя не только желание, но и строительные знания, и организаторские способности. Для управляющего Вершитель отвёл доставшийся ему в законсервированном виде отдельный коттедж весьма внушительного вида, недалеко от основного здания студии и по соседству с коттеджем, который сейчас готовили для него самого. Дом управляющего был готов к заселению буквально через пару дней после начала работ и Сергей сразу выразил желание переехать сюда из гостиницы. Перевезти вещи большого труда не составило. Так же тихо, без шума и лишних глаз, они перевезли книги, сохранённые и спрятанные в своё время Сергеем. В коттедже управляющего для них отвели специальную комнату. Настроение Сергея улучшалось с каждым днём. Он уже выглядел не грустным философом, а деятельным энергичным хозяином предприятия… Ещё через пару дней на студию переехала Наталья. Её временно разместили на втором этаже коттеджа Сергея. Работы для Натальи тоже хватало. Увлечённые идеей студии мужчины регулярно забывали о бытовой стороне вопроса. И не столько о хлебе насущном, этот вопрос решался быстро, сколько о будущей инфраструктуре студии. Наталья и занималась налаживанием сферы услуг в формировавшемся маленьком городке внутри тёмного Княжества… Андрей приезжал сюда практически ежедневно, контролировал процесс, вносил поправки и радовался преображением выделенного ему пространства. Бурная деятельность выбила его из привычной колеи, и только неожиданный звонок Елены напомнил об окружающем мире.

— Здравствуйте! Я не сильно отрываю Вас от важных дел, Господин Андрей? — раздался из трубки дружелюбный, но не без нотки язвительности голос.
— Здравствуй, Лена! Для тебя я всегда свободен.
— Не преувеличивайте, пожалуйста! Вы о нас совсем забыли.
— Это не так, — мягко ответил он, — У меня за последнее время произошло немало событий, и я хотел бы обсудить их с тобой… Но не по телефону!
— Приятно слышать! И когда же это случится?
— Через несколько дней…
— Несколько дней… это не мало… Вы говорили об особенном уюте нашего дома, а сами и не скучаете о нём…
— Скучаю… Можешь не сомневаться…
— Ах, не лукавьте, Господин Андрей! Я догадываюсь, в чём тут дело…
— В чём же, Лена? — удивился он.
— Наши с Вами отношения так интеллигентны и интеллектуально-умозрительны, пусть и с ореолом романтики… Мужчины часто предпочитают другое.
— Я очень ценю наши отношения, Лена! Это, правда, — решительно ответил Андрей, — И мне казалось, что тебе приятен именно такой стиль общения… Он и мне доставляет много радости…
— И мне… Но… Ты не понимаешь! — с чувством выпалила женщина, привычно переходя с «Вы» на «ты» и обратно.
— Лена, ты уверена, что хочешь говорить об этом по телефону?
— Ещё бы! — неожиданно прямо ответила она, — С глазу на глаз я ни за что бы не решилась…
— Не решилась на что?! — ахнул Андрей.
— Выяснять насколько я тебе нравлюсь, как женщина! — воскликнула Елена и, кажется, покраснела.
— Нравишься, конечно. Очень нравишься!
— Достаточно для того, чтобы… Я хочу знать это точно, Господин Андрей!
— Да. Более, чем достаточно… Хочешь, я приеду сейчас?
— Хочу!.. Но нет… сейчас не надо! — совсем запуталась женщина, — Сейчас я не готова… Обещайте, что через несколько дней Вы… приедете к нам… на целый день!
— Обещаю, Леночка! Приеду обязательно!
— Хорошо, — вроде бы успокоилась она, — А Аоки?
— Что случилось с Аоки?
— Ничего с ней не случилось. Но мне нужно знать, нравится ли тебе моя маленькая подружка?
— При чём здесь Аоки?! — поразился мужчина, — Она очень милая… Ты разве не слышала мои слова во время… моего прошлого визита?.. Я не понимаю!
— Это очень важно для неё и для меня тоже, — Елена перешла на шёпот, — Возможно, это трудно понять, но было бы замечательно… если бы и она Вам нравилась тоже!
— Аоки — милая, хорошенькая, миниатюрная и очень сексуальная девушка! — не очень понимая, что он сейчас сказал, выпалил Андрей, — Это для тебя новость?
— Ах… Ах, какой ты… Ты — просто чудо!
— Ага… Чудовищное чудо!
— Совсем не так… Мы будем ждать тебя… через несколько дней… Постарайся не опаздывать… Я хочу, чтобы ты приехал, рассказал обо всём и… делал… всё, что… взбредёт тебе в голову! — путаясь в словах, проговорила Елена и оборвала телефонный разговор, оставив Андрея в полном недоумении.

«Я ничего не понимаю в женщинах! — думал он. — Лена удивляет… Впрочем, мне же удалось как-то оживить её жизнь… И всё было так славно… И наши поцелуи были совсем не скромные и очень горячие… Я не раз мог пойти дальше, но сам сдерживался, не хотел торопить события… А она так смотрела на меня… Почему, собственно, я решил, что она не хочет большего? А сейчас просто потеряла терпение? Она замечательная женщина… и такая тёплая…» Его многое удивляло в этом мире, особенно во взаимоотношениях с женщинами. Андрей хорошо помнил, как удивлялся настойчивостью Катрины довести до интима его общение с Эммой… «Вам нужна тёплая женщина рядом», — сказала как-то его рыжеволосая помощница. Она же и объяснила ему природу теплоты человеческого тела в этом странном Княжестве. Теперь Андрей знал, что всё зависит от того, насколько женщина подвергала изменениям свою внешность. У всегда прохладной Катрины индекс биомодификации составлял 50 %, у Эммы — всего 10 %, у Лены — наверняка ноль, как и у самого Андрея. У новоприбывших Испытуемых, естественно, так же, что придавало новый смысл его давнему уже разговору с Ириной об изменении внешности и плате за такое вмешательство в человеческую сущность… «Кстати, — вспомнил он, — Как там Ира? Нужно с ней что-то решать».

Андрей отправился в Малый отель вечером, за три дня до открытия студии, предупредив Ирину о своём визите накануне. Гостиница ему не понравилась. Вход и холл за ним показались Андрею слишком пафосными, аляповатыми, а длинный коридор второго этажа, где обитала его первая Испытуемая, напротив, предстал тоскливым и запущенным. Не успел он дойти до 25-го номера Ирины, как из приоткрытой двери 23-го выскочила её начальница, брюнетка Рита в чудовищно ярком халате.
— Здравствуйте, Господин Андрей! Я так рада Вас видеть! — томно заговорила она.
— Я не к тебе, — грубо ответил Андрей, крайне недовольный её появлением.
— Ах, как жаль… Нет, я понимаю, конечно… Но загляните ко мне на минутку, будьте любезны! — пошлость липким потоком лилась из управляющей магазином, которая нахально схватив мужчину за руку, потянула его в свой номер и немедленно затворила за ним дверь.
— Что тебе надо, Рита?
— Ах, как я рада, что Вы запомнили моё имя, Господин! — проговорила брюнетка, скинула с себя халат, оставшись в объёмном кружевном розовом пеньюаре, и расположилась на огромной полукруглой постели, занимавшей четверть большой гостиной, так, чтобы мужчина хорошо видел её волосатую промежность, — Вам нравится?
— Что именно? — зло спросил Андрей.
— Ну… мой номер… хотя бы? — сладко с ритмичными паузами пропела Рита.
— Богато, — ухмыльнулся Вершитель, — Но меня этим не удивишь!
— О, конечно, — обольстительно улыбнулась брюнетка и изменила своё положение так, чтобы во всей красе продемонстрировать мужчине свою обширную грудь, — Но здесь есть ещё и просторная ванная комната, и очень красивая спальня… Там, кстати, Нина… Наша манекенщица… И мы могли бы…
— Что могли бы? — Андрея мучил смех и ярость одновременно.
— Всё, что прикажите! — тоном опытной официантки произнесла женщина, — За мной должок, Господин, и… Вы могли бы принять… хотя бы часть его!
— Послушай, Рита! Это хорошо, что ты помнишь о своих проблемах. Но если ты будешь надоедать мне с этим, твои долги только возрастут! — отчеканил мужчина, — А сегодня я не к тебе, что здесь непонятного?

Не дав брюнетке опомниться, Андрей вышел из номера, шумно захлопнул за собой дверь и через несколько секунд вошёл к Ирине. 25-й номер оказался полной противоположностью 23-го — маленький, простенький и весьма обшарпанный. Небольшая комната, столик, два стула, кресло в углу у торшера, буфет и платяной шкаф по противоположной стене; там же две двери, вероятно в туалет и ванную, а у окна за грязно-жёлтой ширмой разобранная постель. У ширмы, не решаясь сделать шаг навстречу, стояла Ирина в силиконовых трусиках, лифчике и ошейнике, как велел Господин во время их предыдущей встречи.
— Здравствуйте, Господин Андрей! Хорошо, что Вы всё-таки пришли… Вам здесь не нравится? — грустно произнесла женщина, перехватывая его взгляд.
— Здравствуй, Ира! М-да, номер у тебя совсем не такой, как у Риты…
— Вы были у Риты? — охнула и как-то вся съёжилась Ирина, — А я думала, что Вы ко мне…
— Думала? — жёстко ответил мужчина, снимая куртку, — И поэтому сообщила ей о моём визите?
— Я не сообщала! Она подслушала…
— Плохо, — лицо Вершителя смягчилось, — Мне пришлось наслаждаться её обществом целых пять минут!
— Пять минут? — переспросила женщина и выдохнула с облегчением, — Значит, Вы всё-таки пришли именно ко мне?
— К тебе, к тебе… — ворчливо ответил Андрей, доставая из сумки коньяк, миндальный ликёр и кое-какую снедь. Ира радостно вскрикнула, бросилась доставать рюмки и тарелки, раскладывать и расставлять всё это на маленьком столике, пока Господин покуривал в кресле и изучающе разглядывал её.
— Может быть, мне набросить на себя халатик? — стеснительно спросила Ирина, когда они усаживались к столу.
— Не надо, — с улыбкой, ответил Андрей, — Давай выпьем и поговорим о твоём будущем… Итак, тебе не нравится в магазине? Понятно… Даже в должности управляющей?
— Как это управляющей? — женщина посмотрела на него непонимающе, — А Рита?
— А Рита и Нина будут твоими подчинёнными, — он знал, что говорит. Перед визитом к Ирине Андрей навёл справки. Магазином владел некий Служитель 1-го ранга, который давно утратил к нему интерес и был готов продать свой бизнес за мизерную сумму, но с условием, что работницы этого заведения не лишаться места или будут как-то пристроены.
— Подчинёнными? Вы серьёзно? Это так неожиданно! — задумалась женщина, — А владельцем магазина будете Вы? Это хорошо и, наверное, очень перспективно, но… Мне не хотелось бы с ними общаться… С Ниной ещё можно, она хорошая девушка, а вот Рита… Встречаться изредка, куда ни шло… Но ежедневно? Если это возможно, избавьте меня от этого!
— Ира, давай определимся окончательно, — Андрей ещё раз наполнил рюмки и закурил.
— Я много думала, пока ждала Вас в гости, Господин! Вы умный и проницательный, когда смотрите в упор, мне не по себе… Вы будто видите меня насквозь! Поэтому буду говорить откровенно. Я же не глупая, правда? И вижу, куда попала… Здесь без покровителя не обойтись. И лучшего Господина, чем Вы, мне не найти… Вот только у Вас нет ясности, нужна ли я Вам, так?
— Ну что же, откровенность за откровенность. У меня, действительно, нет пока окончательного решения.
— Я Вам совсем не нужна? Или не нравлюсь? Знаю, это важно… Конечно, моя внешность…
— Ира, если бы ты мне совсем не нравилась, я пробыл бы у тебя не более, чем у Риты.
— Ах, Господин Андрей! — лицо женщины прояснилось, — Тогда всё у меня будет в порядке… Только прикажите!
— А без приказа, значит, не можешь? — с притворной суровостью спросил мужчина.
— Я стесняюсь, — опустила голову Ирина, — Мне раздеться?
— Ты и так не одета, — усмехнулся Андрей и хлопнул себя по колену, — Иди сюда!
— Да, Господин, — женщина села к нему на колени, и он принялся водить ладонью по её скованной латексом груди, выше лифчика сплошь покрытой веснушками, — Если Вам не нравятся веснушки, это можно исправить, говорят…
— Не надо ничего менять, — отрицательно покачал головой мужчина, наливая им ещё по глотку, — И если ты станешь моей рабыней, то не будешь предпринимать таких действий без разрешения.
— Конечно, Господин! Я постараюсь Вам угодить и… стать Вашей… рабыней… — Ирина выпила глоток своего «Amaretto» и принялась расстёгивать его рубашку, — А это правда, что Господин имеет рабыню, где захочет и как захочет?
— И когда захочет! Конечно, правда, — Андрей глотнул коньяку и закусил спелыми губами Иры, а потом снял с неё лифчик, — Вероятно, я всё-таки куплю этот магазинчик. Что будешь делать, если прикажу остаться работать там?
— Буду слушаться Вас, Господин, — женщина начала чуть слышно постанывать от его прикосновений, — И надеяться на лучшее…
— У тебя красивые ножки, Ира, — рука Андрея скользила по коленям женщины, потом выше и выше, и, наконец, развела её ноги в стороны и прикоснулась к латексу на лобке.
— Я стану Вашей рабыней, как только Вы купите магазин? — вычислила Ирина, — Когда же это случится?
— Может быть через час, а может и никогда, — мужчина, уже обнажённый выше пояса, продолжал поглаживать латекс между ног женщины, — Сейчас и только сейчас это зависит ещё и от тебя!
— Кажется, я понимаю, — сладко застонав, Ира встала с его коленей, — Не хотите, пересесть на кресло, Господин?
— Нет, Ирочка, лучше покажи мне свою постель, — ответил он, и женщина, взяв руку Андрея, молча повела его за ширму. Там она раздела мужчину донага, положила на свою малогабаритную кровать и склонилась над ним.
— А Рита и Нина тоже станут Вашими рабынями? — спросила Ирина, целуя его.
— Да, в качестве нагрузки к тебе… Увы, но по-другому не получается. Местные законы, видишь ли, не позволяют…

— Ах, Господин, Вы и вправду не забыли обо мне и беспокоитесь о моей участи… — постепенно избавляясь от стыдливости, Ира сладко ласкала мужчину, иногда прерываясь на разговор, — Рита — хорошая управляющая для этого магазина, если честно… А Нина — вполне профессиональная манекенщица…
— Но ты с ними не сработалась…
— Но Вы же знаете почему… — проговорила Ирина, не прерывая ласк.
— Знаю… Это было так ужасно?

