» » Байки офицера-подводника. Контейнер

Байки офицера-подводника. Контейнер

Как известно, жизнь у многих военных людей редко проходит на одном месте и переезды из одного гпрнизона в другой являются такой же обыденной вещью как служебное жилье или смена школ детьми.С учетом такого кочевого образа жизни, как правило, семьи офицеров не обрастают громоздким имуществом типа мебельных стенок. Уезжая из одного гарнизона мебель зачастую распродается, чтобы на новом месте купить другую у такого же отбывающего к новому месту службы. Исключения по вполне понятным причинам составляют диваны, детские кроватки, холодильники, телевизоры, столы и стулья. В народе не зря говорят, что два переезда равны пожару. А если таких переездов за время службы шесть или восемь?

В декабре 1988 года заканчивалась достройка нашей лодки в заводе в г.Северодвинске. Как обычно было принято в Советском Союзе, к Новому году промышленность должна была отчитаться об освоенных деньгах и передать Флоту очередную подводную лодку. Подписание сдаточного акта сулило заводчанам премии и государственные награды. Поэтому руководство СМП отчаянно давило на адмиралов из Военной приемки. Адмиралы же упирались, стараясь выжать из заводчан максимального устранения всяческих неполадок., чтобы в дальнейшем иметь меньше головной боли и необходимости исправлять что-то силами местных судоремонтных заводов и мастерских. Но это игры больших начальников. Экипажу же в очередной раз предстояло заниматься сбором контейнеров с пожитками. 

Подготовка к данному мероприятию началась примерно за месяц. Офицеры и мичманы ходили по различным магазинам Северодвинска и клянчили коробки из под продуктов или алкоголя. Раздобыть коробку из-под сигарет считалось большой удачей - в нее так много всего можно уложить. С отправления семей к родителям начинался сам процесс. Книги, посуда, постельное белье, одежда и обувь аккуратно запаковывались, оклеивались скотчем или обвязывались веревками. На коробках подписывалось содержимое. Разбирались детские кроватки, болтики от которых укладывались в отдельные мешочки и привязывалось к кроваткам. Выключались холодильники, в одеяла заворачивались телевизоры, скручивались в рулоны ковры. Вся форма и одежда на первое время на новом месте переносилась на корабль.

Делалось это все, как правило по ночам, так как в дневное время необходимо было грузить имущество самой лодки. Продукты, бесконечные ящики с ЗИПом, кабели питания, несколько кубометров досок, краски, фанера, гвозди и прочее имущество. И вахты никто не отменял. Так что несмотря на конец декабря, деньки были жаркими.

С 26 по 28 декабря контейнерная станция централизованно выделила экипажу около 60 трех и пятитонных контейнеров. Опыт укладки у нас уже какой-никакой был при отъезде из Обнинска. Дружненько и весело, как муравьи мы очищали одну квартиру за другой. Заминка произошла только с комнатами начхима. У него было два неразборных дивана и тащить их с четвертого этажа по узким лестницам удовольствие еще то, но кроме этого у него еще было что-то наподобие стенки метра два в длину и как показалось из литого чугуна, подарок тещеньки. Вот уж, наверное, икалось старушке. Набивали контейнеры так, чтобы ничего там не шевелилось при перегрузке на железнодорожные платформы. Холостяки, которые еще не успели обрасти вещами подкидывали свои чемоданы и коробки в контейнеры в которых оставалось место.

Наконец, последняя машина была загружена, комнаты в общежитии и ключи сданы представителям бригады строящихся и ремонтирующихся кораблей. Все. Пора прощаться с Северодвинском и готовиться к прибытию в Западную Лицу.

Прибыли на корабль и тут узнаем ошеломляющую весть. Командование ВМФ и промышленность нашли компромиссное решение. В отличие от прежнего, что лодка не принимается, но уходит на Север, решили лодку принять, но оставить еще на полгода в Северодвинске на устранение неисправностей. Помощника тут же отрядили на контейнерную станцию высвистывать обратно наши пожитки. Благо, что и в сданные нами комнаты в общежитии еще не успели заселить следующий экипаж. Так что 30 и 31 декабря разгружали все так любовно и аккуратно собранное. Это был тот случай, когда после команды "Пли!" идет "Ой! Не пли! Минеру вернуть торпеду в аппарат!".

