» » Механики. Часть 60.

Механики. Часть 60.

Глава 1

30 января. В пещере у Лесника.


А неплохие тут запасы еды у Лесника-то. При свете факелов мы с удовольствием помогали Ифе накрыть на стол. У него тут оказались и овощи, и фрукты, и тушёнка, и гречка с картошкой в пакетах, даже выпить нашлось. Ну, если честно, бутылку Слива нашёл, причём она стояла отдельно от всех продуктов, в углу, в тёмном… Мля, Слива как терминатор, с инфракрасным зрением, вернее со зрением, которое видит, где есть бухло!

Лесник первым делом отмыл от крови обеих кошек, а потом они, как и все домашние животные стали выпрашивать еду у Ифы.

А я…, а я их нагладился вволю, ох и счастья у меня было, это как у ребёнка, которому наконец-то купили игрушку! Кошек покормили, они разомлели и лежали около костра, правда, периодически косились на сидящего в углу с мешком на голове длинного.

Я, конечно, с Лесником не стал спорить, когда он сказал надеть этому Архи на голову мешок, всё равно он отсюда живым не уйдёт, допросим – и в расход. Ну ладно, спорить не будем.

— Приятного аппетита, – крякнул от удовольствия Слива, когда Ифе наложила из казана и протянула ему полную тарелку каши с тушёнкой.

Первые минут пятнадцать в пещере была полная тишина. Только эхо от стучащих по тарелкам ложек гуляло. Все уплетали за обе щёки. Жор конкретный напал! Вот же Лесник, ну всё у него тут есть, даже столовых приборов и посуды в изобилии оказалось! Затем выпили по полтиннику, стало вообще хорошо. Дед даже на Сливу не бузил, ну, что он его бутылку нашёл.

— Фух, – сползая с ящика поближе к костру и с удовольствием поглаживая своё пузо, произнёс Слива, – думал, не наемся!

— Милый, ещё будешь? – ласково спросила Ифа у Бада.

— Если можно, – скромно произнёс тот.

— Ешь-ешь, – усмехнулся Лесник, – ты большой, тебе больше всех еды нужно.

— Спасибо! – вздохнув, произнёс Бад.

— Ну, теперь рассказывайте, – сказал дед, когда Слива разлил ещё по пятьдесят, и мы их выпили, закусив помидорками, – как вы тут оказались?

Чем больше мы ему рассказывали, тем больше он хмурился. Рассказал я ему всё, с самого начала – как мы попали в этот мир, про драконов, про дамбу, про плен, про лифты, про охоту. Дед только губами причмокивал и головой качал, затем сказал налить Сливе ещё по полтосу, потом ещё.

— А мы-то думаем, почему лифт перестал работать? – наглаживая по голове сидящего рядом с ним Буку, произнёс Лесник.

Я аж на месте подскочил.

— В джунглях есть лифт?

— Да, – кивнул дед, – недалеко отсюда, ведёт туда, к нам, – он кивнул головой куда-то вбок, – пару часов на плоту до моего домика в лесу, Луна его нашла, давно, лифт, я имею в виду. Вот мы и начали ходить сюда за различными травами, – он взглядом показал нам на сохнущие на верёвках различные растения, – привезли сюда кучу всего, – он обвёл рукой пещеру, – чего там, на плот погрузил и вези… Только мы не знали, что тут такие дела творятся, – дед снова почмокал губами и погладил свою бороду, – этот, я так понимаю, один из этих охотников? – тычок пальцем в длинного.

— Ага.

— Надо же, охота на людей…

— Погодите! – снова встрепенулся я, – лифт точно не работает?

— Точно, мы ходили к нему несколько раз.

— Давно?

— Ну, дня два или три назад перестал работать, последний раз сегодня с утра проверяли.

Мы со Сливой переглянулись и Слива произнёс.

— Походу, с того момента, Сань, как мы с тобой тут оказались. Эти уроды все лифты выключили!

— А они могут? – нахмурился дед.

— Могут, – добавил Бад и рассказал Леснику про синюю жидкость в колбах.

— Постойте, – снова крякнул дед, – но ведь никаких посторонних следов около нашего лифта я никогда не видел, и они – он посмотрел на кошек, которые уже обе лежали около костра и грелись, – никого не чувствовали из посторонних, ну, разве только диких зверей.

— Дело в том, – снова взял слово Бад, – что с помощью колбы можно открыть как отдельный лифт, так и отправить сигнал… – он взмахнул руками.

— В пространство? – спросил я.

— Да, спасибо, можно отправить в пространство сигнал. Я точно во всём этом не понимаю, вернее, у меня не так много информации, но из-за этого сигнала все лифты закрываются.

— Значит, скорее всего, они могут сделать так, что и ворота не будут открываться… – как-то страшно тихо добавил Слива, а у меня сразу ёкнуло сердечко.

Бад молча пожал плечами. Ох, не зря Гера и его коллеги уже какой месяц бьются над загадкой управления лифтами. Ведь они же, млять, как-то работают, с их помощью же как-то перемещаются куда нужно, но вот как?

— Во дела! – выдохнул дед, – Слива наливай! Видать, мы сюда приходили в тот момент, когда этой охоты не было. Это в этот раз мы сначала выстрелы услышали, вернее, пальбу на горе, а потом и вас увидели. Я вас сразу узнал.

— Спасибо вам за помощь! – поблагодарил я его, и все тут же закивали, — нас там человек остался прикрывать и погиб, – сглотнув, сказал я, – вернее, Архи, выглядит как этот, – кивок в сторону длинного.

— Хороший, видать, Архи был, – закивал дед, – смелый. А я, ещё когда на поляне их увидел, думаю, что за уроды к вам лезут. Я Укасов-то, когда первый раз увидел – обалдел, гномы эти ваши… – он улыбнулся в бороду.

— Там ещё и обезьяны есть, – заулыбался Слива.

— «Спасибла» которые?

— Ага.

— Простите, – подал голос Бад, – я так понимаю, где-то там у вас много разумных существ, и они все разные?

— Точняк, братан – протягивая, по очереди, ему и Ифе по стакану с Арменовской настойкой, ответил Слива, – ещё у нас звери есть. Кошки, покрупнее этих, – взгляд на Луну и Буку, – и Волхи – те вообще маленькие телята. У Сани, вон, Булат есть, сто семьдесят килограмм живого веса, чёрный, здоровый, добрый и жрёт, как трое мужиков. А ща ещё гиену завели в сервисе, у той вообще две башки – одной ест, а второй за всеми наблюдает, хитрая и опасная зверюга.

— Обалдеть просто! – восторженно произнесла Ифа, – можно к вам в гости?

Мля, я чуть слезу не пустил, когда Слива про Булата сказал; как там Светка, пацаны? Эх, млять, попали в жопу мира…

— Погоди, дочка, – остановил её Лесник, – нам нужно сначала отсюда выбраться. Я так понимаю, что без этой вашей колбы, лифт мы не откроем.

— Точно.

— Ещё с нами девушка была, – вздыхая, добавил Слива, – стрелу в горло получила, на руках у Сани умерла, и женщина, тоже охотники убили. В том загоне нас двадцать два собрата по несчастью было, в начале пути разделились, думаю, тех всех уже убили.

— Да что же это за мир-то такой? – хлопнув рукой по столу зло произнёс дед.

Кошки даже не пошевелились, я специально на них посмотрел, видать уже привыкли. И снова у меня перед глазами возникло лицо Тилы, млять, я их всех порешу!

— Ну, значит нам нужно пойти и взять эту колбу, – спустя десяток секунд после того, как мы выпили, добавил Лесник, – мне, конечно, тут нравится, с голоду в этих джунглях не умрёшь. Но всё-таки дома лучше, да и с вашими я периодически встречаюсь, они мне за травы кое-какие продукты и вещи передают. Мушкетёры, вон, недавно приезжали, на динозавров охотились.

— Как поохотились? – тут же встрепенулся Слива.

Да, мне тоже стало интересно, я и не знал, что наша пятёрка к Леснику ездила.

— Неплохо, – снова улыбнулся дед, – они вообще ничего не боятся?

— Не-а! – ответили мы со Сливой, хохотнув.

— Ну да, ну да, – согласился дед, снова поглаживая бороду, – гоняли они там по лесу динозавров, большого завалили.

— Да ладно? – обалдел я.

— Ага, из гранатомётов, впятером. Зубы и когти им понадобились, на машину какую-то.

Я тут же вспомнил про их второй Крайслер. Пипец, походу, аппарат будет!

— Правда, они кости ещё кое-какие из него вырезали, сказали, что им заказали, чтобы бильярдные шары из них сделать.

Н-да, вот же команда-то у нас! Мля, как там Одуван-то? Он же ранен… А Паштет?

— Всё интереснее и интереснее… – тихо произнёс Бад.

А Ифа вообще обалдела. Сидит вон с большими глазами и нас слушает.

— Этот знает, где колба может быть? – дед развернулся через лавку и уставился на длинного.

— Однозначно, знает! – разом ответили мы.

— И нам бы наших нужно предупредить, – снова взял я слово, – там, походу, их диктатор на нас войной собрался идти.

— Слива, приведи-ка его в чувство, – хмыкнул дед, – потолкуем с ним.

— Дед – огонь – нагнувшись ко мне прошептал на ухо Бад.

— А то! – подмигнул я Баду в ответ.

Слива, подойдя к длинному, снял у него с головы мешок и, дав ему пару раз по щам, сказал:

— Очухивайся, давай, длинномер, базар есть.

Архи пришёл в себя, немного пощурился от света факелов, он сначала увидел нас, а потом кошек, его глаза тут же стали размером с чайные блюдца.

— Сейчас мы зададим тебе несколько вопросов, – начал говорить я, – от быстроты и честности твоих ответов будет зависеть твоё дальнейшее самочувствие. Понял меня?

Длинный кивнул и попросил.

— Воды можно?

— Слива, свяжи ему руки спереди, – сказал я.

Бад как бы ненавязчиво подтянул поближе ящик и, сев на него, положил себе на колени винтовку.

— Не стоит, – усмехнулся Лесник, увидев его движение, – они всё равно быстрее, – он кивнул на кошек, которые, вроде как бы и продолжали лениво лежать возле костра, но внимательно смотрели на Архи, словно только и ждали момента, чтобы броситься на него.

Слива, быстро разрезав у того верёвки на руках, связал их спереди и сунул ему в руки кружку.

— Спасибо, – поблагодарил нас Архи, выпив всю воду.

— Вы смотрите-ка, – хмыкнул я, – вежливый какой. Давай, рассказывай.

— Чего?

— Вот же, мля, – удивился я, – где родился, где учился, когда первый раз секс был, номер части, звание и где ключи от танка. Ты что, тупой? Зовут тебя как?

— Плю.

— Ну вот, Плю, и расскажи нам про лифты, про колбы, где наши ребята, которых вы захватили в грузовике, и чего там ваш этот Алут, или как там его, дальше замышляет? И лучше тебе честно всё рассказывать, поверь мне, будешь упираться, мы всё равно тебе язык развяжем, и он – я показал на Сливу, – и я, умеем делать это очень хорошо. От болевого шока не умрешь, даже не надейся.

— Вы же меня всё равно живым не отпустите, – усмехнулся Плю.

— Ну почему же, – тут же начал говорить Слива, – наденем тебе мешок на голову, я тебя снова вырублю, и бросим тебя где-нибудь в джунглях, захочешь жить – выберешься. Давай, говори, мля, пока я тебе пальцы на ногах не начал по одному отстреливать, – с этими словами Слива достал из кобуры пистолет и покрутил его перед собой.

Беседовали мы с ним минут пятнадцать. И чем больше он нам говорил, вернее, отвечал на наши вопросы, тем больше мне, да и всем нам, не нравилась ситуация, в которую мы попали. Как оказалось, этот Плю был в маленькой армии Алута командиром небольшого отряда, в звании капитана, так что знал он достаточно.

Да, наших ребят захватили они, они же их и допрашивали, узнали про наш мир, кто мы, откуда, что у нас есть, и так далее. Алут действительно решил собрать своё войско и пойти на нас за различными ресурсами, трофеями и, конечно, пленными, больно понравилось ему все то, что у нас есть.

— А он не боится, что кучу своих солдат положит? – спросил я, когда Плю рассказал о планах Алута; у меня аж дыхание от наглости и жадности этого Алута перехватило, – мы же тоже можем за себя постоять. У нас хватает бойцов и вооружения, чтобы дать хороший отпор.

— Наберёт других, – ответил этот Плю, – это не проблема, тем более, у вас есть что взять, так что игра стоит свеч.

— Вы понятия не имеете, на кого лезть собрались, – зашипел Слива, – всех положим!

Архи ничего не сказал, только зло на него посмотрел.

— Ты попроще, – хмыкнул Слива увидев этот взгляд, – иначе я тебе сейчас быстро глаз или оба выковыряю! – он снова продемонстрировал свой нож.

— Герой, – нервно улыбнулся этот Плю.

— Ой, да ладно, – махнул Слива рукой, – ты невинную овечку то из себя не строй! Что-то там в замке и в загоне ты и, подобные тебе уроды, не сильно пленных-то жалели.

— И на безоружных и необученных охоту устраиваете! – добавил Бад.

Плю на это только опустил голову, сказать-то нечего, мы правы.

— Лифты, как я понимаю, тоже после его команды закрыли? – задал я вопрос.

— Да.

— Расскажи про сигнал, или чего кто там из вас сделал, что ни один лифт нигде не работает, мы уже знаем, что любой лифт с помощью колбы открывается.

— Да пошли вы! – внезапно выпалил Плю, – ничего я вам не скажу!

— Дебил? – удивился Слива, – мы же и по-другому допросить тебя можем, всё равно всё расскажешь, только тебе очень больно будет.

— Ифа, иди погуляй, – сказал я ей, – чувак не хочет добровольно всё рассказывать; кошек с собой возьми, а мы его сейчас по-другому спросим.

— Я тут останусь! – выпалила она.

— Ну держись, длинномер, – сказал Слива доставая нож, – Саня, держи его.

Как только мы подошли к этому Плю, он завопил.

— Не надо, я передумал, я всё скажу!

— Вот же, мля, – разочарованно произнёс Слива, – то в партизана играет, то «всё расскажу». Смотри, чувак, второй раз я тебе точно пару пальцев где-нибудь отрежу.

Лесник только крякнул, Ифа сидит бледная, Бад улыбается.

Начал он нам рассказывать про лифты.

Тут оказалось интересней. Во-первых, колбы наперечёт, их не так много. Откуда взялась эта синяя жидкость, он не знает, её учёные где-то нарыли. Он так же частично подтвердил информацию, которую мы услышали от Бада.

Во-вторых, в Моруле есть институт под хорошей охраной, где все эти эксперименты с лифтами и с жидкостью и проводятся, вернее, где это всё разработали и продолжают свои опыты. Как я понял, они вроде нас, хотят так же либо открыть другой мир, либо заставить лифты работать так, чтобы очутиться ещё дальше от своих городов. Эти колбы что-то типа проводников – подъехал к лифту, потёр её как лампу Аладдина, лифт открылся, проехал, потёр ещё раз – он закрылся. Вот же, мля, чудеса-то, всё элементарно.

Научились они и выдавать в пространство сигнал, который блокирует все лифты, как и что, Плю точно не знает, но факт остаётся фактом, вон, нам Лесник сказал, что лифт в джунглях не работает, значит, у них это действительно получается. Бад то же самое говорил.

Я сидел и думал – например, если выключить этот сигнал, который блокирует лифты, откроется ли лифт тут в джунглях? А если эту колбу где-то достать? Откроется? Снимется эта блокировка сама по себе? Или могут ли они открыть один лифт? Чтобы куда-либо переместиться. И на сколько этой колбы хватает? На сколько открытий?

Мля, опять куча вопросов и нет ответов. В любом случае, нужно идти и добывать колбу с жидкостью.

И еще –наши ворота они могут заблокировать или нет? Но про ворота мы решили не спрашивать, всё равно этот Архи нам ничего не ответит, он знать не знает, что такое ворота в другой мир, хотя слышал о них.

— Пацаны наши где? – спросил я.

— Дичь они, – усмехнулся Плю.

Какой-то он слишком борзый, сидит вон, криво ухмыляется. Мы, конечно, предполагали, что из них тоже дичь сделают, вот и подтверждение.

— Когда следующая охота?

Тут мы надеялись, что Грача с пацанами ещё промурыжат, и у нас будет время сходить за подкреплением и вернуться, лезть вот так, практически ни с чем, и не пойми куда, опасно, шансов мало. Что мы со Сливой вдвоём сделаем?

— Она уже началась, – сплюнул тот на пол.

Мы аж на месте подпрыгнули, не, я вскочил.

— Как началась?

— А вот так, – с гордостью произнёс Плю, словно какой-то вызов нам делал, – их на сутки позже вас в лес отправили.

— Твою же мать! – выругался Слива.

Лесник охнул и снова хлопнул ладонью по столу, Ифе опять прижала руки ко рту, а Бад начал нервно теребить винтовку, которую так и держал на коленях, одни кошки продолжали лежать и вполглаза наблюдать за Архи.

— Надо идти выручать пацанов, – сказал я, посмотрев на Сливу.

Тот кивнул.

— За помощью идти некогда, и лифты не работают.

— Ха-ха! – засмеялся Плю, – давайте-давайте, вас там всех и положат, Алут ещё больше людей отправил.

— Достал, урод! – я зло посмотрел на Плю, – Слива, заткни его.

Тот в два шага дошёл до Архи и совершенно без слов просто взял и сломал ему шею. Я аж обалдел. Только тихий хруст шейных позвонков. Послышался звук падающего тела.

— Ифа! – всполошился толстяк и бросился к упавшей с ящика жене.

— Слива, нахрена? Я же просил его вырубить.

— Ну извини, шеф, – пожал тот плечами, – я тебя не так понял. Всё равно он нам больше ничего не сказал бы.

— Вот же вы маньяки-то, – почмокал губами дед.

— Куда его, отец? – немного растерянно спросил Слива у Лесника.

Я в этот момент метнулся к Баду, и мы вдвоём подняли и положили Ифу на кровать. Побрызгали водичкой, вроде пришла в себя. Вот же, блин, девушки – в лесу видела кучу трупов, в обморок не падала, а тут одному шею сломали…

— Куда, куда … – вздохнул дед, – тащите в лес его, и подальше, звери сожрут. Бука, Луна, прикройте этих двоих, чтобы их там самих не сожрали.

Кошки тут же поднялись со своих мест и уставились на нас. Архи оказался на удивление тяжёлым, мы его запарились волочить за руки.

— Слива, гад, – бухтел я, когда мы пёрли труп к выходу, – не мог его на улицу вывести и там грохнуть?

— В следующий раз будешь яснее команду отдавать, – пробурчал тот в ответ.

Ого, на улице-то уже темнеет. Кошки крутились рядом с нами, мы отволокли этот трупешник метров за пятьдесят от пещеры и сбросили его в какой-то овраг. Я надеюсь, что и Бука, и Луна хорошо знают своё дело, и на нас не прыгнет из кустов какой-нибудь тигр, ягуар или ещё какая неведомая местная хрень с когтями и зубами. Сбросили его, даже закидывать не стали и озираясь, чуть ли не бегом, назад, в пещеру. Бука, вон, опять первым идёт, Луна за Сливой.

Когда завалили вход в пещеру листьями и вернулись ко всем, я почувствовал себя в безопасности. Всё-таки ночью в джунглях страшнее в несколько раз – все орут, кричат, птицы эти сумасшедшие, змеи, наверное, есть, пауки какие, мы пока труп пёрли, зверь орал, то ли от боли, то ли от того, что ему делать нехрен.

Честно говоря, я был готов отправиться на помощь прямо сейчас. Но мы все нереально устали, ещё выпили, и через полчаса стемнеет, а передвигаться ночью по незнакомым джунглям, ну, как-то жим-жим, если честно.

Ифа уже сидела на кровати и пила что-то из кружки. На Сливу она посмотрела, как на маньяка. Хотя, пусть привыкает, тоже, неженка какая, она же видела сегодня, как мы убиваем, и не раз.

— Простите, – неожиданно для нас произнесла она, – я просто не ожидала.

— Нормуль всё, – махнул рукой Слива и, усевшись около костра, стал наглаживать обеих кошек.

— Надо выручать наших пацанов, – повторил я, попив водички, – можно мы ваш плот возьмём и вооружимся? – спросил я у Лесника, показав на пирамиду с оружием и боеприпасами.

— Ха! – встрепенулся Лесник, – я с вами, и они с нами, – кивнул он на кошек, – засиделись мы тут. Да и наша помощь вам точно не помешает.

Я прям обрадовался после этих слов. Как работают кошки и лесник мы уже видели, вернее, как они могут охотиться, выслеживать и убивать.

— А вы, молодые люди, можете тут остаться, – дополнил Лесник, – припасов тут полно, мы как закончим, за вами вернёмся.

— Нет, – отрицательно покачал головой Бад, – я тоже с вами.

— Ты хоть представляешь, в какую жопу мы полезем? – спросил Слива, уже беря из пирамиды автомат Калашникова.

— Представляю, но хороший стрелок нам не помешает. Плот этот есть, я вас сильно задерживать не буду. Ифа тут останется.

— Вот ещё, – тут же сказала она, – я с вами пойду. Я тут в жизни одна не останусь.

— Нет! – жёстко сказал Бад, – ты останешься тут и будешь нас ждать, это не обсуждается.

О как, наш кучерявый включил мужика. Смотрю, Ифа тихо выдохнула и, опустив глаза произнесла.

— Хорошо, как скажешь.

— Молодец, Ифа, – не удержался Слива, — настоящая жена!

— Ложитесь спать, – взял слово Лесник, – вам нужно всем отдохнуть, завтра с рассветом выступаем. И ещё, я на входе растяжку поставлю, смотрите не подорвитесь никто, где туалет, вы знаете.

Лесник, поднявшись, пошёл к выходу.

— Эх, СВД бы тебе, Бад, – произнёс Слива, проверяя автомат, который взял из пирамиды, – ты конечно и из этой винтовки хорошо стреляешь, но с той бы вообще все рекорды побил.

— Или Барретт, – добавил я, улыбнувшись, – правда, он тяжёлый, но на полтора-два километра из него можно только так шмалять.

Бад аж подобрался, когда услышал про винтовки.

— Потом покажете? – с блеском в глазах спросил он.

— Обязательно, нужно только выбраться отсюда.

— Ну, а пока я вот с этой буду, – он продемонстрировал нам винтовку, которую мы в качестве трофея захватили у убитых охотников.

— Да, – закивал Слива, – думаю, эта будет лучше, чем вот эти, – он вытащил из пирамиды помпу и показал её, – с этой на близких расстояниях хорошо, а ты снайпер, тебе другое нужно.

— Кто снайпер? – в пещеру вернулся Лесник.

Быстро он при входе растяжку установил.

— Бад, – ответил я, – вы бы видели, как он охотников через речку валил – глаз алмаз, а там больше двухсот метров было.

Мне кажется, что я в свете факелов даже увидел, как Бад краснеет от похвалы.

— Ему бы снайперку нормальную, вообще бы замечательно было, – дополнил я.

— Так и знал, что пригодится – произнёс дед и пошёл в дальний угол пещеры.

Там тоже стояли какие-то ящики, через пару секунд оттуда снова раздалось его кряхтенье, парочка матов, когда один из ящиков свалился на пол, и ещё через пяток секунд он вышел оттуда, неся в руках кофр.

— Во, – протягивая кофр Баду, произнёс Лесник, – владей, дарю. Мне её их пацаны подогнали, – кивок в нашу сторону, – я им красивые чучела птиц обещал, а такие только тут есть. Поймать их очень сложно, а из этой штуки можно подстрелить. Она пристрелена, и вот держи, – следом он протянул ему небольшой пакет, я его за кофром-то и не заметил, – тут патроны.

Сам он, хитро улыбаясь, отошёл в сторону, к чайнику, взял его и стал вешать над костром. Затаив дыхание, мы наблюдали, как Бад, поднявшись, принимает кофр у Лесника двумя руками, как какую-то хрустальную вещь, потом, положив его на стол, посмотрел на нас.

— Открывай уже! — не выдержал Слива.

Честно говоря, мне тоже стало интересно, что там за ствол такой. Мы со Сливой тут же встали и подошли к столу, да и Ифа вон подошла. Щёлкнули замки, Бад рывком открыл крышку, и мы со Сливой ахнули. Вернее, я ахнул, а Слива как обычно завернул матом.

— Что это? – только и спросил Бад, глядя на лежащую в кофре винтовку, ещё не понимая, что ему досталось.

— Хана охотникам! – выдохнул я, как только увидел винтовку, – с этим и со своими навыками ты их всех положишь.

— Да что это? – обалдело уставившись на лежащую в кофре винтовку, спросил Бад.

— Кто-то действительно захотел чучела птичек, – улыбнулся я, – с такой что хочешь можно сделать.

— Да что это? – начал заводиться Бад и аккуратно достал винтовку из кофра.

— Дай-ка, – попросил я у Бада пакет с патронами.

Из пакета я вытащил пачку патронов, вскрыл его и произнёс.

— Калибр 8\6, 69 миллиметров. Офигеть просто, кто же вам её подогнал-то?

— Туман, – засмеялся Лесник, – чучела захотел. Он был у меня в гостях в домике, там парочку таких чучел и увидел.

— Что за чучела-то? – с интересом спросил Слива.

— Попугаи и птички из этих джунглей. Их тут полным-полно, вот он и захотел себе домой таких же. Главное не убить – ранить, потом ловишь, аккуратно добиваешь и делаешь чучело.

— Простите, – снова подал голос Бад, и уже громче, – вы мне можете объяснить, что это такое? – он слегка потряс в руках винтовкой.

По нему я видел, как она ему понравилась, он держал её в руках очень осторожно, разглядывал и легонько поглаживал.

