» » Я иду искать...

Я иду искать...

(из серии «Недеццкие сказки для перешкольного возраста»)

Страница автора


– Когда у вас впервые появилась мысль, что вами кто-то управляет?
– Не мной, док. И не управляет.
Доктор молчал. Как и все психологи, он шёл по пути наименьшего сопротивления, предоставляя пациентам возможность самим копаться в собственных мыслях, упорядочивая их. Сам же время от времени задавал наводящие вопросы. А то, что процесс растягивается во времени, его совершенно не напрягало. Наоборот: время идет – деньги капают.
– Понимаете, док, – наконец продолжила девушка, – он создаёт ситуации, в которых я живу, из которых, собственно, и состоит моя жизнь. Не могу сказать, что это плохо, ведь наши с ним цели совпадают, и все возникающие проблемы решаю я сама. Но, чёрт побери, это слегка напрягает.
– Вы подразумеваете бога?
– Кого?
– Высшую силу, – пояснил психолог. 
– В смысле? – не поняла девушка.
– Существуют мировоззрения, по которым все люди являются частью некоего замысла высшей силы и выполняют её волю вне зависимости от того, какой поступок совершают, хороший или плохой...
– Да ну нет же, док! Это конкретный человек. Такой же, как вы. Со своими делами, мыслями, мечтами. Просто он иногда начинает создавать ситуации, которые мне потом приходится... – девушка помедлила, подбирая слово, – разруливать.
– То есть, кто-то реальный намеренно строит вам козни?
– Блин, – хлопнула она ладонью по бедру, – ну вот как вам объяснить?
– Хорошо, – вновь согласился психолог. Это был самый простой в арсенале его приемов: соглашаться и только потом спрашивать. – Давайте зайдём с другой стороны. Как вы заметили это?
– Да не замечала я ничего. Мне бабушка сказала.

Это уже лучше. Статистика утверждала, что девяносто процентов психологических проблем родом из детства. Со статистикой психолог тоже был согласен. Он кивнул, предлагая девушке продолжать. И та продолжила.

– Бабушка у меня после клинической смерти такой затейницей стала. Она, понимаете, док, наконец, осознала, что каждый день может быть последним. А, следовательно, и прожить его надо, будто он на самом деле последний, – девушка замолчала, то ли упорядочивая воспоминания, то ли думая, с чего лучше начать. – У нас в глуши, развлечений-то было: раз-два и обчелся. Пирожки бабуле отнести, песенок в лесу поорать... И так из недели в неделю. А тут ее удар хватил. Реаниматологи местные откачали, конечно, но бабку как подменили. Однажды она спросила меня: хочу ли я стать феей. Но не потому, что хотела научить меня магии…

***

– Машенька, хочешь, научу пирожки из воздуха доставать?
– Это как? – одновременно удивилась и заинтересовалась девочка.
– Вот так.
Бабушка вытянула правую руку, и старческие пальцы искривились, стали размытыми, словно погрузились в воду. Старушка сделала движение, будто хватает что-то, и потянула руку назад. Пальцы перестали искажаться, а в руке у бабушки был духовой пирожок. Глаза Маши округлились.
– Это… как?.. – не до конца веря произошедшее, спросила удивленная девочка.
– Вот так, – с хитрой улыбкой сказала бабушка и повторила трюк левой рукой.

Девочка помотала головой, будто прогоняя наваждение, но пирожки из бабушкиных рук никуда не исчезли. А в следующее мгновение любопытство в Машиной голове объединилось с прагматизмом, и девочка спросила:
– Научишь?
Бабушка кивнула и вытянула обе руки, которые опять стали размытыми, и вернула их из размытого состояния уже без пирожков. Единственное, что напоминало о них, – сдобный дух, оставшийся в воздухе.

– Для начала, запомни: чтобы достать пирожок из потусторонья, его туда нужно положить.
– Потусторонья?
– Давай условно назовем это место именно так.
– А как его туда положить?
Старушка вновь достала из воздуха пирожок и дала его внучке. Маша тут же откусила и принялась жевать.
– Машка! – взвизгнула бабушка. – Едрить твою шапочку! Шо ж ты всё в рот тянешь, что тебе в руки попадает!
Девочка испуганно проглотила откушенное и икнула.
– Ну так пирожок же!
– Я тебе зачем его дала?
– Съесть?
– Съесть, вон, – бабушка кивнула в сторону корзинки, – куча целая. А это – наглядное пособие. Вытягивая вперед руку, думай «in caeli abscondam». Не произноси мысленно, а именно думай.
– А как можно думать непонятно о чем? – в который раз за сегодня изумилась Маша. – Я не поняла, что это ты такое сказала…
– Это, Машенька, латынь.
– Здорово. А означает-то что?