Стыдясь и сокрушаясь, Ира рассказывала Андрею о грубоватой настойчивости управляющей, заманившей её в свой гостиничный номер в первый же день знакомства. Распаляясь от ласк и собственного повествования, Ирина в подробностях поведала Вершителю, как уговорами, посулами и силой Рита добилась с ней близости, как унижала потом её и Нину в магазине, заставляя удовлетворять свою ненасытную плоть… Мужчина слушал её с сочувствием, но по интонации рассказа ему вскоре стало ясно, что Ира не противилась бы и получала удовольствие от подобного общения с сотрудницами магазина, если бы не излишняя грубость и откровенное насилие со стороны управляющей…
* * *
— Теперь я Ваша рабыня? — сидя перед ним голышом и всхлипывая, спросила Ира.
— Да, почти… Остались формальности, — вопросительно посмотрел на неё Андрей, — Но ты плачешь? Есть ещё возможность всё оставить, как есть…
— Слёзы — это от… Даже не знаю, как сказать… Никогда не думала, что буду ТАК отдаваться мужчине… — нагая Ирина глядела горящим взором, нежно поглаживая его живот, и похоже, готовая к немедленному продолжению, — Я Ваша… Я уже Ваша рабыня… Что тут говорить?.. И я хочу этого!
Андрей удивлялся необъяснимому для него потоку сознания этой женщины, удивлялся вновь появившемуся желанию, когда они вдвоём освежались в душе, удивлялся, когда там же и взял её снова, стоя, просто прислонив спиной к мокрой кафельной стене… Когда отдыхая после всего этого в кресле, мужчина взял свой ноутбук из сумки и оформил сделку по покупке магазинчика вместе с его персоналом, это уже не выглядело для него неестественным…

На следующий день, по пути на студию, Андрей заехал в магазин. Весь персонал, то есть Ира, Нина и Рита тут же построился в торговом зале. Управляющая явно была в курсе происходящих перемен, вероятно, ей сообщил об этом прежний владелец. Брюнетка, как могла, прятала от него свои бегающие глазки, но, к удивлению Андрея, в общем-то, не выглядела растерянной или недовольной.
— Похоже, все уже всё знают, — равнодушно кивнул он, — С этого момента магазин принадлежит мне, а значит, и вы тоже. Вопросы есть?
— Да, — с несвойственной ей кротостью произнесла Рита и поёжилась, словно от холода, — Прежний владелец — Служитель, а мы являлись наёмными работницами магазина. Вы — Господин Вершитель… Значит ли это, что с сегодняшнего дня мы трое — Ваши рабыни?
— Ты знаешь законы, Рита? Тогда к чему этот вопрос? По закону, если владельцем предприятия становится Вершитель, то сотрудники становятся его рабами, за редким исключением. Для вас исключений не будет! — негромко, но чётко произнёс Андрей. Нина ахнула, Рита тихо застонала, Ирина кивнула и чуть заметно улыбнулась, — Ещё вопросы?
— Прежний хозяин ценил меня, как управляющую магазином, — продолжила брюнетка, — и обещал мне вскоре выхлопотать ранг Служителя…
— А в результате продал магазин вместе с тобой, хотя мог оставить тебя при себе, — холодно пожал плечами мужчина, — Вместо Служителя ты станешь рабыней, это факт.
— Да, Господин Вершитель, — то белея, то краснея, спросила брюнетка, явно не понимавшая, как себя вести в подобных обстоятельствах, — Ритуал посвящения в рабыни Вы проведёте сейчас же, Господин? Сразу со всеми или с каждой по-отдельности?
— Я подумаю… Торопиться некуда! — расплывчато ответил Андрей. Ни о каком Ритуале он и не слышал, — Вопросы по делу имеются?
— Да, — Рита по-прежнему говорила за всех сотрудниц, — Магазин будет работать, как прежде?
— Некоторое время да. Правда, Иру я забираю. Сегодня же, — заявил он, — Справитесь вдвоём.
— Кто бы сомневался, — пробурчала себе под нос управляющая, но громко произнесла: — Справимся… А почему только некоторое время?
— Через несколько дней я открываю видеостудию, — продолжил Вершитель, — Магазин будет работать с ней, снабжать… всем необходимым…
— Студию? — ахнули женщины в унисон.
— Да, а что здесь странного?
— Но это же… другой уровень! — с неожиданным энтузиазмом горячо заговорила Рита, — Появятся фильмы с упоминанием нашего магазина в титрах?
— Разумеется, — кивнул Андрей.
— Это же реклама! У нас будет гораздо больше клиентов! — запела брюнетка, — А нас только двое?
— Фильмы появятся не завтра, — веско ответил мужчина, — А потому Нина пока остаётся манекенщицей и продавщицей по совместительству… А ты, Рита, всё ещё управляющая магазином. С тебя весь спрос. Кстати, подготовь мне отчёты и предложения по развитию бизнеса в новых условиях. Тогда и подумаем о финансировании и новом штатном расписании.
— Слушаюсь, Господин Вершитель! — повеселела брюнетка, — К вечеру будет готово!
— То-то же… И не пугайте клиентов, — мрачно улыбнулся он, — Обращайтесь ко мне — «Господин Андрей».
— Да, Господин Андрей! — нестройным хором пропели женщины.
— Всё. Мне пора. Ира, мы уезжаем!
— Я готова, Господин Андрей! — счастливо прощебетала Ирина, снимая с себя халат продавщицы.
— До свидания, Господин Андрей! — скромно произнесла Рита и, снова побледнев, напомнила, — До вечера? И Ритуал вечером?
— С этим можно повременить… — пожал плечами Вершитель, — Я позвоню. Отчёты и предложения должны быть готовы сегодня же!
— До свидания, Господин Андрей! — со странной, несколько истеричной интонацией попрощалась с ним высокая худая манекенщица Нина и, встретив его удивлённый, внимательный взгляд, смешалась и побледнела.
Андрей усадил Иру в автомобиль, который она оглядела с некоторым смущением, и они отправились сначала в Малый отель, где забрали её совсем немногочисленные вещи и сдали номер. По дороге на студию Ирина рассказывала ему о том, что предыдущий владелец магазина вполне доверял Рите управление, закупку товаров с учётом новинок и спроса, как и большинство других вопросов бизнеса. Нина, по её мнению, была очень исполнительным и ответственным работником, да и девушкой была бы не плохой, если бы не полная зависимость от властной Риты. Потом Ира начала задавать наводящие вопросы о студии Андрея, о её будущей работе и жизни… Он отвечал, что скоро она всё сама увидит и узнает. Когда же Ирина, как бы мимоходом, поинтересовалась Ритуалом, то поймала на себе колючий взгляд Вершителя, густо покраснела и замолкла.

Работа на студии шла полным ходом. Андрей осмотрел объекты реконструкции, одновременно знакомя Ирину с Сергеем и Натальей. Поселить новенькую он решил в расконсервированный несколько часов назад аккуратный одноэтажный коттедж на границе студийной территории с чудом сохранившейся и, как оказалось, даже потихоньку работающей меховой фабрикой. Пока рассматривали коттедж, Андрей почувствовал на себе вопросительный взгляд Натальи.
— Что ты хочешь спросить, Наташа? — отвёл он её в сторонку, предоставив Ирине восторгаться своим новым жильём и выслушивать советы и комментарии Сергея.
— Можно мне поселиться здесь с этой женщиной, Господин Андрей?
— Конечно, можно. Здесь вполне просторно для двоих. Кстати, на первых порах помоги ей устроиться, введи в курс дела и используй, как помощницу. Работы ведь хватает?
— О да, хватает! — улыбнулась Наталья, — И… в этом коттедже так уютно… Думаю, мы с ней уживёмся…
— А с Сергеем, значит, не ужились? — сощурил глаза Андрей.
— Сергей хороший энергичный управляющий, — посерьёзнела женщина, — Да и помимо работы… С ним интересно поговорить…
— Он к тебе приставал что ли? — прямо спросил улыбающийся Вершитель.
— Ну, до этого не дошло, — виновато глянула на него Наталья, — Но он та-ак на меня смотрит! Ну, просто… раздевает глазами!
— Я понял, — ухмыльнулся Андрей, — И тебе это не нравится?
— Не нравится, — серьёзно ответила женщина, — Вот, Ирина уже спросила меня… Кто я для Вас? Ваша рабыня, как и она? Я сказала, да… Да! Ваша рабыня, Ваша женщина… Но Ваша, а не Сергея!
— Я тебя понял. Вечером, после работы, переезжай сюда, к Ире.
— Хорошо, — снова повеселела Наталья, — Нам с ней будет о чём поговорить…
— О чём же? — усмехнулся Андрей.
— О чём же говорить двум рабыням Господина? — улыбнувшись, вздохнула женщина, посмотрела на мужчину и… лицо её пошло пятнами, — О своём Хозяине, конечно…

Когда с делами было покончено, Андрей предложил своему управляющему отобедать вдвоём. Сергей с радостью согласился и пригласил Хозяина студии в свой новый дом, а Наталья, услышав разговор, обещала быстро организовать их застолье… За обедом мужчины обсудили ход работ по подготовке студии, перспективы её деятельности, предварительно назначили время открытия и согласовали связанные с ним мероприятия. Когда трапеза подошла к завершению, Андрей перешёл к разговору о личном.
— Тебе нравится Наталья, Сергей?
— Да, интересная женщина! — чмокнул губами управляющий, но тут же спохватился, — Но она Ваша… рабыня, не правда ли? Поэтому ничего такого нет и быть не может…
— Конечно, не может, — спокойно подтвердил Вершитель, — Но я чувствую, что у тебя есть проблема…
— С женщинами? — поднял глаза Сергей, — Пожалуй, есть…
— Почему? — удивился Андрей, — В конце концов, как Служитель 2-го ранга, ты имеешь достаточно большой выбор. А вскоре, когда тебе присвоят 1-й ранг, тем более… Если я ничего не путаю, тебе будет положена личная прислуга.
— Да, это так… Но видишь ли, Андрей, — переходя на их обычное в неформальной обстановке «ты», поведал управляющий, — легкодоступные женщины не доставляют мне радости, а здесь очень многие таковы… В каждом отеле, в клубах и видеотеках, не говоря уже о борделях… С большинством из них просто скучно… Мне бы хотелось какого-то постоянства, определённости, тем более с человеком, который будет жить рядом.
— Думаю, я тебя понял, — кивнул Вершитель, — Возможно, я смогу помочь, но выбирать-то всё равно придётся тебе самому… И, кстати, когда вся эта суета уляжется, не развлечься ли нам на пару?
— С незнакомыми девчонками? — улыбнулся Сергей, — Почему нет?
— Можно и с девчонками… незнакомыми или… малознакомыми… — улыбнулся в ответ Андрей, — В общем, считаю, что мы договорились!..

На обратном пути, он заглянул к Михаилу в Дом Вершителей. Обменявшись соображениями о студии, Андрей официально пригласил Куратора кандидатов на её открытие. Михаил с радостью принял приглашение и подкинул пару интересных мыслей по поводу организации этого мероприятия.
— А как у Вас кадровый вопрос решается? — поинтересовался он.
— Неторопливо, — улыбнулся Андрей, — Управляющий уже работает, я им доволен. Пара помощниц по бытовому обеспечению имеется… А вот по кадровому списку видеопроизводства пока только идеи.
— Торопиться некуда, — кивнул Михаил, — Но список возможных вакансий рекомендую составить… И ещё одна тонкость. Как действующий Вершитель, Вы можете привлекать к делу, как наёмных специалистов, так и собственных рабов. Их сочетание разумно, ибо и те, и другие имеют свои достоинства и свои же недостатки. Наёмным нужно платить… Правда, Вас это вряд ли волнует?
— Не особенно, — равнодушно ответил Андрей, понимая намёк Михаила на свою Золотую карту, кредит по которой продолжал действовать, несмотря на изменение статуса владельца.

Он давно разобрался в местной денежной системе. Наличных денег в Княжестве не оказалось и в помине. Все заработки и траты отдельного индивида привязывались к его личным данным, начислялись и списывались с личного счёта через УСУ или кредитную карту банка. Когда Андрей поинтересовался суммой своего кредита, воспользовавшись удалённым доступом к информационной службе «Bank Last Credit», то был ошарашен. На эти деньги можно было купить минимум десяток центральных кварталов города, вместе с магазинами, клубами, ресторанами, отелями и их постояльцами. Не продавалась только земля, но приобретая здание, покупатель автоматически оформлял участок земли в бессрочную аренду. Кроме того, Служители и Вершители получали ежемесячный оклад в зависимости от ранга. Получая оклад Вершителя и гонорары за каждого Испытуемого, Андрей вместе со своей прислугой мог не экономить и безбедно существовать и без кредита банка, доступного держателю Золотой карты…

— Так вот, — продолжал Михаил, — Наёмникам нужно платить, но это не главный их недостаток. Система личной преданности здесь не работает и каждый наёмный специалист может завтра покинуть Вас, если найдёт лучшее место. С рабами, в этом смысле, проще. Они никуда от Вас не денутся, платить им не надо, но надо более-менее сносно содержать и… Как это лучше сформулировать?.. Уделять им внимание!
— Э-э-э… — задумался Андрей, — В интимном смысле?
— Вот именно! — усмехнулся Куратор, — Без этого они хиреют, стареют и так далее… У меня, для примера, сейчас трое рабов и я минимум раз в месяц уделяю, так сказать, внимание каждому. Другое дело, что мне нравится брать новых, менять, даже продавать иногда…
— Ясно. Если я забираю бывшую Испытуемую после карантина в своё распоряжение, она автоматически становится моей рабыней?
— Именно так. Извините, Андрей, я упустил из виду, что Вы не в курсе этих юридических тонкостей… Да, в тех законах, которые Вы изучали для начала работы Вершителя, ничего не говорилось о рабовладении… — развёл руками Михаил, — У Вас есть ещё время, чтобы выслушать объяснения? Отлично! Итак, как Вы уже поняли сами, в случае использования своей Испытуемой после карантина и до стандартного распределения, она становится Вашей рабыней автоматически. Далее. Любого индивида в статусе Исполнителя Вы можете сделать своим рабом даже без его согласия, если у него нет личного хозяина. Если хозяин есть, Вы можете договориться с ним о передаче или покупке раба. Кстати, и Вы можете продать или подарить ненужную рабыню… Существует даже официальный сайт для работорговли, разумеется, открытый только для Вершителей, но сейчас не об этом… Со Служителями сложнее. Сделать Служителя рабом можно только с его личного согласия и согласия его хозяина, если таковой имеется. Вершители, разумеется, рабами быть не могут… Разве что, у собственной рабыни? Шучу!
— Система понятна. Это всё? — кивнул Андрей, — Я слышал о Ритуале посвящения в рабы…
— Ах, ну да! Вы же и об этом не знаете! — хлопнул себя по лбу Михаил, — Но это простые милые традиции… Вы лично надеваете каждому рабу специально изготовленный по Вашему заказу ошейник с гравировкой, на которой должно быть Ваше имя и имя раба. Этот ошейник раб имеет право снимать только с Вашего разрешения. Ну, а потом… Орошаете раба своим соком. Если речь идёт о рабыне, то вагинально, орально и анально в любой последовательности… Торопиться с Ритуалом не обязательно, но традиционно его начинают не позднее недели после приобретения раба, и длятся мероприятия Ритуала, если Вы не желаете провести его единовременно, обычно не более месяца… Слышал, что некоторые управляются за полчаса, но это как-то маловероятно и несерьёзно… Бывает, что Господин забывает о Ритуале. В этом случае, рабу надлежит самому напомнить об этом… Зачем? Если Ритуал не состоится в течение года, невостребованного раба снова ждёт карантин и новое стандартное распределение…
— М-да… Вы дали мне ценную информацию, — задумался Андрей.
— Это не так серьёзно, чтобы долго думать, — улыбнулся Михаил, — В кадровых вопросах, на мой взгляд, важно сочетание… Ваш управляющий наёмный?
— Да. А помощницы — рабыни.
— Отлично! Продолжайте в том же направлении… Кстати, у Вас же есть личная прислуга, секретарь?
— Да, обе женщины наёмные.
— А вот это, по-моему, абсолютно неправильно, — серьёзно отметил Куратор, — Они слишком близки к Вам, чтобы оставаться чужими! Подумайте об этом…

Некоторое время Андрей сидел в машине у Дома Вершителей, курил и размышлял. Юридически всё оказалось несколько сложнее, чем он предполагал. А ещё этот Ритуал… «Вот не было печали… Мало заморочек со статусами этими, ещё и рабовладение удумали… Законы и традиции, тьма-тьмущая!.. С Натальей всё понятно, только ошейник этот надеть, и с Ольгой будет также… С Ириной, в принципе, тоже самое. А теперь ещё Рита с Ниной? Ещё чужого добра мне не хватало… Их же ни отпустить, ни подарить нельзя, пока не… М-да… А главное — со своими девчонками, действительно, нужно что-то решать… Не хватало ещё, чтобы кто-то другой предъявил на них права! А с другой стороны, какое я имею право решать за них?..» — размышляя о новой проблеме, Андрей достал из сумки ноутбук, нашёл производителей ошейников на заказ, коих оказалось достаточно, выбрал самый изящный ремешок из дорогой кожи с серебром. Окончательно определившись с дизайном, подобрал шрифт для надписи «Господин Андрей», оставил пробел для имени раба, добавил только что придуманный символ в виде стилизованной буквы «Альфа» и сделал заказ с именами: Наталья, Ольга, Ирина, Маргарита, Нинель, Эмма и Катрина. Буквально через минуту с Андреем связались по телефону, подтвердили заказ и доставку в отель через три часа.