— Это, Бад, снайперская винтовка, лучшая в мире, в нашем мире, в вашем – тем более! Последняя разработка для спецподразделений. Её название – «Точность». Калибр как ты уже понял 8/6, 69 мм. Прицельная дальность стрельбы – полтора километра.

— Обалдеть! – выдала Ифа.

— Знаешь, что такое угловая минута? – спросил я у Бада.

— Конечно, – ухмыльнулся тот, продолжая рассматривать винтовку, он всё никак не мог оторвать от неё взгляда.

— У этой винтовки она какая? – спросил я, подойдя и взяв в руки ту винтовку, с которой он прибыл в эту пещеру. Он положил ее на стол рядом с кофром.

— 2.7-3.2 – тут же ответил Бад.

Я хмыкнул и сказал.

— У этой – 03-05.

Бад как-то хрюкнул, вздохнул и, посмотрев на меня обалдевшим взглядом, произнёс.

— Не может быть!

— Может, поверь, эта может.

— Что такое «угловая минута»? – спросила Ифа.

— Да, мне тоже интересно, – добавил Лесник, – я из неё ни разу не стрелял, Туман только сказал, что это хорошая штука.

— Угловая минута – это кучность, когда из неё стреляешь выстрел за выстрелом, – начал я свою небольшую лекцию, – то есть, если вы, например, делаете из неё пять выстрелов, кстати, у этой магазин на пять патронов, то все выстрелы на дистанции в сто метров уложатся в квадратный сантиметр. У нашей знаменитой СВД, – я посмотрел на Сливу, – кучность 1.5-2, полтора-два сантиметра, если примерно. А если у этой, – я легонько постучал по уже бывшей винтовке Бада, – кучность 2.7-3.2, то это примерно на сто метров три сантиметра квадрат. А если сильный боковой ветер, то и ещё больше.

— Да, – закивал Бад, – неоднократно приходилось поправки учитывать, и разброс, бывало, доходил до четырех с половиной квадратных сантиметров. На дальних дистанциях ещё больше.

— Вот, – кивнул я, – насколько я помню, у этой угловая минута на восемьсот метров – 0,5. Квадрат одиннадцать сантиметров, если проще.

— Охренеть! – выпалил Слива, – не знал таких подробностей. Ты-то откуда всё это знаешь?

— Митяй мне рассказывал, сам же знаешь, он у нас фанат.

Бад вцепился в винтовку, и было понятно, что он её уже никому не отдаст. Тут он поднял голову и, посмотрев на Лесника, сказал.

— Спасибо вам большое! Это очень неожиданно, это само совершенство.

— Да не за что, – хмыкнул дед.

— Её же специально для спецподразделений разрабатывали, – вновь улыбнулся я, наблюдая за реакцией Бада, – так что, дружище, это лучшее, что я когда-либо видел. А снайперское дело – это действительно целая наука. Все-то думают, что взял винтовку с оптическим прицелом и тупо стреляй. Ничего подобного, это первым делом математика, а уже потом выстрел.

Из той же СВД, например, с ее оптикой, более-менее хороший стрелок сможет попасть в цель примерно со ста пятидесяти-двухсот пятидесяти метров. Всё, что дальше, уже проблема. Ветер, а значит поправки, влажность. Потом, не забывайте, что на расстоянии ветра могут меняться, как течение и температура воды в реке или озере. Сто метров – ветер дует влево, двести метров – он дует в другую сторону, а на расстоянии пятисот метров, он вообще, хрен пойми куда, дует, пулю сдует, однозначно. А цель на расстоянии в семьсот-восемьсот-девятьсот метров маленькая, а попасть нужно, вот и делаются различные поправки, поэтому у снайперов и есть всегда второй номер, с кучей приборов, который и высчитывает эти поправки, либо это делает сам снайпер. Ну и плюс он же наводчик по первоочередным целям.

Если снайпер один, без второго номера, то он сам высчитывает по различным параметрам, сходу – ветки, там, колышутся, бумажка полетела, температуру воздуха, над водой она, кстати, другая, да там много параметров. Ведь бывает так, что нужно сделать всего один выстрел, а если цель движется? Значит нужно понимать и просчитать, где эта цель окажется, пока пуля будет лететь.

Туман и Грач рассказывали про Афган. Там много было случаев, когда сидевшие на горе наши снайперы не попадали в цель, хотя до неё было сто пятьдесят-двести метров. Две горы, а ветер разный, либо вообще какие-нибудь завихрения. Вот и палили мимо, вроде цель – вот она, делают один выстрел за другим, а попасть не могут, пулю сдувает и всё тут.

Снайпер – это элита, а хороший снайпер тем более. Он не будет бегать, укрываться от пуль и взрывов, он выберет себе позицию, заляжет, замаскируется и будет планомерно и методично отстреливать врагов. При хорошей маскировке найти его очень сложно, практически невозможно, а дел он может натворить – мама, не горюй! Когда атакующие поймут, что есть снайпер, любой заляжет и постарается слиться с землёй, жить-то хочется. Это пулемётчика или автоматчиков вы видите и знаете, где они, и куда стреляют, а снайпер – это тихая и быстрая смерть.

И нужно иметь огромное терпение. Неподвижно лежать часами на одном месте, даже не шевелиться, так как с противоположной стороны может быть другой снайпер, так называемый антиснайпер, который выцеливает тебя.

Так что, Бад, поздравляю тебя, ты перешёл на следующий, более высокий уровень. Тебе осталось только научиться маскироваться и вести бой совершенно с другой позиции. Думаю, что завтра тебе представится такая возможность.

— А если в туалет нужно? – спросила Ифа.

— На бок потихоньку переворачиваешься и делаешь свои дела, – ответил я, – уж прости за подробности, но второй номер держит у тебя под задницей пакет. И всё это делается как можно медленнее, как черепахи, никаких резких движений. И лежат они в любую погоду – холодно, жарко, дождь, снег, мороз, ветер. Есть задача, цель, вот и нужно лежать. Очень часто с заданий снайпер и его второй номер возвращаются с соплями, температурой, замёрзшие и простывшие. Они же, как правило, забираются как можно выше, а ветродуй там может быть очень сильный. И терпение у них опытные инструктора вырабатывают определённым образом.

— Каким? – спросил Лесник.

— Ну, например, берётся два стакана. Грамм на двести каждый. Один пустой, второй с водой. Указательным пальцем – я показал свой – вы должны перетащить всю воду из одного стакана в другой.

— Так там же на пальце капля будет, – воскликнула Ифа.

— Именно, в этом и заключается тренировка. Стакан на двести грамм – это часов пять-шесть, а то и больше. Вы представляете, какое нужно иметь терпение и усидчивость? Ведь снайпера это не пехота. Они часами лежат на своём месте, и шевелиться нельзя, вообще.

— Ну его нах, – ухмыльнулся Слива, – я лучше в атаку пойду, попрыгаю там, покувыркаюсь, подерусь. А чтобы вот так часами лежать, не, это не по мне, точно.

— Поэтому хороших снайперов и мало, – продолжил я, – взять винтовку и палить любой дурак может, а вот именно уничтожать цель и попадать в десятку с большого расстояния могут единицы.

А как им маскироваться и прятаться – это вообще целая наука! Там и блик от прицела нужно учитывать, и положение солнца и тени через несколько часов, и стрелять из помещения только из глубины, а не положив ствол на подоконник, да много чего.

— Да уж, – крякнул дед, – я тоже не знал всего этого. Не, я, конечно, слышал, что снайпера много чего знать должны, но, чтобы вот так… – он с уважением покивал головой.

— Мы тебя потом познакомим с нашими снайперами, – сказал я Баду, – если захочешь, конечно, они тебя многому научат. Это тебе не в тире лежать.

— Хочу, – уверенно кивнул Бад, – кто-нибудь может показать, как она разбирается и собирается? Прицел не собьётся?

— Давай я покажу, – встал со своего места Слива, – не собьётся, там жёстко к планке всё крепится, пристреливать не нужно после чистки.

— Снимайте одежду все, – неожиданно сказала Ифе, – простирну и над костром высушу. Я тут мыло нашла, а вы спать ложитесь, вам завтра ещё силы понадобятся.

— Вон там одеяла есть и парочка шкур, – показал рукой в угол Лесник, – каждому койкоместо не обещаю, но не замёрзнете точно. А одежду снимите для стирки, кошки вас в большинстве по запаху и нашли.

Да уж, запашок от нас, наверное, тот ещё, тогда можно и самим ополоснуться, раз пошла такая пьянка. Пока Слива показывал Баду разборку- сборку винтовки, я налил в ведро воды и повесил его греться над костром.


Глава 2.

30 января. Вечер. Охотники. Час- полтора назад.


— Следы обрываются около ручья, – доложился подбежавший к Дже один из охотников.

— Ну так идите дальше, – хмыкнул тот, продолжая сидя на корточках рассматривать трупы собак и лежащих тут же на поляне мёртвых охотников.

— Их нет! – ошарашил его Архи.

— Как нет? – удивлённо повернувшись к нему и поднявшись на ноги, переспросил Дже, – они что, испарились?

Охотник от этого взгляда командира аж сделал шаг назад и торопливо повторил, – их нет, в ручье нет их следов, мы там всё осмотрели. Спустились вниз на пару сотен метров, такое ощущение, что они просто исчезли.

Дже, постояв молча с десяток секунд и переварив информацию, произнёс сквозь зубы.

— Свободен.

Крутой нрав Дже знали все охотники, поэтому тот, что сейчас делал доклад, поспешил отойти от злого и раздражённого командира подальше. Быстрым шагом он подошёл к стоящей в сторонке группе охотников, где его товарищи негромко обсуждали увиденную на этой поляне картину.

Когда несколько минут назад они прибежали сюда, то их взору предстало удручающее зрелище: убитые охотники и буквально разорванные собаки, в принципе, ещё у двоих охотников было разорвано горло, чем-то острым, да и еще у одного разворочена вся паховая область, тоже чем-то острым.

Дже много раз в своей жизни видел трупы людей и Архи, которые погибли от пуль, взрывов, ножей, мачете или осколков. Видел части и фрагменты тел, но вот эти, а особенно собаки, были явно убиты каким-то зверем, либо несколькими. И этого напугало его до дрожи в коленях, он с трудом успокоил её в своих ногах.

Двое других охотников были убиты обычными стрелами, которые стрелок вытащил, это он тоже понял, осмотрев трупы. По его команде несколько человек отправились по следам их дичи, но, как он уже слышал, их следы терялись около ручья.

То, что здесь отметилась парочка животных он уже тоже не сомневался, слишком хорошо отпечатались на земле лапы. По размерам они походили на лапы пумы или тигра, которые водились в здешних джунглях. И это его обескуражило, напугало.

Получается, что на сторону жертв встала третья сила, на которую он никак не рассчитывал. Ведь если это были бы дикие животные, то они убили бы и дичь, но тел нет, а следы пятерых они обнаружили. Значит, появился пятый и с ним две какие-то кошки или тигры? Откуда? Кто он? Почему он им помог?

Дже повернулся и посмотрел на двух собак-ищеек. Псы сидели под деревом вместе со своим хозяином и немного испуганно жались друг к другу. А ведь они понимают, что этих двух псов уничтожило что-то быстрое, стремительное, смертоносное. То, с чем хорошо обученные и здоровые псы не смогли справиться. Их просто порвали на части.

Дже ещё раз подошёл к одному из мёртвых псов и с небольшим усилием перевернул его на бок носком своего тяжёлого ботинка.

У этого пса полностью было рассечено горло, до самого позвоночника, две глубоки борозды, его смерть была мгновенной, и на задней части его тела виднелись несколько глубоких ран с уже запёкшейся кровью.

Получается, что что-то стремительно вылетело из леса и, буквально подмяв под себя этого пса, в мгновение ока распороло ему горло. То же самое произошло и со вторым. Потом они принялись за охотников, к этому времени двое из них уже были мертвы от попавших им в горло стрел.

Труп Плю они тут не нашли, значит его утащили с собой. То, что Плю уже мёртв, Дже тоже не сомневался, после допроса его наверняка ликвидируют.

То, что они имеют дело с профессионалами, а не с обычной дичью он понял ещё тогда, когда они вырезали весь отряд Юлина. Тот пулемётчик, который, будучи раненым, остался их прикрывать и потом подорвал себя гранатой, не в счёт, да и девка, что убили братья-арбалетчики, которые тут же подорвались на грамотно установленной растяжке, тоже не в счёт.

Дже интересовали те двое. Очень жалко, что он не знает их имён. И вот эти двое совсем непростые ребятки. А тут появился ещё один, с двумя какими-то животными.

Дже посмотрел на охотников, те, разбившись на группки, продолжали тихо обсуждать то, что увидели тут на поляне.

Он усмехнулся про себя и подумал, что теперь каждый из этих охотников, любитель получить деньги за отрезанные уши, понял, что в этот раз дичь даёт им отпор, и хороший отпор.

— Кита, – громко позвал одного из охотников Дже, – свяжись с Жилом, узнай, как у них дела со второй группой дичи. Всем остальным слушать меня.

Шушуканье и тихие разговоры тут же стихли, и оставшиеся в количестве чуть больше двадцати бойцов уставились на него.

— Трупы оттащить в лес, загнать сюда машины, разбиваем лагерь тут. Выставить троих часовых, разжечь костры, приготовить ужин. Надеюсь, теперь вы понимаете, что шутки кончились, мы сами превращаемся в дичь. Теперь они вооружены ещё лучше, – он показал рукой на трупы, – как вы видите, они забрали у наших ребят всё оружие и боеприпасы.

Охотники подавленно молчали. Да, теперь они это понимали, особенно после того, как после каждого столкновения с этой небольшой группой дичи, остаётся куча трупов, их, охотников, которые привыкли к тому, что эта самая дичь особо и не в состоянии оказывать сопротивление.

— Как ты думаешь, куда они пойдут? – спросил у Дже один из охотников, а многие другие кивнули, соглашаясь с вопросом.

— На помощь второй группе, там их друзья.


Глава 3.

31 января. Утро.


Лесник поднял нас всех, когда ещё было темно. Пока умылись, привели себя в порядок, съели плотной завтрак, который приготовила Ифа, начало светать.

Ох, как же хорошо в чистенькой и свежей одежде! Ифа даже умудрилась зашить нам кое-какие дырки на шмотках. Всё-таки бег и лазанье по лесу и всяким камням не располагает к сохранности одежды. Вон она бедная, с красными от недосыпа глазами хлопочет вокруг своего мужа. Мы-то вчера вырубились мгновенно, а она вон стирала и зашивала, да ещё и есть нам готовила.

Потом попрощались с Ифой, ну как попрощались, она вроде сначала пустила слезу, но тут же взяла себя в руки, поцеловала Бада, сказала, чтобы он был аккуратней, потом чмокнула в щёчки и нас, кошек погладила, те вообще от неё не отходили.

— Когда вас ждать? – спросила она, когда мы уже готовы были замаскировать листьями вход в пещеру следом за ней.

Слива ей перед этим показал, как пользоваться помпой, которая тут была у Лесника, и гранатой, но гранатой на самый последний случай.

Лесник несколько раз сказал, что тут её никто не найдёт, что мы можем не волноваться, что продуктов полно, и голод в ближайшие несколько дней ей точно не грозит. Он лишь предупредил её, чтобы она ночью вообще из пещеры не выходила, много опасных зверей, днём-то ещё ладно, но, так как тут по джунглям бегают рассерженные охотники, лучше и днём сидеть внутри.

Больше всех, конечно, переживал Бад, хотя, если честно, я тоже за неё волновался. Положат нас всех, всё, вот что она будет делать? Куда пойдёт? Это понимали все, поэтому и переживали, а уж как было страшно ей, я вообще молчу. Да уж, весёленькая у неё перспектива.

— Постараемся как можно быстрее, – ответил я, – не волнуйся, мы вернёмся. День-два, и мы тут.

— Иди, – негромко произнёс Бад, легонько подталкивая её ко входу в пещеру.

Завалив вход листьями, погрузились на плот и тронулись. Бад сидел на парящем плоту и снова что-то тихо бубнил. Он снова обалдел от того, как плот движется. Кошки, вон, сидят на носу, им вообще, мне кажется, в кайф. Мы со Сливой потихоньку отталкиваемся от земли шестами.

Вчера перед сном мы внимательно рассматривали карту, которую нашли в разгрузке у одного из убитых нами охотников.

Карта оказалась хорошей, мы долго над ней сидели и думали, где нам искать наших пацанов. Площадь-то тут огромная, я имею в виду эти охотничья угодья, мать их так. Но зная Грача, да в принципе, мы и сами почти так сделали, примерно прикинули, где они могут быть и куда пойдут. То, что Грач, Мага, Паштет, ну и конечно, Гера им в помощь, обязательно грохнут кого-нибудь из охотников, мы со Сливой не сомневались. Точно так же, как и в том, что они обзаведутся оружием, боеприпасами и ещё каким-нибудь барахлом.

У нас ещё было огромное преимущество. Плот, который передвигается совершенно бесшумно, и засечь, а тем более услышать нас будет практически невозможно, нужно только замаскироваться как следует.

Так же подумали, что наши пацаны уже переправились через первую реку. Соответственно, будут двигаться на возвышенность. Холмы там были, мы их видели, вот туда нам и нужно. Надеюсь, с их высоты мы что-нибудь увидим или услышим.

Жаль, что переносных раций у нас не было, вернее, у охотников. У них мы видели рации только в машинах, по размерам, как небольшой чемоданчик, а таскать эту дуру с собой как-то желания нет. Ладно, будем полагаться на свой слух и зрение.

Нам бы сюда наши рации, маленькие, переносные, враз бы на их волну встали. Да и оружия бы нашего побольше, обвесы, приборы ночного видения, пацанов, пару тачек. Да уж, мечты, мечты, как всегда, хочется всего и побольше.

Хотя, если честно, грех жаловаться. Мы сейчас достаточно неплохо упакованы. Ведь у нас с собой были и трофеи, что мы сняли с мёртвых охотников и то, что было у Лесника в пещере. Вот где запасливый мужик. Натаскал он в эту пещеру порядочно.

У Лесника его лук, колчан со стрелами вон за спиной, там же и винтовка. У меня и Сливы по Калашу и по помпе, тоже за спинами, по пистолету, к ним в разгрузках куча магазинов, пистолеты в набедренной кобуре. Я, правда, ещё и топор с собой взял, непонятно зачем, но он тоже есть, за спиной вон у меня. Бад с подаренной ему винтовкой, и плюс та винтовка, которую он так и не бросил, лазил с ней по камням, когда мы отрывались от преследователей.

Жаль только, что к подаренной ему Лесником винтовке всего пятьдесят патронов, но, думаю, что он и с этим количеством патронов сможет нам достаточно хорошо помочь. То, что мы столкнёмся с охотниками снова, никто из нас не сомневался.

Так же у нас есть всякая фигня, в виде парочки биноклей, аптечки у каждого, бухты верёвки, фляжки с водой. Вчера, когда нам помог Лесник и его кошки, Слива умудрился даже срезать с одного из трупов наколенники. Я и Слива, по одному, надели себе на правую ногу. Стрелять, однозначно, удобно, на правое колено можно вставать быстро, не глядя, что там. А то, знаете ли, падаешь так на колено, а там камень или палка какая – больно!

Потихоньку и не спеша мы летели через джунгли по направлению к реке. Н-да, джунгли кардинально отличаются от любого леса, в котором мне доводилось бывать. Живности тут – мама, не горюй.

Пару раз кошки напрягались, у них прям загривки поднимались, а мы хватались за оружие и тут же притормаживали, слушали и были готовы открыть огонь.

В первый раз кто-то ломанулся от нас через кусты и спугнул огромную стаю каких-то птиц, зверюшка местная, второй раз мы увидели небольшую кошку, сильно смахивающую на Пуму, но та, увидев нас, тут же исчезла в кустах. Кошки сразу успокоились; вот же, млять, такая выпрыгнет на тебя из кустов, хрен чего сделать успеешь!

Видели мы и змею. Вернее, нам её Лесник показал. Здоровенная хреновина, метров десять длиной, висела на дереве, обвив ветку. Я её как увидел, мои друзья мурашки тут же забились куда-то мне в кроссовки.

А птичек да, птичек тут хватает. Теперь я понимаю Тумана, который захотел себе чучело таких птиц домой. Я тоже хочу. Тут и попугаи какие-то, причём они все разноцветные и размером с неплохую чайку и птицы, которые во всё горло орут, сидя на ветках. Лесник, словно какой-то экскурсовод показывал нам то одну, то другую птицу.

У нас в оазисе-разборке, ну, в тех джунглях, я таких не видел. Видать, тут какие-то другие виды. Мне очень понравился один из увиденных попугаев. Но убивать я бы его точно не стал. Его бы в клетку и постараться приручить. Да и клетку ему нужно большую, метров десять-пятнадцать квадратных точно, чтобы он там и летать, и передвигаться мог.

Он ещё, когда нас увидел, распушил свои перья на башке, сам синий, перья жёлто-зелёные, лапы красные, хвост белый, нереальный красавец! Увидел нас и как давай орать, горластый, засранец. И по размерам он был довольно-таки крупный, сантиметров тридцать-сорок ростом, точно, очень красивый. Тут вообще было много красивых птиц и растений, я такие вообще первый раз видел. Эх, сюда бы этих, как их, биологов и зоологов – вот где им раздолье! А вообще, я думаю, что большинство из этих растений прижилось бы и в нашем климате.

Так, передвигаясь в спокойной обстановке по джунглям и рассматривая их жителей, мы добрались до реки минут за сорок – пятьдесят.

— Вроде тихо, – произнёс Слива, когда мы, спрыгнув с плота, внимательно осматривали из кустов противоположный берег в обе стороны.

— Да, – кивнул Лесник, – никого нет, переправляемся, и там уже будем маскироваться.

— Да как так-то, мля? – потихоньку спросил Бад, когда мы, паря над водой, переправлялись через реку, – как он так летит?

— Всё дело в камнях, – ответил ему я, гребя.

Гребли мы палками, которые нашли тут же в лесу и использовали их в качестве весел. Конечно, получалось у нас это плохо, от земли-то проще отталкиваться, но всё равно, потихоньку получалось.

— Такие камни мы нашли в одном из открытых нами миров, – продолжил я, – местные аборигены их используют. Они заряжаются, как батарейки. Вот тут – я хлопнул рукой по ящику на плоту, где и были эти камни, – они находятся. Заряда хватает на неделю или две, в зависимости от их размеров и эксплуатации, и камни могут поднять большой вес. Мы их тоже стали использовать. За счёт чего они так работают, я не знаю, но штука очень удобная.

— Мы у себя дома на них сзади пропеллеры поставили, – подхватил Слива, – и назвали этот аппарат «Метла». По пустыне, лесам, всяким полям и неровностям нет лучшего средства передвижения. Шумно, правда, от двигателя и пропеллера, но зато хрен кто догонит, и летишь низко и быстро.

Переправились через реку и остановившись в кустах, сразу стали маскироваться. Минут через десять наш плот, и мы сами стали напоминать один большой куст, который подвешен в воздухе. Но тут, если что, мы сможем быстро вынуть один из камней из ящика, и плот опустится на землю. Сверились ещё раз с картой, определили направление и, взяв подальше от места, где мы вчера повстречали Лесника с его кошками, полетели снова.

По этому лесу передвигаться было гораздо удобнее, чем по джунглям, нет такого количества растений, и наша скорость немного возросла. Ох, как же удобно, сиди и сиди на плоту, свесив ноги, и отталкивайся палками от земли, как будто по воде плывёшь.

Я периодически посматривал на кошек, но те, развалившись на плоту, не выказывали никаких признаков беспокойства, значит, вокруг нас никого нет.

Где-то ещё через час, периодически сверяясь с компасом, мы долетели до этих холмов. Ещё так удачно получилось, мы остановились на возвышенности, и эти холмы были метрах в пятистах от нас, а между ними и нами жиденький лесок, молодая рощица. Выбрали самый высокий холм, я бы даже сказал – небольшую горку, и полетели к нему.

А вот в горку нам уже пришлось идти пешком и толкать перед собой плот. Конечно, можно было бы и отталкиваться шестами, но усилий приходилось прилагать больше, стали быстро уставать, так что пошли пешком.

— Фух! – выдохнул Слива, когда мы наконец-то оказались на вершине.

— Красиво! — крякнул Лесник, сидя на корточках и обеими руками поглаживая сидящих около него кошек, – у меня в тайге, там на земле, конечно, виды тоже ничего были, но тут красивее.

Да, вид отсюда и вправду был завораживающий, тут бы с палаткой на пару дней остановиться. Мы были на высоте метров где-то сто-сто пятьдесят. Насколько хватало взгляда, слева, справа, впереди, сзади, вокруг нас был лес, много крупных деревьев. Они росли, как вплотную друг к другу, так и рощицами из молодых и тонких деревьев, через которые было видно гораздо лучше, так, как они росли не густо, да и ветки с листвой у них были пожиже.

Вон, внизу, у горы, на которую мы взобрались, как раз снова небольшая роща и прямо у подножия множество разных по размеру валунов и камней. У меня ещё мелькнула мысль, что это идеальное место для засады. Слева и справа от молодого леска росли прямо величественные деревья, и приглядевшись в бинокль, я увидел, что среди них тоже хватает различных валунов. Вон они, обросли все травой и небольшими кустами. И всё это зелёное, нереально зелёное, красота, мля…

А вон и местные жители, в бинокль увидел трех небольших оленей. Да-да, это были натуральные олени, потихоньку огибая камни и валуны, они пересекли рощу огромными прыжками и исчезли среди больших деревьев.