Бабушка тяжело вздохнула, махнула рукой и пошла в комнату. Вернувшись через пару минут, застала Машу доедающей пирожок.
– Скучно было, – сообщила Маша в ответ на немое «Нахуя?», блеснувшее в бабушкиных глазах. 
– Ох, Машенька, чую, нескучно мне с тобой будет, – пробормотала старушка и открыла старинный фолиант с надписью «Магия для чайников». – Учить будем по мере потребности в новых словах. Вот, смотри: in – это предлог «в». Например, в небе, в кармане. 
– В жопе?
Бабушка отпустила внучке затрещину.
– Не ругайся, едрить твою шапочку! 
– Но ведь правильно! – со свойственным детям недоумением, замешанным на обиде, возмутилась внучка.
– В принципе, верно, – согласилась бабушка. – Но не ругайся. Caeli – воздух…

Машенька быстро усвоила, что для исполнения задуманного необходима самая простая словоформа на языке из книги. Благо, рядом с каждым заклинанием был перевод и карандашиком – русские буквы, как правильно произносить. И уже совсем скоро, подумав «ex caeli trahere», Маша вытянула из воздуха бабушкин пирожок. 

Спустя полчаса, оставив под собой внушительную вмятину, с подоконника упал колобок. Еще через десять минут, когда говорящее хлебобулочное изделие скрылось в лесной чаще, оттуда, невнятно матерясь, выбежал заяц и попрыгал в сторону дерева, под которым сидел Ай-Болит. За ним, в том же направлении, но молча, направились хмурые волк с медведем. Наконец из леса раздался истошный крик:
– Ёбаный кирпич!
И из чащи, прыгая на трех лапах, появилась лиса.
– Что случилось, рыженькая? – поинтересовалась бабушка.
– Кообох, фука. Я иво куфь, а он кирпифь. И на ноху упал.
– Ай-ай-ай, – притворно-расстроено покачала головой бабушка, а внучка захихикала, прикрывая рот ладошкой.

В обед учились делать добрые дела. Сидя за забором, по другую сторону которого расположился чей-то огород, бабушка объясняла Машеньке, что живущие здесь люди уже старенькие и обрабатывать землю им тяжело.
– Видишь, – указала бабушка на уныло торчащую в центре огорода ботву, – на одну только репку сил хватило.
Подвявшая ботва единственного на весь огород корнеплода навевала тоску и мысль о тленности бытия. Машенька нахмурила брови и ненадолго задумалась. А потом внесла предложение:
– Нужно им пирожков из воздуха достать.
– Ну, ты же помнишь: чтобы достать что-то из потусторонья, нужно это что-то туда положить.
– Н-да, на всю зиму пирожков напечь – это долго, – согласилась девочка.
Бабушка закусила губу, явно подбирая слова, чтобы направить мысли внучки в другое русло, а потом сказала:
– Понимаешь ли, Машенька, если ты будешь делать всё при помощи волшебства и быстро, то люди, в конце концов, обленятся в край и станут требовать у тебя делать это постоянно. И у тебя не останется времени на себя любимую. Ну, или обвинят тебя в колдовстве и сожгут нахрен.
– Но я же им добро делать буду! – возразила Машенька.
– Вот за добро обычно и сжигают. Тому, кому ты помогаешь, лучше упростить задачу. Но не делать его работу самой.

Помолчали. Девочка хмурилась, размышляя. Бабушка смотрела на нее с лукавой улыбкой. В конце концов, девочка взмахнула волшебной палочкой в сторону одинокого ростка и прокричала:
– Энгоргио!
Не обращая внимания на странные звуки, начавшие доноситься из-за забора, бабушка заметила:
– Это не из той книжки, по которой мы учимся.
– Ну, – смущенно ответила девочка, – есть и другие. Я предпочитаю развиваться разносторонне.
– Едрить твою шапочку, Ма-а-а-аша! – протянула бабушка, наконец повернув голову на доносящийся из огорода шум.

Ботва репки возвышалась уже метра на три, а плод, расталкивая землю вокруг, продолжал расти. Когда высота листьев сравнялась с крышей дома, бабушка, скрючив пальцы в странную фигуру, сделала несколько движений и прокричала:
– Прекратить хуйню!
И рост репки остановился.
– А это что за магия, бабушка?
– Сакральная. Но тебе ее учить рано. 