Домой он приехал около шести пополудни в скверном расположении духа, что тут же почувствовала секретарша. Катрина же, как обычно, предпочитая не замечать неприятности до последнего, увязалась за Андреем под душ, помогла ему смыть пыль и усталость, но до ожидаемых ею шалостей дело не дошло. Выйдя из ванной в гостиную с влажными волосами, в толстом махровом халате, Андрей принял из рук Эммы стакан «Чиваса» со льдом, сделал пару глотков, взял секретаршу за локоть и повёл в кабинет. Они уединились там минут на сорок, Катрина изнемогла в ожидании…
Увидев покрытое красными пятнами лицо секретарши, решительно выходящей из кабинета, Катя влетела туда без приглашения.
— Что Вы тут с ней делали? — почти закричала она, но сидящий за своим столом Андрей молчал и, девушка понизила тон, — Что случилось?
— М-м-м… — неопределённо протянул мужчина.
— Простите, мой Господин! — Катрина схватила со стола пустой стакан и заполненную окурками пепельницу, вылетела из кабинета, а через минуту вернулась с чистой пепельницей и наполненным стаканом.
— Нам надо поговорить, — спокойно произнёс Андрей, сделал порядочный глоток виски, снова закурил и изложил служанке суть проблемы.
— Вы и с Эммой говорили об этом? — лицо сидевшей перед столом девушки стало непривычно серьёзным, — Тогда понятно… И она Вам отказала, мой Господин?!
— Катя, формально Эмма не может мне отказать… — грустно ответил мужчина, — Не имеет права, видишь ли!
— Да, это так… А я имею право… Но, скажите мне, пожалуйста, Эмма не хочет быть Вашей рабыней, да? — делая колоссальное ударение на слово «не хочет», спросила Катрина и уставилась на Андрея, широко открыв глаза.
— Нет, — очень тихо, но внятно ответил мужчина, — Хочет… Она хочет быть моей рабыней.
— Ну и прекрасно!.. А Вам от этого грустно? — вдруг поняла Катя, — Да? Но почему? Вы же этим защищаете её!
— Что?! Как это защищаю?
— Мой Господин! Послушайте меня внимательно, пожалуйста! Эмма — всего лишь Исполнитель, она здесь меньше года и у неё нет никаких прав. Вы же остались в Княжестве… надолго, чем обрадовали нас до… Не важно… Вы теперь Вершитель и у Вашей рабыни Эммы будут права! Даже если она сейчас этого не подозревает…
— Какие права, Катя? — с сомнением произнёс мужчина.
— У неё будет право на Вашу защиту! Никто не сможет даже пальцем дотронуться до Эммы без Вашего разрешения… А право быть с Вами рядом столько, сколько Вы захотите, мой Господин?! — убеждённо говорила Катрина, — Право на Ваше внимание!
— На внимание? — наконец улыбнулся Андрей, — Внимание — это много!
— Не смейтесь, пожалуйста! Разговор на эту тему давно должен был произойти… И знайте, Вы правы! Раз уж Вы стали Вершителем, то должны… Вы просто обязаны сделать её своей рабыней! И никогда об этом не пожалеете, потому что, она будет рядом всегда… и сделает всё, что надо и как надо… В верёвку скрутится, а сделает! А Вы… Вы её никогда не оставите одну! Я знаю…

— Катя-Катя… — совершенно по-новому осознав проблему, после продолжительного молчания покачал головой Андрей, — Какая ты у меня, оказывается… Ты у меня золотая!
— Я золотая? Золотая я… у Вас?! — повторила девушка, и спрятала лицо в ладони.
— Подожди, милая, — тихо застонал мужчина, сжимая руки в кулаки, — Не раскисай, а то и я раскисну…
— Да, мой Господин! — Катрина подняла на него большие влажные глаза, — Я Вас слушаю!
— Хорошо… Всё это и тебя касается… не меньше, чем Эмму, — подбирая слова, заговорил Андрей, — С тобой-то как?
— А что со мной? Со мной всё ясно! — вытирая глаза, улыбнулась девушка, — Вот она я перед Вами… простая русская баба!
— Что?! — ахнул Вершитель, — Какая баба? Девчонка ты… Где ты это… вычитала? Или высмотрела…
— Эмма говорит, что необходимо заниматься… этим… как его?.. самообразованием, вот! Ну, я и занимаюсь… иногда… с её помощью.
— Да? Это хорошо, конечно… И уж если Эмма говорит… — заулыбался мужчина и тут же снова посерьёзнел, — Постой! Не путай меня… В конце концов, ты — пусть и простая баба, как говоришь, но Служитель… первого ранга, на минуточку!
— Да, это так, — грустно кивнула Катрина, — Мы мало разговаривали об этом…
— Вот именно… Не знаю, хорошо ли это?
— Раньше было ни к чему, а теперь и я не знаю… Но спасибо Вам за это!
— За что, Катя? Я совсем запутался…
— Мой Господин! — девушка встала перед ним во весь свой небольшой рост, — Делайте всё так, как считаете нужным!
— Мне нужно твоё мнение, милая!
— Милая… Ах, как хорошо Вы это говорите… — зажмурилась Катрина, — Моё мнение… Вы и у Эммы интересовались её мнением, хотя и не обязаны были?
— Именно! Мне важно, что думаешь ты… и Эмма…
— Важно… Если бы это что-то меняло… — тягостно задумалась девушка, — А может быть, это как раз всё и изменит?!
— О чём ты, Катя? — удивлённо смотрел на неё Андрей.
— Не сейчас, мой Господин!
— А всё-таки?
— Давайте поговорим об этом потом? Пожалуйста! Вам же важно моё мнение, даже моё желание, пожалуй… Я не ошибаюсь?
— Не ошибаешься! — откинулся на кресле мужчина и снова закурил, — Мне важно и нужно твоё желание.
— Вот и прекрасно, — лицо Катрины выражало ту же решимость, что была у Эммы, когда та выходила из кабинета, — Я хочу быть Вашей рабыней!
— Катя! — Андрей подпрыгнул в кресле, — Почему?! Ты — свободная женщина!
— Да, мой Господин! — кивнула девушка.
— Ты дорожишь своей свободой и независимостью!
— Да, — упрямо кивнула Катрина, — Не представляю, как Вы догадались, но это правда.
— Ты — Служитель 1-го ранга!
— И что? — словно капризничая, склонила голову к плечу девушка.
— Значит, ты не только достаточно свободна, но и вполне независима! — не обращая внимания на её гримаски, громко заявил Андрей, — Послушай, Катя! Ты — очаровательная девушка, хорошая горничная… Нет? Ну, хорошо, ты — плохая служанка, но… Ты очень нравишься мне! Да! И я не хочу расставаться с тобой ни за что. Это правда! Но ты-то можешь быть рядом, сколько захочешь, ничего не меняя…
— Спасибо, мой Господин! — снова готовая заплакать, Катрина сорвалась с места, уселась на колени растерянному Андрею, нежно обняла руками его шею и горячо зашептала ему на ухо, — Вы мой хороший, мой дурачок… Нет-нет-нет… Мой Господин! Мой прекрасный Господин! Мой желанный Господин! Я не хотела говорить об этом сегодня, откладывала на потом, но… надо.

Нежно прижавшись к Андрею, Катя глубоко вздохнула и начала тихо рассказывать ему то, что давно хотела и… боялась поведать: «Да, я давно здесь, многое знаю и… жила по-разному… Со временем я стала Служителем 1-го ранга, приобрела так называемую свободу и независимость, если здесь это возможно вообще… Но этого мне было мало! Я решила стать Вершителем! Да-да, не удивляйтесь так… У Вас всё происходило иначе, Вы были Гостем… А Служителю для этого нужно пройти Экзамен кандидата… Один экзамен, но какой!.. Я не буду об этом рассказывать, не просите! В общем, один экзамен и только одна попытка… Его мало, кто сдаёт… А я сдала!»
— Катя! — затрепетал Андрей, почувствовав потоки её слёз на своей шее, и сжал девушку в своих объятьях, — Может быть не надо?..
— Надо! — Катрина только теснее прижалась к нему и продолжила: «Я сдала его и… отказалась стать Вершителем! Просто уже не могла… и уже не хотела… Мне было плохо, очень плохо, отвратительно плохо… Я изменила внешность… довольно сильно изменила, чтобы и внутри измениться… Пробовала заняться бизнесом… разным… Знакомилась с людьми… разными… и… Мне по-прежнему было плохо и… страшно одиноко в своей свободе и независимости! А потом я встретила Вас…»

— Катюша! — после долгой паузы хрипло прошептал Андрей, нежно поглаживая девушку по голове, — Но хорошо же, что встретила меня?
— О, ещё как хорошо! — Катрина поцеловала его в щёку.
— Значит, дальше всё будет просто замечательно… — как-то по-детски произнёс Андрей и, вдруг, засомневался, — Да?
— Не знаю… Только хочу очень, чтобы так было… — прошептала девушка, — Подождите, мой Господин, не перебивайте… Это ещё не всё! Думаете, бедную девушку, прошедшую Экзамен кандидата, могут оставить в покое? Мне настойчиво предлагали задания… маленькие такие и очень материально выгодные поручения… и не часто… где-то раз в год. Только отказаться от них нельзя! Отсрочить или поменять одно на другое обычно можно… А отказаться нет. Плата за свободу! Хотите знать какие поручения? Нет? Понимаю… Но чаще всего ничего страшного… Я Вам всё-таки расскажу, всего об одном. Так надо, мой Господин!.. В наших краях Гости бывают очень редко…
— Не надо, Катя! — отчаянно вскрикнул Андрей и опустил руки.
— Тихо-тихо-тихо, — зашептала Катрина, возвращая его руки на свою талию, — Всё будет хорошо…
— Хорошо?!
— Да, верь мне! — глаза девушки просохли, а в голосе появилась уверенность: «Итак, в наших краях Гости бывают редко, очень редко. И, разумеется, оставлять их без внимания, по крайней мере, негостеприимно… Вот девушке Катрине и поручили выяснить, что за Гость такой появился под именем «Господин Андрей». Выяснить каков он, как хочет отдохнуть, развлечься (Гости всегда хотят развлечься!), чем планирует заняться в Княжестве или, быть может, к чему стремится? Девушке Катрине и надлежало помочь Гостю освоиться, познакомиться с нашей действительностью и его возможностями, да и сообщать куда следует, всем ли он доволен… Поручение вроде бы не сложное? Только у глупой девушки, будь она хоть трижды бывшим кандидатом в Вершители, как увидела Господина Андрея, что-то там внутри ёкнуло и оборвалось… И вместо того, чтобы действовать умно, Катрина отдалась ему сразу и без памяти!.. Тихо, мой Господин! Дослушайте, умоляю Вас!.. В общем, всё пошло наперекосяк… Девушка, правда, честно доложила, что всё у Гостя прекрасно, а когда он переселился в Золотой номер, могла спокойно закончить задание… Но такая тоска её взяла! Встретить своего Господина… своего мужчину! И… тут же потерять?! Удивительно, но ничего решать ей не пришлось, даже страдать долго не пришлось… Господин Андрей всё придумал и сделал сам, взяв её к себе в горничные! А она тихо радовалась своей удаче… Жаль, только, что задание не было завершено. Те, кому положено, знали, конечно, о том, что девушка Катрина стала служанкой Господина Андрея и требовали отчётов. Она отписывалась кое-как, в общем-то, это оказалось не сложно. И даже, с ужасом и глупой надеждой узнав, что Господин совершенно серьёзно решил остаться здесь надолго и стать Вершителем, она проинформировала кого следует, что ему надоело просто развлекаться и его привлекает власть! Да-да, так она и сделала… Однако, следует упомянуть, что истинные цели своего Господина Катрина не знала, выяснять их даже не пыталась (и не хотела!), о своих сомнениях никому не докладывала… То есть задание, по сути, провалила… А сейчас очень хочет провалить его окончательно!»

— Но, как? — тревожно спросил Андрей.
— Отказаться от статуса Служителя 1-го ранга, от своей свободы, тьма её дери, независимости и стать рабыней своего Господина! Если, конечно, ему нужна такая рабыня!
— Ты… Ты мне нужна, Катя! Такая, как есть… разная и такая милая… — мужчина легко приподнял её голову за подбородок и провёл пальцами по такому родному уже личику, — Ты удивила меня… Сильно удивила! То, что я узнал, многое меняет…
— Этого я и боялась! — грустно произнесла притихшая девушка.
— Но это не меняет главного: ты нужна мне! И теперь ещё больше нужна… Только помоги мне понять, не усложняешь ли? Нужно ли отказываться от всего тяжело заработанного? Став моей рабыней, ты получишь мою заботу и защиту, от тебя отстанут те… Я правильно понимаю? Хорошо, если так… Но я готов заботиться о тебе, защищать и оберегать и без всяких дурацких условий!
— Ах, мой Господин! Вы такой… — слабо, но искренне улыбнулась Катрина, — Но это не мои условия, это — условия власти, это — закон… А значит, так нам будет спокойнее, и мне, и Эмме… Так будет лучше Вам и нам, мой Господин, поверьте! И дело не только в юридических тонкостях и правах, но и в сути наших отношений с Вами, в наших чувствах…
— Катя! Ты опять меня запутала…
— Андрей… Господин мой! — в глазах девушки вдруг проявилось редкое для неё, но ценимое Андреем выражение взрослой, умной, очень доброй и ласковой женщины, — Мы здесь с Эммой последнее время действительно много читаем на компьютере, фильмы смотрим… такие… не только о сексе. Я многое узнала, а может, вспомнила, хотя и не знаю, как и откуда, но главное, поняла… или начала понимать… И о чувствах поняла… Не только об эмоциях, а именно о чувствах. О них здесь не говорят почти, будто их и нет вовсе, а они, оказывается есть! И это важно… Очень! Так вот, Господин Андрей, всё это потому, что мы с Эммой… Как же это сказать-то?.. Мы с ней разные, конечно. Мы по-разному думаем, интересы не всегда совпадают, эмоции, вкусы и чувствуем мы тоже по-разному… Но мы обе… Мы Вас любим!
— Что?! Катя, ты… — вскрикнул Андрей, но тут же из-за плотно закрытой двери кабинета раздался шум и грохот. Они оба вскочили с кресла, подбежали к двери, распахнули её… На полу у порога лежала сползшая по стене Эмма, лицо которой было залито слезами, а рот беззвучно открывался и закрывался…
— Я подслушивала, — виновато выдавила из себя секретарша и громко зарыдала. Андрей молча наклонился, взял Эмму на руки и, целуя её мокрое лицо, понёс женщину в спальню и положил на постель. Тут же появилась Катрина со стаканом воды в руках, напоила Эмму и тихо легла рядом. Теперь уже плакали обе. Андрей в полном ступоре некоторое время молча стоял рядом с постелью, а потом забрался на неё, встал на колени где-то между женскими ногами, наклонился и стал целовать обеих, а они тянули к нему руки, прижимали его к себе, всхлипывали и не могли успокоиться.
— Ничего-ничего… Всё хорошо… Всё будет хорошо, мои девочки, — только и мог повторять он.
— Вот видите… Тут и понимать нечего… — сказала, немного успокоившись, Катрина, поцеловала ещё всхлипывающую Эмму в губы и добавила, — Надевайте скорее нам свои ошейники, пока ещё что-нибудь не случилось…
— Пусть будет так, — задумчиво проговорил мужчина, поглаживая их переплетённые руки и ноги, потом встал, вышел в гостиную, нашёл свой мобильник, позвонил в мастерскую и внёс изменения в заказ. Когда Андрей вернулся, девушки почти успокоились. Катрина полусидела, прислонившись к спинке широкой кровати, и поглаживала светлые волосы лежавшей рядом Эммы.
— У Вас, конечно, будет много рабынь, Господин Андрей! Не спорьте, я знаю, что говорю, — лукаво улыбнулась ему Катя, — Но мы хотим быть первыми! Когда начнётся Ритуал?
— Ритуал? Какой Ритуал? — с интересом спросила Эмма. Катрина с таинственной улыбкой наклонилась к ней и быстро зашептала что-то на ушко, отчего лицо секретарши начало непрерывно менять своё выражения, а глаза округлились. Выслушав всё до конца, пунцовая, как роза Эмма, решилась спросить Андрея, — И Вы будете всё это с нами вытворять, Господин?
— Непременно! Закон есть закон! — широко улыбнулся мужчина, — Ритуал сегодня в полночь!
— Так, что же мы валяемся! — сверкнула смеющимися глазами Катрина, — Эмма, подъём! Готовиться! У нас мало времени!

Пока женщины шептались, готовились, а заодно и составляли меню ужина, Андрей пытался проанализировать, что же такое с ним снова происходит… Что и как теперь будет? В голове укладывалось плохо… Да торопиться с этим Ритуалом он совсем не планировал, но получилось иначе… Прямо перед ужином, около девяти вечера ему позвонил портье. Прибыл курьер. Андрей не разрешил ему подняться в номер, а спустился сам. Проверил заказ и расплатился картой. Потом вышел из отеля к своему автомобилю и убрал коробочки с ошейниками в бардачок. Все, кроме двух, которые отличались от других уже тем, что были изготовлены из тонкой полоски кожи не с серебром, а с золотом. На одном было имя «Эмма», а на другом «Катя», а не «Катрина», как он планировал вначале… Вернувшись, он поймал на себе вопросительные взгляды женщин, но только загадочно улыбнулся в ответ. Ужин прошёл тихо, после него никто Андрея не беспокоил. Женщины готовились к Ритуалу, и даже не напоминали о себе… Ближе к назначенному сроку, мужчина принял ванну, облачился в чёрный шёлковый халат с эмблемой Вершителей и расположился в кресле. В номере повисла тишина, женщины ждали Господина в спальне.
Андрей распахнул дверь туда ровно в полночь. Помещение освещалось мерцающим таинственным светом. Множество свечей располагалось на мебели и на полу спальни. Мужчина гадал, как будут выглядеть Катя и Эмма, но увиденное поразило его. На лицах сидевших на краешке выстланной свежим белым шёлком постели и поднявшихся навстречу Господину женщин, не было ни капли косметики. Короткие рыжие волосы Катрины и длинные, спадавшие на плечи светлые локоны Эммы были причёсаны прямо, без каких-либо изысков. Женщины встречали своего мужчину в одинаковых однотонных прямых шёлковых робах чуть выше колен, только одна в бордовой, а другая в голубой. Андрей медленно оглядел их с ног до головы, и они покраснели. Обе! Тогда он подошёл к Катрине, достал из коробочки ошейник с именем «Катя» и показал ей. Девушка на мгновенье таинственно улыбнулась и тут же опустила голову. Андрей дёрнул пояс её одежды, и шёлк с женских плеч соскользнул к ногам. Господин молча приложил золотистый ремешок к шее обнажённой Катрины и защёлкнул замок. Девушка громко вздохнула, взяла его, ещё не опущенные руки и поцеловала обе ладони. Андрей смутился, но промолчал. Когда он шагнул к Эмме и показал её ошейник, щёки женщины запылали пурпуром. Одежда сползла с её тела медленнее, словно пытаясь задержаться на чудесной груди. Андрей смахнул светлые волосы с наклонённой шеи секретарши и защёлкнул на ней ошейник, Эмма тихо застонала и осыпала ладони Господина нежными благодарными поцелуями, не поднимая головы. Мужчина был поражён и… почувствовал резко наступающее возбуждение. В этот момент к нему подошла нагая Катрина с подносом, на котором стоял бокал полный красного вина и маленькая, обитая чёрным бархатом коробочка. Розовощёкая Эмма, наконец, подняла голову, открыла коробочку, и Андрей увидел изумительной работы золотое кольцо с крупным бриллиантом прямоугольной формы. Он взял в руки кольцо и заметил тонкую изящную гравировку на внутренней поверхности «Катя и Эмма всегда с тобой». Пока мужчина приходил в себя, секретарша перехватила у служанки поднос, Катрина ласково взяла у него кольцо и надела на средний палец его правой руки…