Бад сидел на земле и тяжело дышал. Он снова был весь мокрый от пота. Всё-таки тяжело ему с таким весом-то. Но на гору он сейчас лез вместе с нами, звука не издал, ни разу не заныл, молодец, мужик. Да и Лесник вон, хоть и хорохорится, но всё равно, возраст деда сказывается, подъём ему тоже дался тяжеловато.

Просидели мы так около часа, всё слушали лес и до боли в глазах всматривались вдаль с биноклем, но кроме животных и птиц больше ничего не видели и не слышали.

— Нужно двигаться дальше, – посмотрев на часы, сказал я, – тут можем до вечера сидеть.

— Согласен, – крякнул дед, – полетели.

— Куда полетим?

— А давайте зигзагами, – предложил Лесник, – плот не слышно. Если будет стрельба, мы её услышим. Кого-то постороннего почуют – он кивнул на развалившихся в теньке дерева кошек, – больше я варианта не вижу.

А спускаться с горы на плоту гораздо приятней, чем подниматься. Мы к нему привязали верёвку и то я, то Слива, периодически спрыгивали с него и тормозили, держа его за верёвку, так как под собственным весом и грузом плот начинал потихоньку разгоняться.

Зигзаги у нас получались очень большие. Можно сказать, что мы летали почти по прямой, немного забирая в сторону. Лесник умудрялся как-то ориентироваться, да и компас ещё помогал. С его слов получалось, что мы пролетаем десять-пятнадцать километров, потом назад, так же десять-пятнадцать километров, и снова назад. К обеду я уже охренел, да все устали. Руки болят, ноги тоже болят, так как приходилось периодически спрыгивать с плота и отталкивать его от дерева или толкать вокруг какого-нибудь оврага.

Но лес молчал, не, зверюшек и птичек мы и видели, и слышали, а вот присутствия людей или охотников пока не обнаружили.

Остановившись, быстро перекусили припасами, которые взяли с собой из пещеры, костёр не разжигали. Отдохнув, полетели дальше.

После обеда, минут через пятнадцать полёта, мы услышали выстрел и короткую автоматную очередь. Прям еле-еле, на пороге слышимости, но услышали все разом. Даже кошки, вон, и те встрепенулись.

— Наши? – тут же сказал Слива вставая на плоту в полный рост, как будто он сейчас увидит, кто это стреляет.

— Туда рули, – показал рукой Лесник, – оттуда стреляют.

Ещё выстрел, ещё, взрыв, автоматная очередь. Кто-то там легонько постреливает. Мы, как могли, навалились на наши шесты-вёсла и полетели в сторону выстрелов.

Приходилось то и дело притормаживать, навалившись всем телом на шесты, чтобы не врезаться в дерево или на хорошей скорости не влететь в кусты, за которыми могло быть всё, что угодно. Пока мы летели, стрельба становилась всё ближе, там точно идёт бой.

— Тормози! – внезапно почти закричал Лесник.

За плотом тут же появились четыре довольно-таки глубокие борозды, оттормозиться мы успели прямо перед нереально огромным кустом.

— Тихо все, – поднял вверх указательный палец Лесник, – дорога, кто-то едет.

Точно, сквозь кусты я увидел дорогу, вот же, млять, разогнались-то. Через несколько секунд по дороге на хорошей скорости промчали два джипа, в которых была куча охотников, а за ними с небольшим отставанием бронетранспортёр, там их ещё больше было, одни бошки торчат.

— Точно, наших гоняют, – сплюнув, сказал Слива, – эти уроды едут на выстрелы.

— Полетели, млять! – начал я торопить ребят и, спрыгнув с плота, стал его толкать, чтобы быстро разогнать.

Все тут же снова навалились на шесты и мы, перелетев через дорогу, снеся парочку кустиков, снова оказались в лесу.

Сердце бешено бьётся, руки уже болят, весь обливаюсь потом, да все так – приходится то тормозить, то спрыгивать с плота на ходу и быстро направлять его в ту или иную сторону, вручную им управлять гораздо удобнее, чем шестами, только вот бежать приходится. Было бы поле – было проще, но тут лес, деревьев полно, а у нас не танк, чтобы ехать, не разбирая дороги. Несколько раз всё-таки мы ударились об деревья тем или иным боком, и сначала Бука, а затем и Луна улетели с плота, но тут же в несколько прыжков догоняли нас и на ходу запрыгивали обратно. Нам-то проще, мы друг друга можем поддерживать, да и шесты в руках, я, правда, один раз не успел его убрать и чуть не выбил себе плечо, шест упёрся в землю, еле руку убрать успел.

Стрельба уже рядом, но полноценного боя нет, так, постреливают. Вылетаем на очередной бугор, останавливаемся и смотрим, где и что.

Вот отсюда хороший вид. Перед нами внизу небольшая долина, у подножия холма, на котором мы стоим снова камни, огромные валуны и куча поваленных деревьев, прям завал.

— Да где же они, млять? – шипит Слива, глядя в бинокль.

Я тоже пытаюсь рассмотреть лежащий перед нами лес. И, как назло, стрельба прекратилась. Бад смотрит в прицел винтовки, Лесник пьёт воду, у него бинокля нет, кошки спокойно сидят на плоту.

— Направление на три часа, две девушки, несут мужчину, – внезапно произносит Бад, – от нас триста-триста пятьдесят метров, ещё двое – метров двадцать на удалении от них, с оружием.

Быстро смотрю туда. Да где он их, млять, увидел-то?

— Поправка – эти двое с оружием с этой группой, – продолжает комментировать Бад, – за ними хвост, они прикрывают.

Итого – семеро.

— Да где ты их видишь, млять? – не выдерживает Слива.

— Ориентир – разлапистое дерево на опушке, – снова говорит Бад, – левая ветка сломана. От него – правее двадцать.

И снова там раздались выстрелы из винтовки, потом короткая автоматная очередь. Есть, я вижу, я их увидел! Вернее, я сначала увидел, как с дерева посыпались ветки, походу, от пуль, потом мелькнул силуэт и исчез в кустах. Мля, далековато до них, бинокли ещё какие-то хреновые, сюда бы наши, морские. Быстро кручу колёсико приближения на бинокле, вот теперь стало видно гораздо лучше, правда, приходится ловить бегущих, слишком быстро они мелькают среди деревьев.

Снова выстрел, затем автоматная очередь, ещё одна. Вон они, теперь, я вижу, и девушек, которые действительно кого-то несут и тех, кто их прикрывает.

— Мага! – почти заорал Слива.

Я увидел Паштета, точно это он, вон спрятался за деревом, встал на колено и, прицелившись, выпустил куда-то короткую очередь.

— Паштет! – заорал я, не выдержав.

— Саша не кричи, млять! – зашипел оказавшийся рядом со мной Лесник.

— Машины справа, удаление триста метров, – снова начал говорить Бад, – два джипа, броневик едет прямо через лес.

Вот же, млять, глазастый. Хотя, чему я удивляюсь, у него на подаренной винтовке оптика стоит что надо. Затем мы услышали рёв двигателей и треск веток, да вон я увидел и сам броневик, ломает небольшие деревья своим весом, джипы мелькнули пару раз и вновь исчезли за деревьями. Третьего стрелка не вижу, хотя, нет, Грач, точно он. Подбежал к Паштету, встал на колено, Паштет срывается и бежит дальше, рядом с Грачом оказывается Архи с винтовкой в руках, Магу уже не вижу. Гера, млять, где?

— Наши, Саня, это наши! – с трудом сдерживая себя, чтобы не заорать, говорит Слива.

Их гонят, вернее, загоняют, млять, что делать-то?

— Направление на десять часов, две машины, – начал опять говорить Бад, – вижу семь, поправка, восемь охотников, быстро идут навстречу преследуемым, дичь гонят на них. Между левой группой и девушками расстояние четыреста-четыреста пятьдесят метров, лес густой.

Вот же млять! Этот Бад реально профи, всё чётко и по делу. Бинокль налево, да где, млять? Где он их всех видит? Я кроме леса вообще ничего не вижу. Только слышу выстрелы и рёв двигателей. Хотя нет, вон, кажется, слева что-то мелькнуло, увидел одного, вон ещё один – охотники, гады, идут потихоньку. Сейчас наши, вернее, те две девчонки выбегут на этих слева и всем кирдык!

Вижу, как Грач быстро догоняет девушек и показывает им рукой в нашу сторону, нас они не видят, он просто выбрал направление.

— Грач в нашу сторону сейчас попрёт, – быстро говорит Слива.

Видать понял это, как и я. Решение пришло мгновенно.

— Бад, остаёшься тут, – быстро говорю ему, – работаешь после того, как мы открываем огонь. Мы все вниз, ждём их около валунов и поваленных деревьев, лишь бы они сюда успели добежать.

Снова выстрелы, добавился пулемёт и рёв двигателей нескольких джипов. Хрен они смогут подъехать к холму, на котором мы находимся, тут завалы, даже броневик не проедет.

— Как крикну, толкаешь плот вон туда – тычу ему рукой направо вниз, – вон, полянку видишь?

— Вижу, хорошо.

Затем Бад покрутил головой по сторонам, выбрал себе место около дерева, бегом туда, плюхается на живот, рядом кладёт вторую винтовку.

Ну а мы все побежали вниз. Ох ты ж, мать твою, деревья, я только успеваю за них хвататься, чтобы притормозить свой бег и оббегать их, чтобы не врезаться.

— Слива, туда, – быстро говорю ему, оказавшись внизу и покрутив головой, – на камни лезь, – дед, затаитесь с кошками, начинаешь работать после наших выстрелов. Стреляем по моему первому выстрелу, даём охотникам забежать сюда.

Лесник кивнул и тут же исчез в кустах вместе с кошками. Сам я забрался на большой валун справа и, снова вытащив бинокль, стал в него смотреть.

Девушек я увидел сразу, они бегут первыми, до них метров двести, может, чуть меньше. Они уже почти что выдохлись. Но продолжают нести человека. Держат его за руки и ноги, как носилки какие, его голова болтается, чувак без сознания.

Пока мы сейчас спускались вниз, стрельба продолжалась. Отчётливо вижу бегущего со всех ног Магу, за ним Паштет, потом ещё какой-то чувак и Грач. Они бегут изо всех сил, я бы сказал, из последних сил. А вон показались и их преследователи. Как же хорошо, что Грач дал указание свернуть сюда, иначе бы их всех уже положили. По нашим открыли огонь.

Грач резко останавливается и, развернувшись, даёт две небольшие очереди от бедра. До охотников ему метров сто пятьдесят. Конечно, он ни в кого не попал, но несколько пуль сбили над ними ветки, охотники тут же кинулись врассыпную.

Давайте, давайте, ещё, бегите! Вот парень, который бежит чуть сбоку от Грача так же останавливается, резко вскидывает винтовку и делает несколько выстрелов. Раз! – у него кончаются патроны, он бросает винтовку и бежит снова.

Мага уже стоит на колене и прикрывает остальных, стреляя парными выстрелами по охотникам. До него добегает Паштет, падает в траву, открывает огонь. Мага подрывается и бежит дальше, мимо Паштета пробегают Грач и этот парень. Грач, кажется, что-то говорит парню, тот кивает головой и, ускорившись, пытается догнать девушек, которые вообще уже выбились из сил.

Девушки упали со своей ношей, но тут же пытаются подняться. Грач перезаряжается, добегает до Паштета, тот встаёт из травы и бежит дальше, Мага снова стреляет. Вот же молодцы, прикрывают друг друга – пятнадцать-двадцать метров пробежка, остановка, стрельба, в это время отступают другие. Но патроны кончаются с бешеной скоростью.

Из леса по ним разом открывают огонь стволов десять. От же, млять, пули только так срезают кусты, ветки и сбивают листья! Рядом с ним из земли поднимаются фонтанчики.

Твою мать, я как раз перевёл бинокль на девушек и увидел, как второй пуля попадает в правую ногу. Крика её я не слышал, так, как и стрельба и далеко, только открытый рот увидел, она падает, роняет раненного, которого они несли, и они покатились по траве.

До них добегает этот парень, пытается помочь им подняться, им до нас метров сто. Млять, ну давайте же, мы не можем высунуться, нам нужно, чтобы они забежали сюда, охотников слишком много и если мы сейчас откроем огонь, то они просто рассосутся в разные стороны и обойдут нас по бокам. А так они просто втянутся сюда, и мы их здесь многих положим.

Млять, из леса выехал сначала один джип, за ним второй, вон и третий появился. Бронетранспортёра не видно, но в тачках полно охотников, вон они держатся за ручки и дуги. Пулемётчики наверху в турелях.

Парень хватает девушку и взваливает её себе на плечо, рядом с ними появляется Мага, хватает чувака без сознания и так же закидывает на себя. Паштет и Грач прикрывают, отстреливаются, стреляют по охотникам, сбивая им прицелы.

— Быстрее! – это уже заорал Грач, и я его услышал, – бегите вон к тем камням, Паштет, пошёл!

Отлично, они бегут точно к нам. Мля, нужно их встретить, помочь, у первой девушки в руках вижу пистолет. Нужно ей сказать, что мы свои, а то сейчас начнёт по нам со Сливой палить. Да и парень вон, уже в левой руке пистолет держит, откуда он его только достал? Раненая девушка болтается у него на плече и пытается как-то держаться, из её правой ноги бежит кровь. Съезжаю на заднице вниз, метрах в пяти от меня появляется Слива.

— Девка твоя, – быстро говорю Сливе, – отбери у неё пистолет, некогда уговаривать, я парня обезоружу.

Слива кивает и, быстро выглянув, прячется за одним из поваленных деревьев. Ох там и стрельба-то. Вжик, вжик! – несколько пуль залетели и сюда. Хренасе, там поливают, так ведь и зацепить могут! В моей голове возникает мысль – почему по ним ведут такой огонь, и никто из охотников не попадает? Ведь они стреляют очередями, и больше, чем из десятка стволов. И тут я услышал громкий крик басом.

— Живьём брать!

За ним тут же ещё один.

— Живьём, живьём брать, не убивайте их!

Теперь понятно, наших гонят, делают так, чтобы они отстреливались, тратили свои патроны. Как только они кончатся, на них навалятся охотники и возьмут их массой.

— Обходите справа! – снова орёт этот бас.

Млять, там куча валунов, там Лесник с кошками. Всё, дальше думать некогда, вон замелькали ноги девушки среди деревьев, спустя ещё несколько секунд я услышал хрип и тяжёлое дыхание. Так может дышать только тот, кто уже готов выплюнуть свои лёгкие от долгого и тяжелого бега. Они все бегут буквально из последних сил. Сливу я не вижу, уже где-то заныкался.

Треск веток, аккуратно выглядываю и вижу первую девушку с пистолетом, она перебирается через поваленное дерево и спрыгивает на небольшой ровный участок земли. Разворачивается, уже готовая помочь парню с раненой девушкой.

Хлоп, – сбоку на неё прыгает Слива, мгновенно выкручивает у неё из руки пистолет. Она среагировала с запозданием в несколько секунд, но тут же начинает выкручиваться и вырываться.

— Тихо, тихо, млять, – шипит на неё Слива, – мы свои, успокойся.

Но та и не думает успокаиваться, Слива резко перекидывает её через себя и прижимает к земле.

— Тихо, дура, – прижав её, снова шипит он, – мы свои!

А вот и парень с девушкой, увидел Сливу, поднимает пистолет. Теперь моя очередь. Раз, – я сбоку прыгаю на него, девушку он так и держит на плече. Боковым зрением он меня увидел, почти что развернулся. Я успел поймать его руку, выстрел.

Мать твою, чуть не продырявил меня! Парень оказался с хорошей реакцией. Он просто вместе с раненой прыгнул на меня. Хрена себе, крендель!

— Мы свои! – начал уже громко говорить я, барахтаясь сразу под двумя телами.

Пистолет куда-то улетел, они вдвоём с девкой начинают меня бить. Млять, ну что за люди.

— Успокойтесь!

Скидываю их с себя, мгновенно встаю на ноги.

— Тихо, млять! – выставляю перед собой руки, – мы вам не враги.

Девушка лежит и морщится на земле, парень стоит в стойке, и у него в руке нож. Слива свою так и прижимает к земле, она всё ещё там барахтается и ругается.

— Ты кто? – тяжело дыша спрашивает этот Архи.

Треск веток, поворачиваю голову и вижу, как через поваленное дерево перелетает Мага с автоматом в руках и мужиком на плече. В самую последнюю секунду перед приземлением он увидел меня. Этого без сознания он аккуратно кладёт на землю.

— Саня?

Мага охренел, увидев меня. Снова выстрелы, короткие и длинные автоматные очереди. Мы разом пригибаемся, так как пулями снова сбило несколько веток, и несколько срикошетили об валуны. Вон вываливается Паштет, откуда он взялся, я так и не понял.

— Здорово, Паштет! – орёт сбоку Слива.

Наш мушкетёр мгновенно разворачивается с автоматом на голос Сливы. Парень Архи вроде потихоньку успокаивается.

— Привет, – ошарашено говорит Паштет, удивленно глядя то на Сливу, то на меня.

— Шеф! – Паштет помахал мне рукой.

— Мы свои, млять, – снова говорю парню и раненой девушке на земле. Та аж стонать от боли перестала и смотрит то на меня, то на Сливу удивлёнными глазами.

— Грач где? – спрашиваю я.

Топот ног. Бац, – Грач приземляется рядом с нами. Вот же млять! Он охренел не меньше Маги с Паштетом. Слива уже вскочил на ноги и помогает подняться этой девушке.

— Вы как тут? – обалдело спрашивает он и бросается ко мне.

За несколько секунд мы успеваем крепко обняться. Вот не знаю почему, но я, Слива и трое наших пацанов бросились друг к другу мгновенно, и как могли друг друга обняли. Видимо эти обнимашки сняли последнее недоверие у девчонок и Архи.

— Гера где? – спрашиваю у Грача.

— Они его в замке оставили, вместе с нашим Камазом.

— Я их там всех за мою тачку замочу! – шипит Мага.

— Всё потом, – быстро беру ситуацию в свои руки, – сейчас встречаем охотников, там сбоку Лесник с кошками, не вздумайте его пристрелить.

Снова у пацанов глаза по размерам, как чайные блюдца.

— Всё потом, – повторяю я, видя, как Грач и Мага уже готовы начать сыпать вопросами, – наших больше никого нет. Наверху наш снайпер, – тычок пальцем наверх, – держи, – кидаю парню Архи помпу и патронташ, тот ловко всё это ловит, – тащите их вон туда, — показываю на раненого парня и девушку и вбок, – там будет транспорт. Что с ним? – смотрю на лежащего без сознания мужчину лет тридцати пяти, того, которого принёс Мага.

— Пулевое в правую сторону груди, – отвечает девушка, у которой Слива выбил пистолет.

Она уже его нашла и стоит, держа его в руке. Бросаю ей аптечку.

— Перевяжи его и её, ты – показываю на Архи, – помоги им и прикрывай. Встречаем охотников, валим всех, рассосались, все вопросы потом, я стреляю первый.

Всё это я проговорил скороговоркой. Одновременно с этим срываю с пояса флягу с водой, кидаю её Паштету, Слива свою протягивает девушке, следом он, так же, как и я, бросает помпу Маге, пару гранат ему, я вытаскиваю три гранаты, одну Паштету, две Грачу.

— Ну, ща повеселимся! – весело произносит Слива и хлопнув по плечу Паштета они быстро уходят налево.

— Пленных не брать! – слышу громкий шёпот Паштета.

За несколько секунд рассасываемся и прячемся между поваленных деревьев и валунов. Только я успел спрятаться, как снова услышал топот, кряхтенье и тяжелое дыхание.

Грач рядом, в метре от меня, старается спрятаться за ветками. Аккуратно выглядываю, – твою мать, много охотников-то, вон они, как тараканы, лезут через поваленные деревья и через валуны, чуть дальше вижу джип, он пытается перебраться через камни, второй сидит, его толкают три охотника, водитель бешено газует. Ещё один джип метрах в двухстах, бронетранспортёра не видно.

Хлоп, – на ствол поваленного дерева ловко запрыгивает один из охотников, запрыгнул и замер, внимательно смотрит вперёд, меня не видит, я сбоку от него в паре метров, ещё один, вон половина корпуса торчит. Всё, пора.

Ловлю в прицел того, у которого торчит половина туловища, он вон уже пытается залезть на ствол. Лови. Делаю два выстрела и с удовольствием отмечаю, что обе пули вошли ему точно в голову, его мгновенно сдувает со ствола, на который он уже почти забрался. Тут же переношу огонь на того, внимательного, ему тоже двоечку, обе пули всаживаю ему в грудь.

И тут дали все пацаны. Ох ты ж мать! С десяток охотников положили сразу.

Те, кто не успел спрятаться и среагировать, были убиты мгновенно. С расстояния в пять-десять метров промахнуться по ним было невозможно. Они никак не ожидали, что мы их тут будем ждать, и что нас окажется больше, и оружия прибавится.

Грач из автомата короткой очередью положил сразу двоих. Краем глаза вижу, как трое охотников получают по стреле в тело. Сверху с горы начали раздаваться выстрелы. В коллиматорный прицел моего калаша хорошо видно, как те охотники, которые пытались вытолкать джип, один за другим получают пули в голову и падают около него, водила получил сразу две, в лобовухе появились две дырочки; джип-то они успели вытолкнуть, и он, проехав несколько метров, упёрся в камни и остановился. Теперь, походу, Бад перенёс огонь на второй джип, который пытался перебраться через камни, там пулемётчик как-то руками взмахнул и осел внутрь тачки.

И тут раздался свист. Ох ты ж, мать твою! Откуда-то из-за камней пулей вылетели две кошки, причём с разных сторон. Кто из них, кто, я понять не успел, одна, кажется это всё-таки была Луна, прыгнула на спину охотнику, повалила его и в мгновение ока разорвала ему затылок своими клыками.

Бука, точно он, сбоку прыгнул на другого и так же клыками вспорол ему горло. Двое охотников заорали от страха, увидав кошек, один из них стал разворачиваться, чтобы в них выстрелить, но тут же получил в шею стрелу и, захрипев, схватившись за шею и стрелу, упал. Бука прыгнул на второго. Он мгновенно пробежал по длинному поваленному стволу и, разогнавшись, в прыжке, млять, он пролетел метров семь точно, всем своим весом буквально снёс этого охотника.

Луна уже придавила другого Архи, с пулемётом, сошки которого тот уже поставил на ствол, он с тяжёлым стволом не успел развернуться, вон, барахтается под ней, а она его буквально рвёт на части, яростно рыча. Человек буквально захлёбывается под ней от крика страха и боли, готов, затих. Луна срывается с места и буквально катапультируется вбок и вовремя, в то место, где она только что была, впивается очередь из автомата.

Я ловлю этого стрелка в прицел, но не успеваю, ему прямо в сердце прилетает стрела. Буку и Луну уже не вижу, офигеть, кошки нереально быстрые!

Тем временем, по бокам от меня гремят выстрелы, сверху щёлкает из винтовки Бад, взрыв, ещё один, крики, вопли раненых. Грач рядом азартно шмаляет из автомата. Тут в дерево, за которым Грач и я частично прятались, прилетает очередь.

— Меняем позицию! – кричу Грачу перезаряжаясь.

Тот кивает, достаёт гранату и, выдернув кольцо, бросает её вперед. Взрыв, кто-то опять заорал.

Мы среди камней и валунов, крутим головами на триста шестьдесят градусов. Вон ещё один охотник, стреляем в него с Грачом одновременно, того уносит назад.

Сбоку хлопает помпа, ещё взрыв. Слышу сзади шорох, резко разворачиваюсь, охотник уже целится в меня. Выстрел, его башка просто лопается, он падает на меня, я еле успеваю отпрыгнуть в сторону, – Бад, – поворачиваюсь и, глядя на гору, показываю большой палец.

— Саня, млять, не спи! – орёт Грач, уже шаря в разгрузке у убитого.

Быстро вытащив у него несколько магазинов, перезаряжает свой автомат. Отбегаем с ним к огромным валунам, в нас стреляют, мы стреляем. Нас начинают зажимать, вон какая-то скотина выставила винтовку и лупит в нашу сторону. Взрыв сзади него, охотник как пробка вылетает и плашмя падает на камень спиной, мне показалось, что я даже хруст костей услышал. Добиваю его выстрелом в голову.

Слева шорох. Резко разворачиваемся с Грачом.

— Не стреляйте, – слышу знакомый голос, и из-за камня появляется Лесник, – привет, Грач, – улыбается Лесник.

— Здрасьте! – весело отвечает тот ему.

Лесник тихо свистит, спустя несколько секунд буквально из-под земли появляются обе кошки, морды и передние лапы у обеих в крови.

— Бука, Луна, привет, – так же улыбаясь говорит Грач.

— Их много, – накладывая на тетиву очередную стрелу, говорит Лесник, – нужно уходить.

Сбоку, слева от нас взрыв, длинная автоматная очередь, хлопает помпа.

Резко разворачиваюсь, набираю воздуха побольше в грудь и кричу, что есть мочи.

— Ба-а-а-а-ад, спускайся-а-а-а.

Снайперка наверху щёлкнула ещё пару раз и затихла.

— Ленивец с вами? – удивлённо спрашивает Грач.

— Какой Ленивец?

— Пошли отсюда, – шипит на нас Лесник, – туда, – кивает головой в сторону выстрелов и взрывов, – потом трепаться будете.

Я ломанулся первый, вон ещё мелькает башка охотника, падаю за камень, прицеливаюсь, очередь, мимо, башка спряталась, вскакиваю на колено, ещё очередь, млять, не попал!

Снова перебежка, и тут краем глаза замечаю наверху на валуне, который метра три высотой, движение. Там охотник, уже целится в меня, я выстрелить не успеваю, прыгаю вперед, пули влетают в землю, где я только что стоял, затем он быстро вскидывает автомат и стреляет по Грачу и Леснику, те падают за камни.