Так и прожили еще полгода на узлах и коробках. А стенку начхиму на четвертый этаж затаскивать не стали. Занесли ее к мичману, проживающему на первом этаже.

Я не знаю, чем вызвано такое совпадение, но самые яркие воспоминания об отправке контейнеров связаны именно с концом декабря.

29 декабря 1990 года. Мне нужно отправить контейнер с вещами из Западной Лицы на Камчатку. Почему я не отправил его вместе со всем экипажем? Была небольшая вероятность вернуться после перехода на Север. Тем не менее, вопрос, как говорится, назрел. Вещи собраны, квартира сдана отделу Морской инженерной службы, живем у знакомых на пару этажей ниже. Кормим ихнего злобного кошака и поливаем чахлые в северном зимнем климате цветочки.

Вроде договорился, что 28-го КАМАЗик заберет мои вещи и отвезет в Мурманск. Стою жду. Появляется КАМАЗ, места в котором нет от слова "совсем". Что делать? Билеты на самолет до Калининграда уже взяты. Вылет в 22 часа. Дети готовы, супруга тоже. Готовы отчалить на автобусе в час дня. А вещички-то куда?

Несусь к бывшему старпому за литрухой шила а после в ... роддом. Не знаю, кому пришла в голову гениальная идея, чтобы разместить приезжающих водителей на втором этаже помещения для рожениц, но факт остается фактом. Хотя, надо признать, рожали в Лице не особо часто. Короче, договорился с водителем кунга на базе ГАЗ-66 (Шишига), что в 6 утра едем а Мурманск. Он подогнал машину к подъезду, забрал бонус и удалился его пропивать. 

Сослуживцы помогли забить кунг, что не влезло было честно роздано им. Все. Время 6 утра, водилы нет. Появляется около 8 никакущий. Но ехать надо. Садится, пытается завестись, не заводится. Отошла клемма от аккумулятора. Вроде фигня, вот только аккумулятор в салоне под левым сидением, которое полностью забито вещичками. Высвистываю ребят, благо еще не успели уехать на службу. Разгружаем левую сторону, добираемся до аккумулятора, забиваем гвоздь между клеммой и контактом, потом, когда машина завелась, приводим пожитки в исходное.

Выезжаем. Проехали метров 200, слышу скрежет. Как сказал водила, отлетел кардан. Я не специалист, не знаю таких тонкостей. Водила выходит, достает картонку, расстилает ее и лезет под машину. Вроде бы ему надо просто проволокой что-то прикрутить. Минут пять его нет. Вытягиваю его за ноги, он спит. А мороз где-то около 25 градусов. И одной рукавицы на руках нет. Снова запускаю его под машину, теперь, чтоб забрать рукавицу.

Ладно, выехали, не в 6 утра, а около 11 дня. Контейнерная станция работает до 17. Вроде успеваем. Благо в "дипломате" пара бутылок вина и пара шампанского (все приобретено по талонам). Расстояние чуть больше ста километров, но едем со скоростью около 20. Водила засыпает за рулем и сетует, что у меня нет прав на вождение. 

Что я только не делал в кабине. Читал стихи и травил анекдоты, пытался петь (мое певческое искусство может просто убить публику) и даже танцевать. В "шишиге"! Периодически я вытаскивал водилу на свежий воздух, тер ему физиономию снегом, но помогало это мало. В Мурманск въехали около половины пятого. Но уж коль так все складываетсч, разве может быть что-то без сюрпризов? Правильно. На небольшом спуске плавненько въезжаем в задницу автобусу. Непередаваемое ощущение, когда видишь, что столкновение неизбежно.

Блин! Бросаю водителя разбираться и лечу на контейнерную станцию, отлавливаю там грузчиков, которые согласились за талонное вино задержаться и помочь загрузить контейнер. Потом в контору, где девушка за два шампусика дала сам ящик и согласилась его оформить.

И все-таки я успел к окончанию регистрации на самолет. Хорошо, что тогда не было мобильников и я все выслушал уже в салоне самолета.


© Papont
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.