…Через несколько часов, уже утром он спрашивал: «Катя, зачем это?», показывая кольцо. «Мы давно его приготовили, — отвечала девушка, — А этой ночью нельзя было без подарка». «Но я же ничего такого вам не подарил, — не унимался Андрей, — А это дорого, знаю». «Вы подарили нам это, — указывая на обвивавший её шею ремешок, — с нежной улыбкой говорила Катрина, — И кусочек своего сердца… Правда же?.. Вот это действительно дорого! А кольцо… Вам же приятно? И нам очень приятно, вот и хорошо!.. И что значит «дорого»? До сегодняшнего дня я хорошо зарабатывала». «Да уж, — от растерянности Андрей пытался отшутиться, но подходящее словцо не пришло в голову, — Там написано «с тобой», почему?» Девушка отвечала просто: «Потому, что подарок тебе, а не Вам»… Но то было утром, а сейчас…

Сейчас Андрей с мыслью: «Ну, вот и окольцевали… Почему же мне так хорошо?» взял в руки бокал и пригубил красное вино. Оно было сладкое и изумительно вкусное. Мужчина удивлённо кивнул на стоящие поодаль два пустые бокала, и служанка немедленно наполнила их до краёв. Раздался приглушённый вином мелодичный звон стекла, и они осушили свои сосуды до дна, а дальше… Возможно, Андрей давно не пил вина и оно так на него подействовало. А может быть, вино было особенным или лукавая служанка что-то подмешала в него… Но скорее всего, на него подействовала аура странного таинства, особенной ночи и двух удивительных женщин… Андрей погрузился в загадочное действо сразу и полностью, сохранив память об этой ночи в ощущениях, эмоциях и чувствах, название которым дать затруднялся… Стоило ему тронуть пояс своего халата, как женщины подались навстречу. Нет, сегодня даже Катя не проявляла никакой инициативы. Они ждали его желаний и тут же подхватывали, казалось, даже предугадывали их так безошибочно, что между появлением желания и его исполнением пролетал миг…

…Потом был отдых, вино, редкая для спальни сигарета Андрея и ещё более редкая тонкая коричневая сигарета Катрины, в длинном янтарном мундштуке, давнем подарке Господина. Через полчаса Эмма…

…Как и когда они уснули, Андрей не помнил. Он приоткрыл глаза через несколько часов сна и увидел перед собой светлые волосы Эммы, прислонившейся щекой к его груди. Рыжая головка Катрины расположилась ниже, на его животе, мужчина чувствовал на своей плоти лёгкие дуновения её ровного дыхания. Андрей, улыбаясь, вздохнул, окунул свои ладони в волосы спящих женщин и снова прикрыл глаза, наполненный странным чувством нечаянной и щемящей радости… Ему не очень нравилось спать втроём, да ещё и на спине, но сегодня-то случай был особый…
К площади перед зданием, на фронтоне которого горела надпись «Студия Альфа», подъезжал шикарный длинный белый «Линкольн». Он остановился у находящегося в двадцати метрах от здания светового фонтана, расцвечивающего синевато-сизую дымку дня золотистыми, серебряными и рубиновыми снопами искр. К автомобилю устремился управляющий Сергей. Он не позволил одетому в сияющую униформу шофёру открыть пассажирскую дверь машины, а сделал это сам. Из автомобиля вышел одетый в дорогой костюм мужчина, сразу протянувший Сергею руку, которую управляющий с лёгким поклоном пожал. Вслед за Господином из машины появились две дамы в вечерних платьях, которым Сергей поклонился, раскрыв рот. И немудрено, ибо дамы выглядели сногсшибательно: высокая стройная блондинка в длинном светло-сиреневом платье с тонким золотым шитьём и золотой заколкой с бриллиантами в пышных волосах, а контрастом к ней невысокая, даже в изящных туфельках на шпильках, но прекрасно сложенная рыжеволосая девушка в чёрном, чуть ниже колен, маленьком, дико сексуальном платье, ушки которой украшали чудесные золотые серёжки с рубинами, а одну из изящных щиколоток золотой браслет с такими же рубинами, но более крупными. На шеях обеих женщин поблёскивали золотой отделкой тонкие кожаные полоски. Андрей предлагал снять их на время, но Эмма и Катя отказались наотрез… Вышеописанную картину наблюдали не только несколько сотрудников студии, ожидавших гостей на ступенях здания, но и пассажиры чёрного BMW, подъехавшего через минуту после «Линкольна». Наблюдая парадный выход Андрея и с любопытством крутящих головами его спутниц, Михаил с Аркадием несколько растерялись. Впрочем, хозяин студии сразу заметил прибывших гостей и быстро сгладил неловкость своим радушием.
— Это Ваши актрисы, Андрей? — цокал языком Аркадий, бросая на женщин нескромные взгляды.
— А может быть это его прислуга?! — засмеялся Михаил, пожимая руку хозяина праздника.
— Он шутит? — спросил Аркадий, в свою очередь, обмениваясь с Андреем рукопожатиями.
— Может быть, и шутит… Но это мои служанка и секретарша, — довольно улыбнулся хозяин.
— С ума сойти! — охнули оба гостя.
— А как Вам студия, Господа? — сменил тему Андрей.
— Внешне весьма впечатляет, — улыбнулся Михаил, а Аркадий покивал головой, с видом знатока, оглядывая главное здание и коттеджи вокруг.
— Прекрасно! — улыбнулся в ответ хозяин, — Если снаружи всё в порядке, не посмотреть ли нам, как там внутри?
— Отличная мысль! — кивнул Михаил.

Гости в сопровождении хозяина и его свиты, двинулись к поднимавшимся между центральными колоннами фасада здания ступеням, ведущим к распахнутым дверям. На ступенях их ожидали немногочисленные пока сотрудники студии: Наталья, Ирина и пожилой мужчина в роговых очках с толстыми стёклами, кинооператор Павел, на днях принятый в штат по рекомендации Сергея, с видеокамерой в руках, а также автор проекта реконструкции и генеральный подрядчик. Между колоннами виднелась натянутая красная лента, и управляющий подошёл к Андрею с ножницами на подушечке алого бархата.
— Прошу Вас, Господин Андрей, перерезать эту ленту в честь открытия «Альфа-студии», — торжественно проговорил Сергей.
— Господа не желают принять участие? — поинтересовался хозяин у Аркадия и Михаила, но они вежливо отказались.
— Это Ваша студия, Андрей, — пояснил Куратор, — Вам и ножницы в руки!
— Что же… Спасибо всем, потрудившимся над этим нашим общим детищем! Но главная работа впереди! — под аплодисменты собравшихся Андрей перерезал ленту и с улыбкой двинулся внутрь здания.
На первом этаже трёхэтажного строения между двумя боковыми мраморными лестницами располагался просторный светлый зал, в центре которого был накрыт праздничный стол, выстроенный буквой «Т». В зале наводили последний лоск специально ангажированные на это мероприятие официанты и девушки из эскорт-услуг, две самые эффектные из которых немедленно приклеились к Аркадию и Михаилу. Короткая часть стола предназначалась исключительно для хозяина студии и двух его дам, вдоль длинной части по мере удаления от Андрея расположились друг напротив друга два Вершителя со своими эскорт-девушками, Сергей с Ириной и Наталья рядом с проектировщиком и подрядчиком. Павел, не выпускавший из рук камеру, снимал происходящее и к столу присаживался от случая к случаю. Застолье шло неспешно и немного натянуто в начале, но по мере поглощения выпивки и закуски всё живее и веселее. Несколько раз объявлялись перерывы, во время которых Сергей проводил экскурсии по многочисленным помещениям студии для всех желающих. Андрей улучил момент и на несколько минут сводил Эмму с Катриной в свой коттедж, да что там, большой трёхэтажный дом с подземным гаражом. Девушки восторгались и настойчиво интересовались, будет ли им позволено бывать здесь с Господином, а получив положительный ответ развеселились. Кате, разумеется, больше всего понравилась просторная спальня на втором этаже с красивой широкой постелью. Девушка порывалась поваляться на ней, но Эмма серьёзно объяснила, что мять вечернее платье несколько преждевременно. Заметила Катя и потайные двери в спальне, и если назначение одной из них сразу выяснила — она вела в кабинет хозяина, то другая оказалась запертой. На вопросы о ней Андрей лишь таинственно улыбался…

— Почему «Альфа-студия», Андрей? — поинтересовался Аркадий, когда застолье плавно подходило к десерту, — Вероятно, от первой буквы Вашего имени? «А», «Альфа»…
— А может быть речь идёт о какой-то особенной позе? — рискованно пошутил Михаил, вызвав бурное веселье одних и смущение других присутствующих.
— Затруднюсь точно ответить, Господа, — сказал Андрей, когда шум стих, — Вероятно, какие-то ассоциации… В общем, я решил, что звучит и смотрится неплохо…
После десерта трое Вершителей уединились в курительной комнате на втором этаже здания, рядом с VIP-залом для просмотра видео.
— Вы серьёзно подошли к организации студии, Андрей, — констатировал Аркадий, — Уверен, впечатляющего результата долго ждать не придётся! Приглашайте на первую премьеру! И всегда рассчитывайте на мою помощь…
— Считайте, что Вы с Михаилом уже приглашены! И благодарю за поддержку, непременно воспользуюсь вашей помощью в дальнейшем…
— Даже быстрее, чем думаете, — хитро улыбнулся Аркадий, — У меня для Вас подарок! Для Вас и для Вашего первого фильма!
— В самом деле? — удивился Андрей, — Интригуете…
— Михаил рассказал мне, что студия родилась из идеи экранизации дневника одной Вашей Испытуемой?
— Верно, — кивнул хозяин студии, — Она сегодня здесь, её зовут Наталья. Ещё одна девушка, действующее лицо этого дневника, вероятно, тоже на днях появится…
— Да-да, но если я не ошибаюсь, там был ещё и юноша? — поднял брови Аркадий, а Михаил усмехнулся, — Так вот, этот молодой человек по стечению обстоятельств, недавно был моим Испытуемым!
— Вот как? — поразился Андрей и… не обрадовался.
— Представляете? Когда я узнал эту историю полностью, решил преподнести Вам сюрприз, — Советник потирал руки от удовольствия, — Я дарю Вам Колю! Уверен, для Вашего творчества он очень пригодится…
— М-да… — задумался Андрей, но немедля стёр сумрак и сомнения со своего лица, — Благодарю Вас, Аркадий! Ваш сюрприз удался!
— Ну, а мой подарок последует через час другой, — посматривая на Андрея с хитрой улыбкой, прищурился Михаил.
— Ваш подарок? — удивился Аркадий, — И тоже что-то для студии, а может быть, кто-то? Секрет?
— О, нет! Подарок лично для Господина Андрея, и никакого секрета тут нет. Я пригласил хозяина этой замечательной студии в одно особенное место сегодня ночью. Не составите нам компанию, Господин Советник?
— Боюсь, что вряд ли… — глаза Аркадия забегали, — А куда именно Вы собрались?
— На «Куртизанскую», — ухмыльнулся Михаил.
— О! Действительно, особенное место… — выражение лица Советника, по очереди посмотревшего на обоих собеседников, решительно не понравилось Андрею. Было в нём слишком многое намешано: зависть и любопытство, гадливость и тайное желание, юношеский восторг и плохо скрываемый ужас. Впрочем, возможно, способности к физиономистике, которые Андрей не так давно открыл в себе, в этот раз его подвели…

Через час Аркадий, окончательно отказавшийся составить компанию двум другим Вершителям в продолжение разгула, отбыл домой на белом «Линкольне», прихватив с собой двух эскорт-девушек. Первоначально Андрей планировал, что на этом автомобиле вернутся в отель Катрина и Эмма, но они уговорили Господина оставить их ночевать в большом хозяйском доме на территории студии. Ирина с Натальей вызвались помочь им там расположиться. Личная служанка и личная секретарша Господина сразу согласились. По-видимому, две первые сотрудницы студии вызвали их живейший интерес. Возможно, благодаря тонким полоскам кожи на шеях, но серебряных, а не золотистых, как у Эммы с Катриной. Впрочем, с Наташей они уже были немного знакомы… Андрей поблагодарил за прекрасный праздник весь персонал и Сергея персонально, сел в BMW Михаила, и они отправились за особенным развлечением.



Глава 12
Охота

«Куртизанская» произвела на Андрея даже более отталкивающее впечатление, чем в первое посещение этих мест. Автомобиль представительского класса произвёл фурор у многочисленных, броско, кто во что горазд, разодетых, густо накрашенных девиц и гламурных парней. Они подскакивали к вновь прибывшим Господам и даже пытались хватать их за руки, но натолкнувшись на холодные взгляды, отходили. «Вершители… Вершители приехали!» — пошёл шепоток по толпе, неведомым Андрею образом определившей, кто есть кто. Восторг сменился настороженным интересом, а у некоторых присутствующих и страхом. Впрочем, желания продемонстрировать себя и быть отмеченным, а то и выбранным Господами, их разгаданный статус уменьшил не сильно. Однако, Михаил и Андрей мало смотрели по сторонам и уверенно шагали к обшарпанному зданию бывшей станции метро. Внутри было тише, но и здесь по стенам в одиночку и парами стояли размалёванные девки и парни, молча пялившиеся на вошедших. Вершители спустились этажом ниже. Их взору открылся огромный полутёмный нижний вестибюль станции. Андрей помнил, что в другом мире на аналогичной станции метро пролегало три железнодорожных пути, присутствовали они и здесь. Причём средний путь, отгороженный металлической сеткой, судя по матовому стальному блеску рельс, иногда использовался по назначению. На боковых путях тоже сохранились рельсы, но там они покрылись ржавчиной, насколько мог разглядеть мужчина. Нормальной видимости мешало слабое освещение вестибюля и хаотично расположенные металлические клетки, в которых копошились люди. По платформам сновали другие люди, их было немного и они, по большей части, что-то громко и деловито обсуждали, указывая пальцами на пленников в клетках. Андрею пришло в голову, что он попал на невольничий рынок. Добавляли уверенности в этом расположенные на платформах столы, к которым были прикованы обнажённые женщины и мужчины. К ним запросто подходили «торговцы» и «покупатели», рассматривали распятых и трогали их руками. Некоторые пленники были прикованы к огромным квадратным колоннам, стоящим вдоль платформ, ближайшие из которых были украшены огромными статуями, имевшими мало общего с теми изваяниями, которые Андрей видел в своём мире. Правая статуя изображала полуголую женщину, тело которой было обвязано толстыми верёвками выше пояса, а ниже спелёнато обрывками ткани. Левая статуя — весьма пожилой, мускулистый и сильно заросший волосами мужчина в кожаных, насколько понял Андрей, штанах и такой же жилетке, с факелом в левой руке и топором в правой… Михаил тянул спутника во внутренние помещения станции. Они шли по ярко освещённому коридору с закрытыми и справа, и слева дверьми, из-за которых раздавался шум, разговоры, даже смех и, почти всегда крик, истерический визг или вой, от которого становилось не по себе. Пройдя по коридору, не улучшившему настроение Андрею, они спустились ещё одним этажом ниже, резко свернули вбок и, пройдя ещё метров двадцать, уткнулись в закрытую металлическую дверь, по обеим сторонам которой стояли вооружённые резиновыми дубинками огромные и неприветливые охранники.
— Прошу Вас, Господин Вершитель! — произнёс Михаил, смерив взглядом тут же ставших по стойке «смирно» громил, и указав спутнику на едва заметную кнопку, закреплённую на косяке двери. Кнопка оказалась не обычным электрическим звонком, а сенсором и датчиком отпечатков пальцев и, после нажатия на неё Андреем, прошло никак ни менее минуты, прежде чем дверь распахнулась, и на пороге появился дородный лысый мужчина неопределённого возраста.
— Здравствуйте, Господа Вершители! — широко улыбнулся он, приглашая пришедших войти, и отдельно обратился к Андрею, — Чтобы не напрягать понапрасну Вашу память, зовите меня просто — Банщик.
Внутреннее убранство комнаты, куда вошли мужчины, и вправду напоминало предбанник сауны. Да и дальше антураж бани сохранялся. Две очень милые девушки выдали мужчинам белые простыни, полотенца и шлёпанцы, Вершители недолго посидели в парилке и сразу нырнули в подсвеченный голубыми и зелёными лампами неправильной формы бассейн с холодной, но, к большому сожалению Андрея, простой водопроводной водой… После водных процедур Вершители уселись на деревянные скамейки за стол из струганной древесины, что было явным признаком высокого уровня заведения. Андрей знал, что настоящая древесина в Княжестве — большая редкость. Мужчины опрокинули по стопке холодной водки под хрустящие грузди, и выпили горячего чая. Пива, после крепких напитков в студии, не хотелось, плотно закусывать тоже…