— Саша, нагнись! – орёт мне Лесник, – Бука, пошёл!

И тут я охренел. Я увидел, как кот вылетел из-за камня и несётся ко мне. Я только успел нагнуться, как почувствовал, что Бука отталкивается от моей спины лапами и взлетает наверх. Там крик боли и ужаса, и спустя две секунды на землю рядом со мной падает охотник. От увиденного я аж в небольшой ступор впал, у него вся паховая область в крови. Он орёт от нереальной боли и зажимает руками своё хозяйство.

— Луна, пошла! – снова крик Лесника.

Откуда она появилась, я снова не увидел, зато увидел, как она прыгнула ему на грудь, снова клыки впиваются этому Архи в горло, который уже, походу, остался без хозяйства, там вообще всё в крови. Луна убила его за пару секунд, просто вырвала ему горло и разорвала всё лицо. Пипец, просто пипец!

Откуда-то с матами и громким треском веток появляются Паштет, Мага и Слива. Рожи у всех довольные и в пороховой гари, у Маги по руке течёт кровь.

— Ранен? – хмурится Грач.

— А, фигня, царапина, что дальше?

— Первую атаку отбили, – орёт довольный Паштет, тряся в руках двумя автоматами сразу, – пошли их всех замочим.

— Нужно уходить, – пытаясь восстановить дыхание, говорит Слива, – сейчас те, кто уцелели, нажалуются, и сюда ещё охотники приедут и возьмутся за нас более плотно.

— Пох, всех замочим! – снова трясёт автоматами Паштет.

Причём, у него же был один автомат, и пистолета вон того на боку не было, и разгрузка, вроде, другая была. Ну Паштет, уже прибарахлился!

— Паштет, цыц! – резко сказал Грач, – да, нужно уходить, некоторые из охотников назад в лес убежали, точно сейчас будут подкрепление ждать.

Тот сразу расстроился и прекратил улыбаться.

— Уходим, – киваю головой вбок, смотрю на Паштета и улыбаюсь, – там плот Лесника, на нём свалим.

Только мы выбежали из-за большого валуна, за которым прятались, как по нам врезал сначала один, а затем второй пулемёт. Поливали хорошо, от души, длинными очередями. Пули свистели только так – мы врассыпную, попадали, кто куда, снова на нас сыпятся камни, крошка, ветки, листья, щепки, прижали очень хорошо.

Перекатываюсь в сторону к Леснику, который лежит за поваленным стволом и аккуратно выглядывая, смотрит вперёд.

Стреляют по нам из третьего джипа, который был дальше всех и, млять, из леса появился бронетранспортёр! Вот же пипец, прям, как в кино про немцев. Бронетранспортёр потихоньку едет, а наверху сидит немец, ну ладно, охотник, и стреляет из пулемёта, по бокам только пехоты не хватает.

— Не пройдём! – ору во всё горло, глядя как раз на то место, куда нам надо.

Вижу, как там из-за камня выглядывает тот парень Архи, и одна из девушек, и вон, кажется, наш плот, вернее, большой куст движется, Бад его спустил-таки. Тут расстояние метров тридцать до того места, но нам его в жизни не пробежать.

— Не добежим, – рядом появляется Грач, – далеко, нужно пулемётчиков заткнуть.

— Чем, млять? – снова ору я, – РПГ у нас нет, гранаты не докинем.

Лесник коротко свистнул. К нам ползком! Ползком, мать вашу, приползли Бука и Луна. Мы все как заворожённые на них смотрим. Лесник берёт сначала за голову Буку, показывает ему на бронетранспортёр и говорит – успокой всех, – затем то же самое проделывает с Луной, ей показывает на джип и так же говорит – успокой там всех, пошли.

Млять, млять, да кто они такие, эти кошки? Они срываются с места и, поднырнув под поваленные стволы, просто в них растворяются.

Как сейчас Лесник давал своим опаснейшим зверюгам целеуказание и команду, видели и слышали все. Позабыв о том, что по нам стреляют, каждый из нас пытается увидеть кошек и что будет дальше. Тянем головы, высматриваем их среди завалов.

Вон, кажется, мелькнул хвост, а может и нет. Я их не вижу. Судя по озабоченным рожам пацанов, они их не видят тоже. Ну вот как так? Как они так умудряются растворяться? Буду смотреть на джип и бронетранспортёр.

Прошло секунд тридцать, ну, может, минута, и я увидел Буку. Тот с огромной скоростью оббегал по широкой дуге вокруг бронетранспортёра. Нереальная скорость, он, то появлялся, то исчезал среди кустов и травы. Вот он, снова, пролетев несколько метров по воздуху, исчез в высокой траве.

Проходит ещё несколько секунд, и он выпрыгнул сбоку, с разгона, где он там умудрился разогнаться, я не видел. Но он запрыгнул на борт бронетранспортёра и тут же спрыгнул внутрь. Всё, писец, пулемёт тут же заткнулся, и мы даже тут услышали вопли тех, кто был внутри машины. Бронетранспортёр проехал пару метров и остановился.

Только я посмотрел на джип, как в него, в открытое окно точно так же запрыгнула Луна, там вопли были ещё громче. Охренеть, не встать! Мне кажется, я орал бы ещё громче, когда увидел бы, как ко мне в тачку запрыгивает здоровенная кошка с огромными клыками и с мордой в крови.

— Да ладно! – выдал поражённый Слива, когда стрельба из джипа и бронетранспортёра по нам прекратилась.

— Охренеть просто! – крякнул Мага.

И наступила тишина, по нам никто не стрелял, только откуда-то сбоку мы слышали несколько громких стонов раненых.

Лесник ухмыльнулся и снова свистнул. Вот теперь я отчётливо увидел, как обе кошки выпрыгнули из машин и снова полетели к нам по полю. Раз, раз – и они уже тут у нас, прошло-то несколько секунд. Да с какой же скоростью они бегают?

— Что у тебя? – хмурится Лесник и рывком разворачивает к себе боком Луну.

Мля, у неё бок в крови.

— Ножом полоснул, сволочь, – шипит Лесник, — уходим.

Бегом до плота. Там уже Бад и этот парень Архи погрузил на плот раненого парня и девушку, вторая стоит с пистолетом в руке. У девушек и парня огромные от удивления глаза, вон парень заглядывает под плот и озабочено чешет затылок, а уж когда они увидели кошек, то вообще обалдели.

— Все не улетим, – говорю я, – а нам ещё колба для лифта нужна.

— Колбы есть в шестиколёсных джипах, – неожиданно произносит Грач.

— Знаете про колбы? – спрашиваю у него.

— Да, пленного допросили, – ухмыляется Паштет.

— Саня, мы дебилы! – резюмирует Слива.

Точно, мы же в лагере такой джип видели, где этих охотников вырезали. Вот же млять!

— Вот же мы придурки! – произношу вслух, соглашаясь со Сливой.

— Чего это? – с интересом спрашивает Паштет и тут же под взглядом Грача отворачивается.

— Мы вчера одну команду охотников грохнули, – снова, вздыхая, говорю я, – там был шестиколёсный джип, обшмонать не успели, на нас напали, пришлось сваливать.

— Ну что же, – разводит Грач руки в стороны, – нужно искать такой же.

— Значит так, – говорю я, подумав, – Слива, Грач, Паштет и я остаёмся, там джипы есть, берём один и едем искать шестиколёсный джип. Все остальные – на плот и в пещеру.

— Я с вами! – тут же возмущается Мага.

— Ты ранен, – кивает на его руку Грач, – от тебя толк, конечно, есть, но в экстремальной ситуации твоя рука может тебя, а значит и всех, подвести. Есть место, где спрятаться?

— Есть, – отвечает Лесник, продолжая сидеть около Луны и пытаясь её перевязать.

Кошка немного рычит, видать, больно, но в принципе, даётся.

— Летите туда и ждите нас, – снова говорит Грач, – Мага ранен, девушки – одна ранена, вторая не боец, ты в качестве охраны будешь, – кивает на Архи, – ты – покажешь дорогу, – кивок на Лесника – а ты, я так понимаю, Ленивец? – Грач внимательно смотрит на Бада.

Ленивец? Ну и погоняло, но вслух я промолчал.

— Знаменитый снайпер, – улыбается Архи.

О как, наш толстяк, оказывается, довольно знаменитая личность.

— Да, – отвечает Бад, – меня так называют.

— Почему Ленивец-то? – спрашивает Слива и тут же осёкся.

— Слива, млять! – шиплю на него.

— Извини, Бад, – тут же произносит Слива.

— Ничего, я привык. Да, эту кличку мне дали из-за моего веса, и что я мало двигаюсь. Правда с вами я уже перевыполнил свою норму по движению на год вперёд. Ещё день-два и буду спортсменом.

Мы негромко засмеялись. Молодец он всё-таки, не комплексует из-за своего веса.

— Как винтовка-то, чувак? – спрашивает Слива уводя тему.

— Выше всяких похвал! – отвечает Бад и как-то с нежностью и любовью поглаживает подаренную винтовку, – оптика – вещь, пули кладёт идеально, жаль только, что патронов мало осталось.

— Лесник подарил, – поясняю всем остальным, – Туман наш себе чучела птичек домой захотел, наверняка там ещё и Чаки на уши ему присела.

— Ну да, – хмыкает Грач, – видел я сейчас, как ты охотников валил.

— Да он лучший снайпер, – вскрикивает Архи, – о нём легенды ходят!

Бад аж покраснел.

— Так, всё, – поднимаясь на ноги, говорит Лесник, – полетели.

— Ты тоже с ними, – говорит Грач Баду, – бегать, как мы, ты не сможешь.

— Да это понятно, – бурчит Бад и забирается на плот.

Луну Лесник уже перевязал, она забралась на плот, легла и закрыла глаза. Думаю, что ей больно и сил она много потеряла. Рядом примостился Бука, смотрит вокруг и всем своим видом говорит, только попробуйте тронуть мою сестрёнку! Обе девушки и Архи во все глаза пялятся на кошек, не в силах отвести от них взгляда. А они ещё в крови почти все. Я уж не знаю, как они там порвали стрелков в джипе и бронетранспортёре, но оттуда они прибежали к нам еще более кровавые. Я даже боюсь представить, какой ужас и страх испытали охотники в тачках, когда эти два хищника к ним запрыгнули, но всё равно, один успел полоснуть Луну ножом. Сейчас, наверное, лежит в тачке с разорванным горлом.

— Ориентир — эта гора пика, – снова говорит Лесник, – вы его видели, примерное место в джунглях, думаю, вы запомнили.

Я и Слива, подумав пару секунд, кивнули. Конечно, саму пещеру мы никогда не найдём, но место на берегу, где высаживались недалеко от той горы, думаю, узнаем.

— Бука вас найдет и приведёт к пещере.

— Как он нас найдёт-то? – обалдело спрашивает Слива, – вернее, как он узнает, что мы уже в джунглях?

— Найдёт и узнает, – улыбается Лесник, – поверь мне. Вы, главное, на северо-запад идите, компас у вас есть.

Н-да, эти кошки нереальная загадка природы. Впрочем, чему я удивляюсь. Наши братья меньшие всегда нас удивляли. Вон тогда Булат нашёл и привёз обезьян нам на выручку. А Кайта? Как она нашла в лесу Булата? Но ведь нашла же.


Глава 4.

31 января. День.


— Пошли, – коротко произносит Грач, когда плот исчез в зарослях, – нужна тачка.

Прикрываясь поваленными деревьями, валунами и кустами, мы вернулись на место нашего боя. Н-да, натворили мы тут делов. Неплохо повоевали. Сколько мы грохнули тут сейчас охотников, я, конечно, не знаю, но не меньше двадцати пяти штук точно, плюс ещё кошки в тачках нескольких порвали.

— Трофеи собираем? – спросил Паштет.

— Идея, конечно, хорошая, – хмыкнул Грач, – но те, кто ушли, могут наблюдать и за трупами, и за машинами, могут подстрелить.

— Нам всё равно нужна машина, – настаивал я, – без тачки нам сложно будет.

Ближайший к нам джип был метрах в ста пятидесяти, но он стоял почти посередине небольшой полянки, среди редких деревьев. Это была тачка, которая забуксовала, и Бад со снайперки первым делом расстрелял тех, кто её выталкивал и водителя. Вон, я вижу и валяющиеся рядом трупы и водилу за рулём, он частично успел открыть свою дверь, но не успел выбраться из машины, пули настигли его в тот момент, когда он был уже готов выпрыгнуть из-за руля, да так и остался в таком положении.

— Ползём, – принял решение Грач.

Млять, я так и знал. Вот сколько раз я говорил, проползти пятьдесят метров и сто пятьдесят – это две большие разницы. Сначала мы, как какие-то ужи, пробирались сквозь поваленные деревья и камни, потом трава, хорошо, что более-менее высокая, и нас точно не было видно, тут уже пригнувшись побежали к джипу.

По ходу движения с нескольких трупов быстренько сняли боеприпасы и оружие. Вот и джип.

— Саша, заводи, – сказал мне Грач, вытаскивая из разгрузки валяющегося рядом трупа охотника магазины к автомату.

Рядом Слива шмонал другой труп, Паштет сидит на колене и внимательно смотрит за окрестностями, вертя головой на триста шестьдесят градусов.

Рывок водительской двери на себя, к моим ногам вываливается труп молодого парня, во лбу дырка, половина затылка нет, фу, млять, его мозги на сиденье, хватаю тряпку из двери, быстро протираю сиденье, и за руль. Так, ключи на месте, поворот ключа, зажигание, выжимаю сцепление, раз! – движок тут же завёлся.

— Охотники, пацаны! – негромко крикнул Паштет.

Слива и Грач уже закидывают на заднее сиденье оружие и боеприпасы с трупов.

Из леса на хорошей такой скорости выехали два джипа, за ним ещё один, с другого бока ещё джип и бронетранспортёр. К бронетранспортёру из кустов несутся двое охотников, что-то кричат, размахивают руками и показывают в нашу сторону. Вот же уроды, это те, кто убежали в лес, а теперь шум подняли.

— Валим! – кричу из-за руля.

Если бы не эти двое охотников, то у нас был бы шанс свалить быстрее, а так подкрепление на машинах среагировало мгновенно. Сначала из одного, а потом и из другого джипа по нам открыли огонь.

— Валим, вашу мать! – ору, как потерпевший, уже втыкая первую передачу.

Паштет, недолго думая, прицелившись, выпускает длинную очередь из автомата в сторону джипов, Слива уже сидит рядом со мной и тоже открывает огонь из автомата. Слышу позади себя грохот, вижу, как Грач в мгновение ока оказывается за пулемётом в турели и, быстро передёрнув затвор, так же открыл огонь.

По моим ушам как кувалдой с двух сторон врезали. Вижу, как от морд джипов и бронетранспортёров отлетают искры от наших попаданий, все тачки тут же резко вильнули в стороны, и из них посыпались охотники.

Газ в пол, ох, хорошие всё-таки у них дизельки. Джип, взревев и выкинув из-под всех колёс разом комья земли и травы, прыгнул с места.

— Туда, Саня! – орёт Слива, тыча мне рукой в сторону леса и перезаряжаясь. Паштет снова стреляет, слышу сзади справа его автомат, Грач лупит из пулемёта. Нас трясёт, сшиб одно деревцо, второе, кусты, наш пулемёт и автоматы то и дело замолкают. Вот это слалом, подкидывает нас неслабо, понятно, что при такой тряске попасть никуда нельзя, ну хоть напугаем.

Стиснув зубы, несусь к лесу; вторая, газ в пол, бац, – пуля снесла моё левое зеркало, бац, – в лобовухе появляются ещё пара дырок, бац, бац, – ветки летят по бокам, срезанные пулями, пацаны сзади стреляют и матерятся. Походу, по нам открыли огонь все эти сраные охотники!

Мля, перед нами деревья, ухожу правее, сбивая прицел охотникам, снова кусты и парочка тонких молодых деревьев, мощный бампер сносит и то, и другое.

— Саня, жми, – орёт Слива – они за нами едут!

Твою же мать, снова кручу рулём, как бешеный! Основная стрельба стихла, но всё равно, по нам нет-нет, но кто-то стреляет.

— Справа! – заорал сзади Паштет и тут же открыл огонь из автомата.

Поворачиваю голову и вижу, как среди деревьев мелькают ещё два джипа, нет, три, один из них шестиколёсный, но взять его сейчас нет никакой возможности, тут бы самим ноги унести.

Думаю, больше все эти охотники уже не думают о том, чтобы взять нас живьем. Обкладывают, нас обкладывают со всех сторон, слишком много тут охотников. Овраг, – ныряю в него, сзади матерится Грач, Слива просто вцепился в ручку. Газ в пол, из оврага буквально выпрыгиваем с бешеным рёвом, всем корпусом наш джип приземляется на огромную кучу кустов, раздаётся громкий треск.

Где эти джипы? Вон они, увидели нас, резко разворачиваются и прут в нашу сторону.

— Саня, стой! – внезапно заорал сверху Грач.

Педаль тормоза в пол; проехав несколько метров юзом, джип останавливается. Смотрю назад, Грач, развернувшись в турели, ловит в прицел один из преследующих нас джипов. Поймал и как дал из пулемёта! От джипа только стёкла полетели и искры. Водилу завалил, точно, вон как лобовуха лопнула, и тачка, вильнув, врезалась в дерево.

— Газу! – орёт радостно Грач.

Снова петляем по лесу. Блин, как же сложно ехать по лесу, нужно смотреть и просвет между деревьев и не врезаться никуда. Преследователям-то проще, они по нашим следам едут.

Тупик, заехал в какие-то деревья.

— Назад, – орёт Слива и крутит головой, – давай вон туда!

Включаю заднюю, как тут её, раздаётся треск коробки на весь лес, движок орёт и сзади ещё движки, они едут за нами. Адреналин у меня прёт из всех щелей. Есть, воткнул, смотрю назад, вижу, как Паштет открыл свою заднюю правую дверь и держит её ногой, бац, – двери больше нет, её оторвало деревом.

— Чтобы лучше стрелять было, – кричит сквозь рёв двигателя мушкетёр.

Выезжаем из этого тупика, снова первая, снова газ до отсечки, раз, – подлетели на бревне, думал перевернёмся, ловлю тачку, сзади снова маты и охи, что-то гремит в багажнике.

— Слева! – орёт Грач и снова открывает огонь из пулемёта, по нам стреляют в ответ.

Да сколько же вас тут, мать вашу? За нами прут уже больше десятка джипов и ещё парочка бронетранспортёров, мы кружимся по лесу, и я не могу понять, куда ехать, все ориентиры уже давно потерял.

— Туда, – хлопает меня по плечу сверху Грач, и рядом появляется его рука, указывающая направление.

Вон впереди просвет между деревьев и небольшой бугорок. Вторая, неплохо разгоняемся. Только бы за этим бугорком была ровная площадка, и не было деревьев, влепимся – мало не покажется!

Взлёт и…

Секунда была тишина, потом мы все разом заорали, увидев, куда летим.

— Ааааааааа!!!

Я, кажется, орал громче всех. Мы летим с бугра в воду, под нами река.

Бабах! – мордой врезаемся в воду. От удара об руль из меня вышибло практически весь воздух.

— Все из машины! – орёт Грач.

— Я плохо плаваю, – это уже Паштет.

Слива тормошит меня, успеваю сделать вздох и пытаюсь открыть свою дверь, ага, куда там, хрен вам по всей роже – вода не даёт этого сделать. Кое-как выбираюсь через своё разбитое окно, превозмогая боль в груди, где кто – непонятно.

Млять, разгрузка тяжёлая, я же в неё кучу магазинов и гранат засунул, под водой кое-как расстегнув застёжки, скидываю её с себя. Только топор сзади в чехле остался, про него я забыл. В висках уже пульсирует так, что ещё чуток, и я точно захлебнусь.

Без разгрузки стало гораздо легче, автомата у меня тоже нет. Рвусь наверх, к воздуху, руками, ногами гребу и бултыхаю, как бешеный.

Есть, вынырнул, отплёвываюсь, кручу головой, вон Слива, Грач и Паштет. Паштет нахлебался воды, слабо машет руками, Грач держит его за шкирку. Плыву к ним – до них метров пять, джип уже утонул, нас сносит течением.

— Гребите, вашу мать! – кричит Слива.

Подплываем к Паштету, как можем его держим на плаву и изо всех сил работаем ногами. Я смотрю, то вперёд, то на бугор, с которого мы вылетели. Там вроде пока никого нет, нет, есть, вон показалась морда первого джипа охотников, рядом, ломая кусты, выезжает второй, но мы уже далеко.

— Ныряем, – снова кричит Грач, – Паштет, вдохни.

Тот охренел, но воздуха набрал.

Раз, – все под воду, сколько мы так плыли, я не знаю, но пару десятков метров по сильному течению, думаю, проплыли.

Фух, выныриваем, жадно хватаем воздух и снова под воду, и так ещё пару раз. Когда сил уже не осталось, и мы сейчас все пойдём ко дну, я почувствовал под ногами грунт. По нам никто не стреляет, от места нашего падения мы отплыли метров на сто пятьдесят-двести, точно, а может и дальше. Я уже и охотников-то толком не вижу. Отплыли так далеко благодаря течению.

На берег вытаскивали друг друга буквально за шкирку и с пару минут просто лежали, хватали воздух ртом и пытались прийти в себя.

— Что у нас с оружием? – хрипит Грач, стоя на коленях и пытаясь отдышаться – у меня только нож.

— Пистолет, – отвечает Слива, – и нож.

— У меня тоже нож и топор, – вытаскиваю его из-за спины, смотрю на Паштета – у него нож и пистолет.

— Всё, млять, утонуло! – злится Грач.

— Хорошо, что сами не утонули, – вяло улыбается Слива, – я еле разгрузку скинуть успел.

Точно, все скинули разгрузки, тяжёлые они всё-таки. Попробуй с таким весом поплавай; грудь болит, пипец.

— Об руль? – спрашивает Грач, видя, как я морщусь и растираю свою грудь.

— Ага, чуть концы не отдал.

— Классный был полёт, – произносит Паштет, окончательно пришедший в себя, – я ещё на тачке не прыгал в воду.

— Ага, – хихикает Слива, – правда, ты чуть не утонул.

— Вернёмся, будешь у меня учиться плавать, – садясь на задницу, говорит Грач – запарился тебя вытаскивать.

— Спасибо, командир, я твой должник.

— А, ладно, – машет Грач рукой, – дальше что? Стволов у нас нет, эти сейчас будут всё прочёсывать. С голоду, думаю, не помрём, а вот где нам оружие взять? Они сейчас втройне будут аккуратны.

— Вот тут, – достаю из кармана штанов карту и, развернув её, тычу пальцем, – мы тут со Сливой прикопали немного, когда один из отрядов охотников вырезали, – я улыбаюсь, – а ты, Слива, всё говорил – зачем, зачем?

— Далеко? – ко мне подходит Грач и смотрит на карту.

— Ну, если мы сейчас… – кручу головой в поисках ориентира.

Ага, вот изгиб реки, я его вижу и на карте, значит мы примерно вот тут. Километров десять, только нам на ту сторону нужно.

— Твою мать, – вздыхает Паштет и снимает с себя кроссовки.

Снова мы плывём, в этот раз полегче, спешить и погружаться не нужно. Нашли какое-то бревно и, скинув его в воду, переправляемся, держась за него.

Блин, холодно, зуб на зуб не попадает, но костёр разводить нельзя, засекут враз, нас сейчас много кто ищет.

— Отжимаемся и лёгкой трусцой к вашему схрону, – командует Грач.

Опять мы партизаны, в руках у меня топор, стараемся двигаться быстро, но аккуратно. Шума двигателей вроде не слышно, только бы собачек не было. Пересекли дорогу, сверяемся с картой, вроде правильно, компас, который оказался у Сливы, указывает направление.

Пока пробирались через лес, Грач и немного подсказывающий Паштет рассказали про свои приключения. Всё оказалось так, как нам и рассказывал тот длинный, которому Слива свернул шею. Если вкратце, то дело было так.

Наши пацаны выехали на КАМАЗе с дамбы, углубившись в лес, увидели завал из деревьев, вышли его разгребать, на них сразу наставили кучу стволов, Одуван рыпнулся, получил пулю в бок и улетел в кусты. Охотники, побоявшись, что сейчас приедут другие наши, не стали добивать Одувана, быстренько разоружили наших ребят, связали, покидали в тачки, и к лифту. Короче, как детей сделали.

Когда мы сказали, что нашли Одувана, и что он живой, Грач и Паштет очень обрадовались. То, что наш Док в очередной раз сотворит чудо и выцепит Одувана с того света, никто из нас не сомневался.

Ну а дальше лифт, мешки на голову, замок, где их допрашивали, больно КАМАЗ заинтересовал охотников. С той поры Геру они больше не видели, но слышали от других пленных, что лифты разом перестали работать, и Грач ещё тогда подумал, что, возможно, охотники, сумев разговорить Геру, каким-то образом установили замок на ворота, как мы делали у себя. Грач именно поэтому и думал, что причина, по которой нет подкрепления из нашего мира в лице наших бойцов, кроется в этом. Ну а дальше их выпустили в лес и началась охота, было их четырнадцать человек вместе с Архи, мы встретили семерых, остальные погибли или потерялись. Грач и пацаны так же, как и мы смогли грохнуть нескольких охотников и разжиться трофеями.

От одного из пленных охотников они и узнали, что Алут бросил в лес ещё несколько десятков охотников, наши так и подумали, что это из-за нас, про потери пленный им рассказал и про Ленивца тоже, про этого знаменитого снайпера.

Часа через три, когда уже просто все охренели от такого передвижения по лесу, наконец-то выходим к этой поляне, где мы взяли в ножи группу охотников.

— Вот это место, – говорит Слива, – я вон там в кустах лежал.