Ближе к вечеру вернулись в бабушкин домик.
– Чего-то я ем-ем, а наесться не могу, – сообщила Маша, протягивая руку к очередной краюхе хлеба.
– Это потому, что энергии много потратила, – сообщила бабушка, доливая молока в кружку и пододвигая ее к внучке. – На всякое действие, при помощи магии совершенное, тратятся силы. А ты на одну только репку дневной запас измотала. А потом ещё пирожки туда-сюда прятала-доставала.
– Я тренировалась, – стала оправдываться Маша. – А вдруг, срочно умение понадобится, а оно у меня не отработанное?
– А вдруг, оно, едрить твою шапочку, отработанное, а энергии не осталось? – ответила вопросом на вопрос бабушка. – Ко всему разумно подходить надо.
Девочка устало вздохнула и откусила кусок хлеба. Бабуля тем временем открыла один из сундуков и принялась что-то искать.
– Энергию не только из еды брать можно, – говорила она, вынимая из сундука какие-то книги. – На солнышке погрелась, тепло его впитала, вот и подзарядилась. Когда взрывается что-то, много энергии выделяется. Ею можно подпитываться. А можно, например, из людей энергию брать.
– Это как? Расскажи! – отставляя пустую кружку, потребовала Маша.
– Всему своё время, деточка, – бабушка разогнулась, держа в руках какую-то книгу. – Я тебе и это, и многое другое покажу. 
Сдув пыль с фолианта, бабушка положила его на стол. Бережно открыла и пододвинула к внучке.
– И об этом мы поговорим, когда время придет, и много еще о чем. А пока, на вот, почитай полезную книжку.
– Уильям Пауэлл, – прочитала девочка вслух. – Поваренная книга анархиста.

Уже поздно ночью, сидя на крылечке, под пение сверчков, разбирались с тем, что у всякого действия есть последствия.
– Вот смотри, – объясняла бабушка, – допустим, поможешь ты волку рыбы хвостом наловить из проруби.
– Как?
– Внушишь рыбе, что нужно только хвосты волчьи кушать.
– И такое можно сделать? – спросила внучка, сдерживая зевоту.
– И такое. Но об этом позже. Так вот, наловит волк рыбы, наестся вдоволь и хвост свой в проруби не оставит.
– Так хорошо же!
– Не скажи, – возразила бабушка. – Он же и второй раз попытается рыбы наловить таким способом.
– Ну и пусть ловит, – простодушно разрешила девочка.
– Ты всей рыбе хочешь внушить, что хвосты волчьи есть нужно? Эдак к весне все карасики да пескарики от голода попередохнут, в поисках хвостика, – усмехнулась бабушка. – А если ему волшебная щука, попавшая под твое заклинание, попадется? 
– Да, жалко щучку, – согласилась девочка, зевая. – Без пользы сдохнет.
– Да сдохла бы и хрен с ней, – махнула рукой бабушка, – у нее магия всё равно только на неживые предметы влияющая. Но волк же может и желание ей загадать. А какие у волка лесного желания?

Маша немного подумала, представляя себе картины, одна страшнее другой, брезгливо передернула плечами, но спросила иное: 
– А почему у нее магия только на неживые предметы влияет?
– Облажалась она как-то с Емелей. Пообещала его желания выполнять, а тот возьми, да загадай, чтоб Марья-царевна в него влюбилась. А у автора на ту сказку другие планы были. Вот он и обрезал ей такую возможность.
– У автора? – не поняла Маша.
– У автора, – подтвердила старушка.
– Тот, из-за которого мы сейчас о нем и разговариваем.
Немой вопрос во внучкиных глазах перерос в лекцию о том, что у каждой истории есть свой автор, запускающий события, – дающий им старт. О том, что персонажи одной истории даже не подозревают о его существовании, а в другой истории автор намекает своим героям на то, что он есть. 
– В одной из историй автор создал целую планету, не парясь, заявил персонажам о своем существовании и постоянно менял имена, называя себя то Элохимом, то Ягве, то Адонаем...
– А что это за история такая?
– «Жизнь замечательных животных», кажется. Но это не точно. Там сами персонажи всё так переврали, что до сих пор разобраться не могут, хотя тот автор уже давно на эту историю плюнул и Альфой-Центавра занимается.
– А нашего автора как зовут? 
– Едрить твою шапочку, Машенька! Ну у тебя и вопросики… Знал бы я, – и видя непонимающие глаза внучки, поправилась: – знала бы… – а сидящая внутри бабушки частичка Мефистофеля мысленно чертыхнулась, мол, это ж надо так спалиться.
– А с ним можно поговорить? – серьезно, совсем по-взрослому спросила Маша, будто это не она зевала десять минут назад.
– Если сумеешь попасть в тот мир, из которого он запустил события нашего, то у тебя будут все шансы его найти. 
– А есть такой способ?
– Есть. И я тебе обязательно о нем расскажу. Но ты же помнишь, с чего мы начали разговор?
Машенька была умной девочкой, и с памятью у нее был полный порядок. Поэтому она ответила без раздумий.
– С того, что у каждого действия есть последствия. 
– Правильно. А теперь представь себе, что может случиться, если он тебя увидит…
– Ну конечно обрадуется, – безапелляционно заявила девочка и добавила: – едрить мою шапочку! 