— Уважаемые Господа! — произнёс Банщик, наполняя их стопки повторно. Обращался он к обоим Вершителям, но смотрел в основном на Михаила, с которым был, по всей видимости, давно знаком, — Полагаю, Вы пришли сюда не только, чтобы попариться и ущипнуть наших прелестных служанок?
— Что же Вы можете нам предложить, уважаемый, э…? — решил взять инициативу в свои руки Андрей.
— Банщик, — подсказал ему хозяин заведения, — У нас здесь не принято называть настоящих имён. Я — Банщик, Ваш друг — Господин Фокс, а Вас мы будем называть…
— Альфа! — выпалил Михаил и заулыбался.
— Неплохо, — кивнул толстяк и обратился к Андрею, — Вы согласны?
— Вполне, — с любопытством посмотрел на него Андрей и закурил.
— Прекрасно! Ваше кодовое имя в нашем заведении для особых персон — Господин Альфа! — с пафосом произнёс Банщик, — Но вернёмся к нашей сегодняшней программе. Я могу предложить Вам многое, Господин Фокс подтвердит… Но сегодня только для Вас хит сезона… Надеюсь, у Господ достаточно энергии и нет противопоказаний?
— Всё в порядке, мсье Банщик! — ответил на французский манер Михаил, вероятно, желая сделать управляющему заведением приятное, — Мы немного пьяны и в прекрасной физической форме!
— Тогда Охота! — объявил толстяк.
— Охота! — выкрикнул встрепенувшийся Михаил.
— Охота, так Охота, — равнодушно пожал плечами Андрей.
— О, Господин Альфа, это развлечение у нас особенное и случается не так часто, — тут же отреагировал Банщик, — Скажу откровенно: я рассчитываю, что Вы станете нашим постоянным клиентом, а потому предлагаю сегодня лучшее… Впрочем, полагаю, следует объяснить правила игры?
— Буду очень признателен, мсье Банщик! — с улыбкой кивнул Андрей, к которому возвращалось хорошее настроение.
— Прекрасно! Правила просты и, много времени мои пояснения не займут. Итак, Вы и Господин Фокс сегодня охотники. Вам будет выдано соответствующее обмундирование и снаряжение. На ваш выбор будут предоставлены объекты Охоты, для простоты — дичь. Действие будет происходить в наших, специально подготовленных катакомбах, куда будет выпущена дичь по вашему сигналу. Через минуту после этого вы можете начинать преследование… Как только дичь пленена, вы вольны делать с ней всё, что заблагорассудится в специально отведённых для вас апартаментах…
— Снаряжение? — заинтересовался Андрей, — Оружие?
— О, да, Господин Альфа! — просиял Банщик, — Помимо пары фонариков — в катакомбах игроков ожидает полумрак, а местами просто темно, я предложу Вам оружие холодное и огнестрельное. Также рекомендую хлыст, он всё-таки не так сильно повреждает дичь… Раньше времени это ни к чему, не правда ли? Впрочем, если вдруг… Вы всегда можете выбрать новый объект Охоты… Что ещё? В случае необходимости можно вызвать по переговорному устройству специально обученного помощника под кодовым именем Палач.
— В чём может заключаться его помощь? — спросил порядком заинтригованный Андрей.
— Теоретически во всём… Но используют помощников во время преследования и захвата дичи только ленивые охотники! — улыбнулся толстяк, — Однако, в любой затруднительной ситуации, а также если вы захотите поддать перцу или добавить ещё одно действующее лицо в ваше общение с дичью, Палач в красном кожаном комбинезоне и в красном колпаке, с прорезями для глаз и рта всегда к вашим услугам… Да, чуть не забыл, на Охоте случаются травмы, ранения и разного рода повреждения не только у дичи, но и у охотников. Для оказания своевременной помощи в таких ситуациях, у нас дежурит опытный врач с профессиональными и очаровательными медсёстрами.
— Понимаю, — кивнул Андрей, — А насколько Охота ограничена по времени?
— Без лимита! Вы ограничены только вашими силами и желанием… Насколько я помню, самая длительная Охота продолжалась более суток!
— У меня больше нет вопросов на данный момент…
— Прекрасно! Если они появятся до начала действия, я отвечу на все, а что-то, вероятно, вам расскажет Господин Фокс. Ему, насколько я знаю, нравится наша Охота, — улыбнулся Банщик, а Михаил многозначительно кивнул, — Не желают ли Господа заняться выбором дичи?
— Сначала по стопке? — обратился Андрей к своему спутнику.
— Сначала осмотрим дичь, а потом можно не спеша выпить, — ответил Михаил, ёрзая от нетерпения. Господин Альфа неопределённо пожал плечами, Вершители накинули на себя сухие белые простыни и направились вслед за Банщиком.

Из сауны мужчины попали в просторный светлый коридор, длина которого составляла никак ни меньше двадцати метров. Оглядываясь по сторонам, Андрей подумал, что цель их прогулки — выход, которым коридор заканчивался, но толстяк пригласил их в боковой проём. За распахнувшейся дверью открылся просторный полутёмный зал, по периметру которого за толстыми стёклами висели клетки, похожие на те, что находились в большом вестибюле станции. В клетках по одному стояли, сидели, иногда даже лежали объекты Охоты — в основном женщины, но встречались и мужчины. Через специальные стёкла, охотники могли видеть предназначенных для развлечения людей, но не наоборот. «Дичь не должна видеть охотников заранее», — пояснил Банщик. Как только Вершители подходили к очередной клетке, управляющий манипулировал рычагами, вмонтированными в пол, и объект освещался ярче других, натягивались цепи, которые были прикреплены к кистям и лодыжкам пленников, вынуждая их встать и раскинуть конечности. Кроме того, клетки могли вращаться, для удобства осмотра. «Снова я вляпался в какую-то тьму», — подумал Андрей.
— Вы можете выбирать любое количество дичи, но рекомендую для первого раза начать с одной, Господин Альфа, — обратился к нему толстяк.
— Если Вам не сложно, выберите двоих, мой друг! — неожиданно предложил Михаил, потирая руки, — Думаю, мы будем охотиться вместе? Отлично! А добычу поделим потом…
— Не вижу проблем, Господин Фокс, — спокойно ответил Андрей, впрочем, немного озадаченный.
Он мало понимал в мужской красоте, да и как охотничьи трофеи, мужчины не интересовали его вовсе, а потому клетки с ними Андрей проходил, глядя на пленников мимоходом из чистого любопытства. А вот женщины привлекли его внимание, и выбор их оказался велик. Практически все — красотки любых мастей с прекрасными и разнообразными фигурами. Одно начало удивлять и удручать начинающего охотника: у абсолютного большинства пленников обоего пола глаза казались потухшими. Все они словно потеряли интерес к жизни и смирились со своей судьбой… Все, кроме двух женщин, которых Андрей и выбрал. Одна из них — высокая брюнетка с точёной фигуркой и мраморной кожей. Её чёрные глаза пылали звериной злобой. Другая — среднего роста мулатка, очень стройная, но менее худощавая, чем первая. Волосы её были короче, чем у брюнетки, но имели странный цвет: то ли каштановые, то ли чёрные и медные вперемешку. Цвет глаз мулатки тоже отличался нестандартностью — золотисто-карие, как определил Андрей. Эти глаза тоже светились, но не яростью, а огнём жажды борьбы, жажды жить…
— Прекрасно! — одобрил выбор охотника Банщик.
— Отлично! — чуть ли не затрясся от предвкушения Михаил, — У Вас прекрасный вкус!..

— Объясните, если не сложно, — кисло улыбнувшись, завёл разговор Андрей, когда Банщик ушёл готовить дичь к Охоте, а Вершители вернулись в сауну и продолжили неторопливо выпивать, — как сочетается Охота с Вашими давними высказываниями о бережном отношении к материалу?
— Ага, Вы заметили, мой друг… В том-то весь и фокус! — аж порозовел от удовольствия Господин Фокс. «А ведь он и вправду похож на лисицу», — подумал Андрей. Меж тем Михаил радостно продолжал, — В том-то и прелесть этого места и уникальность Охоты. Девушки и юноши здесь не только прекрасны внешне! Они одноразовые!
— Не понял! — охнул Господин Альфа.
— Ха, — всё более распалялся Куратор, — Эти особи недавно прошли Испытание…
— То есть как?!
— Вот именно, «как»? Они прошли его неудачно!
— То есть результат их Испытаний отрицательный? Им не место в Княжестве и… они попали сюда?!
— Да! Разумеется, сюда попадает не каждый из таких… Лишь некоторые, кому Вершителем дан последний шанс!
— Шанс?! Да они же запросто могут быть убиты!
— Именно, мой друг, именно! В этом и есть особенный шарм Охоты! Всё по-настоящему — дичь может погибнуть по желанию охотника или… по случайности. Но те, кто останутся живы — не будут отправлены в глубины тьмы… Они, как бы лучше выразиться… будут считаться прошедшими Испытание страхом и… кровью!.. Есть некоторые юридические нюансы, которые я сейчас опущу, но оставшаяся в живых дичь может… и дальше жить в Княжестве… Если, конечно, охотник не решит иначе…

Андрей всеми силами пытался не показать, что увиденное и услышанное повергло его в шок. О наличие в Княжестве огнестрельного оружия он догадывался, увидев однажды охранника из людей, вооружённого чем-то весьма напоминавшим винтовку. Обычно охранники ходили с резиновыми дубинками, а Блюстители и вовсе без оружия, насколько знал Андрей… Да и не в оружии, в конце концов, дело! Здесь и сейчас он принимал участие в игре, по ходу которой Вершители могли запросто убивать людей, пусть и обречённых отрицательным результатом Испытания на муки, которых Андрей не ведал. Так может быть, эти муки страшнее смерти?! Его размышления прервал женский вопль из коридора, куда охотников водили выбирать дичь.
— Что это такое? — встревоженно спросил он вернувшегося Банщика.
— Не обращайте внимания, Господин Альфа. Палачи готовят дичь.
— Как «готовят»?!
— О, смею доложить, что женщины, которые Вами выбраны, как объекты Охоты, помыты, одеты (весьма символически, Вы сами скоро увидите), а сейчас Палачи наносят каждой клеймо на левое предплечье… — радостно рассказывал толстяк.
— Как? — ахнул Андрей.
— Раскалённым железом, конечно, — продолжая улыбаться, уточнил Банщик, и в этот момент раздался крик второй женщины, — Это необходимая формальность! Выбранная дичь должна быть заклеймена непосредственно перед Охотой… Но не желают ли Господа рассмотреть снаряжение и примерить амуницию?
Мужчины вернулись в коридор, но теперь их ждала дверь в его конце. Сразу за дверью располагался небольшой каменный зал, заканчивающийся широким бетонным тоннелем по обе стороны которого находились четыре двери в помещения охотников, а в торце решётка — вход в катакомбы. Вершители выбрали себе апартаменты друг напротив друга. Отсек Андрея состоял из трёх небольших комнат. Одна из них служила для переодевания, хотя вполне могла сойти за небольшую гостиную. Вторая, выглядела стилизованной пыточной камерой, способной нагнать страх на неподготовленного человека, но несколько гламурной при ближайшем рассмотрении. К каменному полу прикручена узкая металлическая койка с разнообразными приспособлениями и устройствами, сконструированными для того, чтобы сковать жертву в различных положениях, множество таких же штучек на стенах соседствовало здесь с явно дизайнерской росписью потолка и стен в духе садомазохистских оргий. Стоял здесь и большой металлический шкаф с богатым инструментарием и ещё не остывшей жаровней в углу. Это сразу объяснило лёгкий запах раскалённого металла и палёного мяса в комнате. «Здесь, значит, их и клеймили, — с ужасом подумал Андрей, — Но где же они теперь?» Третья комната напоминала спальню. Только мебель и стены этой спальни были обтянуты кожей, а постель и два кресла — толстой и гладкой рыжей клеёнкой, никакого постельного белья не было и в помине. Дополнял картину выкрашенный чёрной краской потолок и чёрный линолеум на полу. Была в спальне и ещё одна маленькая дверца, которая оказалась сейчас закрытой, но служила, по всей видимости, автономным выходом из катакомб… В раздевалке-гостиной Господина Альфу ждало его обмундирование. Андрей скинул с себя простыню, голышом влез в лёгкий комбинезон из какой-то прорезиненной ткани цвета хаки, в карманах которого обнаружилась маленькая аптечка, тонкие марлевые салфетки, лёгкие прочные наручники и портативная рация. Казалось, что в такой одежде должно быть жарко и тело начнёт потеть, однако, ничего похожего не происходило. Андрей надел на себя обувь — что-то похожее на берцы, но удобное, как кроссовки, и подпоясался широким кожаным ремнём с кобурой для пистолета и ножнами. В каменном зале на столах был разложен целый арсенал оружия и снаряжения для выбора охотников. Андрей предпочёл удивительно лёгкий шестизарядный пистолет, стреляющий, как и всё огнестрельное оружие в этом заведении, резиновыми пулями, а кроме того длинный, довольно тонкий, очень острый нож и внушительных размеров кожаную плеть со стандартной здесь ручкой в виде фаллоса средних размеров. Из дополнительного снаряжения Господин Альфа взял только два фонарика, один из которых давал широкий луч света, другой, напротив, узкий и мощный, а ещё зелёную бейсболку, которую тут же лихо напялил себе на голову, козырьком назад.