Да, место точно то, вон и четыре пепелища от костра. Трупов нет, машин нет, те, кто были тут после нас, всё утащили. Интересно, куда они трупы дели? Стреляных гильз только полно и различного мусора. Я быстренько, в двух словах рассказал, как и что тут с нами было, и как тут погибла Тила.

— Где схрон? – хмурясь спросил Грач.

— Вон там.

Свою закладку нашли мгновенно. Через десять минут, раскопав землю, мы извлекли сумку. Трупа, который мы со Сливой тут бросили, тоже не было.

— Неплохо, – довольно произносит Грач, доставая из сумки оружие.

— Да, какой я молодец, – произношу с гордостью, – сам себя не похвалишь – никто не похвалит.

— Хозяйственный, – поддерживает меня Паштет.

Четыре автомата, по три магазина к каждому, четыре ножа, аптечка, и парочка пистолетов и к ним по две обоймы. Теперь мы вооружены, неплохо, отпор точно дать сможем.

— Дальше что? – спрашивает Паштет, деловито проверяя ногтем заточку ножа.

— Я бы пожрал чего-нибудь – вздыхает Слива.

— Ловить этих уродов только на дороге, – подумав, говорит Грач, не обращая внимания на Сливины слова, – тут по этим лесам до пенсии бегать можно, а дорог тут, судя по карте, несколько, рано или поздно кто-то проедет. Да, их однозначно будет больше, но у нас будет фактор внезапности. Саша, давай карту, посмотрим, где тут ближайшая дорога и идём к ней.

К дороге мы вышли ещё через пару часов. Шмотки на нас окончательно высохли, есть только хочется. Эх, знал бы, в сумку и несколько банок тушенки положил, хотя дикие звери могли бы её учуять и раскопать наш схрон.

— Тут хреново, – коротко говорит Грач, – пошли вдоль дороги, поищем место получше, и маскируйтесь.

Пройдя метров двести вдоль кромки леса, услышали звуки приближающихся машин. Залегли, мимо нас на хорошей скорости пролетели два бронетранспортёра и за ними, на небольшом удалении джип с охотниками.

— Нас ищут, – злорадно усмехнулся Слива, – на помощь поехали, им сейчас там кучу трупов собирать.

— Всех замочу, – добавляет Паштет, провожая взглядом машины и ломая ветки.

Через десять минут каждый из нас походил на небольшой куст. Замаскировались мы очень хорошо, навешав на себя различных веток. Так, пройдя около километра, нашли более-менее приличное место для засады.

Тут был небольшой перекрёсток. Кстати, на карте его не оказалось и дорога не очень ровная, рытвина вон какая, тут скорее всего, раньше ручей был, который сейчас пересох, машинам тут, хочешь не хочешь, пришлось бы притормаживать.

Выработали план. Грач меня и Сливу отправил на ту сторону дороги, сказал, что стрелять только после его первых выстрелов. Нам нужен шестиколёсный джип, так, как только в таких была колба для лифтов, все остальные тачки можно взрывать и расстреливать, правда, взрывать нам нечем, если только умудриться подорвать машину гранатой.

— И запомните, – напутствовал нас Грач, перед тем, как мы со Сливой уже были готовы метнуться на ту сторону, – по большому джипу особо не палите, я имею в виду, по мотору и колёсам, нам ещё на нём назад ехать, пешком слишком далеко, да и загонят нас быстро. Пошли.

Мы со Сливой туда, выбрали себе пару мест для стрельбы, оборудовали ячейки, как могли руками и моим топором насыпали небольшой бруствер, замаскировались. Дорога, вот она, до неё метров двадцать-тридцать, можно сказать, палить будем в упор, и по нам тоже. У нас второго шанса не будет, нужно валить всех сразу, иначе как дадут из пулемётов, никакой бруствер на таком расстоянии не поможет, снесёт всё.

Ждать пришлось долго. Только через три с небольшим часа мы, сначала услышали, а потом увидели приближающиеся машины.

— Приготовились, – зашептал я и быстро посмотрел на ту сторону, где прятались Грач с Паштетом.

Надеюсь, тут сейчас не колонна появится, придётся её пропустить, с большими силами мы не справимся и та тачка, которая нам нужна, тоже появится, а то придётся ещё лежать и ждать следующих машин.

Спустя минуту с небольшим из леса, урча двигателем, выехал бронетранспортёр, а за ним – удача, шестиколёсный джип. Только как-то бронетранспортёр немного подёргивался, не иначе, проблемы с мотором, или чего там у него капризничает, ещё лучше.

Вот они подъезжают к этой рытвине, обе тачки притормаживают, первый бронетранспортёр переезжает эту рытвину, и когда уже задние колеса готовы были из неё выскочить, он глохнет, вообще красота! Шестиколёсный джип останавливается сзади, как раз напротив меня и Сливы, мы его держим на мушке. Я вижу водителя и пассажиров, а пассажиры там девки, вон сзади две сидят, одна из них, кажется, держит в руках арбалет. Вот же, млять, охотнички!

Вижу в кузове бронетранспортёра озабоченные лица охотников, которые держатся за борта машины.

— Давай, поехали уже! – крикнул один из охотников и ударил кулаком по кабине.

— Ну что там опять? – воскликнул второй и выпрыгнул из кузова.

И тут я увидел, как в кузов бронетранспортёра залетела граната, выкинули её из ближайших кустов, за ней вторая и, с глухим звуком ударившись о борт, упала рядом с бронетранспортёром.

Бах! – первая граната рванула внутри бронированной тачки, и оттуда взрывом вынесло полтора человека и какое-то барахло.

Бах! – взорвалась вторая граната, того охотника, что выпрыгнул из бронетранспортёра, нашпиговало осколками, и ударной волной его крепко впечатало в рядом стоящее дерево, точно не жилец.

— Огонь! – заорал я.

Короткими, на два патрона, очередями, мы со Сливой открыли огонь по джипу.

Первыми выстрелами я точно снёс водилу, однозначно попал ему прямо в голову, заодно пристрелив и правого пассажира, там насквозь пули прошли.

Слива мочил девок, одна из них дёргается, вторая мгновенно среагировала и вывалилась с той стороны из машины. Я видел, как она рухнула на дорогу и, быстро перекатившись, скрылась в кювете.

— Пошли, млять! – заорал на всю округу Грач.

Из зарослей сбоку к дороге ломанулись два куста, это Грач и Паштет, оба короткими очередями стреляют по бронетранспортёру.

Мы со Сливой бежим к джипу, автомат перед глазами, делаю ещё два выстрела, снова стреляю в водилу и пассажира, у пассажира лопнула башка, и он своими мозгами забрызгал лобовуху и панель приборов.

— Саня, девка! – орёт Слива.

Мы обегаем машину, перебегаем дорогу и видим в кювете эту девку. У неё большие глаза от страха или от боли, левая рука висит плетью, второй она пытается натянуть тетиву на арбалете. Подбежавший к ней первым Слива сходу, не останавливаясь, бьёт её ногой в грудь, та, охнув, улетает дальше, выронив арбалет.

Сзади меня выстрелы, резко оборачиваюсь и вижу, как Грач и Паштет, уже открыв задние двери бронетранспортёра, сунули туда свои автоматы и поливают его длинными очередями.

— Слива, девка! – ору уже я, сам назад, к шестиколёсному джипу. Водительскую дверь на себя, на меня снова вываливается мёртвый водила, даю ему упасть, ствол в салон, живых нет, сзади ещё одна девка, мёртвая, как и водила с пассажиром, на всякий случай стреляю ей в голову, контрольный.

Колба, есть, её я увидел сразу, вон она прямо на панели внизу.

— Есть, пацаны! – радостно ору, хватая колбу, и показываю её мужикам.

Всё заняло меньше минуты, бронетранспортёр горит, достать что-либо оттуда нет никакой возможности, оттуда так никто и не успел выбраться.

— Что с ней делать-то? – спрашивает Слива, вытаскивая за шкирку эту девку на дорогу.

Та, ошалевшая от боли, от неожиданности, смотрит на нас большими глазами.

— В расход, – командует Грач.

— Нет, пожалуйста! – заорал она, но было поздно.

Слива бросил её на дороге и отошёл в сторону. Выстрел, ещё, Паштет выстрелил ей с двух метров в голову из пистолета.

— Собрать оружие и боеприпасы, и уходим, – быстро говорит Грач, и сам первым бежит к тому охотнику, которого взрывом второй гранаты впечатало в дерево. Тот лежит поломанной куклой, и его левая нога неестественно вывернута, да и голова как-то не так лежит, да и ещё из неё кровь идёт из нескольких мест – это осколки влетели, труп, однозначно.

В джипе оказалось и несколько автоматов и винтовок, и боеприпасы. Разгрузки мы сняли с убитых, всё это закинули в джип. Прикольная тачка, место сзади полно, он по размерам почти как мой длинный Кадиллак. Жаль только, что наверху турели с пулемётом нет, зато аж два люка, вон, Слива уже высунулся из второго и осматривается вокруг.

— Валим! – закидывая в салон автомат, снова крикнул Грач, – Саша, за руль, едем к нашим.

А этим-то поприятней управлять. Я как тронулся на нём, сразу это понял, направил джип в лес, и аккуратно объезжая деревья и различные препятствия, стал удаляться от дороги. Позади нас начали рваться боеприпасы в горящем бронетранспортёре.

Механическая коробка, тоже дизель, бак полный, в панель вделан компас. База здоровая и крутиться на нём приходится больше, но, опять же, за счёт неё, все неровности проезжаем мягче, сзади вообще, наверное, кайф.

— Ну и как ей пользоваться? – спросил Грач, сидя справа от меня и вертя в руках колбу с синей жидкостью внутри.

— Сказали, тереть, как лампу Аладдина, – засмеялся сзади Слива, чем-то шурша, – Паштет, глянь что вон в той сумке.

— Да, – поддерживаю Сливу, – к лифту подъедем и потрём, он должен открыться.

— Нда, чудеса, – вздохнул Грач, завернув колбу в тряпку и убрав её себе в один из карманов разгрузки, снятой с того охотника, которого в дерево впечатало. Она вон у него частично в крови, но такие мелочи нас не пугают, у меня тоже разгрузка в крови, я её с водилы этого джипа снял.

Ох, как же хорошо на машине-то! Минут через двадцать такой езды выбрались на дорогу, ну как, на дорогу – просека среди деревьев, и покатили уже уверенней и чутка побыстрей, давя кустарники и снося мелкие деревья. Ветки только так били по кузову машины, царапая его, пох, лишь бы он нас довёз.

Слива с Паштетом нашли в одной из сумок еду, быстренько нарубили бутербродов, и мы поели прямо на ходу.

— Вот тут есть переправа, – ткнув пальцем в карту, лежавшую у него на коленях, сказал Грач, – как раз после неё въедем в эти джунгли, а там недалеко и до горы Пики. Нужно будет только разведать, чисто там или нет.

До переправы доехали меньше чем за двадцать минут, вот что значит – ехать на тачке, не то, что идти пешком. Пока ехали, крутили настройки рации, установленной тут же в тачке, в эфире было тихо, значит, место нашей засады ещё не обнаружили. Грач дал команду заехать в лес.

— Маскируемся, и пошли посмотрим, что там за переправа, и кто на ней есть, – проверяя свой автомат, сказал он, – и в темпе всё, пока кипеш не подняли, нам нужно успеть в джунгли переправиться. Через два часа стемнеет.

Джип закидали ветками и быстренько замели следы съезда с дороги. До реки метров пятьсот, пробираемся по лесу, внимательно глядя по сторонам и держа оружие наготове. Паштета оставили около тачки, так, на всякий случай. Он молодец, сразу отошёл от неё метров на двадцать и замаскировался под деревом. Едва отошли от машины, сразу учуяли запах костра, а Слива, как обычно, учуял запах еды.

Вышли к реке, вон переправа. Как такового моста, или парома какого, нет – там просто брод, на нашей стороне стоят два джипа охотников. Вон, в воде даже вешки стоят, обозначающие брод. В этом месте река неширокая, метров семьдесят-восемьдесят.

— Семеро их, – коротко сказал Слива, – жрут че-то, гады.

Вон и гора Пика слева, еле видно. Мы, конечно, могли бросить эту машину и перебраться через реку вплавь, чтобы быть поближе к этой горе, но в пещере есть раненый, да и народу нас много. Пробираться через джунгли такой толпой все-таки опасно. Лесник нам сказал, что проведёт нас к лифту так, что мы сможем проехать на машине, так что, тачка нам, по-любому, нужна, вот мы и решили въехать в джунгли на ней и постараться максимально близко доехать до пещеры, там уж Бука где-то будет или позже появится.

— Собака за дальним джипом лежит, – добавил Слива, – привязана к машине, видать, плохо себя ведёт.

Присмотревшись, я тоже увидел псину, млять, точняк, сидит вон эта хвостатая дура на поводке. Охотники готовили на костре еду. Четверо около костра, двое копаются под капотом одного из джипов, ещё один стоит за турелью второго джипа, и нужно сказать, что он не филонит, а внимательно наблюдает за лесом и джунглями, крутясь со стволом туда-сюда, видать крепкий они нагоняй получили, не расслабляются.

— Ну, и как поступим? – спрашивает Слива, – отсюда всех снять не успеем – далековато, и кусты вон те мешают.

— Едем внаглую, – подумав секунду, сказал Грач – подъезжаем и всех валим. У нас их джип, так что не думаю, что они по нам откроют огонь, да и в эфире тихо.

— Саша, не спеши, – произнёс Грач, когда мы, уже вернувшись к машине, сели в неё, и выехав на дорогу, поехали к броду, – если получится – дави их, только резко, мы работаем по охотникам, Паштет – на тебе пулемётчик в джипе.

— Легко, – крякнул сзади мушкетёр.

Как только наш джип показался из леса на дороге, ведущей к броду, все охотники, как по команде бросили свои дела и, похватав оружие, попрятались за свои джипы, вот же, млять!

Грач, недолго думая, открыл своё окно и, выставив руку, помахал, смотрю, парочка Архи опустила оружие, следом ещё двое, и они вышли из-за тачек.

— Приготовились, – сквозь зубы процедил Грач, когда нам оставалось до них метров двадцать, – Паштет, крикни им что-нибудь.

Паштет тут же высунулся из окна и заорал.

— Здорово, мужики!

Нормально, начали улыбаться. Моё сердце бешено стучит, автомат лежит на коленях. Десять метров, вон стоят трое Архи и улыбаются.

— Работаем! – резко скомандовал Грач.

Тут же салон нашего джипа наполнился грохотом выстрелов, Слива выпрыгнул в люк и открыл огонь, я услышал, как по крыше начали стучать гильзы. Четверых охотников снесли сразу, они так и повалились, пулемётчика грохнул Паштет, двое успели нырнуть за первый джип.

— Тарань! – заорал Грач.

Первая передача у меня и так была включена.

— Держитесь! – заорал я, вдавливая педаль газа в пол.

Бил я в заднюю часть этого джипа, от удара нашим тяжёлым джипом их тачку аж развернуло, и её задницу подкинуло. Тех двоих охотников страшным ударом откинуло от машины.

— Пошли! – заорал Грач.

Выпрыгиваем из машины, стреляем на ходу. Слива пристрелил беснующуюся на поводке собаку, Грач стреляет длинными очередями, Паштет садит по машине с пулемётчиком, я добиваю тех, кто лежит на песке. Меньше чем через минуту всё было кончено.

— Чисто, чисто, – начали раздаваться отчеты.

Мы все стоим на колене, ощетинившись стволами в разные стороны, тихо, вроде никого больше нет. Тишина, только наша тачка дизельком урчит, и в котелке над костром что-то кипит.

— Паштет, контроль тот берег, Слива – этот, Саша, собираем оружие и боеприпасы, всё в нашу тачку, – командует Грач.

В темпе шмонаем машины, хватаем всё подряд – сумки, оружие, боеприпасы, даже с трупов стволы взяли, потом разбираться будем.

— Далн, приём, – зашипела рация в джипе в тот момент, когда я вытаскивал из него какую-то сумку.

Громкость была выкручена на полную, так что вызов услышали все.

— Слива, оставь гостинцы в тачках. – отдаёт команду Грач, – щас этих уродов хватятся и сюда приедут.

— Сейчас всё будет, – радостно отвечает тот, доставая из разгрузки гранаты.

Вот же, млять, багажник-то большой у этого шестиколёсного джипа. Мне всё как-то недосуг было на него посмотреть, а тут я открыл двери, и мы туда закидывали различное барахло, да уж, места там вагон.

Слива в этот момент ловко подложил под парочку трупов гранаты без чеки и ещё по одной засунул под каждую машину. Я бы, конечно один из джипов, с собой взял, но мы их расстреляли в упор, Паштет, вон, ещё все колёса ножом проколол и провода из-под капота вырвал и закинул их в реку.

— Уходим, – стоя на колене и обозревая окрестности, произнёс Грач – Саша, за руль, Паштет, хватит там возиться, Слива, в тачку.

Снова грузимся в джип и через реку, раз – и мы на той стороне. В открытые окна сразу ворвался звук джунглей. Всё-таки, тут тоже интересная природа, с той стороны обычный лес, а тут вон – джунгли. Птички орут и чирикают, зверь, кажется, какой-то зарычал, в общем, звуков тут хватит за глаза.

Я помню пару раз, когда жил ещё на земле, включал себе на компьютере звуки джунглей и сидел их слушал, читая книгу, прикольно так. Потом как-то раз ночью, просматривая чертежи очередной подвески, которую нам нужно было собрать, включил звук сонара подводной лодки. Вот тут как-то сразу по мозгам дало, в хорошем смысле этого слова.

Стоит только представить, как эта длинная, железная, смертоносная хреновина плывёт где-нибудь в океане и издаёт звук сонара. Ночь, океан, подводная лодка, нужно только представить…

— Давай, Саш, левее, – сказал Грач, когда от брода мы отъехали метров на сто-двести – нам в ту сторону нужно, – и он ещё и рукой показал.

Блин, от мыслей отвлёк, ладно, не стоит расслабляться.

— Мы там не проедем, – остановив машину, покачал я головой, – плотность зарослей, видите, какая? Хрен мы тут проедем, а если и проедем, нас потом по этой просеке найдут, как по проспекту.

— Я так и знал, – вздохнул Грач, – сколько нам до пещеры Лесника?

— Километров пятнадцать, точно, – выдохнул сзади Слива, – я пешком не пойду, у меня и так уже ног нет, набегался.

Да, Слива прав, мы все уже сегодня набегались и находились, я, если честно, подустал тоже, я бы даже сказал – сильно устал. Да и идти по джунглям пятнадцать километров и по лесу – это две большие разницы.

— Паштет, давай за мной, – открывая дверь и вылезая из машины, сказал Грач, – пошли дорогу разведывать, – я смотрю, ты прикрываешь. Через… – он посмотрел на часы – час сорок начнёт темнеть, нам нужно проехать эти пятнадцать километров и найти наших. У меня совершенно нет желания ночевать в тачке.

— Во-во, – снова подал голос сзади Слива, – я из люка буду смотреть, и у Лесника там в пещере кайф, там точно никто задницу не откусит.

Тронулись, ох, я вам скажу, затея! Грач и Паштет шли впереди метрах в пяти от меня, я осторожно ехал за ними, ломая ветки, кусты, давя здоровенные листья, по типу тех, которыми мы закидывали вход в пещеру.

Да уж, просека за нами получилась совсем неплохая. Ну, тут уж ничего не поделаешь, пешком идти ни у кого желания нет.

Движемся уже час, в парочке мест нам попались прямые с минимумом зелени, мужики забирались в машину, и мы ехали, потом снова пешком, то Грач, то Слива, то Паштет, я водила. Какие-то овраги, которые приходилось объезжать, снова небольшие рощицы, бугор попался, на него я залетел с разгона, с третьей попытки.

Попадались нам и зверюшки местные, они убегали, и змей видели, мы их не трогали, просто обходили. Один раз нас вообще преследовали какие-то два горластых попугая, перелетая с ветку на ветку и вопя во всё горло. Паштет уже хотел их пристрелить, чтобы они не выдали наше место положение, но птички, видать, наоравшись, резко куда-то свалили.

Через зелень ехали очень даже уверенно. У этой тачки оказывается постоянный полный привод, да ещё вон и понижайка есть, прёт, как танк, правда, оторвали оба зеркала и кузов весь поцарапали до железа, но ехали.

— Сколько проехали-то уже? – спросил Слива, забираясь в машину, и, достав бутылку с водой, стал откручивать пробку.

— Чуть больше десяти километров, – сверившись с одометром, ответил я, – вроде как чутка осталось, а так – хрен его знает, где эта пещера.

— Где этот Бука, млять? – выругался Слива, – мы эту пещеру хрен сами найдём.

Эту гору, в форме пики, мы видели несколько раз, вроде движемся правильно, да и компасом пользуемся. Потом вообще выехали в какую-то долину. Просто ехали, ехали по кустам, а тут раз – и долина. Спугнули стайку животных, похожих на косуль или оленей, они ломанулись от нас в противоположную сторону.

— Сильно не гони, – предупредил меня Грач, – а вы по сторонам смотрите, – это он Сливе и Грачу.

Оба тут же выбрались в люки, Слива вон вообще сел на крышу и свесил ноги, они так и болтались сзади меня в паре десятков сантиметров.

Блин, как же тут прикольно, мы ехали по долине, вокруг нас то горы, то джунгли, то холмы, долина реально огромная, трава по пояс. Поднявшись выше, сразу увидели эту гору-пику, она осталась позади нас. А уж какой воздух – дышится нереально легко, голова, прям, пустой становится! Мне кажется, если тут крепко выпить, то через совсем короткое время ты станешь трезвым, из-за этого самого воздуха, и башка болеть не будет. Теперь я понимаю Лесника, который предпочитает жить где-нибудь в жопе мира, подальше от людей и поближе к природе. Хотя у меня у самого есть небольшой островок с домиком, почти что на курьях ножках, где минимум цивилизации. Но всё равно, джунгли — это что-то. Наши, вон, живут на деревьях в домиках в оазисе-разборке, и никакие города им не нужны и не выгонишь их оттуда.

— Шеф, стой! – внезапно завопил сверху Паштет, стуча руками по крыше, – дайте бинокль.

— Что там? – спросил Грач, протягивая ему небольшой бинокль.

— Щас…

Я остановил тачку и выбрался размять ноги, Паштет уже стоял на крыше в полный рост и смотрел на один из холмов в бинокль, он был справа от нас метрах в ста пятидесяти. Грач и Слива вылезли следом за мной. Слива вон кряхтит стоит, как будто мешки с мешками картошки разгружал, стоит спину разминает.

— Пацаны, Бука! – радостно крикнул Паштет, когда мы уже были готовы спросить у него ещё раз, чего он там увидел.

— Где?

— Вон он, – показывает рукой на этот холм, – Бука, это мы, – заорал Паштет во всё горло – Бука!

Млять, я ничего не вижу, там одна трава и кусты.

— Да где, млять? – повторил Грач, пытаясь рассмотреть этот холм в другой бинокль, — может тебе показалось?

— Ничего мне не показалось, – хмыкнул Паштет снова, глядя в бинокль, – это Бука был. Бука, – начал он снова орать во всё горло – иди сюда!

— Паштет, хватит орать, – осадил его Грач.

— Да тут на десятки километров вокруг никого нет, – улыбнулся я.

С минуту или две мы стояли и пытались рассмотреть этот холм, но я вот точно ничего так и не увидел, судя по лицам ребят, они тоже.

— Слева в траве движение, – резко сказал Слива.

Я как ужаленный запрыгнул на капот и схватился за автомат. Следом за мной запрыгнул Грач и снял свой автомат с предохранителя. Хрен его знает, кто там в траве, щас как выпрыгнет, как укусит или откусит мне чего. Слива уже на крыше стоит, смотрю, ствол опустил и стоит улыбается.

И тут из травы во всей своей красе вышел Бука. Вот как, млять? Как он так оказался слева? Он же с другой стороны был. Он вокруг нас полукруг по траве дал, метров в триста, если его Паштет сначала на холме этом увидел, и мы его хрен заметили, ну пипец, котяра!

— Бука, красавчик! – радостно произнёс Паштет, спрыгивая с крыши машины, и без боязни подойдя к коту, начал его гладить, – как же ты нас нашёл-то?

— Да уж, млять, – почесал голову Грач, – у этих кошек феноменальная реакция, скорость и чуйка, и мозгов хватает.

Честно, я сам был поражён до глубины души.

— Бука, пить будешь? – спросил Слива, уже выбираясь из машины с бутылкой с водой.

Он залез в салон через люк. Кот тут же легонько оттолкнул Паштета и подошёл к Сливе. Ну, млять, и кошак, ну красавец!

— Куда же тебе налить-то? – озабочено спросил Слива, покрутив головой, словно тут под ногами должна была валяться тарелка.

— Я там котелок видел, – вспомнил Паштет и полез в багажник.

Через десяток секунд он вытащил небольшой котелок, Слива налил туда воды и поставил его перед Букой. Кот начал пить, а мы, если честно, прям залюбовались этим красивейшим и умным созданием. Да уж, уж на что наши Волхи и Лимуты умные, но эти две кошки Лесника мало того, что умные, так они ещё и великолепные охотники, и хладнокровные убийцы, нашим зверям до них далеко.

— Напился? – спросил Слива у кота.

Тот облизнулся и только фыркнул.

— Куда ехать-то, братан? – снова весело спросил у него Слива, – давай, показывай нам дорогу.

Бука тут же оббежал машину, встал впереди неё метрах в пяти и посмотрел на нас, типа – что вы лохи стоите, поехали.

— Это просто невозможно, – поражено произнёс Грач, – у него интеллект побольше, чем у некоторых людей будет.

Да, с этим я вынужден согласиться, у меня просто в голове не укладывается, что этот кот такой умный, да и Луна, я думаю, не глупее.