***

– … а потому что так захотел тот, кого бабушка называла «автором».
– Автором?
– Ну да. Тот, кто придумывает.
– Создает? – уточнил психолог.
– Ну, можно и так сказать. Картины, книги, скульптуры ж создают?
– Создатель?
– Да нет же. Именно автор!
– Хорошо, пусть будет автор, – согласился психолог, откладывая в сторону блокнот и ручку. – Но, знаете ли, это не такая уж и редкая мысль, которая возникает у многих. Есть даже теория, что все мы находимся в компьютерной симуляции, каждое действие в которой рассчитано заранее. Так что в ваших мыслях нет ничего страшного. Они – банальное порождение тревожности. Именно тревожность заставляет вас искать объяснение тем событиям, которые вы не в силах контролировать. Именно она подтолкнула вас к тому, чтобы подхватить бабушкину идею с автором. Я вам выпишу рецептик…
– Не нужен мне рецептик, док. И успокаивать меня не нужно. Убеждать, кстати, тоже. Я точно знаю, что автор есть. И я его обязательно найду…


ЭПИЛОГ

Я сидел на кухне, смотрел в окно и пытался вспомнить, что побудило меня написать ту самую фразу «Через два проёма вправо», с которой начались приключения Ваньки и Серого. По всему выходило, что фраза появилась сама по себе, без моего участия. 
Я помню только, что сварил себе кофе, вышел на балкон, закурил и стал привычно разглядывать пейзаж. А следующее, что помню – как откинулся на спинку стула и долго таращился в монитор, не решаясь отмотать на три с половиной странички вверх, в начало вордовского документа. Кофе к тому моменту уже остыл.
А чем черт не шутит, подумал я тогда и запостил сказку на ЯП. И, как любят говорить здешние писатели, заверте…

А потом, также, без предупреждения, в голове появилась фраза «Вот так держишь, вот сюда нажимаешь. Отсюда вылетает смерть». Даже не помню, где я ее записал, в вордовский файл, блокнот, или отправил сообщение самому себе в ICQ (да-да-да, там можно писать самому себе, чему несказанно рад мой внутренний шизофреник). И всё завертелось еще на полгода. Появились рыцарь Раш, Золушка, Карлсон и множество других, знакомых с детства, но слегка ёбнутых в моей версии, персонажей. А главное: появилась фея – обаятельно-циничная особь женского пола без определенного возраста, исправляющая сказки (или портящая, тут уж у каждого свое мнение). И фея снова вытащила на страницы этой истории тех самых Ваню и Волка.

А сейчас, когда я пытался-таки вспомнить, с чего всё началось, у меня вновь остывал кофе и сигарета дотлевала в пепельнице. За спиной раздался странный треск. Именно с таким звуком в моём представлении открывались порталы между сказками, когда я писал. Но подумать об этом я не успел – что-то больно ударило меня по голове. Да я даже не успел подумать, что кроме меня сейчас в квартире – никого!

Я обернулся.

В воздухе висела почти мультяшная девочка с крылышками. Она была чуть побольше моего кота, но поменьше соседской собаки. Зеленое платье, едва достающее до колен и почему-то наводящее на мысли о святом Патрике. Под платьем проглядывают нахальные холмики сисек, которые, отталкиваясь от пропорций девочки, можно было уверенно назвать уверенной «троечкой». Худенькая, длинноногая. На ногах полосатые гетры, в руке – волшебная палочка. В уголке губ зубочистка, словно у Сильвестра Сталлоне в фильме «Кобра».
– Ты автор? – спросила она.
Я кивнул прежде, чем понял смысл вопроса.
– А ты в курсе, что всё было не так? – спросила девочка, подлетев поближе и зависнув на уровне моих глаз.
– А... А как?
– Ну, значит слушай. А лучше, – девочка взглянула на лежащие на столе блокнот с ручкой и те сами прыгнули мне в руки. – А лучше, сразу записывай.

КОНЕЦ

©VampiRUS
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.