— Вы похоже не на Охоту, а на войну собрались, — сказал он, скептически оглядев Михаила, обвешанного оружием, как новогодняя ёлка украшениями.
— Ну-у-у… — Господин Фокс вернул на стол автомат, неизвестной Андрею системы, но оставил пистолет и помповое ружьё… Вершители дали сигнал выпустить дичь, пропустили по стопке за удачную Охоту и через пару минут отправились к решётке в катакомбы.
Банщик пожелал им успеха, опустил рычаг на стене, и решётка поднялась, освобождая проход. Охота началась… Минут пять они молча брели по плохо освещённому широкому прямому бетонному коридору. В катакомбах не было слышно ни звука, кроме шагов охотников, и становилось всё темнее. Но, вместо того, чтобы включить фонарь, Михаил вскинул ружьё и один за другим сделал два выстрела в темноту. Послышался звук слабых глухих ударов, шум ссыпающейся на бетонный пол штукатурки и удаляющийся вглубь лабиринта шорох быстро бегущих ног дичи. Андрей моментально включил фонарь, но заметил только две тени, летящие от охотников вдаль по противоположным стенам коридора.
— Предупреждать же надо, Господин Фокс! — недовольно прошептал Господин Альфа, — Вы их только спугнули напрасно…
— Что Вы предлагаете, мой друг? — неожиданно громко произнёс Михаил. Он заметно нервничал и выглядел малопригодным к такому приключению.
— Во-первых, тише! — зло прошептал Андрей, — Иначе, мы их действительно сутки будем ловить… А план таков: идём метров 100–150 максимально осторожно, без шума и в темноте… похоже, поблизости никаких ниш и ответвлений нет… потом одновременно Ваш выстрел и я включаю фонарь… Они наверняка разделятся, вычислим одну и…
— Откуда Вы знаете, что разделяться? — нервно прошептал Куратор.
— Эти разделятся точно! Считайте, что во мне говорит инстинкт охотника…
— Ну… хорошо. Командуйте!
— Перезарядите ружьё прямо сейчас… так… двигаемся вперёд, и тихо!
Метров через сто Андрей заметил, что коридор впереди заканчивается и по сторонам появляется что-то вроде боковых проходов. Он поднял руку, и мужчины остановились. По сигналу Михаил выстрелил, раздался приглушённый женский возглас. Андрей тут же включил фонарь и в его свете увидел две женские фигуры. Одна, метнулась в дальний правый от них проём в стене коридора, другая, не очень уверенно, отскочила в ближайший левый. «Ранена?» — подумал Андрей, но промолчал, приложил палец к губам, жестом велел Михаилу двигаться за ним, и выключил фонарь. Прижимаясь к левой стене коридора, они лёгкими шагами в зыбком мраке медленно приближались к проходу, в который нырнула женщина. За несколько метров до цели Андрей ещё раз приложил палец к губам, вырвал из рук Михаила ружьё и вложил в них его фонарик, приказав включить его по команде, а сам достал из-за пояса и взял в правую руку хлыст, а свой фонарь в левую. Скользнув в проём, он широким движением махнул хлыстом. В ответ в темноте раздалось громкое шипение и в Андрея что-то полетело, вероятно, мелкий камень, который оцарапал ему щёку. Мужчина сделал несколько быстрых шагов внутрь помещения, ещё раз взмахнул хлыстом и включил фонарь. Этот удар оказался точным. Женщина, взвизгнув, попыталась броситься к выходу в коридор, но в глаза ей ударил свет фонаря Михаила. Секундного замешательства дичи хватило, чтобы Господин Альфа намертво схватил её за длинные чёрные волосы…
— Попалась, козочка! — восторженно закричал Господин Фокс, на лице которого моментально обозначилось облегчение и вожделение, — Отдайте её мне, мой друг! Это мой размерчик… Но вторая, уверен, не хуже… И для Вас будет ещё слаще…
— Не вопрос! Забирайте свою козочку! — усмехнулся Андрей, удерживая зло, но безрезультатно пытающуюся брыкаться женщину. Она, действительно, была легко ранена. Резиновая пуля вскользь полоснула икру левой ноги. Рана была пустяковой, но кровоточила. Кроме того, от левого плеча одетой в коричневые кожаные шорты и такой же обтягивающий топик женщины, по диагонали вниз, виднелся слабый кровоподтёк от удара хлыстом. Михаил вразвалочку подошёл к пленнице и тут же получил от неё свободной рукой по щеке.
— Ах ты, сука! — заголосил он, роняя горящий фонарик, схватился за расцарапанную щёку, а другой дрожащей от негодования рукой с трудом достал из кармана рацию и принялся орать в неё: — Палача! Срочно!
— Спокойно, Господин Фокс! Спокойно, всё под контролем, — незаметно улыбнулся Андрей, заводя руки шипящей от боли и злости пленницы за спину и защёлкивая на них наручники, — Вашей козочке уже связали копытца… Сейчас Вы отведёте её куда надо и научите уму-разуму!
— Спасибо, мой друг! — радостно произнёс Куратор, весьма довольный таким поворотом событий, — Вы справитесь со второй в одиночку? Отлично! Вы, как я вижу, прирождённый охотник и скоро станете знаменитым!.. Сейчас прибежит Палач, и мы отведём эту козу… А пока, не желаете отметить мою удачу?
— Что это? — удивился Андрей, наблюдая как Михаил достаёт из карманов две фляжки, плоскую поменьше и пузатую побольше, — Спирт и вода? Да Вы — гурман, Фокс! Ну, что же — на войне, как на войне…
Не успели Вершители сделать по глотку, как появился Палач. Разумеется, лицо Палача было скрыто капюшоном, но фигура выдавала женщину даже в подсвеченном фонарями мраке катакомб. Андрей заулыбался, передавая пленницу в надёжные руки, отобрал у Михаила наручники, взамен пригодившихся своих, а так же обе фляжки… Наблюдая, как Куратор торжественно шествует вслед за женщинами, иногда подталкивая пленницу под зад коленкой, оставшийся в одиночестве охотник закурил, сделал ещё по глотку из каждой фляги и задумался. Ситуация виделась ему неоднозначной. С одной стороны эта Охота определённо прибавляла адреналина, с другой… Может всё это и хорошо для Господина Вершителя, но для человека по имени Андрей как-то не очень весело. В любом случае, Охоту нужно было достойно завершить, для этого тихо и без крови поймать вторую «птичку», а для реализации этого замысла, в свою очередь, прояснить обстановку.
Андрей докурил сигарету, тщательно затушил окурок и осмотрелся. Место, где была пленена брюнетка, при ближайшем рассмотрении оказалось небольшой комнатой. У дальней стены стояла вмурованная в пол ржавая железная кровать, на грязных бетонных стенах виднелись старые подтёки крови, а у кровати и не только крови… В проёме напротив оказалась такая же комната, только совсем пустая. И таких комнат Андрей насчитал шесть, с кроватями и без, но обязательно присутствовала застарелая грязь, кровь, а кое-где и следы других жидкостей, и слабый запах мочи… Коридор заканчивался Т-образной развилкой. И вправо, и влево под прямым углом уходили узкие одинаковые коридорчики. Разница была в одном: в конце правого виднелся свет, там, судя по всему, он делал ещё один излом влево, относительно неплохо освещённый; в левом же стояла полнейшая тьма, туда Андрей и направился. Коридорчик он прошёл тихо, довольно быстро и не включая фонарика, пока не открылся малозаметный поворот направо. Здесь тоже было пусто и темно, но можно было различить, что новый проход идёт дугой в правую сторону, где тьма немного рассеивалась. Пройдя метров двадцать, мужчина достал пистолет и выстрелил вдаль в левую стену так, чтобы пуля рикошетом ушла в невидимое пока пространство. Раздался лёгкий гул, шелест штукатурки, какой-то шорох, а потом ещё и грохот металла. «Та-ак… А не зря ли я шмальнул?» — подумал Андрей, лёгким шагом проскочил ещё метров пятнадцать и понял, что вот-вот справа появится ещё один проём. Охотник осторожно, вслушиваясь в тишину, прокрался до предполагаемого поворота, за которым оказался и не проход вовсе… Справа открылось обширное пространство, ограниченное массивными квадратного сечения колоннами, заставленное перегородками и местами заваленное мусором. Перегородки возвышались метра на полтора и, глядя над ними, можно было видеть на противоположной стороне пространства такой же дугообразный коридор, только освещённый равномерно расположенными тусклыми лампами. Андрей, внимательно оглядывая этот полукруглый зал, медленно дошёл до места, где коридоры смыкались, и обнаружил там большую металлическую дверь на внешней стене, правда, наглухо закрытую. Он решил оставить свой интерес к подземелью на потом, сосредоточившись на поимке своей «птички», она явно была где-то здесь, в полукруглом зале, изредка выдавая себя шорохами.
Категорически не желая применять огнестрельное оружие и понимая, что хлыст в узких промежутках между перегородками не эффективен, охотник сунулся в этот лабиринт с голыми руками… Мужчина не прошёл и пяти метров, как откуда-то сверху на него по-кошачьи прыгнуло полуголое женское тело, свалило его набок и помчалось прочь. Эффект неожиданности, конечно, присутствовал, но если женщина надеялась причинить ему какой-либо вред, то напрасно. Упал Андрей вполне удачно, а потому немедленно вскочил и бросился вслед за дичью. Почувствовав, что охотник рядом и снова спрятаться не удастся, она не нашла ничего лучшего, чем бежать прямо по тёмному коридору. Бежала она быстро, но Андрей постепенно настигал её. К тому же, женщина неудачно вписалась в почти незаметный во мраке поворот, охотник ловко выставил ногу и «птичка» покатилась по бетонному полу. Она закашлялась и успела только инстинктивно перевернуться на спину, а запыхавшийся Андрей уже сидел у неё на груди и защёлкивал браслеты на тонких запястьях.

— Не ушиблась? — спросил он, доставая фонарик и освещая её смуглое лицо. Золотисто-карие глаза женщины расширились от удивления, и она отрицательно замотала головой, не проронив ни слова. Охотник помог «птичке» подняться и взял её за предплечье, чтобы вести дальше. Женщина охнула от боли, Андрей остановился, посветил фонарём на её руку и увидел свежее клеймо, — Извини!
— Почему? — хриплым, но мелодичным голосом произнесла она, — Почему Вы так говорите со мной?
— Как? — охотник взял женщину за локоть и повёл по коридору, но не повернул к выходу, а направился прямо к повороту в освещённую часть полукруглого коридора, огибающего зал. Впрочем, ничего интересно Андрей не увидел и там…
— Куда Вы меня ведёте? — хрипота прошла, осталась только музыка, но мужчина молчал, и женщина спросила иначе, — Вы ведёте меня на казнь?
— Куда? — ему показалось, что он ослышался.
— Вы будете здесь меня убивать? — спросила она, делая ударение на слово «здесь».
— А что, похоже? — без эмоций спросил Андрей, прижав её к стене, прямо под тусклой лампой.
— Да, — снова с хрипотцой произнесла мулатка. Она, и вправду, была смуглая и фантастически красивая. Правильный овал лица немного портили упавшие на лоб запылившиеся сейчас волнистые волосы странного красно-коричнево-чёрного цвета, охотник молча поправил их. Над поблёскивающими золотыми искрами глазами изящными дугами выгнулись чёрные брови, а под идеально прямым носиком с аккуратными и нервно раздувающимися сейчас крылышками находился не самый маленький, но очень милый ротик с ровными белыми зубками и немного припухшей нижней губой. А ниже небольшой упрямый подбородок с большим пыльным пятном, охотник достал из кармана марлевую салфетку и вытер его… Дальше… Прямые, но не слишком широкие плечи, с изящно выступающими косточками ключиц, ровные предплечья, одно из которых изуродовано клеймом, охотник аккуратно приподнял его и… только немного подул на больное место… Женщина смотрела на него, как на сумасшедшего, а Андрей не мог остановиться… Он достал свой тонкий и очень острый нож, надрезал им кожаный топик и обнажил не крупную, но привлекающую взор грудь женщины с небольшими сосками и широкой коричневой каймой вокруг, на которую словно нанесли рукою мастера вычурный рисунок, охотник даже не дотронулся до груди. Он поддел ножом и разрезал кожу её шортиков и, когда они упали на пол, по ноге женщины потекла тонкая струйка…
— Ты описалась, девочка, — удивлённо произнёс мужчина, убирая нож. Мулатка обречённо кивнула, а он внимательно посмотрел ей в глаза и спокойно сказал, — Сядь и сделай это нормально…
— Да, — женщина, даже смуглая кожа которой не могла скрыть стыда, присела, не сходя с места, обильно оросила бетонный пол вместе со своими разрезанными шортами, потом приняла чистую салфетку из рук охотника, отошла на несколько шагов в сторону и вытерлась, — Спасибо!
— Ты меня боишься?
— Боюсь, — кивнула мулатка, — Не убивайте меня!
— Как тебя зовут, птичка? — немного успокоившись, спросил Андрей, закуривая и доставая фляжки со спиртом и водой, — Хочешь?
— Хочу! — женщина сделала большой глоток спирта, закашлялась и припала к фляге с водой, а когда напилась, попросила, — Позвольте мне затянуться?
— Может быть, целую сигарету? — переспросил Андрей, но мулатка покачала головой.
— Меня зовут Лаура… — сказала она, затягиваясь от сигареты, которую поднёс к её губам мужчина, — А Вас?
— Сейчас это не важно… — неопределённо ответил Андрей и тоже выпил спирт, а затем воду.
— Ещё как важно! Должна же я знать имя человека, который лишит меня жизни!
— Я не собираюсь тебя убивать…
— Я Вам не верю! И зачем нужно было возвращаться в этот зал?
— Мне интересно его осмотреть…
— Здесь нет ничего интересного, — ошарашенно произнесла мулатка, — Мусор и дурацкий лабиринт из перегородок…
— Ты залезла на перегородки, чтобы прыгнуть сверху? — спокойно спросил охотник, — Так я и думал… И больше ничего здесь нет?
— Какая-то лесенка вниз, но…
— Где?! — встрепенулся Андрей, — Покажи!
— Там всё завалено, — закончила фразу Лаура, указывая направление скованными руками, и пошла показывать охотнику заинтересовавшее его место.
— Действительно, завалено, — разочаровано проговорил мужчина, тщательно осмотрев несколько ведущих вниз бетонных ступенек и завал из мусора, за которым при свете фонаря можно было разглядеть маленькую дверцу, вероятно, ведущую в подвал или на ещё один нижний этаж. Андрей уселся на верхнюю ступеньку, вздохнул и снова закурил, — Но что-то там определённо есть…
— Зачем Вам это?
— Я любопытный… — пожал плечами охотник и достал фляжки, — Пить будешь?
— Воду, если можно…
— Можно, только оставь и мне немного, — Андрей совсем расклеился, то ли от спиртного, то ли от странной Охоты, то ли от этой женщины, — Зачем ты на меня прыгнула? Что толку?
— Я не знала, что мне делать… Велели убегать, прятаться, стараться не попасться…
— Глупо всё это, — охотник оглядел свою птичку с ног до головы и понял, что Охота закончилась, а проблемы только начинаются. Лаура, или как там её, была потрясающе красива, и несколько минут назад он готов был на неё просто любоваться: на пыльную, писающую, не слишком приятно пахнущую, почти совершенную, на любую… Но сейчас он понял, что это бред, фантасмагория… Даже если бы он очень хотел, то есть вовсе не хотел эту женщину, ему бы никто не позволил просто отпустить птичку на волю… Это Андрей знал точно, но ещё раз взглянув на неё, он достал ключ и расстегнул наручники, — Иди!
— Что? — испуганно посмотрела на него мулатка, — Вы хотите выстрелить мне в спину?
— Дура! — мужчина сделал глоток спирта, закрыл полупустую фляжку и зашвырнул её вниз, — Иди отсюда!
— Нет! — Лаура села рядом с ним красивой голой попой на бетон, и схватила своими освобождёнными руками кисть его руки, — Я останусь с Вами… Куда мне идти?! Меня там убьют…
— Может и так… Чего же ты хочешь?
— Жить!.. Да кого интересует, что я хочу?..
— Меня интересует…
— Вы странный… Но я не нужна Вам, а значит… Убейте меня сами! Пожалуйста!
— Круглая дура! — не повышая голоса, ругался Андрей, — Ты хочешь жить… Значит, ты должна жить!
— Не должна! — выпалила мулатка и опустила голову, — Никому я ничего не должна… Так я думала…
— Кто ты? — неожиданно спросил мужчина.
— Не помню… Вы верите, что я ничего не помню? Да? Странно… Все с кем удаётся поговорить, в это верят… Не важно… Важно, что я не нужна Вам и должна умереть!
— А если нужна? — Андрей с сомнением посмотрел в такие близкие золотисто-карие глаза.
— Не верю, — с ещё большим сомнением смотрела на него женщина и, вдруг, слабо улыбнулась, — Но могу проверить…
— Как? — удивился мужчина.
— Просто, — птичка протянула руку к его паху и погладила там прорезиненную ткань комбинезона.
— Это тебе что, барометр что ли? — беззлобно прорычал Андрей, чувствуя, как от лёгких прикосновений её руки восстаёт его естество.
— Скорее это индикатор, — улыбнулась мулатка, показывая свои ровные белые зубки, правда всего на мгновенье, — И это моя надежда… Даже если я Вам нужна только для того, чтобы меня… Это мой шанс!
— Не здесь и не сейчас! — голос мужчины приобрёл твёрдость. Андрей словно скинул с себя накрывшую его тягостную пелену, а за ней и руку мулатки, встал, поднял на ноги обнажённую женщину, посмотрел ей прямо в глаза и проговорил очень серьёзно, — Шанс, говоришь? Я расскажу о твоём шансе… Сейчас мы возвращаемся… Молчи и слушай! Идём назад и там… я буду бить тебя и…
— Трахать с Палачом? — с ужасом произнесла Лаура.
— Знаешь, как это происходит, да?.. Без Палача, поняла?.. Но бить придётся сильно, а ты будешь кричать, орать, блажить, выть…
— Но… — красивые глаза женщины наполнились слезами, — А если не буду?
— Будешь! Потому, что это и больно, и обидно, но главное… от этого зависит твоя жизнь, поняла?
— Кажется, да… Оденьте на меня наручники!
— Зачем?
— Всё должно выглядеть натурально!

Когда охотник, лёгкими касаниями подгоняя свою пойманную и закованную птичку, подходил к выходу из катакомб, из-за опущенной решётки на него смотрел Банщик. Толстяк широко улыбался и аплодировал, а потом указал Господину Альфа на ранее закрытую дверь из коридора прямо в его апартаменты. Там мужчина шумно, но аккуратно бросил добычу на клеёнчатую постель, снял с себя ремень с кобурой и ножнами, и взял в руки плеть. Первая пара ударов даже не оставили следов на спине женщины и она приняла их молча. Андрей наклонился к уху мулатки:
— Кричи, дура!
— Бейте сильнее… Пожалуйста! — прошептала она. Мужчина не заставил себя уговаривать. Лаура начала болезненно стонать, когда удары попадали в одно и то же место, а потом закричала, сначала негромко и жалобно, а затем уже не сдерживаясь. Женщина что-то шептала в паузе между ударами, Вершитель снова наклонился к ней. Мулатка посмотрела на него умоляюще и быстро зашептала: — Ещё сильнее!.. И… возьмите меня!.. Как хочешь возьми… Им нужна моя кровь и… твоя сперма!
— Да, птичка, — тихо произнёс он, нанёс сильный удар плетью по её милой нагой попке и расстегнул комбинезон…

Минут через двадцать охотник снова наклонился к своей добыче…
— Спасибо! Теперь я тебе верю… — чуть слышно простонала женщина и уткнулась в его щёку сухими губами, — Воткни в меня что-нибудь на прощанье…
— Что воткнуть? — вздрогнул Андрей, — Куда? Зачем?!
— Туда… Для красоты! — криво улыбнулась мулатка и закрыла глаза. Мужчина оглянулся, потом взглянул на мокрую от пота рукоятку плети и… осторожно ввёл её между ног Лауры почти до конца. Женщина охнула, застонала, перевернулась на окровавленную спину и… кажется, потеряла сознание…

В сауне Андрея уже ждал Михаил в компании Банщика. Охотник вышел из своих апартаментов и направился туда в расстёгнутом до пупа комбинезоне, с зажжённой сигаретой в зубах и с мелкими пятнышками крови на руках и груди. Словом, вид был впечатляющий. «Где там ваши врачи? Пусть посмотрят эту… птичку!» — бросил он, на ходу стягивая с себя комбинезон. Уже голым Андрей остановился на краю бассейна, сощурившись, убедился, что его правильно поняли и медики бегом направляются в его апартаменты… Он кивнул, сделал ещё пару затяжек, отбросил окурок в сторону и нырнул в воду…