Через пару километров мы выехали на грунт, трава резко закончилась, и под колёсами оказались мелкие камешки и твёрдая земля, а вокруг скалы. Бука не спеша бежал впереди нас и уверенно показывал дорогу среди этих скал, которые мы то и дело объезжали. Вот, хорошо, что тут камни и почва твёрдая, следы от колёс не остаются, я специально и в зеркало смотрел и ребят просил посмотреть сзади – нет следов, не остаются, значит, по нашим следам тут нас не найдут. Джунгли вон, слева от нас, до них метров пятьсот.

Ну и ещё через три километра, Бука завёл нас на небольшую площадку среди скал и остановился. Ну и выносливости у него, он бежал всё это время и не останавливался.

— Ну и где мы? – оглядевшись, спросил Грач.

— Вылезайте, – сказал я, открыв дверь, и выбрался наружу.

Кот сидел метрах в пяти от нас. Мы все выбрались из машины и стали оглядываться, но вокруг кроме скал ничего больше не было.

— Братан, куда дальше-то? – снова спросил Слива у кота, как будто он ему должен был сейчас ответить.

— Приехали-таки, – раздался сбоку знакомый голос.

Обернувшись на него, увидели Лесника, выходящего из-за большого валуна. Кот лениво посмотрел на деда, потом на нас.

— Привет, мужики! – это уже нам крикнул Бад.

Вон он встал в полный рост и тоже вышел из-за валуна.

— Ну, млять, голова, – снова выдохнул Грач смотря на Буку.

— Прибарахлились? – улыбаясь, спросил Лесник, кивая на машину, подходя к нам, и протягивая руку для рукопожатия, – все целы?

— Да, все отличное, – ответил я, пожимая ему руку, – трофеев куча.

— Бука, иди попей, – позвал его Паштет.

Он налил ему воды в котелок, и кот тут же начал её пить.

— Машину оставим тут, – сказал Лесник, – до пещеры отсюда чуть больше километра через джунгли. Берите самое необходимое, и пошли, через тридцать минут начнёт темнеть.

— Лифт-то где? – спросил я, а Грач показал Леснику колбу.

— Пятьсот метров отсюда вон туда, – махнул дед рукой, осторожно беря из рук Грача колбу, – так вот ты какой, ключик от лифтов.

— Как там раненый? – спросил я.

— Умер, – буркнул дед.

Млять.

— Похоронили мы его.

— Хороший был мужик, – вздохнул Паштет.

— Луна?

— Нормально, над ней там девчонки хлопочут, пошли мужики. С машиной тут ничего не будет, можете не бояться, нужно поспешить, ночью по этим джунглям я бы не советовал ходить.

Взяв из машины кое-какое оружие и сумки, пошли за дедом, вернее, за Букой, дед шёл с нами. А Бад молодец, пришёл сюда с Лесником, мало ли, прикрыть придётся, да и, думаю, он со своей снайперкой срисовал нас ещё задолго до подъезда сюда.


Глава 5.

1 февраля.


Вот и настал очередной день в этом мире и начало нового месяца. Разбудил нас всех с утра снова Лесник, думаю, что опять минут за тридцать, или чуть больше, до рассвета.

Сегодня, по идее, ГДЛ должна была открыть сервис-2, а я тут, блин, бегаю по лесам и полям. Ладно, чутка осталось, скоро домой вернёмся.

Мы вчера, когда пришли в пещеру, все очень обрадовались, нам тут же накрыли стол, накормили, Луна к нам даже подошла, и мы по очереди её погладили, чтобы она получила свою порцию ласки. Бок у неё был перевязан, Ифа сказала, что ничего опасного нет, ну и хорошо. Про того умершего, кто он и что, по умолчанию, ничего не спрашивали, да тему никто и не поднимал.

Поели, ополоснулись, Ифа снова забрала у нас одежду, и мы завалились спать. Даже не разговаривали особо, усталость накатила такая, что как только я оказался тут в пещере, а значит в безопасности, сразу накрыло, да всех накрыло. Мне кажется, я даже ещё не успел толком лечь, как уже спал.

— Какие планы? – спросил Мага у Грача с утра, когда тот, с довольным лицом, надевал на себя чистую и сухую одежду.

— Идём к машине, садимся и едем к лифту, оттуда в наш мир.

— Они тоже? – кивнул он на девчонок и Архи.

Те были в сторонке, но внимательно слушали.

— Да – посмотрев на них, ответил Грач, – не оставлять же их тут.

— Вам у нас понравится, – довольно произнёс Паштет.

— Вы им рассказали про наш мир? – спросил я.

— Да, – кивнул Грач, – что такого? Всё равно они, рано или поздно, узнают, откуда мы. Нам нужно подкрепление, узнать, что происходит на дамбе, выручить Геру, планов полно.

— А мне нужен мой грузовик, – вздохнул Мага.

— Да уж, дружище, – засмеялся я, – тебе на них прям не везёт, то одно, то другое.

Мы негромко засмеялись.

— Так, хватит тут хихикать, – зашипел Лесник, гремя какими-то ящиками в углу, – давай, быстро ешьте и пошли, сожрали все мои припасы, вези сюда потом всё опять.

— Узнаю деда, – расплылся в улыбке Слива, – то душка, то бубнит, как старый хрыч.

— Я всё слышу, – буркнул тот из своего угла.

— Дед – огонь, – хихикнул Бад.

— Пошли уже, – произнёс Грач, – помогите ей, – он показал на раненую в ногу девушку.

— Вас как звать-то? – спросил я у парня Архи и девушек, – а то мы вчера как-то и не познакомились.

— Жата, – представился парень.

— Улун, – назвалась раненая девушка.

— Экила – вторая.

— Слива, Александр, – представились мы поочерёдно.

С Бадом и Ифе они познакомились ещё вчера, ну а наших пацанов они уже и так знали. Собрали вещи, дед продолжал бубнить, мы только улыбались.

— Дед, да хватит бухтеть, – улыбаясь, сказал Слива, – привезём мы тебе сюда припасов.

— Вот ты и повезешь, – ткнул в него пальцем Лесник.

— Повезу, – с готовностью кивнул Слива, – я тоже себе чучело птички хочу, да и хорошо у тебя тут в пещере, прям номер на природе.

— Ладно, – смягчился Лесник, – пошли уже.

Дошли до тачки, кое-как в ней разместились, я снова пожалел, что у нас одна машина. Она хоть и большая, но нас всё-таки одиннадцать человек, вернее десять, один Архи и две кошки. Но ничего, как-то разместились.

— Туда рули, – сидя на правом переднем сиденьи показал Лесник.

У него между ног на полу сидел Бука и таращился в открытое окно. Думаю, не часто, если вообще ему доводилось ездить на машине, вон глаза как горят, у меня так Булат обычно в окна зырит, тоже любитель покататься, Луна сзади где-то, среди девчонок, они ей то водички, то помягче чего подстелят, кошка балдеет.

Лесник уже бубнил и на них тоже, типа, сейчас разбалуете мне кошек, слушаться будут плохо.

— Вот тут лифт, – произнёс Лесник, когда, следуя его указаниям, мы забрались на довольно-таки крутую горку.

Дизелёк и полный привод вообще без проблем затянул сюда машину с грузом.

— Давайте, трите свою лампу, или чего там надо делать, — снова начал бубнить дед, – хорошо, что с бубнами танцевать не надо.

— Колбу, – поправил его Грач, вытаскивая её из разгрузки.

Мы вышли из машины и стали наблюдать за действиями Грача.

— Стволы приготовьте, – посмотрев на нас, сказал Грач, – куда мы сейчас приедем? – это он спросил у Лесника.

— В паре километрах моя избушка, – хмыкнул дед, – а так, километрах в трёх – лесопилка.

— На тачке проедем?

— Да, там уже есть дорога, я всё хотел подальше перебраться, жалко только дом бросать.

— Перевезём, – заверил я его, – разберём и перевезём, давай Грач, три колбу.

— Как её тереть-то?

— Нежно, епт!

— Эх, сим-сим, откройся, – сказал Грач и потёр колбу с одного бока.

— Гля, пацаны, – вытаращил глаза Паштет, – лифт приехал!

Точняк, метрах в пяти от нас мгновенно появилось еле заметное мерцание, мы все такое уже неоднократно видели, это, сто процентов, лифт открылся.

Естественно, мы не сдержались и бурно выразили свои эмоции, девушки аж покраснели. Пипец, вот как так? Ну наконец-то, скоро будем дома.

— Паштет, Слива, за мной – снимая свой автомат с предохранителя, сказал Грач, – проверим, что там с той стороны, вы пока тут будьте, мы быстро.

Через пару минут к нам сюда вернулся Паштет.

— Чисто, поехали, только там какой-то гарью пахнет?

— Гарью?

— Да, воняет на весь лес.

Быстро сев за руль, и дождавшись, когда все рассядутся по своим местам, тронул машину. Раз и мы уже в другом месте.

— Мы на месте, – тут же сказал Лесник, оглядываясь по сторонам, – это та поляна, только действительно, пахнет гарью.

Мы снова оказались в джунглях, только они немного отличались от тех, в которых мы только что были. Даже не в джунглях, а в какой-то дикой мешанине обычного леса и джунглей. Если там, например, те же листья с кустов были огромными, тот тут они были поменьше размерами и немного отличались формой, и птички пели по-другому, вернее, пела всего парочка птиц, в отличие от тех джунглей. А вот сосны, дубы и кое-где растущие секвойи я тут никак не ожидал увидеть. И где-то тут живут динозавры, нам главное на них не нарваться.

А вот гарью да, пахло, что-то типа сгоревшей плёнки или пластика, или ещё чего-то. Я ещё из машины выбрался и стал нюхать воздух, запах был достаточно ощутимый. Да все вон стоят, принюхиваются, даже кошки и те, задрав голову, нюхают воздух.

— Что это сгорело-то? – спросил Паштет.

— Лесопилка тут рядом, говоришь, – потихоньку произнёс Грач, – может у них что сгорело?

— Да наверняка, – хихикнул Слива, – поехали посмотрим. Дорога всё равно через неё ведёт. Нам же на базу нужно? – это он спросил уже у меня.

— Да, там ворота есть, сейчас сразу домой, а потом к Туману на дамбу, пацанов только с собой возьмём.

Но червячок сомнения у меня как-то закрался. Уж не знаю почему, но как-то тревожно мне стало, чуйка как-то забеспокоилась. Запах как-то необычный, такое ощущение, что горело что-то большое, массивное и не природное.

— Туда рули, – снова показал Лесник рукой, когда мы уселись в машину.

— На динозавров-то не нарвёмся? – запоздало спросил Слива, – запаримся отбиваться.

— Нет, – ответил Лесник, – они ушли все отсюда, особо наглых уже давно выбили.

— Кто такие динозавры? – с тревогой в голосе спросила сидящая в багажнике Ифа.

Мы с пацанами переглянулись, хмыкнули, и я ответил, секрета делать из этого не стоит.

— Здоровенные животные, весом десять-пятнадцать тонн, злые и почти всегда голодные.

Судя по округлившимся глазам наших новых пассажиров, они немного обалдели, но больше никто ничего не сказал, только к окнам прижались.

— Ещё есть мелкие, – подлил масла в огонь Паштет, – как два меня, мы их Страусами зовём. Бегают быстро, кричат громко.

— Паштет, хватит, – остановил его от дальнейшего рассказа Грач, – не волнуйтесь, вы же слышали, что он сказал, – кивок головой в сторону Лесника, – нет их тут, ушли они от людей подальше. Тут мы добываем стройматериалы и полезные ископаемые для нашего мира. Грузим всё это на машины, потом на поезда и везём к нам. У нас же пустыня, материал для строительства конечно есть и оазисы есть, где всё это можно взять. Но там всего мало, вырубать всё подчистую никто не хочет, поэтому всё это добывается тут. Поехали.

Проехав по этой поляне, мы оказались в джунглях, но они тут были какие-то жиденькие, так ехали вообще без проблем, и никого не нужно было пускать вперёд. Я, то и дело, поглядывал на всё так же сидящего между ног Лесника Буку. Кот продолжал нюхать воздух, пару раз даже чихнул, но вроде как признаков беспокойства не выражал.

Метров через пятьсот-семьсот мы выехали на хорошо укатанную дорогу и покатили уже побыстрее. Ещё через три километра, как и говорил Лесник, мы выехали на огромную поляну, со слов Лесника, вырубленную и расчищенную от деревьев среди джунглей, где и была лесопилка. Выехали, и я тут же с силой вжал педаль тормоза.

— Из машины все быстро и рассосались! – тут же среагировал Грач и первым буквально катапультировался из тачки.

Я не мог пошевелиться, я просто завис, с силой сжав руль. Лесопилки не было, она вся сгорела. Четыре больших вагончика для проживания, стоящий экскаватор, лесовоз на базе Скании, кажется джип Соренто, причём, они были на расстоянии друг от друга метрах в двадцати-тридцати, всё это было сожжено. Так же сгорел небольшой сарай, бочки вон, перевёрнутые и обгоревшие, лежат, навес, под которым была пилорама, видны остатки механизмов, всё сгорело, и именно отсюда шёл запах, который мы учуяли. В некоторых местах ещё что-то дымилось. Потом всё-таки выбрался из машины.

— Пошли, – тихо сказал Грач, держа автомат наизготовку.

— Бад, останься тут с девушками, – сказал я ему, – в кусты зайдите.

— Луна, останься тут, Бука, пробегись вокруг, – тут же добавил Лесник.

Кот, в мгновение ока сорвавшись с места, исчез в ближайших кустах.

Мы же, взяв оружие наизготовку и разойдясь полукругом стали приближаться к сгоревшей технике.

Тут был бой, это я понял сразу, как только мы прошли метров десять. Под ногами на укатанной земле стали попадаться стреляные гильзы, много.

— Охотники! – сказали мы практически разом. Я тут же узнал гильзы от их оружия, насмотрелся за эти дни на них вдоволь.

— Отсюда стреляли, – присев на корточки и подняв с земли несколько гильз, сказал Мага, – следы от машин, за ними прятались. Стреляли вон туда, – кивок головой на технику и вагончики.

Гильзы и вправду валялись кучками.

— Паштет, Мага, обойдите по дуге, – скомандовал Грач.

Мы втроём, так же держа оружие наготове, приближались к технике и вагончикам. И чем ближе мы подходили, тем отчётливее видели, насколько сильно они изрешечены пулями. На вагончиках вообще живого места нет, да и тачкам тоже досталось. Тут и там валяется различный мусор, в виде битой посуды, бутылок, вещей, бумаг, досок, кое каких запчастей и железок.

— Где люди-то все? – спросил Слива, внимательно осматриваясь вокруг.

— Приехали оттуда, – к нам подошёл немного отставший Лесник.

Он показал нам на дорогу, по которой мы сами только что сюда приехали.

— Там есть ещё один лифт? – недоумённо спросил я.

— Не знаю, – пожал он плечами, – но следы от машин ведут оттуда. Потом они остановились вот тут, – он ткнул пальцем в места, где валялись стреляные гильзы, – спрятались за машины и стреляли. Там и следы и от колёс и от ног.

Снова идём вперёд. В носу аж щипать от вони стало, вон ветер хлопает чудом уцелевшей дверью в вагончике. Всё это место производило гнетущее впечатление, живых тут точно нет.

— Где трупы-то, епт? – выругался Грач, – не могли там – он показал на вагончики своим автоматом – уцелеть после такого расстрела.

— Мужики, идите сюда, – неожиданно позвал нас Паштет, вышедший из-за большого вагончика.

Пока мы шли, они с Магой бегом оббежали против часовой стрелки эту поляну, а вон и Бука из кустов выбежал и, подбежав к Леснику, пошёл с ним рядом.

— Нашёл кого? – спросил у него Лесник.

Кот только фыркнул и чихнул.

Быстрым шагом направились к Паштету, вон и Мага маячит. Проходя мимо сгоревшего джипа, а это оказался Соренто, я обратил внимание, что у него вся водительская дверь в пулевых дырках, задняя тоже. Так как тачка сгорела до остова, что там внутри, понять было невозможно, но она была прошита вся насквозь.

То же самое и с лесовозом Скания, его вообще почти в упор из нескольких стволов поливали, и трактор, и бочки вон тоже в дырках. Млять, млять, млять!!!

Как только мы подошли к Паштету, и он нам показал, что они нашли, у меня волосы не только на голове зашевелились, но и на заднице тоже.

За сараем, у которого эта, дальняя, стена чудом уцелела после пожара, лежали вповалку трупы, много, трупы наших людей.

— Четырнадцать, – сплюнул на землю Мага, – все убиты из оружия, многих добили.

Трупы были частично раздеты, и некоторые из них объедены животными. Видимо, всё-таки вонь от сгоревшего всё-таки спугнула даже особо голодных зверей и они, быстро набив себе брюхо, убежали назад в лес.

Тут и там я видел на телах входные отверстия в руки, ноги, тела, и также у многих по пулевому или нескольким в головах, добили, их, млять добили!!!

— Вот это бойцы из Руви, – показав рукой на двух лежащих молодых парней, произнес Грач, – это механик, это тётка-повар, она недавно в наш мир попала и сюда на работу устроилась.

— Мужики, тут ещё тела, – негромко произнёс Мага.

Повернувшись на его голос, увидел, как он стоит и заглядывает в окно соседнего сгоревшего вагончика.

— Четверо там, – негромко добавил он, когда я подошёл к нему, – и двое в том, соседнем.

Заглянув в окно, я увидел лежащие тела, да, четверо, тела сильно обгорели, вон на полу обгоревшее оружие и цинки из-под патронов.

— Оборонялись, – посмотрев несколько раз на трупы, продолжил Мага, – судя по положению тел и пулевым, они стреляли как раз в ту сторону, — он показал туда, где как раз и стояли машины приехавших охотников, – стены – как бумага, – он с силой хлопнул по стене вагончика, – их обошли и расстреляли из пулемёта, там тоже гильзы есть, – он показал рукой на лес, — и следов полно, охотников тут было очень много. У тех, кто тут жил и работал, не было никаких шансов, вообще, их, банально, расстреляли с дальней дистанции, а потом все трупы отволокли сюда.

— Вчера всё произошло, – щупая тело убитого бойца, сказал Паштет, – трупы ещё толком закоченеть не успели.

От бессилия я просто закрыл глаза и несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, несмотря на вонючий воздух. У меня аж ком в горле встал, и нос перестал щипать, только во рту мгновенно пересохло.

— Там дальше ещё три такие же лесопилки, – неожиданно сказал Лесник, пиная ногой какую-то банку, – а ещё дальше железнодорожная ветка.

Мое сердце тут же ухнуло куда-то вниз.

— Слива, связь, быстро! – гаркнул Грач, – вызывай базу, лесопилки, железку.

Слива тут же сорвался с места и побежал к нашей машине.

— Уходим, – пятясь назад, сказал я, – хоронить их некогда, нужно попытаться предупредить остальных. Про связь можете забыть.

— Почему? – удивлённо спросил Грач.

— Если они знают способ выключать лифты и, скорее всего, ставить замок на наши ворота, то, что такое заглушить связь, им наверняка очень хорошо знакомо. Не забывай, у них наш Камаз с аппаратурой, там им что хочешь можно заглушить, нам Гера об этом говорил.

— Твою мать! – разом выругались пацаны.

Развернувшись, быстрым шагом направились к джипу. Из него доносилось бубнение Сливы. Подойдя, увидели, как он сидит и крутит ручки настройки на рации, пытаясь кого-нибудь вызвать.

— Бесполезно, – спустя пару минут, сказал он, – тишина, вернее помехи.

— Глушат связь, – кивнул я, подтверждая свои догадки.

Наши новые друзья из того мира стояли рядом с нами и молчали. Они уже знали, что тут произошло, поэтому с расспросами к нам никто не лез.

— Слушайте, – встрепенулся Паштет, – мы же здесь бывали с пацанами.

— И что? – посмотрел на него Грач.

— Это не все машины и не всё барахло, которое тут было, – для наглядности он ещё ткнул пальцем в сгоревшие вагончики и тачки, – тут и грузовики ещё были, и машины сотрудников.

— Точно, – тут же согласились мы.

— Значит они всё это, либо забрали с собой, – зло сказал Грач, – либо уже переправили к себе в качестве трофеев. Поехали, быстро, жмём на железку, думаю, те три лесопилки они уже тоже снесли. На железке зенитки есть, их туда, насколько я знаю, Туман из Севоха доставлял, динозавры там какие-то лютовали. И охраны там побольше, может там этим охотникам смогли дать отпор. Но и охотников пришло в этот мир явно не двадцать человек, сами мы ничего не сделаем, нужно прорываться к нашим.

Слова Грача о снесённых лесопилках снова заставили екнуть моё сердце. Но, скорее всего, он прав. Нас всего одиннадцать, из этого количества три девушки не бойцы, Мага ранен, а ведь там на лесопилках, на каждой, пять-семь бойцов, и человек пятнадцать-двадцать рабочих. Но, мать вашу, это шестьдесят человек, и тут чуть больше двадцати, и охотники, как какая-то саранча, наверняка их всех уничтожат. Ну, может, возьмут кого в плен, будут потом на них так же охотиться или использовать где на работах.

Твою, я еле сдержался, чтобы не заорать! Потери среди наших будут просто ужасные. В нашем мире такого давно уже не было.

И насчёт количества охотников Грач тоже прав, тут следов вон куча, и от ног, и от машин, и стреляных гильз хватает. Они пришли сюда завоёвывать, брать, грабить и убивать, как привыкли в своём мире. Это война, война на выживание!

— Сколько отсюда до нашей базы? – спросил я у Лесника, – и до станции?

— До станции километров пятнадцать, – ответил дед, – до базы – чуть больше тридцати.

— Нам топлива не хватит, лампочка уже начинает моргать. Мы сильно нагружены, и барахла у нас с собой много, топлива тачка много жрёт. Нужно ехать на станцию и там его искать.

— Ну так поехали, чего стоим? – тут же завёлся Паштет.

— Всем внимательно слушать, – сказал Грач, когда мы сели в джип, и я воткнул первую передачу, – Саша, услышишь, что, хоть что-то постороннее, сразу съезжай в лес. Не исключено, что они эти самые трофеи с грузами погонят к себе, – и чуть тише добавил, – я бы так и сделал.

По дороге я ехал очень аккуратно, пару раз останавливался, глушил двигатель, и мы все прислушивались к этому лесу. Не хватало нам ещё вылететь на колону охотников. А то, что тут их полным-полно, никто из нас уже не сомневался.

Их тут гораздо, гораздо больше, чем охотилось на нас. И они наверняка допрашивали пленных, узнавая, как тут у нас и что, и разведка у них была, вон, как они за дамбой следили. Млять, дамба, там же наши пацаны!

— Сейчас спуск вниз будет, – сказал Лесник, отвлекая меня от моих мыслей, – остановись, посмотрим, потом поедем. Там сверху хорошо будет всё видно.

Через пятьсот метров загнал джип с дороги в лес. Пока Бад с девчонками быстро срубленными ветками маскировали тачку и заметали следы с дороги, мы быстренько, по кромке следовали за Лесником.

Вид отсюда и вправду был очень хороший, лес был, как на ладони, внизу даже виднелась петляющая среди деревьев дорога, и вон там дальше были горы, в которых и была наша база в этом мире динозавров.

– Смотрите! – воскликнул Паштет, тыча рукой в сторону.

А там, там из леса поднимался чёрный дым.

— Там станция, на которую привозят всё с лесопилок, – прищурившись и опершись на какую-то подобранную палку, сказал Лесник, – железка идёт к базе.

Мля, значит станцию они тоже… Твою же мать!

— Хрен они возьмут базу! – зло сказал Грач, – там и пушки, и зенитки, и подъём достаточно крутой.

Да, базу я помню, был там пару раз, там действительно к ней просто так не подобраться. Её пока строили, некоторые из особо отмороженных динозавров всё проверяли на прочность, только так и не смогли они её взять, вернее, растоптать там всех – пушки и зенитки хорошо перекрыли там весь доступ. Туда же и туристов привозят.

— Туристы! – воскликнул я.

Меня как кипятком ошпарило.

— Они же их… – Грач не договорил.

— Будут использовать в своих целях, – буркнул Мага.

— Дед, есть другая дорога к железке? – спросил я у Лесника.

Тот подумал, покряхтел и ответил.

— Через лес можно проехать попробовать, мы там на плоту, правда, летали.

— Соляры-то хватит? – спросил у меня Слива.

— Не знаю, в любом случае, будем ехать, сколько сможем, дальше пешком.

— Да, Саша прав, – подключился Грач, – по дороге нам точно не стоит ехать, этих тут как тараканов, наверняка.

— Колонна машин, на пять часов, удаление около километра, – раздался сбоку спокойный голос Бада, – едут по лесной дороге в нашу сторону, если, конечно, эта дорога сюда ведёт.

Вот же, млять, я даже не заметил, как он подошёл. Стоит вон рядом с нами на колене и смотрит в оптический прицел.

— Сюда она ведёт, – кивнул Лесник.

— Вижу около десяти автомобилей, таких марок никогда не видел, среди них четыре грузовика и два бронетранспортёра охотников, – продолжал комментировать Бад.

— Может, наши? – неуверенно спросил Паштет, когда мы уже пытались рассмотреть эту колону в бинокли.

— Поправка, – снова Бад, – их догоняют ещё около семи машин, один открытый джип, в нём Архи.

Всё, это точно не наши.

— Трофеи домой гонят! – зашипел Грач.

Да, Грач прав, кроме этого мне тоже больше ничего на ум не приходит.

— Прячемся, – продолжил Грач, – пропускаем колону, смотрим, потом едем в сторону станции.

— Давайте их всех замочим, – передёрнув затвор своего автомата, воинственно произнёс Паштет.