— Лихо Вы её отделали, Господин Альфа, — минут через десять проговорил пожилой доктор, наблюдая, как Андрей вылезает из бассейна, выдёргивает из рук хлопающий глазами миленькой служанки свежую простыню, садится за стол и выпивает полную рюмку водки. Врач продолжал: — Мы нашли её в обмороке, с плетью во влагалище…
— Как-как? — ахнул обалдевший Михаил.
— Да, именно так, — кивнул врач и далее обратился ко всем собравшимся, — И на спине, и на ягодицах живого места нет… Но сейчас она потихоньку приходит в себя… Думаю, дня через три будет, как новенькая… В отличие от Вашей добычи, Господин Фокс.
— Да уж, — растерянно кивнул Куратор.
— Что ещё случилось? — хмуро посмотрел на Михаила Андрей.
— Перестарались они, — странно улыбаясь, вступил в разговор Банщик.
— Асфиксия, — констатировал Доктор, — Летальный исход…
— Я даже не знаю, как это получилось… — развёл руками Михаил.
— Вы задушили её, Господин Фокс? — угрюмо произнёс Андрей, которого начала душить злоба по отношению к напарнику по Охоте, — В порыве страсти, надо полагать?
— Мы с Палачом затащили её в апартаменты… Она брыкалась… — принялся оправдываться Куратор, — Всё пошло как-то не так… Ну, то есть, мы растянули её на железной койке и решили сделать ей второе клеймо в ответ на мою окровавленную щёку…
— Вы вдвоём так решили? — Андрей исподлобья посмотрел на Михаила, на щеке которого виднелись две царапины, уже обработанные чудодейственными средствами доктора, но пока ещё сильно бросающиеся в глаза.
— Ну, нет… Я решил… А она так заверещала, что мне… ну… захотелось её орально… — Куратор, похоже, плохо соображал после произошедшего и, его рассказ не отличался обычной стройностью, — А она так лязгала зубами… Палач вставил ей специальный кляп-расширитель… Девка завыла…
— Увольте меня от промежуточных подробностей, Фокс, — жёстко прервал его Андрей, — Давайте сразу финал!
— Финал? Ну, я не очень помню… Палач держал её… Она орала… Я вставил ей в п. ду… Она начала вся выгибаться и дёргаться… Мне это понравилось и, наверное, для усиления эффекта я стал душить её попавшейся под руку плёткой…
— Короче, Ваш оргазм, Фокс, совпал с её агонией, — зло резюмировал Андрей.
— Да! — вылупился на него Михаил, — Но это так быстро кончилось… Я так не хотел…
— Бедный охотник! — непередаваемым тоном, в котором нарочитое сожаление легко путалось с неуважением, заговорил Господин Альфа, — Потратить столько времени и сил на эту дурацкую дичь… Правда, она была весьма красива, нет?
— Да! Очень красива! Такая лапочка… — булькающим голосом отвечал Фокс, совершенно не понимающий, куда ведёт Андрей.
— Ну, да… — продолжил тот, — Получить достойный охотничий трофей и… толком не попользоваться им!
— Именно! — разочарованно закивал Михаил, — Именно, друг мой!
— Вот ведь херня какая! — неожиданно заявил Андрей и спросил: — Может быть, выберем новую дичь и повторим?
— Что?! — вздрогнул Фокс, и продолжил неожиданно пьяненьким голосом, — Мы… Мы слишком пьяны для этого и… Нам бодрости не хватает…
— Верно-верно, — подтвердил Господин Альфа, театрально покачивая головой, — Однако, несправедливо, когда охотник остаётся без должной награды… Помнится, у Вашего Палача была прекрасная женская фигура…
— А? Что? А ведь и правда… — глаза Михаила разгорелись, и он обратил их на Банщика.
— Любой каприз за Ваши… То есть, никаких проблем, я хотел сказать, — хитро улыбнулся толстяк и тут же связался по рации с Палачом, — Ей ждать в Ваших апартаментах?
— Ну, уж нет, — скривился куратор, — Пусть идёт сюда… в комнату отдыха… И… это… пусть захватит с собой… свои штучки разные…
— Не задушите и её! — злобно усмехнулся Андрей, — Страстный Вы наш…
— Ну, что Вы… — скромно потупился Михаил, заметно возбуждаясь, — Однако, эта Ваша мысль о продолжении… банкета… Очень удачная мысль!

Господин Альфа остался за столом в компании Банщика, который сделал незаметный знак миловидной официантке. Та быстро обновила стол, налила Андрею коньяку, подсела рядом, и вскоре… с опаской стала гладить его по коленке. Рядом маячил врач…
— Присядьте, Доктор! Выпейте с нами! — позвал Вершитель, схватив рюмку левой рукой, а правой поощрительно приобнял за талию девушку.
— Благодарю Вас, Господин Альфа, с удовольствием! Если, конечно, Вы не планируете продолжать Охоту…
— Думаю, на сегодня достаточно. Настрой уже не тот, — ответил Андрей, без тоста чокнулся с собутыльниками, выпил, закурил и посмотрел в расширенные от страха глаза официантки, — Что ты дрожишь, детка? Не бойся, я тебя не съем! Выпей, рюмочка тебе не повредит, не правда ли, Банщик?
— Разумеется, Господин Альфа! — кивнул толстяк, жестом позволяя девушке расслабиться. Она быстро налила себе и Андрею коньяку, чокнулась с ним персонально, чем вызвала его одобрительное улыбку, выпила, прижалась к Господину и продолжила поглаживать мужчину смелее. Меж тем снова заговорил Банщик: — Это была хорошая Охота, я полагаю. Вы большой мастер, Господин Альфа! И это только начало… Заходите к нам чаще, однозначно станете легендарной личностью! И, разумеется, для Вас всегда всё самое лучшее! Только предупреждайте о своём визите загодя…
— Благодарю, Банщик… Возможно, так оно и будет. Ваша задумка мне, в общем-то, нравится, только… Катакомбы впечатляют, но легко читаются, а лабиринт в полукруглом зале не вызывает интереса… Достаточно одной свето-шумовой гранаты и…
— Некоторые так и поступают, насколько я знаю… — кивнул хозяин заведения, — Но мы готовы идти навстречу Вашим пожеланиям! У Вас есть предложения?
— Возможно… Там есть дверь в дугообразном коридоре…
— Да, и за ней продолжение катакомб… Великое множество неосвоенного пространства: коридоры, комнаты, залы, даже двухуровневые, ещё и переходы разные… — с удовольствием рассказывал толстяк, — Но их освоение требует денежных вложений и не малых, если обустраивать всё на высоком уровне!
— Вероятно, я смогу оказать финансовую поддержку, — солидно заявил Андрей и тут же почувствовал, как рука официантки юркнула под наброшенную на его тело простыню.
— Вы серьёзно? — засиял Банщик, — Это же прекрасно! Готов принять Вас в соучредители проекта и, разумеется, любые развлечения на Ваш вкус за счёт заведения!
— «Идиот! Я могу купить весь твой проект с потрохами, только зачем мне это?» — подумал Андрей, но сказал другое: — Хорошо, мы обсудим этот вопрос на днях… Но вернёмся к тому, что есть. Например, в полукруглом зале я видел лестницу вниз. Куда она ведёт?
— Никуда. Там всё разрушено завалом, — моментально отреагировал толстяк, опуская глаза, и Вершитель ему не поверил.
— Ну и мрак с ней, с лестницей, — легко изменил тему Андрей, — Есть ещё одна идея, которая сделает Охоту сложнее, опаснее и гораздо интереснее — вооружить дичь!
— Что?! — ахнули одновременно Банщик, Доктор и разомлевшая от руки, поглаживающей её задницу, официантка.
— Не огнестрельным оружием, конечно, но… Подумайте об этом, Банщик… Адреналин будет зашкаливать!
— Да, неожиданная идея, — с сомнение проговорил толстяк, — Надо хорошо обдумать это и обсудить… с Вами… Вероятно, будет много жертв…
— При правильной организации, только со стороны дичи, — жёстко ответил Вершитель, — Вас это беспокоит?
— Не особенно, — тихо произнёс Банщик, — На днях мы поговорим и об этом тоже, Господин Альфа… Наедине, не так ли?.. Прекрасно! Но как Вы намерены поступить со своей сегодняшней добычей? Эта публика после Охоты мне без надобности… Но, возможно, выбранная Вами дичь на что-нибудь сгодится?
— Да! — подал голос Доктор, — Женщина пришла в себя и через час будет готова к транспортировке… Вы намерены забрать свою добычу, Господин Альфа?
— Забрать? — хорошо играя изумление, воскликнул Андрей, — Я и не думал об этом… Возможно, она и пригодилась бы мне, но я даже не знаю, кто она такая, так что…
— Принести, её личное дело? — с готовностью предложил толстяк…

Через несколько минут Вершитель изучал историю мулатки на ноутбуке Банщика, почти не обращая внимания на опустившую свою миленькую головку на его колени официантку. История Лауры, которая оказалась вовсе не Лаурой, а Изабеллой, заинтересовала его. Оказалось, что в той жизни, память о которой у неё стёрлась, мулатка активно работала в сфере кинопроизводства и порно в частности. Сначала, как модель и актриса, потом как режиссёр и совладелица студии и, наконец, как хозяйка и руководитель широкой сети небольших отелей, студий и подпольных салонов интимных услуг. Закончилось всё какой-то тёмной историей с убийствами… Как понял Андрей, Вершитель, занимавшийся её Испытанием, особенно не усердствовал в расследовании причинно-следственных связей, но счёл Изабеллу потенциально опасной и отправил во тьму, милостиво разрешив напоследок Испытание кровью…
— Забавно… — поднял голову от монитора Андрей, — Учитывая, что всего несколько часов назад я открыл видеостудию недалеко от вас… эта птичка, действительно, может мне пригодиться!
— У Вас есть видеостудия? — с удивлением и уважением воскликнул Банщик, а официантка подняла голову от ног Вершителя и посмотрела на него, как на властителя мира.
— Да, а что такое?
— Это же прекрасно! У меня в голове давно крутится одна идея…
— Снять Охоту на видео? — усмехнулся Вершитель.
— Да, — ахнул толстяк, — Откуда Вы знаете?
— Не сложно догадаться, — улыбнулся Андрей, — Можно расставить в катакомбах камеры и вести съёмки на них автоматически, а потом смонтировать фильм…
— Прекрасно! Можно даже подумать о трансляции Охоты в режиме реального времени по ТВ… Так ещё никто у нас не делал, это будет бомба! Это возможно?
— Всё возможно, Банщик! Всё возможно, — усмехнулся Андрей, — Но боюсь, ваша нынешняя клиентура вряд ли даст согласие на съёмки…
— О, Господин Альфа! Разумеется, это будут специально подобранные и подготовленные люди, — счастливо улыбнулся толстяк, — Съёмки или трансляции можно осуществлять, например, раз в неделю. Всё остальное время, как и сейчас, только для VIP-клиентов! И станет их намного больше, уверяю Вас!
— Не сомневаюсь! — засмеялся Вершитель, — Мне нравятся грандиозные планы… Но не будем обсуждать их сейчас, на днях я позвоню и мы встретимся.
— Прекрасно! — Банщик сиял.
— Но что Вы решили с… добычей, Господин Альфа? — снова подал голос Доктор.
— Да, о птичке… Я мог бы забрать её… Но, насколько я понял, в ближайшие несколько дней за ней нужен специальный уход? — подчёркнуто равнодушно спросил Андрей, — Я правильно Вас понял?
— Всё правильно! И я, разумеется, с удовольствием предоставлю Вам профессионально подготовленную медсестру для медицинского ухода. Пригласить её, Господин Альфа?
— Конечно, — кивнул Андрей, и врач немедленно достал рацию…

Лариса, а именно так звали медсестру, явилась через минуту. Официантка, выпрямившаяся рядом с Господином, повинуясь его жесту, посмотрела на вошедшую с неудовольствием. Одетая в белый медицинский халат невысокая пухленькая блондинка лет тридцати, с миловидным лицом скромно встала перед столом.
— Доложи нам о состоянии пострадавшей, — приказал ей Доктор, выбрав удивительно точное определение.
— Больная в сознании, — красивым чистым сопрано начала доклад Лариса, — Чувствует себя удовлетворительно, находится под действием обезболивающих препаратов. Многочисленные раны поверхностных покровов, есть глубокие. Лечение проводится комплексно и займёт не менее четырёх суток. Внутренние органы практически не повреждены.
— Хорошо, Лариса. Если у Господина Альфа нет претензий, ты со своей подопечной поступаешь в его полное распоряжение на неопределённый срок, вплоть до особого распоряжения Господина. Больная готова к транспортировке?
— Будет готова через 30–40 минут, — ответила медсестра, со страхом и любопытством взглянув на Андрея, — Желательна специальная машина… Если Господин не против, конечно…
— Господин не против! — улыбнулся Вершитель, и официантка посмотрела на медсестру уничтожающе, — Надеюсь на твою компетентность, Лариса…
— Да, Господин, — поклонилась она и ушла готовить Лауру-Изабеллу к переезду.
— Господин Альфа не желает часок вздремнуть перед дорогой? — поинтересовался Банщик, ловя на себе горячие вопросительные взгляды официантки.
— Разве с такой красоткой вздремнёшь? — рассмеялся Андрей и чмокнул девушку в губки, — С удовольствием познакомлюсь с вашей комнатой отдыха, но не сегодня…
— Меня зовут Дина… Приходите ещё, Господин Альфа! — многозначительно прошептала официантка на ухо Вершителю и поцеловала его в щёку…

Андрей отказался от услуг водителя BMW Михаила и поехал на студию в салоне медицинского автомобиля рядом с лежавшей животом на носилках, постанывающей мулаткой и расположившейся около неё Ларисой. Когда санитары выносили прикрытую простынёй пострадавшую из «сауны» на поверхность к подъехавшей «скорой», размалёванные обитатели станции притихли и долго провожали процессию настороженными взглядами… Лариса внимательно присматривала за своей подопечной, временами бросая быстрые опасливые взгляды на Вершителя. До студии было не далеко и скоро они подъехали к только что реконструированному дому, находившемуся в отдалении от главного здания студии, ближе к пруду. Этот объект подвергся переделке, как и дом хозяина. Андрей планировал использовать его для особых случаев. Такой случай и настал, быстро настал… Санитары осторожно перенесли мулатку из машины в просторную спальню второго этажа и положили на широкую кровать с удобным упругим матрасом. Когда они уехали, Лариса, не обращая внимания на присутствие Господина, ловко перевернула на живот обнажённое тело больной, обработала какими-то специальными растворами раны на её спине и ягодицах, сделала укол, осторожно перевернула мулатку обратно на спину, укрыла её одеялом, поправила подушку и только потом вопросительно посмотрела на Андрея.
— Пойдём, покажу твою комнату, — тихо проговорил мужчина. Комната, которую он определил для медсестры, была небольшая, но уютная, а главное рядом со спальней. Санузел тоже в двух шагах, недалеко и кухня, где благодаря Наталье имелся серьёзный запас провизии.
— Благодарю Вас, Господин Альфа, но ближайшие несколько часов я проведу рядом с больной… На всякий случай!.. Вы тоже будете в этом доме?
— Нет, Лариса, я скоро уйду… Но буду поблизости, и ты всегда сможешь позвонить мне, если что-то понадобиться…
— Пока Вы не ушли, мне сделать что-то для Вас? — спросила женщина, и Андрею показалось, что вопрос этот она хотя и вымучивала, но стремилась задать давно.
— Да, Лариса, свари мне кофе и поешь сама, если голодна, а я пока посижу здесь…
— Но кофе перед сном… — отозвалась медсестра и, надо было видеть, как любопытно ей, что Господин станет делать в её отсутствие.
— … на меня не действует! — закончил фразу Андрей, — Да и с чего ты взяла, что я собираюсь спать?
— Сейчас же сварю и принесу, Господин! — негромко отчеканила Лариса своим высоким голосом и ушла на кухню. А Андрей присел на постель рядом с Изабеллой и молча запустил руку в её волосы. Через минуту мулатка приоткрыла глаза:
— Спасибо! — прошептала она, — Где я?
— В безопасности, — тихо ответил мужчина, — Но тебе сейчас не надо говорить, тебе надо спать…
— Почему? — умоляюще посмотрела на него женщина.
— Что «почему»?
— Почему Вы спасли меня? — бессильно произнесла она.
— Спас? Не знаю, птичка… Поговорим завтра… У нас много времени… — тихо проговорил Андрей и поцеловал её высокий лоб. Мулатка с трудом протянула ему свою руку и прикрыла глаза…
Когда Лариса вернулась, мужчина сидел на постели больной и держал её руку в своей. Медсестра очень хотела о чём-то спросить Господина, но только мотнула светлыми кудряшками на своей голове… Они присели в кресла у журнального столика, пили кофе с бутербродами. Лариса хотела было попоить водой больную, но та крепко спала…
— Как Вам это удалось? — удивлённо спросила Андрея медсестра.
— Что именно?
— Я и не надеялась, что она так быстро и крепко уснёт без очередной дозы обезболивающего! Это очень хорошо, больная идёт на поправку…
— Но я-то ничего не делал, — настаивал мужчина.
— Странно… Что-то всё-таки сделали, — не унималась Лариса, но после махнула рукой, — А скажите, пожалуйста, Господин Альфа, почему меня отправили сюда на неопределённый срок? Здесь дел-то… на три-четыре дня…
— А может ты мне понравилась? — широко улыбнулся Андрей.
— Так уж прямо и понравилась? — смутилась медсестра, — И когда только успела?..
— Отдыхай! — вздохнул, поднимаясь, мужчина, — Потом поговорим… Всё потом!

Андрей медленно шёл по территории спящей студии в утренней сиренево-сизой мгле, курил и даже размышлять не мог… Он устал, устал и морально, и физически. Радостно начавшийся день, вверг его к ночи в пучину страшного и тягучего негатива, из которого вроде бы удалось вырваться… А остальное потом… Сейчас Андрей просто шёл и наслаждался одиночеством в собственном уголке этого мрачного города… В его доме стояла тишина. Мужчина заглянул в спальню и увидел своих мерно посапывающих, повернувшихся друг к другу спинами женщин. Ему захотелось немедленно плюхнуться к ним в постель и уснуть, но он отправился под душ, где долго и тщательно смывал с себя грязь, пот и кровь прошедшего дня…

Занимаясь днём делами своей студии, Андрей мысленно возвращался к вчерашней Охоте и своей «птичке» Изабелле. В какой-то момент он уединился с компьютером и около часа посвятил изучению законов Княжества, касающихся лиц, приговорённых к Испытанию кровью. Действительность оказалась ещё мрачнее, чем предполагал Андрей. Даже прошедшие такое Испытания («Меченые» по терминологии законодательства) оставались абсолютно бесправными и полностью зависимыми от воли некоего ответственного за них лица. В данном случае этим лицом стал он сам. Выбор у Вершителя, а значит и у Лауры-Изабеллы оказался не велик. Если Андрей отказывался от неё, как от личной собственности, Меченая подлежала распределению на самую тяжёлую, унизительную, да ещё и бессрочную работу. Теоретически она становилась Исполнителем, но перспективы повышения статуса у Меченых не виделось никаких…
Андрей вернулся в Дом у Пруда, как он его назвал, вечером следующего дня. Мулатка спала под действием медицинских препаратов, а медсестра сидела неподалёку. Лариса подробно отчиталась о проделанной работе, заявила, что выздоровление её подопечной идёт даже быстрее, чем предполагалось и, вздохнув, ушла на кухню варить кофе. Изабелла (это имя почему-то нравилось Андрею гораздо больше, чем Лаура) лежала на животе, словно нарочно предоставляя мужчине возможность откинуть одеяло и посмотреть на свои художества. Так он и сделал, правда, от кровавой картины, которая отпечаталась в его памяти, остался заметно побледневший эскиз. Андрей, едва касаясь, провёл ладонью по спине женщины от шеи до поясницы и ниже… Мулатка слегка вздрогнула, приоткрыла глаза, улыбнулась, протирая их и потягиваясь, повернулась на бок, не стесняясь своей наготы, и вопросительно посмотрела на мужчину:
— Красивая?
— Спина? — переспросил он, хмурясь.
— Я! — блеснула зубами женщина.
— Красивая! Чего уж тут, — прояснился взгляд Андрея.
— Мой ангел! — произнесла она.
— Что ты такое говоришь?! — изумлённо воскликнул он.
— Прости, я никогда не буду так говорить… и даже называть тебя на «ты», когда кто-то есть поблизости… Но когда мы вдвоём… твоя птичка будет петь, как захочет!
— Пой! — Андрей не спорил, к нему возвращалась радость жизни, — А как тебя зовут, птичка?
— Ох, Вы забыли, Господин?! — пришёл черёд хмуриться женщине, — Я говорила… там… Меня зовут Лаура…
— Ты уверена?
— Не знаю… — в словах мулатки появилось сомнение, а в глазах удивление, — Мне так сказали… там…
— Забудь это имя, красавица, оно не твоё, — улыбнулся Андрей, — Мою птичку зовут Изабелла! И это твоё настоящее имя.
— В самом деле? Изабелла?.. — задумалась женщина, — Что-то знакомое… Красивое, но… такое длинное! Как Господин будет меня называть?
— Беллой? А может быть Белкой? — улыбнулся Андрей.
— Годится-годится! — с улыбкой кивнула она, — В твоих устах это звучит радостно… А как мне называть тебя, мой охотник? Всё ещё тайна?
— Зачем тебе это? — хитро сощурился Андрей, — Хочешь знать имя человека, который лишит тебя жизни?
— Чтобы знать имя человека, который подарил мне жизнь! — потерянное солнце заиграло в золотисто-карих глазах; женщина приподнялась, обвила руками шею мужчины и нежно прижалась к нему.
— Не знаю, кто подарил тебе жизнь, — ласково пробурчал он, — Но имя человека, который и впрямь не позволил твоей жизни окончиться раньше срока — Андрей.
— Андрей! — Белла чуть отодвинулась, посмотрела на него, словно узнавая вновь, и поцеловала его глаза, — Ах, как хорошо… Ах, как мне это нравится!
— Птичка! — он прижал женщину к себе, и в этот момент в спальню вошла медсестра с подносом.
— Я, кажется, помешала? Прошу прощения, но я принесла кофе, — своим высоким голосом недовольно произнесла Лариса, — Кстати, я не уверена, что больной пойдут на пользу физические нагрузки…
— Меня ещё никто не нагружал… к сожалению, — задиристо отреагировала мулатка, — И кофе мне тоже нельзя?
— Не желательно… — мстительно ответила медичка, но посмотрела на Андрея и… смягчилась, — Могу принести томатный сок…
— Сок? Тоже хорошо, — улыбнулась Белла.

Андрей смотрел на женщин с любопытством и непониманием. Странные они… Недовольны друг другом? Но почему? Всё тихо и спокойно. За что бороться, что делить? Мужчина не понимал… Лариса тем временем удалилась на кухню, а Белла, не разжимая объятий, стала шептать ему на ухо:
— Сходите к ней, Господин Андрей!
— Это ещё зачем? — удивился он.
— Иначе, она не даст нам спокойно побыть вдвоём, — улыбнулась мулатка.
— И что же, по-твоему, я должен сделать, птичка? — по-прежнему не понимая, куда она клонит, негромко спросил мужчина.
— Какой ты непонятливый, мой спаситель! — хитро посмотрела она в его глаза.
— Не ёрничай, Белка! Скажи прямо.
— Думаю, тебе надо зайти на кухню и быстренько… уложить сестричку в постельку!
— О как!
— Конечно! — мулатка поцеловала мужчину в щёку, — Я ещё слабенькая, а она… Ты думаешь, я шучу?! Неужели, ты не видишь, как она мечтает об этом? И если Господин не оттолкнёт её, Лариска будет ему добрым другом и хорошей помощницей… да и мне тоже… Только не мешкай, пожалуйста, а то она сейчас вернётся.
— Почему я тебя слушаю? — проговорил растерянный Андрей и поднялся с постели.
— Потому, что я умная! — Белла одарила его тёплыми золотыми искрами своих глаз, — А я пока посплю ещё немного… и подожду тебя…

Вершитель столкнулся с медсестрой на пороге кухни. От неожиданности Лариса едва не уронила стакан, наполненный соком. Стакан Андрей успел у неё перехватить, но часть густо-красного содержимого выплеснулось на белоснежный медицинский халат сестрички. Женщина охнула, всплеснула руками и поспешила к раковине, вероятно, чтобы замыть пятно… Но мужчина не позволил. Он развернул медичку от мойки лицом к себе, прижал к длинной кухонной столешнице, недолго, но пристально посмотрел в её небольшие, но сейчас расширившиеся голубые глаза и начал расстёгивать пуговки медицинского халата.
— Что Вы делаете? — воскликнула женщина, но не шелохнулась.
— По-моему, без стиральной машины здесь не обойтись, — спокойно проговорил Андрей, снимая с Ларисы халат и рассматривая белые кружева нижнего белья, ещё скрывающего увесистую аппетитную грудь и ещё более аппетитную задницу.
— Но, Господин Альфа, я только медсестра и… — стремительно краснела женщина.
— Мы не на Охоте, детка! Оставь это имя для катакомб… — строго сказал Вершитель, и медичка опустила голову… Андрей обнаружил застёжку спереди у кружевного лифчика и немедленно расстегнул её; большие сиськи Ларисы выпрыгнули прямо ему в руки, — Если мы подружимся, ты узнаешь моё настоящее имя.
— Мне страшно… хотелось бы с Вами… подружиться, Господин, — ахая и постанывая от его нахальных прикосновений, тихо проговорила женщина, — Но я же здесь временно…
— Нет ничего более постоянного, чем временное… Поговорим об этом позже, — Андрей взял медичку за руку и повёл её в спальню первого этажа.
— Господин! — Лариса замерла на пороге шикарной спальни с огромной постелью, — А как же Ваша… добыча?
— А что с ней не так? — ухмыльнулся мужчина, подталкивая женщину под задницу внутрь комнаты и закрывая за собой дверь.
— С ней всё хорошо… Но она же нравится Вам, я вижу, а мы тут…
— Пусть это тебя не беспокоит, детка, — Господин посадил медичку на край постели и начал расстёгивать свою рубашку.
— Господин, но я… скромная женщина… — повинуясь взгляду мужчины, она взялась руками за пряжку его брючного ремня, — Я не могу так… сразу… сама…
— Понимаю, Ларочка… Сегодня ты… подчинишься силе! — нахмурил брови Вершитель и стащил с медички белые кружевные трусики.
— Да, Господин, — женщина откинулась на подушки, потупила глазки и замерла в ожидании…
Следует признать, что Изабелла оказалась права. Лариса только в первую минуту безыскусно изображала несчастную, но послушную жертву насилия, а потом с жаром отдалась Вершителю…

— Что же теперь будет? — тихо спрашивала она после не слишком продолжительного, но бурного соития, ласково поглаживая отдыхающего на постели мужчину.
— Хочешь продолжить? — улыбнулся Андрей, поглядывая на медичку изучающе.
— Ну… если Господину понравилось… — Лариса подняла на него ясные глазки, тут же смешалась и принялась целовать его волосатую грудь своими пухленькими губками.
— Понравилось, — вздохнул мужчина, — Продолжим… позже… Можешь обращаться ко мне: «Господин Андрей».
— Спасибо, Господин Андрей! — женщина положила голову ему на грудь и взглянула на Вершителя снизу вверх, — Я буду рада… продолжению… Но наша больная скоро выздоровеет и медсестра Вам будет больше не нужна…
— Это почему же? Вчера здесь открылась большая студия, где будут создавать видео многие люди… На съёмках разное случается и…
— Это, в самом деле, Ваша студия?! — чуть не взвизгнула медичка, — И у Вас будет работа для меня?.. Ну… или для какого-то другого медика… более квалифицированного, может быть…
— У меня нет пока претензий к твоей квалификации, Лариса, — серьёзно ответил Андрей, — Тем более, что в экстренном случае можно вызвать специалиста… В общем, сейчас мне нужна не столько медсестра высокого уровня…
— Но и верная помощница?
— Надёжная помощница! Степень верности определяется временем…
— Я поняла…
— Это хорошо, что ты понятливая, пампушечка моя! — улыбнулся мужчина и погладил Ларису по голому плечу.
— Я толстенькая, да? — ахнула она, — Но это можно исправить! Если, конечно, я останусь здесь, и Вам не нравится моя… приятная полнота… Я могу стать другой!
— Ни в коем случае! — очень серьёзно ответил Андрей, — Во-первых, ты очень милая именно в том виде, который я сейчас вижу…
— Вы в самом деле так думаете? — Лариса слушала его, приоткрыв рот, — А во-вторых?
— Во-вторых, я вот что думаю… — мужчина притянул медичку, положил её голову на своё предплечье, повернулся к ней и, серьёзно посмотрев в такие близкие сейчас ярко-голубые глаза, провёл пальцем по её трогательной ямочке на подбородке, — Каждый человек интересен и красив по своему, пусть и не все это видят. Когда кто-то серьёзно меняет свою внешность, он меняет свою жизнь и далеко не всегда к лучшему…
— Я почему-то всегда так и думала… — Лариса поцеловала Андрея в губы и тесно прижалась к нему, — Люди уникальны… Каждый уникален по своему… С изменением внешнего вида, человек меняет себя вообще и свою жизнь, конечно… Для кого-то, возможно, это спасение… Но легко потерять индивидуальность и… Потерять себя насовсем…
— Ого! — удивился мужчина, — Ты это сама придумала или вычитала где?
— Я давно ничего не читала, к сожалению… — женщина оплела ручками его тело и мягко уткнулась в него, — Кроме медицинской литературы, да и то…
— Это мы исправим! — радостно улыбнулся Андрей. Он положил руку на её выпуклую попу и понял, что нужно немедленно подниматься с постели…

Через несколько минут они вернулись на кухню, по дороге зайдя в большую гардеробную, и выбрав для Ларисы наряд вместо испачканного халата. Выбор в гардеробной поразил женщину, и она быстро подобрала себе эффектное красное платье, прекрасно подошедшее к её фигуре и белокурой головке. На кухне они быстро обсудили ближайшие планы. Наступило время ужина, а значит, следовало накормить выздоравливающую Изабеллу и поесть самим. Лариса между прочим заметила, что поражена скоростью восстановления больной, склонна отнести это на эффект присутствия Андрея и особого его влияния на Изабеллу. Не давая мужчине возразить, медичка постановила, что строгая диета выздоравливающей уже не нужна и на ужин она вполне может выйти на кухню или в гостиную, а кроме того ей не повредит прогулка перед сном. Андрею это идея очень понравилась.
— Господин Андрей! — Лариса снова превратилась в неуверенную в себе скромницу, — А Вы позволите мне прогуляться с Вами и… Изабеллой?
— Почему нет? — улыбнулся мужчина, затягиваясь давно желанной сигаретой, — Пойдём гулять втроём через полчаса после ужина.
— Ах, как хорошо… — благодарно улыбнулась медичка, — Ну, тогда я сейчас займусь заказом и подготовкой к ужину, а Вы идите к ней… Как будет готово, я позову…
— Что? — нарочито удивился он, — Ты меня гонишь?
— Ах, зачем Вы так, Господин Андрей! Я же вижу, что Вы хотите пойти к Изабелле и побыть с ней вдвоём.
— Вот как? — заинтересовался он, — А что ты ещё видишь?
— Что Вы жалеете её… Ещё там жалели!
— Да… красиво жалел… плетью! — нахмурился мужчина, — Её спина и… задница надолго запомнят мою жалость!
— Вот именно! — просияла медичка, — Только спина и ягодицы! По лицу Вы её не били… Грудь, живот — ни единой царапины! Да и конечности почти не повреждены…
— Ну, допустим… — задумался Андрей, — У Вас все там такие глазастые?
— Только я! — гордо выпалила она, — Кроме меня ею никто и не занимался… Доктор только мельком посмотрел, убедился, что жива, что внутренние органы целы… Хотя там… плеть торчала… Ужас!
— Понял-понял… Будем считать, что мне с тобой повезло и твоей пациентке тоже…
— Она красивая… очень красивая!
— Тебе нравятся женщины? — усмехнулся Вершитель.
— Не знаю… Редко… — смутилась Лариса, — Но она, правда, очень красивая и Вы знаете это. Я же вижу, как Вы смотрите на неё!
— Как?
— Особенно… — задумалась медичка, — Она станет Вашей рабыней?
— Рабыней? С чего ты взяла? Я ничего ещё не решил… И потом, она же…
— Меченая?.. Вот именно! — горячо продолжила своим мелодичным сопрано Лариса, — Я хотя бы Исполнитель и, если Вы окончательно решите предоставить мне место в Вашей студии, будущее представляется мне светлым… А она Меченая и Вы — её единственная надежда! Она доверяет Вам, тянется к Вам… Да и Вы к ней неравнодушны… А у неё сейчас два пути — либо к Вам, либо… в грязь на долгие годы, может быть навсегда… Неужели же Вы позволите такому свершиться и откажитесь от такой… красивой рабыни…
— Не позволю! — широко улыбнулся Андрей, медленно выходя из кухни, — Но мне ещё нужно подумать…
— Господин, только… — неожиданно остановила его медичка, — Вы там… осторожнее с ней… Она ещё не совсем здорова и… бурный контакт с мужчиной ей нежелателен…
— Ах, Лариса! — рассмеялся он, — Хорошо, я учту медицинские рекомендации…

В спальне второго этажа Изабелла в полной тишине неподвижно лежала на постели с открытыми глазами, но стоило Андрею подойти ближе, подала ему руку.
— Я не сплю, сядь ко мне, пожалуйста.
— Давно проснулась?
— А я почти и не спала… Просто лежала, думала… обо всём…
— Обо всём? — переспросил мужчина.
— Ну да… обо всём… о том, как ты с ней трахаешься.
— Белка, ты же сама…
— Конечно, я сама предложила! А ты… сразу согласился!
— Белка! Что за…
— Извини! Я неудачно пошутила, — улыбнулась мулатка, — Ну, простите, пожалуйста, Господин, бедную больную девушку…
— Бедной больной девушке пора подкрепиться, скоро будем ужинать в гостиной!
— В гостиной? Правда?! Значит, я близка к выздоровлению… — обрадовалась Белла, — Только мне нужно будет