Мы на него посмотрели, как на идиота, а Слива добавил.

— Паштет, ты нормальный? Их там несколько десятков едет, мы с ними просто не справимся, это быстрее они нас всех замочат.

— Пох, живым не дамся, и пусть сначала попробуют меня взять, запарятся по лесу меня ловить. Я их ещё на динозавров выведу!

Слива хихикнул, но увидев мой взгляд, тут же спрятал улыбку. Вот же, млять, мушкетёр-то у нас. Хорошо, остальных из его компашки нет. А то бы они точно на эту колонну впятером напали и навели бы там крупный шухер и легли бы все, наверное… Эта пятёрка в таких переделках бывала, что я неоднократно удивлялся, как они вообще живы до сих пор.

— Я с тобой, Паштет, – неожиданно добавил Бад, – поддержу огнём.

Во мля, ещё один!

— Паштет, отбой, – спокойно произнёс Грач, смотря в бинокль, – Бад, ты-то куда? Тут я буду решать, что и как мы будем делать. Не нравится – идите и сдохните.

Бад обиженно засопел, но промолчал. Паштет только шумно выдохнул. Времени на то, чтобы рассматривать в бинокль приближающуюся колонну, у нас уже не было. Мы просто залегли в этих кустах и стали ждать, когда эти захватчики, мать их, тут появятся.

Грач отправил Сливу бегом к нашему джипу, чтобы он сказал там всем затаиться, колонну пропускаем, мы сейчас вообще ничего сделать не можем. У нас просто не хватит ни сил, ни средств, хотя, если честно, пострелять по ним очень хотелось, но сложить тут голову, как-то желания нет.

Через пару минут мы услышали звук работающих двигателей, выглядывать из кустов вниз никто из нас не решился, мало ли у них там глазастый какой есть, или в бинокль осматривает все кусты, так и ждали, когда они заберутся на этот небольшой подъём. Вон она дорога, прямо перед нами, метрах в тридцати.

И вот появилась первая машина. Это был бронетранспортёр охотников, из его открытого кузова торчат головы Архи и людей, за турелью стоит охотник, приклад пулемёта прижимает к плечу, думаю, что он в течении секунды готов открыть огонь. Боятся, сволочи, не знают, есть тут наши ещё или нет.

Метров через пятьдесят ещё один бронетранспортёр, там уже попроще, за пулемётом никого нет, ночетверых охотников с оружием я насчитал. А вот уже за ними ехал наш зелёный Мицубиси Оутлендер, раскрашенный под рекламу мира динозавров, окна открыты, в нём четверо архи, сидят, сволочи, улыбаются.

За ним грузовики охотников из их мира, два тентованных грузовика Вольво, уже из нашего мира. Судя по машинам, хорошо гружёные, два Чероки, битком набитые охотниками, ещё три джипа охотников, один шестиколёсный.

Колона проезжала мимо нас, мы лежали в кустах, не шевелясь, и смотрели на машины с охотниками. Судя по их лицам, да каким там лицам, рожам, они все были очень довольны. Вон ещё два чероки, Соренто, микроавтобус форд, тоже раскрашенный под цвета и рекламу мира динозавров, значит, они точно нарвались на туристов, или туристы нарвались на них.

Последним ехал открытый Вранглер, в нём трое Архи. Эти Вранглеры использовала охрана. Они ездили между лесопилками и на базе. Млять, это сколько же они сейчас народу-то положили? Если у них такое количество наших машин, и что в кузовах грузовиков тоже непонятно, трофеями, видать, затарились по самое «не балуйся». И, сто процентов, едут к своему лифту, чтобы всё это переправить на свою сторону.

Причём, у многих машин были дырки от пуль, как в лобовых стёклах, так и в деталях кузова. Особенно досталось бронетранспортёрам, и их джипам, там вообще ни одного целого стекла не было. Оказывается, не я один дырки заметил.

— Дырки от пуль видели? – прошептал лежащий рядом со мной Слива, – видать, наши им на станции вломили как следует. Жаль только, что не добили этих уродов.

— Падлы! – пискнул откуда-то из кустов Паштет.

— Заткнулись все! – тут же сказал Грач.

Колонна, проехав мимо нас, исчезла в лесу.

— Вот уроды! – снова не удержался Паштет.

— Я сказал, цыц! – опять рявкнул Грач.

— Извини, командир.

— Много они, походу, вчера-сегодня повоевали, – добавил Лесник, – даже боюсь представить, скольких убили, и что сейчас на станции.

Мы все снова, как по команде, посмотрели на поднимающийся из леса чёрный дым, там, где, по словам Лесника, и была перевалочная железнодорожная станция. Бой там точно был и, судя по дыму, там что-то хорошо горит. Только неизвестно, взяли они её или нет. Млять, там же народу куча всегда и туристы эти ещё, чтоб их так. Те вообще беззащитные. Гномы, Укасы, люди из других городов, Рейдеры, мартышки эти. Неужели охотники всех убили? Грузовики ехали с опущенным на борта тентом, и что у них внутри, рассмотреть не получилось. Не удивлюсь, если там были пленные.

— Поехали, – коротко бросил Грач.

Как же жалко, что мы не можем связаться с нашими. То ли у этих охотников рации – хрень полная, то ли они действительно всё забили помехами.


Глава 6.

1 февраля. День.


Топливо кончилось километров через пять. Мы как раз ехали по лесу, когда джип начал дёргаться и резко заглох. Лампочка указателя уровня топлива к этому моменту уже давно горела. Я старался ехать как можно аккуратней, сильно газу не давал, старался максимально протянуть.

Но какое там, Лесник нас вёл через лес, тут бугор, тут кусты, тут поваленные деревья лежат, да и вес у нас, будь здоров, дизёлек всё равно брал своё, когда мы переезжали и объезжали различные препятствия.

— Всё, – резюмировал я, выключая зажигание и даже не делая попыток снова завести двигатель, – дальше пешком.

— Дед, сколько нам осталось до станции? – тут же спросил Грач.

— По прямой километра четыре.

— Фигня, пешком дойдём. Значит так, девушки, Бад, остаётесь тут, ждёте нас, мы – на станцию, разведаем что там и постараемся найти топливо, – затем он немного подумал и добавил, – Мага, остаёшься с ними.

— Чего это?

— Потому что, если с нами что-то случится, ты знаешь куда идти и кого искать. Это приказ, остаёшься тут.

— Так точно, – буркнул тот.

— Лесник, Луну тут оставь.

— Хорошо.

— Жата, пошли с нами.

Архи аж обрадовался, вон как автомат резво схватил. Быстро проверив оружие и амуницию, мы растворились в лесу. Пройдя, наверное, километра два-три по лесу, я снова начал чувствовать запах гари. Да все вон учуяли, Бука опять чихнул пару раз, вот же нежный какой.

— Сейчас будет станция, – коротко бросил Лесник, подзывая к себе хлопком ладони по ляжке Буку, – рядом иди.

Рассыпались небольшой цепью и, озираясь по сторонам, приближались к кромке леса, за которой и была станция. И вот опушка леса.

— Твою же мать! – выдохнул Слива, когда мы раздвинули кусты и посмотрели на станцию.

Её больше не было. На ней был полный разгром. Сразу бросились в глаза два небольших эшелона, которые были полностью сожжены – оба тепловоза и по семь вагонов за каждым, они стояли на соседних ветках. Плюс, сами железнодорожные пути были взорваны, рельсы и шпалы валялись в нескольких метрах от бывшего железнодорожного полотна.

Здание станции взорвано и сожжено, многочисленные постройки рядом с ним тоже. Отобрав у Сливы бинокль, я смотрел на то, что раньше было станцией. Млять, как после бомбёжки, как будто какой-то авианалёт был. Я, конечно, его результатов никогда не видел, но тут было такое же ощущение. Или как будто артиллерия работала. Куча воронок, чего они тут взрывали-то? Неужели просто тупо закидывали гранатами?

Вообще у меня возникло такое чувство, что задача у охотников была нанести как можно больше разрушений, что не наше, пусть не достанется никому. Вот они взрывали и жгли всё подряд. Это просто какой-то пипец!

Машины, легковушки, джипы, грузовики, всё было расстреляно и сожжено или взорвано, вон видны части их кузовов. Это, скорее всего, те тачки, которые попали под замес во время боя. Немного порадовали глаз два сожжённых и взорванных бронетранспортёра охотников и три джипа, нет, четыре, вон ещё один вверх колёсами лежит.

Вышки, пулемётные гнёзда, все тоже уничтожено, вон и смотровые вышки валяются, и мешки с песком, которыми обкладывали пулемётные точки, разбросаны.

И трупы, много трупов. Наших и охотников, видать, станция охотникам, действительно, далась с большими потерями.

Вижу Укасов, парочка Рейдеров, гномы, я до боли закусил губу, рассматривая всё это в бинокль. Пацаны рядом молчали, да и что говорить в такой ситуации. Станция была полностью мертва. Думаю, что живых тут нет. Мы уже видели, как охотники добивают раненых, насмотрелись не так давно на лесопилке.

— Пошли, – через пять минут сказал Грач, – внимательно всем, ищите топливо, берём и уходим.

Да эти охотники прям каратели какие-то. Мы вон уже минут пятнадцать по этой станции ходим и видим всё то, что они тут натворили. Такого я ещё не видел никогда!

Трупы, они были везде, хватало, как и военных, так и гражданских – женщины, девушки, у всех пулевые или осколочные ранения. Уши, они, млять, у многих отрезали уши! Вот же, млять, уроды, у меня прям от увиденного башка начала кружиться. А гнев и злость буквально бушевали в моей груди.

Вот лежит Рейдер, одет в обычную одежду, чувак, скорее всего, участвовал в отражении атаки, так как рядом с ним двое пацанов в военной форме, и они лежат на месте бывшей пулемётной точки, вон пулемёт, весь перекошенный от взрыва. Сам Рейдер, ну, весь в пулевых, скорее всего, его просто в упор добивали из нескольких стволов. Этих двоих пацанов посекло осколками, а он выжил, хотя на нём тоже осколочных хватает.

Гномы, мля, эти-то кому помешали? Наши маленькие друзья лежат кучками, ножки короткие, быстро убежать не могли. А вон расстрелянный и сожженный микроавтобус Форд, там были туристы, в нём так и осталось пятнадцать трупов. Я, когда в него заглянул, меня чуть не вырвало. Но и трупов охотников тоже хватает, нелегко им дался захват станции. Как ни странно, с них собрали только оружие, и что там можно с трупа взять, а сами тела бросили тут.

— Саня, иди сюда, – позвал меня Слива, от перевёрнутого джипа, – тару какую возьми.

Он постучал пальцем по баку, и я услышал глухой звук.

— Горючка есть.

Грач нашёл смятую, но вроде целую железную канистру на двадцать литров, я – обрезок какого-то шланга.

— Почему с базы-то сюда никто на помощь не приехал? – неожиданно спросил Слива, вставляя в бак кусок шланга.

— Далеко, – сморщился Грач.

— Но ведь радиообмен-то постоянно идёт. Ведь, если отсюда не отвечали, значит что-то не так, должны же были послать сюда людей.

— Может быть и послали, – буркнул Грач, поддерживая канистру на весу, шланга до земли не хватало, – их наверняка где-то на дороге встретили.

— И не удивлюсь, если саму базу тоже обложили, – хмыкнул Паштет.

Пока мы сливали соляру, пришёл Лесник.

— Там вертолёт, расстрелянный и сожженный, – садясь на колесо, которое оторвало у джипа, сказал он, – в нём два трупа. Грохнулись с небольшой высоты, видать уже почти взлетели, но уйти не успели.

— Твою мать!

В баке этого перевернутого джипа охотников топлива оказалось много. Мы наполнили канистру, затем нашли ещё два ведра. Одно наполнили до краёв, второе наполовину.

— Оружия нигде нет, – продолжил дед, – всё собрали, даже пулемёты. Вон там были огневые точки, – он показал нам рукой, – от динозавров делали, хотя они сюда перестали ходить. Ну и, само собой, они собрали всё, что уцелело.

Я тут же вспомнил, как тогда в загоне один из охотников хвалил наши Калаши, неудивительно, что они их все собрали. Этот автомат убить не так-то просто, а по сравнению с оружием охотников, наши калаши, да вообще, всё наше оружие, на порядок лучше.

— Бука где? – спросил я, пытаясь накрыть найденной тут же тряпкой ведро сверху, чтобы во время переноски не расплескать топливо.

— Вокруг бегает, – вздохнул Лесник, оглядываясь вокруг.

— Держи, – Грач протянул проволоку, и уже ей я закрепил тряпку.

Жата принёс ещё какую-то картонку, ей вообще хорошо вёдра закрыли.

Слили мы около тридцати-сорока литров соляры, теперь нам этого хватит доехать до базы. Надеюсь, её охотники взять не смогли. Каждый из нас сейчас наверняка гнал от себя эти мысли. Нет, они точно не смогут её взять. Там всего-то два подъезда, и оба как следует охраняются, и видно там всё из неё дальше. Всё-таки база-то с воротами в горе сделана.

— Бука бежит, – сказал Паштет, – он на всякий случай смотрел за окрестностями, пока мы тут сливом топлива занимались.

Кот подбежал к нам, тут же ткнулся мордой в Лесника, выгнулся и пару раз, как бык, провел правой лапой по земле.

— Нашёл кого? – удивлённо спросил Лесник и встал с колеса.

Кот тут же отбежал от него на пару метров, остановился и снова посмотрел на деда.

— Нашёл, точно, пошли за ним, – позвал нас Лесник, – он так же и к вашему Большому Васе меня привел и вёл себя так же.

Ломанулись за котом бегом, даже дед вон не отстаёт. Бука вывел на дорогу, которая вела к нашей базе с воротами, это нам Лесник на ходу сказал. Я тут не был, не знаю, был только на базе, когда её построили.

Забежав за поворот, сразу видели в кювете два расстрелянных и сожжённых Чероки.

— Эти, походу, и ехали сюда с базы, – тяжело дыша на бегу, сказал Грач, – вот их и встретили.

Млять, млять, я их всех этих охотников положу!!! Не добегая метров двадцать до машин, Бука немного подождал нас на дороге, и когда мы к нему подбежали, ломанулся в лес. Машины осматривать некогда, потом посмотрим, понятно, что там никто не выжил. Вон я вижу только парочку трупов, и оба джипа точно столкнули с дороги, на ней видны следы от броневиков охотников, точно, падлы, в сторону базы укатили!

Метров через десять кот привёл нас к лежащему на животе лицом вниз человеку в военной форме, в руках у него был Калаш, без магазина. Бука сел около него и уставился на нас.

— Живой, – тут же сказал Грач, приложив два пальца к его шее.

Мы быстро перевернули человека на спину.

— Молодец, – похвалил Лесник Буку, быстренько разок погладив его по голове.

— Млять, это же наш Михаил! – воскликнул я, узнав его, – он из сервиса, мы его сюда старшим по машинам отправили.

— Точно, – подтвердил Слива.

У Михаила были прострелены оба плеча, кровь вон запеклась, или раны чем-то забились. Когда мы его перевернули на спину, он слабо застонал. Тут же достали аптечку, разрезали одежду, чтобы добраться до ран.

— Эта навылет, в этой ране пуля внутри, нужно вытащить, – быстро осмотрев раны, сказал Грач.

— Чем? – обалдело спросил Слива.

— Держи, – Паштет протянул Грачу тонкий нож.

— Пока нет, нужно ещё кое-что, там в машине сумка есть, в ней щипцы, от охотников остались, ими можно достать пулю.

Быстро стали делать ему перевязку, промыли раны, вкололи обезболивающее, ещё парочку уколов, у Лесника с собой тоже оказалась небольшая аптечка. Видимо, от всех этих манипуляций, Михаил неожиданно пришёл в сознание. Сначала он ничего не понимал, потом его взгляд сфокусировался.

— Мужики, – попытался он слабо улыбнуться, узнав нас, и облизал пересохшие губы.

Паштет поддерживал ему голову, а я аккуратно влил ему в рот воду из фляжки.

— Спасибо, – поблагодарил он нас каким-то хрипом.

— Тихо, всё нормально, – сказал ему Грач, – жить будешь, пулю достанем, береги силы. Будет больно, скажешь, ещё обезболивающее вколем.

Тот хотел ещё что-то сказать, но потерял сознание.

— Паштет, Слива, Жата, бегом за нашими и джипом, соляру не забудьте, нести его нежелательно, – Грач показал на раненого.

— Бука, прикрой и проводи их, – тут же сказал Лесник, – Грач, скажи, что там нужно из аптечки, доберутся до машины, ты, Слива, засунь это в какой-нибудь пакет и надень на Буку, он сюда прибежит и всё это принесёт. Только закрепи хорошо, сами видели, с какой он скоростью бегает.

Два человека, Архи и кот, выслушав Грача, тут же сорвались с места и исчезли среди деревьев.

— Пойду прогуляюсь, – прокряхтел Лесник, — может что ещё найду.

Мы же с Грачом вдвоём остались тут. Настроение было подавленным, сидели молча, старались как можно больше помочь Михаилу. Хоть кровь остановили, но пулю всё равно нужно достать и, походу, придётся зашивать, ничего, справимся.

Его я помнил очень хорошо. Мужчина сорока пяти лет, работал у нас в сервисе. Когда открыли мир динозавров, он спросил у меня, можно ли туда сходить на экскурсию. Я предложил ему отправиться туда старшим по машинам, он согласился. Под его контролем были подготовлены несколько автомобилей для этого мира, и он туда отправился. И вот – на тебе, получил две пули, совершено гражданский человек.

— Саня, – потихоньку позвал меня Грач.

Я в это время смотрел на дорогу, на те два расстрелянных Чероки, вон они видны сквозь деревья.

Повернув голову увидел, что Михаил пришёл в себя.

— Пить? – тут же спросил я, показав ему фляжку, – молчите, просто моргните два раза.

Тот моргнул. Грач поддерживал ему голову, а я снова аккуратно вливал ему в рот воду. Тот пил маленькими глоточками.

— Кто это были? – неожиданно спросил у нас Михаил, напившись.

— Не говорите ничего, – сглотнул Грач, – всё потом.

— Кто это были? – повторил он свой вопрос.

— Охотники из нового открытого нами мира, – ответил я, – всех уничтожили. Вы ехали сюда и на вас напали из кустов?

— Да, мы вообще ничего не поняли, как по нам стрелять начали, я успел из машины в кусты нырнуть. Где ребята?

— Они все погибли, – помолчав несколько секунд, ответил я.

Михаил закрыл глаза, и спустя мгновение я увидел, как у него из правого глаза вытекла слеза.

— Михаил, пожалуйста, не разговаривайте, – снова попросил его Грач, – берегите силы.

Тот моргнул два раза.

— Ещё воды?

Напоили его вновь. Он снова вырубился.

— Он очень слаб, вон весь белый, – вздохнул Грач, — его нужно на базу, там есть больничка и врачи.

— Да знаю я всё, млять! – рубанул я в сердцах воздух рукой, – но ты сам понимаешь, что базу наверняка обложили, связь заглушили и, скорее всего, на наши ворота охотники поставили замок, иначе тут уже наших было бы полным-полно, и этих охотников уже гоняли бы по всему лесу!

Грач молча кивнул и, помолчав, сказал.

— Прорвёмся, решим, как, но на базу прорвёмся.

— Ага, как бы нас самих не положили на подъезде, причём наши же. Нужно думать, как им дать сигнал, чтобы они нас пропустили и не вмазали по нам из пушек.

— Да где они, млять? – спросил Грач минут через двадцать нашего ожидания.

— Не спеши, ждём. Им топливо взять, с ним до тачки, заправиться, завестись, проехать по лесу четыре километра, минут через сорок-пятьдесят, думаю, будут, не раньше. Бука раньше будет.

Кот появился совершенно неожиданно и бесшумно из кустов, мы даже испугаться не успели.

— Ты ж наш хороший! – обрадовался я, увидев у него на спине прикреплённую небольшую сумку.

В сумке оказалось то, что и сказал в неё положить Грач.

— Ну-с, приступим, – хмыкнул Грач, протягивая мне небольшую бутылочку, – лей.

Открыв её, понял, что там спирт. Сначала полил Грачу на руки, потом на эти щипцы, потом сняли повязку, и на рану. Михаил застонал, но в сознание не пришёл. Грач деловито достал из сумки специальную гнутую иголку, нитку, пару шприцов, какой-то порошок. По всем его манипуляциям было видно, что такое ему доводилось делать и дальше.

Я не лез, молча сидел, нечего под руками мешаться, нужна будет помощь, сам скажет, Бука вон тоже сидит и на Грача таращится, я его как раз обхватил и гладить по голове начал. Кот как будто понимал, что мы спасаем человека, он даже немного прижался ко мне своим могучим телом. Гладя его по спине, я отчётливо чувствовал под шерстью мышцы, да уж, мускулатура у него развита очень хорошо. А эти его клыки, длиной сантиметров двадцать, или чуть больше, вообще что-то с чем-то!

Наблюдая за манипуляциями Грача, я поймал себя на мысли, что, какие же всё-таки умные животные в этих мирах. Да, на земле тоже умных тварей хватает, но тут, мне кажется, они были ещё умнее. Лимуты, Волхи, кошки вон эти, а скаты в Водном мире? Они же, млять, вообще всё понимают, только разговаривать не могут.

Да, хорошо тренированная собака, вполне возможно, так же могла принести нам сейчас необходимые инструменты. Но никакая собака в жизни не смогла бы сделать как Бука с Луной, когда они порвали всех охотников в тех машинах и вернулись к нам. Да, в упор на команду «Фас!» они бы и бросились, но вот так, как сделали эти кошки – вряд ли.

— Есть! – победно произнёс Грач, демонстрируя мне пулю в щипцах.

Михаил лежал и тихо стонал, на лбу у него выступила испарина, он так же был без сознания, да и у Грача тоже вон на лбу капельки пота выступили.

— Теперь зашиваем, млять, – сам себе говорил Грач.

Через десять минут всё было закончено, пулю он достал, зашил рану, наложил тугую повязку, я помог совсем чуть-чуть. Мы с Букой так и сидели, смотрели, что и как он делает. Вид крови меня уже давно не пугал, так что я наблюдал, мало ли когда такое пригодится, хотя, очень хотелось бы, чтобы не пригодилось.

— Если организм сильный – выживет, – прислоняясь спиной к дереву после этой операции в полевых условиях, сказал Грач.

Бука повернулся и чуть привстал.

— Тихо, свои, – из кустов вышел Лесник с небольшой сумкой на плече, – вот, собрал тут малёха, – положив сумку около нас, сказал он, – пару фляжек со спиртным, гранаты, патроны, пистолет там есть. Вытащили? – кивнул он на лежащие рядом окровавленные бинты.

— Да, – улыбнулся я, – операция прошла успешно.

Наши приехали через час. Аккуратно сделав из автоматов носилки, погрузили на них Михаила и понесли к машине.

По идее, конечно надо бы всех похоронить на станции, иначе тут через сутки-двое будет такая вонь, что мало не покажется. Но ни времени, ни сил у нас на это нет…

Пока ребята аккуратно грузили в джип Михаила, я рассмотрел валяющиеся в кювете два Чероки. Да, их расстреляли практически в упор, как Миша умудрился выскочить из машины и незамеченным свалить в лес, мне вообще не понятно.

Расстреливали их с той стороны дороги, в упор, там метров пятнадцать до дороги, видел я там кучу гильз в кустах. Люди просто ехали на станцию, а тут – на тебе!

Кто из них кто, было непонятно, они там в обгорелые головёшки все превратились. Откуда у этих охотников столько жестокости? Ладно убить всех в машинах, так их ещё и сожгли вместе с машинами!

По следам волочения на дороге было видно, что оба Черокеза чем-то тяжёлым, скорее всего грузовиком, спихнули в кювет и уже там подожгли, предварительно собрав трофеи. Семь человек в тачках было, Миша восьмой. От же, мать их!

Девчонки, которые были с нами, вообще были в шоке, попали из одного ада, в другой, и судя по их лицам, они насмотрелись до дрожи в коленках. Ехали-то они сейчас через станцию и наверняка всё видели в окна.

— Как на базу будем пробираться? – спросил Слива, – судя по следам на дороге, – он ткнул пальцем в грунтовую дорогу, – в её сторону направилась большая колонна машин охотников.

— Не доезжая пары километров до базы, маскируемся в лесу, – начал Грач, – оставляем машину и дальше на разведку, смотрим, как и что и потом уже по обстоятельствам.

— Ага, а если по пути на них нарвёмся? Они вон трофеи, гады, к себе везут. Я, конечно, уверен в том, что базу они с наскока не возьмут, но не хотелось бы встретиться с ними на дороге. Они тут наверняка не на одной машине ездят.

Ох, млять, Слива прав. Встретимся на дороге с охотниками, будет совсем весело. До базы отсюда ещё километров пятнадцать-семнадцать, и идти пешком через лес, чтобы нас не срисовали по дороге, далековато. Наверняка охотники установили на ней и посты и заслон, чтобы им самим в спину не ударили. Эх, знать бы, сколько их тут. Хотя, что это нам даст? Судя по тому, какой большой колонной они покатили в сторону лифта, тут осталось явно не пара десятков, и не исключено, что они вернутся с подкреплением. Скинут трофеи, возьмут ещё бойцов и назад, брать базу. У нас на руках гражданские, раненый, млять, вот это попадос!

— Тихо все, – неожиданно поднял руку Лесник, – слышите?

Мы все разом превратились в большое ухо. Мне показалось, что где-то на пределе слышимости я услышал звук мотоциклов.

— Мотоциклы? – не то спросил, не то утвердил Слива через несколько секунд.

— Да, мотоциклы, – подтвердил Паштет, – звук оттуда, – он махнул рукой в сторону сгоревшей станции.

— Тачку в лес, быстро, и замаскировать! – скомандовал Грач.

Джип мгновенно загнали подальше в лес, закидали ветками, замели следы, всё как обычно, опыт в таких вещах у нас уже был.

Пока закидывали ветками машину, звук мотоциклов стал слышен лучше, вон Паштет уже выбирает себе место для засады в кустах около дороги, да и Бад с винтовкой уже за деревом заныкался.

Вот же, млять, эти уроды тут ещё и на мотоциклах ездят! Ну сейчас мы их быстро приземлим, вернее, ссадим с сидений! Я кинув последнюю, только что срубленную, ветку на джип, ломанулся к кустам, там и будет моя огневая точка.

— Странно, – произнёс Грач, когда мы снова слушали звук двигателей мотоциклов недалеко от нас, – к нам они не приближаются. Да и на охоте мы мотоциклистов не видели, да и тут они нам тоже пока не попадались.

Мы все лежим на расстоянии в метр-полтора друг от друга и ждём, когда тут появятся мотоциклисты. Но их что-то до сих пор нет, хотя по прикидкам они уже должны были тут оказаться.

— Бад, – негромко позвал я.

— Что?

— Охотники на мотоциклах ездят?

— Ездят, но мало.

И тут мотоциклы разом стихли, сюда они точно не едут, где они, млять? Я уже готов стрелять, да и остальные пацаны готовы, Паштет вон какой-то проволокой три гранаты вместе связал и готов эту связку кинуть. Тоже мне, истребитель танков, в нашем случае мотоциклистов.

— Пошли, посмотрим, – сказал Грач, – идём тем же составом, остальным быть тут.

— Ясно, – вздохнул Мага, поднимаясь с земли, Бад кивнул и стал смотреть на дорогу.

Снова мы пробираемся по кустам и между деревьев назад в сторону станции. Бука тоже крадётся с нами, далеко не отходит, Луна осталась в машине.

Вот перед нами и станция, опять мы видим все эти разрушения, кое-где дымящиеся очаги от пожаров, трупы, сожжённые и расстрелянные машины.

— Кажись, там они последний раз рычали, – шёпотом говорит Паштет, тыча у меня перед носом этой связкой гранат. Вот же, млять, пока мы шли, он уже к ним ручку из какой-то палки прикрутил, чтобы кинуть подальше. Ну, Паштет, ну, млять, партизан, мне вот в голову такое не пришло даже!

— Ты это… — не отводя взгляда от гранат, говорю ему, – аккуратней с ними.

— А, фигня, – отмахивается он от меня, – ща всех положим.

Обходим станцию против часовой.

— Вон они, пацаны, – прошептал Слива, когда мы прошли метров двести и остановились среди деревьев, – между двумя сгоревшими сараями.

Приглядевшись, я тут же увидел метрах в пятидесяти от нас четыре, стоящих на подножках, кроссовых мотоцикла, рядом с ними четверо мужчин в кроссовой экипировке, в руках у каждого по помповику. Шлемы уже сняли и на сиденья положили. Стоят и смотрят на остатки станции и о чём-то негромко переговариваются. То один, то другой внимательно смотрят по сторонам.

— Это не охотники, – говорит Жата, – у них нет таких мотоциклов и экипировки.

То, что это не охотники, я уже и сам понял. А ребята аккуратные, из-за сараев не выходят, оружие в руках, видать, хорошо они так покатались по местным лесам, и они и мотики все грязные. На каждом из мотоциклов сзади по небольшой сумке.

— Ну, млять, – слышится разочарованный выдох Паштета.

— Походу, экстремалы, – делает предположение Слива, – тут таких хватает. Кто пешком, кто на джипах, кто на мотоциклах гоняет. На динозавров, то смотрят, то убегают от них.

— Да-да – поддакивает Паштет – мы тоже так с пацанами ходили.

— Спорят, – шепчет Грач.

Да я и сам вижу, как высокий начал размахивать руками, а рядом с ним какой-то подросток, к нам спиной, тоже машет руками, эмоциально ему что-то доказывая, но голос никто не повышает. Двое других так же смотрят по сторонам.

— Пошли знакомиться, – снова говорит Грач, – Паштет, крикни им что-нибудь.

— Мужики, вы из какого города? – заорал тот на весь лес, я даже глазом моргнуть не успел.

А ребятки-то шустрые, их мгновенно как ветром со своего места сдуло, я только услышал, как передёргивают затворы помпы из кустов и из-за сараев. Тишина, гонщики молчат, все по кустам поныкались.

— Пацаны, не стреляйте, – снова крикнул Паштет, – мы свои, из Тауса!

— Ты чего разорался, придурок? – ответили ему с той стороны.

— Я тебе сейчас все зубы выбью, приду, за придурка! – мгновенно завёлся наш мушкетёр.

— Иди, я тебя сам на колбасу пущу!

— Так, тихо все! – крикнул Грач, – пацаны, не стреляйте, я выхожу, мы действительно из Тауса.

— Выходи, посмотрим на тебя.

Грач положил свой автомат на землю, крикнул ещё раз, что он выходит, и вышел из кустов. Нда, нервы у всех на пределе. Вот он, разведя руки в стороны, подходит к мотоциклам, останавливается и что-то говорит, спустя несколько секунд из кустов выходят все четверо, он разворачивается, машет нам рукой и кричит-

— Мужики всё нормально, идите сюда.

Фух, всё ок, вроде.

— Бука, тут посиди, – прокряхтел дед, — позову, а то эти четверо все на нервах.

Когда они увидели идущего с нами Жата, то просто обалдели и снова схватились за оружие.

— Тихо, тихо, мужики, – начал быстро говорить Грач, – он с нами, он не охотник.

— Откуда мы знаем? – взвился один из них, – мы видели, как вот такие уроды наших убивали.

— Сам ты урод! – осклабился Жат, – рот свой прикрой!

— Что? Да я тебя щас! – зашипел тот и снова схватился за помпу.

Мы тут же навели на них оружие, они на нас. Паштет снова вытащил свою связку гранат. У гонщиков аж глаза округлились, когда они её увидели. Да я, если честно, и сам струхнул, у этого ума хватит её прямо тут взорвать! Самое интересное, что он-то наверняка свалить успеет до взрыва.

— Так, парни, – медленно разведя руки в сторону, снова начал говорить Грач, – тихо все, мы вам не враги. Он с нами, – кивок на Жата, – он не охотник. Паштет, убери свою колотушку.

Теперь все смотрят на гранаты, как я только что в лесу.

— Ладно, – буркнул этот Лёха, опуская оружие, когда увидел, как наш Паштет засунул палку с гранатами себе за пояс – сорри, чувак.

Фух, млять, ещё не хватало нам тут друг друга перестрелять. И тут Паштет выдал, чтоб его.

— Кто меня тут обещал на колбасу пустить?

— Я, – вперед шагает тот, кого я принял за подростка. Но это оказался не подросток, а парень, лет двадцати пяти-тридцати, просто он низкий очень. Метра полтора, не больше. От же воинственный какой.

— Силёнок-то хватит? – нагло спрашивает Паштет, ухмыляясь.

Ну вот, млять, опять.

— Паштет, млять, хватит! – начал почти что орать на него Грач, — ты, как там тебя, тоже, успокойтесь.

— Небоскрёб, успокойся, – говорит ему высокий.

— Как? – обалдели мы.

— Небоскрёб его зовут, – повторил высокий.

И тут мы заржали, я хохотал, как какой-то псих. Видимо, такая реакция на погоняло этого мужика не первый раз, так как он стоял и улыбался на наш смех.

— Прости, дружище… – вытирая слёзы, сказал я, – просто «небоскрёб»…

Слива, гад, ржёт прям в голос, да и Жат вон заливается стоит.

— Нормуль, я привык, – лыбится парень.

— Так, хватит ржать, – пытаясь успокоиться, говорит Лесник, — это, мужики, я щас кота сюда позову, он тоже с нами, не вздумайте стрелять, и лучше вообще не рыпайтесь, он гораздо быстрее любого из вас.

Не давая опомниться гонщикам, он негромко произнёс.

— Бука, выходи, – и дед смотрит не назад, откуда мы пришли, а куда-то вперёд, в кусты, откуда только что и вышли эти гонщики.

Млять, ну вот как так-то? Бука просто выпрыгнул из них и приземлился точно рядом с Лесником, уселся на задницу и стал с интересом смотреть на четвёрку ребят. Он уже, засранец, с тыла подкрался.

Они, конечно, обалдели, сначала выдохнули, потом вздохнули. Лёха этот было дёрнулся за помпу, но тут же остановился.

— Вот это котяра! – выдал ещё один из них, парнишка лет двадцати – ну красавец! Вы где такого взяли-то?

— Местный, – ответил Лесник, гладя кота по голове.

— Так, – взял слово Грач, – давайте все за сараи, нужно поговорить, и мотоциклы туда же отгоните. У нас там в лесу машина, три девушки, одна из них ранена, трое мужчин, двое тоже ранены, один тяжело. Где вы видели охотников?


Глава 7.

1 февраля. День.


Эти четверо из Руви. Андрей, высокий этот, их лидер, он старше всех, ему 35 лет, Лёха, самый младший, Егор, 30 лет и этот, небоскрёб, зовут Саша, но все зовут его небоскрёб. Вот же млять мы ржали то над ним, мне аж неудобно стало.

Слива оказался прав, когда предположил, что это экстремалы, точно и ещё какие экстремалы. Они гоняют по местным лесам на мотоциклах и смотрят на динозавров, если динозавры их засекают, то эти на мотоциклах сразу делают ноги, вернее жмут на всё катушку, чтобы не быть сожранными или раздавленными. И насколько я понял, у них весь кайф в том, чтобы свалить на мотоциклах от преследующих их динозавров.

Я так и не понял, нафига им это всё надо? Хотя, чему я удивляюсь, психов, которые по-разному выделяют свой адреналин, хватало во все времена. Кому-то в горы полезть, кому-то прыжки с парашютом, кому-то сплав по реке, кому-то лыжи и сноуборд. Каждый сходит с ума по-своему. Нравится им такое, пусть веселятся, мне то что.

В этом мире они уже 4 дня. Вчера они подъехали на одну из лесопилок, у них там какой-то знакомый был, увидели, как охотники валят там всех подряд.

От увиденного, они буквально охренели, но у них хватило ума свалить и не вмешиваться. Поехали на другую лесопилку, там тоже самое, но там уже по ним открыли огонь, засекли, еле свалить успели.

База, как мы и предполагали оказалась обложена охотниками. Они вернулись в свой лагерь и стали думать, что делать. Потом решили скататься на станцию, тут то мы с ними и встретились. Это прям если совсем грубо пересказывать.

Их переживания, думы, всякие мысли на счёт случившегося и произошедшего, как они думали, что делать и как поступить, думаю мало кому интересны.

Одно понятно, ребята струхнули, конкретно и находились в большом шоке. Только концентрация над мотоциклом во время движения возвращала их в себя. Одно дело ехать по трассе, где прямая дорога, всё видно и можно спокойно подумать. И другое, где лесная тропинка, лес, кусты и деревья, из-за которых на тебя может выпрыгнуть зверь или динозавра, а за последние сутки ещё и охотники с оружием. Как уже убедилась эта четвёрка, охотники уничтожают всех и вся. Домой вернуться нельзя, что делать непонятно.

Мы пригласили их к нашей машине, джип правда загнали ещё дальше в лес. Там отправив Паштета смотреть за окрестностями, уже спокойно и разговаривали. Когда знакомили наших с ними, все опять ржали на Саней-небоскрёбом. Вот же ему погоняло то дали. А чувак он нормальный, мелкий, но боевой такой, живой, мне кажется он всегда первый лезет в драку, получает, а потом за него лезут остальные.

Когда мы им рассказали кто мы и откуда, они не сильно удивились, а вот когда через что мы прошли и как с нами оказались и Жат и остальные, они уже охренели.

Эти четверо не военные, обычные гражданские, которые любят гонять на мотоциклах. У всех в Руви семьи, сюда выбрались на выходные, погонять, посмотреть на динозавров и сделать несколько хороших видео и фото.

— Рации работают? – спросил Грач, показав рукой на рацию, которая висела на левом плече у каждого из гонщиков.

У каждого из них в шлеме было переговорное устройство, они могли спокойно общаться между собой во время движения.

— Только на небольшом расстоянии – ответил Андрей – пытались связаться с базой, ну где ворота ваши, помехи какие-то. Да мы себя то еле-еле слышим, помехи сильные, которых тут никогда не было.

— Ясно всё – вздохнул Грач – значит они всё-таки глушат связь и глушилка у них очень хорошая. Вот же млять хитрожопые.

— Через 3 часа стемнеет – посмотрев на часы сказал Мага, которые снял одного из трупа охотника – нужно решать, что мы будем делать дальше. Не сидеть же в этом лесу и не играть из себя партизан.

— На базу нам как-то нужно проникнуть – произнёс Слива почесав небритую щёку – там уже вникнуть что к чему. Только вон пацаны говорят – он кивнул на 4 мотогонщиков – что база вся обложена и хрен мы к ней подберёмся.

Ребята нам кстати сказали, что, когда они подъехали к базе, там шёл бой, видать с ходу охотники взять её не смогли, наши им врезали. Уж не знаю кто и как там сработал, но сам факт того, что шёл бой уже о многом говорит, значит там охрана не зря ела свой хлеб и ребята оказались не лыком шиты.

И то, что подмоги нет, тоже говорит о многом. Значит эти уроды всё-таки поставили какой-то замок на наши ворота, раз тут до сих пор нет наших бойцов и над лесом не летают вертушки с десантом.

Если бы ворота работали, то этих охотников уже давно бы всех грохнули. Со слов ребят, около базы они видели около 100 человек, ну вместе с Архи и мы эту колонну, там их штук 30-40 было. Нда, большими силами они сюда пришли, только с базой обломались.

Я так думаю, что на все три лесопилки и станцию они напали одновременно. Валили всех подряд, потом собрали трофеи и всё остальное сожгли. На парочке лесопилок плюс были ещё кое какие производства, по типу добычи полезных ископаемых, остальные ещё дальше, что с ними не известно, связи нет, ехать туда и проверят у нас уже нет сил, да и топлива кот наплакал.

Даже лесник сказал, что они далеко. По нашему предположению, охотники снесли все три лесопилки и станцию, потом пошли на базу, получили по зубам, обложили её и теперь ждут подкрепление, оно будет, в этом мы тоже не сомневались.

Само собой, у них теперь есть посты, дозоры, информация, как и что. Пленных то они точно взяли и допросили. Открытия ворот они не бояться, иначе бы уже давно свалили в свой мир.

Ох наши то, наверное, на базе охренели, когда на них попёрли эти упыри. И ворота не работают и связи с другими нет и выйти никуда нельзя, и туристы пропали, мотогонщики рассказали, что видели несколько расстрелянных машин, на которых возили туристов. Вот же млять, ну почему обязательно всех убивать то?

— Есть идеи как проникнуть на базу спросил я наблюдая, как Улун хлопочет над Михаилом.

Он так и не приходил в сознание, лежит вон в багажнике джипа и Улун, несмотря на свою раненую ногу вьётся около него, все остальные внимательно нас слушают.

— Причём нам нужно туда проникнуть всем, сразу. Вы то ладно, на мотоциклах шустрые, а мы на этом джипе сильно не разгонимся.

— У нас две тачки с прицепами в лесу стоят – буркнул Андрей, поглощённый в свои мысли – там и припасы, и прицепы, на которых мы мотоциклы перевозим.

— А пожрать там чё есть? – тут же встрепенулся Слива.

— Есть – улыбнулся Андрей – мы же на несколько дней в лес то всегда ездим. Место у нас неприметное уже давно есть, там машины и оставляем, там же и ночуем, место там хорошее.

— Далеко отсюда? – спросил я.

— Километров 10, через лес, на мотоциклах, на вашем сарае – он кивнул на джип – чуток объехать нужно будет. Оттуда до базы не больше 5 километров и дорога там есть, которой никто не пользуется, все производства и лесопилки в стороне. Мы изначально то специально и выбрали место вдали ото всех.

— Хорошая пряжка – хмыкнул Лёха ткнув пальцем в ремень Экилы.

Она сидела на ящике, который достали из машины немного развалившись и пряжку было видно. Тут же немного стушевавшись она опустила футболку. Я так думаю Лёха положил на неё глаз, так как девчонка действительно была симпатичной.

— Спасибо.

Куртку она сняла и осталась в одной футболке, которая характерно подчёркивала её грудь. Точно этот Лёха на неё запал.

Кстати говоря, когда подъехали мотоциклисты, эти люди из того мира охотников с огромным интересом рассматривали и мотоциклы, и экипировку ребят. Бад с видом знатока заявил, что такой техники у них нет. Есть конечно мотики, но те гораздо проще, а выслушав как всегда говорливого Сливу, как эти мотоциклы могут ехать и прыгать, а небоскрёб ему ещё поддакивал и дополнял, Бад ещё раз сказал, что таких мотоциклов у них нет. Думаю, именно поэтому охотники не гоняют дичь по лесам на мотоциклах.

— Вспомнил – неожиданно воскликнул Небоскрёб.

Мы разом на него посмотрели, даже вон Лёха отлепил свой взгляд от груди Экилы, да и та уже куртку на себя накинула.

— Андрюх помнишь, когда мы на базу приехали, ждали, когда Егор свои дела сделает – он покосился на Егора – а я со знакомым охранником разговорился? Ну Костян, с бородкой такой как у мушкетёра.

— Ну – кивнул Андрей – дальше то что?

— Он сказал, что есть ещё один заезд на базу, в стороне. База то в горе построена, вот и нашли там эти, как их – он защёлкал пальцем.

— Спелеологи – напомнил я вспомнив умное слово.

— Точно – снова щёлкнул пальцем Саня-Небоскрёб – вот они и нашли этот путь. Костян сказал, что она широкая и что её только недавно закончили оборудовать, ну там проезд нормальный, ворота поставили, охрана все дела.

Опа, Экила аж подобралась, когда услышала про этот вход. Но увидев, что я на неё смотрю, тут же отвела взгляд и подошла к багажнику джипа, около которого сидела Улун и протирала лежащему в нём Михаилу влажной тряпкой лоб. Хм, странно как то, Улун вон и Ифа не так слушают, а этой прям интересно.

— Ну и где этот проход или чего там? – спросил Грач.

— Не знаю – пожал плечами Небоскрёб – он только сказал, что он в ручей выходит.

— Объяснил мля – выдохнул Слива.

— Ну ручей там далековато от базы то – наморщив лоб и потерев свой подбородок сказал Андрей.

— Да, в километре от базы точно – подтвердил Егор.

— А чё же они тогда через этот проход не выйдут и не врежут в спину по охотникам? – тут же спросил Мага.

— Потому что охрана базы состоит из 30 человек – ответил ему Грач – если было боестолкновение, то вполне возможно среди этого гарнизона есть раненые и убитые. Им бы базу удержать, да и плюс не забывайте сколько там гражданских. Не, Степаныч который там за командира, не пойдёт на вылазку, он будет сидеть обороняться и ждать, когда откроют ворота. Нельзя с бойцами вот так взять и выйти в тыл к охотникам. База останется без защиты, а сколько на них прёт охотников они наверняка видели. Тем более эти уроды за подмогой пошли. Пушки есть у них? – спросил он у Бада.

— Есть и гранатомёты есть и огнемёты, всё есть, у нас же тоже войны шли.

— Вот вам и ответ – хмыкнул Грач – выковырять оттуда наших конечно будет сложно, но при наличии тяжелого вооружения, можно будет хотя бы попытаться заткнуть зенитки и пушки охраны базы, а потом снова в атаку, ночью. Там и ходов, и воздуховодов полным-полно. Конечно всё это очень сложно, я имею ввиду брать такую базу, но их будут двигать будущие трофеи.

Да, тут мы вынуждены согласиться, трофеи на базе будут очень богатые.

— Нужно искать этот ручей – сказал я выслушав Грача.

— Да чё его искать то – пожал плечами Егор – мы знаем где он. Вопрос только в этом проходе, наверняка он хорошо замаскирован.

— Пусть – снова кивнул Грач – но думаю следы от машин там остались. Найдём следы от машин около ручья, найдём и проход.

— А дальше что? – спросил Слива.

— Постучимся млять – огрызнулся Грач – видео наблюдение сто процентов есть. Твою то рожу все знают.

— А то – улыбнулся Слива.

— Поехали – вставая с другого ящика сказал Андрей – кто может им управлять? – он ткнул пальцем в свой мотоцикл.

— Я могу попробовать – тут же поднял руку Слива.

— Ты же никогда на таких не ездил – обалдел я.

— Ну и что – Слива подошёл к мотоциклу и погладил его бак – чё там, крути ручку и езжай, потихоньку доеду.

— А сам то ты чё? – спросил я у Андрея.

— С вами на джипе поеду, покажу вам дорогу. Предлагаю так, сначала едем к нашему лагерю, ночуем, потом с утра выдвигаемся к ручью и ищем проход, находим, стучимся, как ты Грач сказал, дожидаемся, когда откроют, возвращаемся за остальными в лагерь и все быстренько на базу.

— Найдём проход – прокряхтел Лесник – план хороший. И давайте шевелиться, скоро стемнеет.

— Добро – подумав несколько секунд сказал Грач – собираемся.

Опа, Экила снова нас слушает, раз, нырнула в джип.

— Грач на пару слов – позвал я его в сторонку дёрнув за рукав.

— Чё?

— Скажи мне, эта Экила с вами с самого начала была? Ну, когда вас из загона выпустили.

— Да, а чё?

— Странного в её поведении ничего не заметил?

— Да вроде нет – неуверенно пожал плечами Грач – а чё такое-то?

— Да странная она какая то, не смотри только на неё, не надо – тут же поспешил я ему сказать – слушает она очень внимательно.

— Думаешь внедрённый казачок? — прищурился Грач.

— Не знаю дружище, но ты за ней приглядывай тоже.

— Ну не знаю Сань, её же могли в любой момент грохнуть, когда нас охотники по лесу гоняли.

— Могли, но не грохнули. Подумай, не спеши с ответом. Было ли что-то странное в её поведении?

Грач завис. Стоит вон думает.

— Ну бежали мы – начал он потихоньку бубнить — стреляли по нам, пули свистели, ветки падали, потом того чувака ранили, она и Улун его несли, мы прикрывали. Не знаю, нет, ничего такого. Расслабься Саш, это у тебя от переутомления и нервов.

— Ну ладно, пусть так – я оставил Грача в покое и пошёл помогать собирать вещи.

Но червячок сомнения у меня всё равно был. Ну не так она себя ведёт, совсем не так как все остальные.

Андрея посадили спереди, Жат и Паштет выразили желание поехать пассажирами на мотоциклах. Мы же, через 40 минут езды по лесам и каким-то ведомым только этим гонщикам просекам и тропкам приехали в их так называемый лагерь. Расположен он был среди небольших, метров в 10 высотой скал.

Неплохое местечко, ветра нет, растительности очень много, они вон сверху даже маскировочную сеть натянули. Там стояли две палатки и две тачки с прицепами. Неплохо подготовленный лифтованный Ниссан Патрол и Коротыш Паджеро, дизельный. Два прицепа с ремнями для перевозки мотоциклов, шмурдяк, который был частично в палатках, частично в машинах, в общем неплохо они упакованы, совсем неплохо.

— Располагайтесь – обвёл руками место стоянки Андрей, когда мы выбрались из машины – девушки, покушать поможете приготовить?

— Конечно – с готовностью отозвались те.

— Может завалим кого из зверей? – предложил Слива – свежее мясо будет.

— Нет, у нас глушителей нет – тут же обломал его Грач – не хватало ещё, чтобы нас услышали охотники.

— У деда же лук есть – удивился Слива – он из него кого хочешь завалит.

Лесник аж крякнул, походу он точно ни на какую охоту не собирался.

— У нас много припасов – сказал Егор, открывая заднюю дверь Патруля – не нужно мясо. Егор у нас любитель вкусно поесть, поэтому всегда берём с собой с запасом.

— Едешь в лес на пару дней, еды бери на неделю или больше – вздохнул Андрей, вытаскивая из багажника Паджеро казан.

— Ну тогда ладно – тут же согласился Слива.

Разожгли костёр, девушки стали помогать готовить, вода у ребят тоже с собой была, хотя тут родник есть неподалёку. Грач всё-таки назначил дежурства. Первого отправили Магу, вон он на скале сидит в кустах и смотрит за окрестностями.

Через час еда была готова. Картошка с тушёнкой, нарезка из мяса, консервы, хлеб, по которому я безумно соскучился, даже выпить нашлось. В общем наелись до отвала. Кошки тоже получили по своей большой порции.

— Вот теперь я довольный – как обычно произнёс Слива легонько похлопывая себя по набитому животу – спасибо пацаны за еду, девочки вам спасибо за готовку, всё было очень вкусно.

— Ты особо то не расслабляйся – сидя около костра и доедая бутерброд сказал Грач – тебе ещё дежурить.

— А, фигня – отмахнулся Слива – на сытый желудок и наблюдать приятней. Главное, чтобы дождя не было.

А неплохо тут, как-то уютно. Пока туда-сюда стемнело. Михаил так и не пришёл в сознание, но вроде как у него на лице немного появилась розоватость. Кровь мы остановили ещё там, около станции, перевязали его тут сейчас ещё раз и накрыв хорошим и тёплым пледом оставили в машине. Пусть спит, набирается сил, всё равно в данный момент мы ему больше ничем помочь не сможем.

Ну и мы тоже начали укладываться. Я себе выбрал местечко около заднего колеса Патруля, на свежесрубленных ёлках, как-то привык что-ли на них спать. Завтра начнётся очередной день наших приключений. Уже засыпая поймал себя на мысли, что думаю, как там наши, на дамбе?


Продолжение следует.

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.